ГлавнаяВся прозаМалые формыМиниатюры → Путешествие в Святогорье

 

Путешествие в Святогорье

8 февраля 2014 - Борис Аксюзов
article186797.jpg

Путешествие в Святогорье


(миниатюра из цикла «Мои поэты»




По осени я стал собираться к Пушкину...


Доехал в полупустом поезде до Смоленска, в котором когда-то жил недолго, а любил его до сих пор... Прошелся по чудным гористым улочкам, многое на них было еще узнаваемо, согревало и печалило...


Через псковскую землю шел только автобус Смоленск — Петербург, поезд уже отменили... Но я обрадовался этому: по карте выходило, что поеду я через Витебск, то есть побываю в Белоруссии, которую помню только советской республикой, и увижу родной город Марка Шагала.


Сел в автобус с этим радостным ощущением и вдруг увидел, что за Смоленском он сворачивает с основного шоссе куда-то вбок, чуть ли не на проселочную дорогу, на которой его начинает трясти и подкидывать.


Но расстраивался я зря... Оказывается, Бог решил наградить меня другим чудом — чудом небольших российских городков и совсем уж задумчивых и печальных деревень.

Демидов, Велиж, Усвяты, Невель, Пустошка, Опочка …


Не знаю, как для вас, а для меня это — музыка … Музыка древней и многострадальной России, ее синеглазого народа, который смотрит на меня из глубины веков и с обочины дороги в окна моего автобуса …


Я сошел в деревне Новгородка, от которой вправо уходила дорога на Пушкинские Горы... Возле автобусной остановки - брошенная изба, а рядом с нею — гора пахучих дров, отливающих на солнце янтарем и золотом...


Мелькнула мысль, а потом засела в голове, как спасение от суеты, в которой жил все последнее время : «Вот бы зазимовать в этой избе, сидеть вечерами у огня, писать стихи, которые уж точно не будут плохими... В двадцати километрах отсюда — Святогорский монастырь, а там лежит Пушкин … Такой грустный в зимнем одиночестве, такой счастливый, что смолкли юбилейные речи и толпы туристов не топчут траву над Соротью ...».


Автобуса не было, попутчики сказали, что его тоже отменили: не ездит никто сейчас к Пушкину.


Подвез до города меня на «Жигулях» вдрызг пьяный парнишка в тельняшке... Он пытался мне что-то рассказать о себе, но никак не мог догадаться выключить истошно ревущую из четырех динамиков музыку. Я так и не узнал, кто он такой и отчего напился...

 

 

В гостинице было скучно … По-моему, на данный момент я был ее единственным постояльцем. Я обиделся, что молодая администраторша совсем не обрадовалась мне и ушел бродить по пустынному городку.


Напротив памятника Пушкину, сидевшего среди пожелтелых дерев, мне улыбнулась радость в лице моего старого знакомого пасечника Василия Дмитриевича, торговавшего медом на месте, где летом бабульки обычно продают цветы «для Пушкина».


    - Вы опять к нам? - приветливо прокричал он, издали узнав меня.

    - Опять, - ответил я.

    - Соскучились, значит …


    - Соскучился …

    - Может, медовухи попробуете?

    - Обязательно... Но только с Вами …

    - А я и не отказываюсь … Грех отказаться по такому случаю.... Который раз мы здесь встречаемся?

    - По-моему, в четвертый …

    - И что сказал бы Александр Сергеевич по этому поводу? … «Друзья, прекрасен наш союз! ...»

    - «Он, как душа, неразделим и вечен ...»

    - А душа наша и есть он сам, Александр Сергеевич Пушкин.... - очень кратко и точно заключил нашу беседу пасечник.

    Мы выпили медовухи. Пушкин смотрел на нас из-за ветвей, как мне показалось чуть насмешливо, но без укора. И жест руки у него был ласково предостерегающим: «Вы там, ребята, не переберите случаем».

    Когда мы прикончили весь бочонок этого слабого, но очень коварного напитка, Дмитрич неожиданно сказал мне, обращаясь уже на «ты»:

    - Знаешь, ты сегодня не ходи к НЕМУ... Заметил я: не любит ОН, когда приходят на могилку выпимши … Хотя и сам был выпить не дурак …


© Copyright: Борис Аксюзов, 2014

Регистрационный номер №0186797

от 8 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0186797 выдан для произведения:

Путешествие в Святогорье


(миниатюра из цикла «Мои поэты»




По осени я стал собираться к Пушкину...


Доехал в полупустом поезде до Смоленска, в котором когда-то жил недолго, а любил его до сих пор... Прошелся по чудным гористым улочкам, многое на них было еще узнаваемо, согревало и печалило...


Через псковскую землю шел только автобус Смоленск — Петербург, поезд уже отменили... Но я обрадовался этому: по карте выходило, что поеду я через Витебск, то есть побываю в Белоруссии, которую помню только советской республикой, и увижу родной город Марка Шагала.


Сел в автобус с этим радостным ощущением и вдруг увидел, что за Смоленском он сворачивает с основного шоссе куда-то вбок, чуть ли не на проселочную дорогу, на которой его начинает трясти и подкидывать.


Но расстраивался я зря... Оказывается, Бог решил наградить меня другим чудом — чудом небольших российских городков и совсем уж задумчивых и печальных деревень.

Демидов, Велиж, Усвяты, Невель, Пустошка, Опочка …


Не знаю, как для вас, а для меня это — музыка … Музыка древней и многострадальной России, ее синеглазого народа, который смотрит на меня из глубины веков и с обочины дороги в окна моего автобуса …


Я сошел в деревне Новгородка, от которой вправо уходила дорога на Пушкинские Горы... Возле автобусной остановки - брошенная изба, а рядом с нею — гора пахучих дров, отливающих на солнце янтарем и золотом...


Мелькнула мысль, а потом засела в голове, как спасение от суеты, в которой жил все последнее время : «Вот бы зазимовать в этой избе, сидеть вечерами у огня, писать стихи, которые уж точно не будут плохими... В двадцати километрах отсюда — Святогорский монастырь, а там лежит Пушкин … Такой грустный в зимнем одиночестве, такой счастливый, что смолкли юбилейные речи и толпы туристов не топчут траву над Соротью ...».


Автобуса не было, попутчики сказали, что его тоже отменили: не ездит никто сейчас к Пушкину.


Подвез до города меня на «Жигулях» вдрызг пьяный парнишка в тельняшке... Он пытался мне что-то рассказать о себе, но никак не мог догадаться выключить истошно ревущую из четырех динамиков музыку. Я так и не узнал, кто он такой и отчего напился...

В гостинице было скучно … По-моему, на данный момент я был ее единственным постояльцем. Я обиделся, что молодая администраторша совсем не обрадовалась мне и ушел бродить по пустынному городку.


Напротив памятника Пушкину, сидевшего среди пожелтелых дерев, мне улыбнулась радость в лице моего старого знакомого пасечника Василия Дмитриевича, торговавшего медом на месте, где летом бабульки обычно продают цветы «для Пушкина».


    - Вы опять к нам? - приветливо прокричал он, издали узнав меня.

    - Опять, - ответил я.

    - Соскучились, значит …


    - Соскучился …

    - Может, медовухи попробуете?

    - Обязательно... Но только с Вами …

    - А я и не отказываюсь … Грех отказаться по такому случаю.... Который раз мы здесь встречаемся?

    - По-моему, в четвертый …

    - И что сказал бы Александр Сергеевич по этому поводу? … «Друзья, прекрасен наш союз! ...»

    - «Он, как душа, неразделим и вечен ...»

    - А душа наша и есть он сам, Александр Сергеевич Пушкин.... - очень кратко и точно заключил нашу беседу пасечник.

    Мы выпили медовухи. Пушкин смотрел на нас из-за ветвей, как мне показалось чуть насмешливо, но без укора. И жест руки у него был ласково предостерегающим: «Вы там, ребята, не переберите случаем».

    Когда мы прикончили весь бочонок этого слабого, но очень коварного напитка, Дмитрич неожиданно сказал мне, обращаясь уже на «ты»:

    - Знаешь, ты сегодня не ходи к НЕМУ... Заметил я: не любит ОН, когда приходят на могилку выпимши … Хотя и сам был выпить не дурак …


Рейтинг: +1 154 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!