ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Верника. Мир наизнанку. Глава 9 Искажение Земверы

 

Верника. Мир наизнанку. Глава 9 Искажение Земверы

14 ноября 2014 - Анна Магасумова
article252967.jpg
Если я не вижу мир, то и мир меня не видит.
 
Я точно знаю, что посмотрю как-нибудь в  зеркало  и ничего там не увижу.
Энди Уорхолл (1)
 
   Человек сознательно делает выбор в пользу своих чувств. А искажение картины мира вызывают в основном как раз эмоции, чувства. Это та область, которая больше всего искажает реальность. Это как раз то, что влияет на наше «Я».
  Именно от чувств, принимаемых нами за истину и происходят дальнейшие искажения. Чувства, являясь неотъемлемой частью нашего «Я», часто могут противоречить здравому смыслу и реальному положению дел. Поэтому чувствам не стоит так уж сильно доверять.
  — Мы потеряли возможность правильно воспринимать реальность, — так рассудил Тумбулат,  вернувшись непостижимым образом в дворцовую  гостиную.
— Что же с тобой произошло, милый мой ФанФик? — спросила обеспокоенно Хелен.
— Милый Бимбо! Где витали твои мысли? Может быть, в прошлой жизни?
Это беспокоилась Верона. Неожиданно для Тумбулата она назвала его тем же именем, каким к нему обращались в его видении. Только не  видением ли было всё происшедшее с нашим ФанФиком, а настоящая реальность.
Тумбулат замахал головой, погоняя наваждение.
— Наваждение ли? — подумал он, а вслух сказал:
— Сколько времени прошло?
На его вопрос ответила Хелен, его ФанФея.
-  Да минут двадцать, как  мы приступили к чаепитию.
— Как двадцать минут? Я прожил на китобойном судне как минимум...- Тумбулат задумался, подсчитывая, — месяц. Ведь у китобоев не было календарей. Да ещё посмотрите на мою щетину. Я же даже не брился.
Тумбулат провёл ладонью правой руки по подбородку, но ощутил лишь лёгкое покалывание.
Верона захихикала.
— Ты брился только сегодня утром!
 Тумбулат округлил глаза от удивления.
— Что ты говоришь? У китобоев?
Раздался веселый и несколько ироничный голос Хайме. Он был доволен проделанной работой и вышел из библиотеки как раз тогда, когда Тумбулат стал рассказывать о своих приключениях.
  — Друзья, поймите! Всё, что со мной происходило было так реально. Вы не представляете, в каком аду я побывал!
— Ты, милый Бимбо, не знаешь, что такое настоящий ад, — с горечью в голосе произнесла Верона.
— Вы не понимаете! Где я был, не знаю.Меня там тоже называли Бимбо.Верона, откуда ты узнала?
— Мне просто так тебя захотелось назвать. Пришло откуда — то из глубин сознания.
  — Вот именно, сознания, — подтвердил Тумбулат.
 -  Не каждый человек может критично воспринимать информацию, которая ему предлагается, — в глубокой задумчивости произнес Хайме. — Но не каждый может отключить свои эмоции и сделать оправильные выводы. Поверьте, нелегко изменить самого себя! Гораздо проще сказать, что ты  во всем прав, что это – белое, а то – черное. Вот откуда все начинается.
— Ты хочешь сказать, что я не смог отключить эмоции?
Тумбулат чувствовал, как в нём закипает, буквально захлестывает злоба.
— Стопе! Стоооп!
Закричала Хелен и уже мягче произнесла:
  — Отключить эмоции полностью невозможно, но всё в твоих руках, милый ФанФан, мой Тюльпан памяти.
 Тумбулат тут же успокоился.
— Ты меня и там… остановила, когда я чуть не  пошёл по радуге.
— Мы сели за стол пить чай, разговаривали, я попросила вторую чашку, Верона стала наливать, загляделась и перелила. Меня вдруг словно подтолкнуло и я закричала: Стопе. Стоооп! 
— Ты меня спасла!
— Да! А  помнишь: друг спас друга?!
Тумбулат улыбнулся.
— Ага! Мы же львы!
— Все человеческие дела не серьезны, но относиться к ним надо серьёзно.(2) -
Глубокомысленно произнёс Хайме. — Что же с тобой произошло? Я не удивляюсь, в Вернике всё возможно. Это же мир на изнанку!
Друзья были удивлены приключениями Тумбулата.
— Да… вот это да!
 Хелен улыбнулась и хитро прищурившись, спросила:
 -  А морских котиков не видел?
Фанфик обиделся.
— Издеваешься, да?
— Ну, что ты!  Издеваться над тобой себе хуже, мы ведь с тобой две половинки души!
 Как только Хелен  это произнесла, как у неё поплыло перед глазами. Она оказалось в молочном тумане, вязком, как кисель, только не таким прилипающим и прилипчивым.
  — Ничего не понимаю! Где я? Такого  я еще не ощущала… или...
Хелен вспомнила, как работала над творчеством Сергея Лукьяненко и его дозорами.(3)
— Так, наверное, представляют высшие уровни Сумрака.(4)
Ощущения были не из приятных, во рту стало приторно сладко. Хелен сглотнула, но это не помогло, во рту пересохло.
— Что, не нравится?
Услышала девушка и даже  увидела. Перед ней предстали три женские фигуры.
— Одна в трёх лицах?
Не растерялась Хелен.
— Ты прорицательна, впрочем, как всегда, Корримемо — произнесла девушка в черном платье. — Три твоих облика. Я — Гелла. Твоё тёмное Я.
— Я — Милена, — улыбнулась девушка в зелёном. — Рыжая, ой, светлая сторона твоей личности.
— Я — Нелли. Самая разумная и умная!
— Не возвышайся, Нелли! Твоё серое платье наводит такую скуку, как и всё в вашем сером  мире.
С этими словами чёрная Гелла метнула серебряный шарик в сторону серой девушки. Та в ответ кинула  бумажный листок, вспыхнувший в воздухе искрой.
Хелен  в недоумении наблюдала за происходящим. Молочный туман рассеивался. Стало легче, будто она сделала несколько глотков её любимого мятно — бергамотового чая.
  Так бы и продолжалась эта "перестрелка", если бы не Милена. Она сделала несколько пассов рукой, словно дирижер, шарики и листочки исчезли с лёгкими хлопками.
— Как всегда одно и то же, — вздохнула Милена. — Девочки, не ссорьтесь Мы не для этого вызвали
нашу Корримемо Хелен.
Нелли всплеснула руками.
— Ой, и правда! Опять за старое взялись.
— Не могу видеть эту серость!
Сквозь зубы процедила Гелла.
— Мир Земверы  в опасности, не до взаимной неприязни. Хотя… мы не сестры, но  многое связывает, особенно наши миры.
— Милена, милая, ты права, впрочем, как всегда. Розовые очки  Земверы не жмут,  Светлая ты  наша!
 С небольшой долей иронии согласилась Нелли. А Гелла тяжело вздохнула.
— Да простит меня мой Немор,  и мне придется это принять.(5)

Милену возмутила фраза о розовых очках. Она глубокомысленно произнесла:
 -  Часто происходит искажение представления о самой  себе. Порой это  приводит к тому, что мир предстаёт в мрачных тонах. Вот как  в вашем мире, Гелла.  Может, наоборот, нужно  помочь человеку надеть розовые очки, чтобы мир не казался таким  страшным? Лучше  заменить чёрные очки на розовые!
— Ну, да! — хмыкнула Гелла. — И всё будет легкомысленным и розовым. Фи, даже не сладко, а слащаво! Человек несовершенен сам по себе, у каждого есть недостатки. Мы принимаем каждого со своими странностями и закидонами.
— А у  нас все люди совершенные, — попыталась урезонить Геллу Милена. — Люди боятся воспринимать мир таким, какой он есть, и поэтому  укрываются в иллюзиях и искажениях чёрного мира. Пусть лучше они прячутся от страшной реальности в своих мечтах, а они у нас исполняются!
   Нелли промолчала. Она не сказала, что те, кто разочаровывался в поисках истины, не находя её ни в Неземном чёрном мире, ни в Земвере,  оказывался в её сером мире, в Земнике
  Хелен только сейчас разглядела, где находилась. Всё было серым и каким-то  бестелесным. Но не это было главным. Мир был искажён до неузнаваемости.   Даже часы выглядели странно.

  Люди  иногда  позволяют исказить реальность, стараясь  избежать столкновения с ней лбами. Ненадолго, но тем не менее, растворяясь в иллюзиях, человек пытается уйти в радужный мир, спрятаться в нём, чувствовать себя комфортнее.
— К ночи прожитый день  становится фильмом, так сказал  Энди Уорхолл, — подумала Хелен.- Эта иллюзия  скоро пройдёт.
— К ночи прожитый день станет фильмом, — повторила в слух её мысли Гелла. — Но это будет не один день!  Ты попадёшь в свой мир не скоро.
— К  ночи навряд ли вернёшься в Вернику! Нужно спасать мой мир, Земверу! Только ты это сможешь!
Милена  посмотрела на Хелен. Её взор умолял, звал, просил. В зелёных глазах был ужас и страх.
— Если розовый мир погибнет,  изменится всё в других мирах. Сначала исчезнут фантазии, потом сказки, люди перестанут верить в чудеса, исчезнут краски и чувства.  Миры сольются. Единый мир  будет не просто чёрно-белым, или серым,  он станет искажённым. Миры превратятся в мир роболюдей. (6)
  Вера слушала с каким-то непонятным чувством. Как-будто всё это происходит не с ней, а с какой-то другой девушкой.
— Ужасную картину ты нарисовала, Милена. Я пока ничем...
Только она произнесла последнее слово, как в её сознании возник голос.
— Только ты поможешь восстановить Земверу.
Хелен ещё шире раскрыла глаза, чем удивила девушек. Непроизвольно она сделала правой ладонью пасс, из пальцев вылетели зелёные искорки и девушки застыли.  Только потом Хелен произнесла:
— Роза! Как долго тебя не было!
Это действительно была Роза Неоум.
— Ты не сможешь пройти мимо этого. Представь, что  маленький ребенок, закрыв свои глаза ладонями, думает, что его никто не видит. По такой логике многие  пытаются жить. Детские игры! Но если им и кажется, что они  ушли от реальности, но реальность никогда далеко не уходит.  Столкновение неизбежно. И вот в этот момент у многих  розовые очки разбиваются. Стёкла летят во все стороны, кажется, что мир рушится. Тогда  и  появляется прекрасная возможность посмотреть на мир реально.Так и  у тебя не получится пройти мимо, потому что только ты  с помощью Тюльпана Памяти всё исправишь, всё восстановишь.
— Я не знаю, как!
-  Ты вспомнишь! Пойми! Люди  настолько привыкли смотреть на мир через очки, что  делают  глупость за глупостью. Меняют  розовые очки на чёрные, убеждая  себя в том, что реальность черная, ужасная, безвыходная. И опять не хотят  видеть без очков. Теперь уже чёрных. Казалось бы, и не так всё плохо.
— Да,  если человеку комфортно иметь  очки с  диоптриями и возможностями искажения, пусть он их носит. А кому-то удобно носить чёрные, серые или фиолетовые. Зачем им мешать?
  — Хелен! Но беда в том, что реальность-то будет  другая! И если человек  нацепил очки, которые искажают расстояние, пространство, свет, то когда он будет  переходить дорогу, то ничего не увидит или увидит неправильно, и его, скорее всего, собьет машина. Это я образно. Мир не одевает очков. Вот в чём конфликт!
— Но я в одиночку не справлюсь!
— Хелен, а кто сказал, что ты будешь одна? Корримемо ты или нет?
Хелен стало стыдно. Она согласилась.
— Ну, вроде как Корримемо!
Пока шёл мысленный разговор Хелен и Розы, Нелли, Милена и Гелла стояли неподвижно. Для них время остановилось. А вот в Вернике прошло не так много времени.
— Тебе помогут твои три обличия — Нелли, Милена и Гелла, да ещё, если нужно, позовём и других твоих друзей. Как же без Фанфика?
— Ой, конечно!
  Хелен была рада. Раздался хлопок, ожили девушки и тут же появились Хорхе, Верона и Тумбулат. Они стали внимательно рассматривать место, где оказались.  Особенно Тумбулат. Он обратил внимание, что три девушки были очень похожи на Хелен.

  Гелла — черноволосая, яркая, с гордым выражением лица, была чуть выше Хелен. Милена — девушка с короткой стрижкой  рыжих кудряшек, розовощёкая и невысокого роста. Нелли — с пепельными волосами, бледной кожей, стройная и тоже симпатичная, как и все остальные. 
   Хелен познакомила своих друзей с девушками. Тут же появились и Хорхе с Хизер. Они удивлённо смотрели на всё происходящее. Только что сидели дома каждый за своим комбуком, и в мгновение ока оказались в неожиданном для них месте.
Хизер бросилась обнимать Хелен.
— Хелен! Ну, ты даёшь, подруга!
Мужчины пожали друг другу руки.
— Брат, что здесь происходит? — спросил Хорхе.
— Это мы узнаем у Хелен, — ответил Хайме.
  — Нужна помощь  жителям перевёрнутого мира Земвера. Дело в том, что искажение реальности угрожает не только этому миру, но и нашим мирам тоже.
— Чем сможем, поможем! — в один голос сказали Хайме и Хорхе.
— Я как мой Хорхе, — подтвердила Хизер, взяв своего любимого за руку.
— А мы и подавно, да, Верончик? — с любовью посмотрел на Верону Тумбулат.
— Да ради этого я вспомню все заклинания Амьдевы, — согласилась бывшая ведьма. — Этого меня никто не лишал.
   Милена проводила своих гостей, ведь это был её мир, в главный  дворец Земверы. Казалось, что его ещё не затронул вирус искажения. Но вокруг  поблекли цвета. Исчезла яркость.  Несколько изменилось восприятие.
  Солнце не было таким ярким,  в небе исчезла радуга, которая была постоянным спутником солнца. Слегка моросил дождь, чего уже давно не было. Мир посерел, приобретая очертания мира Земники, серого мира Нелли.  Даже розы, украшавшие клумбы дворцового парка, поникли своими головками, хотя не потеряли свой аромат. 
  Гости разместились в блекло — розовой гостиной, очертания которой немного изменились, так сказала Милена, предложив одеть розовые очки.
-  С их помощью постороннее вмешательство не сможет одолеть наши умы.
Она как чувствовала, что искажение — необычное помешательство.
Мужчины ухмыльнулись. При других обстоятельствах они ни за что бы не одели розовые, "дамские" очки. Пришлось согласиться. 
  Все приготовились слушать Хелен. Но она молчала, прислушиваясь к своим мыслям, вернее к мыслеобразам Розы Неоум.
— Может быть, розового нектара, — предложила Милена. — С утра мой повар испёк чудесное печенье.
 Только сейчас Хелен поняла, как  проголодалась. Словно прочитав её мыслеобразы, Милена спохватилась:
— Азор!  Вы же голодные! Я прикажу подать ужин.

 По велению Милены девушки во всём розовом и  розовыми волосами, накрыли на стол.  В фарфоровой посуде, украшенной розами,  были  оригинальные блюда: кусочки  сочного, нежно- розового мяса, пышный белый хлеб, розовое масло, клубничное варенье и земляничный джем, большой кувшин розового отвара.
-Это обычный компот, — подумала Хелен, — только розовый.
Да и фрукты тоже оказались розовыми: яблоки,  персики. Даже оранжевые в мире Хелен апельсины и абрикосы были розовыми.
Друзья дружно принялись за еду. Закончив трапезу и поблагодарив радушную хозяйку, разместились, кто на диване, кто в креслах, и приготовились слушать Хелен. Некоторое время стояла тишина, только за окном необычно  пела невидимая птица. Голос был такой звонкий, но тревожный.
— Фьюить, Фьюить! Фью — ишшш!
Потом птица умолкла. Милену это напугало. Тем более, последний звук был очень странным.
— Раньше птицы пели неустанно, — тут она заговорила стихами:
— Птичка Фиалка замолчала.
 Такая музыка чудесная звучала!
 Умолкла вся природа,
 Меняется погода,
 Сереют небеса.
 Исчезнет всё куда?


Милена задумалась,  с нею и все остальные.  А Хелен прислушивалась к голосу Розы Неоум,  вновь зазвучавший в её сознании.  Она заговорила:
— Самое страшное, что   вирус искажения вводит людей в состояние ирреальности. Их можно сравнить с пьяными.
  Все переглянулись, ведь в мирах уже давно были искоренены и считались древними пороки алкоголизма, наркомании и игромании.
— Как это пьяные?
Чуть не в один голос спросили Нелли,  Милена и Гелла.
— Это люди неадекватные, они пили спиртовые крепкие настойки.
— Отвары с беленой? — спросила Гелла.
— Ну, можно и так сказать, — подтвердила Хелен. Она не стала слишком ударяться в объяснения. — Вообщем люди с вредными привычками.
— С вредными? — переспросила Милена. — Это те, кто выступает против общества? У нас таких давно уж нет.
Хелен вздохнула. Ей пришлось кивнуть головой и она продолжила:
— Эти люди находятся в своём видении, в своём мире, в своём цвете. Хотя они  и смотрят на мир через чёрные  очки, ирреальность, которую они принимают за реальную,  постоянно и динамично меняется. Они приспосабливаются к ней. Организм настраивается на  процессы изменения. Но самое главное, эти люди не хотят принимать на себя ответственность за свою жизнь. Вирус искажения за них всё решает.  А очки – это такая «отмазка», которая позволяет им  ничего не делать.
  — Да, -  подтвердил Тумбулат, я слышал краем уха о подобном вирусе. Но он тогда охватывал лишь единицы.   "Мир – чёрный. Так зачем что-то менять? Я – хороший, а мир вокруг чёрный, люди плохие". Так рассуждают люди с искажённым сознанием. Их помещали в меолемы. (7)
  — И я читал об этом в дворцовой библиотеке в Вернике, — подтвердил Хайме. — Встретил подобные  рассуждения: "Зачем копаться в себе? Всё же хорошо! К тречу (8) реальный мир, реальные проблемы? Сами очки – решение проблемы. Их одел – вокруг чернота и ничего не видно,  всё прекрасно!" (9)
— Да, так на самом деле считают люди с искаженным сознанием. Но дело в том, — продолжала Хелен. — Меняется и восприятие мира. Понимаете, всё  материальное и осязаемое состоит из волн или вибраций — мир и мы с вами.  Мысли, запахи, вкусы, звуки, эмоции, движение – всё это волны, как и атомы, молекулы, из которых состоит всё одушевлённое и неодушевлённое. Воспринимаем мы наш мир посредством данных нам «приборов» — глазами, ушами, носом, ртом, но постигаем всё исключительно умом, который записывает определённую программу в подсознание и заставляет верить в реальность происходящего, а также даёт установки.
Хайме встал с места и заходил по гостиной.
— Получается, что искажение мира — это чья-то программа? Ведь  мы находимся в рамках ловушки, созданной и построенной нашим мозгом, и нам только кажется, что предметы материальны, а на самом деле – всё это иллюзорная волна.
  Следом с  места соскочил Хорхе и продолжил:
  — Получается, что мы видим волны, попадающие на сетчатку глаз, а мозг их обрабатывает, услужливо выводя нужное изображение-картинку.
   — Следовательно, искажение нашего  мира — всего лишь волны некой чужеродной программы!? Ведь на   самом деле мы видим мозгом.
-   А видение мозгом также делает справедливым теорию третьего глаза, — вставила своё слово Верона, бывшая ведьма  Амьдева.
Хелен пока постаралась это запомнить, как чувствовала, что пригодится.
— Получается, эта программа  передаёт, вернее создаёт иллюзии,  возможно даже и не существующие? -  решительно встала с места Нелена.
-   С помощью этой программы человеку внедряется искажённое  воображение. Оно  преобразует волны или энергию, воспринимает её уже как сложившийся реальный мир, на самом деле которого и не существует. Но, что страшно, он  впоследствии и становится  реальностью. — подтвердила Хелен.
В её сознании продолжала присутствовать Роза Неоум.
Тумбулат тоже не выдержал.
— Так мы все  компьютерные игроки типа Sims, не осознающие того, что нами играют, моделируют для нас жизненные ситуации и дальше — смотрят на нашу реакцию. Так кто это?
Хелен и Хайме переглянулись. Ответил Хайме:
 -   Человеческую жизнь, на самом деле, поддерживает энергия – особая тонкая энергия, проходящая через космос.  Граница между реальным миром и иллюзорным так тонка, что проконтролировать этот переход очень затруднительно.
Милена ахнула.
— Получается нами руководят  космические  пришельцы?
Гелла внимательно посмотрела на рыжую красавицу.
— Вот это да! Оказывается наша Миленка не так наивна! Я и не думала!
Милена не выдержала:
— А что ты думала? Что я глупенькая и наивная девчонка?
— Да ладно вам, девочки! — подошла к девушкам Нелли.
— За процессом такого отслеживания стоят годы осознанной работы над человеческой личностью, тщательного анализирования и контролирования  чувств, эмоций, мотивов и желаний, — рассуждал Хайме.
 -  Ведь особенностью нашего мира является его иллюзорная многослойность – если мы разрушаем одну иллюзию, на её смену приходят другие, которые также приходится преодолевать, — продолжил Хорхе. -   Для того, чтобы не попасть в бесконечный лабиринт, сменяющихся иллюзорных картинок необходим достаточно высокий уровень собственного познания себя как личности и конечной жизненной цели.
Хелен кивнула.
— Главное, что мы должны уяснить, что наши миры – это комбинация энергетических полей и, наш  мозг защищает нас от избытка информации, создавая иллюзии. Но представьте, что вмешивается программа иного  разума, мозг работает в усиленном режиме и, в конце концов, может не выдержать нагрузки и человек сойдёт с ума.
Нелли опять не выдержала и вставила своё слово:
— И станет игрушкой в чужих руках.
— Всё это может привести к концу света! — категорично заявил Хайме.
  — Люди должны научиться  правильно использовать иллюзорный мир и не  прятаться в нём, как часто это делают, а встречать реальность такой, какой бы страшной и опасной  она ни была. — подвела итог Хелен.
Милена в это время подошла к зеркалу, поправить причёску. Ей показалось, что её рыжие кудри распрямились. Вдруг она закричала так, что все присутствующие вздрогнули от неожиданности.
Ближе всех была Гелла, она, несмотря на неприязнь,  бросилась к ней.
— Что такое, Милашка?
Милена  произнесла испуганно:
— Я не вижу своего отражения!

 
 
 
(1) Энди Уорхолл  (Эндрю Вархола)  (1928-1987) – американский художник, продюсер, дизайнер, писатель, коллекционер, издатель журналов и кинорежиссёр.
(2) Айрис Мердок (1919 -1999) –английская писательница и философ.
(3) Сергей Лукьяненко (11.04.1968)- писатель — фантаст, автор книг "Ночной дозор", "Дневной дозор" и многих других.
(4) Сумрак — собирательное название шести параллельных измерений, существующих одновременно с нашим миром и связан с ним.
(5)  Немор — верховный мыслитель темного мира Незем. Незем,  Земвера и Земника — изнанки Земли. Выдумка автора.
(6) роболюди — люди, лишённые чувств, с искажённым воображением,  действующие как механические роботы. 
(7) меолемы — в психиатрические больницы (выдуманные автором)
(8)азор и  треч — ругательства, первое означало увядшую розу, а второе, извините, чёрт
(9) по мотивам рассуждений Михаила Хасьминского, кризисного  психолога

© Copyright: Анна Магасумова, 2014

Регистрационный номер №0252967

от 14 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0252967 выдан для произведения: Если я не вижу мир, то и мир меня не видит.
 
Я точно знаю, что посмотрю как-нибудь в  зеркало  и ничего там не увижу.
Энди Уорхолл (1)
 
   Человек сознательно делает выбор в пользу своих чувств. А искажение картины мира вызывают в основном как раз эмоции, чувства. Это та область, которая больше всего искажает реальность. Это как раз то, что влияет на наше «Я».
  Именно от чувств, принимаемых нами за истину и происходят дальнейшие искажения. Чувства, являясь неотъемлемой частью нашего «Я», часто могут противоречить здравому смыслу и реальному положению дел. Поэтому чувствам не стоит так уж сильно доверять.
  — Мы потеряли возможность правильно воспринимать реальность, — так рассудил Тумбулат,  вернувшись непостижимым образом в дворцовую  гостиную.
— Что же с тобой произошло, милый мой ФанФик? — спросила обеспокоенно Хелен.
— Милый Бимбо! Где витали твои мысли? Может быть, в прошлой жизни?
Это беспокоилась Верона. Неожиданно для Тумбулата она назвала его тем же именем, каким к нему обращались в его видении. Только не  видением ли было всё происшедшее с нашим ФанФиком, а настоящая реальность.
Тумбулат замахал головой, погоняя наваждение.
— Наваждение ли? — подумал он, а вслух сказал:
— Сколько времени прошло?
На его вопрос ответила Хелен, его ФанФея.
-  Да минут двадцать, как  мы приступили к чаепитию.
— Как двадцать минут? Я прожил на китобойном судне как минимум...- Тумбулат задумался, подсчитывая, — месяц. Ведь у китобоев не было календарей. Да ещё посмотрите на мою щетину. Я же даже не брился.
Тумбулат провёл ладонью правой руки по подбородку, но ощутил лишь лёгкое покалывание.
Верона захихикала.
— Ты брился только сегодня утром!
 Тумбулат округлил глаза от удивления.
— Что ты говоришь? У китобоев?
Раздался веселый и несколько ироничный голос Хайме. Он был доволен проделанной работой и вышел из библиотеки как раз тогда, когда Тумбулат стал рассказывать о своих приключениях.
  — Друзья, поймите! Всё, что со мной происходило было так реально. Вы не представляете, в каком аду я побывал!
— Ты, милый Бимбо, не знаешь, что такое настоящий ад, — с горечью в голосе произнесла Верона.
— Вы не понимаете! Где я был, не знаю.Меня там тоже называли Бимбо.Верона, откуда ты узнала?
— Мне просто так тебя захотелось назвать. Пришло откуда — то из глубин сознания.
  — Вот именно, сознания, — подтвердил Тумбулат.
 -  Не каждый человек может критично воспринимать информацию, которая ему предлагается, — в глубокой задумчивости произнес Хайме. — Но не каждый может отключить свои эмоции и сделать оправильные выводы. Поверьте, нелегко изменить самого себя! Гораздо проще сказать, что ты  во всем прав, что это – белое, а то – черное. Вот откуда все начинается.
— Ты хочешь сказать, что я не смог отключить эмоции?
Тумбулат чувствовал, как в нём закипает, буквально захлестывает злоба.
— Стопе! Стоооп!
Закричала Хелен и уже мягче произнесла:
  — Отключить эмоции полностью невозможно, но всё в твоих руках, милый ФанФан, мой Тюльпан памяти.
 Тумбулат тут же успокоился.
— Ты меня и там… остановила, когда я чуть не  пошёл по радуге.
— Мы сели за стол пить чай, разговаривали, я попросила вторую чашку, Верона стала наливать, загляделась и перелила. Меня вдруг словно подтолкнуло и я закричала: Стопе. Стоооп! 
— Ты меня спасла!
— Да! А  помнишь: друг спас друга?!
Тумбулат улыбнулся.
— Ага! Мы же львы!
— Все человеческие дела не серьезны, но относиться к ним надо серьёзно.(2) -
Глубокомысленно произнёс Хайме. — Что же с тобой произошло? Я не удивляюсь, в Вернике всё возможно. Это же мир на изнанку!
Друзья были удивлены приключениями Тумбулата.
— Да… вот это да!
 Хелен улыбнулась и хитро прищурившись, спросила:
 -  А морских котиков не видел?
Фанфик обиделся.
— Издеваешься, да?
— Ну, что ты!  Издеваться над тобой себе хуже, мы ведь с тобой две половинки души!
 Как только Хелен  это произнесла, как у неё поплыло перед глазами. Она оказалось в молочном тумане, вязком, как кисель, только не таким прилипающим и прилипчивым.
  — Ничего не понимаю! Где я? Такого  я еще не ощущала… или...
Хелен вспомнила, как работала над творчеством Сергея Лукьяненко и его дозорами.(3)
— Так, наверное, представляют высшие уровни Сумрака.(4)
Ощущения были не из приятных, во рту стало приторно сладко. Хелен сглотнула, но это не помогло, во рту пересохло.
— Что, не нравится?
Услышала девушка и даже  увидела. Перед ней предстали три женские фигуры.
— Одна в трёх лицах?
Не растерялась Хелен.
— Ты прорицательна, впрочем, как всегда, Корримемо — произнесла девушка в черном платье. — Три твоих облика. Я — Гелла. Твоё тёмное Я.
— Я — Милена, — улыбнулась девушка в зелёном. — Рыжая, ой, светлая сторона твоей личности.
— Я — Нелли. Самая разумная и умная!
— Не возвышайся, Нелли! Твоё серое платье наводит такую скуку, как и всё в вашем сером  мире.
С этими словами чёрная Гелла метнула серебряный шарик в сторону серой девушки. Та в ответ кинула  бумажный листок, вспыхнувший в воздухе искрой.
Хелен  в недоумении наблюдала за происходящим. Молочный туман рассеивался. Стало легче, будто она сделала несколько глотков её любимого мятно — бергамотового чая.
  Так бы и продолжалась эта "перестрелка", если бы не Милена. Она сделала несколько пассов рукой, словно дирижер, шарики и листочки исчезли с лёгкими хлопками.
— Как всегда одно и то же, — вздохнула Милена. — Девочки, не ссорьтесь Мы не для этого вызвали
нашу Корримемо Хелен.
Нелли всплеснула руками.
— Ой, и правда! Опять за старое взялись.
— Не могу видеть эту серость!
Сквозь зубы процедила Гелла.
— Мир Земверы  в опасности, не до взаимной неприязни. Хотя… мы не сестры, но  многое связывает, особенно наши миры.
— Милена, милая, ты права, впрочем, как всегда. Розовые очки  Земверы не жмут,  Светлая ты  наша!
 С небольшой долей иронии согласилась Нелли. А Гелла тяжело вздохнула.
— Да простит меня мой Немор,  и мне придется это принять.(5)

Милену возмутила фраза о розовых очках. Она глубокомысленно произнесла:
 -  Часто происходит искажение представления о самой  себе. Порой это  приводит к тому, что мир предстаёт в мрачных тонах. Вот как  в вашем мире, Гелла.  Может, наоборот, нужно  помочь человеку надеть розовые очки, чтобы мир не казался таким  страшным? Лучше  заменить чёрные очки на розовые!
— Ну, да! — хмыкнула Гелла. — И всё будет легкомысленным и розовым. Фи, даже не сладко, а слащаво! Человек несовершенен сам по себе, у каждого есть недостатки. Мы принимаем каждого со своими странностями и закидонами.
— А у  нас все люди совершенные, — попыталась урезонить Геллу Милена. — Люди боятся воспринимать мир таким, какой он есть, и поэтому  укрываются в иллюзиях и искажениях чёрного мира. Пусть лучше они прячутся от страшной реальности в своих мечтах, а они у нас исполняются!
   Нелли промолчала. Она не сказала, что те, кто разочаровывался в поисках истины, не находя её ни в Неземном чёрном мире, ни в Земвере,  оказывался в её сером мире, в Земнике
  Хелен только сейчас разглядела, где находилась. Всё было серым и каким-то  бестелесным. Но не это было главным. Мир был искажён до неузнаваемости.   Даже часы выглядели странно.

  Люди  иногда  позволяют исказить реальность, стараясь  избежать столкновения с ней лбами. Ненадолго, но тем не менее, растворяясь в иллюзиях, человек пытается уйти в радужный мир, спрятаться в нём, чувствовать себя комфортнее.
— К ночи прожитый день  становится фильмом, так сказал  Энди Уорхолл, — подумала Хелен.- Эта иллюзия  скоро пройдёт.
— К ночи прожитый день станет фильмом, — повторила в слух её мысли Гелла. — Но это будет не один день!  Ты попадёшь в свой мир не скоро.
— К  ночи навряд ли вернёшься в Вернику! Нужно спасать мой мир, Земверу! Только ты это сможешь!
Милена  посмотрела на Хелен. Её взор умолял, звал, просил. В зелёных глазах был ужас и страх.
— Если розовый мир погибнет,  изменится всё в других мирах. Сначала исчезнут фантазии, потом сказки, люди перестанут верить в чудеса, исчезнут краски и чувства.  Миры сольются. Единый мир  будет не просто чёрно-белым, или серым,  он станет искажённым. Миры превратятся в мир роболюдей. (6)
  Вера слушала с каким-то непонятным чувством. Как-будто всё это происходит не с ней, а с какой-то другой девушкой.
— Ужасную картину ты нарисовала, Милена. Я пока ничем...
Только она произнесла последнее слово, как в её сознании возник голос.
— Только ты поможешь восстановить Земверу.
Хелен ещё шире раскрыла глаза, чем удивила девушек. Непроизвольно она сделала правой ладонью пасс, из пальцев вылетели зелёные искорки и девушки застыли.  Только потом Хелен произнесла:
— Роза! Как долго тебя не было!
Это действительно была Роза Неоум.
— Ты не сможешь пройти мимо этого. Представь, что  маленький ребенок, закрыв свои глаза ладонями, думает, что его никто не видит. По такой логике многие  пытаются жить. Детские игры! Но если им и кажется, что они  ушли от реальности, но реальность никогда далеко не уходит.  Столкновение неизбежно. И вот в этот момент у многих  розовые очки разбиваются. Стёкла летят во все стороны, кажется, что мир рушится. Тогда  и  появляется прекрасная возможность посмотреть на мир реально.Так и  у тебя не получится пройти мимо, потому что только ты  с помощью Тюльпана Памяти всё исправишь, всё восстановишь.
— Я не знаю, как!
-  Ты вспомнишь! Пойми! Люди  настолько привыкли смотреть на мир через очки, что  делают  глупость за глупостью. Меняют  розовые очки на чёрные, убеждая  себя в том, что реальность черная, ужасная, безвыходная. И опять не хотят  видеть без очков. Теперь уже чёрных. Казалось бы, и не так всё плохо.
— Да,  если человеку комфортно иметь  очки с  диоптриями и возможностями искажения, пусть он их носит. А кому-то удобно носить чёрные, серые или фиолетовые. Зачем им мешать?
  — Хелен! Но беда в том, что реальность-то будет  другая! И если человек  нацепил очки, которые искажают расстояние, пространство, свет, то когда он будет  переходить дорогу, то ничего не увидит или увидит неправильно, и его, скорее всего, собьет машина. Это я образно. Мир не одевает очков. Вот в чём конфликт!
— Но я в одиночку не справлюсь!
— Хелен, а кто сказал, что ты будешь одна? Корримемо ты или нет?
Хелен стало стыдно. Она согласилась.
— Ну, вроде как Корримемо!
Пока шёл мысленный разговор Хелен и Розы, Нелли, Милена и Гелла стояли неподвижно. Для них время остановилось. А вот в Вернике прошло не так много времени.
— Тебе помогут твои три обличия — Нелли, Милена и Гелла, да ещё, если нужно, позовём и других твоих друзей. Как же без Фанфика?
— Ой, конечно!
  Хелен была рада. Раздался хлопок, ожили девушки и тут же появились Хорхе, Верона и Тумбулат. Они стали внимательно рассматривать место, где оказались.  Особенно Тумбулат. Он обратил внимание, что три девушки были очень похожи на Хелен.

  Гелла — черноволосая, яркая, с гордым выражением лица, была чуть выше Хелен. Милена — девушка с короткой стрижкой  рыжих кудряшек, розовощёкая и невысокого роста. Нелли — с пепельными волосами, бледной кожей, стройная и тоже симпатичная, как и все остальные. 
   Хелен познакомила своих друзей с девушками. Тут же появились и Хорхе с Хизер. Они удивлённо смотрели на всё происходящее. Только что сидели дома каждый за своим комбуком, и в мгновение ока оказались в неожиданном для них месте.
Хизер бросилась обнимать Хелен.
— Хелен! Ну, ты даёшь, подруга!
Мужчины пожали друг другу руки.
— Брат, что здесь происходит? — спросил Хорхе.
— Это мы узнаем у Хелен, — ответил Хайме.
  — Нужна помощь  жителям перевёрнутого мира Земвера. Дело в том, что искажение реальности угрожает не только этому миру, но и нашим мирам тоже.
— Чем сможем, поможем! — в один голос сказали Хайме и Хорхе.
— Я как мой Хорхе, — подтвердила Хизер, взяв своего любимого за руку.
— А мы и подавно, да, Верончик? — с любовью посмотрел на Верону Тумбулат.
— Да ради этого я вспомню все заклинания Амьдевы, — согласилась бывшая ведьма. — Этого меня никто не лишал.
   Милена проводила своих гостей, ведь это был её мир, в главный  дворец Земверы. Казалось, что его ещё не затронул вирус искажения. Но вокруг  поблекли цвета. Исчезла яркость.  Несколько изменилось восприятие.
  Солнце не было таким ярким,  в небе исчезла радуга, которая была постоянным спутником солнца. Слегка моросил дождь, чего уже давно не было. Мир посерел, приобретая очертания мира Земники, серого мира Нелли.  Даже розы, украшавшие клумбы дворцового парка, поникли своими головками, хотя не потеряли свой аромат. 
  Гости разместились в блекло — розовой гостиной, очертания которой немного изменились, так сказала Милена, предложив одеть розовые очки.
-  С их помощью постороннее вмешательство не сможет одолеть наши умы.
Она как чувствовала, что искажение — необычное помешательство.
Мужчины ухмыльнулись. При других обстоятельствах они ни за что бы не одели розовые, "дамские" очки. Пришлось согласиться. 
  Все приготовились слушать Хелен. Но она молчала, прислушиваясь к своим мыслям, вернее к мыслеобразам Розы Неоум.
— Может быть, розового нектара, — предложила Милена. — С утра мой повар испёк чудесное печенье.
 Только сейчас Хелен поняла, как  проголодалась. Словно прочитав её мыслеобразы, Милена спохватилась:
— Азор!  Вы же голодные! Я прикажу подать ужин.

 По велению Милены девушки во всём розовом и  розовыми волосами, накрыли на стол.  В фарфоровой посуде, украшенной розами,  были  оригинальные блюда: кусочки  сочного, нежно- розового мяса, пышный белый хлеб, розовое масло, клубничное варенье и земляничный джем, большой кувшин розового отвара.
-Это обычный компот, — подумала Хелен, — только розовый.
Да и фрукты тоже оказались розовыми: яблоки,  персики. Даже оранжевые в мире Хелен апельсины и абрикосы были розовыми.
Друзья дружно принялись за еду. Закончив трапезу и поблагодарив радушную хозяйку, разместились, кто на диване, кто в креслах, и приготовились слушать Хелен. Некоторое время стояла тишина, только за окном необычно  пела невидимая птица. Голос был такой звонкий, но тревожный.
— Фьюить, Фьюить! Фью — ишшш!
Потом птица умолкла. Милену это напугало. Тем более, последний звук был очень странным.
— Раньше птицы пели неустанно, — тут она заговорила стихами:
— Птичка Фиалка замолчала.
 Такая музыка чудесная звучала!
 Умолкла вся природа,
 Меняется погода,
 Сереют небеса.
 Исчезнет всё куда?

Милена задумалась,  с нею и все остальные.  А Хелен прислушивалась к голосу Розы Неоум,  вновь зазвучавший в её сознании.  Она заговорила:
— Самое страшное, что   вирус искажения вводит людей в состояние ирреальности. Их можно сравнить с пьяными.
  Все переглянулись, ведь в мирах уже давно были искоренены и считались древними пороки алкоголизма, наркомании и игромании.
— Как это пьяные?
Чуть не в один голос спросили Нелли,  Милена и Гелла.
— Это люди неадекватные, они пили спиртовые крепкие настойки.
— Отвары с беленой? — спросила Гелла.
— Ну, можно и так сказать, — подтвердила Хелен. Она не стала слишком ударяться в объяснения. — Вообщем люди с вредными привычками.
— С вредными? — переспросила Милена. — Это те, кто выступает против общества? У нас таких давно уж нет.
Хелен вздохнула. Ей пришлось кивнуть головой и она продолжила:
— Эти люди находятся в своём видении, в своём мире, в своём цвете. Хотя они  и смотрят на мир через чёрные  очки, ирреальность, которую они принимают за реальную,  постоянно и динамично меняется. Они приспосабливаются к ней. Организм настраивается на  процессы изменения. Но самое главное, эти люди не хотят принимать на себя ответственность за свою жизнь. Вирус искажения за них всё решает.  А очки – это такая «отмазка», которая позволяет им  ничего не делать.
  — Да, -  подтвердил Тумбулат, я слышал краем уха о подобном вирусе. Но он тогда охватывал лишь единицы.   "Мир – чёрный. Так зачем что-то менять? Я – хороший, а мир вокруг чёрный, люди плохие". Так рассуждают люди с искажённым сознанием. Их помещали в меолемы. (7)
  — И я читал об этом в дворцовой библиотеке в Вернике, — подтвердил Хайме. — Встретил подобные  рассуждения: "Зачем копаться в себе? Всё же хорошо! К тречу (8) реальный мир, реальные проблемы? Сами очки – решение проблемы. Их одел – вокруг чернота и ничего не видно,  всё прекрасно!" (9)
— Да, так на самом деле считают люди с искаженным сознанием. Но дело в том, — продолжала Хелен. — Меняется и восприятие мира. Понимаете, всё  материальное и осязаемое состоит из волн или вибраций — мир и мы с вами.  Мысли, запахи, вкусы, звуки, эмоции, движение – всё это волны, как и атомы, молекулы, из которых состоит всё одушевлённое и неодушевлённое. Воспринимаем мы наш мир посредством данных нам «приборов» — глазами, ушами, носом, ртом, но постигаем всё исключительно умом, который записывает определённую программу в подсознание и заставляет верить в реальность происходящего, а также даёт установки.
Хайме встал с места и заходил по гостиной.
— Получается, что искажение мира — это чья-то программа? Ведь  мы находимся в рамках ловушки, созданной и построенной нашим мозгом, и нам только кажется, что предметы материальны, а на самом деле – всё это иллюзорная волна.
  Следом с  места соскочил Хорхе и продолжил:
  — Получается, что мы видим волны, попадающие на сетчатку глаз, а мозг их обрабатывает, услужливо выводя нужное изображение-картинку.
   — Следовательно, искажение нашего  мира — всего лишь волны некой чужеродной программы!? Ведь на   самом деле мы видим мозгом.
-   А видение мозгом также делает справедливым теорию третьего глаза, — вставила своё слово Верона, бывшая ведьма  Амьдева.
Хелен пока постаралась это запомнить, как чувствовала, что пригодится.
— Получается, эта программа  передаёт, вернее создаёт иллюзии,  возможно даже и не существующие? -  решительно встала с места Нелена.
-   С помощью этой программы человеку внедряется искажённое  воображение. Оно  преобразует волны или энергию, воспринимает её уже как сложившийся реальный мир, на самом деле которого и не существует. Но, что страшно, он  впоследствии и становится  реальностью. — подтвердила Хелен.
В её сознании продолжала присутствовать Роза Неоум.
Тумбулат тоже не выдержал.
— Так мы все  компьютерные игроки типа Sims, не осознающие того, что нами играют, моделируют для нас жизненные ситуации и дальше — смотрят на нашу реакцию. Так кто это?
Хелен и Хайме переглянулись. Ответил Хайме:
 -   Человеческую жизнь, на самом деле, поддерживает энергия – особая тонкая энергия, проходящая через космос.  Граница между реальным миром и иллюзорным так тонка, что проконтролировать этот переход очень затруднительно.
Милена ахнула.
— Получается нами руководят  космические  пришельцы?
Гелла внимательно посмотрела на рыжую красавицу.
— Вот это да! Оказывается наша Миленка не так наивна! Я и не думала!
Милена не выдержала:
— А что ты думала? Что я глупенькая и наивная девчонка?
— Да ладно вам, девочки! — подошла к девушкам Нелли.
— За процессом такого отслеживания стоят годы осознанной работы над человеческой личностью, тщательного анализирования и контролирования  чувств, эмоций, мотивов и желаний, — рассуждал Хайме.
 -  Ведь особенностью нашего мира является его иллюзорная многослойность – если мы разрушаем одну иллюзию, на её смену приходят другие, которые также приходится преодолевать, — продолжил Хорхе. -   Для того, чтобы не попасть в бесконечный лабиринт, сменяющихся иллюзорных картинок необходим достаточно высокий уровень собственного познания себя как личности и конечной жизненной цели.
Хелен кивнула.
— Главное, что мы должны уяснить, что наши миры – это комбинация энергетических полей и, наш  мозг защищает нас от избытка информации, создавая иллюзии. Но представьте, что вмешивается программа иного  разума, мозг работает в усиленном режиме и, в конце концов, может не выдержать нагрузки и человек сойдёт с ума.
Нелли опять не выдержала и вставила своё слово:
— И станет игрушкой в чужих руках.
— Всё это может привести к концу света! — категорично заявил Хайме.
  — Люди должны научиться  правильно использовать иллюзорный мир и не  прятаться в нём, как часто это делают, а встречать реальность такой, какой бы страшной и опасной  она ни была. — подвела итог Хелен.
Милена в это время подошла к зеркалу, поправить причёску. Ей показалось, что её рыжие кудри распрямились. Вдруг она закричала так, что все присутствующие вздрогнули от неожиданности.
Ближе всех была Гелла, она, несмотря на неприязнь,  бросилась к ней.
— Что такое, Милашка?
Милена  произнесла испуганно:
— Я не вижу своего отражения!

 
 
 
(1) Энди Уорхолл  (Эндрю Вархола)  (1928-1987) – американский художник, продюсер, дизайнер, писатель, коллекционер, издатель журналов и кинорежиссёр.
(2) Айрис Мердок (1919 -1999) –английская писательница и философ.
(3) Сергей Лукьяненко (11.04.1968)- писатель — фантаст, автор книг "Ночной дозор", "Дневной дозор" и многих других.
(4) Сумрак — собирательное название шести параллельных измерений, существующих одновременно с нашим миром и связан с ним.
(5)  Немор — верховный мыслитель темного мира Незем. Незем,  Земвера и Земника — изнанки Земли. Выдумка автора.
(6) роболюди — люди, лишённые чувств, с искажённым воображением,  действующие как механические роботы. 
(7) меолемы — в психиатрические больницы (выдуманные автором)
(8)азор и  треч — ругательства, первое означало увядшую розу, а второе, извините, чёрт
(9) по мотивам рассуждений Михаила Хасьминского, кризисного  психолога
Рейтинг: +1 313 просмотров
Комментарии (3)
4545 # 23 ноября 2014 в 09:07 0
Вот это мир так мир! Искаженная реальность... Чего только нет во вселенной!
Анна Магасумова # 23 ноября 2014 в 13:34 0
Это точно! Sekret History - тайная история. Криптоисторики считают, что существует тайная изнанка общепризнанных фактов.
4545 # 23 ноября 2014 в 17:22 0
Я с ними согласна)