Свирель

article49365.jpg

 

 

Уж близок миг самораспада, осталось меньше, чем чуть-чуть -
я, Муза, Вас спросить хочу:  зачем? - кому всё это надо?
Кому в комфорт футурозоя, из горемычного "сейчас"
Вы шлете эту горстку фраз, намытую моей слезою?


Кому Вы, грустный слог мой правя, взимаете такую дань,
опалам слез рифмуя грань,  тесня печали в сталь оправы?
Мадам под траурной вуалью, - зачем Вам надо «как болит»,
иль этот скорби монолит - тоска, застывшая в кристалле?


Зачем нужны Вам эти шрамы, всегда щемящие внутри
под сплин ноябрьской зари,  что шлифовали до утра мы?
И как настойчив выбор цели, - ведь Ваш визит всегда спешит
в час одиночества души,  на стон валторны иль свирели.


Лишь выльет вечер грусть-чернила в багрово-пепельный закат,
Вам удается отыскать  склеп, где любовь я схоронила,
и всласть вкусив души недужной бесстыдно-чувственный стриптиз,
- без кружев и  муара риз - в ней анемию обнаружить.


Когда осяду легкой пылью на листья собственных стихов,
кто различит во тьме веков тень силуэтов этих былей?
Кто ужаснется древней болью, из стона высекшей строку,
когда я мирно потеку в летейских волнах горькой солью?


Не знаю смысл, не верю в Лиру, но всё, чем мается душа,
свирель из стебля камыша - доносит, жалуется миру,
сама рыдает над собою, устав мириться и просить,
от неспособности простить,  от несогласия с судьбою...


Свирель - замедленное эхо обид  вчерашнего числа,
где все, что я перенесла – дар Музе плача, на утеху.
Напрасно сон смыкает вежды, пока не кончен ритуал:
гранить очередной опал,  усопшей давеча надежды.


Когда прервет последний выдох души хронический мятеж,
каменья тлеющих надежд устелят путь ей в тень Аида.
Но и в Аду, надменный Демон, моей свирелью ранив слух,-
отринет непокорный дух - лелеять грезы в сад Эдема.


Но не Эдем,  страна иная, где величайшее из прав -
свободный рост безгрешных трав - мой вечный дом, юдоль земная.
Сюда вернется неизбежно,  душа, с себя снимая плоть, -
траве дарить свое тепло,  всю нерастраченную нежность.


И снова будет слушать Муза, что ей нашепчет в дождь косой,
дрожа опаловой росой - травинка,  сникшая от груза...
И вся опаловая россыпь  дефисом ляжет между дат,
когда меня отвергнет Ад, и сад эдемский оземь бросит.


Пусть это называют кармой,  иль исковерканной судьбой,
но мы не властны над собой  и жизнью, прожитой бездарно.
Я лучшей участи не знаю, чем смерть москита в янтаре,
когда его, вдруг на заре - слеза настигла смоляная.


Как вовремя она успела ... и  с архаических времен
из "саркофага" смотрит он,  в агонии  окаменелый.

© Copyright: Татьяна Капутина, 2012

Регистрационный номер №0049365

от 20 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0049365 выдан для произведения:

Уж близок миг самораспада, осталось меньше, чем чуть-чуть -
я, Муза, Вас спросить хочу:  зачем? - кому всё это надо?
Кому в комфорт футурозоя, из горемычного "сейчас"
Вы шлете эту горстку фраз, намытую моей слезою?


Кому Вы, грустный слог мой правя, взимаете такую дань,
опалам слез рифмуя грань,  тесня печали в сталь оправы?
Мадам под траурной вуалью, - зачем Вам надо «как болит»,
иль этот скорби монолит - тоска, застывшая в кристалле?


Зачем нужны Вам эти шрамы, всегда щемящие внутри
под сплин ноябрьской зари,  что шлифовали до утра мы?
И как настойчив выбор цели, - ведь Ваш визит всегда спешит
в час одиночества души,  на стон валторны иль свирели.


Лишь выльет вечер грусть-чернила в багрово-пепельный закат,
Вам удается отыскать  склеп, где любовь я схоронила,
и всласть вкусив души недужной бесстыдно-чувственный стриптиз,
- без кружев и  муара риз - в ней анемию обнаружить.


Когда осяду легкой пылью на листья собственных стихов,
кто различит во тьме веков тень силуэтов этих былей?
Кто ужаснется древней болью, из стона высекшей строку,
когда я мирно потеку в летейских волнах горькой солью?


Не знаю смысл, не верю в Лиру, но всё, чем мается душа,
свирель из стебля камыша - доносит, жалуется миру,
сама рыдает над собою, устав мириться и просить,
от неспособности простить,  от несогласия с судьбою...


Свирель - замедленное эхо обид  вчерашнего числа,
где все, что я перенесла – дар Музе плача, на утеху.
Напрасно сон смыкает вежды, пока не кончен ритуал:
гранить очередной опал,  усопшей давеча надежды.


Когда прервет последний выдох души хронический мятеж,
каменья тлеющих надежд устелят путь ей в тень Аида.
Но и в Аду, надменный Демон, моей свирелью ранив слух,-
отринет непокорный дух - лелеять грезы в сад Эдема.


Но не Эдем,  страна иная, где величайшее из прав -
свободный рост безгрешных трав - мой вечный дом, юдоль земная.
Сюда вернется неизбежно,  душа, с себя снимая плоть, -
траве дарить свое тепло,  всю нерастраченную нежность.


И снова будет слушать Муза, что ей нашепчет в дождь косой,
дрожа опаловой росой - травинка,  сникшая от груза...
И вся опаловая россыпь  дефисом ляжет между дат,
когда меня отвергнет Ад, и сад эдемский оземь бросит.


Пусть это называют кармой,  иль исковерканной судьбой,
но мы не властны над собой  и жизнью, прожитой бездарно.
Я лучшей участи не знаю, чем смерть москита в янтаре,
когда его, вдруг на заре - слеза настигла смоляная.


Как вовремя она успела ... и  с архаических времен
из "саркофага" смотрит он,  в агонии  окаменелый.

Рейтинг: +3 174 просмотра
Комментарии (4)
Сергей Мор # 22 мая 2012 в 14:47 0
5min live1
Татьяна Капутина # 25 мая 2012 в 10:44 0
Счастлива Вашим Браво!
Благодарю! sneg
Марина Попова # 1 сентября 2012 в 05:03 0
Татьяна Капутина # 5 сентября 2012 в 21:59 0
Спасибо, Марина!
Рада Вашему визиту, впечатлению и этой царственной розе!
Популярные стихи за месяц
91
80
70
64
63
58
57
56
54
54
52
52
52
51
49
49
48
48
47
47
45
45
40
40
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
38
37
34
34
30