ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияПриключения → В Греческом зале, в Греческом зале

В Греческом зале, в Греческом зале

1 января 2013 - Александр Леплер
article106334.jpg
 
     Если случайно заразишься и заболеешь любовью к театру, то это уже до конца жизни неизлечимое. 
     В театр миниатюр срочно требовался рабочий сцены: через два дня открытие гастролей в Москве, и чисто случайно мне предложили эту должность: поездки по стране и за рубежом, после трёх вечерних спектаклей - два выходных: здоровье шефа надо беречь, зарплата больше чем у инженера. На сцене только открывшегося Концертного Зала «Россия» нашему театру дебютировать с новой программой. Проживание рядом в одноимённой гостинице, а нам, пятерым здоровым парням менять сценическую декорацию: два стола четыре стула. Для статуса Государственный Театр требовался штат более 30 человек. О, времена! О, нравы! Ко мне подошёл сам Мэтр Советской Сатиры (а мы одного роста - сделал я открытие). Одет он был в джинсы и тонкий свитер, а шевелюра из густых седых волос была зачёсана назад: «Вы наш новый работник? Как вас зовут?» Я кратко назвал своё имя, и зачем-то добавил: «А я тоже Исаакович». А. Райкин приятно улыбнулся и ушёл по своим делам. В труппе актёров был старичок с ролью типа: «Кушать подано!», от безделья он вечно во всё лез и больше портил. Как самого молодого, он взял меня «под свою опёку». Кулисами главного занавеса управляли вручную (так быстрее) и сброшенные огромные полотна (по 150 кг) надо было подержать пару минут, пока не утихнут волны - эту работу и поручил мне старичок. Волнение перед каждым спектаклем, а тут - дебют! Повсюду - а как же без них-то - "искусствоведы в штатском". В правительственной ложе кому положено и сама Е. Фурцева со свитой. В зале телевидение, гости "из стран загнивающего капитализма" (шо б и нам таки гнить!). Во втором действии в конце одной из миниатюр падает занавес, я бесшумно (мягкая обувь для всех обязательна) подбегаю и уже как профессионал берусь за края кулис, но ткань вырывается из рук и поднимается занавес! Зал аплодирует актёрам во главе с главным режиссёром, а в центре освещённой сцены я с поднятыми руками: «О, небеса! Верните мне мой занавес!» Не предупредил меня старичок, что только в этой миниатюре занавес опускают-поднимают-опускают! Старичку-то, конечно, досталось от шефа. 
     О, этот незабываемый запах кулис, ропот зрительского зала, шорох занавеса! В гримёрных и коридорах звучит из репродуктора: «Внимание, даю первый звонок» - это половина зрителей заняли свои места. Со вторым звонком объявляется пятиминутная готовность. Третий звонок - за кулисами всё замирает: даже чувствуешь, как у тебя замедляется дыхание и пульс. Оркестр исполняет увертюру и три удара в тарелки - это сигнал для подъёма занавеса. За кулисами отдаются команды на «языке взгляда» В 18 лет я был уверен, что успех спектакля во многом зависит от того, как я поставлю стул! Когда со сцены звучал голос Самого - мы все замирали - мы Его боготворили! У нормального человека это вызовет улыбку, но ведь мы-то были - НЕНОРМАЛЬНЫЕ! На работу Аркадия Исааковича можно было любоваться часами: настолько он был талантливым актёром, требовательным руководителем, прекрасным учителем! Мы лучше других знали, что довелось испытать нашему кумиру, и воспринимали это как «собственную боль». Сразу у сцены стояла кушетка, на которой ему не раз оказывалась медицинская помощь и у каждого, кто проходил мимо неё, щемило в груди. Во время нечастых репетиций я пребывал в какой-то эйфории, когда актёры без грима и только что разговаривали на отвлечённые темы, шутили, импровизировали и - актёр уже «вошёл в роль»: он уже не здесь - а там, для него сейчас существуют только голос главного режиссёра, текст и его партнёры. Работал А. Райкин не жалея себя и я воспринимал это как: «смотри как я работаю и если ты хочешь быть в моей команде, то работай с такой же отдачей». Храню книгу с дарственной надписью: «Саше Леплеру на память о работе в театре А.Райкин». А как помогала ему в работе супруга Руфь Марковна Рома! Талантливая, остроумная, эрудированная - говорили, что она соавтор некоторых монологов. Ромочка - мы все её так называли - прекрасно дополняла работу Мэтра и умела всегда всем создать праздничное настроение - мы все её сильно любили! Душа труппы! Костя (а тогда ещё он был просто Костя) очень похож на свою мать.
     За год до моего появления 11-го ноября 1971г. А.И. Райкин отмечал 60-летие! На Юбилее присутствовали Его близкие друзья: Фаина Раневская, Вера Марецкая, Леонид Утёсов, Клавдия Шульженко, Любовь Орлова, Майя Плессецкая... 
     Был до меня в театре рабочий сцены, который выходил с актёрами на поклон в конце спектакля, кланяясь в сторонке. В гастрольных поездках он знакомился с девушками, представляясь заслуженным деятелем искусств, предлагал им роли в театре и кино, усаживал их в зрительном зале, а перед самым спектаклем подходил с извинениями, за то, что вместо него сегодня играть в спектакле будет стажёр, но на поклон его, конечно, заставят выйти. Говорили, что был случай, когда А. Райкин запнулся от того, что что-то уронили за кулисами и виноватый получил потом хорошую оплеуху от босса.
     С пропуском в концертный зал я был завсегдатаем многих концертов, а выступления за кулисами по-другому воспринимаются. Рабочие театров - это неиссякаемый источник всех сплетен об артистах. За контрамарки наш новый гостиничный номер стал на верхнем этаже с видом на Кремль и Красную Площадь, вот только не учёл я, что куранты бьют очень громко, круглые сутки и через каждые четверть часа, а окно не закроешь - сосед курящий. И уже почти 40 лет при звуке курантов я всегда с удовольствием вспоминаю театр, гастроли и недобрым словом Спасскую Башню с её «...» часами! 

P.S. На сцене с поднятыми руками не стоял - успели окрикнуть.
 

© Copyright: Александр Леплер, 2013

Регистрационный номер №0106334

от 1 января 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0106334 выдан для произведения:

  Если случайно заразишься и заболеешь любовью к театру, то это уже до конца жизни неизлечимое. 

     В театр миниатюр срочно требовался рабочий сцены: через два дня открытие гастролей в Москве, и чисто случайно мне предложили эту должность: поездки по стране и за рубежом, после трёх вечерних спектаклей - два выходных: здоровье шефа надо беречь, зарплата больше чем у инженера. На сцене только открывшегося Концертного Зала «Россия» нашему театру дебютировать с новой программой. Проживание рядом в одноимённой гостинице, а нам, пятерым здоровым парням менять сценическую декорацию: два стола четыре стула. Для статуса Государственный Театр требовался штат более 30 человек. О, времена! О, нравы! Ко мне подошёл сам Мэтр Советской Сатиры (а мы одного роста - сделал я открытие). Одет он был в джинсы и тонкий свитер, а шевелюра из густых седых волос была зачёсана назад: «Вы наш новый работник? Как вас зовут?» Я кратко назвал своё имя, и зачем-то добавил: «А я тоже Исаакович». А. Райкин приятно улыбнулся и ушёл по своим делам. В труппе актёров был старичок с ролью типа: «Кушать подано!», от безделья он вечно во всё лез и больше портил. Как самого молодого, он взял меня «под свою опёку». Кулисами главного занавеса управляли вручную (так быстрее) и сброшенные огромные полотна (по 150 кг) надо было подержать пару минут, пока не утихнут волны - эту работу и поручил мне старичок. Волнение перед каждым спектаклем, а тут - дебют! Повсюду - а как же без них-то - "искусствоведы в штатском". В правительственной ложе кому положено и сама Е. Фурцева со свитой. В зале телевидение, гости "из стран загнивающего капитализма" (шо б и нам таки гнить!). Во втором действии в конце одной из миниатюр падает занавес, я бесшумно (мягкая обувь для всех обязательна) подбегаю и уже как профессионал берусь за края кулис, но ткань вырывается из рук и поднимается занавес! Зал аплодирует актёрам во главе с главным режиссёром, а в центре освещённой сцены я с поднятыми руками: «О, небеса! Верните мне мой занавес!» Не предупредил меня старичок, что только в этой миниатюре занавес опускают-поднимают-опускают! Старичку-то, конечно, досталось от шефа. 
     О, этот незабываемый запах кулис, ропот зрительского зала, шорох занавеса! В гримёрных и коридорах звучит из репродуктора: «Внимание, даю первый звонок» - это половина зрителей заняли свои места. Со вторым звонком объявляется пятиминутная готовность. Третий звонок - за кулисами всё замирает: даже чувствуешь, как у тебя замедляется дыхание и пульс. Оркестр исполняет увертюру и три удара в тарелки - это сигнал для подъёма занавеса. За кулисами отдаются команды на «языке взгляда» В 18 лет я был уверен, что успех спектакля во многом зависит от того, как я поставлю стул! Когда со сцены звучал голос Самого - мы все замирали - мы Его боготворили! У нормального человека это вызовет улыбку, но ведь мы-то были - НЕНОРМАЛЬНЫЕ! На работу Аркадия Исааковича можно было любоваться часами: настолько он был талантливым актёром, требовательным руководителем, прекрасным учителем! Мы лучше других знали, что довелось испытать нашему кумиру, и воспринимали это как «собственную боль». Сразу у сцены стояла кушетка, на которой ему не раз оказывалась медицинская помощь и у каждого, кто проходил мимо неё, щемило в груди. Во время нечастых репетиций я пребывал в какой-то эйфории, когда актёры без грима и только что разговаривали на отвлечённые темы, шутили, импровизировали и - актёр уже «вошёл в роль»: он уже не здесь - а там, для него сейчас существуют только голос главного режиссёра, текст и его партнёры. Работал А. Райкин не жалея себя и я воспринимал это как: «смотри как я работаю и если ты хочешь быть в моей команде, то работай с такой же отдачей». Храню книгу с дарственной надписью: «Саше Леплеру на память о работе в театре А.Райкин». А как помогала ему в работе супруга Руфь Марковна Рома! Талантливая, остроумная, эрудированная - говорили, что она соавтор некоторых монологов. Ромочка - мы все её так называли - прекрасно дополняла работу Мэтра и умела всегда всем создать праздничное настроение - мы все её сильно любили! Душа труппы! Костя (а тогда ещё он был просто Костя) очень похож на свою мать.
     За год до моего появления 11-го ноября 1971г. А.И. Райкин отмечал 60-летие! На Юбилее присутствовали Его близкие друзья: Фаина Раневская, Вера Марецкая, Леонид Утёсов, Клавдия Шульженко, Любовь Орлова, Майя Плессецкая... 
     Был до меня в театре рабочий сцены, который выходил с актёрами на поклон в конце спектакля, кланяясь в сторонке. В гастрольных поездках он знакомился с девушками, представляясь заслуженным деятелем искусств, предлагал им роли в театре и кино, усаживал их в зрительном зале, а перед самым спектаклем подходил с извинениями, за то, что вместо него сегодня играть в спектакле будет стажёр, но на поклон его, конечно, заставят выйти. Говорили, что был случай, когда А. Райкин запнулся от того, что что-то уронили за кулисами и виноватый получил потом хорошую оплеуху от босса.
     С пропуском в концертный зал я был завсегдатаем многих концертов, а выступления за кулисами по-другому воспринимаются. Рабочие театров - это неиссякаемый источник всех сплетен об артистах. За контрамарки наш новый гостиничный номер стал на верхнем этаже с видом на Кремль и Красную Площадь, вот только не учёл я, что куранты бьют очень громко, круглые сутки и через каждые четверть часа, а окно не закроешь - сосед курящий. И уже почти 40 лет при звуке курантов я всегда с удовольствием вспоминаю театр, гастроли и недобрым словом Спасскую Башню с её «...» часами! 
P.S. На сцене с поднятыми руками не стоял - успели окрикнуть.
 
Рейтинг: +1 278 просмотров
Комментарии (1)
Анна Магасумова # 3 февраля 2013 в 15:48 +1
Очень интересно:видеть самого Райкина! supersmile
Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
162
139
129
129
111
106
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
102
91
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
89
87
86
78
78
78
77
76
76
75
74
73
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
70
68
68
67
67
65