ГлавнаяВся прозаМалые формыРепортажи → Милые мои мужики

 

Милые мои мужики

14 февраля 2012 - Владимир Потапов

                        

 

 

                                                             С У Б Б О Т А

 

   Надежда почувствовала себя плохо в три часа ночи.

   Некоторое время лежала, не шевелясь. Рядом похрапывал Владимир.

   Особенно сильно кололо в правом боку. Две недели назад такое уже было. Анализы тогда ничего не показали: ни аппендицита, ни отравления – ничего. А вчера делали ремонт, вдвоем передвигали мебель – и вот, надорвалась. «Скорее всего – аппендицит» поставила она себе диагноз. Боль сделалась нестерпимой. Она разбудила мужа.

   Тот, спросоня, долго силился понять, что ей надо от него среди ночи. Потом сразу же перешел на крик.

   -Ты что, сдурела? Раньше разбудить не могла? А если в животе разорвется?

   -Не кричи! – Она еле сдерживала слезы. – Ребенка разбудишь.

   Владимир буркнул что то неразборчивое и стал натягивать джинсы. Одна брючина была вывернута на изнанку, и джинсы не одевались.

   Заворочался ребенок. Хлопнув коридорной дверью. Володька выбежал на улицу. Дозвонился быстро. Выкурил сигарету длинными затяжками и вернулся домой. Надя укачивала на коленях сына и меланхолично жевала бутерброд с колбасой.

   -Вообще съехала? – Он отобрал у нее бутерброд.

   -Я есть хочу, - протянула она жалобно, подняла с пола начатый пакет с кефиром. Володя постучал пальцем по лбу, отобрал пакет.

   -Вдовцом меня оставить хочешь?

   За окном скрипнули тормоза, и вскоре «скорая помощь» везла Надежду в больницу.

   Владимир начал звонить своему отцу, Александру Павловичу. Пока набирал номер, тупо подумал, что и «скорую» тоже можно было вызвать из дома. У отца долго не брали трубку, затем раздался щелчок.

   -Здравствуй, пап. Ты  извини, что я так поздно: Надюху в больницу положили. Аппендицит, скорее всего…Ага… Только что…Приедешь завтра? Хорошо…ладно…спокойной ночи.

   Володя сел рядом с кроваткой, поглядел на спящего сына.

   -Ну что, Сашка, проживем?

   Сын улыбнулся чему -то во сне, сладко потянулся и снова зачмокал пустышкой. Володя тяжело вздохнул, завел будильник на полседьмого, разделся и лег спать.

 

   …Утром пришел отец, принес продукты, сигареты. Позавтракали наскоро, и Владимир поехал к Надежде. Попутно заскочил в университет на консультацию. Ничего хорошего не услышал: экзамен будет принимать сам Высоковский.

   -Все, крышка, - подумал Володька. – Пора заказывать «На смерть студента»

   В палату его не пустили: операция прошла успешно, но до вечера Наде вставать не разрешили. Володя передал ей записку и поехал домой.

   Александр Павлович кормил внука. Володя же принялся за стирку. Время от времени он бегал из кухни в комнату – давал советы. Отец добродушно смеялся, спаивал внуку молоко из стаканчика и сюсюкал: - Ми сами с усами. Плавда, Саска? Дай питание.

   Сын приносил питание и снова уходил стирать. Закладывал в машинку по восемь пеленок и попутно учил сопромат по конспекту, стоящему перед ним на умывальной полке.

   -«…если для данного сечения построим эллипс инерции, то графически можно определить радиус инерции относительно…»  Высоковский трояк не поставит…Коробкова- та бы поставили… «…в теории изгиба большую роль играют, кроме моментов инерции, также моменты сопротивления»  Черт, их же двенадцать человек на кафедре, а попался этот… В принципе, кому то должно было не повезти…Нет, Высоковский трояк не поставит!

   На некоторых пеленках желтые пятна не отстирывались. Володька тупо смотрел на них, полоскал, складывал в чистое белье и продолжал учить дальше. В кухню, тихонько прикрыв за собою дверь, вошел отец.

   -Все, заснул, - заговорчески сказал он. Время было без четверти четыре.

 

 

                                                      В О С К Р Е. С Е. Н Ь Е.

 

 

2 

 

 Владимир уснул в первом часу ночи.

 В два его разбудил плач сына. В полудреме, не вставая с постели, он нащупал ладонью в темноте Сашкин рот и сунул ему пустышку. Сашка всхлипнул от обиды и заревел во всю мощь.

   -Йей, йей! – неслось по квартире.

   -Сейчас, сейчас, сынуля, - Володька вскочил, включил свет и взял сына на руки. Сашка немедленно напрудил и реветь перестал.

   -Еще будешь так делать - в угол положу.

   Оба окончательно проснулись. Пока Владимир расстилал чистое белье, сын выплюнул на ковер пустышку.

   -Натренировался, паршивец, - подумал отец, доставая пустышку шваброй из- под  дивана.

   -Гу- а – гу! –радостно ответил Сашка.

   Володька вздохнул и пошел отмывать пустышку. Сашка в это время с сосредоточенным видом принялся марать чистые пеленки. Отец стоял рядом и ёжился. Зябли ноги. Тело покрывалось гусиной кожей.

   -Надо одеться, - подумал он, но сразу же забыл об этом: Сашка окончил процесс. Володя взял его одной рукой поперек туловища и попкой вперед понес обмывать под краном. Сын, выглядывая из-  под – мышки, кряхтел от удовольствия.

   …Он уснул в четыре, прослушав на мотив колыбельной две с половиной лекции по сопромату за вычетом теории предельных напряжений. Рядом, забыв выключить свет, тревожно вздрагивал во сне Владимир.

 

                                                   .   .   .  

 

   Надежде не спалось. Она осторожно ворочалась, тяжело вздыхала. В голову лезли мысли о доме. Нехорошие мысли. В этих раздумьях все оставались живыми, но почему - то вечно голодными, изможденными, непрогуленными и грязными. Некоторые –  небритыми…

   Было очень плохо от этих мыслей. Она стала считать. На второй тысячи сон сморил ее.

 

                                                    .   .   .

 

   Показывали «С добрым утром, страна!». Сашка подпевал Боярскому. Владимир писал шпаргалки – «бомбы». Отец уехал в больницу к Надежде.

   Звонок.

   -Открыто!

   Вошел Захаров Вовка, сосед по этажу. Поздоровались.
   –Саныч, дай сотню до четверга! На мели сижу: Галька, ворона, опять к теще уехала!

   -Погоди, - Володька достал из шкатулки деньги. – Доживем, - подумал он. – У бати деньги есть.

   Захаров, получив деньги, сразу попрощался.

   -«Вот она, граница, мнимая…» – начал напевать себе под нос Володька. Вдруг вспомнил, что вчера не купали сына. – Может, из- за этого и проснулся ночью, - подумал он. – Сегодня надо поплавать. Черт, а в пятницу на анализ крови с Сашкой! – вспомнил он и это. – Все вдруг навалилось!

   Настроение у него испортилось. По телевизору показывали киножурнал.

 

                                                    .   .   .  

   -Надежда, ты не беспокойся, дома все нормально, - говорил в это время Александр Павлович невестке. Они сидели в больничном парке. Было тепло, Мимо прогуливались больные в пижамах на -  вырост. В беседке забивали «козла» , травили анекдоты, криво, вымученно улыбались, сжимая ладошками штопанные животы и желудки. –Не волнуйся, - повторил он. – Сил побыстрее набирайся.

   -Ага, здесь наберешься, - вздохнула Надя. – Одной кашкой кормят.

   -Ну, ты ешь, ешь, Надюша. В режим войдешь – все нормально будет.

   -У Володи завтра экзамен? Пусть он к врачу сходит с Сашкой – кровь сдать. А то сестра уже ругалась…

   -Скажу, скажу, сходит…

   -Ну, вы идите. У нас сейчас обед будет. Володя, наверное, тоже заждался.

   Они поднялись. Попрощались. Надя бочком поплелась в корпус.

3

 

                                                                            .   .   .

 

   Сашка кричал уже минут десять. Временами прерывался, смотрел на деда с отцом глазами, полными слез, и снова начинал плакать.

   Взрослые не знали, что с ним делать, метались. Сашка был сухой, накормленный. Володька укачивал его на руках, трогал лоб губами – все было в норме. Дед гремел игрушками – напрасно.

   -Температуру надо смерить, - повторял он без конца.

   Володька был с ним согласен, но мерить там, где мерит ее ребенку мать, боялся, поэтому сунул градусник Сашке под – мышку. Дед крепко прижал ручку внука к его телу. От холодного стекла Сашка взвыл еще сильнее, но дед, сморщившись, как старушка, не сдавался. Владимир тем временем застилал коляску.

   -Батя, молоко убежало! – крикнул он, учуяв запах горелого. Александр Павлович бросился на кухню, схватил поднявшуюся на пене крышку и выключил газ. С крышкой в руке подбежал к кроватке, но было уже поздно: Сашка не плакал. Он старательно вколачивал градусник пятками в постель.

   -Сын, я у тебя сегодня останусь ночевать, - обернувшись к Владимиру, жалобно сказал Александр Павлович.

 

   …В этот вечер она снова забыли искупать Саньку. Но тот, на удивление, спал спокойно.

Спокойно спали и мужчины. Лишь Надежда, терзаемая чувством  голода и взволнованная судьбой домашних, считала, лежа на больничной кровати. Но теперь уже только до тысячи.

 

 

                                                  П О Н Е Д Е Л Ь Н И К

 

 

   С самого утра лил дождь, не переставая ни на минуту. Все небо затянуто серой краской – ни просвета.

   Владимир без конца ставил кассету с любимыми бардами, возился с Сашкой, прибирался, а дождь все лил и лил.

   Было тоскливо. Утром, в девять тридцать экзамен был прочно “завален” .    Погода плакала вместе с душой. Лишь от Надежды хорошие новости: в пятницу должны выписать.

   Приходил Захар. Принес сто рублей долга. Попросил пятьдесят до четверга.

   Во втором часу Сашку, наконец, сморил сон. Магнитофон сломался. Кухня наполнилась гарью оттого, что Володька зажарил колбасу в целлофановой обертке.

 

   …Вечером приступили к купанию. Александр Павлович налил полную ванну тридцатидвехградусной воды. Володя в это время на столе делал сыну массаж. Сашка смеялся по- своему, стучал ножками о стол, время от времени складывал губы и выдавал серию каких- нибудь восклицаний.

   Приступили к купанию.  Владимир погрузил сына в воду, оставив на поверхности лишь часть лица, начал делать упражнения. Дед, по обыкновению, ворчал рядом, что, мол "вода холодная” и “с ушами то зачем опускать? Голова болеть будет! Ни хрена не понимаете!..”

   Володька отмалчивался. Затем стал переругиваться.

   -Вы много понимаете!  Дохляка из меня вырастили! Ты еще крестить попробуй уговорить меня!

   -А, делай, что хочешь!

   Александр Павлович в сердцах махнул рукой и ушел в комнату, но через минуту вернулся и перебранка продолжалась. В конце концов, Владимир до того забылся, что, отвечая деду, окунул Сашку с головой под воду и держал некоторое время, пока отец не крикнул: - Сашку утопишь!-

   Володя рывком вытащил того из воды. Сашка засучил ножками, глядя в потолок полными слез и воды глазенками, рот широко раскрыт, покрасневшее лицо напряжено.

   -Не дышит! – с ужасом подумал Володька. Но тут кухню огласил истошный вопль. Сашка захлебывался этим криком, давился слюной, кашлял. Володя прижал его к себе, забаюкал, зацеловал в голову. Дед, опомнившись от испуга, опять бурчал рядом. Санька постепенно успокаивался. Лица всех троих вновь приобрели естественный цвет.

4

 

 

                                                       В Т О Р Н И К

 

 

   В этот день к Надежде пошли Владимир с Сашкой.

   Дождь перестал. Подул свежий ветерок, и лужи, накопившиеся за эти дни, высыхали на глазах.

   Коляску брать не стали. Володя с трудом завернул сына в пеленки, а поверх этого накрутил одеяло. Сашка внимательными глазами смотрел на мир полторы остановки, потом уснул. Так он и спал всю дорогу до больницы, пока Надя его не растормошила.

   Володя с беспокойством посматривал на нее.

   -Кажется, не похудела, - думал он. – Нет, даже поправилась.

   Он поймал себя на мысли, что думает об этом неприязненно.

   -С чего бы это?. . Неужели так устал?

   Надежда весело щебетала с Сашкой. Тот, видимо, еще не отошел ото сна и смотрел на нее,  нахмурившись.

   -Ты как себя чувствуешь? – обнял ее Володя.

 ..-Ой, милый, хорошо! Засыпаю только трудно. Считаю, считаю, а все не спится. Вчера даже до тысячи досчитала…  В пятницу или в субботу, наверное, выпишут. Не волнуйся, все хорошо будет, А ты похудел без меня, - она погладила его рукой по щеке. – Варите что- нибудь? Сашка спит ночами?

   -Спит…  Каждый день суп варим…

   -…И кашу, - добавила Надя (вчера дед говорил, что сидят на одной каше).

   -Кашу? Почему кашу?.. Я уже давно ее не ел. Может, сегодня батя сделает.

   -Сделает… - растерянно повторила Надя.

   -Надь, мы пойдем. Ему есть скоро, - кивнул на сына Владимир.

   -Идите.

   Она поцеловала их и пошла в корпус. Сашка улыбался ей вслед. Затем вздохнул и посмотрел на папу..    Взгляд у папы был скорбным..

   …На  непорядок в амуниции им указали уже у входа в дом: из- под одеяла торчали голенькие Сашкины ступни. И почему- то теплые. Владимир стал пунцовым и быстро вошел в подъезд.

 

                                                              .   .   .

 

   В эту ночь каждому снилось свое. Александру Павловичу – его уютный дом и огород, где так много сейчас работы. Володе – тревожные минутные сны с больным Сашкой в главной роли. Наде снился пирог с яблоками, который однажды испек Владимир на Восьмое марта. Сашке снилось что- то смутное, ни на что не похожее.

 

 

 

                                                                          С Р Е. Д А

 

 

   Звонок раздался в семь утра, через пять минут после того, как дед ушел на работу

   Володя открыл дверь. На пороге стоял парень с чемоданом в руках, удивительно знакомый, но кто – не вспомнить.

   -Здорово, Саныч! – парень улыбнулся.

   Володька непроизвольно улыбнулся в ответ.

   -Здорово! – бодро ответил он и , наконец, вспомнил. –Никола! – бросился тому на шею. Так они и вошли в комнату.

   Сашка, естественно, не спал и с любопытством смотрел на взрослых дядей. Дяди же целовались, хлопали друг друга по спинам, кричали, не замечая, что кричат. Это заметил малыш и включился в разговор: -Кха- ха! Кха-ха!

   Никола отпустил Володьку и подошел к кроватке: - Ну, здорово, пацан!

   Сашка повернулся на бок, выгнулся животиком вперед и сказал коротко: - А- а!

   - Ну,  ты даешь!.. Весь в папку- баламута, который полгода уже не звонит!

 

 

 

   -Да ладно ты, Никола, не обижайся! Видишь, какие дела?! – Володя казался смущенным. – Ты пока располагайся, я сейчас…

   Он пошел на кухню.

   Через час они сидели за столом, уминая традиционные жареные яйца с колбасой. В центре стояла ополовиненная бутылка водки. Никола, Володькин сослуживец, рассказывал о своей жизни. Жизнь у Николая шла неплохо. Еще до армии он закончил геолого- разведочный техникум, ходил два раза “в поле” и вся служба прошла у него в воспоминаниях об этих экспедициях, вперемежку с нарядами и дежурствами. После дембеля они часто переписывались, но встретились только сейчас, через пять лет.

   Когда выпили еще по одной, в дверь постучали.

   -Открыто! – крикнул, развалившись на стуле, немного охмелевший Владимир. Вошел Захар.

   -Саныч, у тебя спички есть? Мои кончились, - проговорил он с порога.

   -Садись, Захар, потом возьмешь, - Володя пододвинул табурет к столу. –Друган вот приехал. Служили вместе. Знакомься… Извини, что штрафную не предлагаю – у нас только эта и осталась.

   -Саныч, ты меня обижаешь! Щас будет!

   Захар быстренько встал и вышел. Через пару минут на столе стояла бутылка «Русской».

   -Нет, ребята, я не буду, мне с пацаном еще возиться! – отказался Владимир.

   -Как знаешь…  Ну, за знакомство! – кивнул Захар Николаю. – Будем!

 

   …На радость папе сын не мочил больше положенного пеленки, не плакал, не шумел. В два Володя накормил его, спроводил ребят за очередной водкой, а сам лег  «на минуточку» поспать.

   В шесть пришел с работы Александр Павлович. Потянул носом с порога, окинул комнату взглядом и увидел незнакомый чемодан.

   -Ясно, - сказал он себе и начал будить сына. Тот проснулся сразу же и испуганно посмотрел на Сашку. Сашка преспокойно спал.

   - Батя, ребята не приходили? – хрипло спросил он, прокашлялся.

   -Хроники вы, а не ребята! Алкаши!

   -Что с тобой? Друг ко мне приехал, служили вместе, - буркнул, одеваясь, Володька.

   -Таких друзей...! – не выдержав, сматерился дед.

   - Ну, ты даешь! Что мы сделали то хоть? Объясни!

   -С тобой ребенок,  дурак ты этакий, а ты водку хлещешь! Дверь не заперта!

   -Все, хватит! – махнул рукой Володька. – Спит пацан, и напоенный, и накормленный!.. Что еще надо? Выпить нельзя?

   Так, ссорой и закончился этот вечер. А ребята так и не объявились…

 

 

                                                           Ч Е. Т В Е. Р Г

 

 

   В десять часов опять «полетел» мотор у стиральной машины. Володя закатил коляску на кухню, уложил в нее играющего ванькой- встанькой Сашку, включил магнитофон и принялся стирать вручную. На последней пеленке раздался звонок.

   -Открыто! – крикнул он.

   Заревел Сашка. Володя взял его на руки. Вновь раздался звонок.

   -Да открыто же! – Володька чуть не плакал. Стопка чистого белья предательски накренилась, он с трудом придерживал ее локтем.

   Из коридора появился сначала букет роз, затем милая родная рука, а за ней и сама Надежда.

   -Надюша…- только и произнес ошеломленный Владимир. Белье мешало сдвинуться с места..  Из - за жены выглядывали хитрые, немного помятые лица Николы и Захара.

   _ Саныч, ты бы хоть штаны натянул, плавками перед гостями сверкаешь! – подал голос Захар.

   -Володька!

   Надежда бросилась на шею мужу. Шипы больно впились в голый живот Володьки, но он, казалось , не замечал этого. Он зарылся в ее волосы и только шептал «милая, милая, милая…»

   Сашка, покачиваясь на папиной руке, с интересом посмотрел на дядей, перевел глаза на красные розы, засунул в рот большой и указательный пальцы, пукнул и счастливо улыбнулся.

 

 

   А из магнитофона неслось:

   «…Но есть такие дома волшебные,

     Особо важные для людей,

     Да вы бывали в них все, наверное,-

     Там получают отцы детей…»

 

  

                             К О Н Е Ц                                          апрель 1983г.

 

 

© Copyright: Владимир Потапов, 2012

Регистрационный номер №0026259

от 14 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0026259 выдан для произведения:

                        

 

 

                                                             С У Б Б О Т А

 

   Надежда почувствовала себя плохо в три часа ночи.

   Некоторое время лежала, не шевелясь. Рядом похрапывал Владимир.

   Особенно сильно кололо в правом боку. Две недели назад такое уже было. Анализы тогда ничего не показали: ни аппендицита, ни отравления – ничего. А вчера делали ремонт, вдвоем передвигали мебель – и вот, надорвалась. «Скорее всего – аппендицит» поставила она себе диагноз. Боль сделалась нестерпимой. Она разбудила мужа.

   Тот, спросоня, долго силился понять, что ей надо от него среди ночи. Потом сразу же перешел на крик.

   -Ты что, сдурела? Раньше разбудить не могла? А если в животе разорвется?

   -Не кричи! – Она еле сдерживала слезы. – Ребенка разбудишь.

   Владимир буркнул что то неразборчивое и стал натягивать джинсы. Одна брючина была вывернута на изнанку, и джинсы не одевались.

   Заворочался ребенок. Хлопнув коридорной дверью. Володька выбежал на улицу. Дозвонился быстро. Выкурил сигарету длинными затяжками и вернулся домой. Надя укачивала на коленях сына и меланхолично жевала бутерброд с колбасой.

   -Вообще съехала? – Он отобрал у нее бутерброд.

   -Я есть хочу, - протянула она жалобно, подняла с пола начатый пакет с кефиром. Володя постучал пальцем по лбу, отобрал пакет.

   -Вдовцом меня оставить хочешь?

   За окном скрипнули тормоза, и вскоре «скорая помощь» везла Надежду в больницу.

   Владимир начал звонить своему отцу, Александру Павловичу. Пока набирал номер, тупо подумал, что и «скорую» тоже можно было вызвать из дома. У отца долго не брали трубку, затем раздался щелчок.

   -Здравствуй, пап. Ты  извини, что я так поздно: Надюху в больницу положили. Аппендицит, скорее всего…Ага… Только что…Приедешь завтра? Хорошо…ладно…спокойной ночи.

   Володя сел рядом с кроваткой, поглядел на спящего сына.

   -Ну что, Сашка, проживем?

   Сын улыбнулся чему -то во сне, сладко потянулся и снова зачмокал пустышкой. Володя тяжело вздохнул, завел будильник на полседьмого, разделся и лег спать.

 

   …Утром пришел отец, принес продукты, сигареты. Позавтракали наскоро, и Владимир поехал к Надежде. Попутно заскочил в университет на консультацию. Ничего хорошего не услышал: экзамен будет принимать сам Высоковский.

   -Все, крышка, - подумал Володька. – Пора заказывать «На смерть студента»

   В палату его не пустили: операция прошла успешно, но до вечера Наде вставать не разрешили. Володя передал ей записку и поехал домой.

   Александр Павлович кормил внука. Володя же принялся за стирку. Время от времени он бегал из кухни в комнату – давал советы. Отец добродушно смеялся, спаивал внуку молоко из стаканчика и сюсюкал: - Ми сами с усами. Плавда, Саска? Дай питание.

   Сын приносил питание и снова уходил стирать. Закладывал в машинку по восемь пеленок и попутно учил сопромат по конспекту, стоящему перед ним на умывальной полке.

   -«…если для данного сечения построим эллипс инерции, то графически можно определить радиус инерции относительно…»  Высоковский трояк не поставит…Коробкова- та бы поставили… «…в теории изгиба большую роль играют, кроме моментов инерции, также моменты сопротивления»  Черт, их же двенадцать человек на кафедре, а попался этот… В принципе, кому то должно было не повезти…Нет, Высоковский трояк не поставит!

   На некоторых пеленках желтые пятна не отстирывались. Володька тупо смотрел на них, полоскал, складывал в чистое белье и продолжал учить дальше. В кухню, тихонько прикрыв за собою дверь, вошел отец.

   -Все, заснул, - заговорчески сказал он. Время было без четверти четыре.

 

 

                                                      В О С К Р Е. С Е. Н Ь Е.

 

 

2 

 

 Владимир уснул в первом часу ночи.

 В два его разбудил плач сына. В полудреме, не вставая с постели, он нащупал ладонью в темноте Сашкин рот и сунул ему пустышку. Сашка всхлипнул от обиды и заревел во всю мощь.

   -Йей, йей! – неслось по квартире.

   -Сейчас, сейчас, сынуля, - Володька вскочил, включил свет и взял сына на руки. Сашка немедленно напрудил и реветь перестал.

   -Еще будешь так делать - в угол положу.

   Оба окончательно проснулись. Пока Владимир расстилал чистое белье, сын выплюнул на ковер пустышку.

   -Натренировался, паршивец, - подумал отец, доставая пустышку шваброй из- под  дивана.

   -Гу- а – гу! –радостно ответил Сашка.

   Володька вздохнул и пошел отмывать пустышку. Сашка в это время с сосредоточенным видом принялся марать чистые пеленки. Отец стоял рядом и ёжился. Зябли ноги. Тело покрывалось гусиной кожей.

   -Надо одеться, - подумал он, но сразу же забыл об этом: Сашка окончил процесс. Володя взял его одной рукой поперек туловища и попкой вперед понес обмывать под краном. Сын, выглядывая из-  под – мышки, кряхтел от удовольствия.

   …Он уснул в четыре, прослушав на мотив колыбельной две с половиной лекции по сопромату за вычетом теории предельных напряжений. Рядом, забыв выключить свет, тревожно вздрагивал во сне Владимир.

 

                                                   .   .   .  

 

   Надежде не спалось. Она осторожно ворочалась, тяжело вздыхала. В голову лезли мысли о доме. Нехорошие мысли. В этих раздумьях все оставались живыми, но почему - то вечно голодными, изможденными, непрогуленными и грязными. Некоторые –  небритыми…

   Было очень плохо от этих мыслей. Она стала считать. На второй тысячи сон сморил ее.

 

                                                    .   .   .

 

   Показывали «С добрым утром, страна!». Сашка подпевал Боярскому. Владимир писал шпаргалки – «бомбы». Отец уехал в больницу к Надежде.

   Звонок.

   -Открыто!

   Вошел Захаров Вовка, сосед по этажу. Поздоровались.
   –Саныч, дай сотню до четверга! На мели сижу: Галька, ворона, опять к теще уехала!

   -Погоди, - Володька достал из шкатулки деньги. – Доживем, - подумал он. – У бати деньги есть.

   Захаров, получив деньги, сразу попрощался.

   -«Вот она, граница, мнимая…» – начал напевать себе под нос Володька. Вдруг вспомнил, что вчера не купали сына. – Может, из- за этого и проснулся ночью, - подумал он. – Сегодня надо поплавать. Черт, а в пятницу на анализ крови с Сашкой! – вспомнил он и это. – Все вдруг навалилось!

   Настроение у него испортилось. По телевизору показывали киножурнал.

 

                                                    .   .   .  

   -Надежда, ты не беспокойся, дома все нормально, - говорил в это время Александр Павлович невестке. Они сидели в больничном парке. Было тепло, Мимо прогуливались больные в пижамах на -  вырост. В беседке забивали «козла» , травили анекдоты, криво, вымученно улыбались, сжимая ладошками штопанные животы и желудки. –Не волнуйся, - повторил он. – Сил побыстрее набирайся.

   -Ага, здесь наберешься, - вздохнула Надя. – Одной кашкой кормят.

   -Ну, ты ешь, ешь, Надюша. В режим войдешь – все нормально будет.

   -У Володи завтра экзамен? Пусть он к врачу сходит с Сашкой – кровь сдать. А то сестра уже ругалась…

   -Скажу, скажу, сходит…

   -Ну, вы идите. У нас сейчас обед будет. Володя, наверное, тоже заждался.

   Они поднялись. Попрощались. Надя бочком поплелась в корпус.

3

 

                                                                            .   .   .

 

   Сашка кричал уже минут десять. Временами прерывался, смотрел на деда с отцом глазами, полными слез, и снова начинал плакать.

   Взрослые не знали, что с ним делать, метались. Сашка был сухой, накормленный. Володька укачивал его на руках, трогал лоб губами – все было в норме. Дед гремел игрушками – напрасно.

   -Температуру надо смерить, - повторял он без конца.

   Володька был с ним согласен, но мерить там, где мерит ее ребенку мать, боялся, поэтому сунул градусник Сашке под – мышку. Дед крепко прижал ручку внука к его телу. От холодного стекла Сашка взвыл еще сильнее, но дед, сморщившись, как старушка, не сдавался. Владимир тем временем застилал коляску.

   -Батя, молоко убежало! – крикнул он, учуяв запах горелого. Александр Павлович бросился на кухню, схватил поднявшуюся на пене крышку и выключил газ. С крышкой в руке подбежал к кроватке, но было уже поздно: Сашка не плакал. Он старательно вколачивал градусник пятками в постель.

   -Сын, я у тебя сегодня останусь ночевать, - обернувшись к Владимиру, жалобно сказал Александр Павлович.

 

   …В этот вечер она снова забыли искупать Саньку. Но тот, на удивление, спал спокойно.

Спокойно спали и мужчины. Лишь Надежда, терзаемая чувством  голода и взволнованная судьбой домашних, считала, лежа на больничной кровати. Но теперь уже только до тысячи.

 

 

                                                  П О Н Е Д Е Л Ь Н И К

 

 

   С самого утра лил дождь, не переставая ни на минуту. Все небо затянуто серой краской – ни просвета.

   Владимир без конца ставил кассету с любимыми бардами, возился с Сашкой, прибирался, а дождь все лил и лил.

   Было тоскливо. Утром, в девять тридцать экзамен был прочно “завален” .    Погода плакала вместе с душой. Лишь от Надежды хорошие новости: в пятницу должны выписать.

   Приходил Захар. Принес сто рублей долга. Попросил пятьдесят до четверга.

   Во втором часу Сашку, наконец, сморил сон. Магнитофон сломался. Кухня наполнилась гарью оттого, что Володька зажарил колбасу в целлофановой обертке.

 

   …Вечером приступили к купанию. Александр Павлович налил полную ванну тридцатидвехградусной воды. Володя в это время на столе делал сыну массаж. Сашка смеялся по- своему, стучал ножками о стол, время от времени складывал губы и выдавал серию каких- нибудь восклицаний.

   Приступили к купанию.  Владимир погрузил сына в воду, оставив на поверхности лишь часть лица, начал делать упражнения. Дед, по обыкновению, ворчал рядом, что, мол "вода холодная” и “с ушами то зачем опускать? Голова болеть будет! Ни хрена не понимаете!..”

   Володька отмалчивался. Затем стал переругиваться.

   -Вы много понимаете!  Дохляка из меня вырастили! Ты еще крестить попробуй уговорить меня!

   -А, делай, что хочешь!

   Александр Павлович в сердцах махнул рукой и ушел в комнату, но через минуту вернулся и перебранка продолжалась. В конце концов, Владимир до того забылся, что, отвечая деду, окунул Сашку с головой под воду и держал некоторое время, пока отец не крикнул: - Сашку утопишь!-

   Володя рывком вытащил того из воды. Сашка засучил ножками, глядя в потолок полными слез и воды глазенками, рот широко раскрыт, покрасневшее лицо напряжено.

   -Не дышит! – с ужасом подумал Володька. Но тут кухню огласил истошный вопль. Сашка захлебывался этим криком, давился слюной, кашлял. Володя прижал его к себе, забаюкал, зацеловал в голову. Дед, опомнившись от испуга, опять бурчал рядом. Санька постепенно успокаивался. Лица всех троих вновь приобрели естественный цвет.

4

 

 

                                                       В Т О Р Н И К

 

 

   В этот день к Надежде пошли Владимир с Сашкой.

   Дождь перестал. Подул свежий ветерок, и лужи, накопившиеся за эти дни, высыхали на глазах.

   Коляску брать не стали. Володя с трудом завернул сына в пеленки, а поверх этого накрутил одеяло. Сашка внимательными глазами смотрел на мир полторы остановки, потом уснул. Так он и спал всю дорогу до больницы, пока Надя его не растормошила.

   Володя с беспокойством посматривал на нее.

   -Кажется, не похудела, - думал он. – Нет, даже поправилась.

   Он поймал себя на мысли, что думает об этом неприязненно.

   -С чего бы это?. . Неужели так устал?

   Надежда весело щебетала с Сашкой. Тот, видимо, еще не отошел ото сна и смотрел на нее,  нахмурившись.

   -Ты как себя чувствуешь? – обнял ее Володя.

 ..-Ой, милый, хорошо! Засыпаю только трудно. Считаю, считаю, а все не спится. Вчера даже до тысячи досчитала…  В пятницу или в субботу, наверное, выпишут. Не волнуйся, все хорошо будет, А ты похудел без меня, - она погладила его рукой по щеке. – Варите что- нибудь? Сашка спит ночами?

   -Спит…  Каждый день суп варим…

   -…И кашу, - добавила Надя (вчера дед говорил, что сидят на одной каше).

   -Кашу? Почему кашу?.. Я уже давно ее не ел. Может, сегодня батя сделает.

   -Сделает… - растерянно повторила Надя.

   -Надь, мы пойдем. Ему есть скоро, - кивнул на сына Владимир.

   -Идите.

   Она поцеловала их и пошла в корпус. Сашка улыбался ей вслед. Затем вздохнул и посмотрел на папу..    Взгляд у папы был скорбным..

   …На  непорядок в амуниции им указали уже у входа в дом: из- под одеяла торчали голенькие Сашкины ступни. И почему- то теплые. Владимир стал пунцовым и быстро вошел в подъезд.

 

                                                              .   .   .

 

   В эту ночь каждому снилось свое. Александру Павловичу – его уютный дом и огород, где так много сейчас работы. Володе – тревожные минутные сны с больным Сашкой в главной роли. Наде снился пирог с яблоками, который однажды испек Владимир на Восьмое марта. Сашке снилось что- то смутное, ни на что не похожее.

 

 

 

                                                                          С Р Е. Д А

 

 

   Звонок раздался в семь утра, через пять минут после того, как дед ушел на работу

   Володя открыл дверь. На пороге стоял парень с чемоданом в руках, удивительно знакомый, но кто – не вспомнить.

   -Здорово, Саныч! – парень улыбнулся.

   Володька непроизвольно улыбнулся в ответ.

   -Здорово! – бодро ответил он и , наконец, вспомнил. –Никола! – бросился тому на шею. Так они и вошли в комнату.

   Сашка, естественно, не спал и с любопытством смотрел на взрослых дядей. Дяди же целовались, хлопали друг друга по спинам, кричали, не замечая, что кричат. Это заметил малыш и включился в разговор: -Кха- ха! Кха-ха!

   Никола отпустил Володьку и подошел к кроватке: - Ну, здорово, пацан!

   Сашка повернулся на бок, выгнулся животиком вперед и сказал коротко: - А- а!

   - Ну,  ты даешь!.. Весь в папку- баламута, который полгода уже не звонит!

 

 

 

   -Да ладно ты, Никола, не обижайся! Видишь, какие дела?! – Володя казался смущенным. – Ты пока располагайся, я сейчас…

   Он пошел на кухню.

   Через час они сидели за столом, уминая традиционные жареные яйца с колбасой. В центре стояла ополовиненная бутылка водки. Никола, Володькин сослуживец, рассказывал о своей жизни. Жизнь у Николая шла неплохо. Еще до армии он закончил геолого- разведочный техникум, ходил два раза “в поле” и вся служба прошла у него в воспоминаниях об этих экспедициях, вперемежку с нарядами и дежурствами. После дембеля они часто переписывались, но встретились только сейчас, через пять лет.

   Когда выпили еще по одной, в дверь постучали.

   -Открыто! – крикнул, развалившись на стуле, немного охмелевший Владимир. Вошел Захар.

   -Саныч, у тебя спички есть? Мои кончились, - проговорил он с порога.

   -Садись, Захар, потом возьмешь, - Володя пододвинул табурет к столу. –Друган вот приехал. Служили вместе. Знакомься… Извини, что штрафную не предлагаю – у нас только эта и осталась.

   -Саныч, ты меня обижаешь! Щас будет!

   Захар быстренько встал и вышел. Через пару минут на столе стояла бутылка «Русской».

   -Нет, ребята, я не буду, мне с пацаном еще возиться! – отказался Владимир.

   -Как знаешь…  Ну, за знакомство! – кивнул Захар Николаю. – Будем!

 

   …На радость папе сын не мочил больше положенного пеленки, не плакал, не шумел. В два Володя накормил его, спроводил ребят за очередной водкой, а сам лег  «на минуточку» поспать.

   В шесть пришел с работы Александр Павлович. Потянул носом с порога, окинул комнату взглядом и увидел незнакомый чемодан.

   -Ясно, - сказал он себе и начал будить сына. Тот проснулся сразу же и испуганно посмотрел на Сашку. Сашка преспокойно спал.

   - Батя, ребята не приходили? – хрипло спросил он, прокашлялся.

   -Хроники вы, а не ребята! Алкаши!

   -Что с тобой? Друг ко мне приехал, служили вместе, - буркнул, одеваясь, Володька.

   -Таких друзей...! – не выдержав, сматерился дед.

   - Ну, ты даешь! Что мы сделали то хоть? Объясни!

   -С тобой ребенок,  дурак ты этакий, а ты водку хлещешь! Дверь не заперта!

   -Все, хватит! – махнул рукой Володька. – Спит пацан, и напоенный, и накормленный!.. Что еще надо? Выпить нельзя?

   Так, ссорой и закончился этот вечер. А ребята так и не объявились…

 

 

                                                           Ч Е. Т В Е. Р Г

 

 

   В десять часов опять «полетел» мотор у стиральной машины. Володя закатил коляску на кухню, уложил в нее играющего ванькой- встанькой Сашку, включил магнитофон и принялся стирать вручную. На последней пеленке раздался звонок.

   -Открыто! – крикнул он.

   Заревел Сашка. Володя взял его на руки. Вновь раздался звонок.

   -Да открыто же! – Володька чуть не плакал. Стопка чистого белья предательски накренилась, он с трудом придерживал ее локтем.

   Из коридора появился сначала букет роз, затем милая родная рука, а за ней и сама Надежда.

   -Надюша…- только и произнес ошеломленный Владимир. Белье мешало сдвинуться с места..  Из - за жены выглядывали хитрые, немного помятые лица Николы и Захара.

   _ Саныч, ты бы хоть штаны натянул, плавками перед гостями сверкаешь! – подал голос Захар.

   -Володька!

   Надежда бросилась на шею мужу. Шипы больно впились в голый живот Володьки, но он, казалось , не замечал этого. Он зарылся в ее волосы и только шептал «милая, милая, милая…»

   Сашка, покачиваясь на папиной руке, с интересом посмотрел на дядей, перевел глаза на красные розы, засунул в рот большой и указательный пальцы, пукнул и счастливо улыбнулся.

 

 

   А из магнитофона неслось:

   «…Но есть такие дома волшебные,

     Особо важные для людей,

     Да вы бывали в них все, наверное,-

     Там получают отцы детей…»

 

  

                             К О Н Е Ц                                          апрель 1983г.

 

 

Рейтинг: +1 347 просмотров
Комментарии (2)
Алла Рыженко # 22 февраля 2012 в 23:06 0
Отлично!!
Владимир Потапов # 22 февраля 2012 в 23:29 0
Спасибо, Алла. Тоже, как Вы говорите, "из старенького"