ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФантастика → Доверие контролёра. Глава 13.

 

Доверие контролёра. Глава 13.

18 апреля 2013 - Александр Короленко
article131673.jpg

                                   Глава тринадцатая.

 

 

   Самолёт приземлился на какой-то крупной военной базе, масса разномастной авиации, кругом солдатня в камуфляже занимается своими делами. Кто разгружает «транспортники», кто просто обслуживает технику, никто без дела не сидел. Нас же отогнали под навес, в тенёк от палящего солнца, и раздали по упаковке сухого пайка и бутылке воды. Тот практически не отличался от наших, те же консервы в запаянной пластиковой упаковке, вскрыли их специальными «открывашками», и перекусили, без особого аппетита.

  Да уж, тут не в пример намного жарче, видимо, нас забросили гораздо южнее столицы, горы вдалеке, сюда бы на отдых дикарями…  

- Передаю сборную группу заключённых, количество и документы согласно реестра, группа проследовала до места без происшествий, больных и требующих помощи нет! – я повернул голову, и увидел, как наш старший конвоир докладывает какому-то высокому и широкоплечему мужику в красно -сером застиранном камуфляже и высоких ботинках, передал тому какой-то портфель.

- Хорошо! – кивнул камуфляжный, и докладчик, в сопровождении своей группы пошёл к ««транспортнику», в который заканчивали с великими предосторожностями загружать какие –то металлические ящики. Нас же взяли под прицел новые бойцы с короткими автоматами.

- Я начальник конвоя, повезу вас на сектор, кому оправиться, вон будка, ссать можете прямо здесь! – брезгливо смотря на нас, изрёк новый обладатель портфеля, его взгляд прошёлся по нашим мрачным рожам, остановился на Романе. – Чего, на воле скучно? Тебя ж недавно выпустили.

- Не отпускают «Грязи», - развёл руками тот. – Василич, поспособствуешь моей стае? По старой дружбе?

- Ладно, поговорю за вас! – ощерился тот. – С тебя как обычно, хрен с ним, шепнёшь имена, пристрою вас всех вместе по –теплее.

- Василич, - заулыбался Роман. – Душевно благодарю!

- Ещё отблагодаришь, и не раз! – конвоир развернулся и куда-то пошёл, ну а я направился к здоровенному деревянному сортиру, где встал в живую очередь.

Через полчаса Василич вернулся и рявкнул. – В колонну по два становись! За мной шагом марш!

 И мы пошли, ведомые этим странным человеком, завернули за угол, и увидели колонну техники и толпу вооружённых солдат на перекуре. Три здоровенных двух-башенных танка, окрашенных в серый цвет, четыре фуры – рефрижератора, пара танкеток, по классу близких к нашим БМП, и пять тентовых грузовиков. Нас загнали в два из них, «Стае» достался кузов последнего в колонне, пристегнули кандалами к полу за ноги. Конвоиры уселись в большущий джип, с пулемётной турой сверху, и пристроились за нашим грузовиком, замыкающими.

 Откуда –то спереди раздался рёв воздушного сигнала, и колонна тронулась с места. Как же необычно, что не слышно рёва танковых моторов, и гула движков грузовиков, только шелест колёс, да приглушённый лязг гусениц. Проехали КПП, и техника набрала приличную скорость, судя по всему, ехали по окружной дороге какого –то большого города, изредка проносились встречные легковушки.

- Это сейчас так летим, потом красться будут, - прервал общее задумчивое молчание Роман. - Повстанцы любят фугасы закладывать, в прошлый раз, когда ехал на «девятку», в кашу разнесло головной броневик, и потом обстреляли из леса, но это уже глубоко на «Грязях» было. Тут курорт, буферная зона.

- А территорию повстанцев разве не блокировали? – спросил я его.

- Да, там по периметру так их обложили, мышь вроде не должна проскочить, а они лезут и лезут откуда –то. Я узнавал, сейчас затишье, не стреляют толком уже месяц, Саймон вроде как, даже послов отправил к Петру, это радует.

- Чё за Василич?

- Хороший мужик, бывший вояка, сейчас на «девятке» заключённых охраняет. У нас с ним старая дружба, ещё до того, как я попал за решётку. Он похлопочет, нас всех вместе стаей куда и определят, не раскидают, как других.

- Хороший друг! – согласился я, посмотрев на конвоира, сидит рядом с водителем в джипе, и с прищуром смотрит на нас.

- Я всё спросить хотел, - осторожно задал вопрос Роману. – Эти повстанцы, они кто?

- Да ты что? – удивился тот. – И этого не помнишь?

- Ну! – сокрушённо согласился я.

- Это те, кто поддерживает царя Петра, при нём порядок был, все работали, боролись с Грязными территориями, пытаясь их остановить, множество раз смельчаки ходили к самой установке, хотели выключить её. Да вот не получалось.

- Что за установка?

- Говорят в центре «Грязей» стоит некая машина –устройство, которую проектировали ещё в давние времена. И она должна была делать материальные вещи из ничего. Так работала, всё было нормально, пока не задумали сделать человека. И тут она вышла из под контроля, мгновенно появилась Грязная территория, с мутантами и аномалиями. Через разные интервалы времени, из установки происходят выбросы колоссальных объёмов энергии, и они рождают монстров и аномальные образования.

- Почти как наша Зона! - подумал я, а вслух сказал:

- А чего не могут выключить её, или взорвать?

- Взрывать не нужно! – уверенно ответил Роман. – Один раз пробовали, так «грязи» чуть не поглотили всю планету, обошлось. Это установка знак дала – не стоит. А вообще, говорят, она выполняет желания тех, кто к ней приходит, вот только назад сложно уйти, может не отпустить.

- Монолит! – пробормотал Саша Пушкин. – Это Монолит!

- Чего? – переспросил наш атаман. – Какой монолит?

- Её так ещё называют! – ответил дед, и отхлебнул воды из бутылки.

Жарко, сам терплю сижу, воду экономлю, не известно, сколько ещё ехать.

- Не слышал, - отмахнулся Роман, и продолжил. – В общем, при Петре нормально жилось, но его сгубило то, что он не пользовался дарами «Грязей», и то, что он так и не мог толком остановить рост Грязных территорий, мутанты носились чуть ли не по всей стране, и народ прятался от них в больших городах крепостях, а днём ловили монстров, бумажных денег не было, этих фантиков. Расчёт шёл за золото, попробуй кто кого обмануть, или вообще убить, так каторги не избежать. Но появился Саймон Вирус, захватил власть, он первым делом поставил какие – то антенны, и при их помощи остановил рост проклятых территорий. И всё, снёс крепости, потому что мутанты остались по ту сторону антенн, как и аномалии, понастроил городов и дорог, ввёл доллары, подсадил народ на сепулин. И расплодил дикую коррупцию, вовсю пользуется «Огнями», добытыми на территории, или выращенными на фермах.

Ну, всяк лучше, чем прятаться по крепостям, - почесал я голову. – По мне, так хрен с коррупцией, если не лох, проживёшь, я вон, давеча в журнале читал, что хотят пособие по безработице поднять с пятьсот долларов до шестьсот, чё не жить?

- А вот не нравится многим! – пожал плечами Пушкин. – Я и сам удивляюсь…

- А повстанцы так и живут в крепостях? – спросил я у Романа.

- Ну да!

- А Установка эта за кем осталась?

- Она на территории Саймона, к ней не подойти за десять километров, сплошь аномалии и пространственные пузыри, но всё равно Установку опоясали линией укреплений, а повстанцы с завидным упрямством их штурмуют. Это и есть Девятый сектор.

- Долго ещё ехать? – спросил Антон.

- Долго. По идее, заночуем в форту «Первый», а потом всё, добро пожаловать в ад.

 

    К темноте прибыли в форт. Это было старое огромное сооружение, опоясанное широким рвом, наполненным водой. Высота стен форта метров под тридцать, сложены из огромных камней – валунов, множество окон- бойниц, на самом верху что –то похожее на наши зенитные установки, часовые грозно взирают в даль, освещенную десятками прожекторов. По откидному мосту проехали внутрь, и ещё минут пять куда-то не спеша катили.

  Машины резко остановились, и мы покинув кузов грузовика, под стволами автоматчиков двинулись к массивной железной двери в стене. За ней спуск по каменным ступеням, затем широкий коридор, какие-то камеры с решётками, как в средневековой тюрьме, чем-то напомнило клетки зоопарка.

Вот по этим клеткам нас и рассадили, выделив по упаковке сух-пая и бутылке воды. Нашей стае досталась самая просторная хата, гора соломы, ни лавок, ни нар, дырка в полу, вероятно «очко». Пипец, окон и то нет, лишь тускло светят обсиженные мухами лампочки.

- До утра тут будем! – произнёс Роман, а один из его «одноликих» неожиданно добавил:

- Скелет убрали!

А я уже подумал, что те пятеро хлопцев немые, за всю дорогу не произнесли ни слова.

- Что за скелет? – спросил Антон, завалившись на солому в дальнем углу.

- Да тут в камере напротив скелет был, говорят, лет сто лежал, фиг его знает чей, ну прямо как достопримечательность, или визитная карточка данного заведения. Кому-то из начальства, видимо, не понравился…

- Весёлое местечко! – усмехнулся Саша Пушкин, вскрывая упаковку пайка. – Что-то ломит всего, видно Выброс скоро.

И точно, я сам почувствовал, к своему удивлению, что в воздухе набирает мощность движение могучих энергий, виски сжало болью, я опустившись на пол, зарылся в колючую солому.

 Через минуту забылся в тревожном сне. Снилось бескрайнее болото, я стою на ржавой вышке, а рядом со мной Дубяра, смотрит в даль, молчит. Повернулся к нему и тут же отскочил в сторону от ужаса – это был зомби, причём в плачевном состоянии, совсем подгнивший.

- Ну что Мясо, всё бегаешь? – спросил мёртвый сталкер, из его рта на железный пол посыпались личинки. – А меня и похоронить некому…

Он вытащил из кармана броне-костюма обрывок карты, и сунул мне его в руки.

- Тут схрон мой старый, тебе пригодится…

Подорвался, весь в липком поту, все молчат, большинство спят, лишь Антон молча смотрит в одну точку на каменной стене.  Выброс в разгаре, голова совсем разболелась, и сон этот, как на яву, так реально… И тут только до меня дошло, что у меня в руках эта самая карта, что дал Дубяра, а по ней ползёт опарыш. Подскочил чуть ли не до потолка, такая жуть взяла, не передать. Взглянул на карту, лежащую на соломе, так знаю то место, у Рыжего леса, три камня, пять метров влево, будет схрон.

- Только потом похорони меня по –человечьи! – донеслось из тёмного угла. Присмотрелся, а там Дубяра стоит. Тут я и заорал…

 

- Что с ним? – услышал, как из далека голос Романа.

 Открыл глаза –лежу на полу, мужики обступили меня и смотрят тревожно.

- Чё случилось? – спросил я у них, неужели это всё было сном? Прислушался к Выбросу - уже прошёл, и следа не осталось.

- Да спал вроде, а потом как заорёшь! – ответил Сергеевич, пожимая плечами. – Как будто с тебя шкуру живьём спускали. Что хоть снилось?

- Да знакомый один, один из последних, кого я помню. Только во сне он мёртвый был, просил его похоронить.

- Понятно! – улыбнулся краями губ Роман. – Ко мне во снах тоже друзья погибшие приходят, но похоронить не просили вроде ещё.

- Ну и сны у вас… - пробормотал Эрнест Матвеев откуда –то из под соломы. – Свихнуться можно.

- Это тебе не эротическими снами по ночам мучиться! – усмехнулся Антон. – Хотя, чую, скоро и самому тётки голые сниться будут. Как там, на «девятке», есть хоть одна баба?

- Не, баб там нет! – улыбнулся Роман. – Но за пайку сепулина можно договориться некоторыми тамошними обитателями. Они и жопу побреют, и губки подкрасят, хрен поймёшь, что не баба.

- Да уж нет, спасибо! – нахмурился Антон.

- Так или иначе, но когда ты в следующий раз увидишь женщину, то тебе точно будет не до любви. В отличие от военных, заключённым не дают противорадиационные препараты, так что тебе твой свисток уже не пригодится. Нам с Полем, - он кивнул на парня, что заметил исчезновение скелета. – Повезло, Василич не дал пропасть, но сейчас с этим вообще строго, не достать лекарство.

Судя по всему, парень об этом толком не думал, и теперь совсем поник, погрузился в тяжёлые мысли. Затем спросил:

- А есть возможность бежать?

В его глазах я увидел полное осознание той участи, что уготовила нам местная машина правосудия.

- Знаешь, что бывает за организацию побега? – на бедолагу уставился немигающим взглядом Поль. – Отвезут на ферму, и живьём скормят аномалии. А потом полученный из твоего тела «огонь» будет трудиться под капотом автомобиля, во славу империи.

- Ни хрена себе! – удивился я. – Это что, в самом деле?

- Нет, я дурака из себя тут строю! – глухо ответил парень, и в его глазах загорелись недобрые огоньки. – У меня отец с братом были повстанцами, так их за это приговорили к ферме. – Он посмотрел на меня. - Ты спрашивал, почему народ симпатизирует Петру? Потому что в каждой семье есть тот, кого превратили в «огонь». На первых порах правления Саймона, много людей превратили в эти мерзкие штуки.

- Ну а всё –таки, варианты сбежать есть? – не унимался здоровяк.

- Без специального снаряжения ты не проживёшь здесь и дня!

Парни замолкли, и в тишине отчётливо шикнула, перегорая, лампочка. Наша сторона коридора погрузилась в полутьму, а Саша Пушкин произнёс:

- Мама Зона желает всем спокойной ночи, хорош трепаться, уважим её.

- И в правду, давай, всем отбой! – поддержал его Роман. – Завтра думается, будет утомительный день.

 

И вот мы опять стоим с Дубярой на вышке. Мне больше не страшно, а просто жаль этого парня.

- Ты главное, не забудь меня похоронить! – напомнил тот, и начал спускаться по шатким ступенькам, затем обернулся. – Машку –то проводил в последний путь как положено! Ладно, удачи.

И мертвец исчез, словно растворился в воздухе.  Ну а я спустился на землю, и пошёл по дороге к какому –то хутору, лёгкий ветерок приятно обдувал тело. Взглянул на себя и заметил, что иду в своём спортивном костюме, на ногах неплохие кроссовки. Зашёл во двор, и сел у колодца, а на душе тишина и покой…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© Copyright: Александр Короленко, 2013

Регистрационный номер №0131673

от 18 апреля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0131673 выдан для произведения:

                                   Глава тринадцатая.

 

 

   Самолёт приземлился на какой-то крупной военной базе, масса разномастной авиации, кругом солдатня в камуфляже занимается своими делами. Кто разгружает «транспортники», кто просто обслуживает технику, никто без дела не сидел. Нас же отогнали под навес, в тенёк от палящего солнца, и раздали по упаковке сухого пайка и бутылке воды. Тот практически не отличался от наших, те же консервы в запаянной пластиковой упаковке, вскрыли их специальными «открывашками», и перекусили, без особого аппетита.

  Да уж, тут не в пример намного жарче, видимо, нас забросили гораздо южнее столицы, горы вдалеке, сюда бы на отдых дикарями…  

- Передаю сборную группу заключённых, количество и документы согласно реестра, группа проследовала до места без происшествий, больных и требующих помощи нет! – я повернул голову, и увидел, как наш старший конвоир докладывает какому-то высокому и широкоплечему мужику в красно -сером застиранном камуфляже и высоких ботинках, передал тому какой-то портфель.

- Хорошо! – кивнул камуфляжный, и докладчик, в сопровождении своей группы пошёл к ««транспортнику», в который заканчивали с великими предосторожностями загружать какие –то металлические ящики. Нас же взяли под прицел новые бойцы с короткими автоматами.

- Я начальник конвоя, повезу вас на сектор, кому оправиться, вон будка, ссать можете прямо здесь! – брезгливо смотря на нас, изрёк новый обладатель портфеля, его взгляд прошёлся по нашим мрачным рожам, остановился на Романе. – Чего, на воле скучно? Тебя ж недавно выпустили.

- Не отпускают «Грязи», - развёл руками тот. – Василич, поспособствуешь моей стае? По старой дружбе?

- Ладно, поговорю за вас! – ощерился тот. – С тебя как обычно, хрен с ним, шепнёшь имена, пристрою вас всех вместе по –теплее.

- Василич, - заулыбался Роман. – Душевно благодарю!

- Ещё отблагодаришь, и не раз! – конвоир развернулся и куда-то пошёл, ну а я направился к здоровенному деревянному сортиру, где встал в живую очередь.

Через полчаса Василич вернулся и рявкнул. – В колонну по два становись! За мной шагом марш!

 И мы пошли, ведомые этим странным человеком, завернули за угол, и увидели колонну техники и толпу вооружённых солдат на перекуре. Три здоровенных двух-башенных танка, окрашенных в серый цвет, четыре фуры – рефрижератора, пара танкеток, по классу близких к нашим БМП, и пять тентовых грузовиков. Нас загнали в два из них, «Стае» достался кузов последнего в колонне, пристегнули кандалами к полу за ноги. Конвоиры уселись в большущий джип, с пулемётной турой сверху, и пристроились за нашим грузовиком, замыкающими.

 Откуда –то спереди раздался рёв воздушного сигнала, и колонна тронулась с места. Как же необычно, что не слышно рёва танковых моторов, и гула движков грузовиков, только шелест колёс, да приглушённый лязг гусениц. Проехали КПП, и техника набрала приличную скорость, судя по всему, ехали по окружной дороге какого –то большого города, изредка проносились встречные легковушки.

- Это сейчас так летим, потом красться будут, - прервал общее задумчивое молчание Роман. - Повстанцы любят фугасы закладывать, в прошлый раз, когда ехал на «девятку», в кашу разнесло головной броневик, и потом обстреляли из леса, но это уже глубоко на «Грязях» было. Тут курорт, буферная зона.

- А территорию повстанцев разве не блокировали? – спросил я его.

- Да, там по периметру так их обложили, мышь вроде не должна проскочить, а они лезут и лезут откуда –то. Я узнавал, сейчас затишье, не стреляют толком уже месяц, Саймон вроде как, даже послов отправил к Петру, это радует.

- Чё за Василич?

- Хороший мужик, бывший вояка, сейчас на «девятке» заключённых охраняет. У нас с ним старая дружба, ещё до того, как я попал за решётку. Он похлопочет, нас всех вместе стаей куда и определят, не раскидают, как других.

- Хороший друг! – согласился я, посмотрев на конвоира, сидит рядом с водителем в джипе, и с прищуром смотрит на нас.

- Я всё спросить хотел, - осторожно задал вопрос Роману. – Эти повстанцы, они кто?

- Да ты что? – удивился тот. – И этого не помнишь?

- Ну! – сокрушённо согласился я.

- Это те, кто поддерживает царя Петра, при нём порядок был, все работали, боролись с Грязными территориями, пытаясь их остановить, множество раз смельчаки ходили к самой установке, хотели выключить её. Да вот не получалось.

- Что за установка?

- Говорят в центре «Грязей» стоит некая машина –устройство, которую проектировали ещё в давние времена. И она должна была делать материальные вещи из ничего. Так работала, всё было нормально, пока не задумали сделать человека. И тут она вышла из под контроля, мгновенно появилась Грязная территория, с мутантами и аномалиями. Через разные интервалы времени, из установки происходят выбросы колоссальных объёмов энергии, и они рождают монстров и аномальные образования.

- Почти как наша Зона! - подумал я, а вслух сказал:

- А чего не могут выключить её, или взорвать?

- Взрывать не нужно! – уверенно ответил Роман. – Один раз пробовали, так «грязи» чуть не поглотили всю планету, обошлось. Это установка знак дала – не стоит. А вообще, говорят, она выполняет желания тех, кто к ней приходит, вот только назад сложно уйти, может не отпустить.

- Монолит! – пробормотал Саша Пушкин. – Это Монолит!

- Чего? – переспросил наш атаман. – Какой монолит?

- Её так ещё называют! – ответил дед, и отхлебнул воды из бутылки.

Жарко, сам терплю сижу, воду экономлю, не известно, сколько ещё ехать.

- Не слышал, - отмахнулся Роман, и продолжил. – В общем, при Петре нормально жилось, но его сгубило то, что он не пользовался дарами «Грязей», и то, что он так и не мог толком остановить рост Грязных территорий, мутанты носились чуть ли не по всей стране, и народ прятался от них в больших городах крепостях, а днём ловили монстров, бумажных денег не было, этих фантиков. Расчёт шёл за золото, попробуй кто кого обмануть, или вообще убить, так каторги не избежать. Но появился Саймон Вирус, захватил власть, он первым делом поставил какие – то антенны, и при их помощи остановил рост проклятых территорий. И всё, снёс крепости, потому что мутанты остались по ту сторону антенн, как и аномалии, понастроил городов и дорог, ввёл доллары, подсадил народ на сепулин. И расплодил дикую коррупцию, вовсю пользуется «Огнями», добытыми на территории, или выращенными на фермах.

Ну, всяк лучше, чем прятаться по крепостям, - почесал я голову. – По мне, так хрен с коррупцией, если не лох, проживёшь, я вон, давеча в журнале читал, что хотят пособие по безработице поднять с пятьсот долларов до шестьсот, чё не жить?

- А вот не нравится многим! – пожал плечами Пушкин. – Я и сам удивляюсь…

- А повстанцы так и живут в крепостях? – спросил я у Романа.

- Ну да!

- А Установка эта за кем осталась?

- Она на территории Саймона, к ней не подойти за десять километров, сплошь аномалии и пространственные пузыри, но всё равно Установку опоясали линией укреплений, а повстанцы с завидным упрямством их штурмуют. Это и есть Девятый сектор.

- Долго ещё ехать? – спросил Антон.

- Долго. По идее, заночуем в форту «Первый», а потом всё, добро пожаловать в ад.

 

    К темноте прибыли в форт. Это было старое огромное сооружение, опоясанное широким рвом, наполненным водой. Высота стен форта метров под тридцать, сложены из огромных камней – валунов, множество окон- бойниц, на самом верху что –то похожее на наши зенитные установки, часовые грозно взирают в даль, освещенную десятками прожекторов. По откидному мосту проехали внутрь, и ещё минут пять куда-то не спеша катили.

  Машины резко остановились, и мы покинув кузов грузовика, под стволами автоматчиков двинулись к массивной железной двери в стене. За ней спуск по каменным ступеням, затем широкий коридор, какие-то камеры с решётками, как в средневековой тюрьме, чем-то напомнило клетки зоопарка.

Вот по этим клеткам нас и рассадили, выделив по упаковке сух-пая и бутылке воды. Нашей стае досталась самая просторная хата, гора соломы, ни лавок, ни нар, дырка в полу, вероятно «очко». Пипец, окон и то нет, лишь тускло светят обсиженные мухами лампочки.

- До утра тут будем! – произнёс Роман, а один из его «одноликих» неожиданно добавил:

- Скелет убрали!

А я уже подумал, что те пятеро хлопцев немые, за всю дорогу не произнесли ни слова.

- Что за скелет? – спросил Антон, завалившись на солому в дальнем углу.

- Да тут в камере напротив скелет был, говорят, лет сто лежал, фиг его знает чей, ну прямо как достопримечательность, или визитная карточка данного заведения. Кому-то из начальства, видимо, не понравился…

- Весёлое местечко! – усмехнулся Саша Пушкин, вскрывая упаковку пайка. – Что-то ломит всего, видно Выброс скоро.

И точно, я сам почувствовал, к своему удивлению, что в воздухе набирает мощность движение могучих энергий, виски сжало болью, я опустившись на пол, зарылся в колючую солому.

 Через минуту забылся в тревожном сне. Снилось бескрайнее болото, я стою на ржавой вышке, а рядом со мной Дубяра, смотрит в даль, молчит. Повернулся к нему и тут же отскочил в сторону от ужаса – это был зомби, причём в плачевном состоянии, совсем подгнивший.

- Ну что Мясо, всё бегаешь? – спросил мёртвый сталкер, из его рта на железный пол посыпались личинки. – А меня и похоронить некому…

Он вытащил из кармана броне-костюма обрывок карты, и сунул мне его в руки.

- Тут схрон мой старый, тебе пригодится…

Подорвался, весь в липком поту, все молчат, большинство спят, лишь Антон молча смотрит в одну точку на каменной стене.  Выброс в разгаре, голова совсем разболелась, и сон этот, как на яву, так реально… И тут только до меня дошло, что у меня в руках эта самая карта, что дал Дубяра, а по ней ползёт опарыш. Подскочил чуть ли не до потолка, такая жуть взяла, не передать. Взглянул на карту, лежащую на соломе, так знаю то место, у Рыжего леса, три камня, пять метров влево, будет схрон.

- Только потом похорони меня по –человечьи! – донеслось из тёмного угла. Присмотрелся, а там Дубяра стоит. Тут я и заорал…

 

- Что с ним? – услышал, как из далека голос Романа.

 Открыл глаза –лежу на полу, мужики обступили меня и смотрят тревожно.

- Чё случилось? – спросил я у них, неужели это всё было сном? Прислушался к Выбросу - уже прошёл, и следа не осталось.

- Да спал вроде, а потом как заорёшь! – ответил Сергеевич, пожимая плечами. – Как будто с тебя шкуру живьём спускали. Что хоть снилось?

- Да знакомый один, один из последних, кого я помню. Только во сне он мёртвый был, просил его похоронить.

- Понятно! – улыбнулся краями губ Роман. – Ко мне во снах тоже друзья погибшие приходят, но похоронить не просили вроде ещё.

- Ну и сны у вас… - пробормотал Эрнест Матвеев откуда –то из под соломы. – Свихнуться можно.

- Это тебе не эротическими снами по ночам мучиться! – усмехнулся Антон. – Хотя, чую, скоро и самому тётки голые сниться будут. Как там, на «девятке», есть хоть одна баба?

- Не, баб там нет! – улыбнулся Роман. – Но за пайку сепулина можно договориться некоторыми тамошними обитателями. Они и жопу побреют, и губки подкрасят, хрен поймёшь, что не баба.

- Да уж нет, спасибо! – нахмурился Антон.

- Так или иначе, но когда ты в следующий раз увидишь женщину, то тебе точно будет не до любви. В отличие от военных, заключённым не дают противорадиационные препараты, так что тебе твой свисток уже не пригодится. Нам с Полем, - он кивнул на парня, что заметил исчезновение скелета. – Повезло, Василич не дал пропасть, но сейчас с этим вообще строго, не достать лекарство.

Судя по всему, парень об этом толком не думал, и теперь совсем поник, погрузился в тяжёлые мысли. Затем спросил:

- А есть возможность бежать?

В его глазах я увидел полное осознание той участи, что уготовила нам местная машина правосудия.

- Знаешь, что бывает за организацию побега? – на бедолагу уставился немигающим взглядом Поль. – Отвезут на ферму, и живьём скормят аномалии. А потом полученный из твоего тела «огонь» будет трудиться под капотом автомобиля, во славу империи.

- Ни хрена себе! – удивился я. – Это что, в самом деле?

- Нет, я дурака из себя тут строю! – глухо ответил парень, и в его глазах загорелись недобрые огоньки. – У меня отец с братом были повстанцами, так их за это приговорили к ферме. – Он посмотрел на меня. - Ты спрашивал, почему народ симпатизирует Петру? Потому что в каждой семье есть тот, кого превратили в «огонь». На первых порах правления Саймона, много людей превратили в эти мерзкие штуки.

- Ну а всё –таки, варианты сбежать есть? – не унимался здоровяк.

- Без специального снаряжения ты не проживёшь здесь и дня!

Парни замолкли, и в тишине отчётливо шикнула, перегорая, лампочка. Наша сторона коридора погрузилась в полутьму, а Саша Пушкин произнёс:

- Мама Зона желает всем спокойной ночи, хорош трепаться, уважим её.

- И в правду, давай, всем отбой! – поддержал его Роман. – Завтра думается, будет утомительный день.

 

И вот мы опять стоим с Дубярой на вышке. Мне больше не страшно, а просто жаль этого парня.

- Ты главное, не забудь меня похоронить! – напомнил тот, и начал спускаться по шатким ступенькам, затем обернулся. – Машку –то проводил в последний путь как положено! Ладно, удачи.

И мертвец исчез, словно растворился в воздухе.  Ну а я спустился на землю, и пошёл по дороге к какому –то хутору, лёгкий ветерок приятно обдувал тело. Взглянул на себя и заметил, что иду в своём спортивном костюме, на ногах неплохие кроссовки. Зашёл во двор, и сел у колодца, а на душе тишина и покой…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рейтинг: 0 184 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!