ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияПриключения → Ценная бандероль стоимостью в один доллар. История девятая ч.12

 

Ценная бандероль стоимостью в один доллар. История девятая ч.12

23 ноября 2014 - Анна Магасумова
article254713.jpg
История девятая. Алмаз в красном
 
Ч.12  Ах, этот Красный человек!

 
Жизнь окутана страхом. 
Нострадамус Ц.10
 
У каждого свой тайный демон.
Влечёт неумолимо он.
Валерий Брюсов
 

Человек в красном – 
Станет опасным.
Красный –  цвет крови 
И  власти.

 
   После смерти Амелии  агрессивное поведение Георга III стало повторяться всё чаще и чаще.  Он входил в мир фантазии, становясь добычей галлюцинаций, хотя часто остро сознавал, в какое мучительное положение был поставлен.
   Георг спал тревожным сном, к нему стал приходить красный человек.
Сон четвёртый 
Ах, этот лунный свет!
Мне снится страшный сон...(1)

  Стояла красная ночь. Сон Георга был тревожным. Он проснулся  от звуков выстрелов.  Наскоро собравшись,  выскочил из  спальни. Удивительно, но ему никто из придворных навстречу  не попался.
Выйдя из дворца, король попал в сад. Выстрелы казалось стали глуше, но не умолкали.
— Интересно, что же происходит? 
  Вопрос этот бился в голове и не давал покоя. Георг решился пойти на риск и  вышел за  дворцовую ограду.
  Георг даже не думал, что он один, его вели звуки выстрелов, которые казались чарующей музыкой.  Удивительно, страха не было совсем.
   Навстречу королю из багрового сумрака повыскакивали обезумевшие люди, в руках у них были пистолеты и ружья, которые стреляли часто-часто.
 Георг не заметил, как выхватил у лежавшего на земле человека ружьё. Взметнулись языки пламени, осветившие улицу. Георг бежал и стрелял, пока не кончились патроны. Он тогда отбросил в сторону ненужное ружье. Перестрелка  продолжалась, и была беспорядочной и суматошной.
   Георг бежал в окружении  простых людей, которые, он не мог понять,  или его не узнавали, или просто не обращали внимания. 
  Едва Георг оказался на незнакомой площади, как пули засвистели над головой, что нисколько его не напугало. Неожиданно рядом прозвучал незнакомый голос:
 —  На нас напали!
 — Кто? Кто напал?
 —Неизвестно!
 — Французы?
Вокруг слышались выстрелы и крики, женские и детские.
 — Помогите, спасите!
 —По — мо — ги — те!
— На помощь!
  Среди шума, криков и выстрелов перед Георгом предстала  фигура в красном. Лица нельзя было разглядеть, вместо глаз – щели, вместо рта – кровавое месиво. (2)   Красный человек  протягивает к нему огненные  руки.
— Ты мой! Ты мой!

   Георг проснулся весь в холодном поту. Долго не мог понять, где находится, всё слышались выстрелы и крики толпы.
  А перед глазами стоял Красный человек, к которому тянуло с  необыкновенной силой. От него веяло и жаром, и холодом.
  Ледяной огонь проникал в каждую клетку тела короля, выжигая остатки разумных мыслей.
 Красный человек — воплощение Консунгса, стал приходить каждую ночь. Око Бхайравы этому не препятствовал, наблюдая за всем происходящим с невозмутимым спокойствием.
   Георг стал бояться не только ночи, но  и светлого дня. Солнечный свет слепил в глаза, они начинали слезиться.
  Кожа на руках и лице начинала чесаться и покрываться алыми пятнами, которые он зачёсывал до кровавых волдырей.
 Георг менялся не только внешне, он постоянно чувствовал себя в возбужденном  состоянии, предчувствии чего — то необычного, что вызывало неосознанные резкие движения не только руками и ногами.
Он говорил быстро, что не всегда можно было разобрать. Но вот этот монолог Георг мог произносить по нескольку раз в день, то медленно, то убыстряясь.
 «Мне день и ночь покоя не даёт
Мой красный человек.(3)
Тревожит на яву,
Во  сны мои приходит,
Со мною говорит,
За мною бродит, 
Мешает думать.
Вот опять стоит.
Вы видите его?» 
Но подданный молчит.

  Но не только сны беспокоили Георга. Видения преследовали его и днём.
  — Он воображает, что Лондон затонул, и приказывает снарядить свою яхту, — рассказывал лорд Шеффилд мистеру Идену.
 В поведении короля придворные стали замечать ещё большие странности. Он совсем перестал узнавать свою жену Софию Шарлотту. Однажды, когда она зашла к нему узнать о состоянии здоровья, он заявил:
— Кто вы, леди? Я с вами не знаком!
Шарлотта, расплакавшись, выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью. Ещё через некоторое время Георг принялся  всерьёз обсуждать  вопрос обустройства при Виндзорском замке гарема по турецкому образцу.  Лорду Шеффилду дал распоряжение:
— Срочно организовать поиски красавец по всему миру! Одну я уже нашёл!
Это была юная служанка – белошвейка, которую Георг случайно увидел среди горничных своей жены.  Он даже не знал её имени, но стал приставать, обнимать и целовать. Девушка отвернулась, и поцелуй пришелся в щёку.

   Георг  осыпал высокими почестями пажей и слуг,  сочинял немыслимые письма иностранным державам по воображаемым поводам. Его конюший, Гревилл, однажды заметил, что король надел наволочку себе на голову, а подушка лежала с ним в постели.
— Это  принц Октавий, мой сын,  он недавно  родился,  – объяснил  король.
   Кроме того, Георг стал употреблять  неприличные слова, что было для него нехарактерно. Ему казалось, что только так он может уберечься от ночных видений. Теперь его везде преследовала кровь, растилающаяся красными нитями по полу,  коврам,  стенам.  Как назло во многих комнатах дворца преобладал красный цвет.
  Цвет Англии, который  раньше Георга только вдохновлял, теперь угнетал и вызывал  неясные видения.
Огонь внутри меня  сжигает,
И кровь  по венам остро жжёт,
Видения не оставляют –
«Вот Красный человек идёт!»

   «Я поговорил с королём, — писал Томас Уиллис, — о его состоянии и о том, что необходимо немедленно снова перевести его под строгое наблюдение. Его величество сел и очень побледнел… и, глядя на меня очень сурово, воскликнул: 
«Сэр, пока вы живы, я вас никогда не прощу! Больше вы меня не закроете! Убирайтесь вон!»
  Уиллис не выдержал подобного к себе отношения и ушёл из дворца, больше не приходил.  Состояние Георга ухудшалось, он стал слепнуть. Всё виделось ему теперь в красном цвете. Ночью совсем перестал спать, но  видения продолжались. Закрывая глаза, ему виделись красные нити на полу. 
  И красные нити лежат на полу...
(Александр Блок)
Кровь — красные нити — струится по телу
От сердца — клубка, — немыслимо дело!
И мысли витают, как красные птицы,
Опять королю ночью не спится.
Стоит перед ним, взгляд с  опущенных век,
С горбатой спиной один человек.
Он в красных одеждах, он в маске ужасной,
От вида такого становится страшно.
Его не увидишь, когда белый свет,
От облика в красном спасения нет!

    4 июня 1811 года  королю исполнилось 73 года. Он чувствовал себя старой развалиной. Смотрел в зеркало и не видел себя, лишь смутный образ в лилово-красном цвете.  Георг закричал:
— Кто это? Красный человек! Сгинь! Сгинь, нечистая сила!
  Подозрения в помутнении рассудка Георга окончательно подтвердились, когда во время охоты на лис король вдруг соскочил с коня, с быстротой не хуже юноши, бросился к одиноко стоящему дубу и стал бить его кулаками:
—Вот тебе! Вот тебе, Вильгельм!
Георг, как оказалось,  принял кряжистый дуб за германского императора Вильгельма I.
Это крайне озаботило придворный лейб-медиков. Они докладывали в парламенте:
—Георг погрузился в состояние очевидной старческой деменции, наступление которой, возможно, было вызвано его предыдущим психическим расстройством. (4)  
— Точная природа  болезни короля, её причина и характер приводят в замешательство, —высказался личный врач Георга III.
—Это последствие «преобладания некой жёлчной раздражительности», — заявил другой врач.
— Это форма  бреда! Король впадает в старческий маразм,  — не преминул высказать свое мнение третий.
  — Некоторые его действия дают основания предполагать, что Георг III болел шизофренией(5)   или как Генрих VI в Англии или Филипп V в Испании, маниакально-депрессивным психозом, но симптомы его заболевания не очень убедительно укладываются и в тот, и в другой диагноз, — предполагал четвёртый врач.
 —  Полуслепой старик с приступами безумия уже не мог возглавлять государство,  —  таково было единодушное решение парламента. Регентом при живом короле  стал его сын, принц Георг,  положив начало эпохе Регентства.
   Точная природа  болезни Георга III, её причина и характер приводили королевских врачей и придворных в замешательство.
    Какова бы ни была природа его недомогания, не может быть сомнений, что в периоды обострения он вёл себя как умалишённый, особенно нехарактерное для  короля агрессивное поведение и сексуальную расторможённость.
  Характерный и выраженный признак деменции — нарушения познавательных функций. Но король живо интересовался не политическими делами, нет, сплетнями во дворце. Кроме того, много читал, в основном мистические произведения.
   Три английских писателя и три образца классической готики. «Замок Отранто»  Горация Уолпола, с которого, собственно, в 1764 году и началась литература ужасов. «Монах» – самый знаменитый готический роман, принесший девятнадцатилетнему Мэтью Грегори Льюису славу и удостоившийся весьма лестного отзыва маркиза де Сада.
  И, наконец, «Аббатство кошмаров»  – блистательная пародия Томаса Лава Пикока, в персонажах которой без труда угадываются Перси Шелли и другие поэты-романтики, современники автора.
     Другие важные клинические проявления деменции — нарушения поведения, эмоциональные расстройства. Везде Георг стал видеть Красного человека, которого он  представлял монахом, а свой дворец назвал не аббатством, но вместилищем кошмаров, его кошмаров, которые продолжались.
  Но не только готику читал Георг,  в руки ему попал роман Даниэля Дефо «Робинзон Крузо».(6)    
  
Королю было известно, а он интересовался историей, что Дефо принимал участие в восстании герцога Монмута против Якова II Стюарта.
— Монмут, Монмут...
 Георг задумался. Этот титул был создан в 1663 году для Джеймса Крофтса, незаконного сына Карла II Стюарта, короля Англии, Шотландии и Ирландии и Люси Уолтер. Титул был назван в честь города Монмута  на границе с Уэльсом. 
— Люси. Вот бы мне такую Пятницу!
  Георг улыбнулся.  Люси была дамой не самых строгих правил, как считалось. Да кто может устоять перед королевской милости?  Мысли короля  устремились в середину  XVII века. Воображение у Георга было хорошо развито.
Герцог Монмут
  Джеймс – старший из многочисленных бастардов Карла, родился в 1649 году в Роттердаме, где в то время жил «странствующий принц» Уэльский. Полковник Роберт Сидни представил  Карлу свою любовницу.  Красавица Люси быстро нашла с будущим королем общий язык. 
— Джеймс – сын Сидни, а не Карла!  — заявляли сплетники.
Позже говорили:
— Монмут был слишком хорош собой, чтобы быть отпрыском «страшного, как смертный грех» Карла.
  Еще одна сплетня сыграла впоследствии роковую роль в судьбе Джеймса. Он узнал, что  его отец Карл и мать Люси вступили в официальный брак.
— Раз родители были женаты, значит, я, их первенец являюсь  полноправным наследником престола.
  Но это будет позже, а пока Карл признал новорожденного своим сыном, при крещении мальчик получил имя Джеймса.  Крофтсом он стал по своему  воспитателю барону Уильяму Крофтсу, взявшему на себя заботу о мнимом племяннике.
   Легкомысленное поведение Люси вскоре положило конец её отношениям  с Карлом, когда женщина прижила дочь от неизвестного отца.  Джеймсу было 9 лет, когда мать  умерла.
  В 1663 году, в возрасте 14 лет Джеймса привозят в Англию, где король-отец осыпает его почестями. Мальчик получает титулы герцога Монмута, графа Донкастера и барона Тиндейла, его положение упрочилось после брака с двенадцатилетней Анной Скотт, богатой шотландской наследницей, которая помимо значительного приданого принесла мужу еще и титул герцога Бакло.
  Наследником престола на тот момент являлся младший брат короля, герцог Яков Йоркский, не слишком популярный в народе из-за своей приверженности католицизму. Монмут был протестантом,  и многие полагали, что он мог бы впоследствии сделаться неплохим королем, если на то будет воля Карла, которому так и не удалось зачать дитя в законном браке. 
     В 1665 году, во время II англо-голландской войны Монмут служил во флоте.  После войны  в его ведении был кавалерийский отряд. В 1669 году  получил звание полковника  королевской гвардии.
   В возрасте 21 год Монмут был одним из главнокомандующих армии. В ходе III англо-голландской войны он был направлен с шеститысячным отрядом в поддержку французским войскам, в 1673 году прославился при осаде Маастрихта,  как один из лучших английских воинов. В 1678 году  он уже сражался уже на стороне голландцев, командуя англо-голландским экспедиционным корпусом.
  В следующем году во главе небольшой армии подавил мятеж в Шотландии. Все эти военные успехи делали Монмута всё популярнее и популярнее.  У Карла II законных наследников так и не было.  Всё громче звучали голоса:
— Это настоящий наследник престола!
  В 1683 году был раскрыт заговор, целью которого было убийство короля и герцога Йоркского, и Монмут, злые языки  обвиняли:
— Монмут  тоже участвовал в заговоре!
   34 летний герцог вынужден был удалиться в изгнание, в Голландию, где и оставался до смерти отца. В завещании Карл особо подчеркнул, что никогда не состоял в браке ни с кем, кроме своей королевы, Екатерины Браганса, принцессы Португальской, чтобы пресечь всякие претензии со стороны Монмута.
  Герцог Йоркский был коронован как Яков II, однако народ был не в восторге от нового монарха. На это и рассчитывал Монмут, когда решил силой получить английскую корону вместо того, чтобы отправиться на войну с турками в армии австрийского императора.
   11июня  1685 года он с группой сторонников высадился в Лайме, в графстве Дорсет.  Монмут  нашел много сторонников среди крестьян, видевших в нем оплот протестантизма, и в Тонтоне издал прокламацию:
«Я Джеймс Монмут,  провозглашаю  себя королем, как законный сын Карла II!» 
    В общей сложности ему удалось навербовать 6000 солдат, в их числе был и юный Даниэль Дефо. Против Монмута выступили войска под командованием графа Февершема. Самозваный король был в итоге разгромлен в битве при Седжмуре 6 июля 1685 года, бежал с поля битвы, был схвачен и препровожден в Лондон.
   Его сторонников вылавливали, как диких зверей,  вешали  вдоль дорог. Был создан специальный выездной суд во главе с Джеффрисом, получивший название Кровавой Ассизы. Более 300 людей было приговорено к смерти, а еще восемь сотен  отправили на  высылку  в Вест-Индию.
   К самому Монмуту был применен тот же закон, что некогда к  Кромвелю  и его сподвижникам, позволявший предавать казни государственного преступника без судебного процесса.
   В 1685 году, в возрасте 36 лет Джеймс Монмут был публично казнен, ему отрубили  голову.
   Палачу удалось завершить казнь лишь с пятого удара. 
—Но говорили, что  Монмуту удалось избежать казни, — очнулся Георг от исторических размышлений, —  якобы у Якова II не поднялась рука на собственного племянника, и он передал Джеймса под надзор своего кузена, Людовика XIV, который повелел навсегда скрыть лицо заключенного под железной маской.
 Вот откуда Дюма взял историю о человеке в железной маске! Герцог Монмут скрывался под маской, а не брат – близнец французского короля!
— Сэр Даниэль Дэфо, не занимая официально никакой государственной должности, — рассуждал Георг, — был руководителем разведслужб Британии, и даже одно время оказывал большое влияние на короля и правительство!
  Здесь Георг рассуждал вполне здраво, Консунгсу в его сознании была  интересной история, которую вспомнил король, и на некоторое время опять застыл в своём созерцании. Око Бхайравы не мешал этому.
    Георг же после того как  прочитал  роман о Робинзоне Крузо,  стал среди придворных искать своего Пятницу. В конце концов, не найдя нужного ему человека, он успокоился.
 — Ох! Я же не на необитаемом острове! — радостно вздохнул Георг.
А потом стал рассуждать:
 —Хоть и  моё государство островное, но  люди здесь обитают и довольно много… Я не один!
  А вот следующая книга  попала к Георгу не случайно.  Это был роман Джонатана Свифта «Путешествия Гулливера».(7) 

Джонатан Свифт
Родился в Ирландии, в Дублине.  В связи с гражданской войной, начавшейся в Ирландии после свержения короля Якова II (в результате Славной революции 1688 года),  Свифт уезжает  в Англию и  работает  секретарём у сына знакомого матери Уильяма Темпла. В 1702 году он получает  степень доктора богословия в Тринити-колледже и сближается с оппозиционной партией вигов.
   В 1702 году Свифт публикует притчу «Сказка бочки», повествующую  о приключениях троих братьев — Мартина, Петра и Джека. В них он  выразил  три ветви христианства — англиканство, католицизм и кальвинизм.
   «Сказки  бочки» аллегорически доказывают   превосходство благоразумного англиканства. По мнению Свифта католицизм и кальвинизм   извратили первоначальное христианское учение. Но в своей критике он  не опирается ни на цитаты из Библии, ни на церковные авторитеты — он апеллирует только к разуму и здравому смыслу.
   Авторитет Свифта как писателя и мыслителя растёт. В эти годы Свифт часто посещает Англию, заводит знакомства в литературных кругах. В 1705 году   виги на несколько лет завоевывают  большинство в парламенте, однако улучшения нравов не происходит.
—Распри вигов и тори – это кошачьи концерты на крыше, — заявляет он и возвращается в Ирландию.  В  распоряжение Свифта поступает приход в деревне Ларакор.
    В 1720 году палата лордов ирландского парламента, сформированная из английских ставленников, передаёт  британской короне все законодательные функции в отношении Ирландии. Лондон немедленно использует  новые права для создания привилегий английским товарам. С этого момента Свифт активно включается в борьбу за автономию Ирландии, убедительно заявляет:
  — Ирландию разоряют в интересах  английской метрополии.
   Только в 1725 году   Англия пошла на некоторые экономические уступки  и с этого момента англиканский декан Свифт стал национальным героем и неофициальным лидером католической Ирландии.  Его портреты были выставлены на всех улицах Дублина. Приветствия и благословения сопровождали его всюду, где бы он ни проходил.
   Однажды на площади перед собором собралась и подняла шум многочисленная толпа. Свифту доложили:
— Это горожане готовятся наблюдать солнечное затмение.
   Раздражённый Свифт заявил собравшимся горожанам:
—  Я как декан отменяю затмение.
  Толпа затихла и почтительно разошлась.
— Что касается Ирландии, то здесь меня любят только мои старые друзья — чернь, — говорил  Свифт, —  и я отвечаю на их любовь взаимностью, ибо не знаю никого другого, кто бы этого заслуживал.
  Бурный скандал по всей Англии и Ирландии вызвал знаменитый памфлет Свифта «Скромное предложение», в котором он издевательски посоветовал:
—  Если мы не в состоянии прокормить детей ирландских бедняков, обрекая их на нищету и голод, давайте лучше продавать их на мясо, а из кожи делать перчатки.
   Заметив, что многие могилы в соборе святого Патрика запущены и памятники разрушаются, Свифт разослал родственникам покойных письма, в которых потребовал:
— Немедленно прислать деньги для ремонта памятников. В случае отказа мы приведём  могилы в порядок за счёт прихода, но в новой надписи на памятниках увековечим скупость и неблагодарность адресата.
  Одно из писем было направлено королю Георгу II. Его величество оставил письмо без ответа, и в соответствии с обещанием на надгробной плите его родственника были отмечены скупость и неблагодарность короля.
  В 1726 году   в свет вышли «Путешествия Гулливера» — программный манифест Свифта-сатирика. Георг читал и смеялся над нелепым самомнением лилипутов.  Когда он прочитал вторую часть, когда Гулливер оказался в стране великанов, которая представлялась как окружающий его мир, а потом и третью, король подумал:
— Оказывается, что наша цивилизация заслуживает такого же осмеяния, даже наука и человеческий разум вообще.
   Наконец, в четвёртой появляются мерзкие йеху, так похожие на людей, но глупые и безнравственные, не облагороженные духовностью. Георг в раздумье покачал головой:
— Да, Свифт, как обычно, не прибегает к морализаторским наставлениям, предоставляя читателю сделать собственные выводы — выбрать между йеху и их моральным антиподом, причудливо облечённым в лошадиную форму.
   Критики отмечали, что в обличениях Свифта чувствуется искренняя боль за человека, за его неумение достичь лучшей участи.
Больше всего Свифта выводило из себя излишнее человеческое самомнение:
 —  Я готов снисходительно отнестись к любому набору человеческих пороков, но когда к ним прибавляется ещё и гордость, терпение моё истощается.
  С этим утверждением  Георг III был полностью согласен.
— Гордым могу быть только я – король!
Он расправил плечи и ударил себя кулаком в грудь.  Георг с интересом читал о Свифте.
—  Ого, вот что пишет:
«… я ненавижу и презираю животное, именуемое человеком… моя любовь обращена к отдельным людям». 
   Политические взгляды Свифта, как и религиозные, отражали его стремление к «золотой середине». Свифт решительно выступал против всех видов тирании, однако  решительно требовал:
—  Недовольное политическое меньшинство должно подчиняться  большинству, воздерживаясь от насилия и беззакония.
  Несмотря на переменчивость партийной позиции Свифта, его взгляды оставались неизменными на протяжении всей его жизни. Отношение Свифта к профессиональным политикам лучше всего передают известные слова мудрого короля великанов:
«Всякий, кто вместо одного колоса или одного стебля травы сумеет вырастить на том же поле два, окажет человечеству и своей родине бо́льшую услугу, чем все политики, взятые вместе».
  В 1731 году Свифт написал поэму «Стихи на смерть доктора Свифта», содержащую своеобразный автопортрет.
Поставил автор цель благую —
Лечить испорченность людскую.
Мошенников и плутов всех
Хлестал его жестокий смех…

   В последние годы жизни  Свифт страдал от серьёзного душевного расстройства.
В  одном из писем  поэту Александру Поупу(8)   он  писал:
— Смертельная скорбь  убивает моё тело и душу.
В  1742 году после инсульта Свифт потерял речь и частично умственные способности, после чего был признан недееспособным.
   В серый осенний день  19 октября  1745 году Свифт скончался. Эпитафию на надгробной плите он сам сочинил  заранее,  в 1740 году,  в тексте завещания:
«Здесь покоится тело Джонатана Свифта, декана этого собора, и суровое негодование уже не раздирает его сердце. Ступай, путник, и подражай, если можешь, тому, кто мужественно боролся за дело свободы».
    Бо́льшую часть своего состояния Свифт завещал:
 «Употребить на создание лечебницы для душевнобольных».  
   «Госпиталь Святого Патрика для имбецилов» был открыт в Дублине в 1757 году. Ныне это   старейшая в Ирландии психиатрическая клиника.
Болезненные проявления
   Итак, познавательные функции у Георга были не нарушены, но наблюдались другие важные клинические проявления  деменции —  нарушение поведения, эмоциональные расстройства.(9)         
Король стал теряться во времени – то он представлял себя мальчишкой, то юношей. Он становился суетливым, беспокойным. Всегда аккуратный и бережливый он стал жадным. Везде разбрасывал свои вещи, которые потом не мог найти и обвинял в воровстве своих придворных.
   Он стал  эгоистичным,  подозрительным. На любое слово мог быстро обидеться. Постоянно конфликтовал со всеми, кто его окружал.
   Но вот расстройства мышления, которое было характерно для деменции, у Георга  придворные и врачи не наблюдали. Наоборот, он хорошо абстрагировался от обыденности. Фантазии короля были безграничны.
 
Заходит красный человек,
Глаза горят под сенью век.
Он кривонос, ушаст и хром,
На шее красный шарф  бантом.
Лицо в морщинах у него,
На голове берет с пером.
Таков вот красный человек,
Ему наверно сотня лет.
Чуть-чуть горбатится спина,
Нога одна раздвоена.
Да, три ботинка. Раз, два, три!
Он говорит: «Смотри, смотри!»
И руку  тянет, а в руке
Горит бриллиант, будто в огне.
Луч пробежался по лицу,
Как будто он поднёс свечу.
Бросает в жар, струится пот.
Когда же эта боль уйдёт?
Ах, этот знойный белый свет!
Ах, этот красный человек!

   Итак,  признаки  деменции у Георга III были не ярко выраженными. Физическое, эмоциональное и психическое состояние соответствовало его возрасту.  Рассмотрим проявления другого заболевания, признаки которого предполагали  придворные медики.  Это шизофрения.       
Шизофрения — психическое заболевание, которое протекает с быстро или медленно развивающимися изменениями личности. А как иначе, можно было назвать видения Георгом Красного человека?
   Один из приступов у Георга начался  в присутствии премьер-министра Генри Аддингтона.  Король вылил на себя целый кувшин воды со словами:
—Горит, горит всё тело от дневного света!
  Одежда тут же стала мокрой, но Георг продолжал твердить:
— Потушить  пожар не удаётся, кожа, кожа пылает!
  Аддингтон  хотел послать за Уиллисами, но герцоги Кент и Камберленд, сыновья короля отказались.
— Мы не впустим их на территорию замка, — сказал герцог Кет.
— Если отец  увидит Уиллиса, это вызовет у него такое душевное раздражение, при котором можно ожидать гораздо худших последствий.
   Вместо Уиллиса с большой неохотой королевский врач сэр Генри Холфорд согласился позвать другого «доктора для сумасшедших», Сэмюэла Симмонса, врача больницы Святого  Луки для умалишённых.  Симмонс прибыл в Виндзор с четырьмя ассистентами, чтобы руководить лечением короля.  
— Вы должны отдать короля мне  в полное распоряжение,  — потребовал  он.
   В этой просьбе ему сначала отказали. Но король вёл себя так буйно, что снова пришлось надеть на него смирительную рубашку.
 Симмонс использовал такие же методы, что и Уиллисы, и Георг III «полюбил» его не больше, чем предшественников.
   Этот приступ, однако, длился сравнительно недолго. Король несколько успокоился, наигрывал на клавесине мелодии  Генделя.
   Вскоре было объявлено, несколько преждевременно, что «его величеству гораздо лучше, и, по нашему мнению, он скоро совершенно поправится».
  Тихий период опять сменился обострением. Георг  совсем перестал воспринимать солнечный свет, бодрствовал ночью   и несвязно бормотал, погружаясь в пучину беспамятства.
— Красный, красный… опасный, огнеопасный...
  Однажды  Георг кормил собаку королевы Бадину.
— Я люблю эту собаку, потому что она больше привязана ко мне, чем к королеве, которую я  на самом деле никогда не любил,  — заявил он уверенно.
  Опять проявилось навязчивое увлечение леди Пембрук, которая теперь была старой дамой семидесяти пяти лет. Кстати, она дожила до девяноста трёх.
— Они отказываются, — жаловался он, — отпустить меня к леди Пембрук, хотя всем известно, что я на ней женат.  Но хуже всего то, что этот бессовестный негодяй  врач Холфорд  был на нашей свадьбе, а теперь имеет наглость отрицать это мне в лицо.
  письменный столик Георга III
    Георг пять раз поклялся на Библии:
—  Клянусь быть верным своей дорогой Элизе, которая пятьдесят пять лет была мне верна.
   Георг также  попросил Гревилла принести ему из королевской библиотеки «Философию» Пейли.
— Я уверен, что там будет написано, что хотя  у мужчины может быть только одна жена, природа допускает больше.  Кроме того, я думаю об  учреждении   «женского   ордена», наподобие ордена Подвязки.
  Такие заявления дали возможность изолировать короля в  одной из комнат дальнего  крыла Виндзорского замка. Это, естественно, Георгу не понравилось. Он стал кричать:
—Все врачи негодники! Хотят меня закрыть под замок! Меня, короля Англии!
Движения  при этом были беспорядочные и отрывистые, он подпрыгивал, будто танцевал. 
— Это очень напоминает хорею Синденгама, «пляску Вита», — предположил один из королевских врачей. (10)
   Так что, у Георга III  можно найти целый «букет» болезней. Хотя, как говорится, старость никого не красит. 
Последние мгновения жизни
   Психическое расстройство короля перерастало в старческий маразм, его держали в изоляции в последние 10 лет жизни, периодически меняя не королевское уже одеяние на смирительную рубашку. Регентство стало постоянным.  
   Георг, отделённый от семьи, жил в мире своего собственного больного воображения, потеряв, как выразился лорд Окленд:
«Все остатки хоть какого-то разума и воспоминаний, которые до тех пор сохранялись на протяжении всей его болезни. Он охвачен самыми дикими и невероятными фантазиями. Он воображает, что не только приобрёл возможность жить вечно, но может вызывать из мёртвых кого захочет в любом возрасте… Короче говоря, похоже, что он живёт… в другом мире, и потерял почти всякий интерес к заботам этого».
    До конца своих дней Георг существовал в этом одиноком другом мире. Им полностью овладел Консунгс,  Красный человек.   Слабый с юных лет  рассудок всё больше слабел.  Георг то приходил в уныние, то бредил другими женщинами. Думал, что  разведён со своей некрасивой женой, а Шарлотта всегда была рядом.
    Королева Шарлотта так и не оправилась после смерти внучки Шарлотты. Уединившись в Виндзорском дворце, она очень  тосковала по супругу королю Георгу.  Королева практически не выходила из своих покоев.  Раздувшись от водянки, она с трудом дышала,  и даже малейшее движение причиняло боль. 
    18 ноября 1818 года  в возрасте 73 лет старая королева умерла, сидя в кресле, держа за руку своего сына, принца — регента Георга IV. До рождения Виктории оставалось около 5 месяцев.
    Георг  даже не узнал об этом.  Он был и слеп и глух. Время от времени у Георга случались припадки, когда он говорил без умолку, однажды около шестидесяти часов, но в основном его жизнь была спокойной, его единственным развлечением были неисчерпаемые возможности расстроенного воображения. (11)
   Промахнусь, вернусь ночью 
  Не заметит никто. (12)

   Ночные видения  казались реальными.   Георг  уже не мог определить, то ли это был сон, то ли явь.  Он  перестал ориентироваться и во времени, потерял счёт дням.
Сновидение пятое
Я — раб моих таинственных,
Необычайных снов… 
Но для речей единственных
Не знаю здешних слов.(13)

   Впервые за долгое время красный цвет сменился  на зелёный и  голубой. Зелёным был луг, на  котором стоял небольшой охотничий домик.  Голубое небо. Вершины невысоких гор, покрытые зелёной растительностью,  размыты сизой дымкой, плавно переходящей в бело-серые облака, закрывающие солнце. 
  Внезапно обстановка сменилась. Горы выросли буквально на глазах, покрылись снежными шапками и дотянулись до самого неба.
— Все высокие горы, если смотреть на них издали, словно висят в облаках. А ведь и там, на этих заоблачных кручах, кто-то живёт! И что там происходит, —  подумал Георг. —  Жизнь в облаках...
  Он удивился своим мыслям.
— Всё в горах необычно. Земля, вставшая на дыбы.  Можно летать в облаках, и  под радугу пройти, как под арку.(14)   
    Георг почувствовал себя юным и беспечным. Ему захотелось подняться высоко, дотянуться до звёзд.
  Георг  очнулся. В груди жгло то ли от радости,  то ли от болезни.  Было непонятно. Хотелось поделиться своими впечатлениями от увиденного,  и он стал громко рассказывать воображаемым слугам:
— Я небо держал на плечах,  с гор смотрел на землю из-под облаков, на радугу опираясь.  Руки о солнце грел, с птицами разговаривал. А,  что, ведь были же люди когда-то птицами!
   Приступ болтовни сменился   истерическим плачем и оскорблениями лекарей и сиделок. В  конце ноября 1819 года Георга навестил его сын, герцог Йоркский.  Вот что он рассказал:
«Отец развлекался игрой на клавесине  и пел таким сильным и твёрдым голосом, какого я никогда не слышал… но мы не должны скрывать от себя, что его величество сильно исхудал за последние двенадцать месяцев… организм его настолько ослаб, что мы не можем надеяться, что он останется с нами сколько-нибудь долго».
    В декабре 1819 года  состояние короля резко ухудшилось.  На Рождество  начались приступы дикой боли. Внутри  полыхал огонь, сжигающий все внутренности.  Принимать  пищу,  даже  пить  Георг уже не мог.
  " Кажется, что возраст делает людей косными, отнимает способности принимать прошлое, будь то технические штучки, чужие убеждения или незнакомая еда, — старики на всё откликаются  раздражением, головной болью, гастритом."(Марти Кетро «Магички»)
 Георг  непрерывно бредил на протяжении 58 часов. Это выглядело очень страшно. Дикие крики доносились из комнаты в течение трёх  дней. 
— Красный человек копается  в моей голове!  Вживую вырывая мысли. Мозг раскалывается!
Консунгс сделал своё дело и покинул сознание короля, устремившись в космос,  после чего Георг  впал в кому.
Был серый день. 
Страдальца смертная истома
Снедала. Пот бежал рекой,
Он крест знаменовал рукой.(15)   

    23 января 1820 года  в результате неправильного лечения скончался  самый правильный и самый здоровый, ни разу в жизни не болевший простудой,  Герцог Кентский, супруг герцогини Виктории.   Ему было  52 года. Смерть герцога шокировала всех.
     В 20.30 вечера 29 января 1820 года на 82-м году жизни Георг III умер, так и не узнав, что революционные войны Наполеона I подошли к концу. Закончилась жизнь одного из самых необычных, неординарных британских королей.   Англия погрузилась в траур.
   В день смерти короля Георга III в Кенсингтонский дворец на руках с маленькой Викторией  прибыла  герцогиня Кентская. Герцоги встретили её настороженно.
— После смерти старых короля и королевы,  малышка Виктория – третья претендентка  на престол.
  Герцогине Кентской было только 33 года. Умная и честолюбивая женщина она прекрасно понимала, что с этого момента её  благополучие в руках  маленькой дочери.  Она приняла решение  остаться в Англии.(16)   
   Тридцать тысяч человек пришли на похороны короля. Похоронной процессии предстояло пройти от Виндзорского дворца до часовни Святого Георга. Георга III любили в народе за его простые речи и за его страдания. Народ Англии действительно оплакивал  его смерть, страшась того момента, когда на престол взойдет его сын Георг IV. А он, бывший принц-регент, был безмерно счастлив.
 — Как долго я  ждал этого момента! 
   Наконец, в возрасте 57 лет  он получил в наследство то, что он так долго жаждал — безграничную власть. Но  Георг IV  не знал, что голубой бриллиант Око Бхайравы сломает ему жизнь.  Достаточно скоро он погряз в долгах и скоропостижно скончался. Камень был продан с аукциона.  Владельцем камня стал лондонский торговец Даниэль Элиасон.
   Интересен момент, что почти сразу появилось подозрение, что неназванный голубой бриллиант является камнем, который раньше именовался «голубой француз», к тому же он появился ровно в тот момент, когда истек срок давности преступления.
  Бриллиант достался кадету, кадет продал алмаз ювелиру, над бриллиантом поработал огранщик,  и голубой алмаз был поделен на части. Сын ювелира продал алмаз в Лондоне. Все четверо скончались достаточно зловеще. Теперь в бриллианте было всего четырнадцать карат.
Споры о диагнозе 
   
 Для того, чтобы поставить точный диагноз возможной болезни короля, подробных доказательств явно недостаточно. Остаётся только искать равновесия между возможностями и вероятностями. Даже если причина психического расстройства Георга III была органической,  значительную роль сыграли психологические составляющие.
   Внешне крепкий, казавшийся сильным, Георг всегда был нервным, легковозбудимым человеком. Представление о «Фермере Джордже», созданное карикатуристами, опровергается его интересом к искусствам и покровительством им.
   Георг  был очень впечатлительным человеком, который легко расстраивался, но умело это скрывал.  Напряжение накапливается годами и может искать выхода в самые неожиданные моменты. Если в 1788 году  не произошло значительного события, которое могло бы объяснить  обострение болезни Георга, то последние два десятилетия его царствования во многих отношениях были политически напряжёнными  из-за Американской войны за независимость.
   Существует неотделимая зависимость между телесным и психическим нездоровьем, так что с исторической точки зрения вполне допустимо найти в болезни Георга глубокие психологические основания.
   В последнее время утверждалось, что болезнь Георга была по характеру маниакально-депрессивной.
    В 1967 году  толкования болезни Георга III были подвергнуты сомнению в основательном исследовании двух историков медицины, Айды Макалпин и её сына Ричарда Хантера. В статье, напечатанной в  «Британском медицинском журнале»,  они предположили:
—Георг III никогда не был сумасшедшим в клиническом смысле. Он был жертвой наследственного нарушения обмена веществ, пятнистой порфирии. (17)   
   Очень многие внешние проявления характерны для шизофрении или маниакально-депрессивного психоза. Это редкая форма расстройства обмена веществ.
 Этот диагноз  Макалпин и Хантер впоследствии уточнили в своей книге «Георг III и дело о безумии». 
     Они утверждали:
«Порфирией   в большей или меньшей степени болели его предки. Эта болезнь  позже поразила некоторых из его близких родственников и последних потомков. У короля психический сдвиг был следствием телесной болезни, а не проявлением чистого помешательства».
 Такое обоснованное толкование нельзя просто отвергнуть, даже при том, что доказательства могут показаться недостаточно убедительными, чтобы считать их диагноз окончательным.(18)   
   Характерные симптомы порфирии, называемой ещё пурпурной болезнью, включают высокую температуру, боль в животе, охриплость голоса, учащённый пульс, потерю аппетита, мышечную слабость, бессонницу и особенно изменение цвета мочи (которая приобретала или красный, или красно-коричневый, или даже фиолетовый цвет) могли, как и у других болезней, измениться с поколениями.
    Дальнейшие исследования, к которым были привлечены свидетельства о предках и потомках Георга III, позволили уточнить диагноз и даже определить тип порфирии. В медицине описано около 80 случаев острой врожденной порфирии, когда болезнь была неизлечима.
  Болезнь характеризуется тем, что организм не может произвести основной компонент крови –
красные тельца, что в свою очередь отражается на дефиците кислорода и железа в крови. В крови и тканях нарушается пигментный обмен, и под воздействием солнечного ультрафиолетового излучения или ультрафиолетовых лучей начинается распад гемоглобина.
   Небелковая часть гемоглобина — гем — превращается в токсичное вещество, которое разъедает подкожные ткани. Всё это приносит больному невыносимые страдания.
   Порфирия – болезнь не психическая, но она крайне разрушительно действует на психику человека. Все больные порфирией страдают в той или иной степени разными формами психических отклонений –  от лёгкой истерии до маниакально-депрессивного психоза и исступленного бреда.
   Казалось бы, объяснение «странностям» поведения Георга III найдено, но сомнения у специалистов все-таки остались. Определенный ими диагноз не объяснял необычное постоянство, силу и резкость приступов заболевания, которые наблюдались у короля. 
   Следом за публикацией  книги Макалпин и Хантера последовала  дискуссия.  Некоторые специалисты по порфирии заявили:
«Сначала это была сравнительно безобидная болезнь, самым заметным проявлением которой была чувствительность кожи, которая серьёзно не влияла на энергию или здравый смысл тех, кто ею болел.
     Возрастающая серьёзность порфирии  частично объяснялась тем, что пациентов стали лечить современными средствами, особенно сульфамидными препаратами, которые, очевидно, привели к более ярко выраженным и опасным симптомам, среди них ступор, галлюцинации, маниакальные припадки и паралич конечностей».
   В то время как одни современные специалисты по порфирии согласились с заключением, что психические расстройства, подобные тем, которые перенёс Георг III, могли быть симптомами пятнистой порфирии, были и такие, кто скептически отнёсся к предположению, что безумие было характерно для этой болезни в прошедшие века.(19)  
Современные исследования
    В наше время медики считают, что люди могут иметь наследственную предрасположенность к этому заболеванию, но подавляющее большинство, около 80%, случаев проходит незаметно, практически бессимптомно. Более того, если, к несчастью, приступ всё-таки имеет место быть, то он вполне может оказаться смертельным, некоторые больные умирают во время первого же сильного приступа заболевания.  В других случаях приступы не так сильны и жестоки, как это было с Георгом III.
  Чтобы всё-таки раскрыть тайну болезни короля, британский медицинский журнал «Ланцет» провел недавно собственное исследование. Ученые, которые не могли найти объяснение многим фактам, противоречащим диагнозу «порфирия», решили взять для анализа образец волос короля, выставленных в экспозиции Лондонского музея науки.
 B надежде обнаружить следы свинца или ртути, которые, как известно, вызывают резкое ухудшение состояния больных порфирией. Удивлению медиков не было предела, когда вместо ожидавшихся металлов они выявили присутствие мышьяка, причем в чрезвычайно высокой концентрации. 
   Записи лечащих врачей короля свидетельствуют о том, что он постоянно получал лекарство, в состав которого входил антимоний — минерал, часто встречающийся в соседстве с мышьяком. Тот способ, которым получали антимоний двести лет назад, мог быть далек от идеала, и скорее всего его не удавалось полностью очистить от примесей мышьяка.
   Несчастный король, получавший всё увеличивающиеся дозы «лекарства», которое на самом деле содержало смертельный яд, вместо облегчения заболевания получал ещё  большие страдания. Помутнение рассудка, различные боли, которыми страдал монарх, вполне могли быть вызваны в результате интоксикации организма мышьяком.
   Кроме того, мышьяк также вызывает резкое ухудшение состояния больных порфирией. Выходит, что короля-безумца отравили? Ведь известно, что после увеличения налогового бремени и нескольких крайне неурожайных лет в 90-х годах XVIII века Георг III стал крайне непопулярным в народе, а его политика далеко не всегда вызывала одобрение в ближайшем окружении, и было даже несколько покушений на него. 
   Однако не все спешат согласиться с такими  сенсационными выводами. Токсикологи считают, что яд мог накопиться в волосах в последние месяцы жизни монарха и не является свидетельством того, что именно он был причиной заболевания, приступы которого преследовали Георга III всю его жизнь. (20) 
Англия после Георга III
    Георг IV дублировал роль монарха, будучи Принцем-Регентом, во время болезни его отца. На протяжении этого времени капризный «Принни» сделал всё возможное, чтобы уничтожить уважение, которое кропотливо зарабатывал Георг III.
  Будучи королем, он оставил радикальные взгляды, которых придерживался, чтобы позлить своего отца, не играя никакой роли в управленческих реформах (касающихся правосудия и полиции; свободной торговли).
   В Виндзорском замке  Георг IV вёл достаточно уединенный образ жизни. Он продолжал злоупотреблять алкоголем, хотя на былые кутежи здоровья уже не хватало. В политические вопросы он практически не вмешивался, хотя в 1829 году всё же подписал закон, давший некоторые послабления католикам.
   Яркий Георг любил изысканно одеваться. Он восхищался Джейн Остин, но почти полностью продал книги своего отца.
   Лучшие стороны натуры Георга проявилась в меценатстве. Он покровительствовал художнику сэру Томасу Лоуренсу и архитектору Джону Нэшу, построил изысканный павильон в Брайтоне, осуществил перестройку Виндзорского замка, существенно пополнил королевскую коллекцию произведений искусства.
   Последние годы жизни Георга отмечены упадком его физических сил и умственных способностей. (21)   Мучимый  подагрой,  он доживал в  Виндзоре в обществе леди Конинггам. Умер Георг IV в Виндзоре 26 июня 1830 года.
***
   Четыре Георга правили Англией на протяжении века с лишним — с 1714 по 1830 год. Никого из них особенно не оплакивали соотечественники, и поэт Уолтер Сэвидж Лендор(22)  написал такую язвительную эпитафию:
Пойдет о четырех Георгах речь —
Хвала Творцу, что прекратил их печь.
Одни твердят (и их понятен пыл),
Что худшим из Георгов Первый был.
Но голос различаем мы порой,
Что хуже Первого Георга был Второй.
Ну а найдется ль человек на свете,
Что слово доброе промолвил бы о Третьем?
Но вот Четвертый с нами распростился,
И род Георгов, слава Богу, прекратился.(23)

  Прекратился  род Ганноверских Георгов, но имя Георг останется в Англии весьма популярным.

 
 (1) С.Я.Надсон (1862-1887)
(2) По Э. Эппли красный цвет в сновидениях означает что «душа готова к действию, вступают в свои права овладение и страдания, есть, прежде всего, эмоциональное отношение».
(3) По мотивам строчек из поэмы А.С.Пушкина
(4)  Деменция (лат. dementia — безумие)— органическое психическое расстройство, проявляющееся расстройствами памяти, снижением интеллекта, изменением личности и не сопровождающееся нарушением сознания. В отличие от умственной отсталости, при которой нарушения отмечают с рождения, деменция — это приобретённое расстройство. В основе деменции всегда лежит органическое поражение головного мозга, хотя часто специфический органический фактор выявить не удаётся. В большинстве случаев деменция необратима. Однако в некоторых случаях при устранении причины деменция поддаётся лечению. Лишь современные средства могу приостановить. По данным ВОЗ во всём мире насчитывается около 35,6 миллиона людей с деменцией. Ожидается, что это число удвоится к 2030 году до 65,7 миллиона и более чем утроится к 2050 году до 115,4 миллиона. 
(5) Шизофрени́я (от древнегреческого— раскалываю и — ум, рассудок), ранее латинское Dementia praecox («преждевременное слабоумие»)расстройства мышления  и восприятия, Наиболее частыми проявлениями болезни являются слуховые галлюцинации, параноидный или фантастический бред дезорганизованность речи и мышления,  снижение настроения и утрата способности переживать радость (ангедония),  У многих людей в бессолнечную погоду или у тех, кто находится в затемнённых помещениях, депрессия может возникать из-за отсутствия яркого света. Эту разновидность называют сезонной депрессией, ибо она наиболее часто наблюдается у больных осенью и зимой. 
(6)   Даниель Дефо́  имя при рождении Daniel Foe; (около 1660-1731) –английский писатель и публицист.
(7) Джо́натан Свифт (1667-1745) – англо-ирландский писатель-сатирик, публицист, философ, поэт и общественный деятель.  Жил в Дублине (Ирландия), где служил деканом, настоятелем обора Святого Патрика. Несмотря на своё английское происхождение, Свифт энергично защищал права простых ирландцев и заслужил искреннее уважение с их стороны. В 1726 году выходят первые два тома «Путешествий Гулливера» (без указания имени настоящего автора); остальные два были опубликованы в следующем году. Книга, несколько подпорченная цензурой, пользуется невиданным успехом. За несколько месяцев она переиздавалась трижды, вскоре появились её переводы на другие языки.. 
В честь Свифта названы:  кратер на Луне и кратер на одном из угаданных им спутников Марса.
(8) Алекса́ндр По́уп (1688 – 1744) – английский поэт XVIII века, один из крупнейших авторов британского классицизма. Он перевёл «Илиаду» Гомера на английский язык при участии Фентона и Брума – «Одиссею».  Поуп — автор философских («Опыты морали», «Опыт о человеке»), сатирических («Дунсиада»). Автор эпитафии на надгробии сэра Исаака Ньютона. Три спутника планеты Уран названы в честь героев комической  поэмы Поупа «Похищение локона»: Белинда, Умбриэль и Ариэль.  Ариэль появлялся ранее  в «Буре» Шекспира, но у Шекспира это дух мужского пола, а у Поупа –  женского.
 (9)  на основе статьи о деменции с сайта  http://myfamilydoctor.ru/demenciya-chto-eto-takoe/
(10) Хорея Сиденгама (хореический гиперкинез, ранее «витова пляска» или «пляска святого Вита»,  от греческого χορεία, вид танца) — синдром, характеризующийся беспорядочными, отрывистыми, нерегулярными движениями, сходными с нормальными мимическими движениями и жестами, но различные с ними по амплитуде и интенсивности, то есть более вычурные и гротескные, часто напоминающие танец.
  Томас Сиденгам  (1624-1689) – знаменитый английский врач, «отец английской медицины», «английский Гиппократ и  реформатор практической медицины в духе Нового времени. Его называли, с некоторыми оговорками,  –  «отцом клинической медицины». Сиденгам отводил первенствующее место фактам и непосредственному наблюдению, рассматривая болезни как процессы, симптомы как нечто чисто внешнее, которое меняется в зависимости от конституции организма.
(11)Фильм «Безумие короля Георга» http://www.kinopoisk.ru/film/7574/
Документальный фильм 2004 http://dokymentalka.ru/load/istoricheskie/naskolko_bezumen_byl_korol_georg_how_mad_was_king_george_2004/11-1-0-8835
(12)Земфира «Небо Лондона»
(13)Зинаида Гиппиус (1869-1945) – поэтесса Серебряного века
(14)   по Н.Сладкову «Земля под облаками» Ленинград 1972 г.
 (15)    Вячеслав Иванов (1866-1949) – поэт Серебряного века
(16)Источник: Три смерти в королевской семье: Георг III, королева Шарлотта и их сын http://englishstory.ru/the-death-of-george-iii-his-wife-and-the-duke-of-kent.html#ixzz37HqRE67w
(17) Порфирия — малоизвестная болезнь, которая проявилась в одном из районов Южной Африки, куда она была занесена голландским поселенцем в 1688 году.  Впоследствии эта болезнь распространилась среди его потомков и была обнаружена также в Швеции.
(18) по материалам книги  «Безумные короли» 
(19)  с сайта http://www.krugosvet.ru/enc/istoriya/GEORG_IV.html
(20)по материалам с Интернета
(21) с  сайта  http://www.anglophile.ru/ru/koroli-korolevy/684-georg-iv-i-vilgelm-iv-1821-1837.html
(22) Лэндор Уолтер Свидж(Walter Savage Landor) (1775-1864) –  знаменитый английский поэт и писатель. Писал с одинаковым совершенством по-английски и по-латыни.
«Воображаемые разговоры» (1824-1829) – свыше  150 диалогов на общественно-политические и литературные темы между людьми разных эпох.
(23) с сайта http://romanbook.ru/book/7948014/?page=14 
 

© Copyright: Анна Магасумова, 2014

Регистрационный номер №0254713

от 23 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0254713 выдан для произведения: История девятая. Алмаз в красном
 
Ч.12  Ах, этот Красный человек!

 
Жизнь окутана страхом. 
Нострадамус Ц.10
 
У каждого свой тайный демон.
Влечёт неумолимо он.
Валерий Брюсов
 

Человек в красном – 
Станет опасным.
Красный –  цвет крови 
И  власти.

 
   После смерти Амелии  агрессивное поведение Георга III стало повторяться всё чаще и чаще.  Он входил в мир фантазии, становясь добычей галлюцинаций, хотя часто остро сознавал, в какое мучительное положение был поставлен.
   Георг спал тревожным сном, к нему стал приходить красный человек.
Сон четвёртый 
Ах, этот лунный свет!
Мне снится страшный сон...(1)

  Стояла красная ночь. Сон Георга был тревожным. Он проснулся  от звуков выстрелов.  Наскоро собравшись,  выскочил из  спальни. Удивительно, но ему никто из придворных навстречу  не попался.
Выйдя из дворца, король попал в сад. Выстрелы казалось стали глуше, но не умолкали.
— Интересно, что же происходит? 
  Вопрос этот бился в голове и не давал покоя. Георг решился пойти на риск и  вышел за  дворцовую ограду.
  Георг даже не думал, что он один, его вели звуки выстрелов, которые казались чарующей музыкой.  Удивительно, страха не было совсем.
   Навстречу королю из багрового сумрака повыскакивали обезумевшие люди, в руках у них были пистолеты и ружья, которые стреляли часто-часто.
 Георг не заметил, как выхватил у лежавшего на земле человека ружьё. Взметнулись языки пламени, осветившие улицу. Георг бежал и стрелял, пока не кончились патроны. Он тогда отбросил в сторону ненужное ружье. Перестрелка  продолжалась, и была беспорядочной и суматошной.
   Георг бежал в окружении  простых людей, которые, он не мог понять,  или его не узнавали, или просто не обращали внимания. 
  Едва Георг оказался на незнакомой площади, как пули засвистели над головой, что нисколько его не напугало. Неожиданно рядом прозвучал незнакомый голос:
 —  На нас напали!
 — Кто? Кто напал?
 —Неизвестно!
 — Французы?
Вокруг слышались выстрелы и крики, женские и детские.
 — Помогите, спасите!
 —По — мо — ги — те!
— На помощь!
  Среди шума, криков и выстрелов перед Георгом предстала  фигура в красном. Лица нельзя было разглядеть, вместо глаз – щели, вместо рта – кровавое месиво. (2)   Красный человек  протягивает к нему огненные  руки.
— Ты мой! Ты мой!

  Георг проснулся весь в холодном поту. Долго не мог понять, где находится, всё слышались выстрелы и крики толпы.  Красный человек стал приходить каждую ночь. Георг проснулся весь в холодном поту. Долго не мог понять, где находится, всё слышались выстрелы и крики толпы.
  А перед глазами стоял Красный человек, к которому тянуло с  необыкновенной силой. От него веяло и жаром, и холодом.
  Ледяной огонь проникал в каждую клетку тела короля, выжигая остатки разумных мыслей.
 Красный человек — воплощение Консунгса, стал приходить каждую ночь. Око Бхайравы этому не препятствовал, наблюдая за всем происходящим с невозмутимым спокойствием.
   Георг стал бояться не только ночи, но  и светлого дня. Солнечный свет слепил в глаза, они начинали слезиться.
  Кожа на руках и лице начинала чесаться и покрываться алыми пятнами, которые он зачёсывал до кровавых волдырей.
 Георг менялся не только внешне, он постоянно чувствовал себя в возбужденном  состоянии, предчувствии чего — то необычного, что вызывало неосознанные резкие движения не только руками и ногами.
Он говорил быстро, что не всегда можно было разобрать. Но вот этот монолог Георг мог произносить по нескольку раз в день, то медленно, то убыстряясь.
 «Мне день и ночь покоя не даёт
Мой красный человек.(3)
Тревожит на яву,
Во  сны мои приходит,
Со мною говорит,
За мною бродит, 
Мешает думать.
Вот опять стоит.
Вы видите его?» 
Но подданный молчит.

  Но не только сны беспокоили Георга. Видения преследовали его и днём.
  — Он воображает, что Лондон затонул, и приказывает снарядить свою яхту, — рассказывал лорд Шеффилд мистеру Идену.
 В поведении короля придворные стали замечать ещё большие странности. Он совсем перестал узнавать свою жену Софию Шарлотту. Однажды, когда она зашла к нему узнать о состоянии здоровья, он заявил:
— Кто вы, леди? Я с вами не знаком!
Шарлотта, расплакавшись, выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью. Ещё через некоторое время Георг принялся  всерьёз обсуждать  вопрос обустройства при Виндзорском замке гарема по турецкому образцу.  Лорду Шеффилду дал распоряжение:
— Срочно организовать поиски красавец по всему миру! Одну я уже нашёл!
Это была юная служанка – белошвейка, которую Георг случайно увидел среди горничных своей жены.  Он даже не знал её имени, но стал приставать, обнимать и целовать. Девушка отвернулась, и поцелуй пришелся в щёку.

   Георг  осыпал высокими почестями пажей и слуг,  сочинял немыслимые письма иностранным державам по воображаемым поводам. Его конюший, Гревилл, однажды заметил, что король надел наволочку себе на голову, а подушка лежала с ним в постели.
— Это  принц Октавий, мой сын,  он недавно  родился,  – объяснил  король.
   Кроме того, Георг стал употреблять  неприличные слова, что было для него нехарактерно. Ему казалось, что только так он может уберечься от ночных видений. Теперь его везде преследовала кровь, растилающаяся красными нитями по полу,  коврам,  стенам.  Как назло во многих комнатах дворца преобладал красный цвет.
  Цвет Англии, который  раньше Георга только вдохновлял, теперь угнетал и вызывал  неясные видения.
Огонь внутри меня  сжигает,
И кровь  по венам остро жжёт,
Видения не оставляют –
«Вот Красный человек идёт!»

   «Я поговорил с королём, — писал Томас Уиллис, — о его состоянии и о том, что необходимо немедленно снова перевести его под строгое наблюдение. Его величество сел и очень побледнел… и, глядя на меня очень сурово, воскликнул: 
«Сэр, пока вы живы, я вас никогда не прощу! Больше вы меня не закроете! Убирайтесь вон!»
  Уиллис не выдержал подобного к себе отношения и ушёл из дворца, больше не приходил.  Состояние Георга ухудшалось, он стал слепнуть. Всё виделось ему теперь в красном цвете. Ночью совсем перестал спать, но  видения продолжались. Закрывая глаза, ему виделись красные нити на полу. 
  И красные нити лежат на полу...
(Александр Блок)
Кровь — красные нити — струится по телу
От сердца — клубка, — немыслимо дело!
И мысли витают, как красные птицы,
Опять королю ночью не спится.
Стоит перед ним, взгляд с  опущенных век,
С горбатой спиной один человек.
Он в красных одеждах, он в маске ужасной,
От вида такого становится страшно.
Его не увидишь, когда белый свет,
От облика в красном спасения нет!

    4 июня 1811 года  королю исполнилось 73 года. Он чувствовал себя старой развалиной. Смотрел в зеркало и не видел себя, лишь смутный образ в лилово-красном цвете.  Георг закричал:
— Кто это? Красный человек! Сгинь! Сгинь, нечистая сила!
  Подозрения в помутнении рассудка Георга окончательно подтвердились, когда во время охоты на лис король вдруг соскочил с коня, с быстротой не хуже юноши, бросился к одиноко стоящему дубу и стал бить его кулаками:
—Вот тебе! Вот тебе, Вильгельм!
Георг, как оказалось,  принял кряжистый дуб за германского императора Вильгельма I.
Это крайне озаботило придворный лейб-медиков. Они докладывали в парламенте:
—Георг погрузился в состояние очевидной старческой деменции, наступление которой, возможно, было вызвано его предыдущим психическим расстройством. (4)  
— Точная природа  болезни короля, её причина и характер приводят в замешательство, —высказался личный врач Георга III.
—Это последствие «преобладания некой жёлчной раздражительности», — заявил другой врач.
— Это форма  бреда! Король впадает в старческий маразм,  — не преминул высказать свое мнение третий.
  — Некоторые его действия дают основания предполагать, что Георг III болел шизофренией(5)   или как Генрих VI в Англии или Филипп V в Испании, маниакально-депрессивным психозом, но симптомы его заболевания не очень убедительно укладываются и в тот, и в другой диагноз, — предполагал четвёртый врач.
 —  Полуслепой старик с приступами безумия уже не мог возглавлять государство,  —  таково было единодушное решение парламента. Регентом при живом короле  стал его сын, принц Георг,  положив начало эпохе Регентства.
   Точная природа  болезни Георга III, её причина и характер приводили королевских врачей и придворных в замешательство.
    Какова бы ни была природа его недомогания, не может быть сомнений, что в периоды обострения он вёл себя как умалишённый, особенно нехарактерное для  короля агрессивное поведение и сексуальную расторможённость.
  Характерный и выраженный признак деменции — нарушения познавательных функций. Но король живо интересовался не политическими делами, нет, сплетнями во дворце. Кроме того, много читал, в основном мистические произведения.
   Три английских писателя и три образца классической готики. «Замок Отранто»  Горация Уолпола, с которого, собственно, в 1764 году и началась литература ужасов. «Монах» – самый знаменитый готический роман, принесший девятнадцатилетнему Мэтью Грегори Льюису славу и удостоившийся весьма лестного отзыва маркиза де Сада.
  И, наконец, «Аббатство кошмаров»  – блистательная пародия Томаса Лава Пикока, в персонажах которой без труда угадываются Перси Шелли и другие поэты-романтики, современники автора.
     Другие важные клинические проявления деменции — нарушения поведения, эмоциональные расстройства. Везде Георг стал видеть Красного человека, которого он  представлял монахом, а свой дворец назвал не аббатством, но вместилищем кошмаров, его кошмаров, которые продолжались.
  Но не только готику читал Георг,  в руки ему попал роман Даниэля Дефо «Робинзон Крузо».(6)    
  
Королю было известно, а он интересовался историей, что Дефо принимал участие в восстании герцога Монмута против Якова II Стюарта.
— Монмут, Монмут...
 Георг задумался. Этот титул был создан в 1663 году для Джеймса Крофтса, незаконного сына Карла II Стюарта, короля Англии, Шотландии и Ирландии и Люси Уолтер. Титул был назван в честь города Монмута  на границе с Уэльсом. 
— Люси. Вот бы мне такую Пятницу!
  Георг улыбнулся.  Люси была дамой не самых строгих правил, как считалось. Да кто может устоять перед королевской милости?  Мысли короля  устремились в середину  XVII века. Воображение у Георга было хорошо развито.
Герцог Монмут
  Джеймс – старший из многочисленных бастардов Карла, родился в 1649 году в Роттердаме, где в то время жил «странствующий принц» Уэльский. Полковник Роберт Сидни представил  Карлу свою любовницу.  Красавица Люси быстро нашла с будущим королем общий язык. 
— Джеймс – сын Сидни, а не Карла!  — заявляли сплетники.
Позже говорили:
— Монмут был слишком хорош собой, чтобы быть отпрыском «страшного, как смертный грех» Карла.
  Еще одна сплетня сыграла впоследствии роковую роль в судьбе Джеймса. Он узнал, что  его отец Карл и мать Люси вступили в официальный брак.
— Раз родители были женаты, значит, я, их первенец являюсь  полноправным наследником престола.
  Но это будет позже, а пока Карл признал новорожденного своим сыном, при крещении мальчик получил имя Джеймса.  Крофтсом он стал по своему  воспитателю барону Уильяму Крофтсу, взявшему на себя заботу о мнимом племяннике.
   Легкомысленное поведение Люси вскоре положило конец её отношениям  с Карлом, когда женщина прижила дочь от неизвестного отца.  Джеймсу было 9 лет, когда мать  умерла.
  В 1663 году, в возрасте 14 лет Джеймса привозят в Англию, где король-отец осыпает его почестями. Мальчик получает титулы герцога Монмута, графа Донкастера и барона Тиндейла, его положение упрочилось после брака с двенадцатилетней Анной Скотт, богатой шотландской наследницей, которая помимо значительного приданого принесла мужу еще и титул герцога Бакло.
  Наследником престола на тот момент являлся младший брат короля, герцог Яков Йоркский, не слишком популярный в народе из-за своей приверженности католицизму. Монмут был протестантом,  и многие полагали, что он мог бы впоследствии сделаться неплохим королем, если на то будет воля Карла, которому так и не удалось зачать дитя в законном браке. 
     В 1665 году, во время II англо-голландской войны Монмут служил во флоте.  После войны  в его ведении был кавалерийский отряд. В 1669 году  получил звание полковника  королевской гвардии.
   В возрасте 21 год Монмут был одним из главнокомандующих армии. В ходе III англо-голландской войны он был направлен с шеститысячным отрядом в поддержку французским войскам, в 1673 году прославился при осаде Маастрихта,  как один из лучших английских воинов. В 1678 году  он уже сражался уже на стороне голландцев, командуя англо-голландским экспедиционным корпусом.
  В следующем году во главе небольшой армии подавил мятеж в Шотландии. Все эти военные успехи делали Монмута всё популярнее и популярнее.  У Карла II законных наследников так и не было.  Всё громче звучали голоса:
— Это настоящий наследник престола!
  В 1683 году был раскрыт заговор, целью которого было убийство короля и герцога Йоркского, и Монмут, злые языки  обвиняли:
— Монмут  тоже участвовал в заговоре!
   34 летний герцог вынужден был удалиться в изгнание, в Голландию, где и оставался до смерти отца. В завещании Карл особо подчеркнул, что никогда не состоял в браке ни с кем, кроме своей королевы, Екатерины Браганса, принцессы Португальской, чтобы пресечь всякие претензии со стороны Монмута.
  Герцог Йоркский был коронован как Яков II, однако народ был не в восторге от нового монарха. На это и рассчитывал Монмут, когда решил силой получить английскую корону вместо того, чтобы отправиться на войну с турками в армии австрийского императора.
   11июня  1685 года он с группой сторонников высадился в Лайме, в графстве Дорсет.  Монмут  нашел много сторонников среди крестьян, видевших в нем оплот протестантизма, и в Тонтоне издал прокламацию:
«Я Джеймс Монмут,  провозглашаю  себя королем, как законный сын Карла II!» 
    В общей сложности ему удалось навербовать 6000 солдат, в их числе был и юный Даниэль Дефо. Против Монмута выступили войска под командованием графа Февершема. Самозваный король был в итоге разгромлен в битве при Седжмуре 6 июля 1685 года, бежал с поля битвы, был схвачен и препровожден в Лондон.
   Его сторонников вылавливали, как диких зверей,  вешали  вдоль дорог. Был создан специальный выездной суд во главе с Джеффрисом, получивший название Кровавой Ассизы. Более 300 людей было приговорено к смерти, а еще восемь сотен  отправили на  высылку  в Вест-Индию.
   К самому Монмуту был применен тот же закон, что некогда к  Кромвелю  и его сподвижникам, позволявший предавать казни государственного преступника без судебного процесса.
   В 1685 году, в возрасте 36 лет Джеймс Монмут был публично казнен, ему отрубили  голову.
   Палачу удалось завершить казнь лишь с пятого удара. 
—Но говорили, что  Монмуту удалось избежать казни, — очнулся Георг от исторических размышлений, —  якобы у Якова II не поднялась рука на собственного племянника, и он передал Джеймса под надзор своего кузена, Людовика XIV, который повелел навсегда скрыть лицо заключенного под железной маской.
 Вот откуда Дюма взял историю о человеке в железной маске! Герцог Монмут скрывался под маской, а не брат – близнец французского короля!
— Сэр Даниэль Дэфо, не занимая официально никакой государственной должности, — рассуждал Георг, — был руководителем разведслужб Британии, и даже одно время оказывал большое влияние на короля и правительство!
  Здесь Георг рассуждал вполне здраво, Консунгсу в его сознании была  интересной история, которую вспомнил король, и на некоторое время опять застыл в своём созерцании. Око Бхайравы не мешал этому.
    Георг же после того как  прочитал  роман о Робинзоне Крузо,  стал среди придворных искать своего Пятницу. В конце концов, не найдя нужного ему человека, он успокоился.
 — Ох! Я же не на необитаемом острове! — радостно вздохнул Георг.
А потом стал рассуждать:
 —Хоть и  моё государство островное, но  люди здесь обитают и довольно много… Я не один!
  А вот следующая книга  попала к Георгу не случайно.  Это был роман Джонатана Свифта «Путешествия Гулливера».(7) 

Джонатан Свифт
Родился в Ирландии, в Дублине.  В связи с гражданской войной, начавшейся в Ирландии после свержения короля Якова II (в результате Славной революции 1688 года),  Свифт уезжает  в Англию и  работает  секретарём у сына знакомого матери Уильяма Темпла. В 1702 году он получает  степень доктора богословия в Тринити-колледже и сближается с оппозиционной партией вигов.
   В 1702 году Свифт публикует притчу «Сказка бочки», повествующую  о приключениях троих братьев — Мартина, Петра и Джека. В них он  выразил  три ветви христианства — англиканство, католицизм и кальвинизм.
   «Сказки  бочки» аллегорически доказывают   превосходство благоразумного англиканства. По мнению Свифта католицизм и кальвинизм   извратили первоначальное христианское учение. Но в своей критике он  не опирается ни на цитаты из Библии, ни на церковные авторитеты — он апеллирует только к разуму и здравому смыслу.
   Авторитет Свифта как писателя и мыслителя растёт. В эти годы Свифт часто посещает Англию, заводит знакомства в литературных кругах. В 1705 году   виги на несколько лет завоевывают  большинство в парламенте, однако улучшения нравов не происходит.
—Распри вигов и тори – это кошачьи концерты на крыше, — заявляет он и возвращается в Ирландию.  В  распоряжение Свифта поступает приход в деревне Ларакор.
    В 1720 году палата лордов ирландского парламента, сформированная из английских ставленников, передаёт  британской короне все законодательные функции в отношении Ирландии. Лондон немедленно использует  новые права для создания привилегий английским товарам. С этого момента Свифт активно включается в борьбу за автономию Ирландии, убедительно заявляет:
  — Ирландию разоряют в интересах  английской метрополии.
   Только в 1725 году   Англия пошла на некоторые экономические уступки  и с этого момента англиканский декан Свифт стал национальным героем и неофициальным лидером католической Ирландии.  Его портреты были выставлены на всех улицах Дублина. Приветствия и благословения сопровождали его всюду, где бы он ни проходил.
   Однажды на площади перед собором собралась и подняла шум многочисленная толпа. Свифту доложили:
— Это горожане готовятся наблюдать солнечное затмение.
   Раздражённый Свифт заявил собравшимся горожанам:
—  Я как декан отменяю затмение.
  Толпа затихла и почтительно разошлась.
— Что касается Ирландии, то здесь меня любят только мои старые друзья — чернь, — говорил  Свифт, —  и я отвечаю на их любовь взаимностью, ибо не знаю никого другого, кто бы этого заслуживал.
  Бурный скандал по всей Англии и Ирландии вызвал знаменитый памфлет Свифта «Скромное предложение», в котором он издевательски посоветовал:
—  Если мы не в состоянии прокормить детей ирландских бедняков, обрекая их на нищету и голод, давайте лучше продавать их на мясо, а из кожи делать перчатки.
   Заметив, что многие могилы в соборе святого Патрика запущены и памятники разрушаются, Свифт разослал родственникам покойных письма, в которых потребовал:
— Немедленно прислать деньги для ремонта памятников. В случае отказа мы приведём  могилы в порядок за счёт прихода, но в новой надписи на памятниках увековечим скупость и неблагодарность адресата.
  Одно из писем было направлено королю Георгу II. Его величество оставил письмо без ответа, и в соответствии с обещанием на надгробной плите его родственника были отмечены скупость и неблагодарность короля.
  В 1726 году   в свет вышли «Путешествия Гулливера» — программный манифест Свифта-сатирика. Георг читал и смеялся над нелепым самомнением лилипутов.  Когда он прочитал вторую часть, когда Гулливер оказался в стране великанов, которая представлялась как окружающий его мир, а потом и третью, король подумал:
— Оказывается, что наша цивилизация заслуживает такого же осмеяния, даже наука и человеческий разум вообще.
   Наконец, в четвёртой появляются мерзкие йеху, так похожие на людей, но глупые и безнравственные, не облагороженные духовностью. Георг в раздумье покачал головой:
— Да, Свифт, как обычно, не прибегает к морализаторским наставлениям, предоставляя читателю сделать собственные выводы — выбрать между йеху и их моральным антиподом, причудливо облечённым в лошадиную форму.
   Критики отмечали, что в обличениях Свифта чувствуется искренняя боль за человека, за его неумение достичь лучшей участи.
Больше всего Свифта выводило из себя излишнее человеческое самомнение:
 —  Я готов снисходительно отнестись к любому набору человеческих пороков, но когда к ним прибавляется ещё и гордость, терпение моё истощается.
  С этим утверждением  Георг III был полностью согласен.
— Гордым могу быть только я – король!
Он расправил плечи и ударил себя кулаком в грудь.  Георг с интересом читал о Свифте.
—  Ого, вот что пишет:
«… я ненавижу и презираю животное, именуемое человеком… моя любовь обращена к отдельным людям». 
   Политические взгляды Свифта, как и религиозные, отражали его стремление к «золотой середине». Свифт решительно выступал против всех видов тирании, однако  решительно требовал:
—  Недовольное политическое меньшинство должно подчиняться  большинству, воздерживаясь от насилия и беззакония.
  Несмотря на переменчивость партийной позиции Свифта, его взгляды оставались неизменными на протяжении всей его жизни. Отношение Свифта к профессиональным политикам лучше всего передают известные слова мудрого короля великанов:
«Всякий, кто вместо одного колоса или одного стебля травы сумеет вырастить на том же поле два, окажет человечеству и своей родине бо́льшую услугу, чем все политики, взятые вместе».
  В 1731 году Свифт написал поэму «Стихи на смерть доктора Свифта», содержащую своеобразный автопортрет.
Поставил автор цель благую —
Лечить испорченность людскую.
Мошенников и плутов всех
Хлестал его жестокий смех…

   В последние годы жизни  Свифт страдал от серьёзного душевного расстройства.
В  одном из писем  поэту Александру Поупу(8)   он  писал:
— Смертельная скорбь  убивает моё тело и душу.
В  1742 году после инсульта Свифт потерял речь и частично умственные способности, после чего был признан недееспособным.
   В серый осенний день  19 октября  1745 году Свифт скончался. Эпитафию на надгробной плите он сам сочинил  заранее,  в 1740 году,  в тексте завещания:
«Здесь покоится тело Джонатана Свифта, декана этого собора, и суровое негодование уже не раздирает его сердце. Ступай, путник, и подражай, если можешь, тому, кто мужественно боролся за дело свободы».
    Бо́льшую часть своего состояния Свифт завещал:
 «Употребить на создание лечебницы для душевнобольных».  
   «Госпиталь Святого Патрика для имбецилов» был открыт в Дублине в 1757 году. Ныне это   старейшая в Ирландии психиатрическая клиника.
Болезненные проявления
   Итак, познавательные функции у Георга были не нарушены, но наблюдались другие важные клинические проявления  деменции —  нарушение поведения, эмоциональные расстройства.(9)         
Король стал теряться во времени – то он представлял себя мальчишкой, то юношей. Он становился суетливым, беспокойным. Всегда аккуратный и бережливый он стал жадным. Везде разбрасывал свои вещи, которые потом не мог найти и обвинял в воровстве своих придворных.
   Он стал  эгоистичным,  подозрительным. На любое слово мог быстро обидеться. Постоянно конфликтовал со всеми, кто его окружал.
   Но вот расстройства мышления, которое было характерно для деменции, у Георга  придворные и врачи не наблюдали. Наоборот, он хорошо абстрагировался от обыденности. Фантазии короля были безграничны.
 
Заходит красный человек,
Глаза горят под сенью век.
Он кривонос, ушаст и хром,
На шее красный шарф  бантом.
Лицо в морщинах у него,
На голове берет с пером.
Таков вот красный человек,
Ему наверно сотня лет.
Чуть-чуть горбатится спина,
Нога одна раздвоена.
Да, три ботинка. Раз, два, три!
Он говорит: «Смотри, смотри!»
И руку  тянет, а в руке
Горит бриллиант, будто в огне.
Луч пробежался по лицу,
Как будто он поднёс свечу.
Бросает в жар, струится пот.
Когда же эта боль уйдёт?
Ах, этот знойный белый свет!
Ах, этот красный человек!

   Итак,  признаки  деменции у Георга III были не ярко выраженными. Физическое, эмоциональное и психическое состояние соответствовало его возрасту.  Рассмотрим проявления другого заболевания, признаки которого предполагали  придворные медики.  Это шизофрения.       
Шизофрения — психическое заболевание, которое протекает с быстро или медленно развивающимися изменениями личности. А как иначе, можно было назвать видения Георгом Красного человека?
   Один из приступов у Георга начался  в присутствии премьер-министра Генри Аддингтона.  Король вылил на себя целый кувшин воды со словами:
—Горит, горит всё тело от дневного света!
  Одежда тут же стала мокрой, но Георг продолжал твердить:
— Потушить  пожар не удаётся, кожа, кожа пылает!
  Аддингтон  хотел послать за Уиллисами, но герцоги Кент и Камберленд, сыновья короля отказались.
— Мы не впустим их на территорию замка, — сказал герцог Кет.
— Если отец  увидит Уиллиса, это вызовет у него такое душевное раздражение, при котором можно ожидать гораздо худших последствий.
   Вместо Уиллиса с большой неохотой королевский врач сэр Генри Холфорд согласился позвать другого «доктора для сумасшедших», Сэмюэла Симмонса, врача больницы Святого  Луки для умалишённых.  Симмонс прибыл в Виндзор с четырьмя ассистентами, чтобы руководить лечением короля.  
— Вы должны отдать короля мне  в полное распоряжение,  — потребовал  он.
   В этой просьбе ему сначала отказали. Но король вёл себя так буйно, что снова пришлось надеть на него смирительную рубашку.
 Симмонс использовал такие же методы, что и Уиллисы, и Георг III «полюбил» его не больше, чем предшественников.
   Этот приступ, однако, длился сравнительно недолго. Король несколько успокоился, наигрывал на клавесине мелодии  Генделя.
   Вскоре было объявлено, несколько преждевременно, что «его величеству гораздо лучше, и, по нашему мнению, он скоро совершенно поправится».
  Тихий период опять сменился обострением. Георг  совсем перестал воспринимать солнечный свет, бодрствовал ночью   и несвязно бормотал, погружаясь в пучину беспамятства.
— Красный, красный… опасный, огнеопасный...
  Однажды  Георг кормил собаку королевы Бадину.
— Я люблю эту собаку, потому что она больше привязана ко мне, чем к королеве, которую я  на самом деле никогда не любил,  — заявил он уверенно.
  Опять проявилось навязчивое увлечение леди Пембрук, которая теперь была старой дамой семидесяти пяти лет. Кстати, она дожила до девяноста трёх.
— Они отказываются, — жаловался он, — отпустить меня к леди Пембрук, хотя всем известно, что я на ней женат.  Но хуже всего то, что этот бессовестный негодяй  врач Холфорд  был на нашей свадьбе, а теперь имеет наглость отрицать это мне в лицо.
  письменный столик Георга III
    Георг пять раз поклялся на Библии:
—  Клянусь быть верным своей дорогой Элизе, которая пятьдесят пять лет была мне верна.
   Георг также  попросил Гревилла принести ему из королевской библиотеки «Философию» Пейли.
— Я уверен, что там будет написано, что хотя  у мужчины может быть только одна жена, природа допускает больше.  Кроме того, я думаю об  учреждении   «женского   ордена», наподобие ордена Подвязки.
  Такие заявления дали возможность изолировать короля в  одной из комнат дальнего  крыла Виндзорского замка. Это, естественно, Георгу не понравилось. Он стал кричать:
—Все врачи негодники! Хотят меня закрыть под замок! Меня, короля Англии!
Движения  при этом были беспорядочные и отрывистые, он подпрыгивал, будто танцевал. 
— Это очень напоминает хорею Синденгама, «пляску Вита», — предположил один из королевских врачей. (10)
   Так что, у Георга III  можно найти целый «букет» болезней. Хотя, как говорится, старость никого не красит. 
Последние мгновения жизни
   Психическое расстройство короля перерастало в старческий маразм, его держали в изоляции в последние 10 лет жизни, периодически меняя не королевское уже одеяние на смирительную рубашку. Регентство стало постоянным.  
   Георг, отделённый от семьи, жил в мире своего собственного больного воображения, потеряв, как выразился лорд Окленд:
«Все остатки хоть какого-то разума и воспоминаний, которые до тех пор сохранялись на протяжении всей его болезни. Он охвачен самыми дикими и невероятными фантазиями. Он воображает, что не только приобрёл возможность жить вечно, но может вызывать из мёртвых кого захочет в любом возрасте… Короче говоря, похоже, что он живёт… в другом мире, и потерял почти всякий интерес к заботам этого».
    До конца своих дней Георг существовал в этом одиноком другом мире. Им полностью овладел Консунгс,  Красный человек.   Слабый с юных лет  рассудок всё больше слабел.  Георг то приходил в уныние, то бредил другими женщинами. Думал, что  разведён со своей некрасивой женой, а Шарлотта всегда была рядом.
    Королева Шарлотта так и не оправилась после смерти внучки Шарлотты. Уединившись в Виндзорском дворце, она очень  тосковала по супругу королю Георгу.  Королева практически не выходила из своих покоев.  Раздувшись от водянки, она с трудом дышала,  и даже малейшее движение причиняло боль. 
    18 ноября 1818 года  в возрасте 73 лет старая королева умерла, сидя в кресле, держа за руку своего сына, принца — регента Георга IV. До рождения Виктории оставалось около 5 месяцев.
    Георг  даже не узнал об этом.  Он был и слеп и глух. Время от времени у Георга случались припадки, когда он говорил без умолку, однажды около шестидесяти часов, но в основном его жизнь была спокойной, его единственным развлечением были неисчерпаемые возможности расстроенного воображения. (11)
   Промахнусь, вернусь ночью 
  Не заметит никто. (12)

   Ночные видения  казались реальными.   Георг  уже не мог определить, то ли это был сон, то ли явь.  Он  перестал ориентироваться и во времени, потерял счёт дням.
Сновидение пятое
Я — раб моих таинственных,
Необычайных снов… 
Но для речей единственных
Не знаю здешних слов.(13)

   Впервые за долгое время красный цвет сменился  на зелёный и  голубой. Зелёным был луг, на  котором стоял небольшой охотничий домик.  Голубое небо. Вершины невысоких гор, покрытые зелёной растительностью,  размыты сизой дымкой, плавно переходящей в бело-серые облака, закрывающие солнце. 
  Внезапно обстановка сменилась. Горы выросли буквально на глазах, покрылись снежными шапками и дотянулись до самого неба.
— Все высокие горы, если смотреть на них издали, словно висят в облаках. А ведь и там, на этих заоблачных кручах, кто-то живёт! И что там происходит, —  подумал Георг. —  Жизнь в облаках...
  Он удивился своим мыслям.
— Всё в горах необычно. Земля, вставшая на дыбы.  Можно летать в облаках, и  под радугу пройти, как под арку.(14)   
    Георг почувствовал себя юным и беспечным. Ему захотелось подняться высоко, дотянуться до звёзд.
  Георг  очнулся. В груди жгло то ли от радости,  то ли от болезни.  Было непонятно. Хотелось поделиться своими впечатлениями от увиденного,  и он стал громко рассказывать воображаемым слугам:
— Я небо держал на плечах,  с гор смотрел на землю из-под облаков, на радугу опираясь.  Руки о солнце грел, с птицами разговаривал. А,  что, ведь были же люди когда-то птицами!
   Приступ болтовни сменился   истерическим плачем и оскорблениями лекарей и сиделок. В  конце ноября 1819 года Георга навестил его сын, герцог Йоркский.  Вот что он рассказал:
«Отец развлекался игрой на клавесине  и пел таким сильным и твёрдым голосом, какого я никогда не слышал… но мы не должны скрывать от себя, что его величество сильно исхудал за последние двенадцать месяцев… организм его настолько ослаб, что мы не можем надеяться, что он останется с нами сколько-нибудь долго».
    В декабре 1819 года  состояние короля резко ухудшилось.  На Рождество  начались приступы дикой боли. Внутри  полыхал огонь, сжигающий все внутренности.  Принимать  пищу,  даже  пить  Георг уже не мог.
   Кажется, что возраст делает людей косными, отнимает способности принимать прошлое, будь то технические штучки, чужие убеждения или незнакомая еда, — старики на всё откликаются  раздражением, головной болью, гастритом.
Марти Кетро «Магички»
 Георг  непрерывно бредил на протяжении 58 часов. Это выглядело очень страшно. Дикие крики доносились из комнаты в течение трёх  дней. 
— Красный человек копается  в моей голове!  Вживую вырывая мысли. Мозг раскалывается!
Консунгс сделал своё дело и покинул сознание короля, устремившись в космос,  после чего Георг  впал в кому.
Был серый день. 
Страдальца смертная истома
Снедала. Пот бежал рекой,
Он крест знаменовал рукой.(15)   

    23 января 1820 года  в результате неправильного лечения скончался  самый правильный и самый здоровый, ни разу в жизни не болевший простудой,  Герцог Кентский, супруг герцогини Виктории.   Ему было  52 года. Смерть герцога шокировала всех.
     В 20.30 вечера 29 января 1820 года на 82-м году жизни Георг III умер, так и не узнав, что революционные войны Наполеона I подошли к концу. Закончилась жизнь одного из самых необычных, неординарных британских королей.   Англия погрузилась в траур.
   В день смерти короля Георга III в Кенсингтонский дворец на руках с маленькой Викторией  прибыла  герцогиня Кентская. Герцоги встретили её настороженно.
— После смерти старых короля и королевы,  малышка Виктория – третья претендентка  на престол.
  Герцогине Кентской было только 33 года. Умная и честолюбивая женщина она прекрасно понимала, что с этого момента её  благополучие в руках  маленькой дочери.  Она приняла решение  остаться в Англии.(16)   
   Тридцать тысяч человек пришли на похороны короля. Похоронной процессии предстояло пройти от Виндзорского дворца до часовни Святого Георга. Георга III любили в народе за его простые речи и за его страдания. Народ Англии действительно оплакивал  его смерть, страшась того момента, когда на престол взойдет его сын Георг IV. А он, бывший принц-регент, был безмерно счастлив.
 — Как долго я  ждал этого момента! 
   Наконец, в возрасте 57 лет  он получил в наследство то, что он так долго жаждал — безграничную власть. Но  Георг IV  не знал, что голубой бриллиант Око Бхайравы сломает ему жизнь.  Достаточно скоро он погряз в долгах и скоропостижно скончался. Камень был продан с аукциона.  Владельцем камня стал лондонский торговец Даниэль Элиасон.
   Интересен момент, что почти сразу появилось подозрение, что неназванный голубой бриллиант является камнем, который раньше именовался «голубой француз», к тому же он появился ровно в тот момент, когда истек срок давности преступления.
  Бриллиант достался кадету, кадет продал алмаз ювелиру, над бриллиантом поработал огранщик,  и голубой алмаз был поделен на части. Сын ювелира продал алмаз в Лондоне. Все четверо скончались достаточно зловеще. Теперь в бриллианте было всего четырнадцать карат.
Споры о диагнозе 
   
 Для того, чтобы поставить точный диагноз возможной болезни короля, подробных доказательств явно недостаточно. Остаётся только искать равновесия между возможностями и вероятностями. Даже если причина психического расстройства Георга III была органической,  значительную роль сыграли психологические составляющие.
   Внешне крепкий, казавшийся сильным, Георг всегда был нервным, легковозбудимым человеком. Представление о «Фермере Джордже», созданное карикатуристами, опровергается его интересом к искусствам и покровительством им.
   Георг  был очень впечатлительным человеком, который легко расстраивался, но умело это скрывал.  Напряжение накапливается годами и может искать выхода в самые неожиданные моменты. Если в 1788 году  не произошло значительного события, которое могло бы объяснить  обострение болезни Георга, то последние два десятилетия его царствования во многих отношениях были политически напряжёнными  из-за Американской войны за независимость.
   Существует неотделимая зависимость между телесным и психическим нездоровьем, так что с исторической точки зрения вполне допустимо найти в болезни Георга глубокие психологические основания.
   В последнее время утверждалось, что болезнь Георга была по характеру маниакально-депрессивной.
    В 1967 году  толкования болезни Георга III были подвергнуты сомнению в основательном исследовании двух историков медицины, Айды Макалпин и её сына Ричарда Хантера. В статье, напечатанной в  «Британском медицинском журнале»,  они предположили:
—Георг III никогда не был сумасшедшим в клиническом смысле. Он был жертвой наследственного нарушения обмена веществ, пятнистой порфирии. (17)   
   Очень многие внешние проявления характерны для шизофрении или маниакально-депрессивного психоза. Это редкая форма расстройства обмена веществ.
 Этот диагноз  Макалпин и Хантер впоследствии уточнили в своей книге «Георг III и дело о безумии». 
     Они утверждали:
«Порфирией   в большей или меньшей степени болели его предки. Эта болезнь  позже поразила некоторых из его близких родственников и последних потомков. У короля психический сдвиг был следствием телесной болезни, а не проявлением чистого помешательства».
 Такое обоснованное толкование нельзя просто отвергнуть, даже при том, что доказательства могут показаться недостаточно убедительными, чтобы считать их диагноз окончательным.(18)   
   Характерные симптомы порфирии, называемой ещё пурпурной болезнью, включают высокую температуру, боль в животе, охриплость голоса, учащённый пульс, потерю аппетита, мышечную слабость, бессонницу и особенно изменение цвета мочи (которая приобретала или красный, или красно-коричневый, или даже фиолетовый цвет) могли, как и у других болезней, измениться с поколениями.
    Дальнейшие исследования, к которым были привлечены свидетельства о предках и потомках Георга III, позволили уточнить диагноз и даже определить тип порфирии. В медицине описано около 80 случаев острой врожденной порфирии, когда болезнь была неизлечима.
  Болезнь характеризуется тем, что организм не может произвести основной компонент крови –
красные тельца, что в свою очередь отражается на дефиците кислорода и железа в крови. В крови и тканях нарушается пигментный обмен, и под воздействием солнечного ультрафиолетового излучения или ультрафиолетовых лучей начинается распад гемоглобина.
   Небелковая часть гемоглобина — гем — превращается в токсичное вещество, которое разъедает подкожные ткани. Всё это приносит больному невыносимые страдания.
   Порфирия – болезнь не психическая, но она крайне разрушительно действует на психику человека. Все больные порфирией страдают в той или иной степени разными формами психических отклонений –  от лёгкой истерии до маниакально-депрессивного психоза и исступленного бреда.
   Казалось бы, объяснение «странностям» поведения Георга III найдено, но сомнения у специалистов все-таки остались. Определенный ими диагноз не объяснял необычное постоянство, силу и резкость приступов заболевания, которые наблюдались у короля. 
   Следом за публикацией  книги Макалпин и Хантера последовала  дискуссия.  Некоторые специалисты по порфирии заявили:
«Сначала это была сравнительно безобидная болезнь, самым заметным проявлением которой была чувствительность кожи, которая серьёзно не влияла на энергию или здравый смысл тех, кто ею болел.
     Возрастающая серьёзность порфирии  частично объяснялась тем, что пациентов стали лечить современными средствами, особенно сульфамидными препаратами, которые, очевидно, привели к более ярко выраженным и опасным симптомам, среди них ступор, галлюцинации, маниакальные припадки и паралич конечностей».
   В то время как одни современные специалисты по порфирии согласились с заключением, что психические расстройства, подобные тем, которые перенёс Георг III, могли быть симптомами пятнистой порфирии, были и такие, кто скептически отнёсся к предположению, что безумие было характерно для этой болезни в прошедшие века.(19)  
Современные исследования
    В наше время медики считают, что люди могут иметь наследственную предрасположенность к этому заболеванию, но подавляющее большинство, около 80%, случаев проходит незаметно, практически бессимптомно. Более того, если, к несчастью, приступ всё-таки имеет место быть, то он вполне может оказаться смертельным, некоторые больные умирают во время первого же сильного приступа заболевания.  В других случаях приступы не так сильны и жестоки, как это было с Георгом III.
  Чтобы всё-таки раскрыть тайну болезни короля, британский медицинский журнал «Ланцет» провел недавно собственное исследование. Ученые, которые не могли найти объяснение многим фактам, противоречащим диагнозу «порфирия», решили взять для анализа образец волос короля, выставленных в экспозиции Лондонского музея науки.
 B надежде обнаружить следы свинца или ртути, которые, как известно, вызывают резкое ухудшение состояния больных порфирией. Удивлению медиков не было предела, когда вместо ожидавшихся металлов они выявили присутствие мышьяка, причем в чрезвычайно высокой концентрации. 
   Записи лечащих врачей короля свидетельствуют о том, что он постоянно получал лекарство, в состав которого входил антимоний — минерал, часто встречающийся в соседстве с мышьяком. Тот способ, которым получали антимоний двести лет назад, мог быть далек от идеала, и скорее всего его не удавалось полностью очистить от примесей мышьяка.
   Несчастный король, получавший всё увеличивающиеся дозы «лекарства», которое на самом деле содержало смертельный яд, вместо облегчения заболевания получал ещё  большие страдания. Помутнение рассудка, различные боли, которыми страдал монарх, вполне могли быть вызваны в результате интоксикации организма мышьяком.
   Кроме того, мышьяк также вызывает резкое ухудшение состояния больных порфирией. Выходит, что короля-безумца отравили? Ведь известно, что после увеличения налогового бремени и нескольких крайне неурожайных лет в 90-х годах XVIII века Георг III стал крайне непопулярным в народе, а его политика далеко не всегда вызывала одобрение в ближайшем окружении, и было даже несколько покушений на него. 
   Однако не все спешат согласиться с такими  сенсационными выводами. Токсикологи считают, что яд мог накопиться в волосах в последние месяцы жизни монарха и не является свидетельством того, что именно он был причиной заболевания, приступы которого преследовали Георга III всю его жизнь. (20) 
Англия после Георга III
    Георг IV дублировал роль монарха, будучи Принцем-Регентом, во время болезни его отца. На протяжении этого времени капризный «Принни» сделал всё возможное, чтобы уничтожить уважение, которое кропотливо зарабатывал Георг III.
  Будучи королем, он оставил радикальные взгляды, которых придерживался, чтобы позлить своего отца, не играя никакой роли в управленческих реформах (касающихся правосудия и полиции; свободной торговли).
   В Виндзорском замке  Георг IV вёл достаточно уединенный образ жизни. Он продолжал злоупотреблять алкоголем, хотя на былые кутежи здоровья уже не хватало. В политические вопросы он практически не вмешивался, хотя в 1829 году всё же подписал закон, давший некоторые послабления католикам.
   Яркий Георг любил изысканно одеваться. Он восхищался Джейн Остин, но почти полностью продал книги своего отца.
   Лучшие стороны натуры Георга проявилась в меценатстве. Он покровительствовал художнику сэру Томасу Лоуренсу и архитектору Джону Нэшу, построил изысканный павильон в Брайтоне, осуществил перестройку Виндзорского замка, существенно пополнил королевскую коллекцию произведений искусства.
   Последние годы жизни Георга отмечены упадком его физических сил и умственных способностей. (21)   Мучимый  подагрой,  он доживал в  Виндзоре в обществе леди Конинггам. Умер Георг IV в Виндзоре 26 июня 1830 года.
***
   Четыре Георга правили Англией на протяжении века с лишним — с 1714 по 1830 год. Никого из них особенно не оплакивали соотечественники, и поэт Уолтер Сэвидж Лендор(22)  написал такую язвительную эпитафию:
Пойдет о четырех Георгах речь —
Хвала Творцу, что прекратил их печь.
Одни твердят (и их понятен пыл),
Что худшим из Георгов Первый был.
Но голос различаем мы порой,
Что хуже Первого Георга был Второй.
Ну а найдется ль человек на свете,
Что слово доброе промолвил бы о Третьем?
Но вот Четвертый с нами распростился,
И род Георгов, слава Богу, прекратился.(23)

  Прекратился  род Ганноверских Георгов, но имя Георг останется в Англии весьма популярным.

 
 (1) С.Я.Надсон (1862-1887)
(2) По Э. Эппли красный цвет в сновидениях означает что «душа готова к действию, вступают в свои права овладение и страдания, есть, прежде всего, эмоциональное отношение».
(3) По мотивам строчек из поэмы А.С.Пушкина
(4)  Деменция (лат. dementia — безумие)— органическое психическое расстройство, проявляющееся расстройствами памяти, снижением интеллекта, изменением личности и не сопровождающееся нарушением сознания. В отличие от умственной отсталости, при которой нарушения отмечают с рождения, деменция — это приобретённое расстройство. В основе деменции всегда лежит органическое поражение головного мозга, хотя часто специфический органический фактор выявить не удаётся. В большинстве случаев деменция необратима. Однако в некоторых случаях при устранении причины деменция поддаётся лечению. Лишь современные средства могу приостановить. По данным ВОЗ во всём мире насчитывается около 35,6 миллиона людей с деменцией. Ожидается, что это число удвоится к 2030 году до 65,7 миллиона и более чем утроится к 2050 году до 115,4 миллиона. 
(5) Шизофрени́я (от древнегреческого— раскалываю и — ум, рассудок), ранее латинское Dementia praecox («преждевременное слабоумие»)расстройства мышления  и восприятия, Наиболее частыми проявлениями болезни являются слуховые галлюцинации, параноидный или фантастический бред дезорганизованность речи и мышления,  снижение настроения и утрата способности переживать радость (ангедония),  У многих людей в бессолнечную погоду или у тех, кто находится в затемнённых помещениях, депрессия может возникать из-за отсутствия яркого света. Эту разновидность называют сезонной депрессией, ибо она наиболее часто наблюдается у больных осенью и зимой. 
(6)   Даниель Дефо́  имя при рождении Daniel Foe; (около 1660-1731) –английский писатель и публицист.
(7) Джо́натан Свифт (1667-1745) – англо-ирландский писатель-сатирик, публицист, философ, поэт и общественный деятель.  Жил в Дублине (Ирландия), где служил деканом, настоятелем обора Святого Патрика. Несмотря на своё английское происхождение, Свифт энергично защищал права простых ирландцев и заслужил искреннее уважение с их стороны. В 1726 году выходят первые два тома «Путешествий Гулливера» (без указания имени настоящего автора); остальные два были опубликованы в следующем году. Книга, несколько подпорченная цензурой, пользуется невиданным успехом. За несколько месяцев она переиздавалась трижды, вскоре появились её переводы на другие языки.. 
В честь Свифта названы:  кратер на Луне и кратер на одном из угаданных им спутников Марса.
(8) Алекса́ндр По́уп (1688 – 1744) – английский поэт XVIII века, один из крупнейших авторов британского классицизма. Он перевёл «Илиаду» Гомера на английский язык при участии Фентона и Брума – «Одиссею».  Поуп — автор философских («Опыты морали», «Опыт о человеке»), сатирических («Дунсиада»). Автор эпитафии на надгробии сэра Исаака Ньютона. Три спутника планеты Уран названы в честь героев комической  поэмы Поупа «Похищение локона»: Белинда, Умбриэль и Ариэль.  Ариэль появлялся ранее  в «Буре» Шекспира, но у Шекспира это дух мужского пола, а у Поупа –  женского.
 (9)  на основе статьи о деменции с сайта  http://myfamilydoctor.ru/demenciya-chto-eto-takoe/
(10) Хорея Сиденгама (хореический гиперкинез, ранее «витова пляска» или «пляска святого Вита»,  от греческого χορεία, вид танца) — синдром, характеризующийся беспорядочными, отрывистыми, нерегулярными движениями, сходными с нормальными мимическими движениями и жестами, но различные с ними по амплитуде и интенсивности, то есть более вычурные и гротескные, часто напоминающие танец.
  Томас Сиденгам  (1624-1689) – знаменитый английский врач, «отец английской медицины», «английский Гиппократ и  реформатор практической медицины в духе Нового времени. Его называли, с некоторыми оговорками,  –  «отцом клинической медицины». Сиденгам отводил первенствующее место фактам и непосредственному наблюдению, рассматривая болезни как процессы, симптомы как нечто чисто внешнее, которое меняется в зависимости от конституции организма.
(11)Фильм «Безумие короля Георга» http://www.kinopoisk.ru/film/7574/
Документальный фильм 2004 http://dokymentalka.ru/load/istoricheskie/naskolko_bezumen_byl_korol_georg_how_mad_was_king_george_2004/11-1-0-8835
(12)Земфира «Небо Лондона»
(13)Зинаида Гиппиус (1869-1945) – поэтесса Серебряного века
(14)   по Н.Сладкову «Земля под облаками» Ленинград 1972 г.
 (15)    Вячеслав Иванов (1866-1949) – поэт Серебряного века
(16)Источник: Три смерти в королевской семье: Георг III, королева Шарлотта и их сын http://englishstory.ru/the-death-of-george-iii-his-wife-and-the-duke-of-kent.html#ixzz37HqRE67w
(17) Порфирия — малоизвестная болезнь, которая проявилась в одном из районов Южной Африки, куда она была занесена голландским поселенцем в 1688 году.  Впоследствии эта болезнь распространилась среди его потомков и была обнаружена также в Швеции.
(18) по материалам книги  «Безумные короли» 
(19)  с сайта http://www.krugosvet.ru/enc/istoriya/GEORG_IV.html
(20)по материалам с Интернета
(21) с  сайта  http://www.anglophile.ru/ru/koroli-korolevy/684-georg-iv-i-vilgelm-iv-1821-1837.html
(22) Лэндор Уолтер Свидж(Walter Savage Landor) (1775-1864) –  знаменитый английский поэт и писатель. Писал с одинаковым совершенством по-английски и по-латыни.
«Воображаемые разговоры» (1824-1829) – свыше  150 диалогов на общественно-политические и литературные темы между людьми разных эпох.
(23) с сайта http://romanbook.ru/book/7948014/?page=14 
 
Рейтинг: +1 296 просмотров
Комментарии (7)
00000 # 23 ноября 2014 в 19:49 0
Нда... порфирия- редкая гадость...
Спасибо, Анечка, за рассказ о короле.
И вообще- спасибо за твой труд. Исторические миниатюры- такая редкость...
Анна Магасумова # 23 ноября 2014 в 19:54 +1
Прочитала недавно о криптоистории - sekret history. "Криптоистория - это творческий метод для создания умного и увлекательного произведения, которое побуждает живую мысль"
00000 # 23 ноября 2014 в 19:55 0
Значит, ты- криптоисторик!!
Анна Магасумова # 23 ноября 2014 в 20:00 +1
Вот -вот! Я в таком мыслеволнении. Столько нового узнала. Сторонники "Новой хронологии" вообще отрицают писаную историю до X века. Мол, источники не ранее XIV века...а история, которую мы изучали и изучаем основана на мифах и легендах..
00000 # 23 ноября 2014 в 20:18 0
Я тоже об этом читала. Потому что истории подлинной почти нет, одно вранье и переделки под власть. Так что, даже с Золотой Ордой много неясностей. Я читала огромную работу какого-то историка, утверждающего, что не было никакого - монголо- татарского ига...
Это как знаменитый Акунинский "Турецкий гамбит"--- много фантазии, а на самом деле- вялая перестрелка между небольшими силами противника...
Анна Магасумова # 23 ноября 2014 в 20:51 +1
Ну, насчёт монголо-татарского ига...меня не переубедишь...Главное - все князья были разобщены и многие на стороне Орды...
00000 # 23 ноября 2014 в 20:58 0
Да,то было...Продавались за "ярлык"..