КРУШЕНИЕ РЕЙХА (7)

article212964.jpg
 
(продолжение)

Начало см. Агент НКВД





БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ ПОКУШЕНИЮ НА ГИТЛЕРА?

1.

– Наши доблестные войска успешно отражают атаки врага, ворвавшегося на нашу землю, – кричал в микрофон диктор, комментирующий кадры свежего выпуска киножурнала «Вохен шау». – Англо-американцы пришли к нам за своей смертью и позором, и мы им дадим их!..



Вслед за голосом диктора загремели фанфары. Киножурнал закончился. В кинозале вспыхнул неяркий свет. 

– Пока американцы и англичане не сядут с нами за стол переговоров, мы будем сражаться за каждый дом, за каждый метр земли, – сказал Гиммлер сидящему рядом с ним в кинозале Шелленбергу. – Когда они поймут, что будет им это стоить, они сами запросят у нас мира, а мы с ними еще поторгуемся.
– Если с Востока нас не прижмут русские, – проговорил Шелленберг. 
– Поэтому следует незамедлительно встретиться с Даллесом.
– Их требование известно – смена власти, рейхсфюрер. Но генералы тянут, никак не сговорятся о портфелях и программе будущего правительства.
– Важно, что известно имя кандидата в президенты. Беку и решать, кто войдет в новый кабинет. А я обеспечу порядок в стране. Штауффенбергу следует поторопиться, пока мы сдерживаем русских.
– В последнее время его нечасто вызывают на совещания в ставку, – ответил Шелленберг.
– Может, Мюллер что-то пронюхал? Его происки?
– Все возможно. Наши заговорщики – щелястая бочка. Изо всех дыр течет, – усмехнулся Шелленберг.
– Думаю, он подбирается к вам, рейхсфюрер, накапливает материал, чтобы его представить фюреру с неопровержимыми уликами.

Гиммлер сощурил глаза, блеснул стеклами очков, пройдясь ими по Шелленбергу.

– А ведь, Вальтер, прав, – мелькнула в его голове мысль, а следом и вторая: – Но ко мне от заговорщиков тянется ниточка только от тебя, милый Вальтер. Убрать тебя, и всё остальное пустые слова доморощенных заговорщиков.

Еще Шелленберг с улыбчивым лицом сидел рядом с ним, а в голове рейхсфюрера уже прокручивался план несчастного случая и строки некролога: «Погиб на боевом посту верный сын Германии бригаденфюрер Вальтер Шелленберг… Вечная память герою!».

– Поторопите полковника, Вальтер, – ответил Гиммлер, отогнав преждевременные мысли – Шелленберг ему был еще нужен. – Уточните, почему Штауффенберга не приглашают в ставку. Если это происки Бормана, пусть Цайтцлер возьмет Штауффенберга с собой помимо его списка. Начальник Генерального штаба имеет на это право.

– Борман может приказать охране обыскать полковника, рейхсфюрер. А при нем будут мины…

2.

Шелленберг ошибался относительно Мюллера. 

Мюллер имел своих информаторов среди заговорщиков, но те не знали о причастности Гиммлера и Шелленберга к заговору. Им был известен только их представитель штандартенфюрер Бисмарк. А то, что некоторые заговорщики прочили рейхсфюрера СС в рейхсканцлеры, шеф гестапо считал закономерным: лишь эсэсовские формирования и, в частности, гестапо есть та сила, которая способна удержать народ и фронт в узде. 


3.

Ни Гиммлер, ни Шелленберг не могли даже предположить, что исполнение акции задерживает сам Штауффенберг. Противник сепаратных переговоров, он не желал видеть на посту вместо преступника Гитлера не меньшего преступника Гиммлера. Он выжидал, когда на совещании у Гитлера появится рейхсфюрер. Гибель обоих заставит руководителей заговора пересмотреть планы относительно будущего политического устройства Германии. 



Штауффенберг был полностью согласен с фон Таубе, который однажды сказал:
– Я считаю ваши переговоры только с англо-американской стороной и игнорирование русских предательскими по отношению к немецкому народу, – прямо сказал Штауффенбергу Павел. – Вы спасаете от поражения не Германию, а нацистский режим, поменяв одного фюрера на другого, Гиммлера, прикрыв его на время безвластным президентом Беком. Вы играете в подлую игру, диктуемую американцами и англичанами, которые превратят Германию в зависимую от них, лишенную на многие годы суверенитета страну. 
– Вы хотите оставить все на волю военного случая? – тогда спросил Штауффенберг. – Сколько крови немецкой и русской прольется, пока Красная армия освободит нас от Гитлера и нацистов.
– Я считаю, что переговоры должны быть со всеми воюющими против нас странами.
– Вы скажите это, так называемым, союзникам русских. Кто им мешает подключить к переговорам Москву? 
– А кто мешает вам выйти на советских представителей? Предлагаю вам искать мира не только у англичан и американцев, но и у русских. 
– А это не будет подлостью по отношению к тем же англичанам и американцам – сепаратный мир с Советским Союзом? – спросил Штауфенберг.
– Сталин не пойдет на сепаратный сговор. И мы должны сразу потребовать, чтобы переговоры были со всеми тремя союзными державами, – ответил Павел. – Сталин непременно усадит за стол переговоров и Рузвельта с Черчиллем, хотя бы и против их воли.
– До Сталина нужно еще достучаться, барон, – усмехнулся Штауфенберг.
– Это я возьму на себя, – сказал Павел так, что полковник удивленно взглянул на него и вдруг поверил сидевшему перед ним оберштурмбанфюреру СД. Он поинтересовался:
– Вы, барон, случайно, не русский разведчик? Каким образом вы передадите наше предложение Сталину?
– Я офицер разведки, граф, – ответил Павел.



Штауффенберг задумался. 

– Я попытаюсь переговорить с некоторыми генералами и политиками, имеющими влияние, и убедить их в необходимости обращения к Сталину с предложением переговоров о мире. 

– Но с ликвидацией Гитлера пока погодите, – сказал Павел.
– Всему свое время, барон, – усмехнулся Штауффенберг.

4.

Сводки с Восточного фронта были скупы. Дикторы сообщали о доблестном сопротивлении немецких войск яростным атакам русских, пытающихся взломать оборону группы армий «Центр» в направлении Орши, Витебска и Бобруйска.

Гитлер, вылетевший в ставку в Восточной Пруссии, негодовал на Генеральный штаб, неспособный предугадать направление главного удара русских, на командующего группой армией «Центр» генерал-фельдмаршала Буша, которого немедленно отстранил от командования и на его место назначил генерал-фельдмаршала Моделя.

– Остановите русских, Модель, – кричал Гитлер новому командующему. – Не пускайте их за Березину. Это последний рубеж обороны…



Он продиктовал очередную директиву войскам: не отступать, держаться до последнего, нещадно истреблять врага…

(продолжение следует)


© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2014

Регистрационный номер №0212964

от 4 мая 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0212964 выдан для произведения:
 
(продолжение)

Начало см. Агент НКВД





БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ ПОКУШЕНИЮ НА ГИТЛЕРА?

1.

– Наши доблестные войска успешно отражают атаки врага, ворвавшегося на нашу землю, – кричал в микрофон диктор, комментирующий кадры свежего выпуска киножурнала «Вохен шау». – Англо-американцы пришли к нам за своей смертью и позором, и мы им дадим их!..



Вслед за голосом диктора загремели фанфары. Киножурнал закончился. В кинозале вспыхнул неяркий свет. 

– Пока американцы и англичане не сядут с нами за стол переговоров, мы будем сражаться за каждый дом, за каждый метр земли, – сказал Гиммлер сидящему рядом с ним в кинозале Шелленбергу. – Когда они поймут, что будет им это стоить, они сами запросят у нас мира, а мы с ними еще поторгуемся.
– Если с Востока нас не прижмут русские, – проговорил Шелленберг. 
– Поэтому следует незамедлительно встретиться с Даллесом.
– Их требование известно – смена власти, рейхсфюрер. Но генералы тянут, никак не сговорятся о портфелях и программе будущего правительства.
– Важно, что известно имя кандидата в президенты. Беку и решать, кто войдет в новый кабинет. А я обеспечу порядок в стране. Штауффенбергу следует поторопиться, пока мы сдерживаем русских.
– В последнее время его нечасто вызывают на совещания в ставку, – ответил Шелленберг.
– Может, Мюллер что-то пронюхал? Его происки?
– Все возможно. Наши заговорщики – щелястая бочка. Изо всех дыр течет, – усмехнулся Шелленберг.
– Думаю, он подбирается к вам, рейхсфюрер, накапливает материал, чтобы его представить фюреру с неопровержимыми уликами.

Гиммлер сощурил глаза, блеснул стеклами очков, пройдясь ими по Шелленбергу.

– А ведь, Вальтер, прав, – мелькнула в его голове мысль, а следом и вторая: – Но ко мне от заговорщиков тянется ниточка только от тебя, милый Вальтер. Убрать тебя, и всё остальное пустые слова доморощенных заговорщиков.

Еще Шелленберг с улыбчивым лицом сидел рядом с ним, а в голове рейхсфюрера уже прокручивался план несчастного случая и строки некролога: «Погиб на боевом посту верный сын Германии бригаденфюрер Вальтер Шелленберг… Вечная память герою!».

– Поторопите полковника, Вальтер, – ответил Гиммлер, отогнав преждевременные мысли – Шелленберг ему был еще нужен. – Уточните, почему Штауффенберга не приглашают в ставку. Если это происки Бормана, пусть Цайтцлер возьмет Штауффенберга с собой помимо его списка. Начальник Генерального штаба имеет на это право.

– Борман может приказать охране обыскать полковника, рейхсфюрер. А при нем будет мины…

2.

Шелленберг ошибался относительно Мюллера. 

Мюллер имел своих информаторов среди заговорщиков, но те не знали о причастности Гиммлера и Шелленберга к заговору. Им был известен только их представитель штандартенфюрер Бисмарк. А то, что некоторые заговорщики прочили рейхсфюрера СС в рейхсканцлеры, шеф гестапо считал закономерным: лишь эсэсовские формирования и, в частности, гестапо есть та сила, которая способна удержать народ и фронт в узде. 


3.

Ни Гиммлер, ни Шелленберг не могли даже предположить, что исполнение акции задерживает сам Штауффенберг. Противник сепаратных переговоров, он не желал видеть на посту вместо преступника Гитлера не меньшего преступника Гиммлера. Он выжидал, когда на совещании у Гитлера появится рейхсфюрер. Гибель обоих заставит руководителей заговора пересмотреть планы относительно будущего политического устройства Германии. 



Штауффенберг был полностью согласен с фон Таубе, который однажды сказал:
– Я считаю ваши переговоры только с англо-американской стороной и игнорирование русских предательскими по отношению к немецкому народу, – прямо сказал Штауффенбергу Павел. – Вы спасаете от поражения не Германию, а нацистский режим, поменяв одного фюрера на другого, Гиммлера, прикрыв его на время безвластным президентом Беком. Вы играете в подлую игру, диктуемую американцами и англичанами, которые превратят Германию в зависимую от них, лишенную на многие годы суверенитета страну. 
– Вы хотите оставить все на волю военного случая? – тогда спросил Штауффенберг. – Сколько крови немецкой и русской прольется, пока Красная армия освободит нас от Гитлера и нацистов.
– Я считаю, что переговоры должны быть со всеми воюющими против нас странами.
– Вы скажите это, так называемым, союзникам русских. Кто им мешает подключить к переговорам Москву? 
– А кто мешает вам выйти на советских представителей? Предлагаю вам искать мира не только у англичан и американцев, но и у русских. 
– А это не будет подлостью по отношению к тем же англичанам и американцам – сепаратный мир с Советским Союзом? – спросил Штауфенберг.
– Сталин не пойдет на сепаратный сговор. И мы должны сразу потребовать, чтобы переговоры были со всеми тремя союзными державами, – ответил Павел. – Сталин непременно усадит за стол переговоров и Рузвельта с Черчиллем, хотя бы и против их воли.
– До Сталина нужно еще достучаться, барон, – усмехнулся Штауфенберг.
– Это я возьму на себя, – сказал Павел так, что полковник удивленно взглянул на него и вдруг поверил сидевшему перед ним оберштурмбанфюреру СД. Он поинтересовался:
– Вы, барон, случайно, не русский разведчик? Каким образом вы передадите наше предложение Сталину?
– Я офицер разведки, граф, – ответил Павел.



Штауффенберг задумался. 

– Я попытаюсь переговорить с некоторыми генералами и политиками, имеющими влияние, и убедить их в необходимости обращения к Сталину с предложением переговоров о мире. 

– Но с ликвидацией Гитлера пока погодите, – сказал Павел.
– Всему свое время, барон, – усмехнулся Штауффенберг.

4.

Сводки с Восточного фронта были скупы. Дикторы сообщали о доблестном сопротивлении немецких войск яростным атакам русских, пытающихся взломать оборону группы армий «Центр» в направлении Орши, Витебска и Бобруйска.

Гитлер, вылетевший в ставку в Восточной Пруссии, негодовал на Генеральный штаб, неспособный предугадать направление главного удара русских, на командующего группой армией «Центр» генерал-фельдмаршала Буша, которого немедленно отстранил от командования и на его место назначил генерал-фельдмаршала Моделя.

– Остановите русских, Модель, – кричал Гитлер новому командующему. – Не пускайте их за Березину. Это последний рубеж обороны…



Он продиктовал очередную директиву войскам: не отступать, держаться до последнего, нещадно истреблять врага…

(продолжение следует)


Рейтинг: +4 275 просмотров
Комментарии (4)
Денис Маркелов # 4 мая 2014 в 15:47 +2
Очень поучительно. Удивляюсь умению автора писать об истории так увлекательно
Александр Внуков # 4 мая 2014 в 17:29 +3
Это признак высокой культуры, Денис. Отдельные слова, даже их расположение в предложении, могут многое поведать об авторе. Можно знать свой предмет в тонкостях от А до Я.
Но не каждый может рассказать о нём увлечённо, подробно, последовательно и сочным языком.
Лев Казанцев-Куртен # 5 мая 2014 в 16:43 +1
Ну, Александр, до мастерства мне, графоману, далеко. Однако спасибо за высокую оценку.
Лев Казанцев-Куртен # 5 мая 2014 в 16:42 +1
Как получилось, Денис. Спасибо.