ГлавнаяВся прозаМалые формыМиниатюры → Очередной весенний текст

 

Очередной весенний текст

27 февраля 2015 - Геростратова Слава
article274008.jpg
 "На черной виселице сгинув,
  Висят и пляшут плясуны,
  Скелеты пляшут Саладинов
  И паладинов сатаны."
                    Артюр Рембо, "Бал повешенных"








 Весна пахнет кровью.
 Уже с февраля я чувствую, как ползёт по земле этот гнилостный запах.
 Грязь, огонь, боль, шизофрения, отстрел...
 За окном только трубы и трупы - перечёркнутый проводами кадр.
 Под снегом обозначаются скелетики ёлок, сваленные в кучу...
 С остатками мишуры - призраки радости - всё, что от неё остаётся.
 [От неё не должно ничего оставаться]

 Вцепившись в чёрные кривые руки придорожного куста, рваной фатой бъётся обрывок полиэтилена...

 Вон чей-то шарик улетел. Всё чёрно-белое, а он вызывающе яркий.


 Путь по чёрному гребню у края дороги.
 Чёрный лёд. 
 Чёрные ступеньки детской горки. 
 Как сложно угадать в этом рождение нового. 
 Это такое время - "время-ничто", "время-нет","не-время","время вне времени". 
 Между жизнями, когда кажется, что умер навсегда. 
 Когда нас нет - совсем нет, нигде нет.

 ...Рваться... как этот кусок полиэтилена. 
 Быть парусом, быть белым флагом, чувствовать себя прибитым к стене/мачте/веткам... 
 Рвать края... ты - белое полотно, тебе не больно. 

 Сначала оборвётся один, и станет свободнее.
 Оборвётся второй, и ты уже сможешь танцевать. 
 Изящество белого полотна, вывинчиваемого ветром - до последнего, в штопор, в веретено... 
 Выжимает слёзы из сухого... 
 Резко разворачивает, полощет крылья - потанцуй... потанцуй...

 Непостижимое, страшное сочетание холода и боли... которое всё никак не хочется постигнуть до конца.

 Если со свежими шрамами выйти на улицу в феврале, можно почувствовать, как холод проникает в глубину, точно повторяя рисунок сплетённых в сеть ран. 

                                 "Умирать зимою холодно..."

 Видишь попавшего под колёса и думаешь: "Он там живой? Господи, хоть бы мёртвый! Ведь так холодно и больно лежать на чёрном льду. Так больно, когда не сразу не насмерть".

 Вон полотно - оторвалось от веток, улетело, совсем улетело... страааашно....

 Как быстро забываются лица мёртвых - особенно если под рукой нет фото.

 ...Вон провод свернулся в петлю и раскачивается, кажется, ты даже слышишь этот жуткий скрежет - не надо, перестань уже, не надо! - а на самом деле он раскачивается зловеще беззвучно.

 Стоишь и слушаешь вой ветра, страшные, выворачивающие тебя звуки... 
 Какой страшный - впервые - ветер, какие кладбищенские завывания...
 Похоронный оркестр.

 Впервые-
 Важно- в любом чувстве, любой фразе. 
 Я впервые это испытываю. 
 Я всё- каждый миг- вижу и чувствую впервые. 
 Впервые читаю эту книгу. 
 Я никогда так...

 Безумно хочется весны и курить.

 Едешь в маршрутном такси, смотришь на них и вспоминаешь собственную фразу: "Глупо бояться быть непонятым. Наши мысли слишком типичны, чтобы мы не понимали друг друга".

 Сойтись с ними в одной точке на основании пустоты, поразиться тому, что все пепелища выглядят одинаково (а что было до - ты уже сам не разберёшь), сверять координаты, системы координат... 
 Поколение, диагноз которого - пустота. 
 В каждом - пустота.
 Ты больше не хочешь заглядывать в их души - ты знаешь, что там. 
 Ты знаешь, что это за родство -  так держатся вместе те, кому скоро умирать.
 Мы умирали синхронно.
 Хорошо спланированный взрыв, тысячи эпицентров.
 И дотлели - одновременно.

 Человечество, диагноз которого - пустота.

 ...Давно-давно...было так же грязно и пусто... только тогда ты к этой пустоте ещё не привык. Там, у "Юности", такие запутанные дороги, редкие светофоры и такой вывернутый съезд с "Меридиана",  что водитель до последнего ничего не видит. Сначала ты идёшь по обочине, слушаешь альбом "SMS" и ничего плохого не хочешь. А потом видишь этот спуск. Такой идеальный. Водитель успевает затормозить, ты получаешь ****юлей. И у тебя на всю жизнь остаётся приятное воспоминание о том, как ты не умер. Сначала оно - бесцветное, но спустя несколько лет, ты с теплотой вспоминаешь эту грязь, и тебе снова хочется "броситься у "Юности". Все чувства, наполнявшие тебя в тот момент, начисто выветриваются, остаётся трафарет события: грязь.  мосты, свёртка.

 Собираешь мозаику, всё так хорошо сходится, и вдруг - последний кусочек не подошёл. 

 И всё готово рухнуть , но ты сидишь и смотришь, как, отражаясь в галерее автомобильных стёкл, сияет на небе ярко-зелёная луна и две - прямая и изломанная - стрелки на ней...




 24.2.13 Аудиозаписи https://vk.com/obru4eniesosmertiu

© Copyright: Геростратова Слава, 2015

Регистрационный номер №0274008

от 27 февраля 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0274008 выдан для произведения:  "На черной виселице сгинув,
  Висят и пляшут плясуны,
  Скелеты пляшут Саладинов
  И паладинов сатаны."
                    Артюр Рембо, "Бал повешенных"








 Весна пахнет кровью.
 Уже с февраля я чувствую, как ползёт по земле этот гнилостный запах.
 Грязь, огонь, боль, шизофрения, отстрел...
 За окном только трубы и трупы - перечёркнутый проводами кадр.
 Под снегом обозначаются скелетики ёлок, сваленные в кучу...
 С остатками мишуры - призраки радости - всё, что от неё остаётся.
 [От неё не должно ничего оставаться]

 Вцепившись в чёрные кривые руки придорожного куста, рваной фатой бъётся обрывок полиэтилена...

 Вон чей-то шарик улетел. Всё чёрно-белое, а он вызывающе яркий.


 Путь по чёрному гребню у края дороги.
 Чёрный лёд. 
 Чёрные ступеньки детской горки. 
 Как сложно угадать в этом рождение нового. 
 Это такое время - "время-ничто", "время-нет","не-время","время вне времени". 
 Между жизнями, когда кажется, что умер навсегда. 
 Когда нас нет - совсем нет, нигде нет.

 ...Рваться... как этот кусок полиэтилена. 
 Быть парусом, быть белым флагом, чувствовать себя прибитым к стене/мачте/веткам... 
 Рвать края... ты - белое полотно, тебе не больно. 

 Сначала оборвётся один, и станет свободнее.
 Оборвётся второй, и ты уже сможешь танцевать. 
 Изящество белого полотна, вывинчиваемого ветром - до последнего, в штопор, в веретено... 
 Выжимает слёзы из сухого... 
 Резко разворачивает, полощет крылья - потанцуй... потанцуй...

 Непостижимое, страшное сочетание холода и боли... которое всё никак не хочется постигнуть до конца.

 Если со свежими шрамами выйти на улицу в феврале, можно почувствовать, как холод проникает в глубину, точно повторяя рисунок сплетённых в сеть ран. 

                                 "Умирать зимою холодно..."

 Видишь попавшего под колёса и думаешь: "Он там живой? Господи, хоть бы мёртвый! Ведь так холодно и больно лежать на чёрном льду. Так больно, когда не сразу не насмерть".

 Вон полотно - оторвалось от веток, улетело, совсем улетело... страааашно....

 Как быстро забываются лица мёртвых - особенно если под рукой нет фото.

 ...Вон провод свернулся в петлю и раскачивается, кажется, ты даже слышишь этот жуткий скрежет - не надо, перестань уже, не надо! - а на самом деле он раскачивается зловеще беззвучно.

 Стоишь и слушаешь вой ветра, страшные, выворачивающие тебя звуки... 
 Какой страшный - впервые - ветер, какие кладбищенские завывания...
 Похоронный оркестр.

 Впервые-
 Важно- в любом чувстве, любой фразе. 
 Я впервые это испытываю. 
 Я всё- каждый миг- вижу и чувствую впервые. 
 Впервые читаю эту книгу. 
 Я никогда так...

 Безумно хочется весны и курить.

 Едешь в маршрутном такси, смотришь на них и вспоминаешь собственную фразу: "Глупо бояться быть непонятым. Наши мысли слишком типичны, чтобы мы не понимали друг друга".

 Сойтись с ними в одной точке на основании пустоты, поразиться тому, что все пепелища выглядят одинаково (а что было до - ты уже сам не разберёшь), сверять координаты, системы координат... 
 Поколение, диагноз которого - пустота. 
 В каждом - пустота.
 Ты больше не хочешь заглядывать в их души - ты знаешь, что там. 
 Ты знаешь, что это за родство -  так держатся вместе те, кому скоро умирать.
 Мы умирали синхронно.
 Хорошо спланированный взрыв, тысячи эпицентров.
 И дотлели - одновременно.

 Человечество, диагноз которого - пустота.

 ...Давно-давно...было так же грязно и пусто... только тогда ты к этой пустоте ещё не привык. Там, у "Юности", такие запутанные дороги, редкие светофоры и такой вывернутый съезд с "Меридиана",  что водитель до последнего ничего не видит. Сначала ты идёшь по обочине, слушаешь альбом "SMS" и ничего плохого не хочешь. А потом видишь этот спуск. Такой идеальный. Водитель успевает затормозить, ты получаешь ****юлей. И у тебя на всю жизнь остаётся приятное воспоминание о том, как ты не умер. Сначала оно - бесцветное, но спустя несколько лет, ты с теплотой вспоминаешь эту грязь, и тебе снова хочется "броситься у "Юности". Все чувства, наполнявшие тебя в тот момент, начисто выветриваются, остаётся трафарет события: грязь.  мосты, свёртка.

 Собираешь мозаику, всё так хорошо сходится, и вдруг - последний кусочек не подошёл. 

 И всё готово рухнуть , но ты сидишь и смотришь, как, отражаясь в галерее автомобильных стёкл, сияет на небе ярко-зелёная луна и две - прямая и изломанная - стрелки на ней...




 24.2.13
Рейтинг: 0 128 просмотров
Комментарии (1)
Серов Владимир # 27 февраля 2015 в 10:00 0