ЛАДОНИ МАТЕРИ -2

ГЛАВА 2

...Я с трудом разлепил слезящиеся глаза: ощущение похожее, как после электросварки, когда нахватаешься "зайчиков". Всё вокруг плыло, двоилось и медленно растекалось. Уши точно законопатили ватой.
Очки на месте. Снял, протёр глаза, вновь одел: видимость улучшилась.

Замкнутое помещение с нависающими каменными сводами слабо освещено, как комната светом уличных фонарей.
Глаза проморгались, и "изображение", наконец, перестало прыгать. Метрах в двадцати, впереди теплился тусклый свет.

"Я умер, - подумалось почему-то спокойно, без паники. - Всё как в рассказах: туннель и в конце свет..."

В ушах кольнуло, от чего меня судорожно передёрнуло, и восстановился слух. За мной, в тёмном углу шла возня, скулёж и мявканье.

"И животные тоже этим путём идут? Очевидно там, где свет, сортировочный пункт..."

- Па? - подала голос Лиза.
- Я здесь...
В следующее мгновение меня облепили, обдали горячим прерывистым дыханием.
- Что это было? Где мы? - зашептала Лиза в самое ухо. Бедняжку всю трясло. Я нашёл её дрожащие руки, сжал.
- Не знаю... может...

Лёгкий свист прошелестел эхом под сводами. Мы быстро посмотрели туда, где свет, и увидели на его фоне вибрирующий столбик. Мгновенно, из детства, пришла подсказка: это же суслик свистит! Стоит на границе света и тени, нас зовёт.
- Пошли... чего высиживать...

Осторожно ступая и держась рукой за "стену", мы подошли к месту, где был суслик. При нашем приближении он тотчас исчез.

Здесь действительно была граница света и тьмы: далее начиналось новое помещение, сносно освещённое. Почему-то пришло на ум сравнение - зал. Так вот, "зал" был овальной формы и, что больше всего поражало, стены и пол точно отполированы. Потолок, напротив, сохранил натуральный вид, но был сплошь утыкан трехгранными свечками матового цвета. Но свет поступал не от них: в центре потолка висел огромный рой, но не пчёл, а похожих на светлячка, жуков. Крупных, с ладошку новорождённого ребёнка.

 Если это путь на Тот свет, то почему оснащён типично по земному? Или это последний "привет" умершем
у?

Вновь послышался призывный свист суслика. Мы глянули, и внезапно увидели, что у зала имеются несколько входов. В проёме одного из них, и маячил живой столбик.

Чёля неуверенно тявкнула, вопросительно посмотрела на нас.
- Чёля, ищи Димушку, - неожиданно отдала команду Лиза
И Чёля кинулась к суслику. Мы с Лизой, как привязанные, последовали за ней.

Что-то мы совершенно не похожи на умерших: ощущения, запахи, мысли, как у живых... Что за ерунда?

Небольшой туннель - и вновь зал, чуть больше предыдущего, "освещён" уже тремя роями, единственный выход, полузаваленный обломками породы.
Мелькнул суслик, свистнув, и мы полезли через завал.

Нет, это явно не путь на Тот свет, слишком всё натурально. Тогда что? Как версия: от немцев осталось, что-то вроде тайного бункера Гитлера в Украине. Мы случайно открыли вход...

Чёля, вырвавшаяся вперёд, неожиданно зашлась истошным лаем.
- Что, Чёля, что? Нашла Димушку?! - закричала Лиза, и козочкой запрыгала по обломкам.

Я, придерживая очки, и Любку на плече, к сожалению, не мог выдать подобной прыти.
 Миновав завал, оказался в зале, превышающем по площади два первых. Лиза и Чёля стояли в дальнем углу, почему-то притихшие.

Я подошёл, и тоже замер поражённый увиденным: в углу, буквально прилипнув к стене, стояла маленькая девочка, лет трех - четырёх. Это в первое мгновение мне показалось, что девочка. На самом деле это была старушка - лилипут. На ней было длинное до пят просторное платье, некогда белого, а ныне всё в тёмных пятнах и ржавых разводах.

Лилипутка смотрела широко открытыми глазами, но ужаса в них не наблюдалось. Напротив, некий святой восторг. Глянув на меня, она буквально впилась взглядом в Любку. Затем, издав некий птичий выкрик, лилипутка оттолкнулась от стен и... отвесила нам пяток низких поклонов.

Лиза и Чёля недоумённо посмотрели на меня. Но я не знал, что сказать, и лихорадочно искал нужные слова, чтобы обратиться к лилипутке.

А она тем временем принялась энергично жестикулировать тонюсенькими, точно веточки, ручками. Я понял лишь одно: предлагает следовать за ней.
- Идём? - спросила Лиза.
- А что нам остаётся...

И мы пошли за лилипуткой по узкому сумрачному туннелю.
- Пап, - после продолжительной паузы заговорила Лиза, - мы попали в параллельный мир? Как Куин и Рембрант?
Лиза вспомнила фильм "Скользящие", который мы смотрели сначала по видео, а теперь он идёт на 6 канале под названием "Путешествия в параллельные миры". Персонажи фильма Куин и Рембрант любимцы Лизы.
- Не думаю. Скорее всего, здесь была секретная лаборатория фашистов. Рано ещё делать выводы.
- Как же мы... попадём домой? - голос дочери дрожал, уже обильно пропитанный слезами. - Как же ... мама... бабушка...
- Лиза, - попытался я успокоить, - погоди чуток, вот разберёмся что к чему, тогда и будем думать о возвращении. Успокойся, чего зря растравлять себя.
Лиза шмыгнула носом, протяжно вздохнула:
- Попробую...

Внезапно туннель оборвался, и мы вышли на террасу. По глазам ударил привычный дневной свет, воздух, напоённый запахами растений, на некоторое время опьяняюще одурманил.

Представшая картина поразила меня, как говорится, до глубины души. Меня, родившегося в далёкой Киргизии, и видевшего, можно сказать, горы с пелёнок. Да, я увидел самые настоящие горы, поразительно похожие на те, что на моей родине.
До них было, что называется, рукой подать.
Терраса, на которой мы стояли, плавно обрывалась, переходя в пологий спуск в ущелье. Всюду, куда хватало глаз, царило море зелени, от изумрудного до нежно-салатного цветов. Я узнал среди ближних кустов, знакомые до боли, карагач, алычу и облепиху. Странно, только: здесь всё было в миниатюрном варианте. Зато обычная трава, наоборот, представлялась кустарниками и деревцами.

Лилипутка, издавая непонятные звуки, привлекла наше внимание. Скорее всего, она немая. Знаками велит следовать за ней.

Пошли. Сделав обход крутолобого выступа, терраса стрелой устремилась далеко вперёд, туда, где начиналось ущелье.
- Па, смотри! - вскрикнула Лиза.
Я глянул в направлении указующей руки: высоко в горах, на выступе стояла... средневековая крепость. Всё как положено: стены, башни.
Пожалуй, Лиза права: это не секретная лаборатория, а по-всему именно параллельный мир.

Лилипутка тоже показала на крепость, выразительно дала понять: идите туда.
Отвесив Лизе низкий поклон, лилипутка внезапно припала на колено и с каким-то трепетом поцеловала руки, опешившей дочери. Поднявшись, лилипутка, продолжая жестикулировать и кланяться, стала уходить обратно, пятясь.

Мы молча проводили её взглядом, пока она не скрылась за выступом.
- Похоже ты права. И в этом мире ты... уважаемая...
- Но я не хочу! Я боюсь... - Лиза вновь готова была расплакаться.
- Ты обещала. Ну-ка, соберись! Готова?
- Д-да.
- Потопали?
Кивнула, уронив выступившие слёзы, а не выступившие, судорожно сглотнула.

 Притихшая Чёля, шла рядом со мной, буквально тёрлась о ногу.
Любка, цепко держалась за моё плечо, с любопытством вертела головой, то и дело задевая меня холодным влажным носиком. Уши её ходили ходуном, как локаторы.

Терраса оборвалась, и плавно перешла в хорошо утоптанную тропинку, змейкой уходящую в лесные карликовые заросли.
Приятная прохлада взбадривала нас, воздух был пьяняще свеж и вкусен, пахло чем-то вроде мёда и жареной кукурузы. Душа, невольно, наполнялась покоем и умиротворением. И почему-то не верилось, что нас могут ждать неприятности. Вот сейчас дойдём до крепости, там всё, наконец, прояснится. Конечно же, найдём Димку, Серёгу, Юлю, поблагодарим хозяев за гостеприимство и тем же путём вернёмся. К ужину будем дома. А может и раньше.

Лес неожиданно расступился, тропинка вырвалась на лужайку, заставленную маленькими деревцами. Присмотревшись, я не удержался от удивлённого вскрика: это не просто хаотично растущие деревца, а любовно выпестованный сад. Здесь были яблони различных сортов, сливы, груши, вишня, черешня и даже абрикос. Вдоль тропинки по обе стороны шеренгами тянулись тутовые деревца.

Я не удержался от искушения, подошёл к ближайшему деревцу, которое макушкой достигало мне до пояса. Листвы почти не видно, сплошь крупные, точно гусеницы, налитые ягоды. Сорвал одну, попробовал. Божественный, знакомый с детства вкус.
- Угощайся, доча. Это любимая ягода моего детства. Тутовник. Но мы называли её шелковник.
- Почему?
- Потому что нас посылали резать ветки, которыми кормили шелкопрядов. Насекомые такие, бабочки. От них получали шёлк.

Чтобы хоть на время отвлечь Лизу от грустных мыслей, я стал рассказывать о своём детстве, преимущественно забавные случаи.

Оживилась и Чёля, ей так же дали вкусить плоды райского сада. Глядя на неё, осмелела и Любка: покинула моё плечо. Лиза на ладошке протянула ей ягоду. Любка долго обнюхивала, затем, чихнув, решилась протянуть лапку и поддела на коготок ягоду. Уронила, и принялась есть прямо с земли.
- Бестолочь хвостатая! - ругнулась Лиза. - Я тебе чистую давала, а ты как свинья...

Мы приближались к цели. Уже отчётливо видна кладка стен и резные орнаменты башен.
Мои попутчицы вновь притихли, напряглись. Любка тут же обосновалась у меня на плече, не забыв, однако, извиняюще мявкнуть в ухо и лизнуть его.

 Сад постепенно отступал, шеренги тутовника враз оборвались, им на смену встали нечто вроде стелл трёхгранных, такой же высоты, сверху как шляпка у гвоздя-дюбеля.( А если быть совсем точным, эти штуковины напоминали наборные ручки воткнутых в землю ножей. В школьные годы я сам делал такие ножики, собирая по свалкам разноцветные куски пластмассы.) Шляпка и центральный, более широкий слой, были матово-белые, как те "свечи" из пещерного зала. Остальные слои различной ширины и всевозможных расцветок.

Любопытства ради, подошёл и внимательно осмотрел "ручку". Материал одновременно походил на мрамор и на кристаллы. Потрогать, однако, не осмелился. Да и Лиза предостерегающе вскрикнула:
- Па, не трогай! Вдруг... ударит.
- Могёт, - неуклюже отшутился.

Что же это за бяки? Памятники? Вряд ли...
- Думаешь, что это такое? - спросила Лиза.
- Думаю... Погоди, я всё ломал голову, что странного в этом лесу. Теперь вижу: нет птиц, мух... Сколько спелых плодов, и никто их не клюёт... Такого не бывает. Видимо эти штуковины защищают сад от прожорливых нахлебников.
- Как?
- Спроси что полегче. Специальное защитное поле создают, отпугивающее всякую живность. А может запахи...
- Почему же тогда Чёля и Маня не чувствуют?
- Они из другого мира.
- Да-а, - Лиза вновь слёзно загрустила. 

© Copyright: Михаил Заскалько, 2012

Регистрационный номер №0051386

от 28 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0051386 выдан для произведения:

ГЛАВА 2

...Я с трудом разлепил слезящиеся глаза: ощущение похожее, как после электросварки, когда нахватаешься "зайчиков". Всё вокруг плыло, двоилось и медленно растекалось. Уши точно законопатили ватой.
Очки на месте. Снял, протёр глаза, вновь одел: видимость улучшилась.

Замкнутое помещение с нависающими каменными сводами слабо освещено, как комната светом уличных фонарей.
Глаза проморгались, и "изображение", наконец, перестало прыгать. Метрах в двадцати, впереди теплился тусклый свет.

"Я умер, - подумалось почему-то спокойно, без паники. - Всё как в рассказах: туннель и в конце свет..."

В ушах кольнуло, от чего меня судорожно передёрнуло, и восстановился слух. За мной, в тёмном углу шла возня, скулёж и мявканье.

"И животные тоже этим путём идут? Очевидно там, где свет, сортировочный пункт..."

- Па? - подала голос Лиза.
- Я здесь...
В следующее мгновение меня облепили, обдали горячим прерывистым дыханием.
- Что это было? Где мы? - зашептала Лиза в самое ухо. Бедняжку всю трясло. Я нашёл её дрожащие руки, сжал.
- Не знаю... может...

Лёгкий свист прошелестел эхом под сводами. Мы быстро посмотрели туда, где свет, и увидели на его фоне вибрирующий столбик. Мгновенно, из детства, пришла подсказка: это же суслик свистит! Стоит на границе света и тени, нас зовёт.
- Пошли... чего высиживать...

Осторожно ступая и держась рукой за "стену", мы подошли к месту, где был суслик. При нашем приближении он тотчас исчез.

Здесь действительно была граница света и тьмы: далее начиналось новое помещение, сносно освещённое. Почему-то пришло на ум сравнение - зал. Так вот, "зал" был овальной формы и, что больше всего поражало, стены и пол точно отполированы. Потолок, напротив, сохранил натуральный вид, но был сплошь утыкан трехгранными свечками матового цвета. Но свет поступал не от них: в центре потолка висел огромный рой, но не пчёл, а похожих на светлячка, жуков. Крупных, с ладошку новорождённого ребёнка.

 Если это путь на Тот свет, то почему оснащён типично по земному? Или это последний "привет" умершем
у?

Вновь послышался призывный свист суслика. Мы глянули, и внезапно увидели, что у зала имеются несколько входов. В проёме одного из них, и маячил живой столбик.

Чёля неуверенно тявкнула, вопросительно посмотрела на нас.
- Чёля, ищи Димушку, - неожиданно отдала команду Лиза
И Чёля кинулась к суслику. Мы с Лизой, как привязанные, последовали за ней.

Что-то мы совершенно не похожи на умерших: ощущения, запахи, мысли, как у живых... Что за ерунда?

Небольшой туннель - и вновь зал, чуть больше предыдущего, "освещён" уже тремя роями, единственный выход, полузаваленный обломками породы.
Мелькнул суслик, свистнув, и мы полезли через завал.

Нет, это явно не путь на Тот свет, слишком всё натурально. Тогда что? Как версия: от немцев осталось, что-то вроде тайного бункера Гитлера в Украине. Мы случайно открыли вход...

Чёля, вырвавшаяся вперёд, неожиданно зашлась истошным лаем.
- Что, Чёля, что? Нашла Димушку?! - закричала Лиза, и козочкой запрыгала по обломкам.

Я, придерживая очки, и Любку на плече, к сожалению, не мог выдать подобной прыти.
 Миновав завал, оказался в зале, превышающем по площади два первых. Лиза и Чёля стояли в дальнем углу, почему-то притихшие.

Я подошёл, и тоже замер поражённый увиденным: в углу, буквально прилипнув к стене, стояла маленькая девочка, лет трех - четырёх. Это в первое мгновение мне показалось, что девочка. На самом деле это была старушка - лилипут. На ней было длинное до пят просторное платье, некогда белого, а ныне всё в тёмных пятнах и ржавых разводах.

Лилипутка смотрела широко открытыми глазами, но ужаса в них не наблюдалось. Напротив, некий святой восторг. Глянув на меня, она буквально впилась взглядом в Любку. Затем, издав некий птичий выкрик, лилипутка оттолкнулась от стен и... отвесила нам пяток низких поклонов.

Лиза и Чёля недоумённо посмотрели на меня. Но я не знал, что сказать, и лихорадочно искал нужные слова, чтобы обратиться к лилипутке.

А она тем временем принялась энергично жестикулировать тонюсенькими, точно веточки, ручками. Я понял лишь одно: предлагает следовать за ней.
- Идём? - спросила Лиза.
- А что нам остаётся...

И мы пошли за лилипуткой по узкому сумрачному туннелю.
- Пап, - после продолжительной паузы заговорила Лиза, - мы попали в параллельный мир? Как Куин и Рембрант?
Лиза вспомнила фильм "Скользящие", который мы смотрели сначала по видео, а теперь он идёт на 6 канале под названием "Путешествия в параллельные миры". Персонажи фильма Куин и Рембрант любимцы Лизы.
- Не думаю. Скорее всего, здесь была секретная лаборатория фашистов. Рано ещё делать выводы.
- Как же мы... попадём домой? - голос дочери дрожал, уже обильно пропитанный слезами. - Как же ... мама... бабушка...
- Лиза, - попытался я успокоить, - погоди чуток, вот разберёмся что к чему, тогда и будем думать о возвращении. Успокойся, чего зря растравлять себя.
Лиза шмыгнула носом, протяжно вздохнула:
- Попробую...

Внезапно туннель оборвался, и мы вышли на террасу. По глазам ударил привычный дневной свет, воздух, напоённый запахами растений, на некоторое время опьяняюще одурманил.

Представшая картина поразила меня, как говорится, до глубины души. Меня, родившегося в далёкой Киргизии, и видевшего, можно сказать, горы с пелёнок. Да, я увидел самые настоящие горы, поразительно похожие на те, что на моей родине.
До них было, что называется, рукой подать.
Терраса, на которой мы стояли, плавно обрывалась, переходя в пологий спуск в ущелье. Всюду, куда хватало глаз, царило море зелени, от изумрудного до нежно-салатного цветов. Я узнал среди ближних кустов, знакомые до боли, карагач, алычу и облепиху. Странно, только: здесь всё было в миниатюрном варианте. Зато обычная трава, наоборот, представлялась кустарниками и деревцами.

Лилипутка, издавая непонятные звуки, привлекла наше внимание. Скорее всего, она немая. Знаками велит следовать за ней.

Пошли. Сделав обход крутолобого выступа, терраса стрелой устремилась далеко вперёд, туда, где начиналось ущелье.
- Па, смотри! - вскрикнула Лиза.
Я глянул в направлении указующей руки: высоко в горах, на выступе стояла... средневековая крепость. Всё как положено: стены, башни.
Пожалуй, Лиза права: это не секретная лаборатория, а по-всему именно параллельный мир.

Лилипутка тоже показала на крепость, выразительно дала понять: идите туда.
Отвесив Лизе низкий поклон, лилипутка внезапно припала на колено и с каким-то трепетом поцеловала руки, опешившей дочери. Поднявшись, лилипутка, продолжая жестикулировать и кланяться, стала уходить обратно, пятясь.

Мы молча проводили её взглядом, пока она не скрылась за выступом.
- Похоже ты права. И в этом мире ты... уважаемая...
- Но я не хочу! Я боюсь... - Лиза вновь готова была расплакаться.
- Ты обещала. Ну-ка, соберись! Готова?
- Д-да.
- Потопали?
Кивнула, уронив выступившие слёзы, а не выступившие, судорожно сглотнула.

 Притихшая Чёля, шла рядом со мной, буквально тёрлась о ногу.
Любка, цепко держалась за моё плечо, с любопытством вертела головой, то и дело задевая меня холодным влажным носиком. Уши её ходили ходуном, как локаторы.

Терраса оборвалась, и плавно перешла в хорошо утоптанную тропинку, змейкой уходящую в лесные карликовые заросли.
Приятная прохлада взбадривала нас, воздух был пьяняще свеж и вкусен, пахло чем-то вроде мёда и жареной кукурузы. Душа, невольно, наполнялась покоем и умиротворением. И почему-то не верилось, что нас могут ждать неприятности. Вот сейчас дойдём до крепости, там всё, наконец, прояснится. Конечно же, найдём Димку, Серёгу, Юлю, поблагодарим хозяев за гостеприимство и тем же путём вернёмся. К ужину будем дома. А может и раньше.

Лес неожиданно расступился, тропинка вырвалась на лужайку, заставленную маленькими деревцами. Присмотревшись, я не удержался от удивлённого вскрика: это не просто хаотично растущие деревца, а любовно выпестованный сад. Здесь были яблони различных сортов, сливы, груши, вишня, черешня и даже абрикос. Вдоль тропинки по обе стороны шеренгами тянулись тутовые деревца.

Я не удержался от искушения, подошёл к ближайшему деревцу, которое макушкой достигало мне до пояса. Листвы почти не видно, сплошь крупные, точно гусеницы, налитые ягоды. Сорвал одну, попробовал. Божественный, знакомый с детства вкус.
- Угощайся, доча. Это любимая ягода моего детства. Тутовник. Но мы называли её шелковник.
- Почему?
- Потому что нас посылали резать ветки, которыми кормили шелкопрядов. Насекомые такие, бабочки. От них получали шёлк.

Чтобы хоть на время отвлечь Лизу от грустных мыслей, я стал рассказывать о своём детстве, преимущественно забавные случаи.

Оживилась и Чёля, ей так же дали вкусить плоды райского сада. Глядя на неё, осмелела и Любка: покинула моё плечо. Лиза на ладошке протянула ей ягоду. Любка долго обнюхивала, затем, чихнув, решилась протянуть лапку и поддела на коготок ягоду. Уронила, и принялась есть прямо с земли.
- Бестолочь хвостатая! - ругнулась Лиза. - Я тебе чистую давала, а ты как свинья...

Мы приближались к цели. Уже отчётливо видна кладка стен и резные орнаменты башен.
Мои попутчицы вновь притихли, напряглись. Любка тут же обосновалась у меня на плече, не забыв, однако, извиняюще мявкнуть в ухо и лизнуть его.

 Сад постепенно отступал, шеренги тутовника враз оборвались, им на смену встали нечто вроде стелл трёхгранных, такой же высоты, сверху как шляпка у гвоздя-дюбеля.( А если быть совсем точным, эти штуковины напоминали наборные ручки воткнутых в землю ножей. В школьные годы я сам делал такие ножики, собирая по свалкам разноцветные куски пластмассы.) Шляпка и центральный, более широкий слой, были матово-белые, как те "свечи" из пещерного зала. Остальные слои различной ширины и всевозможных расцветок.

Любопытства ради, подошёл и внимательно осмотрел "ручку". Материал одновременно походил на мрамор и на кристаллы. Потрогать, однако, не осмелился. Да и Лиза предостерегающе вскрикнула:
- Па, не трогай! Вдруг... ударит.
- Могёт, - неуклюже отшутился.

Что же это за бяки? Памятники? Вряд ли...
- Думаешь, что это такое? - спросила Лиза.
- Думаю... Погоди, я всё ломал голову, что странного в этом лесу. Теперь вижу: нет птиц, мух... Сколько спелых плодов, и никто их не клюёт... Такого не бывает. Видимо эти штуковины защищают сад от прожорливых нахлебников.
- Как?
- Спроси что полегче. Специальное защитное поле создают, отпугивающее всякую живность. А может запахи...
- Почему же тогда Чёля и Маня не чувствуют?
- Они из другого мира.
- Да-а, - Лиза вновь слёзно загрустила. 

Рейтинг: +1 472 просмотра
Комментарии (2)
0 # 28 мая 2012 в 22:10 0
v Жду, жду)) mmm
Михаил Заскалько # 28 мая 2012 в 23:26 +1
smileded
Популярная проза за месяц
117
116
113
107
102
98
97
97
96
91
90
88
83
82
80
79
77
73
73
71
69
66
66
66
64
64
63
61
58
54