ГлавнаяПоэзияКрупные формыЦиклы стихов → «Дубровский - 2». Повесть в стихах. Мой вариант ( 14 ).

 

«Дубровский - 2». Повесть в стихах. Мой вариант ( 14 ).

11 февраля 2013 - Александр Яминский

 ГЛАВА 14

1

А вот Кирилловна ( кто, Маша… )

сидела в комнате своей

и, с настроением апАша,

вдавалась в тщательность затей,

но в пяльцах строчку вышивая…,

терялась в мыслях…, всё скучая…,

перед окошком, что, с тоской,

открыла прежде…- в летний зной…,

хотя…- не путалась шелками,

через рассеянность любви,

где в прозе ( Часто! ): «Се ля ви»*…,

способна, розу шить, стежками,

зелёным шёлком ( Толь со зла? ),

как краля Конрада смогла…

 

* - Такова жизнь ( франц. ).

2

И под её иглой, узоры

( где вторил подлинник, канвой ),

скрывали ткани, все зазоры

( Столь, безошибочно! ), рукой,

и это, несмотря на дали

( а мысли девичьи витали… ),

чтоб за работой ей следить,

а уж тем паче, точной быть…,

в расчёт, приняв, пережитОе…,

из впечатлений юных лет,
Дубровского где, всплыл портрет,

через признание лихое…,

и князь, ему в противовес,

к ней проявлявший интерес…

3

Вдруг, чрез окошко протянулась

( тихонько двигаясь ) рука… 

и кто-то ( Маша встрепенулась! ),

её, задевши…, но слегка…

на пяльцы, положив послание,

а то – письмо ( Как в ожидание! ),

мгновенно, скрылся в тишине

( Явившись, будто бы во сне… ),

и прежде чем успела Марья

( Кирилловна, по рангу лет… )

лишь образумиться в ответ

( для получения комментария… ),

гонца – давно и след простыл,

а мир, для Девы, вновь застыл…

4

А в это самое мгновение,

слуга, с докладом, к ней вошёл

и, фактом сим, прервав забвение,

позвал к отцу ( «Извольте, мол…» ),

и Маша – с трепетом – в слезинку,

письмо, запрятав за косынку,

к папА ( А он – Авторитет! ),

вмиг, поспешила в кабинет,

Кирилл Петрович где «искрился»…,

знать, ныне, был он не один…,

а тут, по сути, чин – в почин

( Ведь князь Верейский – гостем «вскрылся»! ),

сидел кто, в неге, у него,

речам, внимая, СамогО!

5

Князь встал и молча поклонился,
при появлении Девы чар

( где Марьи лик - «с небес спустился» ( ! ) -

Кирилловной…- кто, словно дар… ),

но с замешательством огромным,

что проявилось – в духе томном -

души его ( А той ли – цвет? )...,

встречавшей негу юных лет…,

но Троекуров, как в подмогу,

его - «на землю опустил»…,
а дочку – с тактом попросил,

чтоб та «приблизилась к прологу» -

судьбы своей…- а оной, час,

порой, нелеп ( Как чуждый глас! )…

6

Кирилл Петрович, чрез суровость

( А в думках, явно, пребывал… ),

но Маше, сообщая новость,

учтивым голосом сказал:

«Ты подойди сюда…- для дела…

А я, тебе ( Судьба велела! ),  

скажу о радости большой,

да и, надеюсь, пресвятой,
для девичьей души фантазий…

А проще, вот тебе жених,

кто – на поверку – просто лих,

средь привередливых оказий,

где князь и сватает тебя…,

в томимой прозе чувств…, любя…»

7

Тут, Маша, враз остолбенела,

и бледность смертная тоски,

её лицо покрыть сумела,

сжимая в ужасе виски…

и, словно в прозе пьедестала,

она в бессилии молчала…,

а князь к ней сразу подошёл

( Поняв душевности раскол! )

и руку взяв её, любезно…,

он с видом трепетным спросил

( Как, Этикет, в сей миг вершил ( ! ),

где князя Такт звучал помпезно… ),

желал кто, в счастье дабы, жить,

её согласие получить…

8

Стояла Маша и молчала…

Но, как бы «выручил» отец,

сказавший: «Вот…, не ожидала…

Но всем вам снится, лишь венец!

А посему, согласна, явно…

и оттого, конечно, славно…

Но знаешь, князь: оно, порой,

так трудно девушке, душой,

произнести чтоб, это слово…

А вы же, дети, так сказать

( Ну, как иначе вас назвать? )…,

создав семейство…, что готово,

уж поцелуйтесь…, пред отцом…

и будьте счастливы, вдвоём…»

9

Стояла Маша неподвижно…,

а старый князь, довольный столь

( И здесь понятно – не облыжно ( ! ),

и через девичью пусть боль… ),
но в свой престиж души, вступивши

( Пусть, Этикет, вновь, проявивши… ),

он руку Маши сразу взял

и, с нежностью, поцеловал…,

но, вдруг, заметив, Девы слёзы,

что побежали по лицу

( О, жизнь…- едва ль ты храбрецу! ),
где бледность отражала грёзы…,
и он нахмурился слегка,

прекрасно зная: Жизнь – горька…

10

«Пошла, пошла, пошла отсюда…-

сказал Кирилл Петрович вслед,-

а слёзы осуши, покуда…,

и воротись ( Вне неких бед! )…,

нормальной чтоб предстать, пред нами…,

ну…, весёлёшенькой…- очами…,

да и чертами…- Чёрт возьми!

А если гордость…- так уйми! -

И к князю обратясь, спокойней,

он продолжал…- У них – всегда…-

Развод ли… Свадьба…- Всё – беда…-

Заведено…, чтоб слыть пристойней!

А о приданом, не засим,

мы, князь, теперь поговорим…»

11

А Маша, с жадностью желания,

чрез позволение отца,

скрывая возгласы отчаяния,

и боль, в страданиях лица,

вмиг, поспешила удалиться

и, дабы в доле ей забыться,

помчалась в комнату свою,
где ( Как у жизни на краю! )

запёрлась в безграничном горе,

чтоб волю дать своим слезам

( А те, застлавши свет глазам…,

жизнь предъявили в злом укоре! ),

и Деву – в сумрак, взяв, обид,

повергли в плач…- и тот – навзрыд!

12

Себя, женой воображая,

она представить не могла,
что старый князь ( Судьба чужая! ),

ей – мужем станет ( Жизнь: ты – мгла! ),

кой показался ненавистным

и отвратительно-тернистым,

на фоне лет своих былых…

и пусть, чрез речи, слов благих…,

но брак, пугал её, как плаха,

могильной всходит что, плитой,

а князь ( С широкою душой! ),

как будто восставал из праха,

и за собой, во мрак маня,

гасил, по сути, жизнь огня…

13

«Нет, нет,- в отчаяние впадая,

она пыталась повторить…,-

уж лучше умереть, пылая…,

иль в монастырь, чтоб в скорби жить…,

а лучше, коль пристало доле

( Но здесь, хотя б по доброй воле! ),
я за Дубровского пойду…»

И тут она ( Иль на беду?! )

о друге вспомнила…, послании

( А то – письмо…- Как знаем мы! )…,

и Маша, скорбь, оставив тьмы,

надежду, обретя в желании,

нашла его ( Не век страдать! )

и жадно бросилась читать…

14

И тут, предчувствуя подмогу

( Письмо – итогом, оттого! ),

она, читая понемногу,

себе призналась ( «От него!» ),

как подтверждение, в самом деле,

где к осознанию ( На пределе! )
стремились броские, слова

( что Маша видела, едва… ),
но: «Вечером…, на прежнем месте

( звучал души незримый зов… ),

не позже десяти часов…»

( позволят быть нам снова, вместе... ),

к ней, проступая в тишине,

влекли судьбой…- и не во сне!

 

© Copyright: Александр Яминский, 2013

Регистрационный номер №0116237

от 11 февраля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0116237 выдан для произведения:

 ГЛАВА 14

1

А вот Кирилловна ( кто, Маша… )

сидела в комнате своей

и, с настроением апАша,

вдавалась в тщательность затей,

но в пяльцах строчку вышивая…,

терялась в мыслях…, всё скучая…,

перед окошком, что, с тоской,

открыла прежде…- в летний зной…,

хотя…- не путалась шелками,

через рассеянность любви,

где в прозе ( Часто! ): «Се ля ви»*…,

способна, розу шить, стежками,

зелёным шёлком ( Толь со зла? ),

как краля Конрада смогла…

 

* - Такова жизнь ( франц. ).

2

И под её иглой, узоры

( где вторил подлинник, канвой ),

скрывали ткани, все зазоры

( Столь, безошибочно! ), рукой,

и это, несмотря на дали

( а мысли девичьи витали… ),

чтоб за работой ей следить,

а уж тем паче, точной быть…,

в расчёт, приняв, пережитОе…,

из впечатлений юных лет,
Дубровского где, всплыл портрет,

через признание лихое…,

и князь, ему в противовес,

к ней проявлявший интерес…

3

Вдруг, чрез окошко протянулась

( тихонько двигаясь ) рука… 

и кто-то ( Маша встрепенулась! ),

её, задевши…, но слегка…

на пяльцы, положив послание,

а то – письмо ( Как в ожидание! ),

мгновенно, скрылся в тишине

( Явившись, будто бы во сне… ),

и прежде чем успела Марья

( Кирилловна, по рангу лет… )

лишь образумиться в ответ

( для получения комментария… ),

гонца – давно и след простыл,

а мир, для Девы, вновь застыл…

4

А в это самое мгновение,

слуга, с докладом, к ней вошёл

и, фактом сим, прервав забвение,

позвал к отцу ( «Извольте, мол…» ),

и Маша – с трепетом – в слезинку,

письмо, запрятав за косынку,

к папА ( А он – Авторитет! ),

вмиг, поспешила в кабинет,

Кирилл Петрович где «искрился»…,

знать, ныне, был он не один…,

а тут, по сути, чин – в почин

( Ведь князь Верейский – гостем «вскрылся»! ),

сидел кто, в неге, у него,

речам, внимая, СамогО!

5

Князь встал и молча поклонился,
при появлении Девы чар

( где Марьи лик - «с небес спустился» ( ! ) -

Кирилловной…- кто, словно дар… ),

но с замешательством огромным,

что проявилось – в духе томном -

души его ( А той ли – цвет? )...,

встречавшей негу юных лет…,

но Троекуров, как в подмогу,

его - «на землю опустил»…,
а дочку – с тактом попросил,

чтоб та «приблизилась к прологу» -

судьбы своей…- а оной, час,

порой, нелеп ( Как чуждый глас! )…

6

Кирилл Петрович, чрез суровость

( А в думках, явно, пребывал… ),

но Маше, сообщая новость,

учтивым голосом сказал:

«Ты подойди сюда…- для дела…

А я, тебе ( Судьба велела! ),  

скажу о радости большой,

да и, надеюсь, пресвятой,
для девичьей души фантазий…

А проще, вот тебе жених,

кто – на поверку – просто лих,

средь привередливых оказий,

где князь и сватает тебя…,

в томимой прозе чувств…, любя…»

7

Тут, Маша, враз остолбенела,

и бледность смертная тоски,

её лицо покрыть сумела,

сжимая в ужасе виски…

и, словно в прозе пьедестала,

она в бессилии молчала…,

а князь к ней сразу подошёл

( Поняв душевности раскол! )

и руку взяв её, любезно…,

он с видом трепетным спросил

( Как, Этикет, в сей миг вершил ( ! ),

где князя Такт звучал помпезно… ),

желал кто, в счастье дабы, жить,

её согласие получить…

8

Стояла Маша и молчала…

Но, как бы «выручил» отец,

сказавший: «Вот…, не ожидала…

Но всем вам снится, лишь венец!

А посему, согласна, явно…

и оттого, конечно, славно…

Но знаешь, князь: оно, порой,

так трудно девушке, душой,

произнести чтоб, это слово…

А вы же, дети, так сказать

( Ну, как иначе вас назвать? )…,

создав семейство…, что готово,

уж поцелуйтесь…, пред отцом…

и будьте счастливы, вдвоём…»

9

Стояла Маша неподвижно…,

а старый князь, довольный столь

( И здесь понятно – не облыжно ( ! ),

и через девичью пусть боль… ),
но в свой престиж души, вступивши

( Пусть, Этикет, вновь, проявивши… ),

он руку Маши сразу взял

и, с нежностью, поцеловал…,

но, вдруг, заметив, Девы слёзы,

что побежали по лицу

( О, жизнь…- едва ль ты храбрецу! ),
где бледность отражала грёзы…,
и он нахмурился слегка,

прекрасно зная: Жизнь – горька…

10

«Пошла, пошла, пошла отсюда…-

сказал Кирилл Петрович вслед,-

а слёзы осуши, покуда…,

и воротись ( Вне неких бед! )…,

нормальной чтоб предстать, пред нами…,

ну…, весёлёшенькой…- очами…,

да и чертами…- Чёрт возьми!

А если гордость…- так уйми! -

И к князю обратясь, спокойней,

он продолжал…- У них – всегда…-

Развод ли… Свадьба…- Всё – беда…-

Заведено…, чтоб слыть пристойней!

А о приданом, не засим,

мы, князь, теперь поговорим…»

11

А Маша, с жадностью желания,

чрез позволение отца,

скрывая возгласы отчаяния,

и боль, в страданиях лица,

вмиг, поспешила удалиться

и, дабы в доле ей забыться,

помчалась в комнату свою,
где ( Как у жизни на краю! )

запёрлась в безграничном горе,

чтоб волю дать своим слезам

( А те, застлавши свет глазам…,

жизнь предъявили в злом укоре! ),

и Деву – в сумрак, взяв, обид,

повергли в плач…- и тот – навзрыд!

12

Себя, женой воображая,

она представить не могла,
что старый князь ( Судьба чужая! ),

ей – мужем станет ( Жизнь: ты – мгла! ),

кой показался ненавистным

и отвратительно-тернистым,

на фоне лет своих былых…

и пусть, чрез речи, слов благих…,

но брак, пугал её, как плаха,

могильной всходит что, плитой,

а князь ( С широкою душой! ),

как будто восставал из праха,

и за собой, во мрак маня,

гасил, по сути, жизнь огня…

13

«Нет, нет,- в отчаяние впадая,

она пыталась повторить…,-

уж лучше умереть, пылая…,

иль в монастырь, чтоб в скорби жить…,

а лучше, коль пристало доле

( Но здесь, хотя б по доброй воле! ),
я за Дубровского пойду…»

И тут она ( Иль на беду?! )

о друге вспомнила…, послании

( А то – письмо…- Как знаем мы! )…,

и Маша, скорбь, оставив тьмы,

надежду, обретя в желании,

нашла его ( Не век страдать! )

и жадно бросилась читать…

14

И тут, предчувствуя подмогу

( Письмо – итогом, оттого! ),

она, читая понемногу,

себе призналась ( «От него!» ),

как подтверждение, в самом деле,

где к осознанию ( На пределе! )
стремились броские, слова

( что Маша видела, едва… ),
но: «Вечером…, на прежнем месте

( звучал души незримый зов… ),

не позже десяти часов…»

( позволят быть нам снова, вместе... ),

к ней, проступая в тишине,

влекли судьбой…- и не во сне!

 

Рейтинг: 0 198 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!