ГлавнаяПоэзияКрупные формыПоэмы → Мессии России

Мессии России

7 апреля 2013 - Евгений Боровой

 

1

К нему на проповедь толпой

Отцы ходили наши, деды

Едва ль не тайною тропой

За истиной. Их ждали беды…

И вот пробил жестокий час,

Когда приехали другие…

Он отслужил последний раз

Божественную литургию.

Сказал мирянам: «Вы любовь

К Творцу храните и к Отчизне,

Ведь Бог Создатель ─ словно кровь

В извечном организме жизни».

А ночью ─ «чёрный воронок»…

На клумбе крокусы пестрели ─

Как яркий траурный венок…

Он в пост Великий был расстрелян…

 

2

Явился слух: закроют храм

Апостолов Петра и Павла…

В стране безверья этих драм

Не сосчитать ─ как в годы Савла.

Казалось вечный, храма крест

Сиял нам полтора столетья,

И лился благозвон окрест

До зим суровых лихолетья.

А ныне ─ лета жаркий Спас…

Весной почил «отец народов»,

Мессия, впрок лечивший нас ─

Потомков Каинов и Лотов…

Одни рыдали: «Впредь как жить?»,

Иные счастливы без меры:

Теперь, мол, крепко свяжем нить

Мы нашей православной веры…

Наряд явился в ночь, как тать,

Вонзив прожектор в ясный купол.

И стали предков крест срывать,

Распоряжаясь через рупор.

Полукольцо сутулых спин

Старух с мольбой: «Помилуй, Боже!»,

А перед сиростью седин

Сержант алеет потнорожий:

«А ну-ка, бабы, отойтить!

Чего бубните? Нету Бога!

В церкве зерно почнём хранить ─

Вон урожая сколько много!»

 

*     *     *

Ильюша чувствовал беду

Душой своей десятивёсной,

Как в Гефсиманском был саду,

Сжимая руку тётки ─ крёстной.

Набросил петлю верхолаз

На златоглавую вершину,

Внимая в свой последний час

Земному грешному аршину.

В Ильюшу впился жуткий мат

Из милицейского старлея…

Скат крыши храма был покат ─

Фуражка падала скорее.

За нею ─ старший лейтенант

С концом оборванной верёвки…

А крест сиял от сотен ватт

В густом молчании массовки…

 

3

Не попустил Бог зерносклад,

Когда настало бабье лето;

Вселились в храм ─ под звон наград ─

Безбожники спорткомитета.

Снесли алтарь, иконостас

Во славу силы организма…

Страну возглавил новый спас ─

Строитель срочный коммунизма.

Где лик сиял, теперь ─ девиз:

«В здоровом теле ─ дух здоровый!»

Шагает гордо атеизм ─

Спортивный, правильный, суровый.

Теперь средь елей голубых

В веках намоленной аллеей

Не к ликам шествуют святых

В сиянье славы и елее, ─

В вертеп рекордов и побед,

Медалей, вымпелов и кубков,

И возгласов «физкульт-привет!»,

Где золотой сияет купол…

Тут и «Динамо», и «Спартак»,

И «Труд» с богатым «Урожаем»,

Но без молитв здесь тлен и мрак,

А стены храма ─ как скрижали…

Там, где старлей покинул свет,

Взошли весной кусты сирени

И много осеней и лет

За осквернителя смирели.

А кукуруза ─ не взошла,

И коммунизм сменил опорки,

И христианская душа

Вкусила новые задворки.

А на разграбленный амвон

Ступил очередной мессия

Под колокольный слёзный звон

Изнемогающей России.

 

*     *     *

На стенах правила, девиз

Укрыли свет небесных ликов…

Илье вручают первый приз

Под клацание фотобликов.

Илья ─ счастливый чемпион

Прошедших шахматных сражений,

И красный вымпел держит он,

И слышит гласы поздравлений.

А на него в грехе вины

Из-под девиза, из-под правил

Взирают строго со стены

Апостол Пётр, апостол Павел…

А дома догорает печь,

В углу лампадка угасает,

Илья вину свергает с плеч ─

Свой вымпел-приз в огонь бросает…

 

4

Сгорело всё: народ, страна ─

Когда-то мощная держава,

И звучно скорбная зурна

Её в беспутье провожала.

На танке ─ новый атаман,

Всемирной верой ослеплённый:

В душе ─ туман,

В глазах ─ дурман…

«Кипит наш разум возмущённый…»

В годину бурных перемен

Мерзавец бедным не бывает,

Его разбойничий безмен

Лихое дело твёрдо знает.

Но стыд, и совесть ─ не у дел,

Нас ввергли в плен иных мелодий,

Свершивших новый передел

Во имя новых благородий…

Ах, да, вернули веру в храм,

Сменив уставы и девизы…

Но был у Ноя сыном ─ Хам…

Какие ждут ещё сюрпризы?..

 

*     *     *

Всё те же голубые ели

Вели до храма новый люд,

Угрюмо нищие сидели ─

Нашли до вечера приют.

Перед одним из них фуражка:

Околыш розовых кровей,

В руке ─ с прокисшим пивом фляжка…

С верёвкой вспомнился старлей…

Бездомный ─ сын его сиротский:

Прошёл Афган, вошёл в пике

И повенчался с жизнью скотской

На обветшалом чердаке.

Фуражка ─ отчее наследство…

Неправда жизни ─ скорбный тлен,

Когда прокуренное детство

Низводит прямо в адов плен…

Илья взошёл на паперть храма,

Свербит бетонный новодел ─

Незаживающая рана…

С распятья в мир Христос глядел…

 

*     *     *

Где вы, ─ в аду ль, в раю ль, ─ мессии

Вконец расхристанной России?..

© Copyright: Евгений Боровой, 2013

Регистрационный номер №0128672

от 7 апреля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0128672 выдан для произведения:

 

1

К нему на проповедь толпой

Отцы ходили наши, деды

Едва ль не тайною тропой

За истиной. Их ждали беды…

И вот пробил жестокий час,

Когда приехали другие…

Он отслужил последний раз

Божественную литургию.

Сказал мирянам: «Вы любовь

К Творцу храните и к Отчизне,

Ведь Бог Создатель ─ словно кровь

В извечном организме жизни».

А ночью ─ «чёрный воронок»…

На клумбе крокусы пестрели ─

Как яркий траурный венок…

Он в пост Великий был расстрелян…

 

2

Явился слух: закроют храм

Апостолов Петра и Павла…

В стране безверья этих драм

Не сосчитать ─ как в годы Савла.

Казалось вечный, храма крест

Сиял нам полтора столетья,

И лился благозвон окрест

До зим суровых лихолетья.

А ныне ─ лета жаркий Спас…

Весной почил «отец народов»,

Мессия, впрок лечивший нас ─

Потомков Каинов и Лотов…

Одни рыдали: «Впредь как жить?»,

Иные счастливы без меры:

Теперь, мол, крепко свяжем нить

Мы нашей православной веры…

Наряд явился в ночь, как тать,

Вонзив прожектор в ясный купол.

И стали предков крест срывать,

Распоряжаясь через рупор.

Полукольцо сутулых спин

Старух с мольбой: «Помилуй, Боже!»,

А перед сиростью седин

Сержант алеет потнорожий:

«А ну-ка, бабы, отойтить!

Чего бубните? Нету Бога!

В церкве зерно почнём хранить ─

Вон урожая сколько много!»

 

*     *     *

Ильюша чувствовал беду

Душой своей десятивёсной,

Как в Гефсиманском был саду,

Сжимая руку тётки ─ крёстной.

Набросил петлю верхолаз

На златоглавую вершину,

Внимая в свой последний час

Земному грешному аршину.

В Ильюшу впился жуткий мат

Из милицейского старлея…

Скат крыши храма был покат ─

Фуражка падала скорее.

За нею ─ старший лейтенант

С концом оборванной верёвки…

А крест сиял от сотен ватт

В густом молчании массовки…

 

3

Не попустил Бог зерносклад,

Когда настало бабье лето;

Вселились в храм ─ под звон наград ─

Безбожники спорткомитета.

Снесли алтарь, иконостас

Во славу силы организма…

Страну возглавил новый спас ─

Строитель срочный коммунизма.

Где лик сиял, теперь ─ девиз:

«В здоровом теле ─ дух здоровый!»

Шагает гордо атеизм ─

Спортивный, правильный, суровый.

Теперь средь елей голубых

В веках намоленной аллеей

Не к ликам шествуют святых

В сиянье славы и елее, ─

В вертеп рекордов и побед,

Медалей, вымпелов и кубков,

И возгласов «физкульт-привет!»,

Где золотой сияет купол…

Тут и «Динамо», и «Спартак»,

И «Труд» с богатым «Урожаем»,

Но без молитв здесь тлен и мрак,

А стены храма ─ как скрижали…

Там, где старлей покинул свет,

Взошли весной кусты сирени

И много осеней и лет

За осквернителя смирели.

А кукуруза ─ не взошла,

И коммунизм сменил опорки,

И христианская душа

Вкусила новые задворки.

А на разграбленный амвон

Ступил очередной мессия

Под колокольный слёзный звон

Изнемогающей России.

 

*     *     *

На стенах правила, девиз

Укрыли свет небесных ликов…

Илье вручают первый приз

Под клацание фотобликов.

Илья ─ счастливый чемпион

Прошедших шахматных сражений,

И красный вымпел держит он,

И слышит гласы поздравлений.

А на него в грехе вины

Из-под девиза, из-под правил

Взирают строго со стены

Апостол Пётр, апостол Павел…

А дома догорает печь,

В углу лампадка угасает,

Илья вину свергает с плеч ─

Свой вымпел-приз в огонь бросает…

 

4

Сгорело всё: народ, страна ─

Когда-то мощная держава,

И звучно скорбная зурна

Её в беспутье провожала.

На танке ─ новый атаман,

Всемирной верой ослеплённый:

В душе ─ туман,

В глазах ─ дурман…

«Кипит наш разум возмущённый…»

В годину бурных перемен

Мерзавец бедным не бывает,

Его разбойничий безмен

Лихое дело твёрдо знает.

Но стыд, и совесть ─ не у дел,

Нас ввергли в плен иных мелодий,

Свершивших новый передел

Во имя новых благородий…

Ах, да, вернули веру в храм,

Сменив уставы и девизы…

Но был у Ноя сыном ─ Хам…

Какие ждут ещё сюрпризы?..

 

*     *     *

Всё те же голубые ели

Вели до храма новый люд,

Угрюмо нищие сидели ─

Нашли до вечера приют.

Перед одним из них фуражка:

Околыш розовых кровей,

В руке ─ с прокисшим пивом фляжка…

С верёвкой вспомнился старлей…

Бездомный ─ сын его сиротский:

Прошёл Афган, вошёл в пике

И повенчался с жизнью скотской

На обветшалом чердаке.

Фуражка ─ отчее наследство…

Неправда жизни ─ скорбный тлен,

Когда прокуренное детство

Низводит прямо в адов плен…

Илья взошёл на паперть храма,

Свербит бетонный новодел ─

Незаживающая рана…

С распятья в мир Христос глядел…

 

*     *     *

Где вы, ─ в аду ль, в раю ль, ─ мессии

Вконец расхристанной России?..

Рейтинг: +1 242 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярные стихи за месяц
117
113
102
98
96
95
91
90
82
80
79
72
71
69
66
66
64
63
62
61
58
58
56
56
54
54
53
51
51
48