Всё унесло великим ураганом.

7 января 2018 - Валентина Попова
article406529.jpg

На дворе апрель. Весна. Грязь и слякоть. Не люблю я эту пору таянья снега, эти грязные, дырчатые сугробы, унылое серое небо. Одно наслаждение доставляет чистый весенний воздух, наполненный свежестью капели.

Я приглашена на день рождения к подруге Светлане. Свете тридцать лет. Я пришла первая, меня встретила улыбающаяся радушная хозяйка и её трехлетняя очаровательная дочка Аленка. Всегда удивляла радушие и доброта подруги.

 Она мне всегда служила жилеткой, в которую можно выплакаться и успокоить душу. Иногда после жизненных неурядиц и стресса у меня возникало непреодолимое желание увидеть её.  Я могла довольно поздним вечером, без всякого предупреждения, наведаться к ней в гости, послушать песни Жанны Бичевской,  выпить чай, рассказать о наболевшем, и уйти далеко за полночь домой успокоенной и умиротворенной. Её умение слушать с понимающим и сочувствующим взглядом, молча, не давая никаких советов, всегда поражали меня.

 В этот день её муж Борис суетился на кухне вместе со Светланой, желая удивить гостей своими мясными деликатесами: запеченной свининой с помидорами и чесноком, обложенный дольками запеченного картофеля.  Светлана готовила разнообразные салаты, украшая их зеленью и цветами, вырезанными из овощей. Борис любил готовить себе сам и привык долгое время обходиться без заботливых женских рук. Ведь он геолог и по девять месяцев в году находился в поле вдали от дома.

 Вскоре на пороге  появились родители Светланы.

- 0, мои хорошие! - воскликнул высокий под два метра, худощавый мужчина.

- Доченька, внученька с праздником великим, -проговорил отец и схватил в объятия, подбежавшую к нему дочку. Светлана была такого маленького роста, что помещалась ему в подмышки и походила скорее на подростка, чем на  женщину. Про таких обычно говорят: "Маленькая собачка до старости щенок", уж слишком она молодо выглядела.

Они обнялись.  От него веяло любовью и нежностью, как от весенней капели.  Затем подхватив внучку на руки, он подбросил её к потолку, поймал и прижал к груди. Жена, Тамара Алексеевна, невысокого роста, красивая женщина, сняла шляпу, расстегнула пальто и  приняла в объятия поочередно то дочку, а затем и внучку.

- Проходите, проходите, гости дорогие, - радуясь и улыбаясь,  приглашала Светлана родителей в комнату, принимая от них подарок, упакованный в коробке и  букет из пяти  красных роз. Немного позже пришел брат с женой и дочкой.

В этой семье всегда царила  нежная, душевная теплота и радость. Это читалось по восторженным взглядам, искренним улыбкам, крепким объятиям и ласковым, полным любви, словам. Здесь никогда не обсуждали других людей за глаза.  Также не приняты были в этой семье и  оценочные отношения к людям.

Праздники сопровождались игрой на балалайке или гармошке, песнями и веселыми частушками. На душе было радостно и комфортно.

Брат Светланы – Георгий, красивый высокий молодой человек был более закрытый, строгий, но с сестрой нежен, ласков и с легкостью принимал её объятия. Очень трепетно относился к матери, уважал отца.  Ведь всё, что он умел, он был обязан своему отцу. В кругу родительской семьи он раскрепощался, убирал присущую ему строгость, превращаясь в заботливого, непосредственного мальчика. У него это был второй брак. Он взял в жёны женщину с семилетним ребенком и старше его по возрасту на пять лет. Наталья была дерзкая, властная, иногда даже грубая и никак на первый взгляд, не вписывалась в эту дружную семейную идилию, держала мужа в «ежовых рукавицах». Первый брак был для Георгия  не удачный.  Он любил и боготворил свою Нину, молодую, очень красивую брюнетку, но, не прожив и года супруги расстались. Он  застал её дома с любовником. Это стало огромным потрясением для него, он не хотел жить, дышать и любить никого после неё.  Стал пить от  горя. Однажды упал на снег и хотел замерзнуть и умереть, чтобы освободиться от невыносимых страданий. Мать, опасаясь за его жизнь, познакомила сына с женщиной - разведенкой со своей работы, и этим спасла от неминуемой гибели.

 В этой семье не встречали людей по одежке, по статусу, здесь как бы считывали человека по открытому взгляду, по улыбке, по состоянию души, не замечая во что человек одет, и какое положение он в обществе занимает.

Тамару Алексеевну уважали на работе и боялись. Она могла взглядом остановить нерадивого работника от хамства и сквернословия, от недостойного поступка. За ней всегда тянулся некий шлейф порядочности, чистоты и нравственности. К её советам всегда прислушивались и с благодарностью принимали от неё помощь. Отец - Василий Николаевич, был настоящим защитником своего семейства, не позволял никому обижать своих домочадцев.

 В шутливых рассказах и воспоминаниях я уловила некую сюжетную нить, объединяющую отцов, детей и дедов по мужской линии. Их передаваемая от деда к отцу и от отца к сыну полюбившаяся фраза, была несколько странной и угрожающей, и звучала так: «Всё унесло великим ураганом!», то ли эта строка из какой-то забытой песни, то ли просто полюбившееся изречение этих мужчин, я так до конца и не поняла.

Дед Светланы – Николай, был кузнецом, сильным, жилистым мужчиной, но невысокого роста.  Как он держал молот при своей профессии и малом росте, мне до сих пор трудно представить. Женился он на деревенской девушке, односельчанке, довольно крупного телосложения, и ростом выше его на целую голову. Переехали они с деревни в город, и он поступил работать на завод в кузнечный цех. Супруга же его Александра была  домохозяйкой. По праздникам  напиваясь, дед играл на балалайке, пел песни. Потом, оставшись один за столом, заканчивал свою трапезу любимым изречением: «Всё унесло великим ураганом!», при этом  театрально срывал со стола скатерть с едой и посудой и бросал на пол.  К нему сразу же спешила баба Шура. Подходила сзади,  делая, как в спортивной борьбе, захват его тела,  слегка приподнимала, и несла к семейному ложу. Пару минут прижимала к кровати, разбушевавшееся тело, после чего он затихал и мирно похрапывая, засыпал.

Эту же фразу часто говорил и сын деда – Василий Николаевич. Как-то раз, решив подшутить над женой, он пришел с работы домой, качаясь и размахивая длинными руками, крикнул полюбившийся семейный клич: «Всё унесло великим ураганом!», и рухнул на пол. Жена заботливо сняла с него ботинки, пальто, подложила под голову подушку. А дочка Света, вглядываясь внимательно в лицо отца, вдруг, радостно закричала: «А папа то не пьяный, он притворяется!». Он улыбнулся, встал на ноги и начал обнимать и целовать рассерженную жену, и весело подпрыгивающую дочку.

 Брат Светланы Георгий, тоже немного выпив алкоголь, терял быстро координацию движений, качаясь, как тонкое дерево при ветре, размахивал традиционно руками и кричал ту же фразу: «Всё унесло великим ураганом!», вышибая при неосторожности то дверь или окно.

 Светлана часто допытывалась от своих мужчин значение этой фразы. На что отец как-то ответил шутливыми стихами…

 Я буду рядом любимая с тобою постоянно.

 Я не покину  и в горе и в беде.

И пусть беда накроет ураганом,

Я защищу тебя в болезни и везде.

И ты привыкнешь, и полюбишь это,

Что связано со мною на века.

Потом всё брошу и уйду я в лета,

И ощутишь как дорога ладонь моя, щека.

Я всё разрушу, уничтожу дерзко.

Не сможешь жить, дышать, как прежде ты

И ты прочувствуешь разлуку очень резко,

И вскрикнешь: « Мой милый, как же сильно я тебя люблю!»

В этом Роду мужчины уходили в иной мир первыми и женщины уходили за ними почти сразу.

© Copyright: Валентина Попова, 2018

Регистрационный номер №0406529

от 7 января 2018

[Скрыть] Регистрационный номер 0406529 выдан для произведения:

На дворе апрель. Весна. Грязь и слякоть. Не люблю я эту пору таянья снега, эти грязные, дырчатые сугробы, унылое серое небо. Одно наслаждение доставляет чистый весенний воздух, наполненный свежестью капели.

Я приглашена на день рождения к подруге Светлане. Свете тридцать лет. Я пришла первая, меня встретила улыбающаяся радушная хозяйка и её трехлетняя очаровательная дочка Аленка. Всегда удивляла радушие и доброта подруги.

 Она мне всегда служила жилеткой, в которую можно выплакаться и успокоить душу. Иногда после жизненных неурядиц и стресса у меня возникало непреодолимое желание увидеть её.  Я могла довольно поздним вечером, без всякого предупреждения, наведаться к ней в гости, послушать песни Жанны Бичевской,  выпить чай, рассказать о наболевшем, и уйти далеко за полночь домой успокоенной и умиротворенной. Её умение слушать с понимающим и сочувствующим взглядом, молча, не давая никаких советов, всегда поражали меня.

 В этот день её муж Борис суетился на кухне вместе со Светланой, желая удивить гостей своими мясными деликатесами: запеченной свининой с помидорами и чесноком, обложенный дольками запеченного картофеля.  Светлана готовила разнообразные салаты, украшая их зеленью и цветами, вырезанными из овощей. Борис любил готовить себе сам и привык долгое время обходиться без заботливых женских рук. Ведь он геолог и по девять месяцев в году находился в поле вдали от дома.

 Вскоре на пороге  появились родители Светланы.

- 0, мои хорошие! - воскликнул высокий под два метра, худощавый мужчина.

- Доченька, внученька с праздником великим, -проговорил отец и схватил в объятия, подбежавшую к нему дочку. Светлана была такого маленького роста, что помещалась ему в подмышки и походила скорее на подростка, чем на  женщину. Про таких обычно говорят: "Маленькая собачка до старости щенок", уж слишком она молодо выглядела.

Они обнялись.  От него веяло любовью и нежностью, как от весенней капели.  Затем подхватив внучку на руки, он подбросил её к потолку, поймал и прижал к груди. Жена, Тамара Алексеевна, невысокого роста, красивая женщина, сняла шляпу и расстегнула пальто и  приняла в объятие поочередно то дочку, а затем и внучку.

- Проходите, проходите, гости дорогие, - радуясь и улыбаясь,  приглашала Светлана родителей в комнату, принимая от них подарок, упакованный в коробке и  букет из пяти  красных роз. Немного позже пришел брат с женой и дочкой.

В этой семье всегда царила  нежная, душевная теплота и радость. Это читалось по восторженным взглядам, искренним улыбкам, крепким объятиям и ласковым, полным любви, словам. Здесь никогда не обсуждали других людей за глаза.  Также не принято было в этой семье и  оценочного отношения к людям.

Праздники сопровождались игрой на балалайке или гармошке, песнями и веселыми частушками.  Здесь шутили, смеялись, танцевали, и на душе было радостно и комфортно.

Брат Светланы – Георгий, красивый высокий молодой человек был более закрытый, строгий, но с сестрой был нежен, ласков и с легкостью принимал её объятия. Очень трепетно относился к матери, уважал отца.  Ведь всё, что он умел, он был обязан своему отцу. В кругу родительской семьи он раскрепощался, убирал присущую ему строгость, превращаясь в заботливого, непосредственного мальчика. У него это был второй брак. Он взял в жёны женщину с семилетним ребенком и старше его по возрасту на пять лет. Наталья была дерзкая, властная, иногда даже грубая и никак на первый взгляд, не вписывалась в эту дружную семейную идилию, держала мужа в «ежовых рукавицах». Первый брак был для Георгия  не удачный.  Он любил и боготворил свою Нину, молодую, очень красивую брюнетку, но, не прожив и года супруги расстались. Он  застал её дома с любовником. Это стало огромным потрясением для него, он не хотел жить, дышать и любить никого после неё.  Стал пить от  горя. Однажды упал на снег и хотел замерзнуть и умереть, чтобы освободиться от невыносимых страданий. Мать, опасаясь за его жизнь, познакомила его с женщиной - разведенкой со своей работы, и этим спасла его от неминуемой гибели.

 В этой семье не встречали людей по одежке, по статусу, здесь как бы считывали человека по открытому взгляду, по улыбке, по состоянию души, не замечая во что человек одет, и какое положение он в обществе занимает.

Тамару Алексеевну уважали на работе и боялись. Она могла взглядом остановить нерадивого работника от хамства и сквернословия, от недостойного поступка. За ней всегда тянулся некий шлейф порядочности, чистоты и нравственности. К ней обращались за советом и помощью. Отец - Василий Николаевич, был настоящим защитником своего семейства, не позволял никому обижать своих домочадцев.

 В шутливых рассказах и воспоминаниях я уловила некую красную нить, объединяющую отцов, детей и дедов по мужской линии. Их передаваемая от деда к отцу и от отца к сыну полюбившаяся фраза, была несколько странной и угрожающей и звучала так: «Всё унесло великим ураганом!», то ли эта строка из какой-то забытой песни, то ли просто полюбившееся изречение этих мужчин, я так до конца и не поняла.

Дед Светланы – Николай, был кузнецом, сильным, жилистым мужчиной, но невысокого роста.  Как он держал молот при своей профессии и малом росте, мне очень трудно представить. Женился он на деревенской девушке, односельчанке, довольно крупного телосложения, и ростом выше его на целую голову. Переехали они с деревни в город, и он поступил работать на завод в кузнечный цех. Супруга же его Александра была  домохозяйкой. По праздникам  напиваясь, дед играл на балалайке, пел песни. Потом оставшись один за столом, опрокидывая в себя остатки алкоголя из недопитых рюмок, и заканчивал свою трапезу любимым кличем: «Всё унесло великим ураганом!», срывал скатерть со стола и сбрасывая еду, посуду на пол.  К нему сразу же спешила баба Шура. Подходила сзади,  делая захват его тела, как в спортивной борьбе, слегка приподнимала и несла его к семейному ложу. Пару минут прижимала к кровати, разбушевавшееся тело, после чего он затихал и мирно похрапывая, засыпал.

Эту же фразу часто говорил и сын деда – Василий Николаевич. Как-то раз, решив подшутить над женой, он пришел с работы домой, качаясь и размахивая длинными руками, крикнул полюбившееся семейное изречение: «Всё унесло великим ураганом!», и свалился на пол. Жена заботливо сняла с него ботинки, пальто, подложила под голову подушку. А дочка Света, вглядываясь внимательно в лицо отца, вдруг, радостно закричала: «А папа то не пьяный, он притворяется!». Он улыбнулся, встал на ноги и начал обнимать и целовать рассерженную жену, и весело подпрыгивающую дочку.

 Брат Светланы Георгий, тоже немного выпив алкоголь, терял быстро координацию движений, качаясь, как тонкое дерево при ветре, размахивал руками и кричал ту же фразу: «Всё унесло великим ураганом!», вышибая при неосторожности то дверь или окно.

 Светлана часто допытывалась от своих мужчин значение этой фразы. На что отец как-то ответил шутливыми стихами…

 Я буду рядом любимая с тобою постоянно.

 Я не покину  и в горе и в беде.

И пусть беда накроет ураганом,

Я защищу тебя в болезни и везде.

И ты привыкнешь, и полюбишь это,

Что связано со мною на века.

Потом всё брошу и уйду я в лета,

И ощутишь как дорога ладонь моя, щека.

Я всё разрушу, уничтожу дерзко.

Не сможешь жить, дышать, как прежде ты

И ты прочувствуешь разлуку очень резко,

И вскрикнешь: « Мой милый, как же сильно я тебя люблю!»

В этом Роду мужчины уходили в иной мир первыми и женщины уходили за ними почти сразу.

Рейтинг: +2 128 просмотров
Комментарии (1)
Людмила Комашко-Батурина # 31 января 2018 в 17:28 +1
Как мало семей с такой душевностью!Прежние устои, к сожалению, уходят...
Новости партнеров