Захрусталье ч. 24

30 августа 2013 - Александр Киселев

Через несколько дней дела потребовали присутствия Дрейка в Смолянске. Он уехал ранним утром, а чуть позже Ветер вспомнил, что запас порошков, необходимых для плавки слоистой стали потихоньку тает, и отправился следом, взяв за компанию Никиту. Стоял ясный солнечный день, было безветренно. По дороге Ветер увлеченно рассказывал ему о новой стали, ее достоинствах и неожиданной простоте рецепта. Никита вежливо слушал, кивал головой, не понимая ничего, но не решаясь обидеть кузнеца невниманием. За разговором доехали незаметно, но поскольку день уже клонился к закату, решили все дела перенести на утро. Маленькая уютная таверна на окраине, где они решили переночевать, могла похвастаться очень неплохой кухней. Готовили быстро, вкусно, по честной цене.

Кузнец и охотник сидели в своего рода кабинке: плетеные перегородки закрывали столик с двух сторон от взглядов посетителей. Стол бы крепким, широким, лавки - удобными, со спинками, позволяющими откинуться назад после плотного ужина. На свечах тут тоже не экономили. Хорошо!

- Когда еще удастся посидеть спокойно! – Никита с видимым удовольствием вычищал тарелку.

Ветер был с ним вполне солидарен в этом вопросе. Он блаженствовал, понемногу потягивая терпкое вино. Молодая подавальщица, качнув пышным бюстом, проворно выставила на стол очередную порцию закусок и удалилась, улыбнувшись Никите в ответ на игривый шлепок пониже спины.

Ветер буркнул:

 - Пора б уже и остепениться...

- А мне еще погулять охота! – задорно ответил охотник, - ты на нее глянь, девка – загляденье. Я к ней… - Никита умолк, увидев Дрейка, вошедшего в зал. Ведущего сопровождал человек, одетый как прислуга у хозяина средней руки. Его спутник, доведя бледного, как привидение Дрейка до соседней с Ветром кабинки, усадил его, и кивнул хозяину, стоящему за стойкой. Тот видно знал и этого человека, и Дрейка, и что нужно делать. Перед безучастно сидящим Ведущим появились большая кружка подогретого вина, пирог из печени и большой ломоть хлеба. Тот принялся вяло, медленно жевать. Ветер, сев так, чтобы его не было видно, шепнул Никите: «Что-то тут не так. Ты видел, как он шел? Как будто на воде две недели сидел. Давай-ка хозяина спросим.

Никита встал, и хотел было подойти к Дрейку. Ветер удержал его: « Меня слушай. Хозяина вначале спроси, он, шельмец, точно что-то знает»

Ветер очень опасался, не пристрастился ли Дрейк к дурман-траве, тайно продаваемой по окраинам Смолянска. Она давала невероятно яркие грезы, воплощая все самые сокровенные мечты человека, но отбирая взамен у него здоровье и силу. Никита взмахнул рукой. Та самая девушка, которая «загляденье», оторвалась от стойки и, улыбаясь, заспешила к нему.

- Краса, пригласи хозяина за наш столик. Дело есть. – Сказал Никита, опуская монетку в карман ее передника. Подавальщица накрыла руку охотника своей: « А что, добрый человек, сразу хозяина? Может, и я на что-нибудь пригожусь. Вдруг отвечу? – Она будто случайно коснулась охотника бедром.

- По твоему делу, девка, в другом месте спрос будет. Серьезный разговор будет, хозяина позови. – Скомандовал Ветер, глядя на разомлевшего Никиту. Тот привлек девушку к себе, что–то тихо шепнул ей на ухо, не удержавшись от быстрого поцелуя в щеку. Она посмотрела на кузнеца, потом, куда более ласково на Никиту, пожала плечами.

- Никакой тайны нет, - сказала она, присев на край лавки. – Господин Энхель тут своим людям силы восстанавливает. У него договор с хозяином – кого слуга приводит, хозяин ночлег дает и еду. А потом уже счет Энхелю присылает.

- Чем он занимается, это Энхель? – спросил строго Ветер.

- Он маг и аптекарь. Снадобья всякие делает, роды принимает, если надо, лечит понемногу.

- А как же люди на него работают, что после такой работы еле ноги волочат, а, краса? – спросил Никита.

 Да он кровь им пускает, собирает и настойки разные на ней делает. – Удивилась непонятливому посетителю девушка. – Кровь - то человеческая, если с добром дадена, иногда выше золота ценится.

-Так, краса. Вижу, кое-что ты знаешь. Звать-то тебя как? – спросил охотник, не выпуская руку девушки из своей.

- Радой зови, великан. Спутник только твой суровый больно, не обидит? – тихо засмеялась девушка, - я иногда больше хозяина могу рассказать, потому, что разным людям тарелки носить приходится.

- И не только тарелки носить, - пробормотал Ветер, удостоив ее скептического взгляда.

- Дурень ты старый, - обиделась Рада. – Волос седых полна голова, так и ум растерял. С твоим другом я ласковая, потому, что люб. А ты с гулящей девкой меня спутал. Я его уже с полгода как приметила, только вот все не звал. Не то время сейчас, чтоб церемонии разводить. Жить хочу, пока Империя в ворота не постучала, потом поздно будет.

- Ну, а как постучится? – насмешливо спросил Ветер.

- Ну а как постучится – на стену пойду, отец луку обучил. А пока жива - чего долго думать? По душе мне парень – прямо скажу.

Никита расцвел.

- Ишь, ты какая, - пряча смущение, отозвался кузнец, - ну, тогда прости, Рада, коль обидел. Расскажешь нам об этом Энхеле?

Рада кинула взгляд в сторону стойки. Хозяин куда-то ушел, на его месте стоял грузный рябой мужик с взлохмаченными черными волосами, казалось, не обращавший на посетителей внимания. Рада встала.

- Приплатите немного, я вам еще еду и вина принесу. Зато тот упырь за стойкой, придраться не сможет. А позовет – мне будет, чем перед хозяином оправдаться. – Девушка проворно собрала тарелки и убежала, одарив Никиту еще одним ласковым взглядом.

-Ну и девка, - Никита потер подбородок. Он чуть привстал, заглянул за перегородку. Дрейк сидел перед опустевшей тарелкой, закрыв глаза и, казалось, дремал. Рада вернулась быстро, принеся еще кувшин хорошего вина и блюдо с жареным мясом, на котором еще пузырился сок. Мимоходом она поставила перед Дрейком еще одну кружку, и тот, открыв глаза, потянулся за ней.

-Что ты ему принесла? - Ветер подозрительно посмотрел на Ведущего, с жадностью набросившегося на принесенное питье.

- Это дает силы, - объяснила девушка, протирая стол и подкладывая мясо спутникам. – Бульон с травами, он хорошо восстанавливает. Сама пробовала. Иной раз за день так набегаешься, а хлебнешь – и танцевать готова. Господин Энхель хорошую вещь придумал. А что вы о нем хотите услышать?

***

Дрейк с трудом поднял непослушные веки. Из тела словно вынули все кости, сознание плыло, к горлу то и дело подкатывалась тошнота. Превозмогая себя, он отхлебнул из пузатой кружки, принесенной Радой. Стало чуть полегче. Очень медленно Дрейк допил бульон. « Да - подумал он, - все же выпустил лишку». Зато теперь денег хватит вернуть Ахватару долг. Перебежчик запросил двести тысяч за рецепт стали, на восемьдесят тысяч он продал своих вещей. Дрейк вспомнил свое отчаяние, когда обегав весь город, он не нашел никого, кто мог бы ссудить ему недостающую сумму. Наконец, в отчаянии от того, что рецепт мог быть продан другому, Дрейк обратился к некогда спасенному им купцу. Тот, не говоря ни слова, выложил на стол баснословные деньги, попросив лишь вернуть их в срок. У Дрейка потеплело на душе. Конечно, не стоило выпускать из себя кровь кувшинами, но теперь дело сделано. Ветер кует многослойку, гигантский долг погашен. Право же, стоило потерпеть. Дрейк подвернул рукав и погладил руку, всю в синяках от многочисленных проколов. Все, руки, все. Долг оплачен, и клан получил еще одну надежду.  Дрейк встал, покачиваясь, и вдруг в соседней кабинке увидел Ветра и Никиту, обнимающего Раду. Старик поднялся ему навстречу.

- Малыш, да ты что с собой учинил? – спросил он, чуть не плача, - я только теперь понял, за что ты его достал. Да гори оно синим огнем за такую цену, ты же помереть мог!

- Еще и таился, - добавил Никита, - мы бы все пошли, по кружке сдали бы…

-Каждый – не получилось бы. – Дрейку казалось, что он говорит громко и уверенно, на самом деле он шептал. – За каждого не дали бы столько. А я – универсал. Моя кровь дороже золота.

Он шагнул навстречу друзьям и потерял сознание.

© Copyright: Александр Киселев, 2013

Регистрационный номер №0155421

от 30 августа 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0155421 выдан для произведения:

Через несколько дней дела потребовали присутствия Дрейка в Смолянске. Он уехал ранним утром, а чуть позже Ветер вспомнил, что запас порошков, необходимых для плавки слоистой стали потихоньку тает, и отправился следом, взяв за компанию Никиту. Стоял ясный солнечный день, было безветренно. По дороге Ветер увлеченно рассказывал ему о новой стали, ее достоинствах и неожиданной простоте рецепта. Никита вежливо слушал, кивал головой, не понимая ничего, но не решаясь обидеть кузнеца невниманием. За разговором доехали незаметно, но поскольку день уже клонился к закату, решили все дела перенести на утро. Маленькая уютная таверна на окраине, где они решили переночевать, могла похвастаться очень неплохой кухней. Готовили быстро, вкусно, по честной цене.

Кузнец и охотник сидели в своего рода кабинке: плетеные перегородки закрывали столик с двух сторон от взглядов посетителей. Стол бы крепким, широким, лавки - удобными, со спинками, позволяющими откинуться назад после плотного ужина. На свечах тут тоже не экономили. Хорошо!

- Когда еще удастся посидеть спокойно! – Никита с видимым удовольствием вычищал тарелку.

Ветер был с ним вполне солидарен в этом вопросе. Он блаженствовал, понемногу потягивая терпкое вино. Молодая подавальщица, качнув пышным бюстом, проворно выставила на стол очередную порцию закусок и удалилась, улыбнувшись Никите в ответ на игривый шлепок пониже спины.

Ветер буркнул:

 - Пора б уже и остепениться...

- А мне еще погулять охота! – задорно ответил охотник, - ты на нее глянь, девка – загляденье. Я к ней… - Никита умолк, увидев Дрейка, вошедшего в зал. Ведущего сопровождал человек, одетый как прислуга у хозяина средней руки. Его спутник, доведя бледного, как привидение Дрейка до соседней с Ветром кабинки, усадил его, и кивнул хозяину, стоящему за стойкой. Тот видно знал и этого человека, и Дрейка, и что нужно делать. Перед безучастно сидящим Ведущим появились большая кружка подогретого вина, пирог из печени и большой ломоть хлеба. Тот принялся вяло, медленно жевать. Ветер, сев так, чтобы его не было видно, шепнул Никите: «Что-то тут не так. Ты видел, как он шел? Как будто на воде две недели сидел. Давай-ка хозяина спросим.

Никита встал, и хотел было подойти к Дрейку. Ветер удержал его: « Меня слушай. Хозяина вначале спроси, он, шельмец, точно что-то знает»

Ветер очень опасался, не пристрастился ли Дрейк к дурман-траве, тайно продаваемой по окраинам Смолянска. Она давала невероятно яркие грезы, воплощая все самые сокровенные мечты человека, но отбирая взамен у него здоровье и силу. Никита взмахнул рукой. Та самая девушка, которая «загляденье», оторвалась от стойки и, улыбаясь, заспешила к нему.

- Краса, пригласи хозяина за наш столик. Дело есть. – Сказал Никита, опуская монетку в карман ее передника. Подавальщица накрыла руку охотника своей: « А что, добрый человек, сразу хозяина? Может, и я на что-нибудь пригожусь. Вдруг отвечу? – Она будто случайно коснулась охотника бедром.

- По твоему делу, девка, в другом месте спрос будет. Серьезный разговор будет, хозяина позови. – Скомандовал Ветер, глядя на разомлевшего Никиту. Тот привлек девушку к себе, что–то тихо шепнул ей на ухо, не удержавшись от быстрого поцелуя в щеку. Она посмотрела на кузнеца, потом, куда более ласково на Никиту, пожала плечами.

- Никакой тайны нет, - сказала она, присев на край лавки. – Господин Энхель тут своим людям силы восстанавливает. У него договор с хозяином – кого слуга приводит, хозяин ночлег дает и еду. А потом уже счет Энхелю присылает.

- Чем он занимается, это Энхель? – спросил строго Ветер.

- Он маг и аптекарь. Снадобья всякие делает, роды принимает, если надо, лечит понемногу.

- А как же люди на него работают, что после такой работы еле ноги волочат, а, краса? – спросил Никита.

 Да он кровь им пускает, собирает и настойки разные на ней делает. – Удивилась непонятливому посетителю девушка. – Кровь - то человеческая, если с добром дадена, иногда выше золота ценится.

-Так, краса. Вижу, кое-что ты знаешь. Звать-то тебя как? – спросил охотник, не выпуская руку девушки из своей.

- Радой зови, великан. Спутник только твой суровый больно, не обидит? – тихо засмеялась девушка, - я иногда больше хозяина могу рассказать, потому, что разным людям тарелки носить приходится.

- И не только тарелки носить, - пробормотал Ветер, удостоив ее скептического взгляда.

- Дурень ты старый, - обиделась Рада. – Волос седых полна голова, так и ум растерял. С твоим другом я ласковая, потому, что люб. А ты с гулящей девкой меня спутал. Я его уже с полгода как приметила, только вот все не звал. Не то время сейчас, чтоб церемонии разводить. Жить хочу, пока Империя в ворота не постучала, потом поздно будет.

- Ну, а как постучится? – насмешливо спросил Ветер.

- Ну а как постучится – на стену пойду, отец луку обучил. А пока жива - чего долго думать? По душе мне парень – прямо скажу.

Никита расцвел.

- Ишь, ты какая, - пряча смущение, отозвался кузнец, - ну, тогда прости, Рада, коль обидел. Расскажешь нам об этом Энхеле?

Рада кинула взгляд в сторону стойки. Хозяин куда-то ушел, на его месте стоял грузный рябой мужик с взлохмаченными черными волосами, казалось, не обращавший на посетителей внимания. Рада встала.

- Приплатите немного, я вам еще еду и вина принесу. Зато тот упырь за стойкой, придраться не сможет. А позовет – мне будет, чем перед хозяином оправдаться. – Девушка проворно собрала тарелки и убежала, одарив Никиту еще одним ласковым взглядом.

-Ну и девка, - Никита потер подбородок. Он чуть привстал, заглянул за перегородку. Дрейк сидел перед опустевшей тарелкой, закрыв глаза и, казалось, дремал. Рада вернулась быстро, принеся еще кувшин хорошего вина и блюдо с жареным мясом, на котором еще пузырился сок. Мимоходом она поставила перед Дрейком еще одну кружку, и тот, открыв глаза, потянулся за ней.

-Что ты ему принесла? - Ветер подозрительно посмотрел на Ведущего, с жадностью набросившегося на принесенное питье.

- Это дает силы, - объяснила девушка, протирая стол и подкладывая мясо спутникам. – Бульон с травами, он хорошо восстанавливает. Сама пробовала. Иной раз за день так набегаешься, а хлебнешь – и танцевать готова. Господин Энхель хорошую вещь придумал. А что вы о нем хотите услышать?

***

Дрейк с трудом поднял непослушные веки. Из тела словно вынули все кости, сознание плыло, к горлу то и дело подкатывалась тошнота. Превозмогая себя, он отхлебнул из пузатой кружки, принесенной Радой. Стало чуть полегче. Очень медленно Дрейк допил бульон. « Да - подумал он, - все же выпустил лишку». Зато теперь денег хватит вернуть Ахватару долг. Перебежчик запросил двести тысяч за рецепт стали, на восемьдесят тысяч он продал своих вещей. Дрейк вспомнил свое отчаяние, когда обегав весь город, он не нашел никого, кто мог бы ссудить ему недостающую сумму. Наконец, в отчаянии от того, что рецепт мог быть продан другому, Дрейк обратился к некогда спасенному им купцу. Тот, не говоря ни слова, выложил на стол баснословные деньги, попросив лишь вернуть их в срок. У Дрейка потеплело на душе. Конечно, не стоило выпускать из себя кровь кувшинами, но теперь дело сделано. Ветер кует многослойку, гигантский долг погашен. Право же, стоило потерпеть. Дрейк подвернул рукав и погладил руку, всю в синяках от многочисленных проколов. Все, руки, все. Долг оплачен, и клан получил еще одну надежду.  Дрейк встал, покачиваясь, и вдруг в соседней кабинке увидел Ветра и Никиту, обнимающего Раду. Старик поднялся ему навстречу.

- Малыш, да ты что с собой учинил? – спросил он, чуть не плача, - я только теперь понял, за что ты его достал. Да гори оно синим огнем за такую цену, ты же помереть мог!

- Еще и таился, - добавил Никита, - мы бы все пошли, по кружке сдали бы…

-Каждый – не получилось бы. – Дрейку казалось, что он говорит громко и уверенно, на самом деле он шептал. – За каждого не дали бы столько. А я – универсал. Моя кровь дороже золота.

Он шагнул навстречу друзьям и потерял сознание.

Рейтинг: +2 161 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!