ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФэнтези → Код жизни. Изменить все

Код жизни. Изменить все

21 февраля 2020 - Надежда Рыжих

 

                                                                         (Продолжение)


            Попыталась соединить края пальцами, что, конечно, было глупо, и вновь разозлилась. Щель моментально затянулась. Мать матерей кивнула одобрительно и расплылась в улыбке.    

            - А теперь к гейзерам, матушка?! - легкомысленно промурлыкала Марфа, обрадованная невероятно удачным стечением обстоятельств, и засмущалась собственных слов.            - Не пойдем, - так же отвечала ей Великая и Мудрая. - Задание выполнено не полностью. Вспомни, о чем говорили и что ты должна?!

            - Открыть, закрыть, расширить...

            Марфа сникла и учеба ее продолжилась. Эрна, меж тем, начала плести и старушка присела рядышком, чтобы контролировать и подсказывать, если придется.

            К вечеру стало темнеть. Заметно похолодало, и они отправились отдыхать. Марфа, уставшая за день невероятно, между делом, достала из пустоты одеяла и подушки для всех и даже не заметила одобрительного кивка старушки, занятая своими мыслями. Утром была сосредоточена и напряжена. О чем-то думала, наморщив лоб и сведя брови к переносице. Увлекшаяся плетением Эрна, весь день спрашивала, как доставить ее творения домой и ничего не потерять в дороге. Ей обещали сделать все в лучшем виде, но не поясняли, как, поэтому вопросы продолжались. 

            - Тактичные существа, эти сатурняне, - однажды заявила Эрна и на нее посмотрели с удивлением. Для молоденькой девушки - слишком здравый вывод. - Вернусь к нашим и расскажу, что сами виноваты. Любить нас надо, если в жены берут, и уважать, иначе все сбежим сюда. Здесь тихо, спокойно, тепло как-то...

            - В гостеприимстве им не откажешь, - одобрительно поддакнула Мать матерей. - Корзинка с пищей каждое утро под дверьми, детишки забегают, интересуются, не нужно ли чего, а помещение у нас какое! Для царских хором бы сгодилось: просторное, светлое.

            - Вам хорошо, потому что знаете свое место, - заметила Марфа, и голос ее был тих, и грустен, - а у меня его нет. Очутилась я здесь случайно... По крайней мере, мне так кажется. Помогла селянам, как-то походя, между делом, не по своей воле, по недопониманию;  встретилась с матушкой, потеснила ее... в ее же доме... И вот мы здесь. Она опекает и наставляет... Я учусь... и научусь... Нисколько не сомневаюсь в этом, но дальше ничего: ни самостоятельности, ни гири на ноге, утверждающей, что здесь мое место. Родина недоступна. Круг знакомых людей - в прошлом...

            - Дитя мое, неутешное, - прослезилась старушка, - все поправимо! Встретишь мужчину, полюбишь, заведешь семью, будешь ходить по мирам вместе со мной, помогать и жизнь обретет смысл. А место... место найдешь, где угодно. Мысль материальна! Ты это и сама знаешь. Представишь то, что нужно, и оно явится... Ты крепнешь. Кое-что уже умеешь, а остальное прирастет, добавится. Со временем.

            - Простите, матушка, за слабость! Может, к гейзерам... а?! Для тонуса...

            - Что ж! Смиряюсь! Представь, как могут они выглядеть и открой проход. Я не буду возражать. Эрна, останешься нас ждать или пойдешь смотреть новые места?

            - Вдруг кто приставать вздумает без вас?! - вскричала та и вскочила, сбрасывая с колен, не глядя, свои поделки.

            Старушка рассмеялась. Марфа напряглась и представила... низвергающийся солевой поток в лучах солнца, яркий, как забытая земная радуга, но иглистый, колкий; и смутное селение в некотором отдалении с нелепыми существами, коими те выглядели в преломляющихся лучах... Руки сами поднялись на уровне груди, и радость жизни заструилась по венам, покалывая кожицу, и когда пальцы отяжелели от переполнявшей их энергии, она резким движением очертила круг в легкой голубизне воздуха.

            - Ах! - сказали в голос очарованные переменами женщины и шагнули в него. - Великолепно, бесподобно, но скоро замерзнем.

            - Мы ненадолго, не переживайте, - успокоила всех Марфа, смущаясь, что ее неуемный интерес никому, вроде, особо не интересен. Энцелад... заселен! Ну и что?!

            Стали обходить опасные места, продвигаясь к селению, а навстречу им поспешили заинтересованные жители... И вот они уже смотрят друг на друга с недоверием. Судя по выражению миндалевидных глаз, это были  разумные существа, но головы имели неправильной формы, с сильно вытянутой к низу нижней челюстью; туловища маленькие, каплевидные. Хитиновое покрытие по всему телу служило, видимо, защитой от враждебной среды и потому одежды иной не требовалось.

            - Каракатицы, - вырвалось у Эрны непроизвольно и головы местных повернулись к ней. Она покраснела от излишнего внимания и потупилась.

            - Каракатицы... - хором повторили те и недоуменно переглянулись. - Сколь велика потребность каракатиц в нежданном визите? К нам не ходят по доброй воле - опасно для неженок. Кто-то провинился настолько, что участь предрешена и спасенья нет?! Говорите же, кто! Бросим зло к гейзеру и удержим. Когда пар разъест незащищенный покров, ледяные иглы нашпигуют безвольную биомассу, океан будет рад. Ему нужна пища для поддержания жизни.

            - Мы, э... - попыталась сказать старушка, но голос ее дрогнул. Она закашлялась.

            - Из любопытства... мы, - промямлила Марфа. - Манили гейзеры своей необычностью.

            - Как посмели ничтожные каракатицы оскорбить праздным любопытством великую тайну жизни! - разгневались аборигены и стали надвигаться грозной тучей. - Океан будет счастлив принять всех! Он давно просит пищи! Пришли вы очень вовремя!  Хватайте их, энцы!

            Эрна содрогнулась от ужаса, и Мать матерей прижала ее к груди, желая защитить. Дурные предчувствия охватили Марфу.

            - Прочь! - вскричала она в панике и воздела руки к небу. На безумствующую толпу повалились вязанки хвороста. Пока местные выкарабкивалась из-под завалов, Великая и Мудрая резко ткнула пальцем перед собой... И они вихрем умчались в мир сатурнян... к свободе и голубому полю, синему лесу, черным камням, непривычным, чужеродным, но безопасным...

            - Да будь ты счастлив на все времена, Энцелад! - крикнула Марфа на прощание и последнее, что увидели оторопелые существа, это яркий вихрь объемных одежд ее, раздувшихся от быстрого бега и порыва встречного ветра... из той "дыры", куда убежали большетелые "каракатицы" из числа ничтожных.

            - Твой север не интересует меня больше, Холодная Луна, - добавила уже тише, для себя, истерично всхлипнула и спросила: - Видели, как они пучили глаза, глядя нам вслед? Думают теперь, не привиделось ли? Не с самими ли собой речи вели? И кого стращали, в свете открывшегося прохода?! А как океан огорчится! 

            - Скорее, пробега... И почему... хворост, а не одеяла энд подушки? - поддела ее довольная старушка. - Мы только и делаем, что достаем... убираем...

            - Вернуть не смогла бы! А хворост пришел из земли, воды и туда уйдет. Цикл завершится. А вы, матушка, зачем проход открывали? Я бы сама... все...

            - Нагнали и на меня жути. Решила ускорить. Вот, поди ж ты, какие кровожадные! Как жизнь, однако, формирует характеры! Теперь, рассказывая об этой части Холодной Луны Сатурна, буду предупреждать, что здесь нам не рады и что может последовать для слишком любопытных и неосторожных.

            - Продолжу-ка я свое дело, - пропела довольная Эрна. - Бабушка, подскажите, как креслице плести.

            - Итак, Марфа, - изрекла старушка "истину", - учишься, пока мы плетем. Потом Эрну вернем домой, с ее приданым, а сами отправимся путешествовать. Домик мой помнишь, туда нас и перенаправишь, но потом. Занимайся, дорогая, занимайся! Пытайся мысли мои читать - обещаю думать медленно...

            Дни не подсчитывали. Время шло, как и должно. Каждый занимался, чем считал нужным и правильным, и скучно никому не было.

            Когда однажды Эрна с похвальбой в голосе заявила, что научилась всему, решили вернуться.

            - Думаю, за это время страсти поутихли, - философски заметила Великая и Мудрая. - По крайней мере, "репрессии" Эрны не коснутся. Богатая и интересная невеста может ставить условия, а мы с тобой, моя дорогая ученица, если понадобится, сменим место жительства. Наш сказочный домик с большой радостью освоится на новом месте. Марфа, что же ты?!

            - Постойте, постойте! - вскричала Эрна. - Помогите собрать мою мебель и не забудьте, что нужно перетаскать в вашу "дверь" все. Ой, как Бруни обрадуется! Такой мебели у него нет.

            - Помогаем уже, - обреченно вздохнула Марфа. - Ориентироваться буду на полянку, где венки плели. Перенесем все в целости и сохранности, не волнуйся. 

            И полянка украсилась рукотворными вещицами. Плетенки расставили полукругом и уселись на них, вдыхая ароматы поздней осени. Под ногами валялись опавшие листья, которых натаскал сюда ветер. Они были еще желты, свежи и Эрна стала поднимать их, смеясь от восторга. Сбросила с распущенных волос венок из голубых трав, намереваясь заменить его на новый. Затем спохватилась и водрузила на место, так как он оказался еще достаточно хорош.

            Великая и Мудрая тяжело уронила руки на колени и зашевелила пальцами, напряженно глядя вдаль и о чем-то размышляя. Марфа внезапно почувствовала себя до того уставшей и опустошенной, что опустила голову и стала рассматривать полосатого жучка, ползущего по подолу ее платья. Он был маленький, но такой упертый, сосредоточенный: цель имел, видимо, ясную. Может, видел те цветы, что раскиданы по ткани, и, обманувшись, надеялся на капельку нектара?.. Простая жизнь, без выкрутасов и притязаний особых! Иногда ей казалось, что так и нужно жить... Однако, жучок нашел то, зачем явился на ее платье, поэтому зашевелил усиками и остановился возле непонятного пятнышка.

            - Матушка, мне бы к ручью или озеру. Искупаться, освежить одежду.

            - Идти нужно в лето. Здесь прохладно.

            - Ой, к нам уже кто-то идет! - вскрикнула Эрна. - Гляньте, мелькает средь тех деревьев.

            - Пусть мелькает. Не в первой!

            - Бабушка, а если злодеи какие? Ой, Бруни среди них... не только Бруни. Смотрят...

            - Что ж, деревья почти голые. Марфа, будь готова! Всякие неожиданности случаются.

            - Они подойдут, а я побегу, матушка?!

            - Посмотрим, с чем пожаловали. Если каждый раз станем бегать...

            - На что тогда умение? - пересохшими губами молвила Марфа, представив, как снова ее похищают, несут и бросают там, где никому она окажется не нужна.

            Старушка взглянула на нее понимающе.

            Не доходя с десяток метров, Лейв неожиданно оробел и остановился. Он помнил, к чему привело их многочисленное появление несколько месяцев назад, поэтому число свиты значительно уменьшилось с тех пор. Бояться в дивном лесу оказалось некого, и пыль пускать в глаза стало необязательно... Они приходили неоднократно, но дом пустовал. Сегодня несказанно повезло, и Мать матерей была не одна. Он увидел ту, о которой грезил наяву, и которая снималась ему долгими, томительными ночами, и она была... прекрасна...

            Бруни же боялся поднять глаза и взглянуть на проницательную Великую и Мудрую. Ученица ее пропала в пещерах по их вине, а новые лица рассматривать ему было без надобности. Он боялся расспросов, уточнений и обвинений. Молчал и надеялся не увидеть, но услышать то, что его интересует. К тому же, спрашивать придется Лейву, что уже было большим облегчением.

            - Ждать агрессию от вас или с миром пожаловали? - сурово вопросила Мать матерей. - Не отвечайте! Не так и важно это сейчас. На каждый выпад неразумных сердец есть достойный ответ. По вашему делу. Загадку влечения сатурнян к вашим женщинам и ваших женщин к сатурнянам, нелепым, несуразным, но чутким, понимающим, ищите в самих себе. Ваше самолюбование и пренебрежение толкнули бедняжек на добровольный уход к тем, кто уродлив телом, но прекрасен душой. Красивые лица и тела ваши - не залог счастья женского. Кто из мужчин не посчитает нужным изменить себя, будет терять и дальше. Бруни, ты хочешь вернуть Эрну, девушку, которая выбрала тебя?

            - Хочу, - несмело отвечал тот.

            - Так подойди к ней и поговори.

            - И где она? - вскинулся он, не веря.

            - Перед тобой, глупенький! - подала голос Эрна, и изумленный Бруни увидел перед собой не свою растрепанную простушку, а приятную девушку в любопытном головном уборе, которого ни у кого еще не встречал. - Это я! И я еще подумаю, нужен ли ты мне. Теперь у меня есть умение и приданое. Посмотри только, какая мебель! Сама плела, старалась. Посмотри, пощупай. Сумеешь найти, где начинается лоза и где заканчивается? В этом и состоит мастерство!

            - Эрна, успокойся, милая! Он оценил, - подала голос Марфа. Лейв поразился мягкости ее голоса, а Бруни дернулся и вгляделся в лицо говорившей, и с большой радостью, краснея от стыда, поклонился ей. Теперь он был счастлив невероятно. Она оказалась жива... Жива! И Лейв мог надеяться на взаимность.

            - Эрна, я беру тебя в жены, если ты согласна! - с пафосом заявил он, и девушка упала ему на грудь. Он погладил ее по голове. Пощупал голубой венок, потрогал желтые листья на другом, от которого отказаться она не смогла, и губы его непроизвольно растянулись в счастливой глупой улыбке.

            - Куда доставить твою мебель, Эрна? - лукаво поинтересовалась Великая и Мудрая.

            - В мой двор, - почтительно ответил воин, прижимая к себе будущую жену, прослезившуюся от радости.

            - Идите домой, дети мои! Никто не обидит вас в моем лесу. Враги здесь - только вы сами. Не трогайте ничего! Ветер... постарается для вас, принесет. Он все знает и умеет, мой ветер.

            Лейв с удивлением смотрел им вслед. Он ничего не понял, так как почти не слушал, но они ушли, ничего не сказав, не испросив согласия.

            - Счастливы и потому забывчивы, - тихо проронила старушка, отвлекая внимание на себя. - Надеюсь, ты удовлетворен, Лейв?

            - Был неправ, признаю, и прошу прощения за обидчивые слова, критические замечания. Прошу прощения за мою свиту, которыми, не иначе, темные сущности управляли и вынудили вас... бежать. Это недостойно нас!

            - Прощаю и, надеюсь, Марфа простит.

            - Не знаю, матушка. Слова были оскорбительны. Он искал во мне падшую женщину! Затем был инертен и позволил служакам угрожать вашей жизни. Мог предполагать, что в доме есть беззащитные, слабые, так как вы намекали... Хотя... если по его приказу похитили меня и бросили в пещере связанной, в опасной дали от жилых мест, где любой зверь мог отобедать "свежатиной"?! Как же правило, что слабых нужно защищать?! И еще! Гонение Высшего существа, той, что стоит над правителями звездных миров; той, которая следит за гармонией жизни и помогает обрести знание и понимание; беспринципно и отвратительно в этом несовершенном  мире!  

            Она говорила уничижительные слова и те  заставляли клониться его голову. Он был раздавлен! Желал бы вернуть время и поправить все, но не в его власти оказалось подобное. Многое от него зависело в его мире, но этот "орешек" был слишком тверд.

            - Я... оставлю вас, говорите без меня, - молвила Мать матерей и, не спеша, удалилась, чтобы не мешать. Марфа волновалась чрезмерно, говорила слишком много, Лейв вел себя, как провинившийся мальчик, и это было неспроста.

             Внезапно девушка замолчала. Потупилась и стала наблюдать за несколькими полосатиками на своем платье. Они кружили вокруг пятна и шевелили усиками, и ей стало стыдно за свою неопрятность.

            - Я ничего не знал о произошедшем, поверь мне, Хёдд Марфа! - запинаясь, стал он оправдываться. - Отец наказал Бьерна, отлучив от двора на год за самоуправство, и Трюггви, братец мой, в ссылке на этот же срок. Оба в старом замке. Он требует ремонта и им придется изрядно потрудиться, чтобы привести его в должный вид за этот год, иначе срок изгнания продлится. Мы взрослые, чтобы жить отдельно, и отец решил, что так будет лучше, и что...

            - Какое мне дело, что решил ваш отец?! - вспылила Марфа, ожидавшая иных слов. - И чем станут заниматься, мне тоже неинтересно. Даже сейчас семья ваша важнее извинений... извинений мне лично... за то, что ваши подчиненные пытались избавиться от меня, оберегая вашу персону от треволнений. Ах, она унизила его! Ах, ах, ах! А он не унизил оскорбительными предложениями ее?! Не желаю больше говорить об этом! Уходите немедленно, сейчас же или уйду я!

            - Не надо! Я все объясню...

            Не дослушав его, она вскочила с плетеного креслица и резко взмахнула рукой. Лейв с оторопью наблюдал, как дрогнул воздух, обрисовал полукруг, и будто арочное окно открылось девушке навстречу. Чужеземное лето с высокими травами изумрудного цвета и ало-розовыми цветами на толстых стебельках отразилось в нем, и она... шагнула туда. "Окно" захлопнулось за ней сразу же, будто только этого и ждало. Он не поверил собственным глазам. Повел ими, ошалело, и вдруг плетеные вещицы, стоявшие на полянке среди опавших листьев, как-то сами по себе собрались в несуразную кучку, противоречащую физическим законам простого и понятного всем мира, закрутились на месте и пропали... Ноги его подкосились. Он присел на землю, не обращая внимания, на что садится. В голове все встало дыбом, закрутилось, и он перестал понимать что-либо.

            - Вижу, "поговорили", - хмыкнула старушка, являясь на полянку очень кстати.

            - А что произошло? - осведомился Лейв недоуменно. - Что-то невероятное привиделось мне. Верить - не верить, не знаю. Может, сплю или сошел с ума внезапно?

            - Ты в здравии, не волнуйся! Я слышала и ее... волнение. Извинений она не дождалась.

            - Не успел... Пытался объяснить.

            - За столько-то времени, как оставила вас одних?! Это оскорбительно для чуткой души! Ты извинялся передо мной, но не перед ней. Она пережила немало горьких минут, и чудо спасло ее. Имя "чуду" этому - подземные жители... или же пещерные зверо-люди. Они намного благороднее вас, живущих в комфортных условиях. Ах, что теперь об этом?! Что сидишь истуканом на холодной земле? Вставай, пошли! 

            - Куда?!

            - Ко мне! Поговорим. Когда Марфа вернется, не имею понятия. Не слышу ее пока, но девушка она - взрослая и знает, что делает. 

            - А где... она? - спросил он, поднимаясь.

            - Не знаю. Видел, как уходила?

            - Многое увидел, но не понимаю...

            - Плетенки Эрны тоже?! Только Марфа полыхнула гневом, подскочила, свернула я пространство... в кулек и... плетенки очутились во дворе Бруни. Под вязом.

            - К-как?! Вас, ведь, не было здесь! Ветер?! Разве был ветер?! Не помню!

            - Не было-было! Не пугайся так! Конечно, ветер постарался, а ты не заметил.  Просто... Все очень просто... Пространство, кулек, вяз-долговяз... Видеть не должен был ничего, но оказался рядом. Марфа, разгневавшаяся не вовремя! К чему таинственность наводить после ее поступка? Обещала Эрне, и обещание осуществила, каюсь, при тебе, но чует мое сердце, что не зря все. Иной раз невозможно спрятать тайны и, подозреваю, что подтасовывая события, Высшие таким образом развлекаются. Осторожнее, а то снесешь мое крылечко!

            - Запутали меня совсем! Кто же вы?! Ведуньи, знахарки? Это было бы понятно: травы, советы, другая помощь, которую могут оказать знающие женщины... Живете среди нас. Наставница и ученица. Мать матерей, Великая и Мудрая - так вас величают... и Марфа. Чародейки?! Делаете невероятные вещи. Нужны ли они в простом мире? - изумился он, ударившись о косяк, который тут же изогнулся и пропустил внутрь, но его предусмотрительность осталась незамеченной измученным мужчиной.

            - Увы, Лейв! Можешь верить, можешь не верить, но разумных миров - множество. Знающие и умеющие, то есть посланники Небес, исполняют волю Высших в этих мирах. Управлять пространством, открывать переходы в нужные миры, чтобы следить за равновесием в мироздании; изучать травы и оставлять эти знания тем, кто в состоянии воспользоваться во благо своего народа; читать мысли, чтобы предвосхитить агрессию; пользоваться Великой пустотой  - это необходимость. Иногда обстоятельства вынуждают нас покидать враждебные народы и управлять процессами на расстоянии. Я многое делала, но, не имея семьи, постоянно работая, стала ощущать одиночество. Высшие снизошли до моих просьб и даровали ученицу. Ей легко дается то, чему я училась долгими годами. Она, как птичка звонкоголосая, и сердце мое радуется. Если бы не твоя гордыня и самолюбование, Лейв. Кто знает, кто знает?!

            - Смотрите, как на больного, матушка. Возможно, и в самом деле я болен. Хедд Марфа не идет из головы, как рана... кровоточащая...

            - Матушка?! Пути Небес... Ах! Пей чаек - травки местные, ни в коем случае не нанесут вреда; успокаивающие, примиряющие с жизнью. Все так непросто! Думаю, скоро мы уйдем. Дом и все в нем оставим знахарке, которую обучим распознавать травы и уметь ими пользоваться. Она станет врачевать свой народ. О нас не стоит беспокоиться. Великая Пустота даст, что нужно для жизни посланницам Высших. Не сможет ли Эрна стать последовательницей? Хорошая девушка, умненькая, усидчивая.

            - Эрна? - растерялся Лейв. - Уйдете?! О, Великая Пустота ваша! О, отравленный временем ожидания чай, но я его выпью! Как странно и непонятно! Считал жизнь значительной и достойной, гордился, что высокое место занимаю по праву рождения и многое доступно, а сейчас мечтаю сойти с ума, чтобы не переживать, не помнить ничего.

            - Не нужно! И безответная любовь прекрасна, и мир загадочен, не прост. Столько всего вокруг необыкновенного! Нужно только понять это... и принять. За все боремся и побеждает сильнейший, потому что старается достичь своей цели. Ты слышишь меня, Лейв?

            - Все в моих руках, говорите?!

            Он вскочил из-за стола и подошел к ближайшему окну. Осень решила разразиться дождем и активно гоняла по небу тучи. Подвывания ветра наводили тоску, которой и так было предостаточно в этом сказочном домике, где кроме легкой мебели в центре комнаты и кое-каких мелких вещиц ничего не стояло.

            - Живете так, будто сюда приходите в гости, - заметил он с ноткой удивления. - У вас ничего нет. Почти ничего.

 
                                                                    (Продолжение следует)

© Copyright: Надежда Рыжих, 2020

Регистрационный номер №0468057

от 21 февраля 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0468057 выдан для произведения:

 

                                                                         (Продолжение)

            Попыталась соединить края пальцами, что, конечно, было глупо, и вновь разозлилась. Щель моментально затянулась. Мать матерей кивнула одобрительно и расплылась в улыбке.    

            - А теперь к гейзерам, матушка?! - легкомысленно промурлыкала Марфа, обрадованная невероятно удачным стечением обстоятельств, и засмущалась собственных слов.            - Не пойдем, - так же отвечала ей Великая и Мудрая. - Задание выполнено не полностью. Вспомни, о чем говорили и что ты должна?!

            - Открыть, закрыть, расширить...

            Марфа сникла и учеба ее продолжилась. Эрна, меж тем, начала плести и старушка присела рядышком, чтобы контролировать и подсказывать, если придется.

            К вечеру стало темнеть. Заметно похолодало, и они отправились отдыхать. Марфа, уставшая за день невероятно, между делом, достала из пустоты одеяла и подушки для всех и даже не заметила одобрительного кивка старушки, занятая своими мыслями. Утром была сосредоточена и напряжена. О чем-то думала, наморщив лоб и сведя брови к переносице. Увлекшаяся плетением Эрна, весь день спрашивала, как доставить ее творения домой и ничего не потерять в дороге. Ей обещали сделать все в лучшем виде, но не поясняли, как, поэтому вопросы продолжались. 

            - Тактичные существа, эти сатурняне, - однажды заявила Эрна и на нее посмотрели с удивлением. Для молоденькой девушки - слишком здравый вывод. - Вернусь к нашим и расскажу, что сами виноваты. Любить нас надо, если в жены берут, и уважать, иначе все сбежим сюда. Здесь тихо, спокойно, тепло как-то...

            - В гостеприимстве им не откажешь, - одобрительно поддакнула Мать матерей. - Корзинка с пищей каждое утро под дверьми, детишки забегают, интересуются, не нужно ли чего, а помещение у нас какое! Для царских хором бы сгодилось: просторное, светлое.

            - Вам хорошо, потому что знаете свое место, - заметила Марфа, и голос ее был тих, и грустен, - а у меня его нет. Очутилась я здесь случайно... По крайней мере, мне так кажется. Помогла селянам, как-то походя, между делом, не по своей воле, по недопониманию;  встретилась с матушкой, потеснила ее... в ее же доме... И вот мы здесь. Она опекает и наставляет... Я учусь... и научусь... Нисколько не сомневаюсь в этом, но дальше ничего: ни самостоятельности, ни гири на ноге, утверждающей, что здесь мое место. Родина недоступна. Круг знакомых людей - в прошлом...

            - Дитя мое, неутешное, - прослезилась старушка, - все поправимо! Встретишь мужчину, полюбишь, заведешь семью, будешь ходить по мирам вместе со мной, помогать и жизнь обретет смысл. А место... место найдешь, где угодно. Мысль материальна! Ты это и сама знаешь. Представишь то, что нужно, и оно явится... Ты крепнешь. Кое-что уже умеешь, а остальное прирастет, добавится. Со временем.

            - Простите, матушка, за слабость! Может, к гейзерам... а?! Для тонуса...

            - Что ж! Смиряюсь! Представь, как могут они выглядеть и открой проход. Я не буду возражать. Эрна, останешься нас ждать или пойдешь смотреть новые места?

            - Вдруг кто приставать вздумает без вас?! - вскричала та и вскочила, сбрасывая с колен, не глядя, свои поделки.

            Старушка рассмеялась. Марфа напряглась и представила... низвергающийся солевой поток в лучах солнца, яркий, как забытая земная радуга, но иглистый, колкий; и смутное селение в некотором отдалении с нелепыми существами, коими те выглядели в преломляющихся лучах... Руки сами поднялись на уровне груди, и радость жизни заструилась по венам, покалывая кожицу, и когда пальцы отяжелели от переполнявшей их энергии, она резким движением очертила круг в легкой голубизне воздуха.

            - Ах! - сказали в голос очарованные переменами женщины и шагнули в него. - Великолепно, бесподобно, но скоро замерзнем.

            - Мы ненадолго, не переживайте, - успокоила всех Марфа, смущаясь, что ее неуемный интерес никому, вроде, особо не интересен. Энцелад... заселен! Ну и что?!

            Стали обходить опасные места, продвигаясь к селению, а навстречу им поспешили заинтересованные жители... И вот они уже смотрят друг на друга с недоверием. Судя по выражению миндалевидных глаз, это были  разумные существа, но головы имели неправильной формы, с сильно вытянутой к низу нижней челюстью; туловища маленькие, каплевидные. Хитиновое покрытие по всему телу служило, видимо, защитой от враждебной среды и потому одежды иной не требовалось.

            - Каракатицы, - вырвалось у Эрны непроизвольно и головы местных повернулись к ней. Она покраснела от излишнего внимания и потупилась.

            - Каракатицы... - хором повторили те и недоуменно переглянулись. - Сколь велика потребность каракатиц в нежданном визите? К нам не ходят по доброй воле - опасно для неженок. Кто-то провинился настолько, что участь предрешена и спасенья нет?! Говорите же, кто! Бросим зло к гейзеру и удержим. Когда пар разъест незащищенный покров, ледяные иглы нашпигуют безвольную биомассу, океан будет рад. Ему нужна пища для поддержания жизни.

            - Мы, э... - попыталась сказать старушка, но голос ее дрогнул. Она закашлялась.

            - Из любопытства... мы, - промямлила Марфа. - Манили гейзеры своей необычностью.

            - Как посмели ничтожные каракатицы оскорбить праздным любопытством великую тайну жизни! - разгневались аборигены и стали надвигаться грозной тучей. - Океан будет счастлив принять всех! Он давно просит пищи! Пришли вы очень вовремя!  Хватайте их, энцы!

            Эрна содрогнулась от ужаса, и Мать матерей прижала ее к груди, желая защитить. Дурные предчувствия охватили Марфу.

            - Прочь! - вскричала она в панике и воздела руки к небу. На безумствующую толпу повалились вязанки хвороста. Пока местные выкарабкивалась из-под завалов, Великая и Мудрая резко ткнула пальцем перед собой... И они вихрем умчались в мир сатурнян... к свободе и голубому полю, синему лесу, черным камням, непривычным, чужеродным, но безопасным...

            - Да будь ты счастлив на все времена, Энцелад! - крикнула Марфа на прощание и последнее, что увидели оторопелые существа, это яркий вихрь объемных одежд ее, раздувшихся от быстрого бега и порыва встречного ветра... из той "дыры", куда убежали большетелые "каракатицы" из числа ничтожных.

            - Твой север не интересует меня больше, Холодная Луна, - добавила уже тише, для себя, истерично всхлипнула и спросила: - Видели, как они пучили глаза, глядя нам вслед? Думают теперь, не привиделось ли? Не с самими ли собой речи вели? И кого стращали, в свете открывшегося прохода?! А как океан огорчится! 

            - Скорее, пробега... И почему... хворост, а не одеяла энд подушки? - поддела ее довольная старушка. - Мы только и делаем, что достаем... убираем...

            - Вернуть не смогла бы! А хворост пришел из земли, воды и туда уйдет. Цикл завершится. А вы, матушка, зачем проход открывали? Я бы сама... все...

            - Нагнали и на меня жути. Решила ускорить. Вот, поди ж ты, какие кровожадные! Как жизнь, однако, формирует характеры! Теперь, рассказывая об этой части Холодной Луны Сатурна, буду предупреждать, что здесь нам не рады и что может последовать для слишком любопытных и неосторожных.

            - Продолжу-ка я свое дело, - пропела довольная Эрна. - Бабушка, подскажите, как креслице плести.

            - Итак, Марфа, - изрекла старушка "истину", - учишься, пока мы плетем. Потом Эрну вернем домой, с ее приданым, а сами отправимся путешествовать. Домик мой помнишь, туда нас и перенаправишь, но потом. Занимайся, дорогая, занимайся! Пытайся мысли мои читать - обещаю думать медленно...

            Дни не подсчитывали. Время шло, как и должно. Каждый занимался, чем считал нужным и правильным, и скучно никому не было.

            Когда однажды Эрна с похвальбой в голосе заявила, что научилась всему, решили вернуться.

            - Думаю, за это время страсти поутихли, - философски заметила Великая и Мудрая. - По крайней мере, "репрессии" Эрны не коснутся. Богатая и интересная невеста может ставить условия, а мы с тобой, моя дорогая ученица, если понадобится, сменим место жительства. Наш сказочный домик с большой радостью освоится на новом месте. Марфа, что же ты?!

            - Постойте, постойте! - вскричала Эрна. - Помогите собрать мою мебель и не забудьте, что нужно перетаскать в вашу "дверь" все. Ой, как Бруни обрадуется! Такой мебели у него нет.

            - Помогаем уже, - обреченно вздохнула Марфа. - Ориентироваться буду на полянку, где венки плели. Перенесем все в целости и сохранности, не волнуйся. 

            И полянка украсилась рукотворными вещицами. Плетенки расставили полукругом и уселись на них, вдыхая ароматы поздней осени. Под ногами валялись опавшие листья, которых натаскал сюда ветер. Они были еще желты, свежи и Эрна стала поднимать их, смеясь от восторга. Сбросила с распущенных волос венок из голубых трав, намереваясь заменить его на новый. Затем спохватилась и водрузила на место, так как он оказался еще достаточно хорош.

            Великая и Мудрая тяжело уронила руки на колени и зашевелила пальцами, напряженно глядя вдаль и о чем-то размышляя. Марфа внезапно почувствовала себя до того уставшей и опустошенной, что опустила голову и стала рассматривать полосатого жучка, ползущего по подолу ее платья. Он был маленький, но такой упертый, сосредоточенный: цель имел, видимо, ясную. Может, видел те цветы, что раскиданы по ткани, и, обманувшись, надеялся на капельку нектара?.. Простая жизнь, без выкрутасов и притязаний особых! Иногда ей казалось, что так и нужно жить... Однако, жучок нашел то, зачем явился на ее платье, поэтому зашевелил усиками и остановился возле непонятного пятнышка.

            - Матушка, мне бы к ручью или озеру. Искупаться, освежить одежду.

            - Идти нужно в лето. Здесь прохладно.

            - Ой, к нам уже кто-то идет! - вскрикнула Эрна. - Гляньте, мелькает средь тех деревьев.

            - Пусть мелькает. Не в первой!

            - Бабушка, а если злодеи какие? Ой, Бруни среди них... не только Бруни. Смотрят...

            - Что ж, деревья почти голые. Марфа, будь готова! Всякие неожиданности случаются.

            - Они подойдут, а я побегу, матушка?!

            - Посмотрим, с чем пожаловали. Если каждый раз станем бегать...

            - На что тогда умение? - пересохшими губами молвила Марфа, представив, как снова ее похищают, несут и бросают там, где никому она окажется не нужна.

            Старушка взглянула на нее понимающе.

            Не доходя с десяток метров, Лейв неожиданно оробел и остановился. Он помнил, к чему привело их многочисленное появление несколько месяцев назад, поэтому число свиты значительно уменьшилось с тех пор. Бояться в дивном лесу оказалось некого, и пыль пускать в глаза стало необязательно... Они приходили неоднократно, но дом пустовал. Сегодня несказанно повезло, и Мать матерей была не одна. Он увидел ту, о которой грезил наяву, и которая снималась ему долгими, томительными ночами, и она была... прекрасна...

            Бруни же боялся поднять глаза и взглянуть на проницательную Великую и Мудрую. Ученица ее пропала в пещерах по их вине, а новые лица рассматривать ему было без надобности. Он боялся расспросов, уточнений и обвинений. Молчал и надеялся не увидеть, но услышать то, что его интересует. К тому же, спрашивать придется Лейву, что уже было большим облегчением.

            - Ждать агрессию от вас или с миром пожаловали? - сурово вопросила Мать матерей. - Не отвечайте! Не так и важно это сейчас. На каждый выпад неразумных сердец есть достойный ответ. По вашему делу. Загадку влечения сатурнян к вашим женщинам и ваших женщин к сатурнянам, нелепым, несуразным, но чутким, понимающим, ищите в самих себе. Ваше самолюбование и пренебрежение толкнули бедняжек на добровольный уход к тем, кто уродлив телом, но прекрасен душой. Красивые лица и тела ваши - не залог счастья женского. Кто из мужчин не посчитает нужным изменить себя, будет терять и дальше. Бруни, ты хочешь вернуть Эрну, девушку, которая выбрала тебя?

            - Хочу, - несмело отвечал тот.

            - Так подойди к ней и поговори.

            - И где она? - вскинулся он, не веря.

            - Перед тобой, глупенький! - подала голос Эрна, и изумленный Бруни увидел перед собой не свою растрепанную простушку, а приятную девушку в любопытном головном уборе, которого ни у кого еще не встречал. - Это я! И я еще подумаю, нужен ли ты мне. Теперь у меня есть умение и приданое. Посмотри только, какая мебель! Сама плела, старалась. Посмотри, пощупай. Сумеешь найти, где начинается лоза и где заканчивается? В этом и состоит мастерство!

            - Эрна, успокойся, милая! Он оценил, - подала голос Марфа. Лейв поразился мягкости ее голоса, а Бруни дернулся и вгляделся в лицо говорившей, и с большой радостью, краснея от стыда, поклонился ей. Теперь он был счастлив невероятно. Она оказалась жива... Жива! И Лейв мог надеяться на взаимность.

            - Эрна, я беру тебя в жены, если ты согласна! - с пафосом заявил он, и девушка упала ему на грудь. Он погладил ее по голове. Пощупал голубой венок, потрогал желтые листья на другом, от которого отказаться она не смогла, и губы его непроизвольно растянулись в счастливой глупой улыбке.

            - Куда доставить твою мебель, Эрна? - лукаво поинтересовалась Великая и Мудрая.

            - В мой двор, - почтительно ответил воин, прижимая к себе будущую жену, прослезившуюся от радости.

            - Идите домой, дети мои! Никто не обидит вас в моем лесу. Враги здесь - только вы сами. Не трогайте ничего! Ветер... постарается для вас, принесет. Он все знает и умеет, мой ветер.

            Лейв с удивлением смотрел им вслед. Он ничего не понял, так как почти не слушал, но они ушли, ничего не сказав, не испросив согласия.

            - Счастливы и потому забывчивы, - тихо проронила старушка, отвлекая внимание на себя. - Надеюсь, ты удовлетворен, Лейв?

            - Был неправ, признаю, и прошу прощения за обидчивые слова, критические замечания. Прошу прощения за мою свиту, которыми, не иначе, темные сущности управляли и вынудили вас... бежать. Это недостойно нас!

            - Прощаю и, надеюсь, Марфа простит.

            - Не знаю, матушка. Слова были оскорбительны. Он искал во мне падшую женщину! Затем был инертен и позволил служакам угрожать вашей жизни. Мог предполагать, что в доме есть беззащитные, слабые, так как вы намекали... Хотя... если по его приказу похитили меня и бросили в пещере связанной, в опасной дали от жилых мест, где любой зверь мог отобедать "свежатиной"?! Как же правило, что слабых нужно защищать?! И еще! Гонение Высшего существа, той, что стоит над правителями звездных миров; той, которая следит за гармонией жизни и помогает обрести знание и понимание; беспринципно и отвратительно в этом несовершенном  мире!  

            Она говорила уничижительные слова и те  заставляли клониться его голову. Он был раздавлен! Желал бы вернуть время и поправить все, но не в его власти оказалось подобное. Многое от него зависело в его мире, но этот "орешек" был слишком тверд.

            - Я... оставлю вас, говорите без меня, - молвила Мать матерей и, не спеша, удалилась, чтобы не мешать. Марфа волновалась чрезмерно, говорила слишком много, Лейв вел себя, как провинившийся мальчик, и это было неспроста.

             Внезапно девушка замолчала. Потупилась и стала наблюдать за несколькими полосатиками на своем платье. Они кружили вокруг пятна и шевелили усиками, и ей стало стыдно за свою неопрятность.

            - Я ничего не знал о произошедшем, поверь мне, Хёдд Марфа! - запинаясь, стал он оправдываться. - Отец наказал Бьерна, отлучив от двора на год за самоуправство, и Трюггви, братец мой, в ссылке на этот же срок. Оба в старом замке. Он требует ремонта и им придется изрядно потрудиться, чтобы привести его в должный вид за этот год, иначе срок изгнания продлится. Мы взрослые, чтобы жить отдельно, и отец решил, что так будет лучше, и что...

            - Какое мне дело, что решил ваш отец?! - вспылила Марфа, ожидавшая иных слов. - И чем станут заниматься, мне тоже неинтересно. Даже сейчас семья ваша важнее извинений... извинений мне лично... за то, что ваши подчиненные пытались избавиться от меня, оберегая вашу персону от треволнений. Ах, она унизила его! Ах, ах, ах! А он не унизил оскорбительными предложениями ее?! Не желаю больше говорить об этом! Уходите немедленно, сейчас же или уйду я!

            - Не надо! Я все объясню...

            Не дослушав его, она вскочила с плетеного креслица и резко взмахнула рукой. Лейв с оторопью наблюдал, как дрогнул воздух, обрисовал полукруг, и будто арочное окно открылось девушке навстречу. Чужеземное лето с высокими травами изумрудного цвета и ало-розовыми цветами на толстых стебельках отразилось в нем, и она... шагнула туда. "Окно" захлопнулось за ней сразу же, будто только этого и ждало. Он не поверил собственным глазам. Повел ими, ошалело, и вдруг плетеные вещицы, стоявшие на полянке среди опавших листьев, как-то сами по себе собрались в несуразную кучку, противоречащую физическим законам простого и понятного всем мира, закрутились на месте и пропали... Ноги его подкосились. Он присел на землю, не обращая внимания, на что садится. В голове все встало дыбом, закрутилось, и он перестал понимать что-либо.

            - Вижу, "поговорили", - хмыкнула старушка, являясь на полянку очень кстати.

            - А что произошло? - осведомился Лейв недоуменно. - Что-то невероятное привиделось мне. Верить - не верить, не знаю. Может, сплю или сошел с ума внезапно?

            - Ты в здравии, не волнуйся! Я слышала и ее... волнение. Извинений она не дождалась.

            - Не успел... Пытался объяснить.

            - За столько-то времени, как оставила вас одних?! Это оскорбительно для чуткой души! Ты извинялся передо мной, но не перед ней. Она пережила немало горьких минут, и чудо спасло ее. Имя "чуду" этому - подземные жители... или же пещерные зверо-люди. Они намного благороднее вас, живущих в комфортных условиях. Ах, что теперь об этом?! Что сидишь истуканом на холодной земле? Вставай, пошли! 

            - Куда?!

            - Ко мне! Поговорим. Когда Марфа вернется, не имею понятия. Не слышу ее пока, но девушка она - взрослая и знает, что делает. 

            - А где... она? - спросил он, поднимаясь.

            - Не знаю. Видел, как уходила?

            - Многое увидел, но не понимаю...

            - Плетенки Эрны тоже?! Только Марфа полыхнула гневом, подскочила, свернула я пространство... в кулек и... плетенки очутились во дворе Бруни. Под вязом.

            - К-как?! Вас, ведь, не было здесь! Ветер?! Разве был ветер?! Не помню!

            - Не было-было! Не пугайся так! Конечно, ветер постарался, а ты не заметил.  Просто... Все очень просто... Пространство, кулек, вяз-долговяз... Видеть не должен был ничего, но оказался рядом. Марфа, разгневавшаяся не вовремя! К чему таинственность наводить после ее поступка? Обещала Эрне, и обещание осуществила, каюсь, при тебе, но чует мое сердце, что не зря все. Иной раз невозможно спрятать тайны и, подозреваю, что подтасовывая события, Высшие таким образом развлекаются. Осторожнее, а то снесешь мое крылечко!

            - Запутали меня совсем! Кто же вы?! Ведуньи, знахарки? Это было бы понятно: травы, советы, другая помощь, которую могут оказать знающие женщины... Живете среди нас. Наставница и ученица. Мать матерей, Великая и Мудрая - так вас величают... и Марфа. Чародейки?! Делаете невероятные вещи. Нужны ли они в простом мире? - изумился он, ударившись о косяк, который тут же изогнулся и пропустил внутрь, но его предусмотрительность осталась незамеченной измученным мужчиной.

            - Увы, Лейв! Можешь верить, можешь не верить, но разумных миров - множество. Знающие и умеющие, то есть посланники Небес, исполняют волю Высших в этих мирах. Управлять пространством, открывать переходы в нужные миры, чтобы следить за равновесием в мироздании; изучать травы и оставлять эти знания тем, кто в состоянии воспользоваться во благо своего народа; читать мысли, чтобы предвосхитить агрессию; пользоваться Великой пустотой  - это необходимость. Иногда обстоятельства вынуждают нас покидать враждебные народы и управлять процессами на расстоянии. Я многое делала, но, не имея семьи, постоянно работая, стала ощущать одиночество. Высшие снизошли до моих просьб и даровали ученицу. Ей легко дается то, чему я училась долгими годами. Она, как птичка звонкоголосая, и сердце мое радуется. Если бы не твоя гордыня и самолюбование, Лейв. Кто знает, кто знает?!

            - Смотрите, как на больного, матушка. Возможно, и в самом деле я болен. Хедд Марфа не идет из головы, как рана... кровоточащая...

            - Матушка?! Пути Небес... Ах! Пей чаек - травки местные, ни в коем случае не нанесут вреда; успокаивающие, примиряющие с жизнью. Все так непросто! Думаю, скоро мы уйдем. Дом и все в нем оставим знахарке, которую обучим распознавать травы и уметь ими пользоваться. Она станет врачевать свой народ. О нас не стоит беспокоиться. Великая Пустота даст, что нужно для жизни посланницам Высших. Не сможет ли Эрна стать последовательницей? Хорошая девушка, умненькая, усидчивая.

            - Эрна? - растерялся Лейв. - Уйдете?! О, Великая Пустота ваша! О, отравленный временем ожидания чай, но я его выпью! Как странно и непонятно! Считал жизнь значительной и достойной, гордился, что высокое место занимаю по праву рождения и многое доступно, а сейчас мечтаю сойти с ума, чтобы не переживать, не помнить ничего.

            - Не нужно! И безответная любовь прекрасна, и мир загадочен, не прост. Столько всего вокруг необыкновенного! Нужно только понять это... и принять. За все боремся и побеждает сильнейший, потому что старается достичь своей цели. Ты слышишь меня, Лейв?

            - Все в моих руках, говорите?!

            Он вскочил из-за стола и подошел к ближайшему окну. Осень решила разразиться дождем и активно гоняла по небу тучи. Подвывания ветра наводили тоску, которой и так было предостаточно в этом сказочном домике, где кроме легкой мебели в центре комнаты и кое-каких мелких вещиц ничего не стояло.

            - Живете так, будто сюда приходите в гости, - заметил он с ноткой удивления. - У вас ничего нет. Почти ничего.

 
                                                                    (Продолжение следует)
 
Рейтинг: 0 107 просмотров
Комментарии (1)
Надежда Рыжих # 13 октября 2020 в 20:48 0
Истинные хозяева не всегда могут понравиться. Как могут не понравиться инопланетяне, которых человечество призывало в гости. Они среди нас уже, но пока таятся. В океанах, под землей обитают и стараются обходиться без нас. И это благо! А иначе, можно, пасть в соленых водах и пр.)))))