ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияДетективы → Детективное агентство «ЛЕО» Партия холостяков

 

Детективное агентство «ЛЕО» Партия холостяков

2 февраля 2015 - Владимир Невский
article268802.jpg
— Я вас слушаю, — Фая прибавила солидности и серьезности. На столе перед ней лежал блокнот и фломастер. Внимательно посмотрела на сидящую перед ней девушку, ровесницу, которая представилась лаконично: Оксана. Та в свою очередь растерянно рассматривала кабинет.
— Мне посоветовали обратиться к Лужину Евгению Олеговичу, — сказала она.
— Шефа сейчас нет, — спокойно пояснила Фая, — но вы не беспокойтесь, я – равноправный сотрудник агентства. Вот мое удостоверение частного детектива. И….,  — гордость просто распирало ее., — я буквально неделю назад раскрыло одно преступление. Почти сама. — Добавила все же она, и как-то виновато улыбнулась.
Оксана как-то сразу успокоилась, напряжение спало, и даже легкая мимолетная улыбка проскользнула на ее лице.
— Вот и хорошо. С тобой мне даже легче поговорить.
— Отлично. Я слушаю тебя. — Она сложила руки на столе и приготовилась вникнуть  в ее проблему. Девушка не заставила себя долго ждать, откашлявшись, и начала повествование.
— Может, я и нагнетаю обстановку, а дело выеденного яйца не стоит, но на сердце почему-то неспокойно и тревожно. Гнетет что-то, душу тянет. А дело вот в чем: у меня есть парень, Сергей. Мы давно уже вместе. Любим друг друга. И вот решили, наконец-то, узаконить наши отношения. И все шло хорошо, пока. Короче, это случилось три дня назад. Мы как раз устроили романтический ужин, со свечами и шампанским. Повод был весомый – юбилей наших взаимоотношений. И в разгар ужина ему пришло электронное письмо. Необычное и очень короткое. Так что я его запомнила дословно «Ты женишься? А как же пух?». И рисунок – перышко.
— Какое перо?
— Обыкновенное, птичье перо.
— И все?
— Да.
— Странно.
— Может это даже и смешно, если бы не было так грустно. Сергей очень странно отреагировал на это послание. Вмиг погрустнел, помрачнел. Ушел мыслями в себя, не слышал ничего, не замечал моего присутствия. Вечер был безнадежно испорчен.
— И как он объяснился?
— Пытался отшутиться. Сказал, что еще в строительном институте они с друзьями, с кем проживали в одной комнате общежития, ради шутки создали партию холостяков. С гербом, гимном и уставом. И письмо это было от члена партии. Но если это была шуткой, то почему он так встревожился? Но он мне больше ничего не сказал. Вот и все. Я просто хочу знать, что Сергей скрывает от меня? Плохое предчувствие.
Оксана жалобно посмотрела на Фаю, которая плохо скрывала разочарование. У нее сложилось мнение, что дело-то пустяковое, мякина какая-то.
— Это смешно, да? — спросила Оксана. — Знаете, просто я, наверное, очень много читаю детективов, вот и в повседневной жизни мне и мерещатся преступления.
— И с каким именно произведением у вас ассоциируется ваша история?
— Конан Дойл, «Пять зернышек апельсина». Читали?
— Конечно. — Фая слегка улыбнулась. — Хорошо. Наше агентство постарается разобраться с вашим случаем.
— Вот спасибо! — её милое лицо было как открытая книга. Воскресшая надежда читалась легко.
— У вас есть ключи от квартиры Сергея?
— Да.
— Мы могли бы посетить ее? Желательно в отсутствии хозяина.
— Да, конечно. Знаешь, Сережа уехал на три дня в деревню, к родителям. Так что мы можем поехать прямо сейчас.
— Отлично. — Фая написала записку шефу, и через мгновение они покинули офис «ЛЕО».
 
Евгений и Савелий обедали в азербайджанском ресторанчике. Люля-кебаб, салат и пиво.
— Знаешь, Женька, можем мы бросим заниматься мелкими делами? А полностью переключимся на криминал. Неплохо у нас получается в последнее время.
— Не заносись! Четыре удачных расследований – еще не показатель. А те мелкие дела, как ты выразился, дают агентству стабильный доход. Клиентура-то, в основном, денежная.
— Это, конечно, правда. Но так хочется большего. — Он потер ладони. — Я чувствую в себе силу, уверенность, желание расти.
— Вот это мне нравится. Мы должны всегда повышать свой профессионализм. Трафаретные действия притупляют навыки. Кстати, ты был сегодня в офисе?
— Нет. А ты?
— Тоже. Там Фая, — он взял телефон. — Странно, не отвечает. Так, ого, и мобильник не отвечает.
— Надо ехать, — сразу потерял весь лоск Савелий. Засуетился, замельтешил.
— Надо. — Согласился Евгений, поднимаясь из-за стола.
В офисе их ждала лишь пустота. На столике секретаря лежал блокнот и мобильник. Записка прояснила ситуацию: «Наклюнулось новое дело».
— Вот! — развел руками Савелий, и, обернувшись, предложил. — Кофе?
— Не помешает.
Едва кофе закипел, как на пороге появилась Фая.
— О! Я вовремя. Или на мою долю сварить нектар не удосужились?
— Обижаешь.
За поглощением кофе Фая поведала об Оксане, и о своем десанте на квартиру Сергея.
— Письмо отправлено с интернет-кафе, что на Лесной улице. Так что отследить отправителя – нереально. Второе: пух – это не просто символ партии, это аббревиатура, ПУХ. Что это значит, Оксана не знает. Я проверила весь его компьютер, все имеющиеся в квартире диски и флешки, нигде ни слова о ПУХ, ни о самой партии холостяков. Получается, что Сергей не обманывал, называя это просто студенческой забавой.
— ПУХ – это Партия Убежденных Холостяков. — Подал голос Женя. Коллеги недоуменно посмотрели на него, и тот поспешил объяснить. — Просто на букву «у» не так уж и много слов. Убежденный холостяк – такой примитив и банальность.
— Да, скорее всего так и есть. — Легко согласилась Фая. — Кстати, я прихватила фотографию, где запечатлены все члены этой партии. Всего пять человек. Сергей, Дмитрий, Константин, Кирилл и Захар. Нашла в компьютере я и их адреса и телефоны.
Оксана говорит, что они и после института поддерживают отношения. Такая, знаете ли, крепкая мужская дружба. Более того, первого числа каждого месяца они встречаются в баре, где устраивают мальчишник. Вот, пожалуй, и все.
— Все? — разочарованно спросил Сава.
— Все. Я тоже не в восторге, но девочка напугана. И мы не вправе отказать ей в помощи. Тогда, какое мы агентство?
— Правильно, — поддержал ее Лужин. — Что ты намерена делать?
— Поеду в институт. Полистаю личные дела этих, — она кивнула на снимок, — а там видно будет.
— Хорошо. Действуй.
Фая тут же принялась собираться.
— Ни пуха тебе, ни пера. — Пожелал ей Сава, и они рассмеялись столь удачному каламбуру.
 
 Мобильник зазвонил, когда часы «прокуковали» девять раз, и Женя собирался посмотреть программу «Время».
— Да, Фая.
— Женя. — Даже в произнесенном единственном слове Женя почувствовал, что она сильно взволнованна. Да и назвала она его только по имени, что не было в ее привычке.
— Что случилось?
— Необходимо посоветоваться.
— Хорошо, приезжай.
— Нет, — смутилась она, замялась.
— Где ты? Я сам подъеду.
— На углу Мясницкой и Чехова, бар «У Семена».
— Я быстро.
Фая сидела за столиком и как будто рассматривала содержимое кофейной чашки, стоящей перед ней. Женя присел напротив, и тут же к нему подскочил официант.
— Кофе. Черный. — Женя достал сигару, и одним взглядом поинтересовался у Фаи, в чем дело.
— Дело принимает неприятный оттенок.
— Поясни.
— В институте я узнала совсем немного об этой неформальной партии холостяков. Педагоги их отлично помнят, ведь прошло всего три года. Они лишь подтверждают, что все это не больше, чем игра. Герб – перо. Гимн – мотив песни «Первым делом – самолеты» с перефразированным текстом. А устав, вообще уместился в двух предложениях: «Потомство – оставить, жениться – никогда. Проигравший расплачивается ящиком шампанского».
— Смехотворная цена.
— Да, глупость, не более. Баловство студенческого досуга.
— Что дальше?
— Дальше я решила поближе познакомиться с членами партии. И снова под видом страхового агента. И…. — Волнение вновь захлестнуло ее до кончиков волос.  Она торопливо хлебнула давно остывший кофе. — Картина не веселая. Костя выпрыгнул из окна год назад. Кирилл уснул и не проснулся. Полгода назад.
— Интересно.
— И мне тоже. Я не верю в такие совпадения. Молодые, по двадцать восемь лет, жить, по большому счету, только начинали. И такая нелепость. Дальше продвигаться я просто побоялась. Больше никуда не ходила. Вспомнила про «Черного кардинала», и ужас охватил.
— Да, что-то есть аналогичное. Обида чужой крепкой дружбе? Потом месть? Возможно.
— Сергей не зря же испугался, получив электронное письмо.
— Да. Не стоит забывать этого. Хорошо, Фаечка. Сейчас мы с тобой ничего предпринимать не будем, а вот завтра давай пораньше в офис. Там все обмозгуем и решим. — Он поднялся из-за стола. Фая последовала его примеру.
— Я провожу тебя?
— Я живу в соседнем доме. – Она слабо улыбнулась.
— Да? Престижный район.
— Я живу с родителями.
— А хочется одной?
— Не плохо бы. Но я еще не заработала на отдельную жилплощадь.
— Успеешь еще, какие твои годы.
Так непринужденно разговаривая, они покинули бар и, пожелав друг другу спокойной ночи, расстались.
 
  Утром Евгений застал в офисе обоих коллег, которые что-то горячо и бурно обсуждали. Поприветствовав их, он поинтересовался у Савы:
— Ты в курсе вчерашнего дела?
— ПУХ? Да.
— Тогда приступим к разработке плана. Что мы имеем?
— Что? — коллеги были в небольшом замешательстве. Редко они видели своего флегматичного шефа в таком состоянии. Он словно торопился, находясь в цейтноте.
— Если ПУХ – безобидная забава, а смерть двух ее членов, в весьма не логичных ситуациях, случайность – то это хорошо. И нам предстоит найти только шутника – отправителя письма. Для этого стоит лишь посильнее «нажать» на Сергея, и он сам поспешит успокоить свою девушку. Но, а если ПУХ – все же больше, чем игра? А смерти – это результат хорошо продуманной мести? Получается «Черный кардинал» - 2. А это уже хреново. Извиняюсь. — Он повернулся к Фае.
Та лишь слегка покраснела. Впрочем, и она, и Сава, «заразились» от шефа потребностью что-то ежеминутно предпринимать, чем-то заниматься. Быстрее вплотную заняться и получить первые промежуточные результаты. Даже мурашки по спине.
— Их было пять. Осталось трое. Значит, нам надо спешить. — Он снова повернулся к девушке: — Ты не знаешь, приехал ли Сергей?
— Нет. Он приедет только завтра.
— Тогда оставим его на десерт. Будем действовать одним фронтом. Быстро и решительно. И даже где-то нагловато. Итак, я поеду в милицию, к майору Ковальчуку, попробую взглянуть на дела Кирилла и Константина. Потом навещу их родителей, соседей и сослуживцев. Ты, Савелий.
— Да.
— На тебе Дмитрий и Захар. Пока не светись, не стоит заранее пугать и наводить панику. Постарайся побольше узнать об их пресловутой партии.
— Понятно.
— А я?
— Ты, Фаечка, вновь поезжай в институт. Узнай адреса всех студентов их группы. Еще раз переговори с деканами, воспитателями общаги. Рой землю, но найди, кому перешли дорогу эта пятерка. Да, телефоны не отключайте. Что интересного – сразу звоните.
— Хорошо.
— Все. — Он вскочил. — За дело!
 
  Ему повезло: майор Ковальчук был на рабочем месте, завяз с головой в бумажной работе. И потому сильно обрадовался приходу старого друга:
— О, Лужа! Заходи!
Он вскочил из-за стола, гостеприимно усадил Женю в кресло. Выглянув в коридор, он осторожно прикрыл дверь и повернул ключ в замке.
— По рюмашке?
— Можно.
Ковальчук пил только хороший коньяк, и не больше сорокаграммовой рюмки. Вот и сейчас он достал из недр сейфа «Наполеон», лимон и рюмки - наперстки.
— Если Лужа появился у меня в кабинете, значит, у него очередное дело. Так? Ну, скажи мне, пожалуйста, что я ошибся. Что ты пришел просто выбить со мной шедевр французского виноделия.
— Увы!
Майор аж скрипнул зубами:
— Я так и знал. Но об этом чуть позже. Давай выпьем.
Они опрокинули наперстки. Благородная жидкость не докатилась даже до желудка, всосалась в организм по пути к нему.
— Ну?
Лужин изложил суть дела, майор напряг мозги.
— Что-то я не припоминаю таких дел. Скорее всего, они прошли как несчастные случаи.
— Мм, — промычал разочарованно Женя, но друг поспешил его успокоить:
— Но дела-то все равно заводились. Так что, посмотришь. — Он набрал номер оперативника, направляя его в архив с подробными инструкциями. Через полчаса перед Женей уже лежали две тоненькие папочки.
— Держи, смотри, изучай, да про доброту мою не забывай.
— Благодарю.
Евгений открыл папку с делом Константина. «Так, все банально и до боли просто. Парень выпрыгнул в окно, находясь в изрядном подпитии. В квартире относительный порядок, следов какой-либо борьбы и сопротивления не обнаружено. На столе – пустая бутылка из-под водки, один стакан и нехитрая закуска. Резюме: суицид. А вот и фотографии. Опа! А из горлышка бутылки торчит перышко!». Евгению стало жарко, расстегнул ворот рубашки и глубоко вздохнул. Сердце учащенно забилось. Знакомое ощущение, что наступает момент истины, след взят. «Дело все-таки связано с ПУХом, однозначно. Вот только покойный никаких зацепок не оставил. Да, не густо. А был ли у него компьютер? Приходило ли электронное письмо? Теперь это выяснить уже не возможно».
 Женя взялся за второе дело, Кирилла. Сразу же стал просматривать фотографии с места происшествия.  Кирилл лежал на кровати, а под головой – разорванная в клочья подушка. Пух буквально заполонил всю комнату. «Что тут эксперты написали? Сердечная недостаточность, возникшая в результате принятия спиртного. А выводы напрашиваются сами собой: выпил мужик, сердце прихватило, и в приступе изодрал подушку. Все понятно и все ясно. Но эти пушинки!!! Все, пора».
Женя захлопнул папку и резко вскочил со стула. Ковальчук удивленно посмотрел на него:
— Ну?
— Спасибо. Очень любопытно.
— Рад, что помог.  Заходи.
— Обязательно. Если дело выгорит, то с меня коньяк.
— Само собой, — усмехнулся Серж.
Первым делом Лужин поехал на квартиру Константина. Поговорил со словоохотливыми старушками, лузгающие семечки у подъезда. После содержательной беседы, он узнал следующее: «Костя был хорошим, отзывчивым парнем, алкоголем не злоупотреблял. В тот роковой день у него был гость. Парень как парень, ничего необычного. Спортивные штаны и кожаная куртка. Многие видели, как он приходил, но никто не видел, как уходил.  Костю жалко. Сейчас в его квартире живет мать, которая переехала из деревни». Евгений поднялся на шестой этаж, дверь открыла мать Константина.
— Костя дома?
— Нет.
— А скоро будет?
— Нет.
— Жаль. Мы дружили в институте. Я тут проездом.
— Заходи.
Квартира была однокомнатной. Маленькой, но уютной.
— Он погиб.
— Как? Когда? — Женя искусно изображал удивление.
— Год назад. — Женщина не сдержалась и заплакала. Никакое время не сможет залечить раны от такой утраты. Это не справедливо, когда родители хоронят своих детей. Женя сходил на кухню и принес стакан воды.
— Спасибо. — Она приходила в себя. — Все у него в жизни только начинало налаживаться. Институт закончил, нашел хорошую работу. Вот, квартиру купил, жениться собирался. И тут такое. – Она вытерла набежавшие вновь слезы.
— Жениться? — как-то рефлекторно спросил Женя.
— Да. Сейчас. — Женщина достала из шкафа фотоальбом. — Вот.
На снимке были запечатлены две парочки. Костя со своей девушкой, и Кирилл, тоже не один.
— Это Леночка. Хорошая такая девочка. Недавно вышла замуж и уехала с мужем на Север.
— А это Кирюха! — Лужин продолжал играть роль институтского друга.
— Да, Киря, со своей Светланой.
По ее голосу Лужин догадался, что она не знает о трагедии Кирилла. Расстраивать, и без того убитую горем, женщину он не стал.
— А у вас случайно нет их адреса.
— У меня нет. А вот в Костиных блокнотах может и имеются.
— А можно их посмотреть?
Женщина задумалась на мгновение:
— Конечно.
И Жене второй раз за день очень сильно повезло: среди многочисленных знакомых общительного парня оказалась всего одна Светлана.
— Они все учились вместе, — обронила женщина.
— Спасибо большое. Поеду к ним.
— Да, да, конечно. Ваше дело молодое.
 
  Фортуна и в третий раз благоволила  детективу. Светлана была дома одна. Так что никто не мог помешать их разговору. Обманывать девушку он не стал, сразу показал свое удостоверение.
— Та вы тоже не верите, что Кирилл умер от сердечного приступа?
— Нет. А вы?
— Конечно же, нет! — грубо буркнула Света, и закурила.
— Почему так категорично?
— Да потому, что Киря был абсолютно здоровым человеком. Спортсмен. Он никогда не жаловался на сердце. И почему не сделали полную экспертизу водки? Что за безалаберность! Мне кажется, что ему что-то подсыпали.
— Почему?
— Потому! — категорично заявила Света. — У него был гость. Когда я ему звонила в тот вечер, то уловила мужской голос, хотя в милиции меня уверили, что никаких посторонних следов в квартире не обнаружено.
— У него был компьютер?
— Нет.
— Перед смертью он не получал странных писем?
— Не знаю, — она пожала плечами.
— А вы собирались пожениться?! — догадка пронзила его.
— Да, — тихо, без прежней враждебности, ответила она и отвернулась. Стала смотреть в окно.
— А что вы можете сказать о партии холостяков?
— ПУХ? Да ничего. Хохма, и все.
— Какая же это хохма, если все символы и атрибуты присутствовали?
— Да, ладно вам, — она махнула рукой, — это все Захар. Он большой оригинал и любитель устраивать что-то эдакое. Ко всему подходил очень серьезно и основательно. Любой праздник проходил по его написанному сценарию. И тут тоже. Он даже мандаты заказал у кого-то частника. Сначала все придерживались правил, платили партийные взносы, которые тут же и пропивались в баре. Потом все затихло, и сошло на «нет».
— Понятно.
— Скажите, а вы докопаетесь до истины?
— Фирма веников не вяжет.
— Но кто-то же их вяжет. — Усмехнулась она.
 
В офисе они все вместе собрались только в пяти часам. Первым поделился новостями Лужин, при этом резюмировал:
— Смерти не случайны, это ясно. «Черный кардинал» - 2?
— Не думаю, — осадила шефа Фаина, — Света абсолютно права, что партия – всего лишь игра. Пять друзей ни с кем не конфликтовали, не ругались. А даже, наоборот, пользовались уважением и авторитетом. Были всегда востребованы и популярны. Врагов не нажили. Пай-мальчики, одним словом.
— И все же, — Женя не обиделся на сотрудницу, но тактично настаивал на своей версии. — Исключать месть не стоит. Даже ели это не нанесенная обида, а простая человеческая зависть. Она может быть открыто не проявляться, а вот с годами вполне способна созреть и прорваться. Только в болезненном мозгу. А крепкая мужская дружба может породить зависть. Поверьте мне.
— Согласна, — легко пошла на компромисс Фая.
— Что у тебя? — Женя повернулся к Саве, который находился явно не в своей тарелке.
— Голова разболелась. Такое ощущение, что из меня вытянули все соки.
— И давно началось?
— Не знаю.
— Вспомни, —  настойчиво попросила Фая.
Сава напрягся:
— Кажется, после визита к Захару.
— Значит, он – энергический вампир. — Сделала вывод Фая.
— Тогда начни с него, — поторопил коллегу Женя, не понимая, почему они затеяли беседу на постороннюю тему.
— Ничего интересного. Банальность и серость. Живет хорошо, работает в бюро архитектуры. Жена, ребенку три годика. Чудесный пацан. Достаток. Компьютер, машина. Короче, полная чаша. Я представился студентом, поведал легенду: мол, наслышан о ПУХе, и мечтаю создать что-то аналогичное. Но он не захотел говорить на эту тему. Отмахнулся, шутка и глупость. И выставил меня за дверь. Кстати, замки я могу открыть одной булавкой. — Сава улыбнулся через силу. — Это я просто так, к слову.
— Странно, что он не захотел похвалиться своим детищем.
— А Дмитрий?
— Этот тоже не захотел. Даже поначалу прикинулся, что не помнит ни о какой партии. Пришлось напомнить, а он лишь рассмеялся. Мальчишество – это резюме. Потом перевел разговор на другую тему.
— Какую же?
— Парень-то очень серьезный. Политикой занимается. Какой там ПУХ! Вот СПС – другое дело.
— Он женат? — поинтересовался Лужин, и Сава недоуменно глянул на него:
— Нет. Холостой.
— А почему вы спросили об этом? — Фая была заинтригованна.
— Интуиция мне подсказывает, что убийцу надо искать среди оставшихся членов партии.
— То есть?
— Кто-то слишком серьезно принял устав. И ящик шампанское для него слабое утешение за его нарушение.
— Тогда? — Сава, и, правда, был болен головой, и соображал с трудом.
— Костя и Кирилл мертвые. Сергей только что собрался жениться, и получил предупреждение.
— Захар женат.
— Дмитрий! — вскрикнула Фая.
— Дмитрий. — Как эхо повторил Женя.
Несколько минут в кабинете висела мертвая тишина. Каждый из детективов осмысливал результат их рассуждений.
— Но подождите. — Тихо, словно боясь спугнуть мысли, сказала Фая. — Почему же не тронули Захара? Он же женат!
— Черт!!! — воскликнул Сава. — Пасьянс-то не раскладывается!
И опять в офисе повисла угнетающая тишина. Следствие зашло в тупик, и выхода, пока, явно не наблюдалось. Надо было что-то делать.
— Не раскисать, орлы! — подбодрил коллег Женя. — Надо еще раз тщательно проверить Диму.
— Но как? Он словно черепаха в панцире.
— А его замки ты сможешь открыть булавкой?
— Женя. — Возмутилась Фая. — Это не законно.
Парни никак не отреагировали на ее восклицание. Они смотрели друг другу в горящие озорством глаза и понимали все без слов.
— А Фая постоит на шухере?
— Точно.
— Выпотрошим комп, просмотрим все документы и блокноты.
— И гардероб.
— Зачем?
— У Кости был гость. Зеленые спортивные штаны и кожанка.
— Эх, ты! Да это фишка сезона. Так полгорода ходят.
— Эй, парни! — прервала их диалог Фая. — Надеюсь, что вы это не серьезно?
— Едем?
— Едем!
Фаи ничего не оставалось делать, как подчиниться им. Какие же тяжелые минуты она пережила, сидя в машине и наблюдая за подъездом. Парни, проводящие незаконный обыск, волновались намного меньше. Фая постоянно смахивала испарину со лба и считала глухие удары колотившегося в груди сердца. И только увидев спокойных, вальяжно шагающих и весело болтающий, Женю и Саву, она облегченно выдохнула.
— Ну? — нетерпеливо спросила она, когда парни залезли в «Audi».
— Это он! — уверенно сказал Сава.
— Нашли что-нибудь?
— Абсолютно ничего.
— Тогда что же? — Фая, почувствовал, что дрожь в руках прошла, осторожно завела машину и выехала со двора.
— Он – голубой! — усмехнулся Сава, и позволил себе выругаться. — У него кругом голубое порно.
— А почему же тогда он не тронул Захара?
— Он его, наверное, любит.
Лишь Женя не принимал никакого участия в разговоре, о чем-то сильно задумавшись.
— Будем брать? — поинтересовалась Фая.
— Как скажет шеф.
— Нет. — Подал голос Евгений. — Во-первых, нет никаких доказательств. А во-вторых, надо такой же шмон устроить и Захару.
— Сейчас? — испугалась Фая. — Я больше такого не переживу.
— Завтра. Сава, ты не в курсе их распорядка дня.
— Конечно. С восьми утра и до полудня у них в доме никого.
— Вот и ладненько. Вот и хорошо. Обыск по той же схеме.
— Нет. — Еще раз возразила Фая. — Я больше не играю в ваши игры. У меня за сегодня седых волос прибавилось.
— А мы купит краску. Пошутил Сава.
— За счет конторы, поддержал его Женя.
 
 Но их планы едва не сорвались. Ольга, жена Захара, покинула квартиру только в одиннадцать часов. Не успела она завернуть за угол дома, как Сава и Женя рванули к дому. А для Фаи вновь потянулись напряженные и мучительные минуты ожидания. Уже в половине двенадцатого она заметила, как Ольга возвращается. Схватила телефон, громко вскрикнула «атас» и завела мотор. Парни меж тем выскочили из квартиры и поднялись на этаж выше. Дождались, когда хозяйка зашла в квартиру, и спокойно спустились во двор. Лица у обоих были абсолютно спокойными. В отличие от Фаи, которая, едва парни залезли, так рванула с места, что завизжали покрышки.  Проехав пару кварталов, она остановила машину, уронила голову на рулевое колесо и тяжело вздохнула.
— Ну, ну, девочка. — Поспешил успокоить ее Женя. — Все хорошо. Все позади.
Как не странно, но эти слова быстро вернули ее в состоянии покоя. Она обернулась к ним и спросила:
— Что-нибудь успели найти?
— Все.
— Что, все?
— Зеленые штаны и кожанку.
— Не факт. Смешно даже.
— Икебана из веточек и пушинок. Красиво.
— Случайность, — вновь опровергла она.
— Листок из блокнота.
— И что?
Сава протянул ей листок, на котором было написано:
(К)   (К)   Д - !  С - ?
— И что это означает?
— Очень просто. (К) и  (К)  в рамке – мертвые Костя и Кирилл. Д в восклицательным знаком – Дмитрий – гомосексуаллист, и вряд ли когда-нибудь жениться. А вот Сергей пока под вопросом.
— Не может быть! — ахнула Фая.
— Может!
— Но он же сам женатый! Ребенка народил!
— Он псих, Фаечка, с маниакальными наклоностями. У них ни разума, ни логики. Будем брать.
— А доказательства?
— А мы на испуг его возьмем. Не в первой.
— Точно.
— Мальчики, — она театрально сложила руки на груди, — только без меня. Я умоляю вас. У меня родители. Я еще молодая. — В конце она уже перешла на шутливую волну.
— Хорошо. — Женя глянул на часы. — Скоро он придет на обед. Нам нужна машина.
— Берите. Я такси поймаю. Буду ждать вас в офисе. Удачи, мальчики.
— Готовь шампанское, — крикнул ей в догонку Сава, перебираясь на водительское место.
 Едва они вернулись к дому, как увидели Захара, который очень торопился. И потому не заметил, как они выскочили из «Audi». Получив ощутимый удар в область печени, Захар потерял сознание. И очнулся только в машине, которая на высокой скорости покидала пределы города.
— Что вам надо? — прохрипел он.
— Шоколада, — буркнул Сава, и свернул с трассы в небольшой березовый лес. Остановился. Потом они вдвоем с Женей вытащили из салона упирающего Захара. Тот озирался, визжал и брызгал слюной. Детективы терпеливо ждали окончание истерики. Наконец-то, Захар обрел способность ясно мыслить и изъясняться по делу.
— А я тебя узнал. — Ткнул он пальцев в сторону Савы. — Ты приходил ко мне и вынюхивал что-то про ПУХ. Кто вы?
— Новые члены партии убежденных холостяков, инициатором и идейным вдохновителем которой ты и являешься.
— А еще и судья, и палач. Да?
— Что? О чем это вы?
— О Кирилле и Константине.
— Это не я. Это суицид! — выкрикнул истерично Захар, и тут же получил новый удар. Согнулся, потом свалился в траву, жадно хватая раскрытым ртом воздух.
— А это что тогда? — Сава кинул перед ним листок. Захар тупо посмотрел, а потом неожиданно запихал его в рот, торопливо прожевал, и с трудом проглотил. Сава и Женя лишь переглянулись и улыбнулись.
— Рассказывай.
— Они надумали жениться. Они нарушили устав. Я уговаривал Костяна, а он только смеялся мне в лицо, обзывая полным идиотом. Я не знаю, что тогда нашло на меня. Вышли перекурить на балкон, и тут меня и заклинило. Ну, я и столкнул его. Потом избавился от всех отпечатков. На рюмке, вилке, дверных ручек. Все.
— А Кирилл?
— Нитроглицерин.
— Что?
— Я заставил обманом выпить его несколько таблеток нитроглицерина. А потом и водки предложил. — Захар вытащил из кармана носовой платок, и пушинка выпала заодно.
— Всегда с собой носишь?
— Да.
— А сам-то женатый. Или закон писан не для тебя?
— Я не женат. — Ответил Захар и пояснил недоуменным детективам. — Оля  всего лишь сожительница. Я даже собственного ребенка не усыновлял.
Догадка озарила лицо Евгения. Он вспомнил и процитировал:
— Потомство – оставить, жениться – никогда.
— Да, да, — истерично засмеялся Захар. — Вот именно. Я им так и говорил, а они уперлись, словно бараны. Штамп им подавай в паспорте! Официоз! Идиоты! — он злорадно посмотрел на детективов. – А вы ничего не сможете доказать. У вас, господа, на меня нет ничего. Пустышка!
Он вновь упал на колени и засмеялся.
— Зря ты так.
Смех оборвался на высокой ноте. Захар посмотрел на Евгения, и через мгновение его глаза наполнились диким ужасом. Женя достал из кармана диктофон.
 

© Copyright: Владимир Невский, 2015

Регистрационный номер №0268802

от 2 февраля 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0268802 выдан для произведения: — Я вас слушаю, — Фая прибавила солидности и серьезности. На столе перед ней лежал блокнот и фломастер. Внимательно посмотрела на сидящую перед ней девушку, ровесницу, которая представилась лаконично: Оксана. Та в свою очередь растерянно рассматривала кабинет.
— Мне посоветовали обратиться к Лужину Евгению Олеговичу, — сказала она.
— Шефа сейчас нет, — спокойно пояснила Фая, — но вы не беспокойтесь, я – равноправный сотрудник агентства. Вот мое удостоверение частного детектива. И….,  — гордость просто распирало ее., — я буквально неделю назад раскрыло одно преступление. Почти сама. — Добавила все же она, и как-то виновато улыбнулась.
Оксана как-то сразу успокоилась, напряжение спало, и даже легкая мимолетная улыбка проскользнула на ее лице.
— Вот и хорошо. С тобой мне даже легче поговорить.
— Отлично. Я слушаю тебя. — Она сложила руки на столе и приготовилась вникнуть  в ее проблему. Девушка не заставила себя долго ждать, откашлявшись, и начала повествование.
— Может, я и нагнетаю обстановку, а дело выеденного яйца не стоит, но на сердце почему-то неспокойно и тревожно. Гнетет что-то, душу тянет. А дело вот в чем: у меня есть парень, Сергей. Мы давно уже вместе. Любим друг друга. И вот решили, наконец-то, узаконить наши отношения. И все шло хорошо, пока. Короче, это случилось три дня назад. Мы как раз устроили романтический ужин, со свечами и шампанским. Повод был весомый – юбилей наших взаимоотношений. И в разгар ужина ему пришло электронное письмо. Необычное и очень короткое. Так что я его запомнила дословно «Ты женишься? А как же пух?». И рисунок – перышко.
— Какое перо?
— Обыкновенное, птичье перо.
— И все?
— Да.
— Странно.
— Может это даже и смешно, если бы не было так грустно. Сергей очень странно отреагировал на это послание. Вмиг погрустнел, помрачнел. Ушел мыслями в себя, не слышал ничего, не замечал моего присутствия. Вечер был безнадежно испорчен.
— И как он объяснился?
— Пытался отшутиться. Сказал, что еще в строительном институте они с друзьями, с кем проживали в одной комнате общежития, ради шутки создали партию холостяков. С гербом, гимном и уставом. И письмо это было от члена партии. Но если это была шуткой, то почему он так встревожился? Но он мне больше ничего не сказал. Вот и все. Я просто хочу знать, что Сергей скрывает от меня? Плохое предчувствие.
Оксана жалобно посмотрела на Фаю, которая плохо скрывала разочарование. У нее сложилось мнение, что дело-то пустяковое, мякина какая-то.
— Это смешно, да? — спросила Оксана. — Знаете, просто я, наверное, очень много читаю детективов, вот и в повседневной жизни мне и мерещатся преступления.
— И с каким именно произведением у вас ассоциируется ваша история?
— Конан Дойл, «Пять зернышек апельсина». Читали?
— Конечно. — Фая слегка улыбнулась. — Хорошо. Наше агентство постарается разобраться с вашим случаем.
— Вот спасибо! — её милое лицо было как открытая книга. Воскресшая надежда читалась легко.
— У вас есть ключи от квартиры Сергея?
— Да.
— Мы могли бы посетить ее? Желательно в отсутствии хозяина.
— Да, конечно. Знаешь, Сережа уехал на три дня в деревню, к родителям. Так что мы можем поехать прямо сейчас.
— Отлично. — Фая написала записку шефу, и через мгновение они покинули офис «ЛЕО».
 
Евгений и Савелий обедали в азербайджанском ресторанчике. Люля-кебаб, салат и пиво.
— Знаешь, Женька, можем мы бросим заниматься мелкими делами? А полностью переключимся на криминал. Неплохо у нас получается в последнее время.
— Не заносись! Четыре удачных расследований – еще не показатель. А те мелкие дела, как ты выразился, дают агентству стабильный доход. Клиентура-то, в основном, денежная.
— Это, конечно, правда. Но так хочется большего. — Он потер ладони. — Я чувствую в себе силу, уверенность, желание расти.
— Вот это мне нравится. Мы должны всегда повышать свой профессионализм. Трафаретные действия притупляют навыки. Кстати, ты был сегодня в офисе?
— Нет. А ты?
— Тоже. Там Фая, — он взял телефон. — Странно, не отвечает. Так, ого, и мобильник не отвечает.
— Надо ехать, — сразу потерял весь лоск Савелий. Засуетился, замельтешил.
— Надо. — Согласился Евгений, поднимаясь из-за стола.
В офисе их ждала лишь пустота. На столике секретаря лежал блокнот и мобильник. Записка прояснила ситуацию: «Наклюнулось новое дело».
— Вот! — развел руками Савелий, и, обернувшись, предложил. — Кофе?
— Не помешает.
Едва кофе закипел, как на пороге появилась Фая.
— О! Я вовремя. Или на мою долю сварить нектар не удосужились?
— Обижаешь.
За поглощением кофе Фая поведала об Оксане, и о своем десанте на квартиру Сергея.
— Письмо отправлено с интернет-кафе, что на Лесной улице. Так что отследить отправителя – нереально. Второе: пух – это не просто символ партии, это аббревиатура, ПУХ. Что это значит, Оксана не знает. Я проверила весь его компьютер, все имеющиеся в квартире диски и флешки, нигде ни слова о ПУХ, ни о самой партии холостяков. Получается, что Сергей не обманывал, называя это просто студенческой забавой.
— ПУХ – это Партия Убежденных Холостяков. — Подал голос Женя. Коллеги недоуменно посмотрели на него, и тот поспешил объяснить. — Просто на букву «у» не так уж и много слов. Убежденный холостяк – такой примитив и банальность.
— Да, скорее всего так и есть. — Легко согласилась Фая. — Кстати, я прихватила фотографию, где запечатлены все члены этой партии. Всего пять человек. Сергей, Дмитрий, Константин, Кирилл и Захар. Нашла в компьютере я и их адреса и телефоны.
Оксана говорит, что они и после института поддерживают отношения. Такая, знаете ли, крепкая мужская дружба. Более того, первого числа каждого месяца они встречаются в баре, где устраивают мальчишник. Вот, пожалуй, и все.
— Все? — разочарованно спросил Сава.
— Все. Я тоже не в восторге, но девочка напугана. И мы не вправе отказать ей в помощи. Тогда, какое мы агентство?
— Правильно, — поддержал ее Лужин. — Что ты намерена делать?
— Поеду в институт. Полистаю личные дела этих, — она кивнула на снимок, — а там видно будет.
— Хорошо. Действуй.
Фая тут же принялась собираться.
— Ни пуха тебе, ни пера. — Пожелал ей Сава, и они рассмеялись столь удачному каламбуру.
 
 Мобильник зазвонил, когда часы «прокуковали» девять раз, и Женя собирался посмотреть программу «Время».
— Да, Фая.
— Женя. — Даже в произнесенном единственном слове Женя почувствовал, что она сильно взволнованна. Да и назвала она его только по имени, что не было в ее привычке.
— Что случилось?
— Необходимо посоветоваться.
— Хорошо, приезжай.
— Нет, — смутилась она, замялась.
— Где ты? Я сам подъеду.
— На углу Мясницкой и Чехова, бар «У Семена».
— Я быстро.
Фая сидела за столиком и как будто рассматривала содержимое кофейной чашки, стоящей перед ней. Женя присел напротив, и тут же к нему подскочил официант.
— Кофе. Черный. — Женя достал сигару, и одним взглядом поинтересовался у Фаи, в чем дело.
— Дело принимает неприятный оттенок.
— Поясни.
— В институте я узнала совсем немного об этой неформальной партии холостяков. Педагоги их отлично помнят, ведь прошло всего три года. Они лишь подтверждают, что все это не больше, чем игра. Герб – перо. Гимн – мотив песни «Первым делом – самолеты» с перефразированным текстом. А устав, вообще уместился в двух предложениях: «Потомство – оставить, жениться – никогда. Проигравший расплачивается ящиком шампанского».
— Смехотворная цена.
— Да, глупость, не более. Баловство студенческого досуга.
— Что дальше?
— Дальше я решила поближе познакомиться с членами партии. И снова под видом страхового агента. И…. — Волнение вновь захлестнуло ее до кончиков волос.  Она торопливо хлебнула давно остывший кофе. — Картина не веселая. Костя выпрыгнул из окна год назад. Кирилл уснул и не проснулся. Полгода назад.
— Интересно.
— И мне тоже. Я не верю в такие совпадения. Молодые, по двадцать восемь лет, жить, по большому счету, только начинали. И такая нелепость. Дальше продвигаться я просто побоялась. Больше никуда не ходила. Вспомнила про «Черного кардинала», и ужас охватил.
— Да, что-то есть аналогичное. Обида чужой крепкой дружбе? Потом месть? Возможно.
— Сергей не зря же испугался, получив электронное письмо.
— Да. Не стоит забывать этого. Хорошо, Фаечка. Сейчас мы с тобой ничего предпринимать не будем, а вот завтра давай пораньше в офис. Там все обмозгуем и решим. — Он поднялся из-за стола. Фая последовала его примеру.
— Я провожу тебя?
— Я живу в соседнем доме. – Она слабо улыбнулась.
— Да? Престижный район.
— Я живу с родителями.
— А хочется одной?
— Не плохо бы. Но я еще не заработала на отдельную жилплощадь.
— Успеешь еще, какие твои годы.
Так непринужденно разговаривая, они покинули бар и, пожелав друг другу спокойной ночи, расстались.
 
  Утром Евгений застал в офисе обоих коллег, которые что-то горячо и бурно обсуждали. Поприветствовав их, он поинтересовался у Савы:
— Ты в курсе вчерашнего дела?
— ПУХ? Да.
— Тогда приступим к разработке плана. Что мы имеем?
— Что? — коллеги были в небольшом замешательстве. Редко они видели своего флегматичного шефа в таком состоянии. Он словно торопился, находясь в цейтноте.
— Если ПУХ – безобидная забава, а смерть двух ее членов, в весьма не логичных ситуациях, случайность – то это хорошо. И нам предстоит найти только шутника – отправителя письма. Для этого стоит лишь посильнее «нажать» на Сергея, и он сам поспешит успокоить свою девушку. Но, а если ПУХ – все же больше, чем игра? А смерти – это результат хорошо продуманной мести? Получается «Черный кардинал» - 2. А это уже хреново. Извиняюсь. — Он повернулся к Фае.
Та лишь слегка покраснела. Впрочем, и она, и Сава, «заразились» от шефа потребностью что-то ежеминутно предпринимать, чем-то заниматься. Быстрее вплотную заняться и получить первые промежуточные результаты. Даже мурашки по спине.
— Их было пять. Осталось трое. Значит, нам надо спешить. — Он снова повернулся к девушке: — Ты не знаешь, приехал ли Сергей?
— Нет. Он приедет только завтра.
— Тогда оставим его на десерт. Будем действовать одним фронтом. Быстро и решительно. И даже где-то нагловато. Итак, я поеду в милицию, к майору Ковальчуку, попробую взглянуть на дела Кирилла и Константина. Потом навещу их родителей, соседей и сослуживцев. Ты, Савелий.
— Да.
— На тебе Дмитрий и Захар. Пока не светись, не стоит заранее пугать и наводить панику. Постарайся побольше узнать об их пресловутой партии.
— Понятно.
— А я?
— Ты, Фаечка, вновь поезжай в институт. Узнай адреса всех студентов их группы. Еще раз переговори с деканами, воспитателями общаги. Рой землю, но найди, кому перешли дорогу эта пятерка. Да, телефоны не отключайте. Что интересного – сразу звоните.
— Хорошо.
— Все. — Он вскочил. — За дело!
 
  Ему повезло: майор Ковальчук был на рабочем месте, завяз с головой в бумажной работе. И потому сильно обрадовался приходу старого друга:
— О, Лужа! Заходи!
Он вскочил из-за стола, гостеприимно усадил Женю в кресло. Выглянув в коридор, он осторожно прикрыл дверь и повернул ключ в замке.
— По рюмашке?
— Можно.
Ковальчук пил только хороший коньяк, и не больше сорокаграммовой рюмки. Вот и сейчас он достал из недр сейфа «Наполеон», лимон и рюмки - наперстки.
— Если Лужа появился у меня в кабинете, значит, у него очередное дело. Так? Ну, скажи мне, пожалуйста, что я ошибся. Что ты пришел просто выбить со мной шедевр французского виноделия.
— Увы!
Майор аж скрипнул зубами:
— Я так и знал. Но об этом чуть позже. Давай выпьем.
Они опрокинули наперстки. Благородная жидкость не докатилась даже до желудка, всосалась в организм по пути к нему.
— Ну?
Лужин изложил суть дела, майор напряг мозги.
— Что-то я не припоминаю таких дел. Скорее всего, они прошли как несчастные случаи.
— Мм, — промычал разочарованно Женя, но друг поспешил его успокоить:
— Но дела-то все равно заводились. Так что, посмотришь. — Он набрал номер оперативника, направляя его в архив с подробными инструкциями. Через полчаса перед Женей уже лежали две тоненькие папочки.
— Держи, смотри, изучай, да про доброту мою не забывай.
— Благодарю.
Евгений открыл папку с делом Константина. «Так, все банально и до боли просто. Парень выпрыгнул в окно, находясь в изрядном подпитии. В квартире относительный порядок, следов какой-либо борьбы и сопротивления не обнаружено. На столе – пустая бутылка из-под водки, один стакан и нехитрая закуска. Резюме: суицид. А вот и фотографии. Опа! А из горлышка бутылки торчит перышко!». Евгению стало жарко, расстегнул ворот рубашки и глубоко вздохнул. Сердце учащенно забилось. Знакомое ощущение, что наступает момент истины, след взят. «Дело все-таки связано с ПУХом, однозначно. Вот только покойный никаких зацепок не оставил. Да, не густо. А был ли у него компьютер? Приходило ли электронное письмо? Теперь это выяснить уже не возможно».
 Женя взялся за второе дело, Кирилла. Сразу же стал просматривать фотографии с места происшествия.  Кирилл лежал на кровати, а под головой – разорванная в клочья подушка. Пух буквально заполонил всю комнату. «Что тут эксперты написали? Сердечная недостаточность, возникшая в результате принятия спиртного. А выводы напрашиваются сами собой: выпил мужик, сердце прихватило, и в приступе изодрал подушку. Все понятно и все ясно. Но эти пушинки!!! Все, пора».
Женя захлопнул папку и резко вскочил со стула. Ковальчук удивленно посмотрел на него:
— Ну?
— Спасибо. Очень любопытно.
— Рад, что помог.  Заходи.
— Обязательно. Если дело выгорит, то с меня коньяк.
— Само собой, — усмехнулся Серж.
Первым делом Лужин поехал на квартиру Константина. Поговорил со словоохотливыми старушками, лузгающие семечки у подъезда. После содержательной беседы, он узнал следующее: «Костя был хорошим, отзывчивым парнем, алкоголем не злоупотреблял. В тот роковой день у него был гость. Парень как парень, ничего необычного. Спортивные штаны и кожаная куртка. Многие видели, как он приходил, но никто не видел, как уходил.  Костю жалко. Сейчас в его квартире живет мать, которая переехала из деревни». Евгений поднялся на шестой этаж, дверь открыла мать Константина.
— Костя дома?
— Нет.
— А скоро будет?
— Нет.
— Жаль. Мы дружили в институте. Я тут проездом.
— Заходи.
Квартира была однокомнатной. Маленькой, но уютной.
— Он погиб.
— Как? Когда? — Женя искусно изображал удивление.
— Год назад. — Женщина не сдержалась и заплакала. Никакое время не сможет залечить раны от такой утраты. Это не справедливо, когда родители хоронят своих детей. Женя сходил на кухню и принес стакан воды.
— Спасибо. — Она приходила в себя. — Все у него в жизни только начинало налаживаться. Институт закончил, нашел хорошую работу. Вот, квартиру купил, жениться собирался. И тут такое. – Она вытерла набежавшие вновь слезы.
— Жениться? — как-то рефлекторно спросил Женя.
— Да. Сейчас. — Женщина достала из шкафа фотоальбом. — Вот.
На снимке были запечатлены две парочки. Костя со своей девушкой, и Кирилл, тоже не один.
— Это Леночка. Хорошая такая девочка. Недавно вышла замуж и уехала с мужем на Север.
— А это Кирюха! — Лужин продолжал играть роль институтского друга.
— Да, Киря, со своей Светланой.
По ее голосу Лужин догадался, что она не знает о трагедии Кирилла. Расстраивать, и без того убитую горем, женщину он не стал.
— А у вас случайно нет их адреса.
— У меня нет. А вот в Костиных блокнотах может и имеются.
— А можно их посмотреть?
Женщина задумалась на мгновение:
— Конечно.
И Жене второй раз за день очень сильно повезло: среди многочисленных знакомых общительного парня оказалась всего одна Светлана.
— Они все учились вместе, — обронила женщина.
— Спасибо большое. Поеду к ним.
— Да, да, конечно. Ваше дело молодое.
 
  Фортуна и в третий раз благоволила  детективу. Светлана была дома одна. Так что никто не мог помешать их разговору. Обманывать девушку он не стал, сразу показал свое удостоверение.
— Та вы тоже не верите, что Кирилл умер от сердечного приступа?
— Нет. А вы?
— Конечно же, нет! — грубо буркнула Света, и закурила.
— Почему так категорично?
— Да потому, что Киря был абсолютно здоровым человеком. Спортсмен. Он никогда не жаловался на сердце. И почему не сделали полную экспертизу водки? Что за безалаберность! Мне кажется, что ему что-то подсыпали.
— Почему?
— Потому! — категорично заявила Света. — У него был гость. Когда я ему звонила в тот вечер, то уловила мужской голос, хотя в милиции меня уверили, что никаких посторонних следов в квартире не обнаружено.
— У него был компьютер?
— Нет.
— Перед смертью он не получал странных писем?
— Не знаю, — она пожала плечами.
— А вы собирались пожениться?! — догадка пронзила его.
— Да, — тихо, без прежней враждебности, ответила она и отвернулась. Стала смотреть в окно.
— А что вы можете сказать о партии холостяков?
— ПУХ? Да ничего. Хохма, и все.
— Какая же это хохма, если все символы и атрибуты присутствовали?
— Да, ладно вам, — она махнула рукой, — это все Захар. Он большой оригинал и любитель устраивать что-то эдакое. Ко всему подходил очень серьезно и основательно. Любой праздник проходил по его написанному сценарию. И тут тоже. Он даже мандаты заказал у кого-то частника. Сначала все придерживались правил, платили партийные взносы, которые тут же и пропивались в баре. Потом все затихло, и сошло на «нет».
— Понятно.
— Скажите, а вы докопаетесь до истины?
— Фирма веников не вяжет.
— Но кто-то же их вяжет. — Усмехнулась она.
 
В офисе они все вместе собрались только в пяти часам. Первым поделился новостями Лужин, при этом резюмировал:
— Смерти не случайны, это ясно. «Черный кардинал» - 2?
— Не думаю, — осадила шефа Фаина, — Света абсолютно права, что партия – всего лишь игра. Пять друзей ни с кем не конфликтовали, не ругались. А даже, наоборот, пользовались уважением и авторитетом. Были всегда востребованы и популярны. Врагов не нажили. Пай-мальчики, одним словом.
— И все же, — Женя не обиделся на сотрудницу, но тактично настаивал на своей версии. — Исключать месть не стоит. Даже ели это не нанесенная обида, а простая человеческая зависть. Она может быть открыто не проявляться, а вот с годами вполне способна созреть и прорваться. Только в болезненном мозгу. А крепкая мужская дружба может породить зависть. Поверьте мне.
— Согласна, — легко пошла на компромисс Фая.
— Что у тебя? — Женя повернулся к Саве, который находился явно не в своей тарелке.
— Голова разболелась. Такое ощущение, что из меня вытянули все соки.
— И давно началось?
— Не знаю.
— Вспомни, —  настойчиво попросила Фая.
Сава напрягся:
— Кажется, после визита к Захару.
— Значит, он – энергический вампир. — Сделала вывод Фая.
— Тогда начни с него, — поторопил коллегу Женя, не понимая, почему они затеяли беседу на постороннюю тему.
— Ничего интересного. Банальность и серость. Живет хорошо, работает в бюро архитектуры. Жена, ребенку три годика. Чудесный пацан. Достаток. Компьютер, машина. Короче, полная чаша. Я представился студентом, поведал легенду: мол, наслышан о ПУХе, и мечтаю создать что-то аналогичное. Но он не захотел говорить на эту тему. Отмахнулся, шутка и глупость. И выставил меня за дверь. Кстати, замки я могу открыть одной булавкой. — Сава улыбнулся через силу. — Это я просто так, к слову.
— Странно, что он не захотел похвалиться своим детищем.
— А Дмитрий?
— Этот тоже не захотел. Даже поначалу прикинулся, что не помнит ни о какой партии. Пришлось напомнить, а он лишь рассмеялся. Мальчишество – это резюме. Потом перевел разговор на другую тему.
— Какую же?
— Парень-то очень серьезный. Политикой занимается. Какой там ПУХ! Вот СПС – другое дело.
— Он женат? — поинтересовался Лужин, и Сава недоуменно глянул на него:
— Нет. Холостой.
— А почему вы спросили об этом? — Фая была заинтригованна.
— Интуиция мне подсказывает, что убийцу надо искать среди оставшихся членов партии.
— То есть?
— Кто-то слишком серьезно принял устав. И ящик шампанское для него слабое утешение за его нарушение.
— Тогда? — Сава, и, правда, был болен головой, и соображал с трудом.
— Костя и Кирилл мертвые. Сергей только что собрался жениться, и получил предупреждение.
— Захар женат.
— Дмитрий! — вскрикнула Фая.
— Дмитрий. — Как эхо повторил Женя.
Несколько минут в кабинете висела мертвая тишина. Каждый из детективов осмысливал результат их рассуждений.
— Но подождите. — Тихо, словно боясь спугнуть мысли, сказала Фая. — Почему же не тронули Захара? Он же женат!
— Черт!!! — воскликнул Сава. — Пасьянс-то не раскладывается!
И опять в офисе повисла угнетающая тишина. Следствие зашло в тупик, и выхода, пока, явно не наблюдалось. Надо было что-то делать.
— Не раскисать, орлы! — подбодрил коллег Женя. — Надо еще раз тщательно проверить Диму.
— Но как? Он словно черепаха в панцире.
— А его замки ты сможешь открыть булавкой?
— Женя. — Возмутилась Фая. — Это не законно.
Парни никак не отреагировали на ее восклицание. Они смотрели друг другу в горящие озорством глаза и понимали все без слов.
— А Фая постоит на шухере?
— Точно.
— Выпотрошим комп, просмотрим все документы и блокноты.
— И гардероб.
— Зачем?
— У Кости был гость. Зеленые спортивные штаны и кожанка.
— Эх, ты! Да это фишка сезона. Так полгорода ходят.
— Эй, парни! — прервала их диалог Фая. — Надеюсь, что вы это не серьезно?
— Едем?
— Едем!
Фаи ничего не оставалось делать, как подчиниться им. Какие же тяжелые минуты она пережила, сидя в машине и наблюдая за подъездом. Парни, проводящие незаконный обыск, волновались намного меньше. Фая постоянно смахивала испарину со лба и считала глухие удары колотившегося в груди сердца. И только увидев спокойных, вальяжно шагающих и весело болтающий, Женю и Саву, она облегченно выдохнула.
— Ну? — нетерпеливо спросила она, когда парни залезли в «Audi».
— Это он! — уверенно сказал Сава.
— Нашли что-нибудь?
— Абсолютно ничего.
— Тогда что же? — Фая, почувствовал, что дрожь в руках прошла, осторожно завела машину и выехала со двора.
— Он – голубой! — усмехнулся Сава, и позволил себе выругаться. — У него кругом голубое порно.
— А почему же тогда он не тронул Захара?
— Он его, наверное, любит.
Лишь Женя не принимал никакого участия в разговоре, о чем-то сильно задумавшись.
— Будем брать? — поинтересовалась Фая.
— Как скажет шеф.
— Нет. — Подал голос Евгений. — Во-первых, нет никаких доказательств. А во-вторых, надо такой же шмон устроить и Захару.
— Сейчас? — испугалась Фая. — Я больше такого не переживу.
— Завтра. Сава, ты не в курсе их распорядка дня.
— Конечно. С восьми утра и до полудня у них в доме никого.
— Вот и ладненько. Вот и хорошо. Обыск по той же схеме.
— Нет. — Еще раз возразила Фая. — Я больше не играю в ваши игры. У меня за сегодня седых волос прибавилось.
— А мы купит краску. Пошутил Сава.
— За счет конторы, поддержал его Женя.
 
 Но их планы едва не сорвались. Ольга, жена Захара, покинула квартиру только в одиннадцать часов. Не успела она завернуть за угол дома, как Сава и Женя рванули к дому. А для Фаи вновь потянулись напряженные и мучительные минуты ожидания. Уже в половине двенадцатого она заметила, как Ольга возвращается. Схватила телефон, громко вскрикнула «атас» и завела мотор. Парни меж тем выскочили из квартиры и поднялись на этаж выше. Дождались, когда хозяйка зашла в квартиру, и спокойно спустились во двор. Лица у обоих были абсолютно спокойными. В отличие от Фаи, которая, едва парни залезли, так рванула с места, что завизжали покрышки.  Проехав пару кварталов, она остановила машину, уронила голову на рулевое колесо и тяжело вздохнула.
— Ну, ну, девочка. — Поспешил успокоить ее Женя. — Все хорошо. Все позади.
Как не странно, но эти слова быстро вернули ее в состоянии покоя. Она обернулась к ним и спросила:
— Что-нибудь успели найти?
— Все.
— Что, все?
— Зеленые штаны и кожанку.
— Не факт. Смешно даже.
— Икебана из веточек и пушинок. Красиво.
— Случайность, — вновь опровергла она.
— Листок из блокнота.
— И что?
Сава протянул ей листок, на котором было написано:
(К)   (К)   Д - !  С - ?
— И что это означает?
— Очень просто. (К) и  (К)  в рамке – мертвые Костя и Кирилл. Д в восклицательным знаком – Дмитрий – гомосексуаллист, и вряд ли когда-нибудь жениться. А вот Сергей пока под вопросом.
— Не может быть! — ахнула Фая.
— Может!
— Но он же сам женатый! Ребенка народил!
— Он псих, Фаечка, с маниакальными наклоностями. У них ни разума, ни логики. Будем брать.
— А доказательства?
— А мы на испуг его возьмем. Не в первой.
— Точно.
— Мальчики, — она театрально сложила руки на груди, — только без меня. Я умоляю вас. У меня родители. Я еще молодая. — В конце она уже перешла на шутливую волну.
— Хорошо. — Женя глянул на часы. — Скоро он придет на обед. Нам нужна машина.
— Берите. Я такси поймаю. Буду ждать вас в офисе. Удачи, мальчики.
— Готовь шампанское, — крикнул ей в догонку Сава, перебираясь на водительское место.
 Едва они вернулись к дому, как увидели Захара, который очень торопился. И потому не заметил, как они выскочили из «Audi». Получив ощутимый удар в область печени, Захар потерял сознание. И очнулся только в машине, которая на высокой скорости покидала пределы города.
— Что вам надо? — прохрипел он.
— Шоколада, — буркнул Сава, и свернул с трассы в небольшой березовый лес. Остановился. Потом они вдвоем с Женей вытащили из салона упирающего Захара. Тот озирался, визжал и брызгал слюной. Детективы терпеливо ждали окончание истерики. Наконец-то, Захар обрел способность ясно мыслить и изъясняться по делу.
— А я тебя узнал. — Ткнул он пальцев в сторону Савы. — Ты приходил ко мне и вынюхивал что-то про ПУХ. Кто вы?
— Новые члены партии убежденных холостяков, инициатором и идейным вдохновителем которой ты и являешься.
— А еще и судья, и палач. Да?
— Что? О чем это вы?
— О Кирилле и Константине.
— Это не я. Это суицид! — выкрикнул истерично Захар, и тут же получил новый удар. Согнулся, потом свалился в траву, жадно хватая раскрытым ртом воздух.
— А это что тогда? — Сава кинул перед ним листок. Захар тупо посмотрел, а потом неожиданно запихал его в рот, торопливо прожевал, и с трудом проглотил. Сава и Женя лишь переглянулись и улыбнулись.
— Рассказывай.
— Они надумали жениться. Они нарушили устав. Я уговаривал Костяна, а он только смеялся мне в лицо, обзывая полным идиотом. Я не знаю, что тогда нашло на меня. Вышли перекурить на балкон, и тут меня и заклинило. Ну, я и столкнул его. Потом избавился от всех отпечатков. На рюмке, вилке, дверных ручек. Все.
— А Кирилл?
— Нитроглицерин.
— Что?
— Я заставил обманом выпить его несколько таблеток нитроглицерина. А потом и водки предложил. — Захар вытащил из кармана носовой платок, и пушинка выпала заодно.
— Всегда с собой носишь?
— Да.
— А сам-то женатый. Или закон писан не для тебя?
— Я не женат. — Ответил Захар и пояснил недоуменным детективам. — Оля  всего лишь сожительница. Я даже собственного ребенка не усыновлял.
Догадка озарила лицо Евгения. Он вспомнил и процитировал:
— Потомство – оставить, жениться – никогда.
— Да, да, — истерично засмеялся Захар. — Вот именно. Я им так и говорил, а они уперлись, словно бараны. Штамп им подавай в паспорте! Официоз! Идиоты! — он злорадно посмотрел на детективов. – А вы ничего не сможете доказать. У вас, господа, на меня нет ничего. Пустышка!
Он вновь упал на колени и засмеялся.
— Зря ты так.
Смех оборвался на высокой ноте. Захар посмотрел на Евгения, и через мгновение его глаза наполнились диким ужасом. Женя достал из кармана диктофон.
 
Рейтинг: +2 233 просмотра
Комментарии (2)
Светлана Казаринова # 2 февраля 2015 в 17:13 0
Люблю детективы! Браво автору! live1
Елена # 6 февраля 2015 в 14:39 0
Замечательно! Вы молодчина! Спасибо!