Мадам "Семнадцать"

11 февраля 2014 - Татьяна Сергеева

 

 

                                 

                                                                          

 

 

 

 

 

                                                                                                 Татьяна Сергеева

               

                 

                                                   МАДАМ СЕМНАДЦАТЬ

 

 

                                                                                             Дом. тел. 533-00-93

                                                                                             Моб. тел. 8-911-945-56-41

                                                                                              E-mail: tina.pes@mail.ru

 

 

                                                      

 

 

 

 

 

 

 

 


 

                                        ДЕЙСТВУЮЩИЕ  ЛИЦА:

 

 

 

                  Матильда Кшесинская  ( княгиня Матильда -  Мария Красинская - Романовская)

                  Наследник, затем император Николай Второй

                  Великий князь Сергей Михайлович,  генерал - фельдцейхмейстер всей русской артиллерии ,президент Русского театрального общества   

                  Великий князь Андрей Владимирович,  генерал лейб-гвардии конной артиллерии

                  Великий князь Кирилл Владимирович , глава Императорского дома в изгнании                                                                                               

                  Кшесинский Феликс Иванович, отец Матильды

                  Дягилев  Сергей Павлович,  антрепренёр                              

                  Директор Императорских театров

                  Балетоман                

                  Партнёры Матильды, балетмейстеры, педагоги балета  

 

 

 

         В пьесе использована  статья В. А. Теляковского, посвящённая балетоманам

 

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 


                                                Монте-Карло.  1920 год.

 

 Казино. Слышны реплики крупье.  Андрей Владимирович ждёт Матильду.

 Матильда (входя)  Прости, Андрей. Ты давно ждёшь?  Мне только сейчас передали….

Андрей.   Разве ты не играла?

Матильда. Играла. Кое-что выиграла, проиграла -куда больше ...

Андрей.     И опять ставила на семнадцать?

Матильда. Конечно. Всегда только на семнадцать….

Андрей .    И ты мне когда-нибудь объяснишь, почему ты выбрала это число?

Матильда. Мне  кажется, что когда-нибудь оно принесёт мне удачу.

 

Входит Дягилев. Не сразу узнаёт Матильду и Андрея.

 ягилев.    Какая встреча! Матильда Феликсовна!  Великий князь Андрей Владимирович!

Матильда. Здравствуйте, дорогой Сергей Павлович! Бесконечно рада Вас видеть!

Андрей.     Очень рад…

Дягилев.    Вот где пришлось встретиться!.. Всё, теперь я понял… Это Вас, дорогая, зовут здесь "Мадам семнадцать"… И как же я не догадался прежде… Кто в Петрограде не знал, что при игре в рулетку госпожа Кшесинская выбирает только цифру семнадцать!..

Андрей.      Мы только что об этом говорили…

Дягилев.     Матильда Феликсовна, если бы Вы знали, дорогая, как я искал Вас! Где только не искал -  и в Каннах, и в Ницце, и в Париже пытался… Послушайте, кончилось страшное время, три года испытаний позади… Вспомните, Вы - гениальная танцовщица, пора возвращаться на  сцену. Вся моя труппа будет очень рада… Вот прямо сейчас - соглашайтесь!

Матильда.  Не могу  сказать, Сергей Павлович, как мне лестно  слышать это от Вас… Вы словно забыли, что мне уже сорок восемь лет…

Дягилев.     Пустяки! Я  нисколько не сомневаюсь…

Матильда.  Друг вы мой дорогой… Конечно, дело не только в возрасте… Если бы я хотела танцевать также, как в годы наших великих баталий с Вами, меня бы ничто не остановило…

Дягилев.     Так что же мешает Вам нынче? Вы - прима-балерина Русского балета…

Матильда.   Императорского балета, позвольте Вас поправить… Императорского балета, которого не существует более двух лет. Нет Императорского балета, нет и прима-балерины. Нет, дорогой Сергей Павлович, я не вернусь более на сцену. Теперь моя империя - это мой дом, мои близкие…

Андрей.     Сергей Павлович, виллу нашу найти очень легко, это отсюда совсем близко…Приезжайте в любое время без церемоний.

Матильда.   Пожалуйста, Сергей Павлович,  я просто прошу Вас об этом. Мы живём открыто, и друзьям всегда рады.

Дягилев.   Благодарю Вас, и непременно воспользуюсь приглашением.  И не теряю надежды, Матильда  Феликсовна, уговорить Вас вернуться на сцену. Впрочем, помню прекрасно, как трудно уговорить Вас отказаться от своего мнения.

 

                                          Все смеются.

  

Матильда.(увидев  накрытый стол)  Андрей, милый, спасибо…

Андрей.    Сегодня - наш день, и мне хотелось, чтобы всё было как в старые, добрые времена… Как хорошо  было бы заказать тебе какой-нибудь прекрасный подарок от Фаберже…

Матильда.  Не думай об этом, Андрей… Те сапфиры, которые ты подарил мне на наш десятилетний юбилей мне удалось вывезти… Хочешь я их надену? Правда, мой остальной туалет… О чём ты постоянно думаешь, Андрей?  Что с тобой? Что-нибудь случилось?

Андрей.  От тебя невозможно что-нибудь скрыть… Мне не хотелось портить тебе вечер…(протягивает телеграмму).

Матильда.(читает) " Ваше высочество Великий Князь Андрей Владимирович… Спешу сообщить, что Великая княгиня Мария Павловна, Ваша матушка, тяжело больна…  Опасность для жизни… Доктора надеются…. Великий князь Кирилл Владимирович изволит прибыть"…  Когда ты едешь, Андрей?

Андрей.    Ближайший поезд только утром. Ах, мама, мама… Она не смогла пережить свой отъезд из России…

Матильда. В этом нет её личной вины… Она не покинула страну, пока была надежда…Великая княгиня Мария Павловна всегда была воистину  Великой княгиней. Я  преклоняюсь перед ней.

Андрей.    Это правда? И ты ни в чём не винишь мама? Эти двадцать лет… Мы были молоды двадцать лет назад, красивы… Мы так любили друг друга… И кто знает, если бы не мама…  Она думала о судьбе России, о судьбе царской фамилии…

Матильда. Ничего не поделаешь, дорогой. Ты - Романов. Послушай, милый… Когда-то ты купил для меня эту виллу… Каким счастливым убежищем стала она теперь для нас… Да, Россия далеко, но и большевики далеко, нам ничто не угрожает.  Наш дорогой сын, наш Вово с нами. Когда вы оба рядом со мной - я счастлива. И так было всегда.

 

                                        1892 год .  Дом Кшесинского.

   Матильда.( в восторге кружит Наследника) Я счастлива, счастлива, счастлива!..

Наследник.( встаёт перед ней на колено)Целую ручки моей прекрасной пани… ( Ловит её руку, рассматривает браслет) Как великолепно смотрятся бриллианты на этой прелестной ручке…

Матильда.Твой подарок… Я  не сниму этот браслет ни за что на свете…

Кшесинский. Маля, наше положение становится затруднительным…

Матильда. Папочка, милый, ты всё преувеличиваешь…

Наследник.(разглядывая браслет) А что здесь успела выгравировать прелестная пани?

Матильда. Две даты - самые важные в моей жизни. Ты видишь? Тысяча восемьсот девяносто и тысяча восемьсот девяносто два…

Кшесинский. Должен тебе сказать, Маля… Императрица крайне недовольна увлечением Наследника. Через флигель-адъюданта она просила меня под любым предлогом отказать ему от дома.

Матильда. Папочка, ты всё на свете понимаешь… Я так люблю Ники..

Наследник. Объясни, дорогая, что за даты?

Матильда. Ах, Ники… Ты такой недогадливый… Мы впервые встретились с тобой на выпускном экзамене в Театральном училище, ты помнишь?

Наследник. Да, моя прелестная пани…

Матильда.  Мне было семнадцать лет, и теперь на всю жизнь число семнадцать будет для меня счастливым числом…

Кшесинский. Маля, ты влюблена в Наследника Русского престола… Ты это понимаешь? Ты любишь Романова, а это значит, что вы никогда не сможете быть вместе. Вам придётся скоро расстаться.

Наследник. А тысяча девятьсот девяносто второй?

Матильда. Нынешний год.  Ты впервые пришёл ко мне в этом году… Я ничего не хочу слышать, папа. Я  знаю, что всё это очень скоро  кончится. Папа, дорогой, если ты меня любишь, позволь мне, хоть немного, побыть счастливой. Я не хочу сегодня думать о том, что будет завтра. Ну, а теперь, Ники, скажи мне, ты видел меня вчера в "Пиковой Даме"? Понравилась я тебе?

Наследник. Маленькая госпожа Кшесинская в моей любимой Пасторали была просто обворожительна…

Матильда. А в прошлую среду, когда давали  " Спящую красавицу"… Ты был в театре, Я  видела… Моя Красная шапочка…

Наследник. О, Красная Шапочка… Когда она делает вот это движение…

Матильда. Ники, Ники… Ты так смешно показываешь… Ну-ка ещё раз!

           Наследник, подпевая, изображает Красную Шапочку,  Матильда - Волка.

Кшесинский. Ваше Императорское Высочество, из Дворца  прибыл флигель-адъюдант, непременно хочет Вас видеть…

Наследник.  Прости, дорогая. ( Выходит).

Кшесинский. Маля, я не могу оставить без внимания просьбу императрицы.

Матильда.   Папа, я очень люблю и тебя и маму. Я не хочу, чтобы вы имели неприятности от Двора…Папа, мы с сестрой давно решили… Не знали, как сказать… Папа, позволь нам съехать от вас и жить своим домом…

Кшесинский ( подумав) Возможно, это - единственное решение. Мы  переговорим об этом с твоей матерью.

 

                                            Входит Наследник.

 Наследник. К великому сожалению, я должен откланяться. Император требует  меня к себе. Прощай, моя пани. Прощайте, любезный Феликс Иванович. Всегда с превеликим удовольствием наблюдаю Вас в мазурке… Должен признать, равных Вам нет в этом       танце…

Кшесинский. Благодарю Вас, Ваше Императорское  Высочество.

Наследник.   Не провожайте меня. Флигель-адъюдант ждёт  внизу. (Выходит)

Кшесинский. Тебе пора отдыхать, Маля. Завтра спектакль.

Матильда.     (задумчиво) Папа, ты веришь, что я стану великой танцовщицей?

Кшесинский. (серьёзно) Возможно.

Матильда.    Так веришь или нет?

Кшесинский. Для этого надо очень много работать.

Матильда.    Вот завтра и начнём. Наследнику нравится мазурка, вот с неё и начнём.

Кшесинский. А когда ты станешь великой танцовщицей, что будут делать на сцене Императорского балета итальянки?

Матильда .   А мы прогоним итальянок, папа!  Долой, долой, долой!

 

Сцена словно разделена на два класса. Матильда перебегает из одного в другой, занимаясь сразу с двумя педагогами.

 1-ый педагог. Пожалуйста, мягче, дорогая… Вы ведь можете ещё мягче…

2-ой педагог.  ( с итальянским акцентом) И… Острее… Ещё острее!

1-ый педагог. Закройте ручку! Уберите пальчики… Вот так...  Локоток, локоток опять вылез, дорогая… 

2-ой педагог. Ещё раз!  И ещё!  Повторять!   Повторять, повторять!

                                  Матильда работает у станка.

  

                                                  1893 год.

                                        Матильда и  Ники.

 

 Матильда Что с тобой, Ники?  Что случилось, дорогой?

 Наследник. Наверно, я не должен тебе говорить... Это причинит тебе боль...Но мне больше не с кем поделиться...  Ты сейчас для меня самый близкий человек....

 Матильда. Успокойся, дорогой... Сядь вот здесь...  Тебе принести чаю или, быть может, шампанского?

 Наследник. Нет, нет. ничего не надо...

 Матильда. Хорошо, хорошо... Дай мне свои руки... Ну. вот... А теперь расскажи мне всё... Я не боюсь страданий. Я к ним готова.

 Наследник . Я только что очень серьёзно поссорился с императором и мама... Они ничего не желают слушать. Они меня просто не слышат!

 Матильда. Пустяки, Ники... Кто из нас не ссорится с родителями! Император так любит тебя, а императрица просто обожает...

 Наследник. Нет, Маля, нет! ( Забывшись) Они запретили мне даже думать об Аликс... Сначала мне прочили французскую  принцессу, теперь принцессу Маргариту Прусскую... Я сказал государю, что если мне не будет позволено  свататься к Аликс, я просто уйду в монастырь!

 Матильда. Я  не узнаю тебя, Ники!  Ты такой всегда мягкий, деликатный, выдержанный, и вдруг... Ты сейчас словно в горячке...

 Наследник. ( Задумчиво глядя на неё)  Послушай, Маля... Давай уедем за границу... В Париж... Или в Италию... При тех условиях, которые мне ставятся, Я не желаю быть Наследником! Я готов жить тихой спокойной жизнью, как частное лицо... Давай уедем... Немедленно!  Завтра...

 Матильда. ( Отодвинувшись)  Ники...

 Наследник. Ты успеешь собраться... Много ли у тебя вещей... Господи, как это будет прекрасно: с тобой, вдвоём... Я так устал от этой постоянной борьбы, этих бесконечных ссор и споров...

 Матильда. Ники! Остановись... Опомнись... Куда мы уедем?... О чём ты говоришь! Какое частное лицо?! Я не допущу этого... Ты - Наследник, и когда-нибудь будешь императором. А я... Я всю жизнь буду гордиться тем, что была когда-то рядом с тобой. Я - твой друг, Ники... Я - твой самый преданный и любящий друг. Именно поэтому я никуда с тобой не поеду. Ты должен быть там, где ты есть, и тем, кем создал тебя Бог...

                           Наследник молчит, приходя в себя.

 Матильда. А почему император не хочет, чтобы Алиса Гессенская...

 Наследник. Они с мама думают о будущем Российской династии... Это - государственная тайна, Маля, но я верю тебе... В роду Аликс есть тяжёлое наследственное заболевание...

                                            Пауза.

 

 Матильда. Говорят, она очень красива, твоя принцесса  Алиса Гессенская...

Наследник. Господи, дорогая... Прости, прости меня... Я понимаю, как тяжело тебе слушать всё это, давать какие-то советы... Прости меня... И прощай... Мне необходимо вернуться в Красное село до темноты...

Матильда. Да,  да , Ники... Прощай, мой дорогой, мой Любимый...

Наследник. (Уходя, вдруг останавливается) Маля...

Матильда. Да, мой дорогой...

Наследник. Спасибо...

Матильда За что?

Наследник. За то, что не согласилась со мной уехать.

                               Уходит.

Матильда. Я  люблю Наследника, дорогой. Я очень его люблю. И не позволю ему наделать глупостей!
 

                                Появляется Петипа, закутанный в плед, что-то насвистывает.

 Матильда. Мариус Иванович, прошу Вас…  Поставьте для меня Эсмеральду!  Я так давно мечтаю!

Петипа.     Ма веlle,  а ты любил?

Матильда. Да, да! Я люблю!  Я безумно влюблена!

Петипа.      А ты страдал, ма веllе?

Матильда.  Бог мой, Мариус Иванович!  Разве это так необходимо?!

 

                                     Петипа уходит, насвистывая.  

                   Вариация из балета «Тщетная предосторожность» 

 

                                      1894год. Наследник и Матильда.

 Наследник. ( Целуя Матильде руки. Печально) Прощай, моя милая пани…

Матильда . ( плача) Прощай, Ники… Ты мне позволишь и впредь тебя так называть?

Наследник.  Послушай, дорогая…  Чтобы со мной в жизни ни случилось, наша встреча с тобой останется для меня самым светлым воспоминанием. И я всегда буду для тебя "Ники",  и, если ты будешь писать ко мне, то только на "ты".…

Матильда. Ники, дорогой. Пожалуйста, запомни, что я тебе скажу… Я обещаю тебе, Ники, нет… Я обещаю Вам, Ваше Императорское Высочество… Я  клянусь… Я буду первой артисткой Императорского балета… Я преодолею все технические сложности, я добьюсь самой выразительной мимики… Я буду первой! Ты веришь, Ники? Ты веришь мне?

Наследник. Верю, Маля, верю… Но это будет очень трудно…

Матильда. Я знаю, Я должна быть очень сильной. В театре столько завистников… Теперь они будут постоянно мешать мне..

Наследник. Маля, позволь и мне дать тебе обещание… Я буду внимательно следить за твоими успехами, я буду помогать тебе. Обращайся в случае нужды ко мне непосредственно или через Великого князя Сергея Михайловича. Он - президент Российского Театрального общества и обещался мне поддерживать тебя всячески  как близкий человек и как официальное лицо… Теперь, увы, дорогая, мне надо идти… Прощай, Маля…

Матильда. Прощай, Ники…

                   Наследник хочет уйти, но Матильда останавливает его.

 Матильда. Ники!

                 Наследник оглядывается.

 Матильда. Отныне у каждого из нас будет своя империя, Ники. Моя империя - это сцена Императорских театров. И я буду там императрицей!

 

                  Николай Легат и Матильда. Урок. Матильда пытается  делать фуэте, но падает на каждом третьем-четвёртом.

 егат.       Ещё… ( После очередного падения) Ещё раз…

               Матильда настойчиво повторяет, падает снова.

 Легат.      Не понимаю…  Что-то здесь не так… Какая-то ошибка в технике…

Матильда. Вчера Леньяни направилась в репетиционный зал, и я пошла за ней, хотела посмотреть урок… Так знаешь ли, Коленька, она молча закрыла дверь перед моим носом и заперла её изнутри на ключ…

Легат.       То, что делает Леньяни, исполняя свои знаменитые фуэте, имеет отношение к  балету весьма отдалённое. ( Показывает) Сначала мы останавливаем оркестр, потом находим место на сцене… Ощупываем его ногой, вот так… И только после этого делаем знак дирижёру… ( Матильда смеётся) Нет, Малечка, мы во что бы то ни стало должны взять эту техническую крепость, но акробатикой мы заниматься не будем. Это будет настоящий балет.

Матильда. Императорский балет…

Легат.         Вот именно - Императорский балет… Вот что, Малечка. Сегодня вечером мы идём на спектакль  Леньяни.  И внимательно следим за её фуэте… Давай попробуем разделить это движение на фрагменты… Ты следи за ногами и корпусом, а я буду  следить за руками и головой…  Будь предельно внимательна.  И мы разгадаем её фокус.  До вечера, дорогая… ( Уходит).

Матильда. (Одна). Ну, вот, Ники, и первая трудность, о которую я разбиваю лоб. Леньяни делает тридцать два фуэте, не сдвигаясь ни на сантиметр, а я падаю на четвёртом вращении… Мало того, что она выполняет  свой номер легко, она тут же повторяет все тридцать два на бис… А тут ещё балетоманы взяли привычку вслух фуэте считать… Но, Ники, дорогой…  Я поклялась тебе, что буду сильнее итальянок, и я буду лучше их, чего бы мне это ни стоило!

 

                   Встаёт и снова пытается делать фуэте. Вбегает Легат.

 Легат.        Ты видела, Маля?!  Ты поняла?

Матильда.  Почти… 

Легат.          А я всё понял.. Встань здесь. Вот так. Закрепи спину, а главное шею и голову и смотри мне прямо в глаза…  Ты понимаешь, я поймал её взгляд. Она всё время глядит в одну точку…  Смотри мне в глаза!  Начинай вертеть, и каждый раз смотри мне прямо в глаза… Начинай!  В глаза!.. Так… В глаза!..  держись! Держись! В глаза,..

 

            Матильда провертела достаточное количество фуэте. С радостным   визгом бросается на шею Легату.

Матильда. Коленька, Коленька… Какой же ты умница!  Мы разгадали её тайну! Теперь только работа…

Легат.        Только работа. Но это ты умеешь…

 

                      Матильда делает тридцать два фуэте, садится на пол, плачет.

 

Матильда. Я  сделала… Ники, дорогой, я сделала тридцать два фуэте. И могу ещё больше. Но никогда не буду делать,  потому что я - балерина, а не  цирковая акробатка.

                                 Насвистывая, появляется  Петипа.

 Матильда. Мариус Иванович, я сделала тридцать два фуэте. Теперь дирекции Императорских театров нет нужды заключать контракты с итальянскими балеринами. Императорский балет имеет свою танцовщицу, обладающую не меньшей виртуозной техникой.

Петипа.     Ма веllе,  я видел тебя вчера на сцен… Ты сколько угодно можешь делать свой сумасшедший штук, но ты должен быть принцесс Аврора, а не её горничный…                             (Уходит).

   

                                   Вариация Авроры

 Матильда.   Дорогой Ники! Обращаюсь к тебе, воспользовавшись правом, которое ты мне дал - обращаться к тебе непосредственно.  Конечно, как я и предполагала, едва только ты женился, в театре меня начали травить… Не смотря на то, что технически я переросла и Леньяни, и Гримальди и других менее совершенных балерин, меня постоянно отстраняют от спектаклей по воскресеньям.  Кто-то за моей спиной решает, нужно ли тебе меня видеть или нет. Все знают, что ты с императрицей бываешь в балете по воскресеньям, меня же постоянно занимают в спектаклях по средам. Среди артистов царит  такое настроение, что все говорят, что если танцует Кшесинская, то императора ни за что на спектакле не будет… Ники, дорогой, я считаю, что когда император с императрицей приезжают в театр,  то на сцене должны быть заняты лучшие в Императорском театре исполнители, а не случайные посредственности или иностранки. Что касается меня, то  я считаю всё происходящее оскорблением меня перед труппой, и, если подобное положение не изменится,  я не смогу далее считать для себя возможным продолжать службу в Императорском театре…

 

                           Уборная Матильды.  Антракт.  Стук в дверь.

 

Матильда. ( недовольно) Кто там ещё?

Голос Сергея. Великий князь Сергей Михайлович.

Матильда. ( Бросается к двери) Серёжа!  Господи, наконец-то!..

 

                   Входит Сергей. Обнимает Матильду.

 

Сергей.      Здравствуй, дорогая…   Я только с поезда - и сразу в театр…

Матильда. Ну, и как поживает наша артиллерия? Стреляют пушки?

Сергей.     Стреляют, стреляют. И, кажется, неплохо стреляют. Сядь, дорогая, я посмотрю на тебя… Это ничего, что я вошёл?  Я  знаю, ты не любишь  принимать во время спектакля…

Матильда. Это к тебе не относится… Я тебя очень ждала…

Сергей.     Неужели правда?            

Матильда. ( Смутившись) Прости, Серёжа, но мне опять очень нужна твоя помощь. Поговори, пожалуйста, с Ники… Он сейчас в зале… Такого удобного случая просто представить невозможно… Ты сейчас же сможешь с ним всё решить… Ники…

Сергей.     ( Грустно) Опять - Ники… Только Ники…

Матильда. Прости, Серёжа… Но разве я виновата?  Наверно, я выгляжу такой неблагодарной… Ты постоянно балуешь меня,  даришь необыкновенно красивые и дорогие подарки. Фаберже, выполняя твои заказы для меня,  самого себя превосходит… Ты исполняешь все мои просьбы и капризы,  чего стоит  купленная для меня прелестная дача в Стрельне… А я ничем тебе не могу ответить, кроме нежной привязанности и благодарности. Прости, милый. У меня душа совсем пустая…  Я не могу забыть Ники

Сергей.     Вы артисты - Божьи люди…Иногда сами не понимаете, где кончается сцена, и начинается жизнь... Ники - Российский император, Маля. Он влюблён в императрицу, обожает свою маленькую дочку и мечтает о Наследнике... И всякие романтические вздохи о нём сейчас неуместны. Иногда мне кажется, что ты любишь... как бы это поточнее выразиться... свою любовь к нему... Ну, ну... Не надо злиться... Мы так давно не виделись,  я очень соскучился по тебе... Ники ради памяти о своей романтической  юношеской любви всё для тебя сделает.  Что я должен ему передать?

Матильда. Готовится парадный спектакль по случаю коронации…  Дирекция сочла моё участие в нём неуместным… Главную роль  танцует Леньяни, заняты лучшие силы Императорского балета, а я отстранена…

Сергей.     Возмутительно! В любом случае я должен доложить императору о своём приезде… Я сейчас же пройду в Царскую ложу  и попрошу Ники меня выслушать. Ты будешь участвовать в парадном спектакле!

Матильда. Серёжа, спектакль срепетирован. Все роли распределены, нет ни одного музыкального куска…

Сергей.     Пустяки!  Дриго напишет вариацию специально для тебя, сегодня ночью и напишет. Петипа завтра же начнёт с тобой репетировать. Ты прекрасно подготовишься…

 

                                   Стук в дверь.

 Матильда. Кто там? Войдите!

 

                            Входит капельдинер с корзиной цветов.

 Матильда. Поставьте там.  ( Капельдинер  ставит  цветы, выходит. Матильда вынимает из корзины записку, читает) Это балетоманы! Послушай, Сергей, балетоманы устраивают сегодня мне ужин у Кюба…  Эти вечера так весело проходят!  В прошлый раз мы  засиделись до утра. Пойдёшь со мной?

Голос.       Матильда Феликсовна,  пожалуйста, на сцену!

Матильда. Мне пора, Сергей. ( Целует его) Так сделай, пожалуйста, что обещал!

             

                                       Вариация на музыку Дриго.

              На фоне последних тактов  за сценой возникают голоса  газетчиков.

 "Благодаря своим блистательным способностям и неустанной работе наша замечательная балерина…"

"Это был полный триумф нашей замечательной танцовщицы госпожи Кшесинской…"

" Этот успех радует наших соотечественников прежде всего потому, что одержан воспитанницей нашей русской национальной школы…"

 

                     Авации, крики " Браво, Кшесинская!"

        Балетоманы вносят Матильду на стуле, она в пышном венке, с цветами в руках.

 Матильда. Господа, господа, благодарю вас!..

      За кулисами  слышен шум подъезжающего экипажа, реплики " Распрягай!", шум, смех.

 Голос.    А теперь взялись!..  Раз, два, три!... Поехали!

 

                                             Появляется Балетоман.

Балетоман.  Ах, молодость, молодость... Выпрягли лошадей из экипажа и повезли любимую артистку на руках  до самого дома... И я когда-то также впрягался в экипаж Фанни Эйслер... Это было так давно,  я постарел, и мои друзья совсем седыми стали, только любовь наша к балетным артисткам осталась прежней...  Э, я вижу наше восхищение  их искусством кажется вам несколько преувеличенным, не так ли? Но для нас, балетоманов, в искусстве артисток Императорского балета  есть нечто для прочих, совсем, быть может, неуловимое... Я сейчас попробую объяснить...

                          Балет в России, и особенно в Петербурге, искони почитается за дело                     важное, важнее многих других  на вид серьёзных государственных дел, и  по достоинствам своим  вне конкуренции. И мы, балетоманы, оберегатели и хранители балетных традиций, считаемся людьми не только серьёзными и полезными, но и необходимыми... У настоящего балетомана влечение к балету основано прежде всего на настоящей неподдельной любви к очаровательным молодым исполнительницам танцев.

                          Когда Вы входите в Мариинский театр в день балетного спектакля, Вы сразу отличаете  настоящих балетоманов. Подойдя к своему месту, балетоман никогда не садится сразу. Сначала он, если абонирован в первом ряду, говорит несколько приветливых  слов оркестрантам. Затем, облокотившись о барьер оркестра, оглядывает публику  в бинокль, дабы убедиться, все ли на месте, кто пришёл вместе с ним порадоваться успеху его балетной птичке.  Ну. а как только поднимется занавес, все балетоманы, как по мановению волшебного жезла, наводят самые разнообразные оптические инструменты на сцену, и на лице их можно ясно заметить блаженную улыбку. Со сцены - мгновенный ответ. Устанавливается общий любовный ток между дорогой балетной птичкой и её почитателем, устанавливается и продолжается во время всего действия... По окончанию акта  более важные и влиятельные балетоманы идут в кабинет полицмейстера Императорских театров, другие- расходятся по коридорам, буфетам и фойе, разнося с собой флюиды горячей любви, восторга и умиления - повсюду только и слышно о ножках, плечиках и глазках...

                          Если бы меня спросили, какой состав балетоманов в Петербурге, я бы затруднился ответить. Тут и лица государевой свиты, и придворные,  и генералы, и золотая молодёжь, и директора департаментов, и генерал-губернаторы, и люди финансового мира, и бывшие и настоящие рантье, и редакторы и сотрудники газет, и учащаяся молодёжь... Вообще  балетоманы - люди со средствами, или умеющие искусно показывать, что средства у них есть: ведь приходится немало тратить денег на ужины, подарки , цветы и венки артисткам. Необходимо иметь своих людей в газетах, а это тоже немало денег стоит...

                         Самые  влиятельные и видные балетоманы  в каждом антракте собираются курить в полицмейстерском кабинете, который превращается в дни балетных спектаклей в курилку балетоманов высшего ранга, часто убелённых сединой и с чинами до полного генерала включительно. 

                         Разговор обычно начинается с разбора только что увиденного акта, причём говорится только о женском персонале: о главных и второстепенных исполнительницах, о дебютах новых  танцовщиц, разбираются подробно ножки, их размер и толщина, плечики, талия, сценичность всей фигуры,  лицо, улыбка, манера держать руки, устойчивость при окончании па - словом, разбирается всё, подробно оценивается и составляется устный протокол, на основании  которого, сообща, решается судьба дальнейшей карьеры дебютантки. Приговор этот сообщается для сведения как всем прочим балетоманам, так и и балетному начальству, а также доводится до сведения печати...                

                              Покончив с вопросами о балетных артистках,  балетоманы переходят к действиям и распоряжениям балетной администрации. Тут затрагиваются вопросы как чисто административные, так и художественные, касающиеся не только хореографического искусства, но и постановок балета, декораций, костюмов, бутафории, а также музыки... Великие князья, вполне сочувствующие балетоманам, в курилку не могут приходить по этикету.  Один из них лично мне признался, что не раз через окно буфетной царской ложи, выходившее в кабинет полицмейстера, подслушивал разговоры балетоманов и узнавал тайны их решений. Дело в том, что балетоманы Великим князьям не всё сообщают откровенно, поскольку решения их третейского суда иногда касаются особ, в коих  Великие князья бывают весьма заинтересованы.  Особенно когда речь идёт о госпоже Кшесинской, этой прима-балерины во всех отношениях. Она имеет очень большую и сильную партию наверху, в публике и в печати... Вообще -то с глупой головой того в жизни не добьёшься, чего она добилась. Но над правду сказать - она настоящая работница, особенно по части техники.  Как умная женщина, госпожа Кшесинская прекрасно отдаёт себе отчёт в слабости мужчин, знает, что на сцене, на виду она должна показать товар лицом. Тогда многое простят, и те же балетоманы тридцать два фуэте без аплодисментов не выдержат. Ведь количество туров - дело весьма важное... Что касается бисов, то тут дело обстоит ещё серьёзнее. Несравненная госпожа Кшесинская обожает бисировать, но приходит в бешенство, когда бисируют другие. Тут дело доходит до настоящих скандалов.  Дело в том, что иногда балетоманы озорничают и громкими аплодисментами и криками требуют повторения номера от такой танцовщицы, которую только они признают достойной биса. При этом часто бывает, что балерина, танцующая следующий номер, не желая, чтобы молодая соперница бисировала, выходит из-за кулис на несколько мгновений раньше, и, когда молодая танцовщица заканчивает номер, балерина уже стоит в позиции для начала своего танца. При таком сложном положении капельмейстер должен быть весьма тонким дипломатом. Если балетоманы шумом, криком, аплодисментами заставят его остановить оркестр и бисировать номер молодой танцовщицы, то на него обрушится балерина, упрекая его в бестактности и недостаточном к ней уважении.  Если же он выдержит натиск балетоманов  и не станет бисировать номер, то ему закатит скандал молодая артистка, чувствующая поддержку в зале, упрекая его в том, что он губит её карьеру...  

                                 В дни бенефиса  кордебалета балетоманы превращают всю сцену в большой сад, среди которого их юные пассии выглядывая как птички среди веток, приветливо с ними раскланиваются, и картина получается  при этом самая трогательная и семейная.

                                 Вы, друзья мои, ещё молоды, полны жизни и надежд всё перестроить  по -новому. Мы, старики, жить уже кончаем и цепляемся руками за каждое возможное удовольствие и наслаждение. Мы любим женские ножки, любим ходить на сцену, любим видеть в первой линии кордебалета наших птичек, может быть не всегда самых красивых и талантливых... Нет балетоманов без Императорского балета, как нет Императорского балета без балетоманов. Порядок, симметрия, законченность - и в результате тонкое удовольствие и возвышенное настроение - вот то, к чему должно стремиться  и всё наше Русское общество...

 

                      Сергей,  Матильда  и директор Императорских театров.

 Матильда. Серёжа, у Леньяни через три  месяца кончается контракт.

Сергей.      Так напомни директору. Пусть продлевает, не задумываясь...

Матильда.  А мне кажется, что продлевать контракт не надо.                      

Сергей.       Почему?

Матильда.   Скажи мне, Серёжа, когда мы, наконец, перестанем снимать шапку перед иностранцами? Разве наша отечественная балетная школа хуже? ! Разве мы , русские артистки, не владеем такой же техникой? А по части драматического исполнения и мимики и говорить нечего!

Сергей.      Дорогая, дорогая, успокойся! Я согласен с тобой.  Я просто не задумывался об этом, хотя по долгу службы должен бы думать .

Матильда .Императорский балет должен гордиться своими артистками.

Сергей.      Безусловно. Я тебя прекрасно понимаю, Маля. Не будет Леньяни - ты будешь первой. И я этого хочу, так же как и ты.

Матильда. ( Директору) Господин директор, я передала список своих спектаклей на предстоящий сезон балетному режиссёру. Первым балетом будет "Дочь фараона", затем - "Спящая красавица", но не раньше, чем через неделю...  Остальные спектакли в списке также указаны, как и мои партнёры... Я  очень надеюсь,  что никаких внезапных  перестановок, как  в прошлом сезоне, не будет.  Балетов должно быть столько, сколько мной указано  - ни на один больше. Прима-балерина не должна мелькать перед глазами зрителей слишком часто. Каждый её спектакль должен быть вспышкой, молнией, и впечатление о  нём должно держаться до следующего сезона... И ещё... После долгих раздумий я решила возобновить для себя балет " Баядерка". Он давно не шёл, зрители его совсем забыли, обещаю Вам непременный успех.

Директор. Побойтесь Бога, Матильда Феликсовна!  Все в театре знают,  что "Баядерку" вот уже вторую неделю репетирует Леньяни для своего прощального бенефиса!

Матильда, Значит, Леньяни возьмёт для бенефиса другой балет! Вы  легко сможете её уговорить.  И последнее... Мне хотелось бы разрешить с Вами одно недоразумение... Я говорю о Вашем желании передать балерине Гримальди мой балет " Тщетная предосторожность"...

Директор.   Простите, Матильда Феликсовна, но контракт с Гримальди на выступление в этом балете был заключён ещё моим предшественником на посту директора. 

Матильда.  Тем лучше. Пришёл новый директор и  изменил условия контракта! Разве так не бывает?

Директор.    Матильда Феликсовна, я глубоко уважаю  Вас за Ваш непревзойдённый  талант, но в театре  никогда не было права собственности на роль.

Матильда.   Прежде не было, а теперь есть.

Директор.    Позвольте не согласиться с Вами. Закрепляя какую-то роль за артисткой, пусть самой выдающейся, мы ставим других в невыгодное положение,  мы ущемляем интересы других... В театре, как и в любом другом учреждении, должна быть жестокая дисциплина, иначе никакого настоящего дела не будет...

Матильда.   Позвольте, князь, не Вы ли постоянно  твердите,  что в театре нет более дисциплинированного человека, чем госпожа  Кшесинская? Скажите, разве я, хотя бы один раз, опоздала на репетицию?  Или вдруг сорвала спектакль? Пришла неподготовленной? ( Сергею) Он упрям, Серёжа... Репетиции с Гримальди продолжаются, этого нельзя допускать! Пожалуйста, немедля, телеграфируй Ники...

Сергей.       Ники в Дании...

Матильда.   Это не имеет значения!  Телеграфируй в Данию.

Директор. ( читает телеграмму) " Передаю Вам приказание не отдавать балета "Тщетная предосторожность" балерине Гримальди, оставив его за Кшесинской."..  Смешно... Смешно оспаривать у самодержца право распределения ролей, которое принадлежит и мне, его подданному, и любому режиссёру... А Леньяни, между прочим, вернувшись в Италию, заявила всем газетчикам, что ноги её в России больше не будет, пока в Петербурге на Императорской сцене царствуют Кшесинская и Ваш покорный слуга...

Матильда.   Бог с ней, с Леньяни... Главное - сцена свободна!

Сергей.        Ты ещё что-то хотела, дорогая?        

Матильда.   Да. Есть кое-что... (протягивает ему газету)

Сергей.         (читает) " Грандиозный успех выпал на долю нашей прославленной балерины госпожи Кшесинской"...

Матильда.    Не это, Серёжа... Читай ниже!

Сергей.         " Сегодня утром на берегу Фонтанки у Чернышёва моста обнаружен труп молодого мужчины"...

Матильда.    Господи, Сергей... Да вот здесь же!

Сергей.         " Его высочество, Великий князь Сергей Михайлович, возможно, на днях сделает предложение Великой княжне..."

Матильда.   Это правда, Серёжа?

Сергей.        Отчасти. Во всяком случае, о предложении речи не было. Газетчики перестарались.

Матильда.   Ты влюблён, Серёжа?

Сергей.        Я много раз говорил тебе, что есть только одна женщина на свете...

Матильда.    Серёжа...  Мы столько лет вместе... Я  бесконечно благодарна тебе за всё, что ты  делал и делаешь для меня. Но если ты хочешь иметь свой семейный дом  и рядом ту, которая любила бы тебя так, как ты того заслуживаешь, как я любила Ники, - я не держу тебя. Мы расстанемся, не медля.

Сергей.       Всё остаётся, как было. Забудь это... (Рвёт газету)

Матильда.   Это, друг мой, слишком простое решение. Эту газету не только мы с тобой прочитали, её весь Петербург прочитал...Ты подумай только, как обрадуются мои враги, - ты знаешь, сколько  их среди балетоманов, а мои завистники... Могу себе представить, как они будут шептаться за моей спиной...

Сергей.       Этого я, конечно, не допущу.  Сделаем так. Газетчик этот за столько поспешный опус будет с работы снят, и факт этот получит необходимую огласку. Опровержение тоже будет. Несколько слов, ничего лишнего... А в доме том я более появляться не буду, по крайней мере, пока не улягутся слухи.

Матильда.   Ты всё понимаешь, Сергей. Прости меня.

 

                      Матильда, Ники и директор Императорских театров.

 Матильда.  Ты только подумай Ники... Меня сегодня просто вывели из терпения. Петербург неделю гудит, словно улей, балетоманы перессорились из-за меня, всё спорят с фижмами я выйду или без них...

Директор.    Матильда Феликсовна, ещё раз настойчиво прошу Вас - не нарушайте стиль спектакля и наденьте костюм таким, каким  придумал его художник...

Матильда. ( Отбрасывая фижмы) Вон, вон эту гадость! Пусть меня штрафуют. что хотят делают, а фижмы не надену! Господи, Ники!  Ведь я пыталась объяснить директору: фижмы ограничивают  движения. Русский танец полон неуловимых тонкостей, которые в таком громоздком костюме невозможно передать...

 

                             Исполняет "Русскую" без фижм.

 Директор.   " Директор Императорских театров налагает на балерину Кшесинскую штраф в размере пятидесяти рублей за самовольное изменение положенного ей в балете " Комарго" костюма"...

Матильда.  Ты слышишь, Ники?!  Пятьдесят рублей! Эта сумма настолько незначительна, настолько не соответствует моему жалованию и положению... Меня просто хотят унизить и оскорбить, а не наказать!

Николай.     Штраф с госпожи Кшесинской необходимо снять!

Матильда.   Ники, дорогой... Чтобы прекратить все злорадства и кривотолки, штраф необходимо снять в том же порядке, в каком он был наложен.

Директор.    "Директор Императорских театров приказывает отменить наложенный им штраф на балерину Кшесинскую за самовольное изменение положенного ей в балете " Камарго" костюма"...

Матильда.   Благодарю тебя, Ники.

Директор.    Государь, убедительно прошу освободить меня от должности директора Императорских театров..

Николай.     Да, но как же... Вас очень  трудно заменить... Я прошу Вас немного подождать...

Матильда.   Не беспокойся о нём, Ники. Князь - личность незаурядная. Ни положение его, ни репутация от этой отставки не пострадают... Но знаешь ли, у меня через него опять неприятности...  Князя очень любят в Петербурге, особенно балетоманы...  Из-за этих несчастных фижм и его отставки они решили объявить мне бойкот. Они собираются зашикать все мои ближайшие спектакли...

Николай.     Полицмейстеру Императорских театров шума на спектаклях госпожи Кшесинской не допускать. Во время спектакля всех, кто попытается его сорвать, забирать, не медля. Выпустить сразу после окончания действия.

     

                              Матильда с ребёнком и Сергей.

 Матильда. Сядем, Серёжа, Я ещё очень слаба...

Сергей.      Я  говорил с твоими докторами  - они очень боялись за тебя и ребёнка...

Матильда.  Слава Богу, всё позади.  Я  быстро восстанавливаюсь. К началу сезона я должна вернуться на сцену... Тебя так долго не было в Петербурге... Всё ли в порядке в нашей артиллерии?

Сергей.       К сожалению,  до настоящего порядка очень далеко... Но в данный момент меня волнует не только артиллерия... Ты мне ничего не хочешь сказать, Маля?

Матильда.   Серёжа, милый, я могу сказать тебе только то, что ты сам  видишь. Я полюбила, я люблю... Этот ребёнок - сын любимого человека...  Видимо, я очень виновата перед тобой и должна просить прощения.  Прости меня, если можешь...

Сергей,       Ты понимаешь, каково мне это слышать?

Матильда.   Серёжа, я никогда не говорила, что люблю тебя...

Сергей.       Это правда.  Я скажу тебе... Когда я узнал... Это был такой удар, я метался, не знал, что с собой делать... Но когда я стал думать, не о себе - о тебе, о том, что ждёт тебя впереди, как будет  трудно тебе, какая судьба будет у твоего ребёнка...

Матильда.   Серёжа, пожалуйста...

Сергей.      Маля, я - представитель Династии. Я хорошо знаю её законы и прекрасно изучил характер Великой княгини Марии Павловны. Никогда она не позволит своему сыну Великому князю Андрею Владимировичу, кузену императора, связать свою жизнь с балериной, никогда она ему не позволит признать своего сына...

Матильда   Ты мучишь меня,  Сергей...

Сергей.       ( Целует её в лоб)  Прости, дорогая...( Берёт из её рук ребёнка) Я думал о твоей судьбе, малыш... Ведь в тебе течёт кровь Романовых... Ты должен быть чьим-то сыном.. Ты получишь моё отчество и будешь Сергеевичем... Твоя мама - великая артистка, она должна танцевать на сцене Императорских театров. А мы с тобой будем расти, взрослеть, учиться.  Мы с тобой никогда не расстанемся, мой маленький Сергеевич...

Матильда.   ( Растрогано) Серёжа...

Сергей.        Что бы ни случилось, Маля, я навсегда останусь рядом с вами. Как и прежде, ты во всём можешь положиться  на меня... ( Передаёт ей сына) Ну, а теперь прощайте, дорогие... Меня ждёт  русская артиллерия...

                 

                              Вечер у Кюба.  Смех, музыка, звон бокалов.

 Матильда.  Господа, господа! Прошу внимания!  Сейчас, наконец, я выполню вашу давнюю просьбу: я покажу вам как надо правильно танцевать вальс... Я видела в Вене, как его исполняла Айседора Дункан...  В огненно-красном платье... Это было неподражаемо! Великолепно...   Я  была в таком восторге, что взобралась на стул и аплодировала стоя... Итак, внимание! Это совсем нетрудно, надо только уметь считать до трёх... Дорогой генерал, я прошу Вас быть моим партнёром... Раз, два, три... ( Учит генерала танцевать, затем кружится с другим партнёром).

 

              --             Сергей и Дягилев.

 Сергей.     Мне поручено передать, дорогой Сергей Павлович, что государь выражает Вам признательность за Ваш исключительный организаторский талант. Выставка портретов восемнадцатого века произвела на всю царскую семью огромное впечатление...

Дягилев.    Благодарю Вас, Ваше высочество...

Матильда. Ники, милый, я совсем не понимаю, что происходит... Кажется, всё хорошо - в театре я имею, что хочу, и в домашней жизни я очень счастлива: у меня есть сын, которому ты даровал потомственное дворянство, я люблю Андрея, и он меня любит... Сергей ведёт себя очень трогательно, к маленькому Вово относится как к родному сыну, заменяя ему и отца и мать - ты ведь знаешь, Ники, что такое жизнь артистки, я так редко бываю дома... И всё-таки рядом происходит что-то такое, что вносит в мою жизнь непонятную тревогу... приехала Айседора Дункан... Танцует босиком, практически никакой техникой не владеет... То, чего я добивалась титаническим трудом, ей просто не нужно... Когда её спрашивают, у кого она училась, отвечает " У Терпсихоры"...

Сергей.     Не без удовольствия, Сергей Павлович, передаю Вам самые искренние поздравления с удачей от Матильды Феликсовны. Она просила меня дружески пожать Вам руку и передать Вам это приглашение на товарищеский ужин, который она устраивает в честь Айседоры Дункан...

 

                  Сергей пожимает руку Дягилеву, передаёт ему конверт с приглашением, кланяется  и уходит.  Дягилев, церемонно поклонившись ему в след, внимательно разглядывает приглашение.

Дягилев. Айседора... Мы ходили на её концерты с Фокиным... Он почти не дышал, глядя на сцену... Как давно наш балет нуждается в чём-то новом...

Матильда. Вдруг все сразу заболели, по меткому выражению балетоманов "дунканизмом». Миша Фокин сутками сидит в Эрмитаже, и всех нас заставляет изучать позы и движения античного танца, изображённого на греческих вазах... Балетоманы сходят с ума по новым балеринам – у них ноги...  Карсавина косолапит, и от Павловой никто так и не сумел добиться настоящей выворотности...

Дягилев.  Новые  балерины...Никаких технических фокусов, только красота, прозрачность и скольжение...

Матильда. Закачалась моя империя, Ники... И вот, что я решила: я ухожу со службы. Я буду выступать только на правах гастролёрши. И никаких контрактов! Никакой контракт не может меня связать. Служить я  больше не желаю, но остаюсь  по-прежнему прима-балериной Императорского театра. Твоего театра, Ники... А завтра у меня "Эсмеральда" ... Ты до сих пор не видел меня в этом балете... А я каждый раз танцую его только для тебя, даже, когда точно знаю, что тебя нет в театре...

                         

                                Вариация балета «Дочь фараона».

        Дягилев наблюдает за выступлением Матильды в кулисах. Подчёркнуто аплодирует ей.

Дягилев. Великолепно... Великолепно, как всегда... Ручки, ножки, пальчики, коленочки, локоточки… что-то ужасное... Наша прима- балерина с модной стрижкой из салона  Дель- Круа, что на Большой Морской, с диадемой от Фаберже и бриллиантами на шее и поясе,  так размахивала руками и гримасничала в пантомиме, что походила на больную в кабинете психиатра... А чего стоит её танец с кинжалом и шалью! И в каждой паузе ножки, если не в пятой, то в четвёртой позиции! Ну, и при чём тут Древний Египет?!  Какая-то бриллиантово- феерическая пошлость! Всё...  Императорский балет в агонии... Сколько она продлится - год? три? пять лет? Бедная Малечка!                                       

                                       Сергей и Матильда.

 Матильда.  Ты выглядишь нездоровым, Сергей.

Сергей.       Мы не спали в Петергофе всю ночь  - ждали подписи государя под Манифестом. Как ты, как Вово?

Матильда.  В городе который день нет  воды. Не ходят конки. Вечерами на улицах кромешная тьма...Сегодня в театре должна была идти " Жизель" с Павловой, спектакль отменили - оркестр и балет просто не явились.

Сергей.       Зимний окружён войсками, но по Невскому ходят толпы оборванцев и бьют стёкла магазинов.

Матильда.  Как Ники?

Сергей.       Не знаю. Я видел его только мельком.  Бледен, но как всегда, по лицу его трудно что-либо понять.

Матильда.   А Манифест... Что это значит для нас? Для Ники? Объясни, пожалуйста... Я ничего не понимаю в политике.

Сергей.       У нас ещё будет время поговорить обо всём. Пока только могу сказать одно: когда я  в Петергофе спрашивал  сторонников той или иной реформы, как они хотят проводить её в жизнь, то в ответ слышал либо общие места, либо мне рисовали такие картины, которые неминуемо должны привести к революции и анархии. Про Ники могу только предположить, что он вряд ли сможет выполнить то, что пообещал  в Манифесте...

Матильда.   Мою уборную в театре забросали анонимными письмами...

Сергей.       ( тревожно) Анонимными письмами?

Матильда.   Да. Мне угрожают... Вот смотри...( Показывает письма) В этом... И вот в этом... Постоянно пишут о Вово...

Сергей.       ( Просмотрев письма) Послушай, Маля, всё это слишком серьёзно. Вот где приходится расплачиваться за свой грех - ведь я немало способствовал тому, что вся мелкая Петербургская публика, вся провинция уверены, что ты так и осталась "самодержавный каприз" и Вово - сын императора.... Маля, я не перестаю твердить тебе, что ты должна быть осторожна.

Матильда.   После событий девятого января ты запретил мне танцевать в "Лебединном"...

Сергей.       Зато потом ты взяла реванш и танцевала почти каждый вечер...

Матильда.   По театру поползли слухи, что я струсила.  Мне надо было доказать, что я никого и ничего не боюсь.

Сергей.        Дорогая моя, ты не принадлежишь себе - у тебя есть сын.

Матильда.    Ты прав, Серёжа, ты прав... Что будет с Вово, если со мной что-нибудь случится? Я всё сделаю так, как ты советуешь... Но у меня есть великий долг перед отцом - я должна перезахоронить его в Варшаве...

Сергей.        После этого тотчас же уезжайте с Вово из России... Вернётесь, когда всё успокоится. Что делать, дорогая... Закачалась наша империя...

Матильда.    Как ты сказал? "Закачалась империя"? Значит, у Ники тоже закачалась...

Сергей.        О чём ты, Маля?

Матильда.    Да так... Мысли вслух... Ты хотел что-то сказать?

Сергей.         Знаешь ли... Когда я проезжал сейчас в коляске по Невскому, ты даже себе представить не можешь, кого я узнал в толпе... Петипа!

Матильда.   Бог мой! Что он там делал?

Сергей.        Да ничего! Просто брёл в темноте и с любопытством разглядывал прохожих...

Матильда.   Бедный старик! Он совсем обезумел...

Сергей.        Напротив. Он показался мне более, чем разумным... Мне пришлось, правда, почти силой затащить его в коляску, но когда я высадил его подле его дома, он вдруг снял шляпу, низко поклонился  и сказал: «Господи! Сохрани императора!"

Матильда.   ( Про себя) Господи...  Сохрани императора...

                Дворец Кшесинской. Матильда,  Дягилев, Сергей.

 

Матильда.  ( Восторженно) Да, да, Сергей Павлович... Я  помню грандиозный успех Шаляпина на первом спектакле "Бориса Годунова" в Гранд Опера... Я  просто счастлива, что мои первые парижские гастроли совпали с этим событием. Вспомните, что творилось в зрительном зале !  В сцене, где ночью Годунову мерещится тень царевича Дмитрия, зрители толкали друг друга, шепча: " Вон там, в углу..." Шаляпин своей игрой всех просто загипнотизировал...

Сергей.        Да, ничего не скажешь - заслугу Дягилева в организации того оперного сезона трудно переоценить.

Дягилев.     Мы все были безумно счастливы тогда. И Вы так удачно разделили нашу общую радость... Но Гранд Опера дрогнет ещё раз, когда на его сцену выйдет прославленная балерина, непревзойдённая госпожа Кшесинская.

Матильда. Что ж... Парижская публика теперь меня знает... И если работа, которую Вы мне предлагаете, будет меня достойна, возможно, нас ждёт успех не меньший, чем у Шаляпина... А знаете, Сергей Павлович, я никогда не беспокоюсь за свои тридцать два фуэте, когда Вы сидите в зале...

Дягилев.    ( Шутя) Это почему же? Извольте объяснить...

Матильда.  Потому что я со сцены прекрасно Вас вижу в абонированной ложе, И даже в полной темноте мне заметна Ваша роскошная седая прядь.

Сергей.      Осторожно, Маля... Дягилев прекрасно знает, что в театре его за эту прядь зовут "шиншилла".

Матильда.  Чтобы сохранить устойчивость при исполнении фуэте, необходимо смотреть в одну точку...  Вот я и смотрю прямо на Вас...

Дягилев.      " Сейчас узнала я,

                     Что в ложе "шиншилла".

                     И страшно я боюсь,

                     Что в танцах я собьюсь..."   Вы вполне сносно рифмуете, дорогая...

Матильда.   Что Вы, Сергей Павлович! ( Стараясь говорить серьёзно) Я не способна зарифмовать и два слова, а тут - целая поэма!

                          Оба смеются.   

 

Матильда.   Теперь проходите сюда, Сергей Павлович... В этой комнате мы и займёмся делами. Я с удовольствием показала бы Вам и комнаты сына - они просто прелестны, но сейчас  у Вово занятия с учителями, мне не хочется ему мешать, он так легко отвлекается...

Дягилев.     Довольно и того, что я видел, дорогая:  у хозяйки этого особняка отменный вкус и недюжинные способности по ведению хозяйства...

Матильда.  Причём, Вы видели только гостевые комнаты и парадные, а я более всего горжусь своими хозяйственными помещениями... Извините, не могу удержаться от хвастовства.

Дягилев.      Пожалуйста, продолжайте, коли есть желание...  Мне интересно...Приятно видеть такого азартного человека.

Матильда. Да, да, Серей Павлович, я никогда не скрывала - я игрок... У меня всё должно быть самое лучшее, самое интересное, самое новое!

Дягилев. Я помню. как бурлил Петербург, когда Вы первая соорудили на своей даче маленькую электростанцию... 

Матильда.  Даже во дворце ещё не было электричества. ( Сергею) Серёжа, ты говорил с Ники насчёт  субсидии Дягилеву?  И ещё нужен зал для репетиций ...

Сергей.        Двадцать пять тысяч рублей казённой субсидии он получил... Для подготовки сезона ему предоставлен театр Эрмитажа. Костюмы и декорации из Мариинского. Созданы все условия для работы. В антрактах придворные лакеи разносят чай и шоколад.

Матильда.   Ну, а теперь - к  делу... Присядем, Сергей Павлович...  Довольны ли Вы моими действиями? Удовлетворены ли?

Дягилев.     Я  просто счастлив, Матильда Феликсовна. Не представляю, что бы делал без Вас. Мы начали репетиции "Жизели" с Павловой, пока всё идёт превосходно.

Матильда.  Я успела переговорить с Великим князем Владимиром Александровичем до его преждевременной кончины о высоком покровительстве Вашего предприятия...

Дягилев.      Нашего предприятия...

Матильда.   Нашего, нашего... Великий князь готов был дать согласие, но... Простите меня, я до сих пор с трудом верю в то, что его нет более рядом с нами... Но даю Вам слово, Сергей Павлович,  и это дело я непременно доведу до конца...

Дягилев.     Нисколько не сомневаюсь в успехе.

Матильда.   Итак, Сергей Павлович, свою часть нашего договора я выполнила. Но пока мне совершенно непонятна моя роль в Вашем предприятии.

Дягилев.     Опять "Вашем"...

Матильда.  Оно станет моим, когда я чётко буду знать, какую роль буду играть на Парижской сцене. Чем должна поразить французскую публику первая артистка Императорского балета?

Дягилев.     Мне не хотелось бы сейчас быть слишком конкретным...  

Сергей.      Ну, и лиса...

Матильда.  А когда же будет точный и конкретный ответ? Я не могу добиться его от Вас который месяц. Карты на стол, Сергей Павлович!

Дягилев.     Пока я с уверенностью могу сказать только о " Половецких плясках" из " Князя Игоря", они безусловно удались Фокину.

Матильда.  Не увиливайте, друг мой. Я хочу знать, что буду танцевать я?

Дягилев.     Репетиции " Павильона Армиды" идут великолепно, я видел. Балет весьма оригинален, сценарий и костюмы Бенуа отличаются изысканностью, музыка Дриго имеет прекрасные мелодии...  Фокин только Вас в этой роли видит и никого более не хочет, говорит, что только в Вас уверен  безоговорочно...

Сергей.        " Павильон Армиды"? И только то?!

Матильда.   И ничего более? Послушайте, Сергей Павлович... Конечно, я танцую в балетах Фокина, и в некоторых из них - не без удовольствия. Но, если Вы успели заметить по моим интервью, его творчеством я никогда особенно не восхищалась. Постановки его, безусловно, новы и оригинальны, но настоящей балерине в них делать нечего - в них, как правило, нет ни единой вариации, где можно показать своё мастерство, своё искусство...

                                                Дягилев молчит.

 

Матильда.  Итак, Сергей Павлович,  Павловой вы планируете "Жизель", а мне - " Павильон Армиды"? Будьте честны до конца.  Говорите правду!

Дягилев.     Да.

Матильда,  Да. Конечно, Павлова в "Жизели" неподражаема, а прима-балерина императорских театров по сравнению с ней будет выглядеть на Парижской сцене как танцовщица кордебалета.

Сергей.       Это невозможно допустить!

Матильда.  Я  решительно заявляю Вам,  любезный Сергей Павлович - Вы предатель!

Дягилев.     ( Свирепея) Я  бы просил Вас, дорогая Матильда Феликсовна, взять свои слова обратно!

Матильда.   Никогда!  Вы - предатель! Хитрый, подлый авантюрист! Вы использовали меня, чтобы потом выставить на посмешище!

Дягилев.      Замолчите, мадам! И впредь попрошу выбирать выражения!

Матильда.    Что!?  Это Вы говорите мне здесь? В моём доме?!

Дягилев.      Мне наплевать на Ваш дом!

Матильда.   Ну, так и убирайтесь из него немедленно! Вон отсюда!

Дягилев.      И уйду! Ухожу сейчас же! Вы что себе думаете, что без Вас "Русский балетный сезон" не состоится? Вы остались в прошлом веке, мадам!  Вам никогда не догнать ни Карсавину, ни Павлову, ни других!

Матильда.   Вон! Вон! ( швыряет в него подвернувшуюся под руку вазу)

Дягилев.     ( в дверях) Дура!

Сергей.       Вот вазу ты, конечно, напрасно разбила: ты столько лет мечтала о настоящей греческой вазе...

Матильда.  Надо отозвать субсидии, Серёжа...

Сергей.       Я уже дал распоряжение. Их отзовут.

Матильда.   И не пускать Дягилева в Эрмитажный театр...

Сергей.        Со вчерашнего дня репетиции "Сезонов" идут где-то в другом месте. Успокойся, Маля. Мы организуем твои гастроли от Императорских театров.  Пусть Дягилев везёт свои " Сезоны",  хотя очень сомневаюсь, что без тебя это ему удастся...  Но ты будешь танцевать в Париже!

Матильда.   Представь  себе, Серёжа... Великая княгиня Мария Павловна в память о своём муже великом князе Владимире Александровиче решила завершить все начатые им дела и взяла под своё величайшее покровительство антрепризу Дягилева.

Сергей.      ( Пишет)  Уважаемый Владимир Аркадьевич... Ставлю вас в известность как директора Императорских театров, что я обратился с письмом к министру двора. В письме этом я выразил своё отношение к сезонам Дягилева, которые считаю шантажными, и прошу министра запретить ему наживу под флагом Императорских  театров. Взамен этого я предложил  министру двора, чтобы дирекция сама за свой счёт послала в Париж балетную труппу Императорских театров во главе с Кшесинской...

Директор.    ( Ядовито) Ну, кажется назревает высочайший конфликт... На днях мне и Великий князь Андрей Владимирович телефонировал, чтобы узнать, в каком положении дело Дягилева, и правда ли, что его мать Великая княгиня Мария Павловна поддерживает антрепризу Дягилева и мешает тем самым осуществлению проекта Сергея Михайловича относительно Кшесинской... В этом конфликте замешаны и президент Академии художеств Великая княгиня Мария Павловна, и прима-балерина Кшесинская, и генерал- фельцейхмейстер всей русской артиллерии, он же президент Театрального общества... путаница невообразимая...  Удовлетворение желания одного делает совершенно невозможным удовлетворение желания другого...

Матильда.  ( одна) Ты можешь гордиться своей прима-балериной, Ники. Я имею во Франции  грандиозный успех. И даже бисировала свою вариацию, что в Париже бывает чрезвычайно редко.        

                                           Матильда, сначала одна, затем  с доктором.

                    

Матильда.   Ты помнишь, Ники, последний спектакль в Красном селе? Он состоялся в конце июля четырнадцатого года, сразу после отъезда президента Французской республики Пуанкаре. На том последнем спектакле я танцевала свою лучшую "Русскую" в дивном костюме. Могла ли я подумать в тот вечер, что танцую для тебя в последний раз!  Когда ты, Ники,  уезжал в тот вечер из театра, я стояла у окна своей уборной, как двадцать лет тому назад. Только тогда я была молоденькой влюблённой девушкой... Сколько воды утекло с тех пор!  А через два дня после этого спектакля была объявлена война... Я  понимаю, какая ответственность легла в эти дни на твои плечи, мой дорогой, ответственность за всех нас, за судьбу России. В те первые дни войны я постоянно думала о тебе, о том, что же я, такая беспомощная,  могу сделать, чтобы, хоть как-то, помочь тебе. Ты знаешь, Ники,  я открыла частный лазарет. Конечно, его нельзя сравнить с лазаретом, который открыла императрица в Зимнем Дворце... И я, в отличие  от твоих дочерей, совершенно не переношу вида крови, и не могу поэтому участвовать в операциях и перевязках, как они, но в лазарете моём всё устроено очень хорошо, прекрасный персонал, за раненными смотрит лучший военный доктор из всех, кого мне рекомендовали... В лазарете тепло, раненных хорошо кормят, я по группам вожу их на свою дачу в Стрельну, посылаю их родным подарки... Доктор!

Доктор.        Я слушаю, мадам...

Матильда.   Неужели ничего нельзя больше сделать для этого несчастного мальчика, этого солдатика?

Доктор.        Увы, мадам...  Он умирает.

Матильда.   Доктор, пожалуйста... Я  не могу разговаривать с ним - боюсь разрыдаться... Ведь у меня тоже есть сын... Спросите его, доктор, чего ему сейчас хочется?.. Я всё готова для него сделать...

Доктор.       У него очень странная просьба, мадам...

Матильда.   Всё, что угодно!  Говорите, доктор.

Доктор.        Он просит Вас станцевать, мадам...

Матильда.   Станцевать?

Доктор.         Да, мадам. Он видел Вас в благотворительном спектакле. Вы танцевали " «Русскую»...

Матильда.    Хорошо, хорошо... Я велю немедля привезти мне костюм!

Доктор.         Поторопитесь, мадам... Вы можете не успеть...

 

                                   Танцует «Русскую»

      Матильда.    Господи, Ники... Что за время наступило...  Вчера убили Распутина... Я никогда его не видела, у меня нет никаких личных впечатлений о нём...   Но я знаю, что убив Распутина, убили последнюю надежду императрицы спасти Наследника... Я сама - мать, и знаю, что это значит...  

                               Сегодня впервые на сцене Мариинского театра идёт опера " Фенелла"... По какому-то наитию хор выбрал для своего бенефиса именно эту оперу. Героиня оперы, ты наверно, помнишь, немая девушка, как правило, её всегда исполняла балерина. Когда-то Фенелллу играла Гримальди, а сейчас Фокин попросил меня взять эту роль. Почему-то считается, что опера эта приносит несчастье, всем как-то жутко её играть: на сцене изображается революция, поджигается  дворец... Всех томит какое-то предчувствие...

 

                                                                 Сон Матильды.

 Кшесинский.  Маля, ты о чём думаешь?!  Нам через пять минут на сцену!

Матильда.     Папа? Это ты? Но ведь тебя давно нет...

Кшесинский.  Ты готова?  Подтяни спину... Головку!  Взгляд... И...

 

                                                  Танцуют полонез.

Матильда.      Ты великолепный партнёр, папа... С тобой  так легко танцевать... Мне тебя очень не хватает...

Кшесинский. Я  горжусь тобой, дочка, и рад, что успел увидеть тебя в зените славы.

Матильда.   ( Танцуя) Мы с братом всегда думаем о тебе, когда танцуем вместе мазурку. Последний раз это было на парадном спектакле в честь трёхсотлетия Дома Романовых. Ставили " "Жизнь за царя", спектакль имел грандиозный успех, а мы с Юзей бисировали...

Кшесинский. Ты увлеклась разговором, дочка, и совсем не слушаешь музыки... Ну, вот... Теперь - твоё соло...

Матильда.   Ты знаешь, папа... Папа! Что это со мной? Наверно, я сплю... Да, конечно, это сон...

                      Появляется Петипа.

 Петипа.       Ты хотель меня видеть, ма белль?

Матильда.   Мариус Иванович... Но ведь Вы ещё в десятом году...

Петипа.        Какой у тебя ко мне дель, ма велле?  Говори скорее... У меня скоро репете один сцен с кордебалет...

Матильда.   Да, да, Мариус Иванович...    Я всё хотела Вас попросить...  У меня есть прелестная музыка...  Вальс. Пожалуйста, поставьте его для меня... Послушайте...

                                Звучит вальс Сибелиуса

Петипа.      Что ж... Я готов. ( Показывает) Встань, ма велле, вот иси... А теперь делай вот так... Я  на ты... Ты на я... И... Ля-ля-ля...

Матильда.   Не так быстро, Мариус Иванович... У меня сейчас память на движения не та, что прежде...   Повторите, пожалуйста, последнюю комбинацию... Мариус Иванович...             

                       Петипа исчезает, появляется Ники ( возможно, его нет, Матильде он только кажется, впрочем, это всё - только сон)

 

Матильда. Ники! Разве это возможно - ты здесь? Дай мне твои руки, дорогой... Господи, они такие холодные... Я не держала твои руки в своих двадцать пять лет.  Но почему я никак не могу их согреть?  Ах, да... Это сон... Знаешь, Ники, мне сейчас трудно, так трудно не было никогда. Я совершенно одна. Андрей с матерью  и её свитой в Кисловодске, Временное правительство приказало всем Великим князьям немедленно покинуть войска, но Сергея задержали - его некем заменить...  Во время февральского бунта мне пришлось бежать из своего дома, в буквальном смысле - бежать, спасая сына... С тех пор я так и скитаюсь по родственникам и знакомым, нигде не задерживаясь  более трёх дней, чтобы не подвергать опасности людей, пригревших меня... Но когда мне становится особенно жалко себя, я думаю о тебе, Ники... Что такое мои страдания по сравнению с твоими, мой дорогой... Я  не хотела верить слухам о возможном отречении. В тебе так развито чувство долга и достоинства, ты всегда так верил в свою миссию...  Ты помнишь, когда мы были ещё так юны, я часто говорила тебе, что ты не создан ни для царствования, ни для той роли. которую тебе придётся играть... Но разве я могла предположить, что придёт это ОТРЕЧЕНИЕ... Знаешь, что мы сейчас с тобой сделаем, дорогой? Мы поедем в наш Мариинский театр, ты займёшь своё место в Царской ложе, а я буду танцевать для тебя так, как танцевала для тебя все эти годы... Ты только представь,  Петипа сейчас поставил мне чудесный номер, вальс Сибелиуса "Грусть"... Ноты этого вальса мне подарил когда-то твой любимый дядя, мой заботливый друг и дед моего Вово - Великий князь Владимир Александрович... Это было за несколько дней до его смерти... Вот мы и пришли... Ты поднимайся в Царскую ложу, а я пройду на сцену...  Ты видишь меня, Ники? Я начинаю... И....

                                           Танцует Вальс

          Сергей.        Маля, Маля... Проснись....

Матильда.    Ах, это ты, Серёжа...    Я совсем разучилась спать по ночам, а тут вдруг заснула днём... Что-то очень странное снилось, не могу вспомнить.

Сергей.        Тебе принесли разрешение на отъезд ( Подаёт документы)

Матильда.    Слава Богу! Керенский выполнил своё обещание. ( Читает) Я могу выехать из Петрограда в любое время. Узнал ли ты что-нибудь о Ники?

Сергей.        Ники в Царском селе. Содержание его с каждым днём становится всё  строже. К нему никого не пускают, но близкие даже не пытаются пробиться к нему, чтобы не осложнить положения. Ему сейчас никто не может помочь...  Я  хотел бы ещё раз поговорить с тобой о другом...

Матильда.   Серёжа, мы так долго говорили с тобой вчера...  Не будем начинать всё сначала...

Сергей.        Я  не соглашусь с тобой и буду пытаться снова и снова - выходи за меня замуж, Маля... Я больше не служу ни отечеству, ни Престолу, теперь я просто - частное лицо. Я не представляю своей жизни без вас, я очень люблю и тебя, и Вово.

Матильда.   Серёжа, прости, я исчерпала свои доводы...

Сергей.        Послушай, Маля, ты многого не знаешь... Великая княгиня Мария Павловна всегда возглавляла оппозицию к Ники... С того времени, как стало известно, что у Наследника гемофилия, она заболела идеей посадить на трон кого-нибудь из своих сыновей...

Матильда    Андрей - младший...

Сергей.        Это неважно. Важно только одно: пока Великая княгиня жива - вы с Андреем не будете вместе.

Матильда.   Всё, Серёжа... Я ничего не хочу слышать . Мне страшно оставлять тебя одного в Петрограде. Прошу тебя - добейся разрешения на выезд и приезжай к нам в Кисловодск. Там тихо. Ты знаешь, сколько семей выехало на Кавказ. Вместе будет легче пережить это ужасное время. Я не верю, что это безумие надолго...

Сергей.        Я  не могу оставить Ники... Если последние члены семьи  покинут Петроград - это будет предательством. К тому же я  попытаюсь добиться освобождения твоего дома и переправлю в Англию драгоценности своей матери, положу их в какой-нибудь надёжный банк на твоё имя. Я сообщу после.

 

                                                   Шум вокзала.

 Голос кондуктора.     Господа отъезжающие! Просьба занять места!

                                Сергей и Матильда обнимаются.

 Матильда. Мы будем ждать тебя, Серёжа! Обязательно приезжай... Серёжа... Серёжа! Прощай!

 

    -                                                Франция  1920 год.

                                                Матильда,  Андрей , Кирилл.

 Матильда.    Я не знаю, как тебя утешить, Андрей...  Наверно, можно сказать только одно: все мы смертны...         

Андрей.       ( Кириллу)  С уходом от нас мама закрылась ещё одна страница Русской истории ...

Кирилл.       Ты понимаешь, брат, какая ответственность ложится на меня как первого Наследника Русского Престола?

Матильда.   Скажи, Андрей, ты тоже веришь, что Ники и Сергея нет на свете?

Андрей.      (Кириллу)  Мне кажется, начинается совсем  другая эпоха. Сегодня, после нашего бегства из России, мне многое представляется иначе. Происходит серьёзная переоценка  ценностей...  Россия далеко, она для нас  недоступна, но рядом со мной женщина, которая любит меня двадцать лет,  наш сын, которого я, практически, не знаю... Кирилл, как старшего брата и первого Наследника династии я прошу твоего разрешения на  брак с Матильдой Феликсовной...

Кирилл .     Ты знаешь, Андрей, как я отношусь к Матильде Феликсовне... С юных лет я глубоко уважаю её за исключительный талант, а также за многолетнюю преданность тебе. Но женитьба особы царской фамилии - факт слишком серьёзный. Я не могу дать тебе сразу однозначного ответа.

Андрей.       Я  буду настойчив, Кирилл. Ты только представь - я столько лет жил только заботами Династии, был рядом с мама во всех её делах, а Матильда Феликсовна была одна со своими ежедневными заботами о сыне..

Матильда.  Так сложилась моя судьба. Богу было угодно, чтобы я связала свою судьбу с Романовым, Господь осчастливил меня - дал мне талант, сцену Мариинского театра, славу, поклонения -  и я была счастлива...

Кирилл.       Мы вот так решим, мой дорогой брат: сейчас траур по мама... Мы с тобой встретимся через полгода...  И если ты будешь по-прежнему настаивать, я дам тебе своё согласие на брак с Матильдой Феликсовной.  Наверно, ты прав : у каждого из нас за пределами России своя дорога. Если ты впредь желаешь жить только заботами частного лица, я не буду мешать  тебе.

Матильда.   Говорят, императрица Мария Фёдоровна слышать не хочет о гибели сына и его семьи... Все члены фамилии убеждены, что она что-то знает... Ники, где ты?

Кирилл.      Я  дам тебе одно поручение, Андрей... Сейчас в Париже находится следователь по особо важным делам Соколов,  которому адмирал Колчак поручил следствие по делу о расстреле царской семьи в Екатеринбурге и членов  царской фамилии в Алапаевске. Ты должен встретиться с ним.

Матильда.  Недавно мы с Андреем посчитали.. За два года Гражданской войны уничтожены семнадцать человек царской фамилии... Семнадцать... Включая и тебя, Ники, и твою жену, и твоих детей и Серёжу..  Семнадцать... Господи, я с юности считала это число счастливым... 

Андрей.       Ты забыла семнадцатый год...

Матильда.    В семнадцатом году я потеряла всё - дом, сцену, Россию... Бог мой! Откуда у тебя этот медальон, Андрей? Много лет назад я подарила его Сергею на день рождения... Он никогда его не снимал...

Андрей.       Его вернула тебе Великая княгиня Ксения Александровна. Все убитые в Алапаевске были опознаны, а их личные вещи Колчак переслал сестре императора.

Матильда.   ( Плачет) Серёжа... Прости меня... Прости...

Кирилл.       Надо прекратить все эти слухи о чудесном спасении. Не уцелел никто. Все арестованные в Ипатьевском  доме были расстреляны, и тела их сожжены в лесу.

Матильда.   Нет, я не хочу верить! Я не верю! Нет, нет...

Кирилл.       В день вашего венчания мы с Великой княгиней Викторией Фёдоровной будем в Каннах. Сразу из церкви ждём вас к обеду. Мы будем рады приветствовать жену и сына Великого князя Андрея Владимировича.

Матильда.   С гибелью Ники закончилась сказка, которой была моя жизнь. Прощай, Ники.

Андрей.        Вот и всё, дорогая, свершилось - ты моя жена.

Матильда.    Да, Андрей, да... Но самое главное:  Вово- твой законный сын. Он сын Великого князя Андрея Владимировича. Он носит твоё отчество.

Андрей.       Но Вово будет Романовым.  Пусть пока он носит фамилию Романовский, как пожелал того Кирилл, но он Романов по крови, будет им и по фамилии. Я не остановлюсь ни перед чем, я обойду все династические законы... А , кстати, где Вово? Куда он пропал? Я не вижу его с тех пор, как мы вернулись из Канн...

Матильда.   Прости, милый... Я не сказала, не хотелось тебя огорчать... Я нашла в его комнате записку... Ты ведь знаешь, у него, буквально, помешательство на автомобильных двигателях... Наш Вово не удержался и в день нашей  свадьбы сбежал на какой-то автопробег...

 

                              Некоторое время Андрей и Матильда обескураженно смотрят друг на друга, улыбаются и вдруг начинают грустно смеяться. Они смеются всё громче и громче, и смех этот неожиданно становится весёлым и заразительным.

 

 

                      

 

 

© Copyright: Татьяна Сергеева, 2014

Регистрационный номер №0189374

от 11 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0189374 выдан для произведения:

 

 

                                 

                                                                          

 

 

 

 

 

                                                                                                 Татьяна Сергеева

               

                 

                                                   МАДАМ СЕМНАДЦАТЬ

 

 

                                                                                             Дом. тел. 533-00-93

                                                                                             Моб. тел. 8-911-945-56-41

                                                                                              E-mail: tina.pes@mail.ru

 

 

                                                      

 

 

 

 

 

 

 

 


 

                                        ДЕЙСТВУЮЩИЕ  ЛИЦА:

 

 

 

                  Матильда Кшесинская  ( княгиня Матильда -  Мария Красинская - Романовская)

                  Наследник, затем император Николай Второй

                  Великий князь Сергей Михайлович,  генерал - фельдцейхмейстер всей русской артиллерии ,президент Русского театрального общества   

                  Великий князь Андрей Владимирович,  генерал лейб-гвардии конной артиллерии

                  Великий князь Кирилл Владимирович , глава Императорского дома в изгнании                                                                                               

                  Кшесинский Феликс Иванович, отец Матильды

                  Дягилев  Сергей Павлович,  антрепренёр                              

                  Директор Императорских театров

                  Балетоман                

                  Партнёры Матильды, балетмейстеры, педагоги балета  

 

 

 

         В пьесе использована  статья В. А. Теляковского, посвящённая балетоманам

 

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 


                                                Монте-Карло.  1920 год.

 

 Казино. Слышны реплики крупье.  Андрей Владимирович ждёт Матильду.

 Матильда (входя)  Прости, Андрей. Ты давно ждёшь?  Мне только сейчас передали….

Андрей.   Разве ты не играла?

Матильда. Играла. Кое-что выиграла, проиграла -куда больше ...

Андрей.     И опять ставила на семнадцать?

Матильда. Конечно. Всегда только на семнадцать….

Андрей .    И ты мне когда-нибудь объяснишь, почему ты выбрала это число?

Матильда. Мне  кажется, что когда-нибудь оно принесёт мне удачу.

 

Входит Дягилев. Не сразу узнаёт Матильду и Андрея.

 ягилев.    Какая встреча! Матильда Феликсовна!  Великий князь Андрей Владимирович!

Матильда. Здравствуйте, дорогой Сергей Павлович! Бесконечно рада Вас видеть!

Андрей.     Очень рад…

Дягилев.    Вот где пришлось встретиться!.. Всё, теперь я понял… Это Вас, дорогая, зовут здесь "Мадам семнадцать"… И как же я не догадался прежде… Кто в Петрограде не знал, что при игре в рулетку госпожа Кшесинская выбирает только цифру семнадцать!..

Андрей.      Мы только что об этом говорили…

Дягилев.     Матильда Феликсовна, если бы Вы знали, дорогая, как я искал Вас! Где только не искал -  и в Каннах, и в Ницце, и в Париже пытался… Послушайте, кончилось страшное время, три года испытаний позади… Вспомните, Вы - гениальная танцовщица, пора возвращаться на  сцену. Вся моя труппа будет очень рада… Вот прямо сейчас - соглашайтесь!

Матильда.  Не могу  сказать, Сергей Павлович, как мне лестно  слышать это от Вас… Вы словно забыли, что мне уже сорок восемь лет…

Дягилев.     Пустяки! Я  нисколько не сомневаюсь…

Матильда.  Друг вы мой дорогой… Конечно, дело не только в возрасте… Если бы я хотела танцевать также, как в годы наших великих баталий с Вами, меня бы ничто не остановило…

Дягилев.     Так что же мешает Вам нынче? Вы - прима-балерина Русского балета…

Матильда.   Императорского балета, позвольте Вас поправить… Императорского балета, которого не существует более двух лет. Нет Императорского балета, нет и прима-балерины. Нет, дорогой Сергей Павлович, я не вернусь более на сцену. Теперь моя империя - это мой дом, мои близкие…

Андрей.     Сергей Павлович, виллу нашу найти очень легко, это отсюда совсем близко…Приезжайте в любое время без церемоний.

Матильда.   Пожалуйста, Сергей Павлович,  я просто прошу Вас об этом. Мы живём открыто, и друзьям всегда рады.

Дягилев.   Благодарю Вас, и непременно воспользуюсь приглашением.  И не теряю надежды, Матильда  Феликсовна, уговорить Вас вернуться на сцену. Впрочем, помню прекрасно, как трудно уговорить Вас отказаться от своего мнения.

 

                                          Все смеются.

  

Матильда.(увидев  накрытый стол)  Андрей, милый, спасибо…

Андрей.    Сегодня - наш день, и мне хотелось, чтобы всё было как в старые, добрые времена… Как хорошо  было бы заказать тебе какой-нибудь прекрасный подарок от Фаберже…

Матильда.  Не думай об этом, Андрей… Те сапфиры, которые ты подарил мне на наш десятилетний юбилей мне удалось вывезти… Хочешь я их надену? Правда, мой остальной туалет… О чём ты постоянно думаешь, Андрей?  Что с тобой? Что-нибудь случилось?

Андрей.  От тебя невозможно что-нибудь скрыть… Мне не хотелось портить тебе вечер…(протягивает телеграмму).

Матильда.(читает) " Ваше высочество Великий Князь Андрей Владимирович… Спешу сообщить, что Великая княгиня Мария Павловна, Ваша матушка, тяжело больна…  Опасность для жизни… Доктора надеются…. Великий князь Кирилл Владимирович изволит прибыть"…  Когда ты едешь, Андрей?

Андрей.    Ближайший поезд только утром. Ах, мама, мама… Она не смогла пережить свой отъезд из России…

Матильда. В этом нет её личной вины… Она не покинула страну, пока была надежда…Великая княгиня Мария Павловна всегда была воистину  Великой княгиней. Я  преклоняюсь перед ней.

Андрей.    Это правда? И ты ни в чём не винишь мама? Эти двадцать лет… Мы были молоды двадцать лет назад, красивы… Мы так любили друг друга… И кто знает, если бы не мама…  Она думала о судьбе России, о судьбе царской фамилии…

Матильда. Ничего не поделаешь, дорогой. Ты - Романов. Послушай, милый… Когда-то ты купил для меня эту виллу… Каким счастливым убежищем стала она теперь для нас… Да, Россия далеко, но и большевики далеко, нам ничто не угрожает.  Наш дорогой сын, наш Вово с нами. Когда вы оба рядом со мной - я счастлива. И так было всегда.

 

                                        1892 год .  Дом Кшесинского.

   Матильда.( в восторге кружит Наследника) Я счастлива, счастлива, счастлива!..

Наследник.( встаёт перед ней на колено)Целую ручки моей прекрасной пани… ( Ловит её руку, рассматривает браслет) Как великолепно смотрятся бриллианты на этой прелестной ручке…

Матильда.Твой подарок… Я  не сниму этот браслет ни за что на свете…

Кшесинский. Маля, наше положение становится затруднительным…

Матильда. Папочка, милый, ты всё преувеличиваешь…

Наследник.(разглядывая браслет) А что здесь успела выгравировать прелестная пани?

Матильда. Две даты - самые важные в моей жизни. Ты видишь? Тысяча восемьсот девяносто и тысяча восемьсот девяносто два…

Кшесинский. Должен тебе сказать, Маля… Императрица крайне недовольна увлечением Наследника. Через флигель-адъюданта она просила меня под любым предлогом отказать ему от дома.

Матильда. Папочка, ты всё на свете понимаешь… Я так люблю Ники..

Наследник. Объясни, дорогая, что за даты?

Матильда. Ах, Ники… Ты такой недогадливый… Мы впервые встретились с тобой на выпускном экзамене в Театральном училище, ты помнишь?

Наследник. Да, моя прелестная пани…

Матильда.  Мне было семнадцать лет, и теперь на всю жизнь число семнадцать будет для меня счастливым числом…

Кшесинский. Маля, ты влюблена в Наследника Русского престола… Ты это понимаешь? Ты любишь Романова, а это значит, что вы никогда не сможете быть вместе. Вам придётся скоро расстаться.

Наследник. А тысяча девятьсот девяносто второй?

Матильда. Нынешний год.  Ты впервые пришёл ко мне в этом году… Я ничего не хочу слышать, папа. Я  знаю, что всё это очень скоро  кончится. Папа, дорогой, если ты меня любишь, позволь мне, хоть немного, побыть счастливой. Я не хочу сегодня думать о том, что будет завтра. Ну, а теперь, Ники, скажи мне, ты видел меня вчера в "Пиковой Даме"? Понравилась я тебе?

Наследник. Маленькая госпожа Кшесинская в моей любимой Пасторали была просто обворожительна…

Матильда. А в прошлую среду, когда давали  " Спящую красавицу"… Ты был в театре, Я  видела… Моя Красная шапочка…

Наследник. О, Красная Шапочка… Когда она делает вот это движение…

Матильда. Ники, Ники… Ты так смешно показываешь… Ну-ка ещё раз!

           Наследник, подпевая, изображает Красную Шапочку,  Матильда - Волка.

Кшесинский. Ваше Императорское Высочество, из Дворца  прибыл флигель-адъюдант, непременно хочет Вас видеть…

Наследник.  Прости, дорогая. ( Выходит).

Кшесинский. Маля, я не могу оставить без внимания просьбу императрицы.

Матильда.   Папа, я очень люблю и тебя и маму. Я не хочу, чтобы вы имели неприятности от Двора…Папа, мы с сестрой давно решили… Не знали, как сказать… Папа, позволь нам съехать от вас и жить своим домом…

Кшесинский ( подумав) Возможно, это - единственное решение. Мы  переговорим об этом с твоей матерью.

 

                                            Входит Наследник.

 Наследник. К великому сожалению, я должен откланяться. Император требует  меня к себе. Прощай, моя пани. Прощайте, любезный Феликс Иванович. Всегда с превеликим удовольствием наблюдаю Вас в мазурке… Должен признать, равных Вам нет в этом       танце…

Кшесинский. Благодарю Вас, Ваше Императорское  Высочество.

Наследник.   Не провожайте меня. Флигель-адъюдант ждёт  внизу. (Выходит)

Кшесинский. Тебе пора отдыхать, Маля. Завтра спектакль.

Матильда.     (задумчиво) Папа, ты веришь, что я стану великой танцовщицей?

Кшесинский. (серьёзно) Возможно.

Матильда.    Так веришь или нет?

Кшесинский. Для этого надо очень много работать.

Матильда.    Вот завтра и начнём. Наследнику нравится мазурка, вот с неё и начнём.

Кшесинский. А когда ты станешь великой танцовщицей, что будут делать на сцене Императорского балета итальянки?

Матильда .   А мы прогоним итальянок, папа!  Долой, долой, долой!

 

Сцена словно разделена на два класса. Матильда перебегает из одного в другой, занимаясь сразу с двумя педагогами.

 1-ый педагог. Пожалуйста, мягче, дорогая… Вы ведь можете ещё мягче…

2-ой педагог.  ( с итальянским акцентом) И… Острее… Ещё острее!

1-ый педагог. Закройте ручку! Уберите пальчики… Вот так...  Локоток, локоток опять вылез, дорогая… 

2-ой педагог. Ещё раз!  И ещё!  Повторять!   Повторять, повторять!

                                  Матильда работает у станка.

  

                                                  1893 год.

                                        Матильда и  Ники.

 

 Матильда Что с тобой, Ники?  Что случилось, дорогой?

 Наследник. Наверно, я не должен тебе говорить... Это причинит тебе боль...Но мне больше не с кем поделиться...  Ты сейчас для меня самый близкий человек....

 Матильда. Успокойся, дорогой... Сядь вот здесь...  Тебе принести чаю или, быть может, шампанского?

 Наследник. Нет, нет. ничего не надо...

 Матильда. Хорошо, хорошо... Дай мне свои руки... Ну. вот... А теперь расскажи мне всё... Я не боюсь страданий. Я к ним готова.

 Наследник . Я только что очень серьёзно поссорился с императором и мама... Они ничего не желают слушать. Они меня просто не слышат!

 Матильда. Пустяки, Ники... Кто из нас не ссорится с родителями! Император так любит тебя, а императрица просто обожает...

 Наследник. Нет, Маля, нет! ( Забывшись) Они запретили мне даже думать об Аликс... Сначала мне прочили французскую  принцессу, теперь принцессу Маргариту Прусскую... Я сказал государю, что если мне не будет позволено  свататься к Аликс, я просто уйду в монастырь!

 Матильда. Я  не узнаю тебя, Ники!  Ты такой всегда мягкий, деликатный, выдержанный, и вдруг... Ты сейчас словно в горячке...

 Наследник. ( Задумчиво глядя на неё)  Послушай, Маля... Давай уедем за границу... В Париж... Или в Италию... При тех условиях, которые мне ставятся, Я не желаю быть Наследником! Я готов жить тихой спокойной жизнью, как частное лицо... Давай уедем... Немедленно!  Завтра...

 Матильда. ( Отодвинувшись)  Ники...

 Наследник. Ты успеешь собраться... Много ли у тебя вещей... Господи, как это будет прекрасно: с тобой, вдвоём... Я так устал от этой постоянной борьбы, этих бесконечных ссор и споров...

 Матильда. Ники! Остановись... Опомнись... Куда мы уедем?... О чём ты говоришь! Какое частное лицо?! Я не допущу этого... Ты - Наследник, и когда-нибудь будешь императором. А я... Я всю жизнь буду гордиться тем, что была когда-то рядом с тобой. Я - твой друг, Ники... Я - твой самый преданный и любящий друг. Именно поэтому я никуда с тобой не поеду. Ты должен быть там, где ты есть, и тем, кем создал тебя Бог...

                           Наследник молчит, приходя в себя.

 Матильда. А почему император не хочет, чтобы Алиса Гессенская...

 Наследник. Они с мама думают о будущем Российской династии... Это - государственная тайна, Маля, но я верю тебе... В роду Аликс есть тяжёлое наследственное заболевание...

                                            Пауза.

 

 Матильда. Говорят, она очень красива, твоя принцесса  Алиса Гессенская...

Наследник. Господи, дорогая... Прости, прости меня... Я понимаю, как тяжело тебе слушать всё это, давать какие-то советы... Прости меня... И прощай... Мне необходимо вернуться в Красное село до темноты...

Матильда. Да,  да , Ники... Прощай, мой дорогой, мой Любимый...

Наследник. (Уходя, вдруг останавливается) Маля...

Матильда. Да, мой дорогой...

Наследник. Спасибо...

Матильда За что?

Наследник. За то, что не согласилась со мной уехать.

                               Уходит.

Матильда. Я  люблю Наследника, дорогой. Я очень его люблю. И не позволю ему наделать глупостей!
 

                                Появляется Петипа, закутанный в плед, что-то насвистывает.

 Матильда. Мариус Иванович, прошу Вас…  Поставьте для меня Эсмеральду!  Я так давно мечтаю!

Петипа.     Ма веlle,  а ты любил?

Матильда. Да, да! Я люблю!  Я безумно влюблена!

Петипа.      А ты страдал, ма веllе?

Матильда.  Бог мой, Мариус Иванович!  Разве это так необходимо?!

 

                                     Петипа уходит, насвистывая.  

                   Вариация из балета «Тщетная предосторожность» 

 

                                      1894год. Наследник и Матильда.

 Наследник. ( Целуя Матильде руки. Печально) Прощай, моя милая пани…

Матильда . ( плача) Прощай, Ники… Ты мне позволишь и впредь тебя так называть?

Наследник.  Послушай, дорогая…  Чтобы со мной в жизни ни случилось, наша встреча с тобой останется для меня самым светлым воспоминанием. И я всегда буду для тебя "Ники",  и, если ты будешь писать ко мне, то только на "ты".…

Матильда. Ники, дорогой. Пожалуйста, запомни, что я тебе скажу… Я обещаю тебе, Ники, нет… Я обещаю Вам, Ваше Императорское Высочество… Я  клянусь… Я буду первой артисткой Императорского балета… Я преодолею все технические сложности, я добьюсь самой выразительной мимики… Я буду первой! Ты веришь, Ники? Ты веришь мне?

Наследник. Верю, Маля, верю… Но это будет очень трудно…

Матильда. Я знаю, Я должна быть очень сильной. В театре столько завистников… Теперь они будут постоянно мешать мне..

Наследник. Маля, позволь и мне дать тебе обещание… Я буду внимательно следить за твоими успехами, я буду помогать тебе. Обращайся в случае нужды ко мне непосредственно или через Великого князя Сергея Михайловича. Он - президент Российского Театрального общества и обещался мне поддерживать тебя всячески  как близкий человек и как официальное лицо… Теперь, увы, дорогая, мне надо идти… Прощай, Маля…

Матильда. Прощай, Ники…

                   Наследник хочет уйти, но Матильда останавливает его.

 Матильда. Ники!

                 Наследник оглядывается.

 Матильда. Отныне у каждого из нас будет своя империя, Ники. Моя империя - это сцена Императорских театров. И я буду там императрицей!

 

                  Николай Легат и Матильда. Урок. Матильда пытается  делать фуэте, но падает на каждом третьем-четвёртом.

 егат.       Ещё… ( После очередного падения) Ещё раз…

               Матильда настойчиво повторяет, падает снова.

 Легат.      Не понимаю…  Что-то здесь не так… Какая-то ошибка в технике…

Матильда. Вчера Леньяни направилась в репетиционный зал, и я пошла за ней, хотела посмотреть урок… Так знаешь ли, Коленька, она молча закрыла дверь перед моим носом и заперла её изнутри на ключ…

Легат.       То, что делает Леньяни, исполняя свои знаменитые фуэте, имеет отношение к  балету весьма отдалённое. ( Показывает) Сначала мы останавливаем оркестр, потом находим место на сцене… Ощупываем его ногой, вот так… И только после этого делаем знак дирижёру… ( Матильда смеётся) Нет, Малечка, мы во что бы то ни стало должны взять эту техническую крепость, но акробатикой мы заниматься не будем. Это будет настоящий балет.

Матильда. Императорский балет…

Легат.         Вот именно - Императорский балет… Вот что, Малечка. Сегодня вечером мы идём на спектакль  Леньяни.  И внимательно следим за её фуэте… Давай попробуем разделить это движение на фрагменты… Ты следи за ногами и корпусом, а я буду  следить за руками и головой…  Будь предельно внимательна.  И мы разгадаем её фокус.  До вечера, дорогая… ( Уходит).

Матильда. (Одна). Ну, вот, Ники, и первая трудность, о которую я разбиваю лоб. Леньяни делает тридцать два фуэте, не сдвигаясь ни на сантиметр, а я падаю на четвёртом вращении… Мало того, что она выполняет  свой номер легко, она тут же повторяет все тридцать два на бис… А тут ещё балетоманы взяли привычку вслух фуэте считать… Но, Ники, дорогой…  Я поклялась тебе, что буду сильнее итальянок, и я буду лучше их, чего бы мне это ни стоило!

 

                   Встаёт и снова пытается делать фуэте. Вбегает Легат.

 Легат.        Ты видела, Маля?!  Ты поняла?

Матильда.  Почти… 

Легат.          А я всё понял.. Встань здесь. Вот так. Закрепи спину, а главное шею и голову и смотри мне прямо в глаза…  Ты понимаешь, я поймал её взгляд. Она всё время глядит в одну точку…  Смотри мне в глаза!  Начинай вертеть, и каждый раз смотри мне прямо в глаза… Начинай!  В глаза!.. Так… В глаза!..  держись! Держись! В глаза,..

 

            Матильда провертела достаточное количество фуэте. С радостным   визгом бросается на шею Легату.

Матильда. Коленька, Коленька… Какой же ты умница!  Мы разгадали её тайну! Теперь только работа…

Легат.        Только работа. Но это ты умеешь…

 

                      Матильда делает тридцать два фуэте, садится на пол, плачет.

 

Матильда. Я  сделала… Ники, дорогой, я сделала тридцать два фуэте. И могу ещё больше. Но никогда не буду делать,  потому что я - балерина, а не  цирковая акробатка.

                                 Насвистывая, появляется  Петипа.

 Матильда. Мариус Иванович, я сделала тридцать два фуэте. Теперь дирекции Императорских театров нет нужды заключать контракты с итальянскими балеринами. Императорский балет имеет свою танцовщицу, обладающую не меньшей виртуозной техникой.

Петипа.     Ма веllе,  я видел тебя вчера на сцен… Ты сколько угодно можешь делать свой сумасшедший штук, но ты должен быть принцесс Аврора, а не её горничный…                             (Уходит).

   

                                   Вариация Авроры

 Матильда.   Дорогой Ники! Обращаюсь к тебе, воспользовавшись правом, которое ты мне дал - обращаться к тебе непосредственно.  Конечно, как я и предполагала, едва только ты женился, в театре меня начали травить… Не смотря на то, что технически я переросла и Леньяни, и Гримальди и других менее совершенных балерин, меня постоянно отстраняют от спектаклей по воскресеньям.  Кто-то за моей спиной решает, нужно ли тебе меня видеть или нет. Все знают, что ты с императрицей бываешь в балете по воскресеньям, меня же постоянно занимают в спектаклях по средам. Среди артистов царит  такое настроение, что все говорят, что если танцует Кшесинская, то императора ни за что на спектакле не будет… Ники, дорогой, я считаю, что когда император с императрицей приезжают в театр,  то на сцене должны быть заняты лучшие в Императорском театре исполнители, а не случайные посредственности или иностранки. Что касается меня, то  я считаю всё происходящее оскорблением меня перед труппой, и, если подобное положение не изменится,  я не смогу далее считать для себя возможным продолжать службу в Императорском театре…

 

                           Уборная Матильды.  Антракт.  Стук в дверь.

 

Матильда. ( недовольно) Кто там ещё?

Голос Сергея. Великий князь Сергей Михайлович.

Матильда. ( Бросается к двери) Серёжа!  Господи, наконец-то!..

 

                   Входит Сергей. Обнимает Матильду.

 

Сергей.      Здравствуй, дорогая…   Я только с поезда - и сразу в театр…

Матильда. Ну, и как поживает наша артиллерия? Стреляют пушки?

Сергей.     Стреляют, стреляют. И, кажется, неплохо стреляют. Сядь, дорогая, я посмотрю на тебя… Это ничего, что я вошёл?  Я  знаю, ты не любишь  принимать во время спектакля…

Матильда. Это к тебе не относится… Я тебя очень ждала…

Сергей.     Неужели правда?            

Матильда. ( Смутившись) Прости, Серёжа, но мне опять очень нужна твоя помощь. Поговори, пожалуйста, с Ники… Он сейчас в зале… Такого удобного случая просто представить невозможно… Ты сейчас же сможешь с ним всё решить… Ники…

Сергей.     ( Грустно) Опять - Ники… Только Ники…

Матильда. Прости, Серёжа… Но разве я виновата?  Наверно, я выгляжу такой неблагодарной… Ты постоянно балуешь меня,  даришь необыкновенно красивые и дорогие подарки. Фаберже, выполняя твои заказы для меня,  самого себя превосходит… Ты исполняешь все мои просьбы и капризы,  чего стоит  купленная для меня прелестная дача в Стрельне… А я ничем тебе не могу ответить, кроме нежной привязанности и благодарности. Прости, милый. У меня душа совсем пустая…  Я не могу забыть Ники

Сергей.     Вы артисты - Божьи люди…Иногда сами не понимаете, где кончается сцена, и начинается жизнь... Ники - Российский император, Маля. Он влюблён в императрицу, обожает свою маленькую дочку и мечтает о Наследнике... И всякие романтические вздохи о нём сейчас неуместны. Иногда мне кажется, что ты любишь... как бы это поточнее выразиться... свою любовь к нему... Ну, ну... Не надо злиться... Мы так давно не виделись,  я очень соскучился по тебе... Ники ради памяти о своей романтической  юношеской любви всё для тебя сделает.  Что я должен ему передать?

Матильда. Готовится парадный спектакль по случаю коронации…  Дирекция сочла моё участие в нём неуместным… Главную роль  танцует Леньяни, заняты лучшие силы Императорского балета, а я отстранена…

Сергей.     Возмутительно! В любом случае я должен доложить императору о своём приезде… Я сейчас же пройду в Царскую ложу  и попрошу Ники меня выслушать. Ты будешь участвовать в парадном спектакле!

Матильда. Серёжа, спектакль срепетирован. Все роли распределены, нет ни одного музыкального куска…

Сергей.     Пустяки!  Дриго напишет вариацию специально для тебя, сегодня ночью и напишет. Петипа завтра же начнёт с тобой репетировать. Ты прекрасно подготовишься…

 

                                   Стук в дверь.

 Матильда. Кто там? Войдите!

 

                            Входит капельдинер с корзиной цветов.

 Матильда. Поставьте там.  ( Капельдинер  ставит  цветы, выходит. Матильда вынимает из корзины записку, читает) Это балетоманы! Послушай, Сергей, балетоманы устраивают сегодня мне ужин у Кюба…  Эти вечера так весело проходят!  В прошлый раз мы  засиделись до утра. Пойдёшь со мной?

Голос.       Матильда Феликсовна,  пожалуйста, на сцену!

Матильда. Мне пора, Сергей. ( Целует его) Так сделай, пожалуйста, что обещал!

             

                                       Вариация на музыку Дриго.

              На фоне последних тактов  за сценой возникают голоса  газетчиков.

 "Благодаря своим блистательным способностям и неустанной работе наша замечательная балерина…"

"Это был полный триумф нашей замечательной танцовщицы госпожи Кшесинской…"

" Этот успех радует наших соотечественников прежде всего потому, что одержан воспитанницей нашей русской национальной школы…"

 

                     Авации, крики " Браво, Кшесинская!"

        Балетоманы вносят Матильду на стуле, она в пышном венке, с цветами в руках.

 Матильда. Господа, господа, благодарю вас!..

      За кулисами  слышен шум подъезжающего экипажа, реплики " Распрягай!", шум, смех.

 Голос.    А теперь взялись!..  Раз, два, три!... Поехали!

 

                                             Появляется Балетоман.

Балетоман.  Ах, молодость, молодость... Выпрягли лошадей из экипажа и повезли любимую артистку на руках  до самого дома... И я когда-то также впрягался в экипаж Фанни Эйслер... Это было так давно,  я постарел, и мои друзья совсем седыми стали, только любовь наша к балетным артисткам осталась прежней...  Э, я вижу наше восхищение  их искусством кажется вам несколько преувеличенным, не так ли? Но для нас, балетоманов, в искусстве артисток Императорского балета  есть нечто для прочих, совсем, быть может, неуловимое... Я сейчас попробую объяснить...

                          Балет в России, и особенно в Петербурге, искони почитается за дело                     важное, важнее многих других  на вид серьёзных государственных дел, и  по достоинствам своим  вне конкуренции. И мы, балетоманы, оберегатели и хранители балетных традиций, считаемся людьми не только серьёзными и полезными, но и необходимыми... У настоящего балетомана влечение к балету основано прежде всего на настоящей неподдельной любви к очаровательным молодым исполнительницам танцев.

                          Когда Вы входите в Мариинский театр в день балетного спектакля, Вы сразу отличаете  настоящих балетоманов. Подойдя к своему месту, балетоман никогда не садится сразу. Сначала он, если абонирован в первом ряду, говорит несколько приветливых  слов оркестрантам. Затем, облокотившись о барьер оркестра, оглядывает публику  в бинокль, дабы убедиться, все ли на месте, кто пришёл вместе с ним порадоваться успеху его балетной птичке.  Ну. а как только поднимется занавес, все балетоманы, как по мановению волшебного жезла, наводят самые разнообразные оптические инструменты на сцену, и на лице их можно ясно заметить блаженную улыбку. Со сцены - мгновенный ответ. Устанавливается общий любовный ток между дорогой балетной птичкой и её почитателем, устанавливается и продолжается во время всего действия... По окончанию акта  более важные и влиятельные балетоманы идут в кабинет полицмейстера Императорских театров, другие- расходятся по коридорам, буфетам и фойе, разнося с собой флюиды горячей любви, восторга и умиления - повсюду только и слышно о ножках, плечиках и глазках...

                          Если бы меня спросили, какой состав балетоманов в Петербурге, я бы затруднился ответить. Тут и лица государевой свиты, и придворные,  и генералы, и золотая молодёжь, и директора департаментов, и генерал-губернаторы, и люди финансового мира, и бывшие и настоящие рантье, и редакторы и сотрудники газет, и учащаяся молодёжь... Вообще  балетоманы - люди со средствами, или умеющие искусно показывать, что средства у них есть: ведь приходится немало тратить денег на ужины, подарки , цветы и венки артисткам. Необходимо иметь своих людей в газетах, а это тоже немало денег стоит...

                         Самые  влиятельные и видные балетоманы  в каждом антракте собираются курить в полицмейстерском кабинете, который превращается в дни балетных спектаклей в курилку балетоманов высшего ранга, часто убелённых сединой и с чинами до полного генерала включительно. 

                         Разговор обычно начинается с разбора только что увиденного акта, причём говорится только о женском персонале: о главных и второстепенных исполнительницах, о дебютах новых  танцовщиц, разбираются подробно ножки, их размер и толщина, плечики, талия, сценичность всей фигуры,  лицо, улыбка, манера держать руки, устойчивость при окончании па - словом, разбирается всё, подробно оценивается и составляется устный протокол, на основании  которого, сообща, решается судьба дальнейшей карьеры дебютантки. Приговор этот сообщается для сведения как всем прочим балетоманам, так и и балетному начальству, а также доводится до сведения печати...                

                              Покончив с вопросами о балетных артистках,  балетоманы переходят к действиям и распоряжениям балетной администрации. Тут затрагиваются вопросы как чисто административные, так и художественные, касающиеся не только хореографического искусства, но и постановок балета, декораций, костюмов, бутафории, а также музыки... Великие князья, вполне сочувствующие балетоманам, в курилку не могут приходить по этикету.  Один из них лично мне признался, что не раз через окно буфетной царской ложи, выходившее в кабинет полицмейстера, подслушивал разговоры балетоманов и узнавал тайны их решений. Дело в том, что балетоманы Великим князьям не всё сообщают откровенно, поскольку решения их третейского суда иногда касаются особ, в коих  Великие князья бывают весьма заинтересованы.  Особенно когда речь идёт о госпоже Кшесинской, этой прима-балерины во всех отношениях. Она имеет очень большую и сильную партию наверху, в публике и в печати... Вообще -то с глупой головой того в жизни не добьёшься, чего она добилась. Но над правду сказать - она настоящая работница, особенно по части техники.  Как умная женщина, госпожа Кшесинская прекрасно отдаёт себе отчёт в слабости мужчин, знает, что на сцене, на виду она должна показать товар лицом. Тогда многое простят, и те же балетоманы тридцать два фуэте без аплодисментов не выдержат. Ведь количество туров - дело весьма важное... Что касается бисов, то тут дело обстоит ещё серьёзнее. Несравненная госпожа Кшесинская обожает бисировать, но приходит в бешенство, когда бисируют другие. Тут дело доходит до настоящих скандалов.  Дело в том, что иногда балетоманы озорничают и громкими аплодисментами и криками требуют повторения номера от такой танцовщицы, которую только они признают достойной биса. При этом часто бывает, что балерина, танцующая следующий номер, не желая, чтобы молодая соперница бисировала, выходит из-за кулис на несколько мгновений раньше, и, когда молодая танцовщица заканчивает номер, балерина уже стоит в позиции для начала своего танца. При таком сложном положении капельмейстер должен быть весьма тонким дипломатом. Если балетоманы шумом, криком, аплодисментами заставят его остановить оркестр и бисировать номер молодой танцовщицы, то на него обрушится балерина, упрекая его в бестактности и недостаточном к ней уважении.  Если же он выдержит натиск балетоманов  и не станет бисировать номер, то ему закатит скандал молодая артистка, чувствующая поддержку в зале, упрекая его в том, что он губит её карьеру...  

                                 В дни бенефиса  кордебалета балетоманы превращают всю сцену в большой сад, среди которого их юные пассии выглядывая как птички среди веток, приветливо с ними раскланиваются, и картина получается  при этом самая трогательная и семейная.

                                 Вы, друзья мои, ещё молоды, полны жизни и надежд всё перестроить  по -новому. Мы, старики, жить уже кончаем и цепляемся руками за каждое возможное удовольствие и наслаждение. Мы любим женские ножки, любим ходить на сцену, любим видеть в первой линии кордебалета наших птичек, может быть не всегда самых красивых и талантливых... Нет балетоманов без Императорского балета, как нет Императорского балета без балетоманов. Порядок, симметрия, законченность - и в результате тонкое удовольствие и возвышенное настроение - вот то, к чему должно стремиться  и всё наше Русское общество...

 

                      Сергей,  Матильда  и директор Императорских театров.

 Матильда. Серёжа, у Леньяни через три  месяца кончается контракт.

Сергей.      Так напомни директору. Пусть продлевает, не задумываясь...

Матильда.  А мне кажется, что продлевать контракт не надо.                      

Сергей.       Почему?

Матильда.   Скажи мне, Серёжа, когда мы, наконец, перестанем снимать шапку перед иностранцами? Разве наша отечественная балетная школа хуже? ! Разве мы , русские артистки, не владеем такой же техникой? А по части драматического исполнения и мимики и говорить нечего!

Сергей.      Дорогая, дорогая, успокойся! Я согласен с тобой.  Я просто не задумывался об этом, хотя по долгу службы должен бы думать .

Матильда .Императорский балет должен гордиться своими артистками.

Сергей.      Безусловно. Я тебя прекрасно понимаю, Маля. Не будет Леньяни - ты будешь первой. И я этого хочу, так же как и ты.

Матильда. ( Директору) Господин директор, я передала список своих спектаклей на предстоящий сезон балетному режиссёру. Первым балетом будет "Дочь фараона", затем - "Спящая красавица", но не раньше, чем через неделю...  Остальные спектакли в списке также указаны, как и мои партнёры... Я  очень надеюсь,  что никаких внезапных  перестановок, как  в прошлом сезоне, не будет.  Балетов должно быть столько, сколько мной указано  - ни на один больше. Прима-балерина не должна мелькать перед глазами зрителей слишком часто. Каждый её спектакль должен быть вспышкой, молнией, и впечатление о  нём должно держаться до следующего сезона... И ещё... После долгих раздумий я решила возобновить для себя балет " Баядерка". Он давно не шёл, зрители его совсем забыли, обещаю Вам непременный успех.

Директор. Побойтесь Бога, Матильда Феликсовна!  Все в театре знают,  что "Баядерку" вот уже вторую неделю репетирует Леньяни для своего прощального бенефиса!

Матильда, Значит, Леньяни возьмёт для бенефиса другой балет! Вы  легко сможете её уговорить.  И последнее... Мне хотелось бы разрешить с Вами одно недоразумение... Я говорю о Вашем желании передать балерине Гримальди мой балет " Тщетная предосторожность"...

Директор.   Простите, Матильда Феликсовна, но контракт с Гримальди на выступление в этом балете был заключён ещё моим предшественником на посту директора. 

Матильда.  Тем лучше. Пришёл новый директор и  изменил условия контракта! Разве так не бывает?

Директор.    Матильда Феликсовна, я глубоко уважаю  Вас за Ваш непревзойдённый  талант, но в театре  никогда не было права собственности на роль.

Матильда.   Прежде не было, а теперь есть.

Директор.    Позвольте не согласиться с Вами. Закрепляя какую-то роль за артисткой, пусть самой выдающейся, мы ставим других в невыгодное положение,  мы ущемляем интересы других... В театре, как и в любом другом учреждении, должна быть жестокая дисциплина, иначе никакого настоящего дела не будет...

Матильда.   Позвольте, князь, не Вы ли постоянно  твердите,  что в театре нет более дисциплинированного человека, чем госпожа  Кшесинская? Скажите, разве я, хотя бы один раз, опоздала на репетицию?  Или вдруг сорвала спектакль? Пришла неподготовленной? ( Сергею) Он упрям, Серёжа... Репетиции с Гримальди продолжаются, этого нельзя допускать! Пожалуйста, немедля, телеграфируй Ники...

Сергей.       Ники в Дании...

Матильда.   Это не имеет значения!  Телеграфируй в Данию.

Директор. ( читает телеграмму) " Передаю Вам приказание не отдавать балета "Тщетная предосторожность" балерине Гримальди, оставив его за Кшесинской."..  Смешно... Смешно оспаривать у самодержца право распределения ролей, которое принадлежит и мне, его подданному, и любому режиссёру... А Леньяни, между прочим, вернувшись в Италию, заявила всем газетчикам, что ноги её в России больше не будет, пока в Петербурге на Императорской сцене царствуют Кшесинская и Ваш покорный слуга...

Матильда.   Бог с ней, с Леньяни... Главное - сцена свободна!

Сергей.        Ты ещё что-то хотела, дорогая?        

Матильда.   Да. Есть кое-что... (протягивает ему газету)

Сергей.         (читает) " Грандиозный успех выпал на долю нашей прославленной балерины госпожи Кшесинской"...

Матильда.    Не это, Серёжа... Читай ниже!

Сергей.         " Сегодня утром на берегу Фонтанки у Чернышёва моста обнаружен труп молодого мужчины"...

Матильда.    Господи, Сергей... Да вот здесь же!

Сергей.         " Его высочество, Великий князь Сергей Михайлович, возможно, на днях сделает предложение Великой княжне..."

Матильда.   Это правда, Серёжа?

Сергей.        Отчасти. Во всяком случае, о предложении речи не было. Газетчики перестарались.

Матильда.   Ты влюблён, Серёжа?

Сергей.        Я много раз говорил тебе, что есть только одна женщина на свете...

Матильда.    Серёжа...  Мы столько лет вместе... Я  бесконечно благодарна тебе за всё, что ты  делал и делаешь для меня. Но если ты хочешь иметь свой семейный дом  и рядом ту, которая любила бы тебя так, как ты того заслуживаешь, как я любила Ники, - я не держу тебя. Мы расстанемся, не медля.

Сергей.       Всё остаётся, как было. Забудь это... (Рвёт газету)

Матильда.   Это, друг мой, слишком простое решение. Эту газету не только мы с тобой прочитали, её весь Петербург прочитал...Ты подумай только, как обрадуются мои враги, - ты знаешь, сколько  их среди балетоманов, а мои завистники... Могу себе представить, как они будут шептаться за моей спиной...

Сергей.       Этого я, конечно, не допущу.  Сделаем так. Газетчик этот за столько поспешный опус будет с работы снят, и факт этот получит необходимую огласку. Опровержение тоже будет. Несколько слов, ничего лишнего... А в доме том я более появляться не буду, по крайней мере, пока не улягутся слухи.

Матильда.   Ты всё понимаешь, Сергей. Прости меня.

 

                      Матильда, Ники и директор Императорских театров.

 Матильда.  Ты только подумай Ники... Меня сегодня просто вывели из терпения. Петербург неделю гудит, словно улей, балетоманы перессорились из-за меня, всё спорят с фижмами я выйду или без них...

Директор.    Матильда Феликсовна, ещё раз настойчиво прошу Вас - не нарушайте стиль спектакля и наденьте костюм таким, каким  придумал его художник...

Матильда. ( Отбрасывая фижмы) Вон, вон эту гадость! Пусть меня штрафуют. что хотят делают, а фижмы не надену! Господи, Ники!  Ведь я пыталась объяснить директору: фижмы ограничивают  движения. Русский танец полон неуловимых тонкостей, которые в таком громоздком костюме невозможно передать...

 

                             Исполняет "Русскую" без фижм.

 Директор.   " Директор Императорских театров налагает на балерину Кшесинскую штраф в размере пятидесяти рублей за самовольное изменение положенного ей в балете " Комарго" костюма"...

Матильда.  Ты слышишь, Ники?!  Пятьдесят рублей! Эта сумма настолько незначительна, настолько не соответствует моему жалованию и положению... Меня просто хотят унизить и оскорбить, а не наказать!

Николай.     Штраф с госпожи Кшесинской необходимо снять!

Матильда.   Ники, дорогой... Чтобы прекратить все злорадства и кривотолки, штраф необходимо снять в том же порядке, в каком он был наложен.

Директор.    "Директор Императорских театров приказывает отменить наложенный им штраф на балерину Кшесинскую за самовольное изменение положенного ей в балете " Камарго" костюма"...

Матильда.   Благодарю тебя, Ники.

Директор.    Государь, убедительно прошу освободить меня от должности директора Императорских театров..

Николай.     Да, но как же... Вас очень  трудно заменить... Я прошу Вас немного подождать...

Матильда.   Не беспокойся о нём, Ники. Князь - личность незаурядная. Ни положение его, ни репутация от этой отставки не пострадают... Но знаешь ли, у меня через него опять неприятности...  Князя очень любят в Петербурге, особенно балетоманы...  Из-за этих несчастных фижм и его отставки они решили объявить мне бойкот. Они собираются зашикать все мои ближайшие спектакли...

Николай.     Полицмейстеру Императорских театров шума на спектаклях госпожи Кшесинской не допускать. Во время спектакля всех, кто попытается его сорвать, забирать, не медля. Выпустить сразу после окончания действия.

     

                              Матильда с ребёнком и Сергей.

 Матильда. Сядем, Серёжа, Я ещё очень слаба...

Сергей.      Я  говорил с твоими докторами  - они очень боялись за тебя и ребёнка...

Матильда.  Слава Богу, всё позади.  Я  быстро восстанавливаюсь. К началу сезона я должна вернуться на сцену... Тебя так долго не было в Петербурге... Всё ли в порядке в нашей артиллерии?

Сергей.       К сожалению,  до настоящего порядка очень далеко... Но в данный момент меня волнует не только артиллерия... Ты мне ничего не хочешь сказать, Маля?

Матильда.   Серёжа, милый, я могу сказать тебе только то, что ты сам  видишь. Я полюбила, я люблю... Этот ребёнок - сын любимого человека...  Видимо, я очень виновата перед тобой и должна просить прощения.  Прости меня, если можешь...

Сергей,       Ты понимаешь, каково мне это слышать?

Матильда.   Серёжа, я никогда не говорила, что люблю тебя...

Сергей.       Это правда.  Я скажу тебе... Когда я узнал... Это был такой удар, я метался, не знал, что с собой делать... Но когда я стал думать, не о себе - о тебе, о том, что ждёт тебя впереди, как будет  трудно тебе, какая судьба будет у твоего ребёнка...

Матильда.   Серёжа, пожалуйста...

Сергей.      Маля, я - представитель Династии. Я хорошо знаю её законы и прекрасно изучил характер Великой княгини Марии Павловны. Никогда она не позволит своему сыну Великому князю Андрею Владимировичу, кузену императора, связать свою жизнь с балериной, никогда она ему не позволит признать своего сына...

Матильда   Ты мучишь меня,  Сергей...

Сергей.       ( Целует её в лоб)  Прости, дорогая...( Берёт из её рук ребёнка) Я думал о твоей судьбе, малыш... Ведь в тебе течёт кровь Романовых... Ты должен быть чьим-то сыном.. Ты получишь моё отчество и будешь Сергеевичем... Твоя мама - великая артистка, она должна танцевать на сцене Императорских театров. А мы с тобой будем расти, взрослеть, учиться.  Мы с тобой никогда не расстанемся, мой маленький Сергеевич...

Матильда.   ( Растрогано) Серёжа...

Сергей.        Что бы ни случилось, Маля, я навсегда останусь рядом с вами. Как и прежде, ты во всём можешь положиться  на меня... ( Передаёт ей сына) Ну, а теперь прощайте, дорогие... Меня ждёт  русская артиллерия...

                 

                              Вечер у Кюба.  Смех, музыка, звон бокалов.

 Матильда.  Господа, господа! Прошу внимания!  Сейчас, наконец, я выполню вашу давнюю просьбу: я покажу вам как надо правильно танцевать вальс... Я видела в Вене, как его исполняла Айседора Дункан...  В огненно-красном платье... Это было неподражаемо! Великолепно...   Я  была в таком восторге, что взобралась на стул и аплодировала стоя... Итак, внимание! Это совсем нетрудно, надо только уметь считать до трёх... Дорогой генерал, я прошу Вас быть моим партнёром... Раз, два, три... ( Учит генерала танцевать, затем кружится с другим партнёром).

 

              --             Сергей и Дягилев.

 Сергей.     Мне поручено передать, дорогой Сергей Павлович, что государь выражает Вам признательность за Ваш исключительный организаторский талант. Выставка портретов восемнадцатого века произвела на всю царскую семью огромное впечатление...

Дягилев.    Благодарю Вас, Ваше высочество...

Матильда. Ники, милый, я совсем не понимаю, что происходит... Кажется, всё хорошо - в театре я имею, что хочу, и в домашней жизни я очень счастлива: у меня есть сын, которому ты даровал потомственное дворянство, я люблю Андрея, и он меня любит... Сергей ведёт себя очень трогательно, к маленькому Вово относится как к родному сыну, заменяя ему и отца и мать - ты ведь знаешь, Ники, что такое жизнь артистки, я так редко бываю дома... И всё-таки рядом происходит что-то такое, что вносит в мою жизнь непонятную тревогу... приехала Айседора Дункан... Танцует босиком, практически никакой техникой не владеет... То, чего я добивалась титаническим трудом, ей просто не нужно... Когда её спрашивают, у кого она училась, отвечает " У Терпсихоры"...

Сергей.     Не без удовольствия, Сергей Павлович, передаю Вам самые искренние поздравления с удачей от Матильды Феликсовны. Она просила меня дружески пожать Вам руку и передать Вам это приглашение на товарищеский ужин, который она устраивает в честь Айседоры Дункан...

 

                  Сергей пожимает руку Дягилеву, передаёт ему конверт с приглашением, кланяется  и уходит.  Дягилев, церемонно поклонившись ему в след, внимательно разглядывает приглашение.

Дягилев. Айседора... Мы ходили на её концерты с Фокиным... Он почти не дышал, глядя на сцену... Как давно наш балет нуждается в чём-то новом...

Матильда. Вдруг все сразу заболели, по меткому выражению балетоманов "дунканизмом». Миша Фокин сутками сидит в Эрмитаже, и всех нас заставляет изучать позы и движения античного танца, изображённого на греческих вазах... Балетоманы сходят с ума по новым балеринам – у них ноги...  Карсавина косолапит, и от Павловой никто так и не сумел добиться настоящей выворотности...

Дягилев.  Новые  балерины...Никаких технических фокусов, только красота, прозрачность и скольжение...

Матильда. Закачалась моя империя, Ники... И вот, что я решила: я ухожу со службы. Я буду выступать только на правах гастролёрши. И никаких контрактов! Никакой контракт не может меня связать. Служить я  больше не желаю, но остаюсь  по-прежнему прима-балериной Императорского театра. Твоего театра, Ники... А завтра у меня "Эсмеральда" ... Ты до сих пор не видел меня в этом балете... А я каждый раз танцую его только для тебя, даже, когда точно знаю, что тебя нет в театре...

                         

                                Вариация балета «Дочь фараона».

        Дягилев наблюдает за выступлением Матильды в кулисах. Подчёркнуто аплодирует ей.

Дягилев. Великолепно... Великолепно, как всегда... Ручки, ножки, пальчики, коленочки, локоточки… что-то ужасное... Наша прима- балерина с модной стрижкой из салона  Дель- Круа, что на Большой Морской, с диадемой от Фаберже и бриллиантами на шее и поясе,  так размахивала руками и гримасничала в пантомиме, что походила на больную в кабинете психиатра... А чего стоит её танец с кинжалом и шалью! И в каждой паузе ножки, если не в пятой, то в четвёртой позиции! Ну, и при чём тут Древний Египет?!  Какая-то бриллиантово- феерическая пошлость! Всё...  Императорский балет в агонии... Сколько она продлится - год? три? пять лет? Бедная Малечка!                                       

                                       Сергей и Матильда.

 Матильда.  Ты выглядишь нездоровым, Сергей.

Сергей.       Мы не спали в Петергофе всю ночь  - ждали подписи государя под Манифестом. Как ты, как Вово?

Матильда.  В городе который день нет  воды. Не ходят конки. Вечерами на улицах кромешная тьма...Сегодня в театре должна была идти " Жизель" с Павловой, спектакль отменили - оркестр и балет просто не явились.

Сергей.       Зимний окружён войсками, но по Невскому ходят толпы оборванцев и бьют стёкла магазинов.

Матильда.  Как Ники?

Сергей.       Не знаю. Я видел его только мельком.  Бледен, но как всегда, по лицу его трудно что-либо понять.

Матильда.   А Манифест... Что это значит для нас? Для Ники? Объясни, пожалуйста... Я ничего не понимаю в политике.

Сергей.       У нас ещё будет время поговорить обо всём. Пока только могу сказать одно: когда я  в Петергофе спрашивал  сторонников той или иной реформы, как они хотят проводить её в жизнь, то в ответ слышал либо общие места, либо мне рисовали такие картины, которые неминуемо должны привести к революции и анархии. Про Ники могу только предположить, что он вряд ли сможет выполнить то, что пообещал  в Манифесте...

Матильда.   Мою уборную в театре забросали анонимными письмами...

Сергей.       ( тревожно) Анонимными письмами?

Матильда.   Да. Мне угрожают... Вот смотри...( Показывает письма) В этом... И вот в этом... Постоянно пишут о Вово...

Сергей.       ( Просмотрев письма) Послушай, Маля, всё это слишком серьёзно. Вот где приходится расплачиваться за свой грех - ведь я немало способствовал тому, что вся мелкая Петербургская публика, вся провинция уверены, что ты так и осталась "самодержавный каприз" и Вово - сын императора.... Маля, я не перестаю твердить тебе, что ты должна быть осторожна.

Матильда.   После событий девятого января ты запретил мне танцевать в "Лебединном"...

Сергей.       Зато потом ты взяла реванш и танцевала почти каждый вечер...

Матильда.   По театру поползли слухи, что я струсила.  Мне надо было доказать, что я никого и ничего не боюсь.

Сергей.        Дорогая моя, ты не принадлежишь себе - у тебя есть сын.

Матильда.    Ты прав, Серёжа, ты прав... Что будет с Вово, если со мной что-нибудь случится? Я всё сделаю так, как ты советуешь... Но у меня есть великий долг перед отцом - я должна перезахоронить его в Варшаве...

Сергей.        После этого тотчас же уезжайте с Вово из России... Вернётесь, когда всё успокоится. Что делать, дорогая... Закачалась наша империя...

Матильда.    Как ты сказал? "Закачалась империя"? Значит, у Ники тоже закачалась...

Сергей.        О чём ты, Маля?

Матильда.    Да так... Мысли вслух... Ты хотел что-то сказать?

Сергей.         Знаешь ли... Когда я проезжал сейчас в коляске по Невскому, ты даже себе представить не можешь, кого я узнал в толпе... Петипа!

Матильда.   Бог мой! Что он там делал?

Сергей.        Да ничего! Просто брёл в темноте и с любопытством разглядывал прохожих...

Матильда.   Бедный старик! Он совсем обезумел...

Сергей.        Напротив. Он показался мне более, чем разумным... Мне пришлось, правда, почти силой затащить его в коляску, но когда я высадил его подле его дома, он вдруг снял шляпу, низко поклонился  и сказал: «Господи! Сохрани императора!"

Матильда.   ( Про себя) Господи...  Сохрани императора...

                Дворец Кшесинской. Матильда,  Дягилев, Сергей.

 

Матильда.  ( Восторженно) Да, да, Сергей Павлович... Я  помню грандиозный успех Шаляпина на первом спектакле "Бориса Годунова" в Гранд Опера... Я  просто счастлива, что мои первые парижские гастроли совпали с этим событием. Вспомните, что творилось в зрительном зале !  В сцене, где ночью Годунову мерещится тень царевича Дмитрия, зрители толкали друг друга, шепча: " Вон там, в углу..." Шаляпин своей игрой всех просто загипнотизировал...

Сергей.        Да, ничего не скажешь - заслугу Дягилева в организации того оперного сезона трудно переоценить.

Дягилев.     Мы все были безумно счастливы тогда. И Вы так удачно разделили нашу общую радость... Но Гранд Опера дрогнет ещё раз, когда на его сцену выйдет прославленная балерина, непревзойдённая госпожа Кшесинская.

Матильда. Что ж... Парижская публика теперь меня знает... И если работа, которую Вы мне предлагаете, будет меня достойна, возможно, нас ждёт успех не меньший, чем у Шаляпина... А знаете, Сергей Павлович, я никогда не беспокоюсь за свои тридцать два фуэте, когда Вы сидите в зале...

Дягилев.    ( Шутя) Это почему же? Извольте объяснить...

Матильда.  Потому что я со сцены прекрасно Вас вижу в абонированной ложе, И даже в полной темноте мне заметна Ваша роскошная седая прядь.

Сергей.      Осторожно, Маля... Дягилев прекрасно знает, что в театре его за эту прядь зовут "шиншилла".

Матильда.  Чтобы сохранить устойчивость при исполнении фуэте, необходимо смотреть в одну точку...  Вот я и смотрю прямо на Вас...

Дягилев.      " Сейчас узнала я,

                     Что в ложе "шиншилла".

                     И страшно я боюсь,

                     Что в танцах я собьюсь..."   Вы вполне сносно рифмуете, дорогая...

Матильда.   Что Вы, Сергей Павлович! ( Стараясь говорить серьёзно) Я не способна зарифмовать и два слова, а тут - целая поэма!

                          Оба смеются.   

 

Матильда.   Теперь проходите сюда, Сергей Павлович... В этой комнате мы и займёмся делами. Я с удовольствием показала бы Вам и комнаты сына - они просто прелестны, но сейчас  у Вово занятия с учителями, мне не хочется ему мешать, он так легко отвлекается...

Дягилев.     Довольно и того, что я видел, дорогая:  у хозяйки этого особняка отменный вкус и недюжинные способности по ведению хозяйства...

Матильда.  Причём, Вы видели только гостевые комнаты и парадные, а я более всего горжусь своими хозяйственными помещениями... Извините, не могу удержаться от хвастовства.

Дягилев.      Пожалуйста, продолжайте, коли есть желание...  Мне интересно...Приятно видеть такого азартного человека.

Матильда. Да, да, Серей Павлович, я никогда не скрывала - я игрок... У меня всё должно быть самое лучшее, самое интересное, самое новое!

Дягилев. Я помню. как бурлил Петербург, когда Вы первая соорудили на своей даче маленькую электростанцию... 

Матильда.  Даже во дворце ещё не было электричества. ( Сергею) Серёжа, ты говорил с Ники насчёт  субсидии Дягилеву?  И ещё нужен зал для репетиций ...

Сергей.        Двадцать пять тысяч рублей казённой субсидии он получил... Для подготовки сезона ему предоставлен театр Эрмитажа. Костюмы и декорации из Мариинского. Созданы все условия для работы. В антрактах придворные лакеи разносят чай и шоколад.

Матильда.   Ну, а теперь - к  делу... Присядем, Сергей Павлович...  Довольны ли Вы моими действиями? Удовлетворены ли?

Дягилев.     Я  просто счастлив, Матильда Феликсовна. Не представляю, что бы делал без Вас. Мы начали репетиции "Жизели" с Павловой, пока всё идёт превосходно.

Матильда.  Я успела переговорить с Великим князем Владимиром Александровичем до его преждевременной кончины о высоком покровительстве Вашего предприятия...

Дягилев.      Нашего предприятия...

Матильда.   Нашего, нашего... Великий князь готов был дать согласие, но... Простите меня, я до сих пор с трудом верю в то, что его нет более рядом с нами... Но даю Вам слово, Сергей Павлович,  и это дело я непременно доведу до конца...

Дягилев.     Нисколько не сомневаюсь в успехе.

Матильда.   Итак, Сергей Павлович, свою часть нашего договора я выполнила. Но пока мне совершенно непонятна моя роль в Вашем предприятии.

Дягилев.     Опять "Вашем"...

Матильда.  Оно станет моим, когда я чётко буду знать, какую роль буду играть на Парижской сцене. Чем должна поразить французскую публику первая артистка Императорского балета?

Дягилев.     Мне не хотелось бы сейчас быть слишком конкретным...  

Сергей.      Ну, и лиса...

Матильда.  А когда же будет точный и конкретный ответ? Я не могу добиться его от Вас который месяц. Карты на стол, Сергей Павлович!

Дягилев.     Пока я с уверенностью могу сказать только о " Половецких плясках" из " Князя Игоря", они безусловно удались Фокину.

Матильда.  Не увиливайте, друг мой. Я хочу знать, что буду танцевать я?

Дягилев.     Репетиции " Павильона Армиды" идут великолепно, я видел. Балет весьма оригинален, сценарий и костюмы Бенуа отличаются изысканностью, музыка Дриго имеет прекрасные мелодии...  Фокин только Вас в этой роли видит и никого более не хочет, говорит, что только в Вас уверен  безоговорочно...

Сергей.        " Павильон Армиды"? И только то?!

Матильда.   И ничего более? Послушайте, Сергей Павлович... Конечно, я танцую в балетах Фокина, и в некоторых из них - не без удовольствия. Но, если Вы успели заметить по моим интервью, его творчеством я никогда особенно не восхищалась. Постановки его, безусловно, новы и оригинальны, но настоящей балерине в них делать нечего - в них, как правило, нет ни единой вариации, где можно показать своё мастерство, своё искусство...

                                                Дягилев молчит.

 

Матильда.  Итак, Сергей Павлович,  Павловой вы планируете "Жизель", а мне - " Павильон Армиды"? Будьте честны до конца.  Говорите правду!

Дягилев.     Да.

Матильда,  Да. Конечно, Павлова в "Жизели" неподражаема, а прима-балерина императорских театров по сравнению с ней будет выглядеть на Парижской сцене как танцовщица кордебалета.

Сергей.       Это невозможно допустить!

Матильда.  Я  решительно заявляю Вам,  любезный Сергей Павлович - Вы предатель!

Дягилев.     ( Свирепея) Я  бы просил Вас, дорогая Матильда Феликсовна, взять свои слова обратно!

Матильда.   Никогда!  Вы - предатель! Хитрый, подлый авантюрист! Вы использовали меня, чтобы потом выставить на посмешище!

Дягилев.      Замолчите, мадам! И впредь попрошу выбирать выражения!

Матильда.    Что!?  Это Вы говорите мне здесь? В моём доме?!

Дягилев.      Мне наплевать на Ваш дом!

Матильда.   Ну, так и убирайтесь из него немедленно! Вон отсюда!

Дягилев.      И уйду! Ухожу сейчас же! Вы что себе думаете, что без Вас "Русский балетный сезон" не состоится? Вы остались в прошлом веке, мадам!  Вам никогда не догнать ни Карсавину, ни Павлову, ни других!

Матильда.   Вон! Вон! ( швыряет в него подвернувшуюся под руку вазу)

Дягилев.     ( в дверях) Дура!

Сергей.       Вот вазу ты, конечно, напрасно разбила: ты столько лет мечтала о настоящей греческой вазе...

Матильда.  Надо отозвать субсидии, Серёжа...

Сергей.       Я уже дал распоряжение. Их отзовут.

Матильда.   И не пускать Дягилева в Эрмитажный театр...

Сергей.        Со вчерашнего дня репетиции "Сезонов" идут где-то в другом месте. Успокойся, Маля. Мы организуем твои гастроли от Императорских театров.  Пусть Дягилев везёт свои " Сезоны",  хотя очень сомневаюсь, что без тебя это ему удастся...  Но ты будешь танцевать в Париже!

Матильда.   Представь  себе, Серёжа... Великая княгиня Мария Павловна в память о своём муже великом князе Владимире Александровиче решила завершить все начатые им дела и взяла под своё величайшее покровительство антрепризу Дягилева.

Сергей.      ( Пишет)  Уважаемый Владимир Аркадьевич... Ставлю вас в известность как директора Императорских театров, что я обратился с письмом к министру двора. В письме этом я выразил своё отношение к сезонам Дягилева, которые считаю шантажными, и прошу министра запретить ему наживу под флагом Императорских  театров. Взамен этого я предложил  министру двора, чтобы дирекция сама за свой счёт послала в Париж балетную труппу Императорских театров во главе с Кшесинской...

Директор.    ( Ядовито) Ну, кажется назревает высочайший конфликт... На днях мне и Великий князь Андрей Владимирович телефонировал, чтобы узнать, в каком положении дело Дягилева, и правда ли, что его мать Великая княгиня Мария Павловна поддерживает антрепризу Дягилева и мешает тем самым осуществлению проекта Сергея Михайловича относительно Кшесинской... В этом конфликте замешаны и президент Академии художеств Великая княгиня Мария Павловна, и прима-балерина Кшесинская, и генерал- фельцейхмейстер всей русской артиллерии, он же президент Театрального общества... путаница невообразимая...  Удовлетворение желания одного делает совершенно невозможным удовлетворение желания другого...

Матильда.  ( одна) Ты можешь гордиться своей прима-балериной, Ники. Я имею во Франции  грандиозный успех. И даже бисировала свою вариацию, что в Париже бывает чрезвычайно редко.        

                                           Матильда, сначала одна, затем  с доктором.

                    

Матильда.   Ты помнишь, Ники, последний спектакль в Красном селе? Он состоялся в конце июля четырнадцатого года, сразу после отъезда президента Французской республики Пуанкаре. На том последнем спектакле я танцевала свою лучшую "Русскую" в дивном костюме. Могла ли я подумать в тот вечер, что танцую для тебя в последний раз!  Когда ты, Ники,  уезжал в тот вечер из театра, я стояла у окна своей уборной, как двадцать лет тому назад. Только тогда я была молоденькой влюблённой девушкой... Сколько воды утекло с тех пор!  А через два дня после этого спектакля была объявлена война... Я  понимаю, какая ответственность легла в эти дни на твои плечи, мой дорогой, ответственность за всех нас, за судьбу России. В те первые дни войны я постоянно думала о тебе, о том, что же я, такая беспомощная,  могу сделать, чтобы, хоть как-то, помочь тебе. Ты знаешь, Ники,  я открыла частный лазарет. Конечно, его нельзя сравнить с лазаретом, который открыла императрица в Зимнем Дворце... И я, в отличие  от твоих дочерей, совершенно не переношу вида крови, и не могу поэтому участвовать в операциях и перевязках, как они, но в лазарете моём всё устроено очень хорошо, прекрасный персонал, за раненными смотрит лучший военный доктор из всех, кого мне рекомендовали... В лазарете тепло, раненных хорошо кормят, я по группам вожу их на свою дачу в Стрельну, посылаю их родным подарки... Доктор!

Доктор.        Я слушаю, мадам...

Матильда.   Неужели ничего нельзя больше сделать для этого несчастного мальчика, этого солдатика?

Доктор.        Увы, мадам...  Он умирает.

Матильда.   Доктор, пожалуйста... Я  не могу разговаривать с ним - боюсь разрыдаться... Ведь у меня тоже есть сын... Спросите его, доктор, чего ему сейчас хочется?.. Я всё готова для него сделать...

Доктор.       У него очень странная просьба, мадам...

Матильда.   Всё, что угодно!  Говорите, доктор.

Доктор.        Он просит Вас станцевать, мадам...

Матильда.   Станцевать?

Доктор.         Да, мадам. Он видел Вас в благотворительном спектакле. Вы танцевали " «Русскую»...

Матильда.    Хорошо, хорошо... Я велю немедля привезти мне костюм!

Доктор.         Поторопитесь, мадам... Вы можете не успеть...

 

                                   Танцует «Русскую»

      Матильда.    Господи, Ники... Что за время наступило...  Вчера убили Распутина... Я никогда его не видела, у меня нет никаких личных впечатлений о нём...   Но я знаю, что убив Распутина, убили последнюю надежду императрицы спасти Наследника... Я сама - мать, и знаю, что это значит...  

                               Сегодня впервые на сцене Мариинского театра идёт опера " Фенелла"... По какому-то наитию хор выбрал для своего бенефиса именно эту оперу. Героиня оперы, ты наверно, помнишь, немая девушка, как правило, её всегда исполняла балерина. Когда-то Фенелллу играла Гримальди, а сейчас Фокин попросил меня взять эту роль. Почему-то считается, что опера эта приносит несчастье, всем как-то жутко её играть: на сцене изображается революция, поджигается  дворец... Всех томит какое-то предчувствие...

 

                                                                 Сон Матильды.

 Кшесинский.  Маля, ты о чём думаешь?!  Нам через пять минут на сцену!

Матильда.     Папа? Это ты? Но ведь тебя давно нет...

Кшесинский.  Ты готова?  Подтяни спину... Головку!  Взгляд... И...

 

                                                  Танцуют полонез.

Матильда.      Ты великолепный партнёр, папа... С тобой  так легко танцевать... Мне тебя очень не хватает...

Кшесинский. Я  горжусь тобой, дочка, и рад, что успел увидеть тебя в зените славы.

Матильда.   ( Танцуя) Мы с братом всегда думаем о тебе, когда танцуем вместе мазурку. Последний раз это было на парадном спектакле в честь трёхсотлетия Дома Романовых. Ставили " "Жизнь за царя", спектакль имел грандиозный успех, а мы с Юзей бисировали...

Кшесинский. Ты увлеклась разговором, дочка, и совсем не слушаешь музыки... Ну, вот... Теперь - твоё соло...

Матильда.   Ты знаешь, папа... Папа! Что это со мной? Наверно, я сплю... Да, конечно, это сон...

                      Появляется Петипа.

 Петипа.       Ты хотель меня видеть, ма белль?

Матильда.   Мариус Иванович... Но ведь Вы ещё в десятом году...

Петипа.        Какой у тебя ко мне дель, ма велле?  Говори скорее... У меня скоро репете один сцен с кордебалет...

Матильда.   Да, да, Мариус Иванович...    Я всё хотела Вас попросить...  У меня есть прелестная музыка...  Вальс. Пожалуйста, поставьте его для меня... Послушайте...

                                Звучит вальс Сибелиуса

Петипа.      Что ж... Я готов. ( Показывает) Встань, ма велле, вот иси... А теперь делай вот так... Я  на ты... Ты на я... И... Ля-ля-ля...

Матильда.   Не так быстро, Мариус Иванович... У меня сейчас память на движения не та, что прежде...   Повторите, пожалуйста, последнюю комбинацию... Мариус Иванович...             

                       Петипа исчезает, появляется Ники ( возможно, его нет, Матильде он только кажется, впрочем, это всё - только сон)

 

Матильда. Ники! Разве это возможно - ты здесь? Дай мне твои руки, дорогой... Господи, они такие холодные... Я не держала твои руки в своих двадцать пять лет.  Но почему я никак не могу их согреть?  Ах, да... Это сон... Знаешь, Ники, мне сейчас трудно, так трудно не было никогда. Я совершенно одна. Андрей с матерью  и её свитой в Кисловодске, Временное правительство приказало всем Великим князьям немедленно покинуть войска, но Сергея задержали - его некем заменить...  Во время февральского бунта мне пришлось бежать из своего дома, в буквальном смысле - бежать, спасая сына... С тех пор я так и скитаюсь по родственникам и знакомым, нигде не задерживаясь  более трёх дней, чтобы не подвергать опасности людей, пригревших меня... Но когда мне становится особенно жалко себя, я думаю о тебе, Ники... Что такое мои страдания по сравнению с твоими, мой дорогой... Я  не хотела верить слухам о возможном отречении. В тебе так развито чувство долга и достоинства, ты всегда так верил в свою миссию...  Ты помнишь, когда мы были ещё так юны, я часто говорила тебе, что ты не создан ни для царствования, ни для той роли. которую тебе придётся играть... Но разве я могла предположить, что придёт это ОТРЕЧЕНИЕ... Знаешь, что мы сейчас с тобой сделаем, дорогой? Мы поедем в наш Мариинский театр, ты займёшь своё место в Царской ложе, а я буду танцевать для тебя так, как танцевала для тебя все эти годы... Ты только представь,  Петипа сейчас поставил мне чудесный номер, вальс Сибелиуса "Грусть"... Ноты этого вальса мне подарил когда-то твой любимый дядя, мой заботливый друг и дед моего Вово - Великий князь Владимир Александрович... Это было за несколько дней до его смерти... Вот мы и пришли... Ты поднимайся в Царскую ложу, а я пройду на сцену...  Ты видишь меня, Ники? Я начинаю... И....

                                           Танцует Вальс

          Сергей.        Маля, Маля... Проснись....

Матильда.    Ах, это ты, Серёжа...    Я совсем разучилась спать по ночам, а тут вдруг заснула днём... Что-то очень странное снилось, не могу вспомнить.

Сергей.        Тебе принесли разрешение на отъезд ( Подаёт документы)

Матильда.    Слава Богу! Керенский выполнил своё обещание. ( Читает) Я могу выехать из Петрограда в любое время. Узнал ли ты что-нибудь о Ники?

Сергей.        Ники в Царском селе. Содержание его с каждым днём становится всё  строже. К нему никого не пускают, но близкие даже не пытаются пробиться к нему, чтобы не осложнить положения. Ему сейчас никто не может помочь...  Я  хотел бы ещё раз поговорить с тобой о другом...

Матильда.   Серёжа, мы так долго говорили с тобой вчера...  Не будем начинать всё сначала...

Сергей.        Я  не соглашусь с тобой и буду пытаться снова и снова - выходи за меня замуж, Маля... Я больше не служу ни отечеству, ни Престолу, теперь я просто - частное лицо. Я не представляю своей жизни без вас, я очень люблю и тебя, и Вово.

Матильда.   Серёжа, прости, я исчерпала свои доводы...

Сергей.        Послушай, Маля, ты многого не знаешь... Великая княгиня Мария Павловна всегда возглавляла оппозицию к Ники... С того времени, как стало известно, что у Наследника гемофилия, она заболела идеей посадить на трон кого-нибудь из своих сыновей...

Матильда    Андрей - младший...

Сергей.        Это неважно. Важно только одно: пока Великая княгиня жива - вы с Андреем не будете вместе.

Матильда.   Всё, Серёжа... Я ничего не хочу слышать . Мне страшно оставлять тебя одного в Петрограде. Прошу тебя - добейся разрешения на выезд и приезжай к нам в Кисловодск. Там тихо. Ты знаешь, сколько семей выехало на Кавказ. Вместе будет легче пережить это ужасное время. Я не верю, что это безумие надолго...

Сергей.        Я  не могу оставить Ники... Если последние члены семьи  покинут Петроград - это будет предательством. К тому же я  попытаюсь добиться освобождения твоего дома и переправлю в Англию драгоценности своей матери, положу их в какой-нибудь надёжный банк на твоё имя. Я сообщу после.

 

                                                   Шум вокзала.

 Голос кондуктора.     Господа отъезжающие! Просьба занять места!

                                Сергей и Матильда обнимаются.

 Матильда. Мы будем ждать тебя, Серёжа! Обязательно приезжай... Серёжа... Серёжа! Прощай!

 

    -                                                Франция  1920 год.

                                                Матильда,  Андрей , Кирилл.

 Матильда.    Я не знаю, как тебя утешить, Андрей...  Наверно, можно сказать только одно: все мы смертны...         

Андрей.       ( Кириллу)  С уходом от нас мама закрылась ещё одна страница Русской истории ...

Кирилл.       Ты понимаешь, брат, какая ответственность ложится на меня как первого Наследника Русского Престола?

Матильда.   Скажи, Андрей, ты тоже веришь, что Ники и Сергея нет на свете?

Андрей.      (Кириллу)  Мне кажется, начинается совсем  другая эпоха. Сегодня, после нашего бегства из России, мне многое представляется иначе. Происходит серьёзная переоценка  ценностей...  Россия далеко, она для нас  недоступна, но рядом со мной женщина, которая любит меня двадцать лет,  наш сын, которого я, практически, не знаю... Кирилл, как старшего брата и первого Наследника династии я прошу твоего разрешения на  брак с Матильдой Феликсовной...

Кирилл .     Ты знаешь, Андрей, как я отношусь к Матильде Феликсовне... С юных лет я глубоко уважаю её за исключительный талант, а также за многолетнюю преданность тебе. Но женитьба особы царской фамилии - факт слишком серьёзный. Я не могу дать тебе сразу однозначного ответа.

Андрей.       Я  буду настойчив, Кирилл. Ты только представь - я столько лет жил только заботами Династии, был рядом с мама во всех её делах, а Матильда Феликсовна была одна со своими ежедневными заботами о сыне..

Матильда.  Так сложилась моя судьба. Богу было угодно, чтобы я связала свою судьбу с Романовым, Господь осчастливил меня - дал мне талант, сцену Мариинского театра, славу, поклонения -  и я была счастлива...

Кирилл.       Мы вот так решим, мой дорогой брат: сейчас траур по мама... Мы с тобой встретимся через полгода...  И если ты будешь по-прежнему настаивать, я дам тебе своё согласие на брак с Матильдой Феликсовной.  Наверно, ты прав : у каждого из нас за пределами России своя дорога. Если ты впредь желаешь жить только заботами частного лица, я не буду мешать  тебе.

Матильда.   Говорят, императрица Мария Фёдоровна слышать не хочет о гибели сына и его семьи... Все члены фамилии убеждены, что она что-то знает... Ники, где ты?

Кирилл.      Я  дам тебе одно поручение, Андрей... Сейчас в Париже находится следователь по особо важным делам Соколов,  которому адмирал Колчак поручил следствие по делу о расстреле царской семьи в Екатеринбурге и членов  царской фамилии в Алапаевске. Ты должен встретиться с ним.

Матильда.  Недавно мы с Андреем посчитали.. За два года Гражданской войны уничтожены семнадцать человек царской фамилии... Семнадцать... Включая и тебя, Ники, и твою жену, и твоих детей и Серёжу..  Семнадцать... Господи, я с юности считала это число счастливым... 

Андрей.       Ты забыла семнадцатый год...

Матильда.    В семнадцатом году я потеряла всё - дом, сцену, Россию... Бог мой! Откуда у тебя этот медальон, Андрей? Много лет назад я подарила его Сергею на день рождения... Он никогда его не снимал...

Андрей.       Его вернула тебе Великая княгиня Ксения Александровна. Все убитые в Алапаевске были опознаны, а их личные вещи Колчак переслал сестре императора.

Матильда.   ( Плачет) Серёжа... Прости меня... Прости...

Кирилл.       Надо прекратить все эти слухи о чудесном спасении. Не уцелел никто. Все арестованные в Ипатьевском  доме были расстреляны, и тела их сожжены в лесу.

Матильда.   Нет, я не хочу верить! Я не верю! Нет, нет...

Кирилл.       В день вашего венчания мы с Великой княгиней Викторией Фёдоровной будем в Каннах. Сразу из церкви ждём вас к обеду. Мы будем рады приветствовать жену и сына Великого князя Андрея Владимировича.

Матильда.   С гибелью Ники закончилась сказка, которой была моя жизнь. Прощай, Ники.

Андрей.        Вот и всё, дорогая, свершилось - ты моя жена.

Матильда.    Да, Андрей, да... Но самое главное:  Вово- твой законный сын. Он сын Великого князя Андрея Владимировича. Он носит твоё отчество.

Андрей.       Но Вово будет Романовым.  Пусть пока он носит фамилию Романовский, как пожелал того Кирилл, но он Романов по крови, будет им и по фамилии. Я не остановлюсь ни перед чем, я обойду все династические законы... А , кстати, где Вово? Куда он пропал? Я не вижу его с тех пор, как мы вернулись из Канн...

Матильда.   Прости, милый... Я не сказала, не хотелось тебя огорчать... Я нашла в его комнате записку... Ты ведь знаешь, у него, буквально, помешательство на автомобильных двигателях... Наш Вово не удержался и в день нашей  свадьбы сбежал на какой-то автопробег...

 

                              Некоторое время Андрей и Матильда обескураженно смотрят друг на друга, улыбаются и вдруг начинают грустно смеяться. Они смеются всё громче и громче, и смех этот неожиданно становится весёлым и заразительным.

 

 

                      

 

 

Рейтинг: 0 363 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!