ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → МАСТЕР РАССЛЕДОВАНИЯ

 

МАСТЕР РАССЛЕДОВАНИЯ

25 декабря 2012 - Владимир Болсун
article104735.jpg


 

Из цикла "Миры отражения"

 

А вот в этот раз я увидел древнюю Японию. Феодальная Япония представляла собой консервативный родовой строй. Род от сегуна (князя) до последнего крестьянина представлял собой единый монолитный организм. Он был основан не на подавлении и страхе, а на искренней преданности роду. И даже страх смерти не мог быть причиной предательства своему  главе рода.

В каждом клане-общине была своя ТАЙНА, нечто удивительное, то, что как стержень связывало всех в одно. Муравью никогда не придет в голову жить вне своей общины.

И вот, в одном из южных княжеств удивительным было небольшое озеро. Вода озера всегда была прохладна и прозрачна, а вкус ее был обычный поначалу, но затем человек еще долго ощущал во рту непонятную сладость. Посреди его, на  островке стоял храм, в котором люди молились Дзен-до и всякий истинно верящий получал благо. Радость и жизненная сила переполняла людей после молитвы. Но сильней всего озеро благотворно действовало на бесплодных женщин. Через положенный срок рождались красивые здоровые дети и благодарные матери пускали венки со своих любимых цветов на воду.

 Стражи озера взимали небольшую плату и следили за порядком,  потому что паломников было очень много.

Неподалеку от озера  раскинулся огромный пирамидальный дворец-крепость главы рода. В тайном дворцовом храме на алтаре стояла статуя Богини озера, в которой жил ее дух. От нее кругами расходились жемчужные волны, как от камня, брошенного в воду. Эти волны наполняли озеро удивительной лечебной силой. Все верили, что пока Богиня с ними, род будет процветать и благоденствовать. И так оно и было. Только самые близкие и доверенные люди знали о тайне, где именно храниться  реликвия.

Однажды весной южное княжество было атаковано неизвестными. Война обещала быть затяжной и жестокой. Все силы и помыслы были прикованы к неожиданной напасти.

Однажды ранним утром во дворце сегуна начался переполох. Несокрушимая охрана у святыни была перебита неизвестным врагом.

-         Слава Богу, - воскликнул князь. – Статуэтка Богини на месте!

-         Нет, - ответил угрюмо главный священник. – Статуэтка то есть, а Богини нет.

И как в доказательство его словам от статуэтки отпал кусочек. Дыхание и сердца у всех остановились.

Ужас упал как ночь. Весть о трагедии с быстротой ветра распространилась по княжеству. Свет в глазах людей стал меркнуть, озеро за один день превратилось в обычный водоем и даже как-то обмелело.

На верховном совете кроме горя и гнева были высказаны и трезвые мысли. Выкрасть дух Богини могли только ниндзя, воины-невидимки. Князь предложил послать за знаменитым мастером расследования запутанных и темных дел – Суоко.

Я мигнул и увидел себя в главном зале, на верховном совете. На мне было мое знаменитое несуразное, пестрое кимоно. Чем ярче я был одет как мастер расследований, тем незаметней я был в деле.

-         Я слышал о вашей беде,  - с почтением и поклоном сказал я совету. – Но затевать ответную войну не советую и искать неуловимых нет смысла, как предлагают горячие головы.

-         А что предлагаете вы? – спросил князь.

-         Я ничего не предлагаю, т.к. ничего о преступнике не знаю. Война с соседями была отвлекающим маневром. У них нет Богини. Ниндзям нет смысла мстить – это их работа.

Идя на совет я просмотрел императорские архивы и узнал, что пять столетий назад предок князя Кэдо штурмом взял главную цитадель северного клана и похитил статую Богини. Но я не хотел, чтобы эти сведения стали достоянием гласности.

В полночь я встретился с сегуном наедине.

-         Ваша Богиня у северного князя. Я предлагаю вам не начинать войну, в которой при любом исходе вы не получите священную реликвию. Если через полгода я не добуду ее, можете тогда действовать как вы считаете нужным.

Он горестно мне ответил:

-         Да, я согласен, - и добавил, - Вы понимаете, что цена награды для нас не имеет значения. Вся наша сокровищница в вашем распоряжении. Любой ценой верните Богиню.

Я думал, что старик заплачет, но он только кривился  от боли. Я, не глядя на него, сказал:

-         Вы, наверное, знаете, что  до сих пор у меня не было промахов. Мой лук натягивается медленно, но стрела летит быстро и всегда попадает туда, где я вижу цель. Мне необходима помощница, совсем юная девушка, но с особыми свойствами. Утром пусть все ваши девушки выстроятся вокруг озера – я буду выбирать ее.

-         Так и будет.

Только к полудню все юные девы выстроились вокруг озера. Человек мог обойти озеро за час. Мы, не спеша, со всем двором начали обход. Под нашими взглядами девушки ежились и опускали стыдливо взгляд. Но каждая реагировала по-своему. Здесь были девушки всех сословий и все были прекрасны. Юность всегда прекрасна своим внутренним светом. Одни их них розовели, другие бледнели, несколько упали в обморок, но я никак не мог найти ту, что смотрит «за ширму» (за пределы реальности, где можно увидеть истину).

И, наконец, я нашел, я увидел ее. Она спокойно смотрела в никуда. Она заранее знала, что я выберу ее.

-         Накройте ее быстро покрывалом и посадите в княжеский паланкин.

Моя просьба мгновенно была исполнена. Князь с надеждой спросил:

-         Это она? – Я кивнул.

-         А какие у нее удивительные свойства?

-         Это долго рассказывать. Нам надо готовиться в дальний путь. Мне необходим грим, деньги, принадлежности лекаря и утром исчезнет мастер Суоко а возникнет лекарь Икагама со своей помощницей Асаки.

…Я мигнул и увидел себя в лавке аптекаря. В этом небольшом северном городке, который находился неподалеку от замка местного князя, я уже заслужил славу искусного целителя. Моя помощница накрывала человека, на которого я ей указывал, темным энергетическим покрывалом. И возникала тень. Все скрытые недуги, как телесные, так и духовные, проявлялись и обострялись. Когда никакие снадобья и лекари не могли помочь – приглашали меня. Асаки снимала «тень» и получалось, что больной чудесным образом исцелялся. Я стал очень знаменитым и дорогим. Меня ценили как лекаря, но и ненавидели как жадного и надменного чужака.

-         Учитель, а не делаем ли мы зло, наводя на людей порчу, - спрашивала Асаки.

Я ответил:

-         Любая порча – это внедрение в человека чужого, негативного демона. Мы же только обостряем, проявляем в человеке его темные места и получается болезнь. Когда ты снимаешь покрывало, человек становится светлее, лучше, чем был до этого.

-         Учитель, а как же тенью можно изгнать тень?

-         А как ты стираешь белые одежды, когда они запачкались?

-         Специальной золой.

-         Вот видишь, черная зола превращает грязную одежду в белоснежную. Когда мы обостряем скрытую болезнь, силы организма начинают «видеть» и изгоняют скрытые недуги. Люди напрасно думают, что боль и жар это зло, и стараются поскорее избавиться от них. Как мы совершаем омовение плоти снаружи, так необходимо совершать очищение и изнутри.

Я гладил свою девочку по головке и сказал, нежно глядя ей в глаза:

-         Не волнуйся, я не буду приучать тебя творить зло и не позволю злу коснуться тебя.

Я увидел ответную вспышку понимания. Она спокойно улыбнулась мне в ответ.

-         Мы сделали первый шаг. Я не ошибся в тебе.

-         Учитель, а как же мы добудем… - и замолчала, закрыв рот ладошкой, боясь вслух назвать нашу цель. Она была славной, умной девочкой.

-         Ложись спать, завтра увидишь.

Я знал, что завтра северный князь со своим двором будет ехать через центральную площадь городка на свадьбу к соседнему князю.

На следующий день мы стояли как все, склонившись в поклоне. Моя девочка ждала на кого я укажу, чтобы наложить тень. Я показал два пальца, значит двойную тень. Внутренним зрением я рассматривал торжественный выезд. Я увидел, что старый князь больше всех любил внука. Тот, кто по-настоящему любит, тот сам себя привязывает огненной нитью к объекту своей любви. От князя до внука, круглолицего юркого пацаненка, тянулась не нить, а огненный шнур. Я глазами показал на него, девочка кивнула. Она и сама уже все поняла.

Через несколько дней распространилась горькая весть о внезапной болезни любимого внука князя. Жар настолько измучил ребенка, что  у него начались судороги и бред. Придворные врачи ничего не могли поделать с этой напастью. Местные врачи спрашивали:

-         А как вы думаете, уважаемый? Что это?

-         Я думаю – это воспаление горла. А потом воспламенились и легкие. Он много бегал на ветру с открытым ртом.

Через некоторое время, к вечеру за мной прислали. Посыльным с поклоном я отвечал, что не лечу ночью. Ночь – время темных сил. И все тут. Но через  час приехал сам князь. Он еле сдерживал свой гнев. Его внук погибает, а какой-то заносчивый чужак смеет перечить его воле. Я понял, что здесь важно не переиграть, а то можно легко лишиться головы. Не успеешь и мигнуть, как сам князь катаной легко отделит голову от тела.

-         Я прошу вас, я очень вас прошу поехать со мной. Вы знаете зачем.

Я молча поклонился, подхватил приготовленный узелок со снадобьями и устремился за князем. Неслышно как тень позади скользила моя девочка.

Осмотрев ребенка и, обтерев его винным уксусом, я вложил ему в рот щепотку соли, чтобы прояснилось сознание. Подняв вверх указательный палец, я давал пояснения. И тогда моя девочка сняла первую тень. Жар стал потихоньку спадать, дыхание выровнялось, ребенок заснул. Князь смотрел на меня с восхищением и надеждой, а придворные лекари с нескрываемой злобой.

-         Я знаю, князь, что всех, кто приближается ко дворцу обыскивают и проверяют. А мы с моей помощницей прибыли внезапно, хоть и по вашей просьбе. Я прошу и настаиваю, чтобы нас тщательно обыскали и проверили всеми возможными способами.

Когда мы шли в отведенные нам покои, я прошептал моей помощнице:

-         Вот мы и сделали второй шаг.

-         Да, учитель, - радостно ответила она.

Перед сном я медитировал и вспоминал. Мы уже два месяца жили в северном княжестве и ждали возможности сделать второй шаг. После того как северный князь заполучил Богиню и спрятал ее в пещере, его род стал процветать. Скала , в которой была тайная пещера, вдруг лопнула. И с нее забил целебный родник. Потянулись паломники, потекли деньги. Для людей своего клана вода была бесплатна. Все славили щедрость и мудрость князя. Вода была бесплатна, но только для своих.

Был издан тайный указ о необходимости докладывать о любом чужеземце, который попытается проникнуть на землю рода. Паломники же шли по строго охраняемой дороге. А нас князь сам заставил прийти во дворец. Это и был второй шаг. Я улыбнулся и заснул.

Утром ребенку стало легче, но все же его состояние вызывало тревогу. Князь пригласил нас на совместный обед, но я сказал:

-         Я сначала хотел бы осмотреть ребенка.

-         Да, конечно.

Осмотрев ребенка, я сказал:

-         Я чувствую, что в вашей горе, откуда бьет этот удивительный источник, есть целительная сила. Возможно, это сама гора.

Князь ненадолго задумался, а затем все же решившись, сказал:

-         Да, там есть пещера, и в ней находится тайный храм нашего рода. Туда нельзя чужим. Даже за само знание о существовании пещеры, люди умирали.

Как бы не слыша князя, я продолжал:

-         Я хотел бы помолиться с вашим внуком в этом храме. Я точно знаю, это его спасет. Потом вы можете делать со мной, что захотите.

Князь был поражен моей самоотверженностью и желанием спасти его любимого внука. Он надолго задумался, а потом кивнул:

-         Хорошо.

Любовь победила благоразумие.

В подземный храм нас сопровождали только князь и четверо самых доверенных воинов из охраны князя. Поднеся дары к алтарю, воскурив священные палочки, я опять поднял вверх указательный палец и сказал:

-         Ну, все, он освободился от болезни. Моя работа закончена.

Я верил князю, он не убьет меня сразу, сейчас, пока его переполняет радость.

Мы с моей девочкой стояли на коленях, молились. Я взглядом показал ей в угол пещеры – там был зарыт саркофаг с духом Богини. На алтаре стояла ложная приманка. Жемчужные волны распространялись кругами с угла.

- У меня единственная просьба, - сказал я князю. – Всем вместе помолиться на вершине горы. Но не сегодня, а завтра на рассвете.

Ночью я опять медитировал. Раздвинув ширму этого мира, я увидел, что волны Богини пробудили сердце горы. Сердце горы  бывает не во всякой горе. Оно возникает, где камень монолитен и красив, там, где сходятся силы земли. Но это сердце спит до поры как сухое зерно в закромах. Пока зерно не будет зарыто в плодородную, теплую, влажную землю, оно не взойдет. Волны Богини Озера как вода омыли сердце горы, и оно набухло, готовое вот-вот взорваться. Я также понимал, что похитив дух Богини, нам будет очень сложно уйти живыми. И удивился сам себе, своему предвидению.

 Первые лучи солнца обладают удивительными свойствами. Они скользят по земле, впитывая ее дух, сродняясь с ним. Эти первые лучи солнца нежно-розовые, алые и такое же излучение бывает у сердца горы. Оно пробудилось, надо лишь только соединить его с небесным светилом. Я вздохнул и заснул…

Мы стояли на вершине задолго до рассвета. Дул прохладный ветерок. Княжич чувствовал себя прекрасно. Его трудно было удержать на одном месте.

-         Ну, долго еще?

-         Вот-вот и взойдет, - успокаивал его князь.

Я попросил всех поднять руки и широко расставить ноги. Надо пить свет ладонями и глазами, вдыхая в себя светлое, нежное, чистое, а выдыхать серый дым, который жарким дыханием превратиться в огонь.

-         Как дракон? – спросил мальчуган.

-         Именно так, – ответил я.

Первые лучи окрасили белые облака. Это было чудесное зрелище. Старый князь прошептал:

-         Прожил жизнь и не видел такого чуда.

Естественная красота природы незаметна нам в суете. И только горе и страдание нас останавливают и заставляют видеть эту красоту, наполняя нас радостью. Я попросил всех дышать в одном ритме - медленно и глубоко. У каждого внизу живота стало появляться ощущение жара. Я замкнул через копчик все нити и направил к сердцу горы. Солнце вставало, жар усиливался, зерно набухало. Потом произошел взрыв. Многие закричали, схватившись за живот. Я попросил всех сесть на колени, что б копчик был ближе к скале. Солнце надежно соединилось с сердцем горы, и оно мощно и ритмично стало пульсировать.

Я взялся руками за коралловые четки и представил наше озеро. Богиня озера страдала от жара и легко отозвалась на мой призыв. Через родник она устремилась наружу, а потом ко мне. Коралловые четки теперь стали ее убежищем. Я держался за коралловые четки и ощущал прохладу. Она наполняла меня спокойствием и умиротворением. Я понимал, что, унося Богиню озера, я оставляю за собою другое божество – Дух горы и теперь родник будет исцелять, в основном, недуги сердца и суставов.

Я мигнул. Мы стояли у входа замка южного князя – нашего нанимателя. Он не утерпел, и сам устремился к нам. Я, с моей девочкой радостно улыбались ему на встречу. Он понял – мы выполнили задание. Но не удержался и воскликнул:

-         Ну?

Мы кивнули:

-         Да!

Мы стояли в храме Богини Озера и смотрели на остатки статуэтки. Я перебирал красные коралловые четки. Князь спросил:

-         Где?

Я показал на четки:

-         Здесь.

Я протянул князю четки и тот с благоговением принял их.  Он закрыл глаза и боль, которую он носил все это время, отпустила. А вокруг расходились кругами нежно-жемчужные волны.

       Разрешите предложить вам более надежное  убежище для Богини Озера, чем храм и статуэтка. Убежище, из которого невозможно выкрасть ее.

Князь с трудом открыл глаза и сказал:

-         Слушаю вас.

-         Мы при всем народе завтра утром бросим эти четки в воды озера. Пусть все знают – Богиня вернулась…

Утром было сложно протолкнуться к берегу. Возле озера собрались все, кто мог ходить. Мы с моей девочкой сидели на корме. У ее ног стояла корзина, полная коралловых четок. Она медленно подавала мне одни бусы за другими. Я поднимал их над головой и под восторженные крики народа бросал в озеро. Лодка проплывала вокруг острова, а четки все не кончались. Богиня вернулась в свой мир и вода как будто бы стала прозрачней, вкусней. И вроде бы воды стало больше. Это заметили и на берегу. Ликуя, люди кричали друг другу:

-         Богиня вернулась!

-         Вот мы и сделали третий шаг, - сказал я моей девочке.

Ночью из замка вышел человек в странном пестром кимоно. С ним рядом шла уже не ученица и помощник, а товарищ и женщина.

 

«»»

 

© Copyright: Владимир Болсун, 2012

Регистрационный номер №0104735

от 25 декабря 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0104735 выдан для произведения:


 

Из цикла "Миры отражения"

 

А вот в этот раз я увидел древнюю Японию. Феодальная Япония представляла собой консервативный родовой строй. Род от сегуна (князя) до последнего крестьянина представлял собой единый монолитный организм. Он был основан не на подавлении и страхе, а на искренней преданности роду. И даже страх смерти не мог быть причиной предательства своему  главе рода.

В каждом клане-общине была своя ТАЙНА, нечто удивительное, то, что как стержень связывало всех в одно. Муравью никогда не придет в голову жить вне своей общины.

И вот, в одном из южных княжеств удивительным было небольшое озеро. Вода озера всегда была прохладна и прозрачна, а вкус ее был обычный поначалу, но затем человек еще долго ощущал во рту непонятную сладость. Посреди его, на  островке стоял храм, в котором люди молились Дзен-до и всякий истинно верящий получал благо. Радость и жизненная сила переполняла людей после молитвы. Но сильней всего озеро благотворно действовало на бесплодных женщин. Через положенный срок рождались красивые здоровые дети и благодарные матери пускали венки со своих любимых цветов на воду.

 Стражи озера взимали небольшую плату и следили за порядком,  потому что паломников было очень много.

Неподалеку от озера  раскинулся огромный пирамидальный дворец-крепость главы рода. В тайном дворцовом храме на алтаре стояла статуя Богини озера, в которой жил ее дух. От нее кругами расходились жемчужные волны, как от камня, брошенного в воду. Эти волны наполняли озеро удивительной лечебной силой. Все верили, что пока Богиня с ними, род будет процветать и благоденствовать. И так оно и было. Только самые близкие и доверенные люди знали о тайне, где именно храниться  реликвия.

Однажды весной южное княжество было атаковано неизвестными. Война обещала быть затяжной и жестокой. Все силы и помыслы были прикованы к неожиданной напасти.

Однажды ранним утром во дворце сегуна начался переполох. Несокрушимая охрана у святыни была перебита неизвестным врагом.

-         Слава Богу, - воскликнул князь. – Статуэтка Богини на месте!

-         Нет, - ответил угрюмо главный священник. – Статуэтка то есть, а Богини нет.

И как в доказательство его словам от статуэтки отпал кусочек. Дыхание и сердца у всех остановились.

Ужас упал как ночь. Весть о трагедии с быстротой ветра распространилась по княжеству. Свет в глазах людей стал меркнуть, озеро за один день превратилось в обычный водоем и даже как-то обмелело.

На верховном совете кроме горя и гнева были высказаны и трезвые мысли. Выкрасть дух Богини могли только ниндзя, воины-невидимки. Князь предложил послать за знаменитым мастером расследования запутанных и темных дел – Суоко.

Я мигнул и увидел себя в главном зале, на верховном совете. На мне было мое знаменитое несуразное, пестрое кимоно. Чем ярче я был одет как мастер расследований, тем незаметней я был в деле.

-         Я слышал о вашей беде,  - с почтением и поклоном сказал я совету. – Но затевать ответную войну не советую и искать неуловимых нет смысла, как предлагают горячие головы.

-         А что предлагаете вы? – спросил князь.

-         Я ничего не предлагаю, т.к. ничего о преступнике не знаю. Война с соседями была отвлекающим маневром. У них нет Богини. Ниндзям нет смысла мстить – это их работа.

Идя на совет я просмотрел императорские архивы и узнал, что пять столетий назад предок князя Кэдо штурмом взял главную цитадель северного клана и похитил статую Богини. Но я не хотел, чтобы эти сведения стали достоянием гласности.

В полночь я встретился с сегуном наедине.

-         Ваша Богиня у северного князя. Я предлагаю вам не начинать войну, в которой при любом исходе вы не получите священную реликвию. Если через полгода я не добуду ее, можете тогда действовать как вы считаете нужным.

Он горестно мне ответил:

-         Да, я согласен, - и добавил, - Вы понимаете, что цена награды для нас не имеет значения. Вся наша сокровищница в вашем распоряжении. Любой ценой верните Богиню.

Я думал, что старик заплачет, но он только кривился  от боли. Я, не глядя на него, сказал:

-         Вы, наверное, знаете, что  до сих пор у меня не было промахов. Мой лук натягивается медленно, но стрела летит быстро и всегда попадает туда, где я вижу цель. Мне необходима помощница, совсем юная девушка, но с особыми свойствами. Утром пусть все ваши девушки выстроятся вокруг озера – я буду выбирать ее.

-         Так и будет.

Только к полудню все юные девы выстроились вокруг озера. Человек мог обойти озеро за час. Мы, не спеша, со всем двором начали обход. Под нашими взглядами девушки ежились и опускали стыдливо взгляд. Но каждая реагировала по-своему. Здесь были девушки всех сословий и все были прекрасны. Юность всегда прекрасна своим внутренним светом. Одни их них розовели, другие бледнели, несколько упали в обморок, но я никак не мог найти ту, что смотрит «за ширму» (за пределы реальности, где можно увидеть истину).

И, наконец, я нашел, я увидел ее. Она спокойно смотрела в никуда. Она заранее знала, что я выберу ее.

-         Накройте ее быстро покрывалом и посадите в княжеский паланкин.

Моя просьба мгновенно была исполнена. Князь с надеждой спросил:

-         Это она? – Я кивнул.

-         А какие у нее удивительные свойства?

-         Это долго рассказывать. Нам надо готовиться в дальний путь. Мне необходим грим, деньги, принадлежности лекаря и утром исчезнет мастер Суоко а возникнет лекарь Икагама со своей помощницей Асаки.

…Я мигнул и увидел себя в лавке аптекаря. В этом небольшом северном городке, который находился неподалеку от замка местного князя, я уже заслужил славу искусного целителя. Моя помощница накрывала человека, на которого я ей указывал, темным энергетическим покрывалом. И возникала тень. Все скрытые недуги, как телесные, так и духовные, проявлялись и обострялись. Когда никакие снадобья и лекари не могли помочь – приглашали меня. Асаки снимала «тень» и получалось, что больной чудесным образом исцелялся. Я стал очень знаменитым и дорогим. Меня ценили как лекаря, но и ненавидели как жадного и надменного чужака.

-         Учитель, а не делаем ли мы зло, наводя на людей порчу, - спрашивала Асаки.

Я ответил:

-         Любая порча – это внедрение в человека чужого, негативного демона. Мы же только обостряем, проявляем в человеке его темные места и получается болезнь. Когда ты снимаешь покрывало, человек становится светлее, лучше, чем был до этого.

-         Учитель, а как же тенью можно изгнать тень?

-         А как ты стираешь белые одежды, когда они запачкались?

-         Специальной золой.

-         Вот видишь, черная зола превращает грязную одежду в белоснежную. Когда мы обостряем скрытую болезнь, силы организма начинают «видеть» и изгоняют скрытые недуги. Люди напрасно думают, что боль и жар это зло, и стараются поскорее избавиться от них. Как мы совершаем омовение плоти снаружи, так необходимо совершать очищение и изнутри.

Я гладил свою девочку по головке и сказал, нежно глядя ей в глаза:

-         Не волнуйся, я не буду приучать тебя творить зло и не позволю злу коснуться тебя.

Я увидел ответную вспышку понимания. Она спокойно улыбнулась мне в ответ.

-         Мы сделали первый шаг. Я не ошибся в тебе.

-         Учитель, а как же мы добудем… - и замолчала, закрыв рот ладошкой, боясь вслух назвать нашу цель. Она была славной, умной девочкой.

-         Ложись спать, завтра увидишь.

Я знал, что завтра северный князь со своим двором будет ехать через центральную площадь городка на свадьбу к соседнему князю.

На следующий день мы стояли как все, склонившись в поклоне. Моя девочка ждала на кого я укажу, чтобы наложить тень. Я показал два пальца, значит двойную тень. Внутренним зрением я рассматривал торжественный выезд. Я увидел, что старый князь больше всех любил внука. Тот, кто по-настоящему любит, тот сам себя привязывает огненной нитью к объекту своей любви. От князя до внука, круглолицего юркого пацаненка, тянулась не нить, а огненный шнур. Я глазами показал на него, девочка кивнула. Она и сама уже все поняла.

Через несколько дней распространилась горькая весть о внезапной болезни любимого внука князя. Жар настолько измучил ребенка, что  у него начались судороги и бред. Придворные врачи ничего не могли поделать с этой напастью. Местные врачи спрашивали:

-         А как вы думаете, уважаемый? Что это?

-         Я думаю – это воспаление горла. А потом воспламенились и легкие. Он много бегал на ветру с открытым ртом.

Через некоторое время, к вечеру за мной прислали. Посыльным с поклоном я отвечал, что не лечу ночью. Ночь – время темных сил. И все тут. Но через  час приехал сам князь. Он еле сдерживал свой гнев. Его внук погибает, а какой-то заносчивый чужак смеет перечить его воле. Я понял, что здесь важно не переиграть, а то можно легко лишиться головы. Не успеешь и мигнуть, как сам князь катаной легко отделит голову от тела.

-         Я прошу вас, я очень вас прошу поехать со мной. Вы знаете зачем.

Я молча поклонился, подхватил приготовленный узелок со снадобьями и устремился за князем. Неслышно как тень позади скользила моя девочка.

Осмотрев ребенка и, обтерев его винным уксусом, я вложил ему в рот щепотку соли, чтобы прояснилось сознание. Подняв вверх указательный палец, я давал пояснения. И тогда моя девочка сняла первую тень. Жар стал потихоньку спадать, дыхание выровнялось, ребенок заснул. Князь смотрел на меня с восхищением и надеждой, а придворные лекари с нескрываемой злобой.

-         Я знаю, князь, что всех, кто приближается ко дворцу обыскивают и проверяют. А мы с моей помощницей прибыли внезапно, хоть и по вашей просьбе. Я прошу и настаиваю, чтобы нас тщательно обыскали и проверили всеми возможными способами.

Когда мы шли в отведенные нам покои, я прошептал моей помощнице:

-         Вот мы и сделали второй шаг.

-         Да, учитель, - радостно ответила она.

Перед сном я медитировал и вспоминал. Мы уже два месяца жили в северном княжестве и ждали возможности сделать второй шаг. После того как северный князь заполучил Богиню и спрятал ее в пещере, его род стал процветать. Скала , в которой была тайная пещера, вдруг лопнула. И с нее забил целебный родник. Потянулись паломники, потекли деньги. Для людей своего клана вода была бесплатна. Все славили щедрость и мудрость князя. Вода была бесплатна, но только для своих.

Был издан тайный указ о необходимости докладывать о любом чужеземце, который попытается проникнуть на землю рода. Паломники же шли по строго охраняемой дороге. А нас князь сам заставил прийти во дворец. Это и был второй шаг. Я улыбнулся и заснул.

Утром ребенку стало легче, но все же его состояние вызывало тревогу. Князь пригласил нас на совместный обед, но я сказал:

-         Я сначала хотел бы осмотреть ребенка.

-         Да, конечно.

Осмотрев ребенка, я сказал:

-         Я чувствую, что в вашей горе, откуда бьет этот удивительный источник, есть целительная сила. Возможно, это сама гора.

Князь ненадолго задумался, а затем все же решившись, сказал:

-         Да, там есть пещера, и в ней находится тайный храм нашего рода. Туда нельзя чужим. Даже за само знание о существовании пещеры, люди умирали.

Как бы не слыша князя, я продолжал:

-         Я хотел бы помолиться с вашим внуком в этом храме. Я точно знаю, это его спасет. Потом вы можете делать со мной, что захотите.

Князь был поражен моей самоотверженностью и желанием спасти его любимого внука. Он надолго задумался, а потом кивнул:

-         Хорошо.

Любовь победила благоразумие.

В подземный храм нас сопровождали только князь и четверо самых доверенных воинов из охраны князя. Поднеся дары к алтарю, воскурив священные палочки, я опять поднял вверх указательный палец и сказал:

-         Ну, все, он освободился от болезни. Моя работа закончена.

Я верил князю, он не убьет меня сразу, сейчас, пока его переполняет радость.

Мы с моей девочкой стояли на коленях, молились. Я взглядом показал ей в угол пещеры – там был зарыт саркофаг с духом Богини. На алтаре стояла ложная приманка. Жемчужные волны распространялись кругами с угла.

- У меня единственная просьба, - сказал я князю. – Всем вместе помолиться на вершине горы. Но не сегодня, а завтра на рассвете.

Ночью я опять медитировал. Раздвинув ширму этого мира, я увидел, что волны Богини пробудили сердце горы. Сердце горы  бывает не во всякой горе. Оно возникает, где камень монолитен и красив, там, где сходятся силы земли. Но это сердце спит до поры как сухое зерно в закромах. Пока зерно не будет зарыто в плодородную, теплую, влажную землю, оно не взойдет. Волны Богини Озера как вода омыли сердце горы, и оно набухло, готовое вот-вот взорваться. Я также понимал, что похитив дух Богини, нам будет очень сложно уйти живыми. И удивился сам себе, своему предвидению.

 Первые лучи солнца обладают удивительными свойствами. Они скользят по земле, впитывая ее дух, сродняясь с ним. Эти первые лучи солнца нежно-розовые, алые и такое же излучение бывает у сердца горы. Оно пробудилось, надо лишь только соединить его с небесным светилом. Я вздохнул и заснул…

Мы стояли на вершине задолго до рассвета. Дул прохладный ветерок. Княжич чувствовал себя прекрасно. Его трудно было удержать на одном месте.

-         Ну, долго еще?

-         Вот-вот и взойдет, - успокаивал его князь.

Я попросил всех поднять руки и широко расставить ноги. Надо пить свет ладонями и глазами, вдыхая в себя светлое, нежное, чистое, а выдыхать серый дым, который жарким дыханием превратиться в огонь.

-         Как дракон? – спросил мальчуган.

-         Именно так, – ответил я.

Первые лучи окрасили белые облака. Это было чудесное зрелище. Старый князь прошептал:

-         Прожил жизнь и не видел такого чуда.

Естественная красота природы незаметна нам в суете. И только горе и страдание нас останавливают и заставляют видеть эту красоту, наполняя нас радостью. Я попросил всех дышать в одном ритме - медленно и глубоко. У каждого внизу живота стало появляться ощущение жара. Я замкнул через копчик все нити и направил к сердцу горы. Солнце вставало, жар усиливался, зерно набухало. Потом произошел взрыв. Многие закричали, схватившись за живот. Я попросил всех сесть на колени, что б копчик был ближе к скале. Солнце надежно соединилось с сердцем горы, и оно мощно и ритмично стало пульсировать.

Я взялся руками за коралловые четки и представил наше озеро. Богиня озера страдала от жара и легко отозвалась на мой призыв. Через родник она устремилась наружу, а потом ко мне. Коралловые четки теперь стали ее убежищем. Я держался за коралловые четки и ощущал прохладу. Она наполняла меня спокойствием и умиротворением. Я понимал, что, унося Богиню озера, я оставляю за собою другое божество – Дух горы и теперь родник будет исцелять, в основном, недуги сердца и суставов.

Я мигнул. Мы стояли у входа замка южного князя – нашего нанимателя. Он не утерпел, и сам устремился к нам. Я, с моей девочкой радостно улыбались ему на встречу. Он понял – мы выполнили задание. Но не удержался и воскликнул:

-         Ну?

Мы кивнули:

-         Да!

Мы стояли в храме Богини Озера и смотрели на остатки статуэтки. Я перебирал красные коралловые четки. Князь спросил:

-         Где?

Я показал на четки:

-         Здесь.

Я протянул князю четки и тот с благоговением принял их.  Он закрыл глаза и боль, которую он носил все это время, отпустила. А вокруг расходились кругами нежно-жемчужные волны.

       Разрешите предложить вам более надежное  убежище для Богини Озера, чем храм и статуэтка. Убежище, из которого невозможно выкрасть ее.

Князь с трудом открыл глаза и сказал:

-         Слушаю вас.

-         Мы при всем народе завтра утром бросим эти четки в воды озера. Пусть все знают – Богиня вернулась…

Утром было сложно протолкнуться к берегу. Возле озера собрались все, кто мог ходить. Мы с моей девочкой сидели на корме. У ее ног стояла корзина, полная коралловых четок. Она медленно подавала мне одни бусы за другими. Я поднимал их над головой и под восторженные крики народа бросал в озеро. Лодка проплывала вокруг острова, а четки все не кончались. Богиня вернулась в свой мир и вода как будто бы стала прозрачней, вкусней. И вроде бы воды стало больше. Это заметили и на берегу. Ликуя, люди кричали друг другу:

-         Богиня вернулась!

-         Вот мы и сделали третий шаг, - сказал я моей девочке.

Ночью из замка вышел человек в странном пестром кимоно. С ним рядом шла уже не ученица и помощник, а товарищ и женщина.

 

«»»

 

Рейтинг: +1 130 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!