ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → ХЛОПОТНОЕ ПЛАВАНИЕ БОЕВЫХ КОРАБЛЕЙ ПО РЕЧКЕ НЕВЕ - морские байки

 

ХЛОПОТНОЕ ПЛАВАНИЕ БОЕВЫХ КОРАБЛЕЙ ПО РЕЧКЕ НЕВЕ - морские байки

4 сентября 2012 - юрий елистратов
article74336.jpg

                     ХЛОПОТНОЕ ПЛАВАНИЕ БОЕВЫХ КОРАБЛЕЙ ПО РЕЧКЕ НЕВЕ - морски байки

                              (отрывок из повести "Торпеда на спирте")

 

 

 

«Плыть» по речке Неве не просто.

 

Неожиданно выяснилось, что море не речка и наоборот. Так, по этой самой речке надо было идти строго по фарватеру. А что это такое спросите вы? Отвечаю. Фарватер это там где нет мелей.

 

Мель это такое место в речке, где одна наша подводная лодка вдруг остановилась и ни «тпру ни ну». Ну, никак! Стоит, поросятина, и все тут. С этим мало изученным явлением мы встретились почти сразу же после выхода из Питера.

 

Помните кинофильм «Волга-Волга», когда веселый капитан докрутился рулевым штурвалом, и с песней «Америка России, подарила пароход …», посадил пароход на крутую мель. Так вот с подводной лодкой, приписанной к нам, произошло то же самое, но не так смешно и весело, как в кинофильме.

 

В результате крутого служебного разбора в радио эфире, если опустить ненормативную лексику, Миша - командир понял, что на бедолаге подводной лодке у штурвала стоял рулевой, из головы которого не выветрился тот самый пивной дух. Не зря милиционеры не любят пьяных водителей.

 

Оказывается, на реке то же самое. Коротко говоря, рулевой на подводной лодке чуть - чуть не попал в створ бакенов, ограждающих фарватер, проще говоря заехал на тротуар, чтобы было понятно гражданским.

 

Что происходит когда автомобиль наезжает на тротуар? У него обычно отваливается колесо, если не верите, попробуйте на большой скорости въехать на тротуар через бордюр. Попробовали, ну и какое впечатление?

 

Такое же впечатление было и у нас. Позорище было невообразимое. На глазах у ехидно хихикающих презренных речников, боевые моряки подводной лодки «пузом» сели на мель. Какие слова в этом случае проносится в голове у лихого маримана, лучше всего меня поймёт моряк.

 

Настоящий моряк обычно с превосходством смотрит на гражданских мореходов, а уж как на речников - и говорить нечего. Подумаешь, речка! Вот моря и океаны это да! И вот именно на глазах этих речников произошло то, что произошло.

 

Вокруг бедолаги подводной лодки, немедленно собралась толпа буксиров, плоскодонных пароходиков и всякой другой речной братии. Со всех сторон неслись советы; кто-то предлагал вызвать из Питера мощный буксир, гвалт стоял невообразимый.

 

Наконец, Миша - командир, почесав лысину, тем самым приведя себя в чувства, включил на полную мощность корабельную «громкую связь» и четко послал всех окружающих нас советчиков и сочувствующих на …сами понимаете куда.

 

После этого, по его команде, все оставшиеся на свободном плаву боевые корабли выстроились в кильватер. Друг за дружкой, проще говоря. Лодку подцепили тросом к этой колбасе, и все корабли дали синхронно самый «полный вперед».

 

Кроме тяги вперед, под сидящую на мели подлодку, пошла мощная струя воды от винтов кораблей, подмывая из-под неё песок. Кряхтя от натуги и скрипя железным брюхом, лодка нехотя стала стягиваться. Через мгновение она уже весело качалась на речной волне под наши радостные вопли.

 

Миша приказал командиру подлодки «осмотреться по отсекам» – а вдруг где течь, посадить на губу рулевого и явиться к нему для доклада. Оба командира, спустились в кают-компанию и через мгновение, оттуда донеслась громкая речь - Миша – командир «драил» провинившегося до блеска, как «медяшку».

 

Я, как штурман группы боевых кораблей в отдельном плавании, то же не дремал. Внимательно изучив речную лоцию, стал больше понимать правила поведения судов на реке. Кроме того, что на ней нельзя ловить ртом мух и надо быть на чеку при виде бакенов, ограждающих мели, надо ещё внимательно расходиться со встречными судами.

 

Для расхождения со встречным судном, существует определенный речной ритуал. Сначала надо снизить скорость, чтобы не присосаться в обнимку друг к другу, по законам гидродинамики. Затем выбрать, с какого борта хочешь с ним разойтись, так как правостороннее движение на реке не действует. И именно с этого борта надо усиленно махать белым флагом. Если встречный согласен, на нем тоже начинают махать с этого же борта.

 

Все бы хорошо, но белого флага определенного размера не было ни на одном корабле нашей группы. Всем командирам было велено изготовить флаги из подручных средств, а именно из простыней. На кораблях прозвучала команда «Простыни рвать!», но на торпедных катерах случилась заминка.

 

Оттуда отчаянно семафорили, что простыней на катерах нет ни одной, так как команда обычно спит на берегу. Им надо было помочь, но тут заупрямился наш боцман, он же и баталер (кладовщик значит) – «Для своего корабля так и быть дам, а для чужих, как я буду списывать две простыни?».

 

Вся склока между командиром и прижимистым баталером происходила на мостике. Сцена была настолько комичной, что матросы рулевые и сигнальщики, тихо прыскали со смеху в рукава роб. Миша-командир бегал по мостику и костерил баталера всякими нехорошими словами.

 

При этом он вспоминал баталеру массу списанного расходного материала – тросы, канаты, какие-то матрасы. Командир особенно напирал на анкерный якорь, который баталер, он же боцман, потерял в Таллиннской бухте в результате своих неграмотных действий, а тут какие-то две жалкие простыни!

 

Представьте себе вяло текущие воды Невы, тишину молчаливых берегов, терпеливо стоящую колонну военных кораблей и страстные крики Миши-командира, нарушающие все это благолепие.

 

Баталер обречено молчал, мысленно уже расставшись с этими треклятыми простынями, но по прежнему делал вид, что он не согласен так , за здорово живешь, расстаться с родным корабельным имуществом. Якорь это одно, а простыни это другое.

 

Видя это упрямство на ровном месте, Миша-командир рассвирепел и гаркнул уже что-то совсем непотребное. Боцман - баталер явно после этого струхнул и пробормотал побелевшими губами – «А где я возьму палки?». Этот вопрос был явным непотребством подчинённого оспаривать приказ старшего по званию, да ещё в отдельном плавании!

 

Миша-командир от этих слов остановился как вкопанный и почему-то озадаченно посмотрел на мачту. На боевом корабле есть все – снаряды, мины, ракеты, дальномеры, камбуз, гальюн, а палок нет. Ну, нет и все тут. Единственное подобие палки это коротенькая мачта, да и та железная.

 

Командир на то и командир, что должен давать подчиненным ясные и выполнимые команды. Сейчас ситуация становилась угрожающей – где взять палки для флагов и какую команду давать? Все стоящие на мостике заинтересованно ждали, что придумает боевой командир. Ждал и хитрющий боцман. И командир не подкачал.

 

- Шлюпку на воду! Сей секунд! – решительно скомандовал он, обращаясь к боцману, который тут же замер столбом.

 

Надо сказать, что боцман на корабле отвечает за многие хлопотливые вещи. Так, ежедневно на палубе должна стоять бочка с тихоокеанской сельдью, которую матросы без спроса могут трескать сколько угодно.

 

Сельдь появилась на палубах военных кораблей, после того, как корабельные медики выяснили, что при качке у некоторых матросов разыгрывается волчий аппетит, который надо немедленно подавлять, чтобы избежать психологического стресса – «Когда матросу хочется рубать, тут уже не до войны!».

 

Ещё боцман отвечает за покраску корабля, чтобы у него всегда был лихой и боевой вид. Само собой он ответственен за тросы, канаты, другое имущество и, конечно, шлюпки …если они есть.

 

Шлюпок на нашем корабле не было! Не полагалось! Полагался надувной катер с подвесным мотором и каждому матросу по спасательному жилету. Зная, что на доставание катера, его надувание воздухом, оживление подвесного мотора уйдет уйма времени, хитрый боцман вяло произнес:

 

- Есть на воду! – затем помялся и тихо произнес – Но только через два часа. Это напоминание отрезвило Мишу–командира, он привычно почесал лысину и произнес:

 

- Шлюпку отставить! – затем скомандовал сигнальщику – просемафорить на торпедный катер «Идти к берегу! Срубить пару палок для флагов! Исполнять немедленно!».

 

Катерники, стараясь загладить свою «простынную» вину, тут же кинулись исполнять команду. Носом разрезая воду на две волны, к берегу лихо ринулся торпедный катер, пугая ревом своих двигателей окрестных коров и коз. Но «кавалерийская» атака катерников была обречена – на берегах, сколько хватало глаз, тянулись ровные поля пшеницы без единого деревца.

 

В какой то момент катерники поняли, что отсутствием у них простыней, а теперь ещё и палок, они заранее ставят себя в положение  каких-то неприкаянных, вызывающих большие проблемы и жалость, что ли, у окружающих моряков.

 

Этого лихие катерники позволить себе не могли. Бестолково потоптавшись на берегу, они раскинулись широкой цепью, и пошли в поля.

 

Если вы думаете, что в хлебном поле нет палок, вы хорошо думаете о колхозниках. Катерники возвращались не цепью, а толпой и махали нам с берега палками и не двумя.

 

Общего «палочного улова» хватило бы на весь гвардейский дивизион больших охотников Балтийского флота. Не будем смеяться над ребятами – они старались загладить свою неловкость с простынями. Ну, малость перестарались, ну и что.

 

Вооружившись белыми флагами для отмашки желаемого борта встречным речным пароходикам, наша военная армада двинулась вверх по течению Невы.

 

Внимательно наблюдая за действиями головного нашего корабля, вся колонна лихо махала белыми флагами, для того, чтобы «эй, там на барже!» речная братва знала по какому борту мы их пропускаем.

 

Создано

Юрий Елистратов

4 сентября 2012г.

© Copyright: юрий елистратов, 2012

Регистрационный номер №0074336

от 4 сентября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0074336 выдан для произведения:

                     ПЛАВАНИЕ БОЕВЫХ КОРАБЛЕЙ ПО РЕЧКЕ НЕВЕ - морски байки

                              (отрывок из повести "Торпеедап на спирте")

 

 

«Плыть» по речке Неве не просто.

Неожиданно выяснилось, что море не речка и наоборот. Так, по этой самой речке надо было идти строго по фарватеру. А что это такое спросите вы? Отвечаю. Фарватер это там где нет мелей. Мель это такое место в речке, где одна наша подводная лодка вдруг остановилась и ни «тпру ни ну». Ну, никак! Стоит, поросятина, и все тут. С этим мало изученным явлением мы встретились почти сразу же после выхода из Питера.

Помните кинофильм «Волга-Волга», когда веселый капитан докрутился рулевым штурвалом, и с песней «Америка России, подарила пароход …», посадил пароход на крутую мель. Так вот с подводной лодкой, приписанной к нам, произошло то же самое, но не так смешно и весело, как в кинофильме.

В результате крутого служебного разбора в радио эфире, если опустить ненормативную лексику, Миша - командир понял, что на бедолаге подводной лодке у штурвала стоял рулевой, из головы которого не выветрился тот самый пивной дух. Не зря милиционеры не любят пьяных водителей.

Оказывается, на реке то же самое. Коротко говоря, рулевой на подводной лодке чуть - чуть не попал в створ бакенов, ограждающих фарватер, проще говоря заехал на тротуар, чтобы было понятно гражданским.

Что происходит когда автомобиль наезжает на тротуар? У него обычно отваливается колесо, если не верите, попробуйте на большой скорости въехать на тротуар через бордюр. Попробовали, ну и какое впечатление?

Такое же впечатление было и у нас. Позорище было невообразимое. На глазах у ехидно хихикающих презренных речников, боевые моряки подводной лодки «пузом» сели на мель. Какие слова в этом случае проносится в голове у лихого маримана, лучше всего меня поймёт моряк.

Настоящий моряк обычно с превосходством смотрит на гражданских мореходов, а уж как на речников - и говорить нечего. Подумаешь, речка! Вот моря и океаны это да! И вот именно на глазах этих речников произошло то, что произошло.

Вокруг бедолаги подводной лодки, немедленно собралась толпа буксиров, плоскодонных пароходиков и всякой другой речной братии. Со всех сторон неслись советы; кто-то предлагал вызвать из Питера мощный буксир, гвалт стоял невообразимый.

Наконец, Миша - командир, почесав лысину, тем самым приведя себя в чувства, включил на полную мощность корабельную «громкую связь» и четко послал всех окружающих нас советчиков и сочувствующих на …сами понимаете куда.

После этого, по его команде, все оставшиеся на свободном плаву боевые корабли выстроились в кильватер. Друг за дружкой, проще говоря. Лодку подцепили тросом к этой колбасе, и все корабли дали синхронно самый «полный вперед».

Кроме тяги вперед, под сидящую на мели подлодку, пошла мощная струя воды от винтов кораблей, подмывая из-под неё песок. Кряхтя от натуги и скрипя железным брюхом, лодка нехотя стала стягиваться. Через мгновение она уже весело качалась на речной волне под наши радостные вопли.

Миша приказал командиру подлодки «осмотреться по отсекам» – а вдруг где течь, посадить на губу рулевого и явиться к нему для доклада. Оба командира, спустились в кают-компанию и через мгновение, оттуда донеслась громкая речь - Миша – командир «драил» провинившегося до блеска, как «медяшку».

Я, как штурман группы боевых кораблей в отдельном плавании, то же не спал. Внимательно изучив речную лоцию, стал больше понимать правила поведения судов на реке. Кроме того, что на ней нельзя ловить ртом мух и надо быть на чеку при виде бакенов, ограждающих мели, надо ещё внимательно расходиться со встречными судами.

Для расхождения со встречным судном, существует определенный речной ритуал. Сначала надо снизить скорость, чтобы не присосаться в обнимку друг к другу, по законам гидродинамики. Затем выбрать, с какого борта хочешь с ним разойтись, так как правостороннее движение на реке не действует. И именно с этого борта надо усиленно махать белым флагом. Если встречный согласен, на нем тоже начинают махать с этого же борта.

Все бы хорошо, но белого флага определенного размера не было ни на одном корабле нашей группы. Всем командирам было велено изготовить флаги из подручных средств, а именно из простыней. На кораблях прозвучала команда «Простыни рвать!», но на торпедных катерах случилась заминка.

Оттуда отчаянно семафорили, что простыней на катерах нет ни одной, так как команда обычно спит на берегу. Им надо было помочь, но тут заупрямился наш боцман, он же и баталер (кладовщик значит) – «Для своего корабля так и быть дам, а для чужих, как я буду списывать две простыни?».

Вся склока между командиром и прижимистым баталером происходила на мостике. Сцена была настолько комичной, что матросы рулевые и сигнальщики, тихо прыскали со смеху в рукава роб. Миша-командир бегал по мостику и костерил баталера всякими нехорошими словами.

При этом он вспоминал баталеру массу списанного расходного материала – тросы, канаты, какие-то матрасы. Командир особенно напирал на анкерный якорь, который баталер, он же боцман, потерял в Таллиннской бухте в результате своих неграмотных действий, а тут какие-то две жалкие простыни!

Представьте себе вяло текущие воды Невы, тишину молчаливых берегов, терпеливо стоящую колонну военных кораблей и страстные крики Миши-командира, нарушающие все это благолепие.

Баталер обречено молчал, мысленно уже расставшись с этими треклятыми простынями, но по прежнему делал вид, что он не согласен так , за здорово живешь, расстаться с родным корабельным имуществом. Якорь это одно, а простыни это другое.

Видя это упрямство на ровном месте, Миша-командир рассвирепел и гаркнул уже что-то совсем непотребное. Боцман - баталер явно после этого струхнул и пробормотал побелевшими губами – «А где я возьму палки?». Этот вопрос был явным непотребством подчинённого оспаривать приказ старшего по званию, да ещё в отдельном плавании!

Миша-командир от этих слов остановился как вкопанный и почему-то озадаченно посмотрел на мачту. На боевом корабле есть все – снаряды, мины, ракеты, дальномеры, камбуз, гальюн, а палок нет. Ну, нет и все тут. Единственное подобие палки это коротенькая мачта, да и та железная.

Командир на то и командир, что должен давать подчиненным ясные и выполнимые команды. Сейчас ситуация становилась угрожающей – где взять палки для флагов и какую команду давать? Все стоящие на мостике заинтересованно ждали, что придумает боевой командир. Ждал и хитрющий боцман. И командир не подкачал.

- Шлюпку на воду! Сей секунд! – решительно скомандовал он, обращаясь к боцману, который тут же замер столбом.

Надо сказать, что боцман на корабле отвечает за многие хлопотливые вещи. Так, ежедневно на палубе должна стоять бочка с тихоокеанской сельдью, которую матросы без спроса могут трескать сколько угодно.

Сельдь появилась на палубах военных кораблей, после того, как корабельные медики выяснили, что при качке у некоторых матросов разыгрывается волчий аппетит, который надо немедленно подавлять, чтобы избежать психологического стресса – «Когда матросу хочется рубать, тут уже не до войны!».

Ещё боцман отвечает за покраску корабля, чтобы у него всегда был лихой и боевой вид. Само собой он ответственен за тросы, канаты, другое имущество и, конечно, шлюпки …если они есть.

Шлюпок на нашем корабле не было! Не полагалось! Полагался надувной катер с подвесным мотором и каждому матросу по спасательному жилету. Зная, что на доставание катера, его надувание воздухом, оживление подвесного мотора уйдет уйма времени, хитрый боцман вяло произнес:

- Есть на воду! – затем помялся и тихо произнес – Но только через два часа. Это напоминание отрезвило Мишу–командира, он привычно почесал лысину и произнес:

- Шлюпку отставить! – затем скомандовал сигнальщику – просемафорить на торпедный катер «Идти к берегу! Срубить пару палок для флагов! Исполнять немедленно!».

Катерники, стараясь загладить свою «простынную» вину, тут же кинулись исполнять команду. Носом разрезая воду на две волны, к берегу лихо ринулся торпедный катер, пугая ревом своих двигателей окрестных коров и коз. Но «кавалерийская» атака катерников была обречена – на берегах, сколько хватало глаз, тянулись ровные поля пшеницы без единого деревца.

В какой то момент катерники поняли, что отсутствием у них простыней, а теперь ещё и палок, они заранее ставят себя в положение  каких-то неприкаянных, вызывающих большие проблемы и жалость, что ли, у окружающих моряков.

Этого лихие катерники позволить себе не могли. Бестолково потоптавшись на берегу, они раскинулись широкой цепью, и пошли в поля.

Если вы думаете, что в хлебном поле нет палок, вы хорошо думаете о колхозниках. Катерники возвращались не цепью, а толпой и махали нам с берега палками и не двумя.

Общего «палочного улова» хватило бы на весь гвардейский дивизион больших охотников Балтийского флота. Не будем смеяться над ребятами – они старались загладить свою неловкость с простынями. Ну, малость перестарались, ну и что.

Вооружившись белыми флагами для отмашки желаемого борта встречным речным пароходикам, наша военная армада двинулась вверх по течению Невы.

Внимательно наблюдая за действиями головного нашего корабля, вся колонна лихо махала белыми флагами, для того, чтобы «эй, там на барже!» речная братва знала по какому борту мы их пропускаем.

 

Создано

Юрий Елистратов

4 сентября 2012г.

Рейтинг: +3 1080 просмотров
Комментарии (6)
0 # 4 сентября 2012 в 16:44 0
Выкрутились)))
юрий елистратов # 4 сентября 2012 в 21:48 0
Танечка - балтийский военный моряк ВЫКРУЧИВАЛСЯ
и не из таких положений.
особенно, когда приехали женщины - конструктора из Питера!
Вот! flo
Юрий Алексеенко # 4 сентября 2012 в 19:12 0
Черти, а не военные моряки, зато в бою лихие рубаки !
юрий елистратов # 4 сентября 2012 в 21:50 0
Юрий - на абордаж не приходилось.
Но...ежели бы пришлось - кортики из ножен и
"ПОЛУНДРА"!!!!!!!!!!! Бей....чтоб чужие боялись! voenpulem 690f3871980c181dc853f7b6fce4f48e
Марина Попова # 6 сентября 2012 в 05:15 0
zyy ura
юрий елистратов # 6 сентября 2012 в 13:00 0
Спасибо за чтение 625530bdc4096c98467b2e0537a7c9cd flo