ГлавнаяПоэзияПародии и юморИронические стихи → Конец "Святых мощей" 3 - продолжение

 

Конец "Святых мощей" 3 - продолжение


 

 

 

...продолжение:

 

 

 

 

 

 

  Глава 5.

       Служба близится к концу, пот струится по лицу. Уф,
хвала Святому Духу, Богу Сыну и Отцу!   Поп "Аминь!"
провозгласил. Смолк. Кадило загасил. Серафим захлопнул
требник и упал, лишившись сил, головою на амвон. Дрогнул храм, раздался звон, распугавший с колокольни,
стаи галок ворон. Поп сберёг свой коллектив, дьяка к
жизни возвратив, окропив "святой водою" и кагором
причастив.
      Отец Евлампий:   -  Бедолага, весь взопрел! Без привычки угорел.  Ба! Уже глаза открылись, оклемается
пострел! Бойкий малый этот дьяк, пил и водку и коньяк,
самогон и "бормотуху", но держался – здоровяк!
     А на танцах говорят, отметелил всех подряд. До сих
пор, считая зубы, Серафима матерят! Он их ловко при-
струнил, я признаюсь, оценил, в души этаких болванов,
"искру Божью" заронил! Ну, очухался, милок? Чтоб никто
не уволок, отнесём ларец с мощами в наш заветный
уголок. Да зашторь иконостас, а не то, неровён час,
чудотворную икону умыкнут, как в прошлый раз!  Весь
церковный инвентарь надо складывать в алтарь. Там
серебряные кубки, яшма, жемчуг и янтарь. Но реликвия
одна, мне особенно ценна!  - И достал из-под престола
"четверть" хлебного вина. – Сколько носом не крути,
здесь супруге не найти. По церковному канону, не моги
в алтарь войти!  --
      А пока святой отец, резал хлеб и огурец, Серафим со
всем вниманьем стал исследовать ларец.
И перехватило дух…. Он едва не вскрикнул вслух, разгля-
дев в укромном месте, комбинацию из двух, чуть замет-
ных надписей – сверху "Made in USA", а пониже полукругом
"Mr. Pitkin C.I.A."
Геркулесов: - Этот Питкин нам знаком. Он давно « под
колпаком»! То зарядит сигареты ядовитым табаком,
( удалось разоблачить, задержать и уличить, трёх
агентов, что пытались их на улице всучить), то метлу
изобретёт…. Кто её приобретёт - беспрепятственно
шпионит, все следы сама метёт! Как-то раз соорудил и
взрывателем снабдил, термоядерную булку, чем нача-
льству угодил! Чтоб стрелять из-за угла, им придумана
была, специальная винтовка с искривлением ствола!
        "Сумасшедший Эдисон", враг влиятельных персон,
сионист закоренелый и отъявленный масон, это он
сфабриковал, а читатель смаковал, отвратительные
снимки, что "Playboy" публиковал. Брал поганец наш
журнал. Резал, клеил и корнал, испохабив и опошлив,
сколько мог оригинал! Получалось, посмотрев, что при-
личия презрев, Валентина Терешкова наша "Чайка",
озверев и раздевшись догола, в том, в чём мама родила,
в Комитете наших женщин заседание вела! Или Агния
Барто, распахнув своё манто, демонстрирует бесстыдно всем подряд, известно что! Белый свет
теперь не мил и померк для двух Людмил – он и Зыкину с
Турищевой  публично осрамил! Лучших женщин очернил и
в разврате обвинил, да на "Острове Свободы" чуть беды
не учинил!
Взгляды пестует среда. Не у всех и не всегда, шерсть, растущую на морде – величают "борода". Для "барбудас",
это флаг. Символ, стиснутый кулак и "трамплин для
мандавошек" у хиппующих салаг! С вышесказанным в
связи, не мешало бы вблизи, разглядеть как образ Кастро
тщились вывалять в грязи! "Дядя Сэм" лишь с виду смел.
На Фиделя зуб имел, но расправиться открыто не решился. Не посмел! Но зато исподтишка, при посред-
стве порошка, что сварганил м-р Питкин из лесного
корешка можно многого достичь, не придётся брить и
стричь – полиняет и облезет, как ощипанная дичь!
      Питкин ссыпал порошок в целлофановый мешок,
нацарапал на открытке поздравительный стишок:
"Этот ценный витамин, шлёт товарищ Хо-Ши-Мин, он
полезнее женьшеня, ароматен как жасмин. От недугов
и хвороб, что людей вгоняют в гроб, это лучшее лекар-
ство. Дохнет вирус и микроб! Ежедневно раза три,
зельем бороду натри, но потом не умывайся и в зерцало
не смотри!" –"Понапишут ерунду, "Дядя Сэм", How do you
do?" – Умудрённый жизнью Кастро, ухмыльнулся в бороду –"Не обманете меня!" – и "троянского коня",
гордый сын свободной Кубы, просто взял и не принял! -
       Серафим захлопнул ларь. – Питкин,- гнусный « золо-
тарь», святотатственной подделкой испохабил весь
алтарь! А Евлампий, вот болван, знай,камлает как шаман,
правда, он на этом деле всё равно набил карман.
Развалился, словно куль и бахвалится куркуль, хоть его
заслуги в этом, прямо скажем – "ровно нуль"! -
      Евлампий:  - Щас дела пошли бойчей. От продажи куличей много выгод ощущаю, да от восковых свечей!
…А святые образки? Вроде мелочь, пустяки. Но и с них
доход немалый – денег полные чулки! Или крестики…
Заметь – ширпотреб. Латунь да медь, но продай-ка за
день тыщу, сколько можно поиметь?! А туристы прут
и прут, всё хватают, всё берут. С колбасой одних прос-
форок уйму чёртову сожрут! Измоталась попадья, Марфа
Саввишна моя, даже малость исхудала от такого жития!
Цельный день – квашня да печь, не присесть и не прилечь.
Хоть умри "Христовым телом" эту прорву обеспечь! От
былых десьти пудов, после этаких трудов, пуда два уже
пропали – испарились без следов. Говорю Марфуше:
-"Мать, надо помощь нанимать. Красота дороже денег!
Это надо понимать"-  Да и мне уже зело, в одиночку
тяжело, храм-то строился в расчёте на деревню. На село.

 

 

 

 

 

 

У распятого Христа толчея и теснота. Нет воз-
можности молиться – диспозиция не та! Не приходится
скучать, то крестить, то обвенчать….

 

 

 

 

 

 

Но теперь с твоим приездом, уж должно бы полегчать!

 

 

 

 

 

 

...Чай вдвоём потянем воз, коли платят за извоз -

 

 

 

 

 

 

 

 

 – не валяются
купюры на дороге, как навоз! Если, боже упаси, не наврало
Би-Би-Си, то на Пасху к нам приедет Патриарх Всея Руси.
Обратимся к мастерам. Пусть построят новый Храм, нам теперь ютиться в этом, несолидно. Просто срам!
       Мы с тобою, Серафим, Патриарху потрафим …
Есть один такой умелец. Наш стожковский – дед Ефим.
Он и плотник, и столяр, слесарь, каменщик, маляр…
Супротив Ефима всякий – неумеха и школяр!
Всё Ефиму по плечу! Я мечтаю и хочу, чтобы прямо после
службы, каждый мог отлить мочу, не на стенку за крыль-
цом, с перекошенным лицом, а воспользовался платным
сантехническим дворцом! Чтобы пахло резедой, чтоб
стояли чередой автоматы со "святою" газированной
водой! А кабинки – обалдеть! Любо – дорого сидеть.
Можно музыку послушать и газеты проглядеть.
Невозможно передать, как приятно "заседать", по
домашнему уютно – просто Божья благодать! -
   

 

 

 

 

 

 

 

 

Геркулесов:- Ну, Евлампий, ты хватил! Гимн сортиру
посвятил, но один нюанс серьёзный упустил, не осветил.
Коль уж строишь, то прости, всем, чем надо оснасти.
Пусть почувствуют клиенты руку "мастера кисти"!
Чтоб не просто пофорсить, а от "вечного вкусить" надо
будет Тинторетто с Рафаэлем пригласить. Шиковать
так шиковать, чтобы им не пустовать на библейские
сюжеты потолки разрисовать! -
   

 

 

 

 

 

 

Евлампий: - Как их кличут, говоришь? Мудрено, однако,
ишь! Сгоряча язык сломаешь, а имён не повторишь. Что
за люди, дай ответ, православные иль нет? Может им
мозги засрали Моисей, да Магомет! Итальянцы? Нет,
уволь! Знаем эту рвань и голь. Ихний гадский Римский
Папа, нам давно натёр мозоль! Ненадёжный элемент.
Заключишь ангажемент, а они тебя бесстыдно подведут
в любой момент. Обобрал и был таков! Да оставил без
портков. Безопасней и дешевле из своих. Из русаков!
Я бы Шишкина позвал. Вот мой светлый идеал! Помнишь,
мишек косолапых на конфетах рисовал? –

 

 

 

 

 

 

 - «Ренессанс-манессанс, барокко-марокко, ампир-вампир!»
            Что у нас своих Рублёвых не бывало?            
                   «валютных» нам  не надобно! -
           Это каламбур – весёлая шутка. Игра слов.
Здесь уместно улыбнуться. Рекомендуется усмехнуться
и даже ухмыльнуться. Допускается также засмеяться и
       расхохотаться. Впрочем, «покатываться» и   
         «захлёбываться» - тоже не возбраняется! -         

 

 

 

 

 

 

        Серафим разинул рот. – Интересный поворот!
Притворяется Евлампий, или впрямь такой урод?!
Может батюшка хитрит, просто голову дурит, это ж
просто бред собачий, то, что он здесь говорит! Видно,
та ещё лиса! Пудрит мозги два часа, но каналья, про-
болтался – слушал "вражьи голоса"! Циник, пьяница и
жлоб, тут причин довольно чтоб, досконально разоб -
раться, что за "птица" этот 

 

 

 

 

 

 

  Глава 6.
    
     Спит стожковский Вавилон, ночь взяла его в полон.
Притомились. Завтра утром снова к мощам на поклон.
Возле храма ни души. Тихо. Пусто, хоть пляши. В это
время здесь спокойно – это днём кишмя кишит!
      Но отчётливо видны, при наличии луны, как какие-то
фигуры отделились от стены. Миновали двор, погост,
перешли скрипучий мост, поминутно озираясь, уж не сел
ли кто "на хвост". Всем известно – лунный свет попадая
на предмет, обрисовывает странный нереальный силуэт
Вид у парочки смешон. Кто в эстраде искушён, усмехнулся бы контрасту – просто Пат и Паташон!
      Тот из них, который Пат, одевается – отпад! Погля-
дишь и сразу скажешь – "хиппи или психопат!" Волосищи
до спины, на верзиле не штаны, а какая-то хламида
офигительной длины. Паташон -   хоть толст на вид -
суетлив и деловит, вьётся рядом мелким бесом, всё
разнюхать норовит. Видно стаж приобретал.
Пинкертоном стать мечтал. Так старался, пригибался,
аж на четвереньки встал! Из двоих, у одного сзади нету
ничего… У другого хвост пушистый и вцепилися в него,
средь колючек и трухи, разной мелкой шелухи,

 

 

 

 

 

 

да катаются бесплатно, две нахальные блохи! И попробуй
уничтожь. Их и танком не возьмёшь. Чёрта с два ещё
задавишь, если к ногтю не прижмёшь!
      Не спешите упрекать, дескать: "Хватит завлекать,
объяснил бы лучше толком, чем туману напускать!"
Но у нас-то детектив….  Где-то, что-то сократив -
преступил законы жанра. В результате – примитив!
      Эдгар По, тот обожал, чтоб читатель задрожал,
обливался липким потом и от ужаса визжал!
      Чтоб от мэтров не отстать, дилетантом не предстать мне приходится невольно эти тайны наг-
нетать. Есть незыблемый канон, для успеха важен он
и его не нарушали Конан- Дойль и Сименон!
      Кто крадётся, вам решать, я не стану вам мешать,
мне тем паче не пристало этих правил нарушать!
    

 

 

 

 

 

 

  Впрочем, умный всё равно, догадался бы давно - это
давешний Василий с Серафимом заодно.
      Кот понятно – зверь ночной, чтобы пищею мясной,
вволю досыта питаться, так крутись как заводной.
      Ну а что же тот второй – самый главный наш герой,
что его – то заставляет шляться этакой порой?
      Кто сумеет раскопать, что дьячку мешает спать,
заставляет по оврагам рясу новую трепать?
Дьяк не самый высший сан, это каждый знает сам, но и
с ним не подобает ночью шастать по лесам!

 

 

 

 

 

 

 - …Знаю, знаю! Упрекнёте, дескать: «дьяк», «дьякон» и
«дьячок» - это не одно и то же, суть понятия разные!
Вы это бросьте! Для пролетарского поэта, что всего
     важнее? Чтобы складно было! Нас ПАРТИЯ учит:
                   «Форма важнее содержания!»  
            Каково общество – такова и поэзия! -

 

 

 

 

 

 

 Что ж, вполне имеет быть, вы успели позабыть, кто
под видом Серафима исхитрился к нам прибыть.
     Должен прямо заявить, ведь чего душой кривить -
контрразведчик бдит ночами, чтоб шпионов изловить!
Васька, преданный вассал, слов на ветер не бросал, с
шифрпланом Серафима, всю округу прочесал. Глаз две
ночи не смежил и патрону доложил…
   
   Василий:   -  Есть, нашёл! Тайник в часовне, где Мичурин
раньше жил. Знатный селекционер, главный генный ин-
женер, садовод, " король гибридов " и биолог- пионер, он
в компании "светил" нашу местность посетил и особое
вниманье на часовню обратил.

 

 

 

 

 

 

Прежде, в царскую пору,  та стояла на юру,

 

 

 

 

 

 

обжигаемая солнцем, под дождём и на
ветру. Академика ВАСХНИЛ вид строения пленил: --
" Впредь здесь будет Храм Науки!"- так он веско обронил.
     

 

 

 

 

 

 

Церковь" против" – ерунда! В те тридцатые года,
отобрать у них часовню не составило труда. Ведь
" актив " понятно « За!» – посему, залив глаза, всей
колхозной партячейкой обдирали образа. Помня ленинский завет :

 

 

 

 

 

 

-" Вера – тьма, наука – свет!" -
на фасаде написали "Тьфу на небо – бога нет!"
     Две полуторки пыля, завозили мебеля. Конуру  соо-
рудили, привязали кобеля. На телегах приканал, разный
мелкий персонал, разгрузивший у часовни свой научный
арсенал. Сорок ящиков добра сторожил стрелок ВОХРА,
всё на месте, честь по чести – гимнастёрка, кобура.
 

 

 

 

 

 

 

   Словом, худо ль – хорошо, дом учёным отошёл и
работа закипела, так сказать "процесс пошёл!"
    План составлен. Цель ясна. Всем инструкция дана:
"Эта вымоет посуду, тот просушит семена!" – Кто-то
стряпает обед. Кто суммирует дебет, кто с граблями
и лопатой в огороде гнёт хребет. А дотошливый завхоз
вызвал массовый психоз тем, что в список инвентарный
даже лампочки занёс!
     Расфуфырен как фазан, прибыл старый куртизан, сам
Мичурин на "Паккарде", и при нём такой "розан"!  Ахнет
даже Голливуд. Музой барышню зовут. В фельдепёр -
совых чулочках и с машинкой "Ундервуд".
    Долго опыты велись и наверно удались. Удивительные
вещи там твориться начались.  Нечто, как по волшебству, что противно естеству, превратило в лес
дремучий однолетнюю траву! Всё вокруг на сотни "га" -
холм, речные берега стало морем злой крапивы - джунгли
сельва и тайга! Прозевал, не уследил, тот, кто опыт
проводил – сам пропал и штат научный в плен колючий
угодил. И ничем помочь нельзя. Знать бы им, " гранит
грызя ", до чего порой доводит нас научная стезя!
      Снарядил для них колхоз, провиантовый обоз.
    …Ничего не получилось. Не пробился, не довёз!
Эти стебли не брала ни двуручная пила, ни коса, ни даже
жатка брешь проделать не смогла! Сельсовет составил
акт, мол: " Зарос проезжий тракт. Невозможно к ним
пробиться. Вот такой прискорбный факт…" Важный
эксперт из Москвы, констатировал: - Увы! Все должно
быть околели без "Казбека" и жратвы.   Раз нельзя пробить проход, надо их списать в "расход", потому как
неизбежен отрицательный исход! "-
      ТАСС в эфире передал, что Мичурин "дуба дал"- наряду с Джордано Бруно за науку пострадал!   
      
   - «Безжалостный Молох Вейсманизма - Морганизма
 вырвал из наших рядов,… но генетика – эта продажная
девка империализма жестоко просчиталась! Стройными
рядами, под руководством Великого Сталина, мы все
как один, в ногу, плечом к плечу, рука об руку, ноздря в
ноздрю…
                         ( Из выступления Президента ВАСХНИЛ
                                   академика-орденоносца Т.Д.Лысенко.)                                    
 

 

 

 

 

 

 

Журналистам был
предлог отточить "высокий слог". Даже члены Совнар-
кома подписали некролог! Мировой конгресс "светил",
заседанье посвятил скрупулёзному подсчёту, что
усопший, с чем скрестил. …" Был покойник башковит, на
идеи плодовит!  Как-то, помнится, картофель был на
яблоню привит. Смело, что не говори, но почисть, да
отвари – с виду будто бы картошка, только семечки
внутри. Ну а ежели размять, то и вовсе не понять - есть
гарниром, или к чаю как повидло применять! Все сошлися
под конец, что селекции венец, это выросший на грядке
малосольный огурец! Мэтры радуясь, брюзжа ль, но
внесли его в скрижаль. Лицемерно повздыхали: " Жаль,
конечно. Очень жаль!" Лились речи как вода. Так бывает
иногда – помянули, закусили и забыли навсегда.
                    

 

 

   Акт о списании.
    Списанию подлежат:
 1. Косы литовки – 8 (вдребезги ).
 2. Пилы двуручные - 3 ( вдрызг ).
 3. Жатка на конной тяге - 1 (пошла вразнос ).
 4. Мерин Сивка – 1 ( околел ).
 5. Провиант – 8 подвод ( схарчили мужики ).
 6. Папиросы «Беломорканал» - 300 пачек.
 7. Спирт – 1 бочка ( на растирания, крапива больно злая ).
                             Предсельсовета: ( подпись )  С.Явкин.
                                          Парторг: ( подпись ) М.Оськин.
      
  Институтский филиал, что в часовне прибывал, у
соратников тем паче интерес не вызывал. И стоят до
сей поры прочно, даром что стары – не боятся эти стены ни мороза, ни жары – за деревней в трёх верстах,
в Богом брошенных местах, в буйных зарослях крапивы
и тернового куста….   Эти стебли "zehr gut" вход в
часовню стерегут, ведь стрекательные клетки очень
больно тело жгут! А колючки и шипы и доныне не тупы,
хоть пореже, но как прежде – ни дороги, ни тропы! -
    
      Кот Василий, "глаз – алмаз", накануне в прошлый раз,
обнаружил чуть заметный, но вполне конкретный лаз.
И теперь они вдвоём, ощутив в душе подъём, с Геркуле-
совым на пару, смело ринулись в проём. Проскользнув в
него бочком, где пригнувшись, где "рачком", где и вовсе
"по-пластунски" заработали "очком"!
     -Зги не видно. Мрак и жуть. Как бы шею не свернуть!-
Серафим засомневался – А туда ли держим путь?- Полз
за Ваською бубня: – Ты, куда завёл меня, проводник Иван
Сусанин, вам блохастым не родня?-

         Василий :   - Не боись, не пропадём! Через полчаса
придём – промяукали потёмки – всё отыщем, всё найдём!
Я то, чай абориген, да и зрение – рентген, а к тому же
курс проложит навигационный ген! От природы есть у нас некий внутренний компас, не одну кошачью душу этот дар от смерти спас! Божий промысел – фигня!
    Вид, шлифуя и граня, эволюция трудилась, совершен-
ствуя меня!  Скажем лошадь или крот, лишь мишени для
острот. Им не много перепало из отпущенных щедрот.
    Крот, что вдоль, что поперёк, мелочь. Так себе зверёк,
за недоданное ею мог бы высказать упрёк… Ни таланта,
ни ума, да имея два бельма – роет землю бедолага, не
вылазя из дерьма! Мать-природа из котла, без навара и
мосла, словно мачеха скупая жидкой юшки налила. Бог с ним, крот не виноват, он по жизни туповат…
    Но коню его поступок, до сих пор ещё чреват! Предок
нынешних коней, посчитав, что всех умней, резюмировал:
- Пожалуй, жить на свете всё трудней! – И одним прек-
расным днём, лошадь, сделав "ход конём ", предложила
древней кошке: - Может, к людям жить махнём? Забирай
своих котят, там сметаной угостят и меня овсом
накормят, обогреют, приютят! – Пращур начал возро-
жать: -Чепуху изволишь ржать! Мол, не та у них натура,
чтоб бесплатно содержать! Человеку нужен друг для
удобства и услуг… Дом стеречь, снабжать припасом и
таскать по полю плуг!- Но коня уже «несло» как затмение
нашло, из-за лени и упрямства напросился «под седло».
Заработал баламут, кнут, уздечку и хомут, стал
участник непременный всех походов, войн и смут!
      Кошка ж мудрою была, так себя преподнесла, что
Живёт при человеке, ест и пьёт с его стола, забавляет
малышей, лишь порой ловя мышей, оставаяся свободной,
от хвоста и до ушей! Так пристроилась хитро….  Даже
Киплинг и Перро, посвятили этой прыти «восхищённое
перо»! Не сочти за хвастовство, но кошачье естество,
вызывает в сердце гордость за подобное родство!
     Если рухнут с высоты, те же кони и кроты, не помогут непутёвым, ни примочки, ни бинты.              
 Ну, а если на беду, я с сарая упаду – извернусь и очень
Мягко на конечности приду!
     Зря «мозги не купорось», все сомнения отбрось, раз
со мною, это значит, что идёшь не «на авось!»-
    - Ладно, ладно уж, веди… да внимательней гляди.
Больно ловок, ты трепаться!- отозвались позади.

окончание следует...

© Copyright: Алексей Прокофьев, 2012

Регистрационный номер №0064446

от 21 июля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0064446 выдан для произведения:

...продолжение:

  Глава 5.

       Служба близится к концу, пот струится по лицу. Уф,
хвала Святому Духу, Богу Сыну и Отцу!   Поп "Аминь!"
провозгласил. Смолк. Кадило загасил. Серафим захлопнул
требник и упал, лишившись сил, головою на амвон. Дрогнул храм, раздался звон, распугавший с колокольни,
стаи галок ворон. Поп сберёг свой коллектив, дьяка к
жизни возвратив, окропив "святой водою" и кагором
причастив.
      Отец Евлампий:   -  Бедолага, весь взопрел! Без привычки угорел.  Ба! Уже глаза открылись, оклемается
пострел! Бойкий малый этот дьяк, пил и водку и коньяк,
самогон и "бормотуху", но держался – здоровяк!
     А на танцах говорят, отметелил всех подряд. До сих
пор, считая зубы, Серафима матерят! Он их ловко при-
струнил, я признаюсь, оценил, в души этаких болванов,
"искру Божью" заронил! Ну, очухался, милок? Чтоб никто
не уволок, отнесём ларец с мощами в наш заветный
уголок. Да зашторь иконостас, а не то, неровён час,
чудотворную икону умыкнут, как в прошлый раз!  Весь
церковный инвентарь надо складывать в алтарь. Там
серебряные кубки, яшма, жемчуг и янтарь. Но реликвия
одна, мне особенно ценна!  - И достал из-под престола
"четверть" хлебного вина. – Сколько носом не крути,
здесь супруге не найти. По церковному канону, не моги
в алтарь войти!  --
      А пока святой отец, резал хлеб и огурец, Серафим со
всем вниманьем стал исследовать ларец.
И перехватило дух…. Он едва не вскрикнул вслух, разгля-
дев в укромном месте, комбинацию из двух, чуть замет-
ных надписей – сверху "Made in USA", а пониже полукругом
"Mr. Pitkin C.I.A."
Геркулесов: - Этот Питкин нам знаком. Он давно « под
колпаком»! То зарядит сигареты ядовитым табаком,
( удалось разоблачить, задержать и уличить, трёх
агентов, что пытались их на улице всучить), то метлу
изобретёт…. Кто её приобретёт - беспрепятственно
шпионит, все следы сама метёт! Как-то раз соорудил и
взрывателем снабдил, термоядерную булку, чем нача-
льству угодил! Чтоб стрелять из-за угла, им придумана
была, специальная винтовка с искривлением ствола!
        "Сумасшедший Эдисон", враг влиятельных персон,
сионист закоренелый и отъявленный масон, это он
сфабриковал, а читатель смаковал, отвратительные
снимки, что "Playboy" публиковал. Брал поганец наш
журнал. Резал, клеил и корнал, испохабив и опошлив,
сколько мог оригинал! Получалось, посмотрев, что при-
личия презрев, Валентина Терешкова наша "Чайка",
озверев и раздевшись догола, в том, в чём мама родила,
в Комитете наших женщин заседание вела! Или Агния
Барто, распахнув своё манто, демонстрирует бесстыдно всем подряд, известно что! Белый свет
теперь не мил и померк для двух Людмил – он и Зыкину с
Турищевой  публично осрамил! Лучших женщин очернил и
в разврате обвинил, да на "Острове Свободы" чуть беды
не учинил!
Взгляды пестует среда. Не у всех и не всегда, шерсть, растущую на морде – величают "борода". Для "барбудас",
это флаг. Символ, стиснутый кулак и "трамплин для
мандавошек" у хиппующих салаг! С вышесказанным в
связи, не мешало бы вблизи, разглядеть как образ Кастро
тщились вывалять в грязи! "Дядя Сэм" лишь с виду смел.
На Фиделя зуб имел, но расправиться открыто не решился. Не посмел! Но зато исподтишка, при посред-
стве порошка, что сварганил м-р Питкин из лесного
корешка можно многого достичь, не придётся брить и
стричь – полиняет и облезет, как ощипанная дичь!
      Питкин ссыпал порошок в целлофановый мешок,
нацарапал на открытке поздравительный стишок:
"Этот ценный витамин, шлёт товарищ Хо-Ши-Мин, он
полезнее женьшеня, ароматен как жасмин. От недугов
и хвороб, что людей вгоняют в гроб, это лучшее лекар-
ство. Дохнет вирус и микроб! Ежедневно раза три,
зельем бороду натри, но потом не умывайся и в зерцало
не смотри!" –"Понапишут ерунду, "Дядя Сэм", How do you
do?" – Умудрённый жизнью Кастро, ухмыльнулся в бороду –"Не обманете меня!" – и "троянского коня",
гордый сын свободной Кубы, просто взял и не принял! -
       Серафим захлопнул ларь. – Питкин,- гнусный « золо-
тарь», святотатственной подделкой испохабил весь
алтарь! А Евлампий, вот болван, знай,камлает как шаман,
правда, он на этом деле всё равно набил карман.
Развалился, словно куль и бахвалится куркуль, хоть его
заслуги в этом, прямо скажем – "ровно нуль"! -
      Евлампий:  - Щас дела пошли бойчей. От продажи куличей много выгод ощущаю, да от восковых свечей!
…А святые образки? Вроде мелочь, пустяки. Но и с них
доход немалый – денег полные чулки! Или крестики…
Заметь – ширпотреб. Латунь да медь, но продай-ка за
день тыщу, сколько можно поиметь?! А туристы прут
и прут, всё хватают, всё берут. С колбасой одних прос-
форок уйму чёртову сожрут! Измоталась попадья, Марфа
Саввишна моя, даже малость исхудала от такого жития!
Цельный день – квашня да печь, не присесть и не прилечь.
Хоть умри "Христовым телом" эту прорву обеспечь! От
былых десьти пудов, после этаких трудов, пуда два уже
пропали – испарились без следов. Говорю Марфуше:
-"Мать, надо помощь нанимать. Красота дороже денег!
Это надо понимать"-  Да и мне уже зело, в одиночку
тяжело, храм-то строился в расчёте на деревню. На село.

У распятого Христа толчея и теснота. Нет воз-
можности молиться – диспозиция не та! Не приходится
скучать, то крестить, то обвенчать….

Но теперь с твоим приездом, уж должно бы полегчать!

...Чай вдвоём потянем воз, коли платят за извоз -

 – не валяются
купюры на дороге, как навоз! Если, боже упаси, не наврало
Би-Би-Си, то на Пасху к нам приедет Патриарх Всея Руси.
Обратимся к мастерам. Пусть построят новый Храм, нам теперь ютиться в этом, несолидно. Просто срам!
       Мы с тобою, Серафим, Патриарху потрафим …
Есть один такой умелец. Наш стожковский – дед Ефим.
Он и плотник, и столяр, слесарь, каменщик, маляр…
Супротив Ефима всякий – неумеха и школяр!
Всё Ефиму по плечу! Я мечтаю и хочу, чтобы прямо после
службы, каждый мог отлить мочу, не на стенку за крыль-
цом, с перекошенным лицом, а воспользовался платным
сантехническим дворцом! Чтобы пахло резедой, чтоб
стояли чередой автоматы со "святою" газированной
водой! А кабинки – обалдеть! Любо – дорого сидеть.
Можно музыку послушать и газеты проглядеть.
Невозможно передать, как приятно "заседать", по
домашнему уютно – просто Божья благодать! -
   

Геркулесов:- Ну, Евлампий, ты хватил! Гимн сортиру
посвятил, но один нюанс серьёзный упустил, не осветил.
Коль уж строишь, то прости, всем, чем надо оснасти.
Пусть почувствуют клиенты руку "мастера кисти"!
Чтоб не просто пофорсить, а от "вечного вкусить" надо
будет Тинторетто с Рафаэлем пригласить. Шиковать
так шиковать, чтобы им не пустовать на библейские
сюжеты потолки разрисовать! -
   

Евлампий: - Как их кличут, говоришь? Мудрено, однако,
ишь! Сгоряча язык сломаешь, а имён не повторишь. Что
за люди, дай ответ, православные иль нет? Может им
мозги засрали Моисей, да Магомет! Итальянцы? Нет,
уволь! Знаем эту рвань и голь. Ихний гадский Римский
Папа, нам давно натёр мозоль! Ненадёжный элемент.
Заключишь ангажемент, а они тебя бесстыдно подведут
в любой момент. Обобрал и был таков! Да оставил без
портков. Безопасней и дешевле из своих. Из русаков!
Я бы Шишкина позвал. Вот мой светлый идеал! Помнишь,
мишек косолапых на конфетах рисовал? –

 - «Ренессанс-манессанс, барокко-марокко, ампир-вампир!»
            Что у нас своих Рублёвых не бывало?            
                   «валютных» нам  не надобно! -
           Это каламбур – весёлая шутка. Игра слов.
Здесь уместно улыбнуться. Рекомендуется усмехнуться
и даже ухмыльнуться. Допускается также засмеяться и
       расхохотаться. Впрочем, «покатываться» и   
         «захлёбываться» - тоже не возбраняется! -         

        Серафим разинул рот. – Интересный поворот!
Притворяется Евлампий, или впрямь такой урод?!
Может батюшка хитрит, просто голову дурит, это ж
просто бред собачий, то, что он здесь говорит! Видно,
та ещё лиса! Пудрит мозги два часа, но каналья, про-
болтался – слушал "вражьи голоса"! Циник, пьяница и
жлоб, тут причин довольно чтоб, досконально разоб -
раться, что за "птица" этот 

  Глава 6.
    
     Спит стожковский Вавилон, ночь взяла его в полон.
Притомились. Завтра утром снова к мощам на поклон.
Возле храма ни души. Тихо. Пусто, хоть пляши. В это
время здесь спокойно – это днём кишмя кишит!
      Но отчётливо видны, при наличии луны, как какие-то
фигуры отделились от стены. Миновали двор, погост,
перешли скрипучий мост, поминутно озираясь, уж не сел
ли кто "на хвост". Всем известно – лунный свет попадая
на предмет, обрисовывает странный нереальный силуэт
Вид у парочки смешон. Кто в эстраде искушён, усмехнулся бы контрасту – просто Пат и Паташон!
      Тот из них, который Пат, одевается – отпад! Погля-
дишь и сразу скажешь – "хиппи или психопат!" Волосищи
до спины, на верзиле не штаны, а какая-то хламида
офигительной длины. Паташон -   хоть толст на вид -
суетлив и деловит, вьётся рядом мелким бесом, всё
разнюхать норовит. Видно стаж приобретал.
Пинкертоном стать мечтал. Так старался, пригибался,
аж на четвереньки встал! Из двоих, у одного сзади нету
ничего… У другого хвост пушистый и вцепилися в него,
средь колючек и трухи, разной мелкой шелухи,

да катаются бесплатно, две нахальные блохи! И попробуй
уничтожь. Их и танком не возьмёшь. Чёрта с два ещё
задавишь, если к ногтю не прижмёшь!
      Не спешите упрекать, дескать: "Хватит завлекать,
объяснил бы лучше толком, чем туману напускать!"
Но у нас-то детектив….  Где-то, что-то сократив -
преступил законы жанра. В результате – примитив!
      Эдгар По, тот обожал, чтоб читатель задрожал,
обливался липким потом и от ужаса визжал!
      Чтоб от мэтров не отстать, дилетантом не предстать
мне приходится невольно эти тайны наг-
нетать. Есть незыблемый канон, для успеха важен он
и его не нарушали Конан- Дойль и Сименон!
      Кто крадётся, вам решать, я не стану вам мешать,
мне тем паче не пристало этих правил нарушать!
    

  Впрочем, умный всё равно, догадался бы давно - это
давешний Василий с Серафимом заодно.
      Кот понятно – зверь ночной, чтобы пищею мясной,
вволю досыта питаться, так крутись как заводной.
      Ну а что же тот второй – самый главный наш герой,
что его – то заставляет шляться этакой порой?
      Кто сумеет раскопать, что дьячку мешает спать,
заставляет по оврагам рясу новую трепать?
Дьяк не самый высший сан, это каждый знает сам, но и
с ним не подобает ночью шастать по лесам!

 - …Знаю, знаю! Упрекнёте, дескать: «дьяк», «дьякон» и
«дьячок» - это не одно и то же, суть понятия разные!
Вы это бросьте! Для пролетарского поэта, что всего
     важнее? Чтобы складно было! Нас ПАРТИЯ учит:
                   «Форма важнее содержания!»  
            Каково общество – такова и поэзия! -

 Что ж, вполне имеет быть, вы успели позабыть, кто
под видом Серафима исхитрился к нам прибыть.
     Должен прямо заявить, ведь чего душой кривить -
контрразведчик бдит ночами, чтоб шпионов изловить!
Васька, преданный вассал, слов на ветер не бросал, с
шифрпланом Серафима, всю округу прочесал. Глаз две
ночи не смежил и патрону доложил…
   
   Василий:   -  Есть, нашёл! Тайник в часовне, где Мичурин
раньше жил. Знатный селекционер, главный генный ин-
женер, садовод, " король гибридов " и биолог- пионер, он
в компании "светил" нашу местность посетил и особое
вниманье на часовню обратил.

Прежде, в царскую пору,  та стояла на юру,

обжигаемая солнцем, под дождём и на
ветру. Академика ВАСХНИЛ вид строения пленил: --
" Впредь здесь будет Храм Науки!"- так он веско обронил.
     

Церковь" против" – ерунда! В те тридцатые года,
отобрать у них часовню не составило труда. Ведь
" актив " понятно « За!» – посему, залив глаза, всей
колхозной партячейкой обдирали образа. Помня ленинский завет :

-" Вера – тьма, наука – свет!" -
на фасаде написали "Тьфу на небо – бога нет!"
     Две полуторки пыля, завозили мебеля. Конуру  соо-
рудили, привязали кобеля. На телегах приканал, разный
мелкий персонал, разгрузивший у часовни свой научный
арсенал. Сорок ящиков добра сторожил стрелок ВОХРА,
всё на месте, честь по чести – гимнастёрка, кобура.
 

   Словом, худо ль – хорошо, дом учёным отошёл и
работа закипела, так сказать "процесс пошёл!"
    План составлен. Цель ясна. Всем инструкция дана:
"Эта вымоет посуду, тот просушит семена!" – Кто-то
стряпает обед. Кто суммирует дебет, кто с граблями
и лопатой в огороде гнёт хребет. А дотошливый завхоз
вызвал массовый психоз тем, что в список инвентарный
даже лампочки занёс!
     Расфуфырен как фазан, прибыл старый куртизан, сам
Мичурин на "Паккарде", и при нём такой "розан"!  Ахнет
даже Голливуд. Музой барышню зовут. В фельдепёр -
совых чулочках и с машинкой "Ундервуд".
    Долго опыты велись и наверно удались. Удивительные
вещи там твориться начались.  Нечто, как по волшебству, что противно естеству, превратило в лес
дремучий однолетнюю траву! Всё вокруг на сотни "га" -
холм, речные берега стало морем злой крапивы - джунгли
сельва и тайга! Прозевал, не уследил, тот, кто опыт
проводил – сам пропал и штат научный в плен колючий
угодил. И ничем помочь нельзя. Знать бы им, " гранит
грызя ", до чего порой доводит нас научная стезя!
      Снарядил для них колхоз, провиантовый обоз.
    …Ничего не получилось. Не пробился, не довёз!
Эти стебли не брала ни двуручная пила, ни коса, ни даже
жатка брешь проделать не смогла! Сельсовет составил
акт, мол: " Зарос проезжий тракт. Невозможно к ним
пробиться. Вот такой прискорбный факт…" Важный
эксперт из Москвы, констатировал: - Увы! Все должно
быть околели без "Казбека" и жратвы.   Раз нельзя пробить проход, надо их списать в "расход", потому как
неизбежен отрицательный исход! "-
      ТАСС в эфире передал, что Мичурин "дуба дал"- наряду с Джордано Бруно за науку пострадал!   
      
   - «Безжалостный Молох Вейсманизма - Морганизма
 вырвал из наших рядов,… но генетика – эта продажная
девка империализма жестоко просчиталась! Стройными
рядами, под руководством Великого Сталина, мы все
как один, в ногу, плечом к плечу, рука об руку, ноздря в
ноздрю…
                         ( Из выступления Президента ВАСХНИЛ
                                   академика-орденоносца Т.Д.Лысенко.)                                    
 

Журналистам был
предлог отточить "высокий слог". Даже члены Совнар-
кома подписали некролог! Мировой конгресс "светил",
заседанье посвятил скрупулёзному подсчёту, что
усопший, с чем скрестил. …" Был покойник башковит, на
идеи плодовит!  Как-то, помнится, картофель был на
яблоню привит. Смело, что не говори, но почисть, да
отвари – с виду будто бы картошка, только семечки
внутри. Ну а ежели размять, то и вовсе не понять - есть
гарниром, или к чаю как повидло применять! Все сошлися
под конец, что селекции венец, это выросший на грядке
малосольный огурец! Мэтры радуясь, брюзжа ль, но
внесли его в скрижаль. Лицемерно повздыхали: " Жаль,
конечно. Очень жаль!" Лились речи как вода. Так бывает
иногда – помянули, закусили и забыли навсегда.
                    

   Акт о списании.
    Списанию подлежат:
 1. Косы литовки – 8 (вдребезги ).
 2. Пилы двуручные - 3 ( вдрызг ).
 3. Жатка на конной тяге - 1 (пошла вразнос ).
 4. Мерин Сивка – 1 ( околел ).
 5. Провиант – 8 подвод ( схарчили мужики ).
 6. Папиросы «Беломорканал» - 300 пачек.
 7. Спирт – 1 бочка ( на растирания, крапива больно злая ).
                             Предсельсовета: ( подпись )  С.Явкин.
                                          Парторг: ( подпись ) М.Оськин.
      
  Институтский филиал, что в часовне прибывал, у
соратников тем паче интерес не вызывал. И стоят до
сей поры прочно, даром что стары – не боятся эти стены ни мороза, ни жары – за деревней в трёх верстах,
в Богом брошенных местах, в буйных зарослях крапивы
и тернового куста….   Эти стебли "zehr gut" вход в
часовню стерегут, ведь стрекательные клетки очень
больно тело жгут! А колючки и шипы и доныне не тупы,
хоть пореже, но как прежде – ни дороги, ни тропы! -
    
      Кот Василий, "глаз – алмаз", накануне в прошлый раз,
обнаружил чуть заметный, но вполне конкретный лаз.
И теперь они вдвоём, ощутив в душе подъём, с Геркуле-
совым на пару, смело ринулись в проём. Проскользнув в
него бочком, где пригнувшись, где "рачком", где и вовсе
"по-пластунски" заработали "очком"!
     -Зги не видно. Мрак и жуть. Как бы шею не свернуть!-
Серафим засомневался – А туда ли держим путь?- Полз
за Ваською бубня: – Ты, куда завёл меня, проводник Иван
Сусанин, вам блохастым не родня?-

         Василий :   - Не боись, не пропадём! Через полчаса
придём – промяукали потёмки – всё отыщем, всё найдём!
Я то, чай абориген, да и зрение – рентген, а к тому же
курс проложит навигационный ген! От природы есть у нас некий внутренний компас, не одну кошачью душу этот дар от смерти спас! Божий промысел – фигня!
    Вид, шлифуя и граня, эволюция трудилась, совершен-
ствуя меня!  Скажем лошадь или крот, лишь мишени для
острот. Им не много перепало из отпущенных щедрот.
    Крот, что вдоль, что поперёк, мелочь. Так себе зверёк,
за недоданное ею мог бы высказать упрёк… Ни таланта,
ни ума, да имея два бельма – роет землю бедолага, не
вылазя из дерьма! Мать-природа из котла, без навара и
мосла, словно мачеха скупая жидкой юшки налила. Бог с ним, крот не виноват, он по жизни туповат…
    Но коню его поступок, до сих пор ещё чреват! Предок
нынешних коней, посчитав, что всех умней, резюмировал:
- Пожалуй, жить на свете всё трудней! – И одним прек-
расным днём, лошадь, сделав "ход конём ", предложила
древней кошке: - Может, к людям жить махнём? Забирай
своих котят, там сметаной угостят и меня овсом
накормят, обогреют, приютят! – Пращур начал возро-
жать: -Чепуху изволишь ржать! Мол, не та у них натура,
чтоб бесплатно содержать! Человеку нужен друг для
удобства и услуг… Дом стеречь, снабжать припасом и
таскать по полю плуг!- Но коня уже «несло» как затмение
нашло, из-за лени и упрямства напросился «под седло».
Заработал баламут, кнут, уздечку и хомут, стал
участник непременный всех походов, войн и смут!
      Кошка ж мудрою была, так себя преподнесла, что
Живёт при человеке, ест и пьёт с его стола, забавляет
малышей, лишь порой ловя мышей, оставаяся свободной,
от хвоста и до ушей! Так пристроилась хитро….  Даже
Киплинг и Перро, посвятили этой прыти «восхищённое
перо»! Не сочти за хвастовство, но кошачье естество,
вызывает в сердце гордость за подобное родство!
     Если рухнут с высоты, те же кони и кроты, не помогут непутёвым, ни примочки, ни бинты.              
 Ну, а если на беду, я с сарая упаду – извернусь и очень
Мягко на конечности приду!
     Зря «мозги не купорось», все сомнения отбрось, раз
со мною, это значит, что идёшь не «на авось!»-
    - Ладно, ладно уж, веди… да внимательней гляди.
Больно ловок, ты трепаться!- отозвались позади.

окончание следует...

Рейтинг: 0 606 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!