Мой мир

24 апреля 2013 - Григорий Стольников
article132998.jpg

Из мира, полного лжи и порока,

В котором звучал глас святого Пророка,

Я бы хотел улететь в новый мир,

За это любому устроил бы пир.

 

В мире том горят все огни,

Вдаль влекут за собою они.

Вдали видно много разных чудес,

И путь мой пошел через сказочный лес.

 

Тропинка лесная меня привела

К опушке, где земляника цвела;

И сотни цветов, лепестками маня,

К истоку реки подводили меня.

 

В реку полную рыб косяков,

Я без раздумий был прыгнуть готов.

Вода, своей чистотою пленя,

Оставить никак не желала меня.

 

Сумев снять оковы чудесного плена,

Я пред собой увидел стог сена,

Без края луга

И скот пастуха.

 

Но там, вдалеке, за лугами, она-

До неба высокая чудо - гора.

К ней, столь прекрасной, иду я теперь,

И буду я быстр, как радостный зверь.

 

Пройдя те поля, где пшеница росла,

Увидел, как с неба спускается мгла.

Пришла мне пора устроить привал,

Хоть я и несильно, признаться, устал.

 

А ночь коротка,

Но прекрасна, однако,

Ведь твердо хранит неба звезд красоту,

Боится лишь света, зари полосу.

 

Я на землю прилег;

Удержаться не смог,

И на небо взор свой направил.

Я случайно подумал и понял, что вокруг для меня нету правил.

Звезд океан вмиг меня поглотил,

И этот захват добавил мне сил.

Когда я смотрел на звезд бесконечность,

Я вдруг для себя осознал жизни вечность.

 

Плывя по бескрайним, по тем океанам,

Я предавался душевным исканиям.

 

Но кончился путь по небу ночному,

И был я подобен совершенно слепому,

Поскольку очи мои полны были света;

Восход. Вот причина, виновная в этом.

 

Проснувшись, умылся

И вдоволь напился,

Собрал все, что было,

Ничто не забыто.

 

И вот путь продолжен,

Идти снова должен;

Ни дня не желаю теперь потерять,

Хочу я в горах себя обретать.

 

Дошел я до склона,

И ждет он поклона,

Начало вот, здесь, обретает гора,

На ней силу мира собирает душа.

 

Ущелья стены давили меня,

Но ощущала свободу душа.

А рядом со мной бежала река,

Течением сильным обладала она.

 

Но времени нет любоваться рекой,

Мои ноги скованы верной тропой,

Ведущей к вершине,

Моей личной цели.

 

Я двигался дальше, не видя преград,

Признаться, этому был очень рад;

Ведь если верно движешься к цели,

То никогда не сядешь на мели.

 

И вот снова ночь.

Небо – раб грозных туч.

И молний удары, как стук барабана,

И дождь так силен, как удары обмана.

 

До нити промокнув, я вдруг увидал

Грот небольшой, он не слишком был мал.

Решив в нем согреться, костер я разжег,

И чуть одеяния свои не поджег.

 

Я славно поел,

Что найти я сумел;

И сладко заснул,

Хоть ветер и дул.

 

Во сне я увидел, такое явление,

Которое сам назвал бы «видение».

Я видел туман, видел странную тень,

Но образ остался, похожий на дверь.

 

Проснувшись, увидел я тот же туман,

И это был точно не подлый обман.

Но ждать не намерен, и в путь мне пора,

Ответственность всю беру на себя.

 

Я двинулся вглубь туманного дыма,

Встречай же, природа, блудного сына.

И тут неожиданно, врезавшись в пень,

Я пред собой увидел ту тень.

 

Я быстро узнал ее очертания,

И душу мои охватили терзания.

Я думал: «А стоит ли мне идти к этой тени?

Или  просто продолжить путь к своей цели?»

 

Но любопытство одолело меня,

И тень все манила, свою тайну храня.

 

Я подошел к тени и понял одно,

Что кем-то когда-то было все решено,

И встреча моя с этой тьмой

Предрешена моею судьбой.

 

Я подошел и вмиг обомлел,

Ведь предо мной сидел человек:

Улыбкой сияло в морщинах лицо,

А на руке сияло кольцо.

Длиной до колен была борода,

Она, как и пряди волос, вся седа,

Глаза были цвета чистейшего неба,

Одежда полна была серого цвета.

 

Ростом он был чуть выше меня,

И шляпой укрыта его голова.

Таки предо мной предстал этот старец,

По свету бродивший мудрый скиталец.

 

Он начал первым наш разговор,

И голос по силе был громче, чем гром:

- Я знаю, что много вопросов имеешь,

Я дам ответы, не пожалеешь.

 

- Я вижу, что мудрость храните в себе,

Дорогу проложите Вы мне по судьбе.

- Ты думаешь, я способен на это?

Могу ли навеки оставить лишь лето?

 

Ведь лета судьба – каждый год к нам являться,

И в этот же год с нами горько прощаться.

Хоть лето люблю, но я не могу

Исправить печальную лета судьбу.

 

- Я был бы не против вернуться назад,

И в прошлом жизнь свою поменять.

- Вернуться назад – печальное дело,

Хоть многие мыслят, что действуют смело.

 

В прошлом конец, все кончено там,

Не надо покой искать в нем всем нам.

Запомни, что скрыто от нас понимание,

Нам никогда не постичь того знания,

 

Как правильно и без ошибок пройти

По жизни проложенному нами пути.

- И если все – правда, что ты говоришь,

Скажи, почему ты так странно молчишь?

 

- Молчание уст – это разума свет,

В котором находишь на все ты ответ:

Что другу сказать,

Что ему пожелать;

 

Как действовать в ту иль иную минуту,

Как из души изгнать злую смуту.

Молчи, когда просит это душа,

Она не подводит нас никогда.

 

- А что если плачет о ком-то душа?

Скажи, что нужно делать тогда?

- Я скажу так: «Я – не истины луч,

Я лишь старый старец, но во многом могуч».

 

И все же вернемся к предмету исканий,

К душе полной горьких и страшных страданий.

Если о ком-то плачет горько душа,

Ты действуй, как скажет сердце тогда.

Оно может дать совет очень верный,

Он сильно поможет, будь в этом уверен.

 

Молчание склоны покорило в тот миг,

Оно же затронуло в снегах горный пик.

 

«А думал ли ты о время течении? –

И этот вопрос меня ввел в смятение, –

Ты думаешь, что наш разговор длится час?

Запомни, для вечности это как будто сейчас».

 

Промолвив слова, он привстал,

И тут же туман густотою напал;

Опершись на посох, и вдаль посмотрев,

Сказал он: «Прощай!» И сразу исчез.

 

Остался один я посреди гор,

А душу мою покинул зла сор.

Постоял я, подумал и дальше пошел,

Ведь путь предначертан самой был судьбой.

 

Отныне светом сияла тропа,

Словно все было порождением сна.

Я по пути встретил водопадов каскад,

Душевная грусть пошла вся на спад.

 

В брызгах воды, в ее каплях и всплесках

Создал сотни радуг Всевышний Аллах.

Сверкали на солнце у рыбы чешуйки,

А рядом летели белоснежные утки.

 

Красотой пораженный я снова в пути,

А в небе летят, надо мной, журавли;

Откуда они, я не знаю, и всё же,

Они в моем сердце остались все тоже.

 

Тропа все сужалась, но чувствовал я,

Что цель моих странствий не так далека.

О скалы скребутся небес облака,

И солнца в глаза светит мне полоса.

 

Я чувствовал, что близок солнца закат,

Его приближению почему-то я рад.

Шаг сделан последний, и цель предо мной,

И поражен я вновь красотой.

 

Поднявшись к вершине, увидел поляну,

И вновь подчинился густому туману;

Но быстро растаял серый дурман,

Снял с моих глаз свой коварный обман.

 

Поляна вся в зелени, с ромашки цветами,

И плющ обвивал камни кнутами.

Из груды камней бил водный ручей,

Услада для глаз, для томных очей.

 

Ручей вниз по склону спускался к елям,

В движении своем был он очень упрям.

Он камни и кочки бесстрашно прошел,

И вдаль, неизвестно куда, от истока ушел.

 

Заката лучи наполняли пространство,

Покинуло мир теперь все коварство.

Я понял, что не был путь мой напрасен,

А был он чудесен, был он прекрасен.

 

Идя по нему, видел красоту мира,

В которой хранилась непомерная сила.

Стоял, ощущая все прелести жизни,

В душе звучали все новые песни.

 

Вдали, в синеве, я видел лишь горы,

Отныне душа прибывает в покое.

 

© Copyright: Григорий Стольников, 2013

Регистрационный номер №0132998

от 24 апреля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0132998 выдан для произведения:

Из мира, полного лжи и порока,

В котором звучал глас святого Пророка,

Я бы хотел улететь в новый мир,

За это любому устроил бы пир.

 

В мире том горят все огни,

Вдаль влекут за собою они.

Вдали видно много разных чудес,

И путь мой пошел через сказочный лес.

 

Тропинка лесная меня привела

К опушке, где земляника цвела;

И сотни цветов, лепестками маня,

К истоку реки подводили меня.

 

В реку полную рыб косяков,

Я без раздумий был прыгнуть готов.

Вода, своей чистотою пленя,

Оставить никак не желала меня.

 

Сумев снять оковы чудесного плена,

Я пред собой увидел стог сена,

Без края луга

И скот пастуха.

 

Но там, вдалеке, за лугами, она-

До неба высокая чудо - гора.

К ней, столь прекрасной, иду я теперь,

И буду я быстр, как радостный зверь.

 

Пройдя те поля, где пшеница росла,

Увидел, как с неба спускается мгла.

Пришла мне пора устроить привал,

Хоть я и несильно, признаться, устал.

 

А ночь коротка,

Но прекрасна, однако,

Ведь твердо хранит неба звезд красоту,

Боится лишь света, зари полосу.

 

Я на землю прилег;

Удержаться не смог,

И на небо взор свой направил.

Я случайно подумал и понял, что вокруг для меня нету правил.

Звезд океан вмиг меня поглотил,

И этот захват добавил мне сил.

Когда я смотрел на звезд бесконечность,

Я вдруг для себя осознал жизни вечность.

 

Плывя по бескрайним, по тем океанам,

Я предавался душевным исканиям.

 

Но кончился путь по небу ночному,

И был я подобен совершенно слепому,

Поскольку очи мои полны были света;

Восход. Вот причина, виновная в этом.

 

Проснувшись, умылся

И вдоволь напился,

Собрал все, что было,

Ничто не забыто.

 

И вот путь продолжен,

Идти снова должен;

Ни дня не желаю теперь потерять,

Хочу я в горах себя обретать.

 

Дошел я до склона,

И ждет он поклона,

Начало вот, здесь, обретает гора,

На ней силу мира собирает душа.

 

Ущелья стены давили меня,

Но ощущала свободу душа.

А рядом со мной бежала река,

Течением сильным обладала она.

 

Но времени нет любоваться рекой,

Мои ноги скованы верной тропой,

Ведущей к вершине,

Моей личной цели.

 

Я двигался дальше, не видя преград,

Признаться, этому был очень рад;

Ведь если верно движешься к цели,

То никогда не сядешь на мели.

 

И вот снова ночь.

Небо – раб грозных туч.

И молний удары, как стук барабана,

И дождь так силен, как удары обмана.

 

До нити промокнув, я вдруг увидал

Грот небольшой, он не слишком был мал.

Решив в нем согреться, костер я разжег,

И чуть одеяния свои не поджег.

 

Я славно поел,

Что найти я сумел;

И сладко заснул,

Хоть ветер и дул.

 

Во сне я увидел, такое явление,

Которое сам назвал бы «видение».

Я видел туман, видел странную тень,

Но образ остался, похожий на дверь.

 

Проснувшись, увидел я тот же туман,

И это был точно не подлый обман.

Но ждать не намерен, и в путь мне пора,

Ответственность всю беру на себя.

 

Я двинулся вглубь туманного дыма,

Встречай же, природа, блудного сына.

И тут неожиданно, врезавшись в пень,

Я пред собой увидел ту тень.

 

Я быстро узнал ее очертания,

И душу мои охватили терзания.

Я думал: «А стоит ли мне идти к этой тени?

Или  просто продолжить путь к своей цели?»

 

Но любопытство одолело меня,

И тень все манила, свою тайну храня.

 

Я подошел к тени и понял одно,

Что кем-то когда-то было все решено,

И встреча моя с этой тьмой

Предрешена моею судьбой.

 

Я подошел и вмиг обомлел,

Ведь предо мной сидел человек:

Улыбкой сияло в морщинах лицо,

А на руке сияло кольцо.

Длиной до колен была борода,

Она, как и пряди волос, вся седа,

Глаза были цвета чистейшего неба,

Одежда полна была серого цвета.

 

Ростом он был чуть выше меня,

И шляпой укрыта его голова.

Таки предо мной предстал этот старец,

По свету бродивший мудрый скиталец.

 

Он начал первым наш разговор,

И голос по силе был громче, чем гром:

- Я знаю, что много вопросов имеешь,

Я дам ответы, не пожалеешь.

 

- Я вижу, что мудрость храните в себе,

Дорогу проложите Вы мне по судьбе.

- Ты думаешь, я способен на это?

Могу ли навеки оставить лишь лето?

 

Ведь лета судьба – каждый год к нам являться,

И в этот же год с нами горько прощаться.

Хоть лето люблю, но я не могу

Исправить печальную лета судьбу.

 

- Я был бы не против вернуться назад,

И в прошлом жизнь свою поменять.

- Вернуться назад – печальное дело,

Хоть многие мыслят, что действуют смело.

 

В прошлом конец, все кончено там,

Не надо покой искать в нем всем нам.

Запомни, что скрыто от нас понимание,

Нам никогда не постичь того знания,

 

Как правильно и без ошибок пройти

По жизни проложенному нами пути.

- И если все – правда, что ты говоришь,

Скажи, почему ты так странно молчишь?

 

- Молчание уст – это разума свет,

В котором находишь на все ты ответ:

Что другу сказать,

Что ему пожелать;

 

Как действовать в ту иль иную минуту,

Как из души изгнать злую смуту.

Молчи, когда просит это душа,

Она не подводит нас никогда.

 

- А что если плачет о ком-то душа?

Скажи, что нужно делать тогда?

- Я скажу так: «Я – не истины луч,

Я лишь старый старец, но во многом могуч».

 

И все же вернемся к предмету исканий,

К душе полной горьких и страшных страданий.

Если о ком-то плачет горько душа,

Ты действуй, как скажет сердце тогда.

Оно может дать совет очень верный,

Он сильно поможет, будь в этом уверен.

 

Молчание склоны покорило в тот миг,

Оно же затронуло в снегах горный пик.

 

«А думал ли ты о время течении? –

И этот вопрос меня ввел в смятение, –

Ты думаешь, что наш разговор длится час?

Запомни, для вечности это как будто сейчас».

 

Промолвив слова, он привстал,

И тут же туман густотою напал;

Опершись на посох, и вдаль посмотрев,

Сказал он: «Прощай!» И сразу исчез.

 

Остался один я посреди гор,

А душу мою покинул зла сор.

Постоял я, подумал и дальше пошел,

Ведь путь предначертан самой был судьбой.

 

Отныне светом сияла тропа,

Словно все было порождением сна.

Я по пути встретил водопадов каскад,

Душевная грусть пошла вся на спад.

 

В брызгах воды, в ее каплях и всплесках

Создал сотни радуг Всевышний Аллах.

Сверкали на солнце у рыбы чешуйки,

А рядом летели белоснежные утки.

 

Красотой пораженный я снова в пути,

А в небе летят, надо мной, журавли;

Откуда они, я не знаю, и всё же,

Они в моем сердце остались все тоже.

 

Тропа все сужалась, но чувствовал я,

Что цель моих странствий не так далека.

О скалы скребутся небес облака,

И солнца в глаза светит мне полоса.

 

Я чувствовал, что близок солнца закат,

Его приближению почему-то я рад.

Шаг сделан последний, и цель предо мной,

И поражен я вновь красотой.

 

Поднявшись к вершине, увидел поляну,

И вновь подчинился густому туману;

Но быстро растаял серый дурман,

Снял с моих глаз свой коварный обман.

 

Поляна вся в зелени, с ромашки цветами,

И плющ обвивал камни кнутами.

Из груды камней бил водный ручей,

Услада для глаз, для томных очей.

 

Ручей вниз по склону спускался к елям,

В движении своем был он очень упрям.

Он камни и кочки бесстрашно прошел,

И вдаль, неизвестно куда, от истока ушел.

 

Заката лучи наполняли пространство,

Покинуло мир теперь все коварство.

Я понял, что не был путь мой напрасен,

А был он чудесен, был он прекрасен.

 

Идя по нему, видел красоту мира,

В которой хранилась непомерная сила.

Стоял, ощущая все прелести жизни,

В душе звучали все новые песни.

 

Вдали, в синеве, я видел лишь горы,

Отныне душа прибывает в покое.

 

Рейтинг: +3 709 просмотров
Комментарии (5)
Borya de la Luna # 24 апреля 2013 в 17:54 +2
Григорий! Ваше произведение просто великолепно, божественно, прекрасно! Оно настолько пронизано душой и любовью к природе, к жизни! Оно не может не заворожить ум читателя) Вы просто большой молодец! Вам удалось своим произведением довести меня до мурашек, а ведь это высшая похвала) Литературный дебют удался с чем вас и поздравляю от всей души!
Ингрид Зелинская # 26 апреля 2013 в 15:06 +1
Браво, Григорий, просто нет слов) buket7
Григорий Стольников # 27 апреля 2013 в 00:12 +1
Благодарю за столь лестные слова в мой адрес))
Игорь Махов # 29 апреля 2013 в 02:23 +1
best Просто великолепно.
Григорий Стольников # 15 мая 2013 в 17:14 +1
Очень лестно слышать такие слова от такого маститого поэта)))