ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФэнтези → КОГДА ПРИДЁТ ЗАЗИРКА(русское фэнтези) 41-42

КОГДА ПРИДЁТ ЗАЗИРКА(русское фэнтези) 41-42

ГЛАВА 41

Первым совершить "полёт на пьяном самолёте" вызвался кудлатый пожилой слобожанин, более-менее "трезвый".
- Варь... это... ну, не боись... всё будет... тип-топ... - заверил Димка, но это не успокоило, ибо звучало, как обычная пьяная бравада.
Дима, хорохорясь, взял слобожанина за руку:
- Не дрейфь, абориген!
Тот собрался что-то сказать, но Димка уже выкрикнул: "Поехали!" и... они растворились в воздухе.

Ожидание, казалось, сведёт с ума. Димка отсутствовал не более минуты, но какой тягучей оказалась эта минута...
- Следующий, согласно купленным билетам. Не толпитесь, все улетите...
Он, паршивец, ещё шутит! Я тут на нервах, как на иголках...

В общем, переброс прошёл без ЧП. Правда "посадки" не отличались идеальностью: трижды Димка высадил пассажиров далеко от того места, где я дважды открывала Проход, и каждый второй "полёт" заканчивался тараном Оберега - "пилот" опаздывал с торможением. У пьяных, как известно, замедленная реакция.
Когда остались, Добран, Изгага и мы с Зебом, я вдруг подумала, что как-то несправедливо, не по-людски, оставлять тела погибших слобожан вот так... брошенными. Только собралась поделиться этой мыслью с остальными, как её тут же озвучил Добран. Оказалось: все так думали...

Решение перебросить и тела погибших, Дима воспринял без возражений:
- А нам всё равно, чё возить... Людей, навоз или дрова...

Последними были мы с Зебом. Курдуш и в этот раз отказался присоединиться к нам.
- Спасибо за помощь. Что скажешь турченам?
- Правду. Долго искал... нашёл только это, - кивнул на трупы.
- Ладно, говори, что хочешь. Только не навреди самому себе.
- Я жить хочу, - просто сказал курдуш, взмахнул крыльями и полетел в сторону Твердыни.
- Зря ты его отпустила, - зафыркал Зеб. - Придушить для верности...
- Может, тебе язык укоротить, как хвост... для верности?

Зеб не успел ответить: рядом плюхнулся Дима, потный, краснолицый, с расползающейся улыбкой:
- Чё эт я всё падаю? Господа пассажиры... салон подан... Дамочка, почему ваше животное без намордника? Не положено! а прививки сделаны?
- Дим, хватит придуряться, а...
- Кто... пидур... придур... яяется? Я? Варь... да я... это... ну... сама... эта... серёжность... Нет!.. сериёзность, да! Летим? Летим... Зверь, дай лапу...

Г Л А В А 42.

Мы уже вторые сутки в Долине.
От искренней радости до откровенной ненависти - таков был диапазон чувств встретивших нас. Ненависть преобладала. И тому были причины: во-первых, после нашего ухода из Долины, одиннадцать женщин, обезумев от излишней дозы Нектара Додолы, наложили на себя руки; ещё шесть не в себе. Никто не думал, что сами виноваты, перебрав Нектара, нет, винили во всём Зазирку и её сопутников: взбаламутила всех, прикинулась, что в ней Дух Ладанеи, и навела на всех безумие, а потом ушла, забрав с собой единственного мужчину... Тобишь, Добрана.

Во-вторых... К ворожеям примкнули слобожанки, толкали свою правду: явилась Зазирка - и сожжена Слобода, погибли почти все мужчины, пошло прахом нажитое...
Зарёма попыталась встать на мою защиту, так её едва не разорвали на части: чудом вырвали Советницы, взяли под свою защиту. Очень странно и непонятно было мне слышать о таком: почему Зарёма не использовала свои Дары? Хотя бы в четверть силы... Хотя, что тут непонятного: девчонка, скорее всего, испугалась, что не сможет определить меру необходимой силы и... превратит Долину в выжженную пустошь. Какая умница! Вот я поставила себя на место Зарёмы и, с ужасом поняла: я бы не сдержалась...

Была ещё одна неприятность, которую связывали с Зазиркой: ночью кто-то передушил всех кур, а два чёрных петуха просто пропали. Как и часть продуктов. Расследование по горячим следам ничего не дало.
Посёлок бурлил до самого нашего прихода. Накопившееся нужно было на кого-нибудь излить, а вот и стрелочница - Зазирка. Ещё и Деву-Ягу притащила с собой, явно с целью погубить всех ворожей и уничтожить Посёлок. Она заодно с Середой!

Мужчины были не в лучшей форме, а Димка вообще вырубился ещё там, у Прохода. Благо, на этот раз был сон обычного уставшего "нетрезвого" человека. Собственно, тепло Посёлка всех свалило с ног. Даже Добрана.

И осталась одна Варька, то есть Зазирка, держать ответ.
 Очумелые бабы кричали все разом, обвиняли во всех смертных грехах. Даже в том, что я вернулась "крохоткой": подозревали в этом злой умысел. "Она послана не Ладанеей, а Мороком! - было общее решение. - Раздавить её, как вошь!"
Зеб предупредительно опустился на требище (жертвенник) Ладанеи. Это было тотчас расценено как кощунство.
Мать с Советницами закрылись у себя, и носа не показывали. Там же была и Зарёма.

Когда бабы, наконец, решили перейти от словесных угроз к действию, и ринулись к лестнице, внезапно над их головами пронеслась молния, затем громыхнуло так, что с потолка и стен посыпалась каменная крошка.
Все в ужасе отпрянули. Ниша Ладанеи светилась пульсирующим розовым светом, лик её был гневен.
"Вот, значит, где ты отсиживалась, когда так нужна была там? Когда я звала тебя! Умно, как сказал бы Димка. Спасибо за поддержку..." Меня захлестнули обида и злость, да так сильно, что едва не задохнулась.

Я говорила (или Дух Ладанеи?) тихо, с надрывом, но голос буквально гремел под сводами, заставляя женщин ёжиться и втягивать головы в плечи.
- Вы считаете себя ворожеями и ведьмами? Заблуждаетесь! Вы давно уже перестали ими быть! Вы превратились в тупых овец, которые требуют вовремя жратвы и... барана! Я в этом виновата? Или Морок? Нет! Вы сами себя сделали такими! Веками жрёте здесь, плодитесь и ждёте, что кто-то придёт и освободит вас... А сами? Сами-то вы хоть пальцем шевельнули, чтобы приблизить освобождение? Чем вы отплатили Ладанее за её подвиг? Погибая, она защитила вас от Морока и Середы... А вы? Вон стоит её Образ в трёхвековой пыли! Жалуетесь, что забыла? Правильно сделала! Да! Разрушить к чёртовой матери вашу овчарню!..

Грохнулись на колени, заголосили: не гневайся! помилуй! вразуми, что делать... Грех и смех: бабы, которые мне в матери, в бабушки и прабабушки годятся, просят вразумить их, меня, девчонку пятнадцати лет... крохотку... Что я могла сказать? Ляпнула наугад (это уж точно Варька!), мол, вспомните свои знания, способности, тренируйте и усовершенствуйте... короче, готовьтесь к Новой Битве с ненавистным Вонюкой.

Разошлись относительно успокоенные и, похоже, вдохновлённые.
- А мы кушать и баиньки? - спросил Зеб.
- Не помешало бы...
Я смотрела на Образ Ладанеи и терялась в догадках. Как понимать поведение Духа? Стрельнул молнией, погремел и... всё? Погреметь я и сама могла. Он, что, вообще не собирается нам помогать за пределами Оберега? Иди Варька за Зерном, сражайся с Вонюкой, а я... мысленно с тобой, так что ли? Умно! А коли, погибнешь, не велика беда: не ты первая, не ты последняя, да? Алё!? не желаешь объясниться?
Не соизволило их величество...
Ладно, шут с тобой, сама разберусь. Вот прочту Песни Гамаюна и решу: искать это злополучное Зерно или... податься домой. Хватит, устала от приключений, на всю жизнь хватит, по за глаза...

Внизу спешно накрывали стол. Мать рискнула выпустить Зарёму. С радостным визгом она бросилась к нам, облобызала Зеба, довольно фамильярно хватанула саму Зазирку и обслюнявила, как любимую куколку. Уж больно счастлива была девчонка - стерпела я.
- Идите кушать. Потом вас Мать примет. Они сейчас разбирают дощечки с резами. Вы уже знаете, что здесь приключилось?
К тому, что знали, прибавились ещё две новости - хорошая и плохая. Хорошая - это родилось пятеро ребятишек, три девочки и ДВА МАЛЬЧИКА! Плохая новость: кто-то зверски растерзал хлевника, разорвал, как мышонка.
- Странный факт... И что, нет никаких подозрений, объяснений?
- Мать считает, что с беженками к нам проник... враг. Мелкий пакостник.

Я сразу вспомнила, как просигналила Спица у Прохода... Одна из слобожанок? Какова её цель? Если хотела уморить голодом, то не ограничилась бы только курами - козы, свиньи, сад-огород. Ещё более странная гибель хлевника. Безобиднее его здесь не было существа. Узнал неположенное? Скорее всего... убрали как свидетеля. Но почему такая жестокость? Надо будет пораспрашивать Ягу: её подопечная.

Мы спустились вниз. К столу более никто не вышел. Значит, вся эта роскошь для нас двоих.
- Пожуём, - мявкнул Зеб и тотчас приступил.
Зарёма осторожно поставила меня на столешницу, подвинула чурбачок, накрытый куском шкуры.
- А где Уп?
Зарёма вздохнула:
- На лечении у Матери. Когда на меня ополчились, он кинулся на защиту... пришибли немного. Ты не беспокойся, он уже в полном порядке.
- А Колобок?
 - Колобок... - Зарёма сникла, на глаза навернулись слёзы. - Забыла сказать... Пропал Колобок... Сначала был, даже Упу помогал отгонять женщин от меня... а потом не нашли...
- Круто поработала тётя... Значит, пропал Колобок, затем передушили кур, исчезли два петуха и... гибель хлевника... Зеб, не чавкай, и не торопись, плохо станет. Что думаешь обо всём этом?
- Когда я ем, я не думаю.
- Ну, шевельни хотя бы одной извилиной.

- Можно мне сказать? - дёрнулась Зарёма. - Я кое-что слышала о чёрных петухах... только это... сказка...
- А что здесь не сказка? Я - сказка. Вот этот обжора - сказка. Говори свою сказку.
- Если чёрного петуха три дня кормить специальным зерном, на четвёртый день он... снесёт яйцо. А если это яйцо девять дней высиживает человек, то вылупится Огненный Петух - Рарог...
- Это уже не сказка, Зарёма! Это жестокая быль! Надо бить тревогу! Три и девять - двенадцать. Дюжина. Не об этой ли дюжине предупреждала пророчица Смага? Двенадцать дней... значит, у нас ещё есть время найти и обезвредить "клушку".
- Клушку? Ты её знаешь?
- Клушкой в нашем мире зовут курицу, которая высиживает цыплят.
- Клоктунья, по-нашему. Как же мы её будем искать?
- Зеб, хватит трескать! Поехали к Матери. 

© Copyright: Михаил Заскалько, 2012

Регистрационный номер №0046714

от 6 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0046714 выдан для произведения:

ГЛАВА 41

Первым совершить "полёт на пьяном самолёте" вызвался кудлатый пожилой слобожанин, более-менее "трезвый".
- Варь... это... ну, не боись... всё будет... тип-топ... - заверил Димка, но это не успокоило, ибо звучало, как обычная пьяная бравада.
Дима, хорохорясь, взял слобожанина за руку:
- Не дрейфь, абориген!
Тот собрался что-то сказать, но Димка уже выкрикнул: "Поехали!" и... они растворились в воздухе.

Ожидание, казалось, сведёт с ума. Димка отсутствовал не более минуты, но какой тягучей оказалась эта минута...
- Следующий, согласно купленным билетам. Не толпитесь, все улетите...
Он, паршивец, ещё шутит! Я тут на нервах, как на иголках...

В общем, переброс прошёл без ЧП. Правда "посадки" не отличались идеальностью: трижды Димка высадил пассажиров далеко от того места, где я дважды открывала Проход, и каждый второй "полёт" заканчивался тараном Оберега - "пилот" опаздывал с торможением. У пьяных, как известно, замедленная реакция.
Когда остались, Добран, Изгага и мы с Зебом, я вдруг подумала, что как-то несправедливо, не по-людски, оставлять тела погибших слобожан вот так... брошенными. Только собралась поделиться этой мыслью с остальными, как её тут же озвучил Добран. Оказалось: все так думали...

Решение перебросить и тела погибших, Дима воспринял без возражений:
- А нам всё равно, чё возить... Людей, навоз или дрова...

Последними были мы с Зебом. Курдуш и в этот раз отказался присоединиться к нам.
- Спасибо за помощь. Что скажешь турченам?
- Правду. Долго искал... нашёл только это, - кивнул на трупы.
- Ладно, говори, что хочешь. Только не навреди самому себе.
- Я жить хочу, - просто сказал курдуш, взмахнул крыльями и полетел в сторону Твердыни.
- Зря ты его отпустила, - зафыркал Зеб. - Придушить для верности...
- Может, тебе язык укоротить, как хвост... для верности?

Зеб не успел ответить: рядом плюхнулся Дима, потный, краснолицый, с расползающейся улыбкой:
- Чё эт я всё падаю? Господа пассажиры... салон подан... Дамочка, почему ваше животное без намордника? Не положено! а прививки сделаны?
- Дим, хватит придуряться, а...
- Кто... пидур... придур... яяется? Я? Варь... да я... это... ну... сама... эта... серёжность... Нет!.. сериёзность, да! Летим? Летим... Зверь, дай лапу...

Г Л А В А 42.

Мы уже вторые сутки в Долине.
От искренней радости до откровенной ненависти - таков был диапазон чувств встретивших нас. Ненависть преобладала. И тому были причины: во-первых, после нашего ухода из Долины, одиннадцать женщин, обезумев от излишней дозы Нектара Додолы, наложили на себя руки; ещё шесть не в себе. Никто не думал, что сами виноваты, перебрав Нектара, нет, винили во всём Зазирку и её сопутников: взбаламутила всех, прикинулась, что в ней Дух Ладанеи, и навела на всех безумие, а потом ушла, забрав с собой единственного мужчину... Тобишь, Добрана.

Во-вторых... К ворожеям примкнули слобожанки, толкали свою правду: явилась Зазирка - и сожжена Слобода, погибли почти все мужчины, пошло прахом нажитое...
Зарёма попыталась встать на мою защиту, так её едва не разорвали на части: чудом вырвали Советницы, взяли под свою защиту. Очень странно и непонятно было мне слышать о таком: почему Зарёма не использовала свои Дары? Хотя бы в четверть силы... Хотя, что тут непонятного: девчонка, скорее всего, испугалась, что не сможет определить меру необходимой силы и... превратит Долину в выжженную пустошь. Какая умница! Вот я поставила себя на место Зарёмы и, с ужасом поняла: я бы не сдержалась...

Была ещё одна неприятность, которую связывали с Зазиркой: ночью кто-то передушил всех кур, а два чёрных петуха просто пропали. Как и часть продуктов. Расследование по горячим следам ничего не дало.
Посёлок бурлил до самого нашего прихода. Накопившееся нужно было на кого-нибудь излить, а вот и стрелочница - Зазирка. Ещё и Деву-Ягу притащила с собой, явно с целью погубить всех ворожей и уничтожить Посёлок. Она заодно с Середой!

Мужчины были не в лучшей форме, а Димка вообще вырубился ещё там, у Прохода. Благо, на этот раз был сон обычного уставшего "нетрезвого" человека. Собственно, тепло Посёлка всех свалило с ног. Даже Добрана.

И осталась одна Варька, то есть Зазирка, держать ответ.
 Очумелые бабы кричали все разом, обвиняли во всех смертных грехах. Даже в том, что я вернулась "крохоткой": подозревали в этом злой умысел. "Она послана не Ладанеей, а Мороком! - было общее решение. - Раздавить её, как вошь!"
Зеб предупредительно опустился на требище (жертвенник) Ладанеи. Это было тотчас расценено как кощунство.
Мать с Советницами закрылись у себя, и носа не показывали. Там же была и Зарёма.

Когда бабы, наконец, решили перейти от словесных угроз к действию, и ринулись к лестнице, внезапно над их головами пронеслась молния, затем громыхнуло так, что с потолка и стен посыпалась каменная крошка.
Все в ужасе отпрянули. Ниша Ладанеи светилась пульсирующим розовым светом, лик её был гневен.
"Вот, значит, где ты отсиживалась, когда так нужна была там? Когда я звала тебя! Умно, как сказал бы Димка. Спасибо за поддержку..." Меня захлестнули обида и злость, да так сильно, что едва не задохнулась.

Я говорила (или Дух Ладанеи?) тихо, с надрывом, но голос буквально гремел под сводами, заставляя женщин ёжиться и втягивать головы в плечи.
- Вы считаете себя ворожеями и ведьмами? Заблуждаетесь! Вы давно уже перестали ими быть! Вы превратились в тупых овец, которые требуют вовремя жратвы и... барана! Я в этом виновата? Или Морок? Нет! Вы сами себя сделали такими! Веками жрёте здесь, плодитесь и ждёте, что кто-то придёт и освободит вас... А сами? Сами-то вы хоть пальцем шевельнули, чтобы приблизить освобождение? Чем вы отплатили Ладанее за её подвиг? Погибая, она защитила вас от Морока и Середы... А вы? Вон стоит её Образ в трёхвековой пыли! Жалуетесь, что забыла? Правильно сделала! Да! Разрушить к чёртовой матери вашу овчарню!..

Грохнулись на колени, заголосили: не гневайся! помилуй! вразуми, что делать... Грех и смех: бабы, которые мне в матери, в бабушки и прабабушки годятся, просят вразумить их, меня, девчонку пятнадцати лет... крохотку... Что я могла сказать? Ляпнула наугад (это уж точно Варька!), мол, вспомните свои знания, способности, тренируйте и усовершенствуйте... короче, готовьтесь к Новой Битве с ненавистным Вонюкой.

Разошлись относительно успокоенные и, похоже, вдохновлённые.
- А мы кушать и баиньки? - спросил Зеб.
- Не помешало бы...
Я смотрела на Образ Ладанеи и терялась в догадках. Как понимать поведение Духа? Стрельнул молнией, погремел и... всё? Погреметь я и сама могла. Он, что, вообще не собирается нам помогать за пределами Оберега? Иди Варька за Зерном, сражайся с Вонюкой, а я... мысленно с тобой, так что ли? Умно! А коли, погибнешь, не велика беда: не ты первая, не ты последняя, да? Алё!? не желаешь объясниться?
Не соизволило их величество...
Ладно, шут с тобой, сама разберусь. Вот прочту Песни Гамаюна и решу: искать это злополучное Зерно или... податься домой. Хватит, устала от приключений, на всю жизнь хватит, по за глаза...

Внизу спешно накрывали стол. Мать рискнула выпустить Зарёму. С радостным визгом она бросилась к нам, облобызала Зеба, довольно фамильярно хватанула саму Зазирку и обслюнявила, как любимую куколку. Уж больно счастлива была девчонка - стерпела я.
- Идите кушать. Потом вас Мать примет. Они сейчас разбирают дощечки с резами. Вы уже знаете, что здесь приключилось?
К тому, что знали, прибавились ещё две новости - хорошая и плохая. Хорошая - это родилось пятеро ребятишек, три девочки и ДВА МАЛЬЧИКА! Плохая новость: кто-то зверски растерзал хлевника, разорвал, как мышонка.
- Странный факт... И что, нет никаких подозрений, объяснений?
- Мать считает, что с беженками к нам проник... враг. Мелкий пакостник.

Я сразу вспомнила, как просигналила Спица у Прохода... Одна из слобожанок? Какова её цель? Если хотела уморить голодом, то не ограничилась бы только курами - козы, свиньи, сад-огород. Ещё более странная гибель хлевника. Безобиднее его здесь не было существа. Узнал неположенное? Скорее всего... убрали как свидетеля. Но почему такая жестокость? Надо будет пораспрашивать Ягу: её подопечная.

Мы спустились вниз. К столу более никто не вышел. Значит, вся эта роскошь для нас двоих.
- Пожуём, - мявкнул Зеб и тотчас приступил.
Зарёма осторожно поставила меня на столешницу, подвинула чурбачок, накрытый куском шкуры.
- А где Уп?
Зарёма вздохнула:
- На лечении у Матери. Когда на меня ополчились, он кинулся на защиту... пришибли немного. Ты не беспокойся, он уже в полном порядке.
- А Колобок?
 - Колобок... - Зарёма сникла, на глаза навернулись слёзы. - Забыла сказать... Пропал Колобок... Сначала был, даже Упу помогал отгонять женщин от меня... а потом не нашли...
- Круто поработала тётя... Значит, пропал Колобок, затем передушили кур, исчезли два петуха и... гибель хлевника... Зеб, не чавкай, и не торопись, плохо станет. Что думаешь обо всём этом?
- Когда я ем, я не думаю.
- Ну, шевельни хотя бы одной извилиной.

- Можно мне сказать? - дёрнулась Зарёма. - Я кое-что слышала о чёрных петухах... только это... сказка...
- А что здесь не сказка? Я - сказка. Вот этот обжора - сказка. Говори свою сказку.
- Если чёрного петуха три дня кормить специальным зерном, на четвёртый день он... снесёт яйцо. А если это яйцо девять дней высиживает человек, то вылупится Огненный Петух - Рарог...
- Это уже не сказка, Зарёма! Это жестокая быль! Надо бить тревогу! Три и девять - двенадцать. Дюжина. Не об этой ли дюжине предупреждала пророчица Смага? Двенадцать дней... значит, у нас ещё есть время найти и обезвредить "клушку".
- Клушку? Ты её знаешь?
- Клушкой в нашем мире зовут курицу, которая высиживает цыплят.
- Клоктунья, по-нашему. Как же мы её будем искать?
- Зеб, хватит трескать! Поехали к Матери. 

Рейтинг: +1 692 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
141
127
126
115
100
96
96
95
94
91
91
90
88
87
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
82
81
80
80
80
77
75
75
75
74
74
72
71
68
46