ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияДетективы → ЛЕЙТЕНАНТ АБВЕРА (10)

ЛЕЙТЕНАНТ АБВЕРА (10)

article196710.jpg
 
 
​(продолжение)

​Начало см. АГЕНТ НКВД



ВОЙНА?

1.

В Берлине уже пахло весной, и в помине не было снега. По чисто выметенным улицам шли нарядно одетые женщины и девушки. Во дворах слышались веселые детские голоса. Тугой весенний воздух врывался в распахнутые окна домов.

День только еще близился к полудню, поэтому Павел с вокзала забросил чемодан на квартиру и, переодевшись, сел в застоявшийся «мерседес» и поспешил на Тирпицуфер доложиться о своем прибытии.

Полковник фон Ризе только что вернувшийся от Канариса, был в прекрасном настроении. 

– Нас ждут великие дела, Пауль, – сказал он. – Отныне наш реферат переведен в разряд активно действующих. Ты понимаешь, что это означает? Это означает, что острие красного карандаша фюрера направлено на Восток. Нам приказано форсировать работу по подготовке разведывательно-диверсионных групп и специальных отрядов для действий в тылу противника. Помимо немцев и фольксдойче в них зачисляются русские, украинцы и белорусы, давшие присягу на верность фюреру и Германии.
– Готов вступить в такой отряд, – вытянувшись, воскликнул Павел.
– Для тебя найдется другая работа, Пауль, – улыбнулся фон Ризе. – Но мы о ней поговорим позднее. Тебе предоставляется отпуск на неделю с 3-го по 10 марта. Так что, отправляйся в отпуск.
– Слушаюсь, герр оберст, отправляться в отпуск, – ответил Павел.

При этих словах он должен был развернуться и покинуть кабинет, но задержался и, вопросительно взглянув на полковника, спросил:
– Есть ли какая информация об отце?

С лица фон Ризе сбежала улыбка, он сделался серьёзен.

– К сожалению, Пауль, нет. В сентябре прошлого года были арестованы два наших агента, связанные с Рудольфом. Сам он, по странному стечению обстоятельств, остался на свободе. Мы проверили его. Он исправно бывает у себя на службе и ведёт себя спокойно. Нет, мы не подозреваем его в измене. Скорее всего, мы полагаем, он находится под колпаком русских. Он подал нам сигнал опасности, потому мы его на время законсервировали.

Из Управления Павел поехал к графу в Карл-Хорст. 

2.
Берлин молчал уже год. Таубе понимал, что Центр его законсервировал, опасаясь того, что он засвечен и находится под наблюдением НКВД. Правда, он не замечал того, чтобы его «пасли». Похоже, ему посчастливилось ускользнуть из сети НКВД, наброшенной на «Зеро» и буфетчика. Теперь, казалось, он мог вести жизнь обычного москвича, прогуливаться в ближайшем скверике с внуком, как добрый дедушка, но истинный разведчик всегда остается разведчиком, даже когда он законсервирован. Таубе продолжал фиксировать всю доступную ему по положению информацию, анализировать и систематизировать ее, понимая, что она может оказаться полезной для Германии. А ждать он умел.

3.

Граф фон Шерер был рад нежданному гостю. Он, как обычно, возился с книгами в кабинете. 

– Пауль, дорогой мой Пауль, с возвращением, – поднявшись с кресла, граф обнял Павла, ткнулся щеточкой усов ему в щеку. – Я соскучился по тебе. И Рихард снова в Берлине. Гальдер отозвал его в Генеральный штаб. А Диле в своей Варшаве, усмиряет поляков. Ты надолго к нам?
– Я получил недельный отпуск.

В кабинет вошла Лора, медленно, степенно. На ней было просторной платье, но при движении уже было видно ее изрядно округлившийся живот.

– Гляжу, у тебя все в порядке, сестричка, – сказал ей Павел. – Сколько уже?
– Шесть месяцев, – улыбнулась Лора.
– Значит, осталось недолго ждать. А выглядишь ты отлично. Стала еще красивей, – сказал Павел.
– Ты шутишь. Я подурнела. Лицо покрылось пятнами, – возразила Лора.
– Нет, ты прекрасна.
– Мне пора на прогулку, – улыбнулась грустной улыбкой Лора. – Отец очень строго следит за мной, чтобы внук, а он надеется, что я рожу ему внука, получал необходимую порцию кислорода.
– Я прогуляюсь с тобой, если не возражаешь, – предложил ей Павел.
– Она не возражает, – ответил граф. – Погуляйте до обеда.

Сначала они шли молча. Лора опиралась на руку Павла. Они шли по аллее вдоль оживающих под теплым весенним солнышком лип и дубов. 

– Как Диле отнесся к тому, что ты беременна? – наконец, нарушил молчание Павел.
– Я выполнила его приказ, – сухо ответила Лора, но потом, прижав к себе локоть Павла, горько произнесла – Когда я ему сообщила об этом, он сказал мне: благодарю, фрау Лора, и лег спать в кабинете. Теперь, когда мы одни, он обращается ко мне только «фрау Лора».
– Он интересовался, от кого… это произошло? 
– Нет. Ему безразлично. Он, наезжая в Берлин, ни разу не поинтересовался моим здоровьем. Ему моя беременность важна только, как доказательство его мужской состоятельности. 
– Не расстраивайся, Лорхен, у ребенка есть отец. Я не откажусь от него.
– Отец… – Лора усмехнулась. – Это будущий Диле, Пауль. У тебя будут свои дети.
– И все-таки, это мой ребенок.
– Твой, твой, – Лора коснулась Павла выпуклостью живота. – Разве я спорю. Вот рожу и назову его в честь тебя Паулем. 

В ворота въехал «хорьх». Это была машина Рихарда. Павел, ведя Лору под руку, направился навстречу генералу.

– Я, надеюсь, не опоздал к обеду? – спросил он. 
– Мы, как раз, нагуливаем аппетит, генерал, – ответил Павел.

За обедом зашел, как всегда, разговор о войне, но теперь говорили не столько о прошедшей войне с Польшей, а о большой войне, войне с Британской империей и Францией.

– Фюрер торопит нас, требуя от нас скорее завершить кампанию на Западе, чтобы перейти к самому лакомому пирогу, к России, – сказал Рихард. – Он опасается, что Сталин может его опередить и укрепить новые границы и перевооружить армию.
– Неужели он решил воевать с Россией? – спросил граф.
– Пока он думает, а мы занимаемся расчетами необходимых сил и средств для русской кампании. Война должна быть молниеносной, длительной Германия не вынесет.
– Сумасшедший, – воскликнул граф. – И что говорят генералы, что говорит Гальдер? 
– Мы не разговариваем, отец, мы работаем. Я надеюсь, что наши расчеты убедят Гитлера отказаться от этой авантюры. Война – это не туристическая прогулка. А пока нашим инженерным службам приказано прокладывать в бывшей Польше дороги с запада на восток – пути для оперативной доставки войск, строить аэродромы для люфтваффе, благо там полно дармовых рабочих рук.
– Жаль, не до самой Москвы, – усмехнулся граф.

4.

Павел вернулся в свой отдел систематизации разведданных. Однако его обязанности изменились.

– Ты будешь работать в группе полковника Лозе, перед которой поставлена задача оценка и анализ данных, получаемых от наших агентов из Советского Союза. Работа сложная и ответственная, предназначенная для Генерального штаба. Вам придется отвечать на вопросы, которые будет перед вами ставить лично командующий ОКВ генерал-фельдмаршал Гальдер и нести ответственность за даваемые ему ответы. 

Уже в отделе Павел узнал, какие перед ними вопросы поставил Генеральный штаб. Без всяких околичностей они говорили о подготовке войны с СССР. Блок вопросов касался хозяйственного и экономического положения в Советском Союзе. Генералов интересовала его обеспеченность стратегическими ресурсами – нефтью, углем, металлом, работа оборонных предприятий – количество выпускаемых танков, самолетов, пушек, боеприпасов, взрывчатки и прочего вооружения и техники, их технические данные, запасы продовольствия. Этим список вопросов не исчерпывался. В частности, стоял вопрос о резервных возможностях повышения выпуска оборонной продукции промышленными предприятиями в случае развертывания боевых действий на западных границах СССР. Также был задан вопрос о возможном пополнении продовольственной базы Германии за счет российского зерна и других продуктов в случае оккупации западных областей Советского Союза ко времени сбора урожая.

Через несколько дней Павел составил донесение в Центр:

«Германский Генштаб приступил к разработке плана военной операции против СССР с целью оккупации его западных территорий до Урала.
Рысь».

Зашифровав донесение и переписав колонки цифр на небольшой листок, Павел свернул его в трубку чуть больше спички и спрятал в корешке записной книжки. На следующий день в обеденный перерыв он поехал на Лейпцигер-штрассе. Вурф был на месте. 

Дождавшись своей очереди после майора и гауптмана, Павел сел в кресло и тихо сказал подошедшему Вурфу:
– Ветер дует с Востока.
Вурф пощелкал ножницами над головой Павла, наклонился ближе к уху, ответил:
– Он несет свежий воздух, – спросил: – Стричься, бриться, герр лейтенант? 
– Бриться, – ответил Павел, опуская в карман голубой курточки Вурфа бумажный цилиндрик донесения, и шепнул – В кармане сообщение для Москвы.
– Сделаем, – кивнул Вурф. 

5.

Майор Куприн не удивился шифрограмме, полученной от Рыси. Она не была первой. Если на первую старший майор Гоголев отреагировал немедленно – позвонил по прямому проводу наркому и попросил немедленно принять его, то на вторую реакция его была вялой.

– Это происки английской разведки. Они пытаются спровоцировать конфликт между двумя дружественными державами. Проверьте, не переметнулись ли ваши агенты Миланец и Рубин к англичанам. Это приказ Лаврентия Павловича. 

Вложив лист с шифрограммой в папку, Куприн отложил ее до вечернего доклада Гоголеву. В правдивости Лунина он не сомневался.


​(продолжение следует)

© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2014

Регистрационный номер №0196710

от 2 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0196710 выдан для произведения:
 
 
​(продолжение)

​Начало см. АГЕНТ НКВД



ВОЙНА?

1.

В Берлине уже пахло весной, и в помине не было снега. По чисто выметенным улицам шли нарядно одетые женщины и девушки. Во дворах слышались веселые детские голоса. Тугой весенний воздух врывался в распахнутые окна домов.

День только еще близился к полудню, поэтому Павел с вокзала забросил чемодан на квартиру и, переодевшись, сел в застоявшийся «мерседес» и поспешил на Тирпицуфер доложиться о своем прибытии.

Полковник фон Ризе только что вернувшийся от Канариса, был в прекрасном настроении. 

– Нас ждут великие дела, Пауль, – сказал он. – Отныне наш реферат переведен в разряд активно действующих. Ты понимаешь, что это означает? Это означает, что острие красного карандаша фюрера направлено на Восток. Нам приказано форсировать работу по подготовке разведывательно-диверсионных групп и специальных отрядов для действий в тылу противника. Помимо немцев и фольксдойче в них зачисляются русские, украинцы и белорусы, давшие присягу на верность фюреру и Германии.
– Готов вступить в такой отряд, – вытянувшись, воскликнул Павел.
– Для тебя найдется другая работа, Пауль, – улыбнулся фон Ризе. – Но мы о ней поговорим позднее. Тебе предоставляется отпуск на неделю с 3-го по 10 марта. Так что, отправляйся в отпуск.
– Слушаюсь, герр оберст, отправляться в отпуск, – ответил Павел.

При этих словах он должен был развернуться и покинуть кабинет, но задержался и, вопросительно взглянув на полковника, спросил:
– Есть ли какая информация об отце?

С лица фон Ризе сбежала улыбка, он сделался серьёзен.

– К сожалению, Пауль, нет. В сентябре прошлого года были арестованы два наших агента, связанные с Рудольфом. Сам он, по странному стечению обстоятельств, остался на свободе. Мы проверили его. Он исправно бывает у себя на службе и ведёт себя спокойно. Нет, мы не подозреваем его в измене. Скорее всего, мы полагаем, он находится под колпаком русских. Он подал нам сигнал опасности, потому мы его на время законсервировали.

Из Управления Павел поехал к графу в Карл-Хорст. 

2.
Берлин молчал уже год. Таубе понимал, что Центр его законсервировал, опасаясь того, что он засвечен и находится под наблюдением НКВД. Правда, он не замечал того, чтобы его «пасли». Похоже, ему посчастливилось ускользнуть из сети НКВД, наброшенной на «Зеро» и буфетчика. Теперь, казалось, он мог вести жизнь обычного москвича, прогуливаться в ближайшем скверике с внуком, как добрый дедушка, но истинный разведчик всегда остается разведчиком, даже когда он законсервирован. Таубе продолжал фиксировать всю доступную ему по положению информацию, анализировать и систематизировать ее, понимая, что она может оказаться полезной для Германии. А ждать он умел.

3.

Граф фон Шерер был рад нежданному гостю. Он, как обычно, возился с книгами в кабинете. 

– Пауль, дорогой мой Пауль, с возвращением, – поднявшись с кресла, граф обнял Павла, ткнулся щеточкой усов ему в щеку. – Я соскучился по тебе. И Рихард снова в Берлине. Гальдер отозвал его в Генеральный штаб. А Диле в своей Варшаве, усмиряет поляков. Ты надолго к нам?
– Я получил недельный отпуск.

В кабинет вошла Лора, медленно, степенно. На ней было просторной платье, но при движении уже было видно ее изрядно округлившийся живот.

– Гляжу, у тебя все в порядке, сестричка, – сказал ей Павел. – Сколько уже?
– Шесть месяцев, – улыбнулась Лора.
– Значит, осталось недолго ждать. А выглядишь ты отлично. Стала еще красивей, – сказал Павел.
– Ты шутишь. Я подурнела. Лицо покрылось пятнами, – возразила Лора.
– Нет, ты прекрасна.
– Мне пора на прогулку, – улыбнулась грустной улыбкой Лора. – Отец очень строго следит за мной, чтобы внук, а он надеется, что я рожу ему внука, получал необходимую порцию кислорода.
– Я прогуляюсь с тобой, если не возражаешь, – предложил ей Павел.
– Она не возражает, – ответил граф. – Погуляйте до обеда.

Сначала они шли молча. Лора опиралась на руку Павла. Они шли по аллее вдоль оживающих под теплым весенним солнышком лип и дубов. 

– Как Диле отнесся к тому, что ты беременна? – наконец, нарушил молчание Павел.
– Я выполнила его приказ, – сухо ответила Лора, но потом, прижав к себе локоть Павла, горько произнесла – Когда я ему сообщила об этом, он сказал мне: благодарю, фрау Лора, и лег спать в кабинете. Теперь, когда мы одни, он обращается ко мне только «фрау Лора».
– Он интересовался, от кого… это произошло? 
– Нет. Ему безразлично. Он, наезжая в Берлин, ни разу не поинтересовался моим здоровьем. Ему моя беременность важна только, как доказательство его мужской состоятельности. 
– Не расстраивайся, Лорхен, у ребенка есть отец. Я не откажусь от него.
– Отец… – Лора усмехнулась. – Это будущий Диле, Пауль. У тебя будут свои дети.
– И все-таки, это мой ребенок.
– Твой, твой, – Лора коснулась Павла выпуклостью живота. – Разве я спорю. Вот рожу и назову его в честь тебя Паулем. 

В ворота въехал «хорьх». Это была машина Рихарда. Павел, ведя Лору под руку, направился навстречу генералу.

– Я, надеюсь, не опоздал к обеду? – спросил он. 
– Мы, как раз, нагуливаем аппетит, генерал, – ответил Павел.

За обедом зашел, как всегда, разговор о войне, но теперь говорили не столько о прошедшей войне с Польшей, а о большой войне, войне с Британской империей и Францией.

– Фюрер торопит нас, требуя от нас скорее завершить кампанию на Западе, чтобы перейти к самому лакомому пирогу, к России, – сказал Рихард. – Он опасается, что Сталин может его опередить и укрепить новые границы и перевооружить армию.
– Неужели он решил воевать с Россией? – спросил граф.
– Пока он думает, а мы занимаемся расчетами необходимых сил и средств для русской кампании. Война должна быть молниеносной, длительной Германия не вынесет.
– Сумасшедший, – воскликнул граф. – И что говорят генералы, что говорит Гальдер? 
– Мы не разговариваем, отец, мы работаем. Я надеюсь, что наши расчеты убедят Гитлера отказаться от этой авантюры. Война – это не туристическая прогулка. А пока нашим инженерным службам приказано прокладывать в бывшей Польше дороги с запада на восток – пути для оперативной доставки войск, строить аэродромы для люфтваффе, благо там полно дармовых рабочих рук.
– Жаль, не до самой Москвы, – усмехнулся граф.

4.

Павел вернулся в свой отдел систематизации разведданных. Однако его обязанности изменились.

– Ты будешь работать в группе полковника Лозе, перед которой поставлена задача оценка и анализ данных, получаемых от наших агентов из Советского Союза. Работа сложная и ответственная, предназначенная для Генерального штаба. Вам придется отвечать на вопросы, которые будет перед вами ставить лично командующий ОКВ генерал-фельдмаршал Гальдер и нести ответственность за даваемые ему ответы. 

Уже в отделе Павел узнал, какие перед ними вопросы поставил Генеральный штаб. Без всяких околичностей они говорили о подготовке войны с СССР. Блок вопросов касался хозяйственного и экономического положения в Советском Союзе. Генералов интересовала его обеспеченность стратегическими ресурсами – нефтью, углем, металлом, работа оборонных предприятий – количество выпускаемых танков, самолетов, пушек, боеприпасов, взрывчатки и прочего вооружения и техники, их технические данные, запасы продовольствия. Этим список вопросов не исчерпывался. В частности, стоял вопрос о резервных возможностях повышения выпуска оборонной продукции промышленными предприятиями в случае развертывания боевых действий на западных границах СССР. Также был задан вопрос о возможном пополнении продовольственной базы Германии за счет российского зерна и других продуктов в случае оккупации западных областей Советского Союза ко времени сбора урожая.

Через несколько дней Павел составил донесение в Центр:

«Германский Генштаб приступил к разработке плана военной операции против СССР с целью оккупации его западных территорий до Урала.
Рысь».

Зашифровав донесение и переписав колонки цифр на небольшой листок, Павел свернул его в трубку чуть больше спички и спрятал в корешке записной книжки. На следующий день в обеденный перерыв он поехал на Лейпцигер-штрассе. Вурф был на месте. 

Дождавшись своей очереди после майора и гауптмана, Павел сел в кресло и тихо сказал подошедшему Вурфу:
– Ветер дует с Востока.
Вурф пощелкал ножницами над головой Павла, наклонился ближе к уху, ответил:
– Он несет свежий воздух, – спросил: – Стричься, бриться, герр лейтенант? 
– Бриться, – ответил Павел, опуская в карман голубой курточки Вурфа бумажный цилиндрик донесения, и шепнул – В кармане сообщение для Москвы.
– Сделаем, – кивнул Вурф. 

5.

Майор Куприн не удивился шифрограмме, полученной от Рыси. Она не была первой. Если на первую старший майор Гоголев отреагировал немедленно – позвонил по прямому проводу наркому и попросил немедленно принять его, то на вторую реакция его была вялой.

– Это происки английской разведки. Они пытаются спровоцировать конфликт между двумя дружественными державами. Проверьте, не переметнулись ли ваши агенты Миланец и Рубин к англичанам. Это приказ Лаврентия Павловича. 

Вложив лист с шифрограммой в папку, Куприн отложил ее до вечернего доклада Гоголеву. В правдивости Лунина он не сомневался.


​(продолжение следует)

Рейтинг: +2 219 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

Популярная проза за месяц
166
139
133
129
111
106
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
102
99
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
91
91
86
78
78
78
77
76
76
76
75
73
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
70
69
68
67
67
65