ЛАДОНИ МАТЕРИ -2

ГЛАВА 2

...Я с трудом разлепил слезящиеся глаза: ощущение похожее, как после электросварки, когда нахватаешься "зайчиков". Всё вокруг плыло, двоилось и медленно растекалось. Уши точно законопатили ватой.
Очки на месте. Снял, протёр глаза, вновь одел: видимость улучшилась.

Замкнутое помещение с нависающими каменными сводами слабо освещено, как комната светом уличных фонарей.
Глаза проморгались, и "изображение", наконец, перестало прыгать. Метрах в двадцати, впереди теплился тусклый свет.

"Я умер, - подумалось почему-то спокойно, без паники. - Всё как в рассказах: туннель и в конце свет..."

В ушах кольнуло, от чего меня судорожно передёрнуло, и восстановился слух. За мной, в тёмном углу шла возня, скулёж и мявканье.

"И животные тоже этим путём идут? Очевидно там, где свет, сортировочный пункт..."

- Па? - подала голос Лиза.
- Я здесь...
В следующее мгновение меня облепили, обдали горячим прерывистым дыханием.
- Что это было? Где мы? - зашептала Лиза в самое ухо. Бедняжку всю трясло. Я нашёл её дрожащие руки, сжал.
- Не знаю... может...

Лёгкий свист прошелестел эхом под сводами. Мы быстро посмотрели туда, где свет, и увидели на его фоне вибрирующий столбик. Мгновенно, из детства, пришла подсказка: это же суслик свистит! Стоит на границе света и тени, нас зовёт.
- Пошли... чего высиживать...

Осторожно ступая и держась рукой за "стену", мы подошли к месту, где был суслик. При нашем приближении он тотчас исчез.

Здесь действительно была граница света и тьмы: далее начиналось новое помещение, сносно освещённое. Почему-то пришло на ум сравнение - зал. Так вот, "зал" был овальной формы и, что больше всего поражало, стены и пол точно отполированы. Потолок, напротив, сохранил натуральный вид, но был сплошь утыкан трехгранными свечками матового цвета. Но свет поступал не от них: в центре потолка висел огромный рой, но не пчёл, а похожих на светлячка, жуков. Крупных, с ладошку новорождённого ребёнка.

 Если это путь на Тот свет, то почему оснащён типично по земному? Или это последний "привет" умершем
у?

Вновь послышался призывный свист суслика. Мы глянули, и внезапно увидели, что у зала имеются несколько входов. В проёме одного из них, и маячил живой столбик.

Чёля неуверенно тявкнула, вопросительно посмотрела на нас.
- Чёля, ищи Димушку, - неожиданно отдала команду Лиза
И Чёля кинулась к суслику. Мы с Лизой, как привязанные, последовали за ней.

Что-то мы совершенно не похожи на умерших: ощущения, запахи, мысли, как у живых... Что за ерунда?

Небольшой туннель - и вновь зал, чуть больше предыдущего, "освещён" уже тремя роями, единственный выход, полузаваленный обломками породы.
Мелькнул суслик, свистнув, и мы полезли через завал.

Нет, это явно не путь на Тот свет, слишком всё натурально. Тогда что? Как версия: от немцев осталось, что-то вроде тайного бункера Гитлера в Украине. Мы случайно открыли вход...

Чёля, вырвавшаяся вперёд, неожиданно зашлась истошным лаем.
- Что, Чёля, что? Нашла Димушку?! - закричала Лиза, и козочкой запрыгала по обломкам.

Я, придерживая очки, и Любку на плече, к сожалению, не мог выдать подобной прыти.
 Миновав завал, оказался в зале, превышающем по площади два первых. Лиза и Чёля стояли в дальнем углу, почему-то притихшие.

Я подошёл, и тоже замер поражённый увиденным: в углу, буквально прилипнув к стене, стояла маленькая девочка, лет трех - четырёх. Это в первое мгновение мне показалось, что девочка. На самом деле это была старушка - лилипут. На ней было длинное до пят просторное платье, некогда белого, а ныне всё в тёмных пятнах и ржавых разводах.

Лилипутка смотрела широко открытыми глазами, но ужаса в них не наблюдалось. Напротив, некий святой восторг. Глянув на меня, она буквально впилась взглядом в Любку. Затем, издав некий птичий выкрик, лилипутка оттолкнулась от стен и... отвесила нам пяток низких поклонов.

Лиза и Чёля недоумённо посмотрели на меня. Но я не знал, что сказать, и лихорадочно искал нужные слова, чтобы обратиться к лилипутке.

А она тем временем принялась энергично жестикулировать тонюсенькими, точно веточки, ручками. Я понял лишь одно: предлагает следовать за ней.
- Идём? - спросила Лиза.
- А что нам остаётся...

И мы пошли за лилипуткой по узкому сумрачному туннелю.
- Пап, - после продолжительной паузы заговорила Лиза, - мы попали в параллельный мир? Как Куин и Рембрант?
Лиза вспомнила фильм "Скользящие", который мы смотрели сначала по видео, а теперь он идёт на 6 канале под названием "Путешествия в параллельные миры". Персонажи фильма Куин и Рембрант любимцы Лизы.
- Не думаю. Скорее всего, здесь была секретная лаборатория фашистов. Рано ещё делать выводы.
- Как же мы... попадём домой? - голос дочери дрожал, уже обильно пропитанный слезами. - Как же ... мама... бабушка...
- Лиза, - попытался я успокоить, - погоди чуток, вот разберёмся что к чему, тогда и будем думать о возвращении. Успокойся, чего зря растравлять себя.
Лиза шмыгнула носом, протяжно вздохнула:
- Попробую...

Внезапно туннель оборвался, и мы вышли на террасу. По глазам ударил привычный дневной свет, воздух, напоённый запахами растений, на некоторое время опьяняюще одурманил.

Представшая картина поразила меня, как говорится, до глубины души. Меня, родившегося в далёкой Киргизии, и видевшего, можно сказать, горы с пелёнок. Да, я увидел самые настоящие горы, поразительно похожие на те, что на моей родине.
До них было, что называется, рукой подать.
Терраса, на которой мы стояли, плавно обрывалась, переходя в пологий спуск в ущелье. Всюду, куда хватало глаз, царило море зелени, от изумрудного до нежно-салатного цветов. Я узнал среди ближних кустов, знакомые до боли, карагач, алычу и облепиху. Странно, только: здесь всё было в миниатюрном варианте. Зато обычная трава, наоборот, представлялась кустарниками и деревцами.

Лилипутка, издавая непонятные звуки, привлекла наше внимание. Скорее всего, она немая. Знаками велит следовать за ней.

Пошли. Сделав обход крутолобого выступа, терраса стрелой устремилась далеко вперёд, туда, где начиналось ущелье.
- Па, смотри! - вскрикнула Лиза.
Я глянул в направлении указующей руки: высоко в горах, на выступе стояла... средневековая крепость. Всё как положено: стены, башни.
Пожалуй, Лиза права: это не секретная лаборатория, а по-всему именно параллельный мир.

Лилипутка тоже показала на крепость, выразительно дала понять: идите туда.
Отвесив Лизе низкий поклон, лилипутка внезапно припала на колено и с каким-то трепетом поцеловала руки, опешившей дочери. Поднявшись, лилипутка, продолжая жестикулировать и кланяться, стала уходить обратно, пятясь.

Мы молча проводили её взглядом, пока она не скрылась за выступом.
- Похоже ты права. И в этом мире ты... уважаемая...
- Но я не хочу! Я боюсь... - Лиза вновь готова была расплакаться.
- Ты обещала. Ну-ка, соберись! Готова?
- Д-да.
- Потопали?
Кивнула, уронив выступившие слёзы, а не выступившие, судорожно сглотнула.

 Притихшая Чёля, шла рядом со мной, буквально тёрлась о ногу.
Любка, цепко держалась за моё плечо, с любопытством вертела головой, то и дело задевая меня холодным влажным носиком. Уши её ходили ходуном, как локаторы.

Терраса оборвалась, и плавно перешла в хорошо утоптанную тропинку, змейкой уходящую в лесные карликовые заросли.
Приятная прохлада взбадривала нас, воздух был пьяняще свеж и вкусен, пахло чем-то вроде мёда и жареной кукурузы. Душа, невольно, наполнялась покоем и умиротворением. И почему-то не верилось, что нас могут ждать неприятности. Вот сейчас дойдём до крепости, там всё, наконец, прояснится. Конечно же, найдём Димку, Серёгу, Юлю, поблагодарим хозяев за гостеприимство и тем же путём вернёмся. К ужину будем дома. А может и раньше.

Лес неожиданно расступился, тропинка вырвалась на лужайку, заставленную маленькими деревцами. Присмотревшись, я не удержался от удивлённого вскрика: это не просто хаотично растущие деревца, а любовно выпестованный сад. Здесь были яблони различных сортов, сливы, груши, вишня, черешня и даже абрикос. Вдоль тропинки по обе стороны шеренгами тянулись тутовые деревца.

Я не удержался от искушения, подошёл к ближайшему деревцу, которое макушкой достигало мне до пояса. Листвы почти не видно, сплошь крупные, точно гусеницы, налитые ягоды. Сорвал одну, попробовал. Божественный, знакомый с детства вкус.
- Угощайся, доча. Это любимая ягода моего детства. Тутовник. Но мы называли её шелковник.
- Почему?
- Потому что нас посылали резать ветки, которыми кормили шелкопрядов. Насекомые такие, бабочки. От них получали шёлк.

Чтобы хоть на время отвлечь Лизу от грустных мыслей, я стал рассказывать о своём детстве, преимущественно забавные случаи.

Оживилась и Чёля, ей так же дали вкусить плоды райского сада. Глядя на неё, осмелела и Любка: покинула моё плечо. Лиза на ладошке протянула ей ягоду. Любка долго обнюхивала, затем, чихнув, решилась протянуть лапку и поддела на коготок ягоду. Уронила, и принялась есть прямо с земли.
- Бестолочь хвостатая! - ругнулась Лиза. - Я тебе чистую давала, а ты как свинья...

Мы приближались к цели. Уже отчётливо видна кладка стен и резные орнаменты башен.
Мои попутчицы вновь притихли, напряглись. Любка тут же обосновалась у меня на плече, не забыв, однако, извиняюще мявкнуть в ухо и лизнуть его.

 Сад постепенно отступал, шеренги тутовника враз оборвались, им на смену встали нечто вроде стелл трёхгранных, такой же высоты, сверху как шляпка у гвоздя-дюбеля.( А если быть совсем точным, эти штуковины напоминали наборные ручки воткнутых в землю ножей. В школьные годы я сам делал такие ножики, собирая по свалкам разноцветные куски пластмассы.) Шляпка и центральный, более широкий слой, были матово-белые, как те "свечи" из пещерного зала. Остальные слои различной ширины и всевозможных расцветок.

Любопытства ради, подошёл и внимательно осмотрел "ручку". Материал одновременно походил на мрамор и на кристаллы. Потрогать, однако, не осмелился. Да и Лиза предостерегающе вскрикнула:
- Па, не трогай! Вдруг... ударит.
- Могёт, - неуклюже отшутился.

Что же это за бяки? Памятники? Вряд ли...
- Думаешь, что это такое? - спросила Лиза.
- Думаю... Погоди, я всё ломал голову, что странного в этом лесу. Теперь вижу: нет птиц, мух... Сколько спелых плодов, и никто их не клюёт... Такого не бывает. Видимо эти штуковины защищают сад от прожорливых нахлебников.
- Как?
- Спроси что полегче. Специальное защитное поле создают, отпугивающее всякую живность. А может запахи...
- Почему же тогда Чёля и Маня не чувствуют?
- Они из другого мира.
- Да-а, - Лиза вновь слёзно загрустила. 

© Copyright: Михаил Заскалько, 2012

Регистрационный номер №0051386

от 28 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0051386 выдан для произведения:

ГЛАВА 2

...Я с трудом разлепил слезящиеся глаза: ощущение похожее, как после электросварки, когда нахватаешься "зайчиков". Всё вокруг плыло, двоилось и медленно растекалось. Уши точно законопатили ватой.
Очки на месте. Снял, протёр глаза, вновь одел: видимость улучшилась.

Замкнутое помещение с нависающими каменными сводами слабо освещено, как комната светом уличных фонарей.
Глаза проморгались, и "изображение", наконец, перестало прыгать. Метрах в двадцати, впереди теплился тусклый свет.

"Я умер, - подумалось почему-то спокойно, без паники. - Всё как в рассказах: туннель и в конце свет..."

В ушах кольнуло, от чего меня судорожно передёрнуло, и восстановился слух. За мной, в тёмном углу шла возня, скулёж и мявканье.

"И животные тоже этим путём идут? Очевидно там, где свет, сортировочный пункт..."

- Па? - подала голос Лиза.
- Я здесь...
В следующее мгновение меня облепили, обдали горячим прерывистым дыханием.
- Что это было? Где мы? - зашептала Лиза в самое ухо. Бедняжку всю трясло. Я нашёл её дрожащие руки, сжал.
- Не знаю... может...

Лёгкий свист прошелестел эхом под сводами. Мы быстро посмотрели туда, где свет, и увидели на его фоне вибрирующий столбик. Мгновенно, из детства, пришла подсказка: это же суслик свистит! Стоит на границе света и тени, нас зовёт.
- Пошли... чего высиживать...

Осторожно ступая и держась рукой за "стену", мы подошли к месту, где был суслик. При нашем приближении он тотчас исчез.

Здесь действительно была граница света и тьмы: далее начиналось новое помещение, сносно освещённое. Почему-то пришло на ум сравнение - зал. Так вот, "зал" был овальной формы и, что больше всего поражало, стены и пол точно отполированы. Потолок, напротив, сохранил натуральный вид, но был сплошь утыкан трехгранными свечками матового цвета. Но свет поступал не от них: в центре потолка висел огромный рой, но не пчёл, а похожих на светлячка, жуков. Крупных, с ладошку новорождённого ребёнка.

 Если это путь на Тот свет, то почему оснащён типично по земному? Или это последний "привет" умершем
у?

Вновь послышался призывный свист суслика. Мы глянули, и внезапно увидели, что у зала имеются несколько входов. В проёме одного из них, и маячил живой столбик.

Чёля неуверенно тявкнула, вопросительно посмотрела на нас.
- Чёля, ищи Димушку, - неожиданно отдала команду Лиза
И Чёля кинулась к суслику. Мы с Лизой, как привязанные, последовали за ней.

Что-то мы совершенно не похожи на умерших: ощущения, запахи, мысли, как у живых... Что за ерунда?

Небольшой туннель - и вновь зал, чуть больше предыдущего, "освещён" уже тремя роями, единственный выход, полузаваленный обломками породы.
Мелькнул суслик, свистнув, и мы полезли через завал.

Нет, это явно не путь на Тот свет, слишком всё натурально. Тогда что? Как версия: от немцев осталось, что-то вроде тайного бункера Гитлера в Украине. Мы случайно открыли вход...

Чёля, вырвавшаяся вперёд, неожиданно зашлась истошным лаем.
- Что, Чёля, что? Нашла Димушку?! - закричала Лиза, и козочкой запрыгала по обломкам.

Я, придерживая очки, и Любку на плече, к сожалению, не мог выдать подобной прыти.
 Миновав завал, оказался в зале, превышающем по площади два первых. Лиза и Чёля стояли в дальнем углу, почему-то притихшие.

Я подошёл, и тоже замер поражённый увиденным: в углу, буквально прилипнув к стене, стояла маленькая девочка, лет трех - четырёх. Это в первое мгновение мне показалось, что девочка. На самом деле это была старушка - лилипут. На ней было длинное до пят просторное платье, некогда белого, а ныне всё в тёмных пятнах и ржавых разводах.

Лилипутка смотрела широко открытыми глазами, но ужаса в них не наблюдалось. Напротив, некий святой восторг. Глянув на меня, она буквально впилась взглядом в Любку. Затем, издав некий птичий выкрик, лилипутка оттолкнулась от стен и... отвесила нам пяток низких поклонов.

Лиза и Чёля недоумённо посмотрели на меня. Но я не знал, что сказать, и лихорадочно искал нужные слова, чтобы обратиться к лилипутке.

А она тем временем принялась энергично жестикулировать тонюсенькими, точно веточки, ручками. Я понял лишь одно: предлагает следовать за ней.
- Идём? - спросила Лиза.
- А что нам остаётся...

И мы пошли за лилипуткой по узкому сумрачному туннелю.
- Пап, - после продолжительной паузы заговорила Лиза, - мы попали в параллельный мир? Как Куин и Рембрант?
Лиза вспомнила фильм "Скользящие", который мы смотрели сначала по видео, а теперь он идёт на 6 канале под названием "Путешествия в параллельные миры". Персонажи фильма Куин и Рембрант любимцы Лизы.
- Не думаю. Скорее всего, здесь была секретная лаборатория фашистов. Рано ещё делать выводы.
- Как же мы... попадём домой? - голос дочери дрожал, уже обильно пропитанный слезами. - Как же ... мама... бабушка...
- Лиза, - попытался я успокоить, - погоди чуток, вот разберёмся что к чему, тогда и будем думать о возвращении. Успокойся, чего зря растравлять себя.
Лиза шмыгнула носом, протяжно вздохнула:
- Попробую...

Внезапно туннель оборвался, и мы вышли на террасу. По глазам ударил привычный дневной свет, воздух, напоённый запахами растений, на некоторое время опьяняюще одурманил.

Представшая картина поразила меня, как говорится, до глубины души. Меня, родившегося в далёкой Киргизии, и видевшего, можно сказать, горы с пелёнок. Да, я увидел самые настоящие горы, поразительно похожие на те, что на моей родине.
До них было, что называется, рукой подать.
Терраса, на которой мы стояли, плавно обрывалась, переходя в пологий спуск в ущелье. Всюду, куда хватало глаз, царило море зелени, от изумрудного до нежно-салатного цветов. Я узнал среди ближних кустов, знакомые до боли, карагач, алычу и облепиху. Странно, только: здесь всё было в миниатюрном варианте. Зато обычная трава, наоборот, представлялась кустарниками и деревцами.

Лилипутка, издавая непонятные звуки, привлекла наше внимание. Скорее всего, она немая. Знаками велит следовать за ней.

Пошли. Сделав обход крутолобого выступа, терраса стрелой устремилась далеко вперёд, туда, где начиналось ущелье.
- Па, смотри! - вскрикнула Лиза.
Я глянул в направлении указующей руки: высоко в горах, на выступе стояла... средневековая крепость. Всё как положено: стены, башни.
Пожалуй, Лиза права: это не секретная лаборатория, а по-всему именно параллельный мир.

Лилипутка тоже показала на крепость, выразительно дала понять: идите туда.
Отвесив Лизе низкий поклон, лилипутка внезапно припала на колено и с каким-то трепетом поцеловала руки, опешившей дочери. Поднявшись, лилипутка, продолжая жестикулировать и кланяться, стала уходить обратно, пятясь.

Мы молча проводили её взглядом, пока она не скрылась за выступом.
- Похоже ты права. И в этом мире ты... уважаемая...
- Но я не хочу! Я боюсь... - Лиза вновь готова была расплакаться.
- Ты обещала. Ну-ка, соберись! Готова?
- Д-да.
- Потопали?
Кивнула, уронив выступившие слёзы, а не выступившие, судорожно сглотнула.

 Притихшая Чёля, шла рядом со мной, буквально тёрлась о ногу.
Любка, цепко держалась за моё плечо, с любопытством вертела головой, то и дело задевая меня холодным влажным носиком. Уши её ходили ходуном, как локаторы.

Терраса оборвалась, и плавно перешла в хорошо утоптанную тропинку, змейкой уходящую в лесные карликовые заросли.
Приятная прохлада взбадривала нас, воздух был пьяняще свеж и вкусен, пахло чем-то вроде мёда и жареной кукурузы. Душа, невольно, наполнялась покоем и умиротворением. И почему-то не верилось, что нас могут ждать неприятности. Вот сейчас дойдём до крепости, там всё, наконец, прояснится. Конечно же, найдём Димку, Серёгу, Юлю, поблагодарим хозяев за гостеприимство и тем же путём вернёмся. К ужину будем дома. А может и раньше.

Лес неожиданно расступился, тропинка вырвалась на лужайку, заставленную маленькими деревцами. Присмотревшись, я не удержался от удивлённого вскрика: это не просто хаотично растущие деревца, а любовно выпестованный сад. Здесь были яблони различных сортов, сливы, груши, вишня, черешня и даже абрикос. Вдоль тропинки по обе стороны шеренгами тянулись тутовые деревца.

Я не удержался от искушения, подошёл к ближайшему деревцу, которое макушкой достигало мне до пояса. Листвы почти не видно, сплошь крупные, точно гусеницы, налитые ягоды. Сорвал одну, попробовал. Божественный, знакомый с детства вкус.
- Угощайся, доча. Это любимая ягода моего детства. Тутовник. Но мы называли её шелковник.
- Почему?
- Потому что нас посылали резать ветки, которыми кормили шелкопрядов. Насекомые такие, бабочки. От них получали шёлк.

Чтобы хоть на время отвлечь Лизу от грустных мыслей, я стал рассказывать о своём детстве, преимущественно забавные случаи.

Оживилась и Чёля, ей так же дали вкусить плоды райского сада. Глядя на неё, осмелела и Любка: покинула моё плечо. Лиза на ладошке протянула ей ягоду. Любка долго обнюхивала, затем, чихнув, решилась протянуть лапку и поддела на коготок ягоду. Уронила, и принялась есть прямо с земли.
- Бестолочь хвостатая! - ругнулась Лиза. - Я тебе чистую давала, а ты как свинья...

Мы приближались к цели. Уже отчётливо видна кладка стен и резные орнаменты башен.
Мои попутчицы вновь притихли, напряглись. Любка тут же обосновалась у меня на плече, не забыв, однако, извиняюще мявкнуть в ухо и лизнуть его.

 Сад постепенно отступал, шеренги тутовника враз оборвались, им на смену встали нечто вроде стелл трёхгранных, такой же высоты, сверху как шляпка у гвоздя-дюбеля.( А если быть совсем точным, эти штуковины напоминали наборные ручки воткнутых в землю ножей. В школьные годы я сам делал такие ножики, собирая по свалкам разноцветные куски пластмассы.) Шляпка и центральный, более широкий слой, были матово-белые, как те "свечи" из пещерного зала. Остальные слои различной ширины и всевозможных расцветок.

Любопытства ради, подошёл и внимательно осмотрел "ручку". Материал одновременно походил на мрамор и на кристаллы. Потрогать, однако, не осмелился. Да и Лиза предостерегающе вскрикнула:
- Па, не трогай! Вдруг... ударит.
- Могёт, - неуклюже отшутился.

Что же это за бяки? Памятники? Вряд ли...
- Думаешь, что это такое? - спросила Лиза.
- Думаю... Погоди, я всё ломал голову, что странного в этом лесу. Теперь вижу: нет птиц, мух... Сколько спелых плодов, и никто их не клюёт... Такого не бывает. Видимо эти штуковины защищают сад от прожорливых нахлебников.
- Как?
- Спроси что полегче. Специальное защитное поле создают, отпугивающее всякую живность. А может запахи...
- Почему же тогда Чёля и Маня не чувствуют?
- Они из другого мира.
- Да-а, - Лиза вновь слёзно загрустила. 

Рейтинг: +1 446 просмотров
Комментарии (2)
0 # 28 мая 2012 в 22:10 0
v Жду, жду)) mmm
Михаил Заскалько # 28 мая 2012 в 23:26 +1
smileded