Голод

4 июня 2012 - Морита ...

 

 
Я, устало, и обреченно вздохнув, уныло пододвинул к себе очередную плотную папку с еще одним делом:
-Что тут у нас…. Хм, Боже… вновь самоубийство, - укоризненно покачал головой я, вглядываясь в наименование дела.
Подписано как: 
«Подростковое самоубийство.
Дело №20. 21.05.2010»
Печально вздохнув, я решил приступить к выполнению своих обязанностей, а то есть, к рассмотрению очередной смерти, произошедшей в нашем небольшом городишке. Ужас. Целых двадцать самоубийств среди молодых, неугомонных и опрометчивых детей. 
Я перевернул страницу и увидел информацию о смерти, случившейся около трех дней назад. Сразу же в мои глаза бросилась фотография необыкновенно красивой девушки, неаккуратно приклеенная к листу документа. Ее глаза переливались цветом безоблачного неба, волосы искрились оттенком золота, а улыбка на фотографии пробуждала самые светлые и радостные чувства. «Восхитительная особа, - подумал, было, я, как вдруг, в голове всплыла страшная мысль - А ведь она уже мертва…»
«Что же заставило ее распрощаться с этим миром?» - не унимался мой мозг, не давай тем самым мне покоя. А глаза тем временем самостоятельно нашли строчку с пометкой «Ф.И.О.», а я начал жадно читать информацию:
«Ф.И.О.: Эмили Томас Норрингтон.
Дата рождения: 01.07.94.
Возраст: 16 лет.
Дата смерти: 21.05.2010.
Причина смерти: Самоубийство.
Характер самоубийства: Острая нехватка пищи». 
Чертовщина. Получается, прекрасная девушка заморила себя голодом и новомодными диетами вплоть до самого гроба? Бог мой. Двадцать первый век не перестает шокировать.
Я снова взглянул в чистые и светящиеся глаза Эмили.
-Бедняга…. Зачем же ты это сделала, - покачал я головой, обвиняя молодую особу в страшном преступлении над собой. После чего я, с болью на сердце, принялся листать страницы в документе, содержащие фотографии трупа Эмили. 
Девушка лежала на грязной постели с откинутым серо-желтым одеялом, ранее, как я догадываюсь, имеющим белоснежный цвет. Руки ее мирно покоились вдоль ссохшегося, маленького, костлявого, желтовато-синеватого тельца, не прикрытого грязным одеялом. Золотистые волосы выпавшими локонами разбросаны по большой белой подушке, а их остатки пучками еще держатся на голове мертвой девушки. Я думаю, не стоит вдаваться в подробности отвратительного смрада стоящего в комнате, где труп Эмили пролежал целые три дня. В тот момент, как и обычно, я искренне посочувствовал братьям - судмедэкспертам. И, конечно, самой Эмили, избравшей этот путь…
 
* * *
 
Я, было, хотел дальше рассматривать фотографии и материалы дела, как в конце папки вдруг обнаружил одну интересную вещь. 
Да. Предсмертная записка. Длинный текст, записанный черной гелиевой ручкой и дрожащей рукой, на небольшом, скомканном тетрадном листке. Конечно, я не без интереса начал читать ее:
 
«Пожалуй, я начну с довольно типичной и знакомой нам фразы: «Если вы читаете эту записку, это значит, что меня больше нет в живых». Так оно и есть. Я умерла. И мне ничуть не страшно и не больно произносить это. Я счастлива и как удав спокойна.
Не укоряйте меня и не ругайте. Я разрешаю вам лишь вспоминать обо мне и ронять горькие слезы. Я сделала так, ибо выхода другого не видела, и искать его не хотела. Мне надоело находиться здесь среди двуличных, безобразных людей; среди пустых кукол, гнусных мерзавцев и родителей-подонков. Конечно, были и милые и по-настоящему близкие мне люди, но, простите меня, мне уже совершенно наплевать на ваши чувства.
Две недели назад я проснулась и все поняла. Чертовы четырнадцать дней назад я перестала, есть, ограничиваясь лишь водой. Нужно умереть. Именно, умереть. 
Все потеряло свой смысл; сны стали для меня реальностью, а реальность – пустым сном. Я отчаялась и наложила на себя руки. До последних минут своего существования я хранила в сердце надежду, что кто-нибудь поймет меня и поможет мне.
Но я великая дуреха. Глупая девочка, ненужная никому. Поэтому я ухожу от вас. 
Прощайте, ублюдки.
 
Эмили». 
 
«Вот оно что…. Совершенно типичные причины самоубийства. Очень распространенные поводы суицида для молодых людей», - говорило за меня мое подсознание, а самому мне было искренне жаль отчаявшуюся девушку. Но, увы, помочь я ей уже не в силах.
Я, устало зевнул и закрыл глаза: «Черт. Как хочется спать….Спать.…Всего пару минут. Да, да, только пять минут…» И, я благополучно погрузился в крепкий сон, едва отличимый от реальности, полностью забыв о своей незаконченной работе (что довольно странно).
* * *
 
Я медленно и лениво открыл глаза: «Пора завязывать не спать ночам и как полагается вести себя на работе. А то не видать мне премии от начальства…» . Но место своего законного рабочего места и груды папок, и бумаг я увидел, что нахожусь в незнакомом мне темном коридоре. А в самом его конце блекло светилась дверь, изготовленная из белого прогнившего дерева. 
-Что за чертовщина, - покачал я головой и, опираясь об узкие и грязные стены, создававшие ощущение, будто я пребываю в канализации, поднялся на ноги. Осматриваться мне не пришлось, ибо разглядывать здесь было особо нечего: только подвальные стены вокруг и дверь впереди, словно «свет в конце туннеля». Поэтому, я решительно побрел на этот «света». 
На мое удивление, я довольно быстро добрался до этой грязной и потрепанной временами двери, хотя коридор и казался невыносимо длинным. Наверно, в создании этого ощущения постарался темный гадкий цвет стен. Моя рука автоматически потянулась к дверной ручки, такой же потрепанной и ветхой, как и сама ее хозяйка. Я с легкостью повернул ее по часовой стрелке и дверь с легкостью открылась.
После, я осторожно вошел в пространство за дверью. Сначала, темнота сковала мои глаза, и увидеть что-либо я не смог, но через несколько минут ее прогнал ослепительный свет. Видимо, кто-то заботливо включил его, сразу после того, как дверь за моей спиной со скрипом закрылась. Я поежился, протер свои глаза и, жмурясь от яркого света, начал вглядываться в обстановку.
Я стоял в просторной комнате, где не было ни единого окна, отчего комната казалась подземным бункером. Но довольно чистым, а главное ослепительно белым помещением. Белым от того, что стены, высокий потолок, а также пол были окрашены самым белоснежным оттенком, который только удалось вывести человеку. Посередине комнаты стояла большая кровать – единственный в ней предмет. Больше в «бункере» ничего не было.
Понятно, наверно, что мой взгляд направился на эту самую постель. Она в свою очередь была покрыта грязным желтовато-серого цвета бельем, от которого густыми клубами поднимался тошнотворный смрад. Я, еле сдержав свой рвотный рефлекс, заметил одну интересную вещь на кровати. Точнее, не вещь, а девушку.
Я решил подойти к ней, но потом до меня дошел тот неприятный факт, что молодая особа мертва и, дня четыре пребывает здесь, но ее внешний вид все-таки был ужасен до жути. Холодный пот потек по моему телу, а я стал разглядывать свежий труп.
Он еще не разложился, поэтому я смог определить пол мертвого человека. Это, как я уже сказал, была мертвая девушка, на вид лет семнадцати или чуть младше. Она была очень худа, даже нет, не худа, а ужасающе анорексична, от чего меня нервно передернуло. Ее тело было полностью обнажено, а я без труда смог найти все двенадцать ребер на ее грудине и подумать, что сейчас ее труп можно было бы использовать на уроках анатомии в качестве миловидного скелета. Но, все-таки, это не смешно, а довольно противно и мерзко. Я медленно подобрался к трупу ближе, так как очень хотел посмотреть на лицо девушки. Лучше бы я этого не делал, конечно. 
Лицо, если это можно еще так назвать, было синего оттенка, с торчащими скулами и провалившимися щеками. Глаза сплющились и впали в глазницы, но цвет их я смутно разглядел. Похоже, они были раньше голубого или синего цвета. Нос «красавицы» представлял собой узкую кость, обтянутую сухой кожей. Губы были маленькие, слипшиеся, сухие и фиолетовые. Бровей как таковых не было вообще, как и ресниц. Их заменяли кое-где торчащие волосяные отростки. Стоит предположить, что остальные выпали, что вполне реально. На голове трупа было практически тоже самое: несколько бедных торчащих пучков грубых блеклых волос, имеющих светлый цвет, остальные волосы выпали и лежали рядом с головой (точнее, черепом) девушки на смятой подушке. 
Я, прикрыл рот рукой, подавив тем самым поток рвоты, и стремительно отошел от трупа. Я, было, направился к двери, порешив найти дорогу, домой, во что бы то ни стало. Но, конечно, это было просто невозможно. 
 
 
* * *
 
 
 
Бледная, костлявая кисть обхватила мое запястье, от чего мурашки побежали по коже, тело покрылось потом, я оцепенел, и крик ужаса вырвался из моего ротового отверстия. Автоматически я повернул голову и, естественно, увидел перед собой усталое и раздраженное лицо «красавицы – анорексички». Струя мочи потекла по моим штанам, а я, вырвав свою руку из ее цепкой хватки, побежал к двери. Но дверь не поддавалась и совсем не хотела выпускать меня из этого адского «бункера». А труп позади меня, кажется, стал подниматься с постели, кряхтя от злости и бессилия.
-Отдай.… Отдай! – тихо кричала «девушка» за моей спиной, а я безуспешно пытался открыть дверь. – Отдай!
-Что?! Что тебе надо от меня?! – от страха орал я на всю комнату и тряс ветхую дверь. 
- Рука…. Сначала… рука!!! – закряхтел труп, а я на минуту застыл от удивления. «Рука? Не понял», - вопил мой мозг, норовя взорваться и забрызгать кровью и своими ошметками все помещение в считанные секунды. 
-Посмотри… на запястье, - продолжал подниматься труп. Я же невольно кинул взгляд на свое левое запястье. О, Боже.… На нем болталась костлявая, бледня рука трупа, оторванная по локоть. Я отпрыгнул от неподдающейся двери и воскликнул от ужаса. 
-Отдай мне!!!
Более менее придя в себя, я осторожно «снял» руку девушки с своего похолодевшего запястья и, медленно приблизившись к трупу, протянул ему элемент его тела. После чего стремительно отбежал на пару шагов. Мало ли… 
-Хм, - она, так до сих пор и не встав с грязной постели (сил, по-видимому, у «девушки» не осталось вообще) , прицепила руку на место, а потом взглянула на меня, сверкнув мертвыми жуткими глазами.- Зачем ты пришел сюда?
Я чуть не упал в обморок от того факта, что со мной разговаривает мертвец, но решил собраться и взять себя в руки:
-Я…. Я не знаю. Я очнулся в темном коридоре, и единственный путь лежал сюда, в эту комнату. Поэтому я и пришел.
-Хм…. Даже после смерти я не могу остаться одна! Даже сейчас людишки не могут оставить меня в покое!!! – завопил труп и откинулся на кровать, хрустя костями. 
М-да. Я пригляделся к успокоившемуся трупу, и понял одну странную вещь. Я ведь где-то видел эту девушку! Черт, только где…
- Не копайся в моем деле. Скажи, чтоб меня просто забыли, - будто поймав мои мысли, произнесла мертвая девушка.
-В деле? – И вдруг меня осенило. Эмили Норрингтон! – Так ты – Эмили Норрингтон?! Так значит, ты и есть та самая девушка, заморившая себя голодом, да?- трясясь от ужаса, воскликнул я.
- Да. И не спрашивай зачем. Я хотела умереть, вот и умерла. Я счастлива, а это главное, - закрывая «глаза», устало сказал труп мне. Стоп. Закрывая глаза? Черт,похоже, я попал в Ад…
-Ты ужасно поступила, и скоро будешь гореть в Аду, - для чего-то высказал я, задумавшись.
-Ха! Не обольщайся, мы уже в Аду, - прохрипел труп. – Не копайся в моем деле – это пустая трата времени. Ах да, и не жалей меня. Мне на это наплевать, мне на всех наплевать. А теперь – уходи!
Я хотел было выведать у «девушки» еще пару фактов ее смерти, но старая дверь молниеносно распахнулась и я, подхваченный неведомой силой, вылетел через дверной проем. Белоснежная комната и Эмили Норрингтон заплясали во тьме и вскоре растворились в ней вовсе. 
А мои глаза закрылись, а тело погрузилось во мрак. 
 
* * *
 
Тяжело дыша, я подпрыгнул на кресле и схватился за свою голову, которая разрывалась от боли:
-Что за черт! – воскликнул я, резко раскрыв глаза и уставившись на дверь своего кабинета. Отдышавшись и придя в норму, я осмотрелся и пришел к чудесному и довольно приятному выводу, что я нахожусь на своем рабочем месте, как мне, в прочем, и следует. Сердце прекратило бешено биться, мурашки отступили, а я взял со стола остывшую чашку с кофе и глубоко отпил из нее. «Все хорошо. Ты в офисе. Это был сумасшедший и бредовый сон, » - успокаивало меня мое подсознание. 
Через пару минут, я совсем уже пришел в себя, поэтому решил дальше продолжить работу. Конечно, я приступил далее изучать ту папку, наткнувшись на которую погрузился в бредовый кошмар.
«Что тут такое…. А, дело о самоубийстве Эмили Норрингтон…» - вспомнил я, всматриваясь в фотографии трупа девушки. Я перевернул еще одну страницу документа и добрался до показаний судмедэкспертов. На странице мирно покоился какой-то листок. Записка?
Конечно, я перевернул ее и прочитал следующее: « Я же сказала, не копайся в моем деле. Оно тебя не касается».
Чашка с кофе выпала из моей руки и со звоном, разбилась об пол, забрызгав его холодным и крепким черным кофе. А записка от Эмили растаяла в моих руках…

© Copyright: Морита ..., 2012

Регистрационный номер №0053269

от 4 июня 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0053269 выдан для произведения:

 

 
Я, устало, и обреченно вздохнув, уныло пододвинул к себе очередную плотную папку с еще одним делом:
-Что тут у нас…. Хм, Боже… вновь самоубийство, - укоризненно покачал головой я, вглядываясь в наименование дела.
Подписано как: 
«Подростковое самоубийство.
Дело №20. 21.05.2010»
Печально вздохнув, я решил приступить к выполнению своих обязанностей, а то есть, к рассмотрению очередной смерти, произошедшей в нашем небольшом городишке. Ужас. Целых двадцать самоубийств среди молодых, неугомонных и опрометчивых детей. 
Я перевернул страницу и увидел информацию о смерти, случившейся около трех дней назад. Сразу же в мои глаза бросилась фотография необыкновенно красивой девушки, неаккуратно приклеенная к листу документа. Ее глаза переливались цветом безоблачного неба, волосы искрились оттенком золота, а улыбка на фотографии пробуждала самые светлые и радостные чувства. «Восхитительная особа, - подумал, было, я, как вдруг, в голове всплыла страшная мысль - А ведь она уже мертва…»
«Что же заставило ее распрощаться с этим миром?» - не унимался мой мозг, не давай тем самым мне покоя. А глаза тем временем самостоятельно нашли строчку с пометкой «Ф.И.О.», а я начал жадно читать информацию:
«Ф.И.О.: Эмили Томас Норрингтон.
Дата рождения: 01.07.94.
Возраст: 16 лет.
Дата смерти: 21.05.2010.
Причина смерти: Самоубийство.
Характер самоубийства: Острая нехватка пищи». 
Чертовщина. Получается, прекрасная девушка заморила себя голодом и новомодными диетами вплоть до самого гроба? Бог мой. Двадцать первый век не перестает шокировать.
Я снова взглянул в чистые и светящиеся глаза Эмили.
-Бедняга…. Зачем же ты это сделала, - покачал я головой, обвиняя молодую особу в страшном преступлении над собой. После чего я, с болью на сердце, принялся листать страницы в документе, содержащие фотографии трупа Эмили. 
Девушка лежала на грязной постели с откинутым серо-желтым одеялом, ранее, как я догадываюсь, имеющим белоснежный цвет. Руки ее мирно покоились вдоль ссохшегося, маленького, костлявого, желтовато-синеватого тельца, не прикрытого грязным одеялом. Золотистые волосы выпавшими локонами разбросаны по большой белой подушке, а их остатки пучками еще держатся на голове мертвой девушки. Я думаю, не стоит вдаваться в подробности отвратительного смрада стоящего в комнате, где труп Эмили пролежал целые три дня. В тот момент, как и обычно, я искренне посочувствовал братьям - судмедэкспертам. И, конечно, самой Эмили, избравшей этот путь…
 
* * *
 
Я, было, хотел дальше рассматривать фотографии и материалы дела, как в конце папки вдруг обнаружил одну интересную вещь. 
Да. Предсмертная записка. Длинный текст, записанный черной гелиевой ручкой и дрожащей рукой, на небольшом, скомканном тетрадном листке. Конечно, я не без интереса начал читать ее:
 
«Пожалуй, я начну с довольно типичной и знакомой нам фразы: «Если вы читаете эту записку, это значит, что меня больше нет в живых». Так оно и есть. Я умерла. И мне ничуть не страшно и не больно произносить это. Я счастлива и как удав спокойна.
Не укоряйте меня и не ругайте. Я разрешаю вам лишь вспоминать обо мне и ронять горькие слезы. Я сделала так, ибо выхода другого не видела, и искать его не хотела. Мне надоело находиться здесь среди двуличных, безобразных людей; среди пустых кукол, гнусных мерзавцев и родителей-подонков. Конечно, были и милые и по-настоящему близкие мне люди, но, простите меня, мне уже совершенно наплевать на ваши чувства.
Две недели назад я проснулась и все поняла. Чертовы четырнадцать дней назад я перестала, есть, ограничиваясь лишь водой. Нужно умереть. Именно, умереть. 
Все потеряло свой смысл; сны стали для меня реальностью, а реальность – пустым сном. Я отчаялась и наложила на себя руки. До последних минут своего существования я хранила в сердце надежду, что кто-нибудь поймет меня и поможет мне.
Но я великая дуреха. Глупая девочка, ненужная никому. Поэтому я ухожу от вас. 
Прощайте, ублюдки.
 
Эмили». 
 
«Вот оно что…. Совершенно типичные причины самоубийства. Очень распространенные поводы суицида для молодых людей», - говорило за меня мое подсознание, а самому мне было искренне жаль отчаявшуюся девушку. Но, увы, помочь я ей уже не в силах.
Я, устало зевнул и закрыл глаза: «Черт. Как хочется спать….Спать.…Всего пару минут. Да, да, только пять минут…» И, я благополучно погрузился в крепкий сон, едва отличимый от реальности, полностью забыв о своей незаконченной работе (что довольно странно).
* * *
 
Я медленно и лениво открыл глаза: «Пора завязывать не спать ночам и как полагается вести себя на работе. А то не видать мне премии от начальства…» . Но место своего законного рабочего места и груды папок, и бумаг я увидел, что нахожусь в незнакомом мне темном коридоре. А в самом его конце блекло светилась дверь, изготовленная из белого прогнившего дерева. 
-Что за чертовщина, - покачал я головой и, опираясь об узкие и грязные стены, создававшие ощущение, будто я пребываю в канализации, поднялся на ноги. Осматриваться мне не пришлось, ибо разглядывать здесь было особо нечего: только подвальные стены вокруг и дверь впереди, словно «свет в конце туннеля». Поэтому, я решительно побрел на этот «света». 
На мое удивление, я довольно быстро добрался до этой грязной и потрепанной временами двери, хотя коридор и казался невыносимо длинным. Наверно, в создании этого ощущения постарался темный гадкий цвет стен. Моя рука автоматически потянулась к дверной ручки, такой же потрепанной и ветхой, как и сама ее хозяйка. Я с легкостью повернул ее по часовой стрелке и дверь с легкостью открылась.
После, я осторожно вошел в пространство за дверью. Сначала, темнота сковала мои глаза, и увидеть что-либо я не смог, но через несколько минут ее прогнал ослепительный свет. Видимо, кто-то заботливо включил его, сразу после того, как дверь за моей спиной со скрипом закрылась. Я поежился, протер свои глаза и, жмурясь от яркого света, начал вглядываться в обстановку.
Я стоял в просторной комнате, где не было ни единого окна, отчего комната казалась подземным бункером. Но довольно чистым, а главное ослепительно белым помещением. Белым от того, что стены, высокий потолок, а также пол были окрашены самым белоснежным оттенком, который только удалось вывести человеку. Посередине комнаты стояла большая кровать – единственный в ней предмет. Больше в «бункере» ничего не было.
Понятно, наверно, что мой взгляд направился на эту самую постель. Она в свою очередь была покрыта грязным желтовато-серого цвета бельем, от которого густыми клубами поднимался тошнотворный смрад. Я, еле сдержав свой рвотный рефлекс, заметил одну интересную вещь на кровати. Точнее, не вещь, а девушку.
Я решил подойти к ней, но потом до меня дошел тот неприятный факт, что молодая особа мертва и, дня четыре пребывает здесь, но ее внешний вид все-таки был ужасен до жути. Холодный пот потек по моему телу, а я стал разглядывать свежий труп.
Он еще не разложился, поэтому я смог определить пол мертвого человека. Это, как я уже сказал, была мертвая девушка, на вид лет семнадцати или чуть младше. Она была очень худа, даже нет, не худа, а ужасающе анорексична, от чего меня нервно передернуло. Ее тело было полностью обнажено, а я без труда смог найти все двенадцать ребер на ее грудине и подумать, что сейчас ее труп можно было бы использовать на уроках анатомии в качестве миловидного скелета. Но, все-таки, это не смешно, а довольно противно и мерзко. Я медленно подобрался к трупу ближе, так как очень хотел посмотреть на лицо девушки. Лучше бы я этого не делал, конечно. 
Лицо, если это можно еще так назвать, было синего оттенка, с торчащими скулами и провалившимися щеками. Глаза сплющились и впали в глазницы, но цвет их я смутно разглядел. Похоже, они были раньше голубого или синего цвета. Нос «красавицы» представлял собой узкую кость, обтянутую сухой кожей. Губы были маленькие, слипшиеся, сухие и фиолетовые. Бровей как таковых не было вообще, как и ресниц. Их заменяли кое-где торчащие волосяные отростки. Стоит предположить, что остальные выпали, что вполне реально. На голове трупа было практически тоже самое: несколько бедных торчащих пучков грубых блеклых волос, имеющих светлый цвет, остальные волосы выпали и лежали рядом с головой (точнее, черепом) девушки на смятой подушке. 
Я, прикрыл рот рукой, подавив тем самым поток рвоты, и стремительно отошел от трупа. Я, было, направился к двери, порешив найти дорогу, домой, во что бы то ни стало. Но, конечно, это было просто невозможно. 
 
 
* * *
 
 
 
Бледная, костлявая кисть обхватила мое запястье, от чего мурашки побежали по коже, тело покрылось потом, я оцепенел, и крик ужаса вырвался из моего ротового отверстия. Автоматически я повернул голову и, естественно, увидел перед собой усталое и раздраженное лицо «красавицы – анорексички». Струя мочи потекла по моим штанам, а я, вырвав свою руку из ее цепкой хватки, побежал к двери. Но дверь не поддавалась и совсем не хотела выпускать меня из этого адского «бункера». А труп позади меня, кажется, стал подниматься с постели, кряхтя от злости и бессилия.
-Отдай.… Отдай! – тихо кричала «девушка» за моей спиной, а я безуспешно пытался открыть дверь. – Отдай!
-Что?! Что тебе надо от меня?! – от страха орал я на всю комнату и тряс ветхую дверь. 
- Рука…. Сначала… рука!!! – закряхтел труп, а я на минуту застыл от удивления. «Рука? Не понял», - вопил мой мозг, норовя взорваться и забрызгать кровью и своими ошметками все помещение в считанные секунды. 
-Посмотри… на запястье, - продолжал подниматься труп. Я же невольно кинул взгляд на свое левое запястье. О, Боже.… На нем болталась костлявая, бледня рука трупа, оторванная по локоть. Я отпрыгнул от неподдающейся двери и воскликнул от ужаса. 
-Отдай мне!!!
Более менее придя в себя, я осторожно «снял» руку девушки с своего похолодевшего запястья и, медленно приблизившись к трупу, протянул ему элемент его тела. После чего стремительно отбежал на пару шагов. Мало ли… 
-Хм, - она, так до сих пор и не встав с грязной постели (сил, по-видимому, у «девушки» не осталось вообще) , прицепила руку на место, а потом взглянула на меня, сверкнув мертвыми жуткими глазами.- Зачем ты пришел сюда?
Я чуть не упал в обморок от того факта, что со мной разговаривает мертвец, но решил собраться и взять себя в руки:
-Я…. Я не знаю. Я очнулся в темном коридоре, и единственный путь лежал сюда, в эту комнату. Поэтому я и пришел.
-Хм…. Даже после смерти я не могу остаться одна! Даже сейчас людишки не могут оставить меня в покое!!! – завопил труп и откинулся на кровать, хрустя костями. 
М-да. Я пригляделся к успокоившемуся трупу, и понял одну странную вещь. Я ведь где-то видел эту девушку! Черт, только где…
- Не копайся в моем деле. Скажи, чтоб меня просто забыли, - будто поймав мои мысли, произнесла мертвая девушка.
-В деле? – И вдруг меня осенило. Эмили Норрингтон! – Так ты – Эмили Норрингтон?! Так значит, ты и есть та самая девушка, заморившая себя голодом, да?- трясясь от ужаса, воскликнул я.
- Да. И не спрашивай зачем. Я хотела умереть, вот и умерла. Я счастлива, а это главное, - закрывая «глаза», устало сказал труп мне. Стоп. Закрывая глаза? Черт,похоже, я попал в Ад…
-Ты ужасно поступила, и скоро будешь гореть в Аду, - для чего-то высказал я, задумавшись.
-Ха! Не обольщайся, мы уже в Аду, - прохрипел труп. – Не копайся в моем деле – это пустая трата времени. Ах да, и не жалей меня. Мне на это наплевать, мне на всех наплевать. А теперь – уходи!
Я хотел было выведать у «девушки» еще пару фактов ее смерти, но старая дверь молниеносно распахнулась и я, подхваченный неведомой силой, вылетел через дверной проем. Белоснежная комната и Эмили Норрингтон заплясали во тьме и вскоре растворились в ней вовсе. 
А мои глаза закрылись, а тело погрузилось во мрак. 
 
* * *
 
Тяжело дыша, я подпрыгнул на кресле и схватился за свою голову, которая разрывалась от боли:
-Что за черт! – воскликнул я, резко раскрыв глаза и уставившись на дверь своего кабинета. Отдышавшись и придя в норму, я осмотрелся и пришел к чудесному и довольно приятному выводу, что я нахожусь на своем рабочем месте, как мне, в прочем, и следует. Сердце прекратило бешено биться, мурашки отступили, а я взял со стола остывшую чашку с кофе и глубоко отпил из нее. «Все хорошо. Ты в офисе. Это был сумасшедший и бредовый сон, » - успокаивало меня мое подсознание. 
Через пару минут, я совсем уже пришел в себя, поэтому решил дальше продолжить работу. Конечно, я приступил далее изучать ту папку, наткнувшись на которую погрузился в бредовый кошмар.
«Что тут такое…. А, дело о самоубийстве Эмили Норрингтон…» - вспомнил я, всматриваясь в фотографии трупа девушки. Я перевернул еще одну страницу документа и добрался до показаний судмедэкспертов. На странице мирно покоился какой-то листок. Записка?
Конечно, я перевернул ее и прочитал следующее: « Я же сказала, не копайся в моем деле. Оно тебя не касается».
Чашка с кофе выпала из моей руки и со звоном, разбилась об пол, забрызгав его холодным и крепким черным кофе. А записка от Эмили растаяла в моих руках…
Рейтинг: +1 360 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!