ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияПриключения → Роман про Африку. Глава двадцать шестая

 

Роман про Африку. Глава двадцать шестая

7 августа 2014 - Денис Маркелов

Глава

двадцать шестая


 

В небольшой горной республике были в курсе  событий в Африке.  Полевой командир Мустафа Гебаев всё время находился на связи с Ахмедом. Он был не прочь вернуть этих людишек, но не в их уютные дома, а в свой лагерь, где им предстояло верой и правдой послужить Аллаху.

Он говорил по-чеченски и по-арабски, бросал иногда смачные французские фразы. Рядом с ним была красивая темноволосая девушка, чем-то очень напоминающая  принцессу Жасмин из диснеевского сериала.

В ней трудно было угадать бедную затворницу Роксану. К своим шестнадцати она стала напоминать скорее прирученную пантеру, чем перепуганного насмерть котёнка.

Роксана гордилась своей кличкой. Её звали Пантерой и готовили для особого задания, точно так же, как красивую и миловидную Бель – вчерашнюю студентку пединститута, заблудившуюся в горах.

Она легко купила себе жизнь, предав надоевшего ей слишком романтичного спутника. Он был несносен со своей гитарой и сексуальными поползновениями на уровне игры в дочки-матери.

Нынешняя Бель уважала только пропахших порохом самцов. Её просто воротило от худосочных очкариков, словно бы они были не мужчинами, а продуктами жизнедеятельности её молодого и отлично функционирующего кишечника.

Сегодня в полдень ей предстояло помериться силами с Жасмин. Она немного завидовала этой строгой и целеустремлённой девушке. Жасмин оставалась девственницей, так, по крайней мере, казалось, она умела держать мужчин на расстоянии и была мила только с Мустафой.

Роксане не приходилось играть роль столика, или совать в рот член командира, который напоминал скорее черчилевскую сигару, чем мужской половой орган.

Она ненавидела только слабаков и нытиков. Ей рассказали о судьбе брата. Тот, по словам боевиков, попался федералам. Судьба Рахмана Роксану интересовало мало. Она была не прочь поквитаться лишь с ненавистной развратницей Крамер, помочиться той в лицо и превратить в грязную половую тряпку.

Но сегодня она думала только о бое с этой глупой белокожй туристкой. Бель почему-то не стали тотчас опускать. Она наслаждалась местными видами, её водили купаться на речку, используя в качестве повода собачью цепь. Ото всех мучений эта девушка получала только восторг.

Роксана наблюдала за ней, как за забавным животным. Бель не стеснялась мочиться и справлять большую нужду в отхожее место и охотно  подмывалась из даденного ей кувшина.

 

В небольшом детском бассейне был разведён сухой свиной навоз.

Бель и Жасмин уже были наги и стояли в двух противоположных концах этого своеобразного ринга. Им не терпелось почувствовать вкус тел противницы, и повалить  её в смертельную жижу.

Проигравших бой здесь скармливали свиньям.

Бель первой сделала выпад. Она набросилась на Жасмин со всей возможной яростью. Её голое тело трепетало, словно бы тело огромной рыбы насильно покидающей привычный водный мир.

Роксане было плевать на собственную обнаженность. Она не слышала даже ободряющих криков мужчин. Эти существа охотно делали ставки на исход боя – отдавая предпочтение ей,Жасмин.

Роксана понимала, что не имеет права проиграть. Что она обязана расправиться с этой любительницей пеших походов, и возможно лишить ту такой замечательной шевелюры.

Брызги свиного дерьма марали им тела. Роксану мутило от этого запаха, но она держалась изо всех сил. Бель в свою очередь пыталась повалить её в грязь и даже негромко пукала от усердия.

 

Мустафа наблюдал за дракой девушек в бинокль. Ему нравилось смотреть, как эти красотки борются за свои жизни, барахтаясь в грязи. Он был в растерянности, ни Роксана, ни красивая и загадочная Эвридика не могли проиграть.

Ему было жаль потерять любую из этих красоток.

Ему вообще нравились женщины, нет ни в качестве вечно ноющей жены, а в качестве чужих недоступных ему кукол. Он вспомнил, как в детстве воровал у сестры пластмассовых человечков и старательно раздевал их, любуясь беззащитными и такими привлекательными телами.

 

Бой явно затянулся. Девушки почти выбились из сил, но не хотели уступать. Более слабая Эвридика совсем некстати серанула в эту жижу, а более стойкая Роксана лишь пустила мощную, но краткую струю мочи, словно уставшая от долгого перехода ослица.

 

Мустафа с пониманием смотрел на потных и всё ещё пышущих злобой противниц.

- Ничья, ничья, мои дорогие. Вы обе прекрасны. И ты Бель, и ты – Жасмин.

Вкрадчивый голос хозяина ласкал слух обеих соперниц. Бель не так уже злобно смотрела на пышущую гневом Жасмин. А Жасмин в свою очередь находила некоторые приятные черты в облике своей так ею и непобежденной соперницы.

- Ладно. Вам непременно надо поладить друг с другом. Вы будете работать вместе. Аллах ждёт Вас.

Бель боялась думать о смерти. Но и о побеге она не думала. Мир затянул её в себя, и держал, словно фантастический телевизор, где человек видит всё изнутри, словно бы свидетель и участник событий.

Смерть влюбленного в неё романтика уже успела забыться. Она даже была рада не вспоминать об этом надоедливом юноше. Именно, благодаря ему, она оказалась в этой стране, и не только оказалась, но и была пленена.

 

Их отмыли от скотских нечистот.

Девушки оделись и стали похожи на тихих и скромных жительниц аула. Они словно бы спрятались в воображаемые коконы.

Роксана и Эвридика были как две собаки, делящие одну кость. Им обеим хотелось остаться в одиночестве со своей добычей, но это было невозможно.

Роксана по вечерам исполняла для своего повелителя танец живота. Она выступала перед ним в ярких шальварах и лифчике от купальника, и впрямь играя роль мультяшной Жасмин, словно бы на каком-нибудь детском утреннике.

Бель было стыдно подумать о подобном. Она вообще презирала все телесные утехи и оголяла свою промежность только для того, чтобы сходить по-маленькому.

Секс был для неё под запретом. Мужчины нравились ей, как собеседники, но она боялась увидеть их рядом с собой голыми и похожими на больших хищных зверей.

Даже то, что делала Роксана для Мустафы, было неприемлемо для неё.

Но она не знала, что её может ожидать там, после смерти. Рассказы бабушки и скептицизм родителей окончательно сбили её с толку. Она, то опасалась Ада, а то боялась распасться на атомы.

Сейчас она просто пожирала очередной день. Тот уже перешёл свою середину, и готовился уступить свой трон ночи.

 

После танца Мустафа обычно впадал в лёгкую дремоту. Он покуривал коноплю и в таком полуобморочном состоянии любил слушать сказки или смотреть эротические мелодрамы.

Голые точеные тела актрис уводили его в воображаемый Рай. Он верил в гурий и все прочие прелести загробной жизни. Особенно когда слышал воркующий голос Роксаны.

 

Ахмед усмехнулся. Он представил себе никогда не виденного им Мустафу. У этого человека был ленивый и воркующий голос. Наверняка, он был толст, рыхл и неспособен к полёту. Словно бы обленившийся голубь.

Мустафа требовал от него оружия и людей.

Ему казалось, что а Мавритании автоматы Калашникова растут, как саксаул.

- Неужели этот сумасшедший думает, что сможет победить? Неужели он не понимает, какой сильный тот человек, который управляет этой странной страной.

Ахмед видел Путина мельком и то на экране телевизора в Нуакшоте. Этот человек чем-то напоминал Императора Александра Благословенного. История повторялась, но для этого Александра нужен был свой собственный Наполеон.

Ахмед ненавидел лишь американцев. Эти нагловатые и самоуверенные людишки вели себя как капризные дети. Они устраивали повсюду беспорядок,  затем обвиняли кого угодно, но только не себя.

Его раздражал даже их хваленый Боинг. А ещё этот человек в американских джинсах и майке с американским флагом.

Он уже жалел, что приблизил к себе столь нечистоплотного человека. Он охотно отдал бы его Мустафе. Отдал, как отдают опостылевшего и не что негодного пса

 

 

 

 

 

 

 

 

           

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© Copyright: Денис Маркелов, 2014

Регистрационный номер №0231157

от 7 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0231157 выдан для произведения:

Глава

двадцать шестая


 

В небольшой горной республике были в курсе  событий в Африке.  Полевой командир Мустафа Гебаев всё время находился на связи с Ахмедом. Он был не прочь вернуть этих людишек, но не в их уютные дома, а в свой лагерь, где им предстояло верой и правдой послужить Аллаху.

Он говорил по-чеченски и по-арабски, бросал иногда смачные французские фразы. Рядом с ним была красивая темноволосая девушка, чем-то очень напоминающая  принцессу Жасмин из диснеевского сериала.

В ней трудно было угадать бедную затворницу Роксану. К своим шестнадцати она стала напоминать скорее прирученную пантеру, чем перепуганного насмерть котёнка.

Роксана гордилась своей кличкой. Её звали Пантерой и готовили для особого задания, точно так же, как красивую и миловидную Бель – вчерашнюю студентку пединститута, заблудившуюся в горах.

Она легко купила себе жизнь, предав надоевшего ей слишком романтичного спутника. Он был несносен со своей гитарой и сексуальными поползновениями на уровне игры в дочки-матери.

Нынешняя Бель уважала только пропахших порохом самцов. Её просто воротило от худосочных очкариков, словно бы они были не мужчинами, а продуктами жизнедеятельности её молодого и отлично функционирующего кишечника.

Сегодня в полдень ей предстояло помериться силами с Жасмин. Она немного завидовала этой строгой и целеустремлённой девушке. Жасмин оставалась девственницей, так, по крайней мере, казалось, она умела держать мужчин на расстоянии и была мила только с Мустафой.

Роксане не приходилось играть роль столика, или совать в рот член командира, который напоминал скорее черчилевскую сигару, чем мужской половой орган.

Она ненавидела только слабаков и нытиков. Ей рассказали о судьбе брата. Тот, по словам боевиков, попался федералам. Судьба Рахмана Роксану интересовало мало. Она была не прочь поквитаться лишь с ненавистной развратницей Крамер, помочиться той в лицо и превратить в грязную половую тряпку.

Но сегодня она думала только о бое с этой глупой белокожй туристкой. Бель почему-то не стали тотчас опускать. Она наслаждалась местными видами, её водили купаться на речку, используя в качестве повода собачью цепь. Ото всех мучений эта девушка получала только восторг.

Роксана наблюдала за ней, как за забавным животным. Бель не стеснялась мочиться и справлять большую нужду в отхожее место и охотно  подмывалась из даденного ей кувшина.

 

В небольшом детском бассейне был разведён сухой свиной навоз.

Бель и Жасмин уже были наги и стояли в двух противоположных концах этого своеобразного ринга. Им не терпелось почувствовать вкус тел противницы, и повалить  её в смертельную жижу.

Проигравших бой здесь скармливали свиньям.

Бель первой сделала выпад. Она набросилась на Жасмин со всей возможной яростью. Её голое тело трепетало, словно бы тело огромной рыбы насильно покидающей привычный водный мир.

Роксане было плевать на собственную обнаженность. Она не слышала даже ободряющих криков мужчин. Эти существа охотно делали ставки на исход боя – отдавая предпочтение ей,Жасмин.

Роксана понимала, что не имеет права проиграть. Что она обязана расправиться с этой любительницей пеших походов, и возможно лишить ту такой замечательной шевелюры.

Брызги свиного дерьма марали им тела. Роксану мутило от этого запаха, но она держалась изо всех сил. Бель в свою очередь пыталась повалить её в грязь и даже негромко пукала от усердия.

 

Мустафа наблюдал за дракой девушек в бинокль. Ему нравилось смотреть, как эти красотки борются за свои жизни, барахтаясь в грязи. Он был в растерянности, ни Роксана, ни красивая и загадочная Эвридика не могли проиграть.

Ему было жаль потерять любую из этих красоток.

Ему вообще нравились женщины, нет ни в качестве вечно ноющей жены, а в качестве чужих недоступных ему кукол. Он вспомнил, как в детстве воровал у сестры пластмассовых человечков и старательно раздевал их, любуясь беззащитными и такими привлекательными телами.

 

Бой явно затянулся. Девушки почти выбились из сил, но не хотели уступать. Более слабая Эвридика совсем некстати серанула в эту жижу, а более стойкая Роксана лишь пустила мощную, но краткую струю мочи, словно уставшая от долгого перехода ослица.

 

Мустафа с пониманием смотрел на потных и всё ещё пышущих злобой противниц.

- Ничья, ничья, мои дорогие. Вы обе прекрасны. И ты Бель, и ты – Жасмин.

Вкрадчивый голос хозяина ласкал слух обеих соперниц. Бель не так уже злобно смотрела на пышущую гневом Жасмин. А Жасмин в свою очередь находила некоторые приятные черты в облике своей так ею и непобежденной соперницы.

- Ладно. Вам непременно надо поладить друг с другом. Вы будете работать вместе. Аллах ждёт Вас.

Бель боялась думать о смерти. Но и о побеге она не думала. Мир затянул её в себя, и держал, словно фантастический телевизор, где человек видит всё изнутри, словно бы свидетель и участник событий.

Смерть влюбленного в неё романтика уже успела забыться. Она даже была рада не вспоминать об этом надоедливом юноше. Именно, благодаря ему, она оказалась в этой стране, и не только оказалась, но и была пленена.

 

Их отмыли от скотских нечистот.

Девушки оделись и стали похожи на тихих и скромных жительниц аула. Они словно бы спрятались в воображаемые коконы.

Роксана и Эвридика были как две собаки, делящие одну кость. Им обеим хотелось остаться в одиночестве со своей добычей, но это было невозможно.

Роксана по вечерам исполняла для своего повелителя танец живота. Она выступала перед ним в ярких шальварах и лифчике от купальника, и впрямь играя роль мультяшной Жасмин, словно бы на каком-нибудь детском утреннике.

Бель было стыдно подумать о подобном. Она вообще презирала все телесные утехи и оголяла свою промежность только для того, чтобы сходить по-маленькому.

Секс был для неё под запретом. Мужчины нравились ей, как собеседники, но она боялась увидеть их рядом с собой голыми и похожими на больших хищных зверей.

Даже то, что делала Роксана для Мустафы, было неприемлемо для неё.

Но она не знала, что её может ожидать там, после смерти. Рассказы бабушки и скептицизм родителей окончательно сбили её с толку. Она, то опасалась Ада, а то боялась распасться на атомы.

Сейчас она просто пожирала очередной день. Тот уже перешёл свою середину, и готовился уступить свой трон ночи.

 

После танца Мустафа обычно впадал в лёгкую дремоту. Он покуривал коноплю и в таком полуобморочном состоянии любил слушать сказки или смотреть эротические мелодрамы.

Голые точеные тела актрис уводили его в воображаемый Рай. Он верил в гурий и все прочие прелести загробной жизни. Особенно когда слышал воркующий голос Роксаны.

 

Ахмед усмехнулся. Он представил себе никогда не виденного им Мустафу. У этого человека был ленивый и воркующий голос. Наверняка, он был толст, рыхл и неспособен к полёту. Словно бы обленившийся голубь.

Мустафа требовал от него оружия и людей.

Ему казалось, что а Мавритании автоматы Калашникова растут, как саксаул.

- Неужели этот сумасшедший думает, что сможет победить? Неужели он не понимает, какой сильный тот человек, который управляет этой странной страной.

Ахмед видел Путина мельком и то на экране телевизора в Нуакшоте. Этот человек чем-то напоминал Императора Александра Благословенного. История повторялась, но для этого Александра нужен был свой собственный Наполеон.

Ахмед ненавидел лишь американцев. Эти нагловатые и самоуверенные людишки вели себя как капризные дети. Они устраивали повсюду беспорядок,  затем обвиняли кого угодно, но только не себя.

Его раздражал даже их хваленый Боинг. А нщё этот человек в американских джинсах и майке с американским флагом.

Он уже жалел, что приблизил к себе столь нечистоплотного человека. Он охотно отдал бы его Мустафе. Отдал, как отдают опостылевшего и не что негодного пса

 

 

 

 

 

 

 

 

           

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рейтинг: +1 167 просмотров
Комментарии (1)
Людмила Пименова # 17 сентября 2014 в 04:42 0
zlokr cry privi