ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Маленькая Луна

 

Маленькая Луна

12 октября 2012 - Татьяна Шереметева
 Я. Опять я начинаю свой никому не слышный разговор  с этого слова. Или  местоимения. Или буквы?  Я – это точка отсчета, самое главное и центральное для меня место на Земле. Эта точка может перемещаться, сливаться с подобными ей, она может уменьшаться или увеличиваться, она может растворяться в любви к самым близким. Но она все равно есть. Я иду по Земле, и я иду по земле. 
Совсем недалеко - в небе - светит пол-Луны. Верхняя половинка срезана, низ прогнулся к Земле и к  земле. Под эту половинку Луны хочется подставить ладонь и посадить ее туда, как желтого цыпленка. И отогреть. 
 
Взрослая Луна большая и холодная. Когда же видна только ее половина, что-то меняется.  Это еще не взрослая, это еще маленькая Луна. 
Я. Я уже много лет то ссорюсь, то мирюсь с собою. Уходит прямо из-под ног еще один год третьего тысячелетия. Я стою где-то очень высоко над Землей и смотрю в окно, которое, на самом деле, просто прозрачная стена. За ней -  чужой ночной город. Башни города подсвечены красными маяками, чтобы в них не врезАлись вертолеты, которые кружат  совсем низко. Река затягивает в свою глубину  свет от высоких, узких домов. По береговой линии  прямо навстречу друг другу бесстрашно и весело мчатся огни автомобилей. 
А в Москве Новый год уже встретили,  веселье  закончилось, все легли спать. 
Я пытаюсь поймать мгновение. Не получается. Вот через минуту будет десять, до двенадцати останется два часа. Скоро мы начнем провожать Старый и встречать Новый год. 
И что будет дальше? 
 
Господи, как же все сложно. Пока была маленькой, думала: ну, если сейчас не понимаю, - вырасту и пойму... Но годы, как теннисные мячики, пущенные неумелой рукой, один за другим вылетают за контрольную линию - прямо в вечность, и мне по-прежнему ничегошеньки неясно. Вопросов становится все больше, и они, в основном, такие противные, а ответов на них чаще всего просто нет.  
«Не тревожься, не мучай себя. Не бойся. Все будет хорошо. Но даже если и не так, ты справишься.  Ты же умная и сильная…», - тихо шепчет моей душе маленькая серьезная  девочка, которая и есть настоящая я. 
 
Она честнее, она добрее меня. Она все время вступается за меня и робко напоминает мне, что я - хорошая. Она убеждает меня – взрослую – не ругать и не казнить себя лишний раз. Постараться простить себя. Вспомнить, как это трудно, - жить. Ведь мы с ней обе это  делаем в первый раз. И главное, о чем просит этот мой маленький, любящий, но совершенно беззащитный ребенок, прячущийся от всех в моей душе,  – не забывать, что настоящая я – это есть она. 
У каждого из нас есть такой вот никому не видимый   ребенок - впридачу к тем нашим, кто нам дороже всего. Этот   ребенок самый тихий, самый застенчивый и самый несчастный. Ему достается от нас меньше всего ласки и тепла. И его чаще всего обижают. Этот ребенок иногда  безутешно плачет  в нашей душе, и тогда  мы начинаем метаться, мычать от боли сквозь стиснутые зубы, сжимать голову руками и чувствовать, как мучительно тяжело  и  несправедливо устроена жизнь. 
 
«Все будет хорошо….», –  зачем она меня обманывает? Так не бывает. Где-нибудь твоя же судьба тебе обязательно подгадит. Да и что, вообще, знает эта малявка обо мне , что знает она о безнадежном, глухом отчаянии, что знает она о страшном слове «никогда»? И никакая я не сильная. Да к тому же глупа я не по годам. Дура непроходимая, если уж говорить честно. Ей легко меня утешать и обнадеживать, она ведь так и осталась маленькой. Это просто смешно.
По ее лицу давно уже текут слезы. Ну вот, опять я ее обидела. Мне стыдно.

Прости. Прости меня, ребенок мой.  

© Copyright: Татьяна Шереметева, 2012

Регистрационный номер №0083891

от 12 октября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0083891 выдан для произведения:
 Я. Опять я начинаю свой никому не слышный разговор  с этого слова. Или  местоимения. Или буквы?  Я – это точка отсчета, самое главное и центральное для меня место на Земле. Эта точка может перемещаться, сливаться с подобными ей, она может уменьшаться или увеличиваться, она может растворяться в любви к самым близким. Но она все равно есть. Я иду по Земле, и я иду по земле. 
Совсем недалеко - в небе - светит пол-Луны. Верхняя половинка срезана, низ прогнулся к Земле и к  земле. Под эту половинку Луны хочется подставить ладонь и посадить ее туда, как желтого цыпленка. И отогреть. 
 
Взрослая Луна большая и холодная. Когда же видна только ее половина, что-то меняется.  Это еще не взрослая, это еще маленькая Луна. 
Я. Я уже много лет то ссорюсь, то мирюсь с собою. Уходит прямо из-под ног еще один год третьего тысячелетия. Я стою где-то очень высоко над Землей и смотрю в окно, которое, на самом деле, просто прозрачная стена. За ней -  чужой ночной город. Башни города подсвечены красными маяками, чтобы в них не врезАлись вертолеты, которые кружат  совсем низко. Река затягивает в свою глубину  свет от высоких, узких домов. По береговой линии  прямо навстречу друг другу бесстрашно и весело мчатся огни автомобилей. 
А в Москве Новый год уже встретили,  веселье  закончилось, все легли спать. 
Я пытаюсь поймать мгновение. Не получается. Вот через минуту будет десять, до двенадцати останется два часа. Скоро мы начнем провожать Старый и встречать Новый год. 
И что будет дальше? 
 
Господи, как же все сложно. Пока была маленькой, думала: ну, если сейчас не понимаю, - вырасту и пойму... Но годы, как теннисные мячики, пущенные неумелой рукой, один за другим вылетают за контрольную линию - прямо в вечность, и мне по-прежнему ничегошеньки неясно. Вопросов становится все больше, и они, в основном, такие противные, а ответов на них чаще всего просто нет.  
«Не тревожься, не мучай себя. Не бойся. Все будет хорошо. Но даже если и не так, ты справишься.  Ты же умная и сильная…», - тихо шепчет моей душе маленькая серьезная  девочка, которая и есть настоящая я. 
 
Она честнее, она добрее меня. Она все время вступается за меня и робко напоминает мне, что я - хорошая. Она убеждает меня – взрослую – не ругать и не казнить себя лишний раз. Постараться простить себя. Вспомнить, как это трудно, - жить. Ведь мы с ней обе это  делаем в первый раз. И главное, о чем просит этот мой маленький, любящий, но совершенно беззащитный ребенок, прячущийся от всех в моей душе,  – не забывать, что настоящая я – это есть она. 
У каждого из нас есть такой вот никому не видимый   ребенок - впридачу к тем нашим, кто нам дороже всего. Этот   ребенок самый тихий, самый застенчивый и самый несчастный. Ему достается от нас меньше всего ласки и тепла. И его чаще всего обижают. Этот ребенок иногда  безутешно плачет  в нашей душе, и тогда  мы начинаем метаться, мычать от боли сквозь стиснутые зубы, сжимать голову руками и чувствовать, как мучительно тяжело  и  несправедливо устроена жизнь. 
 
«Все будет хорошо….», –  зачем она меня обманывает? Так не бывает. Где-нибудь твоя же судьба тебе обязательно подгадит. Да и что, вообще, знает эта малявка обо мне , что знает она о безнадежном, глухом отчаянии, что знает она о страшном слове «никогда»? И никакая я не сильная. Да к тому же глупа я не по годам. Дура непроходимая, если уж говорить честно. Ей легко меня утешать и обнадеживать, она ведь так и осталась маленькой. Это просто смешно.
По ее лицу давно уже текут слезы. Ну вот, опять я ее обидела. Мне стыдно.

Прости. Прости меня, ребенок мой.  

Рейтинг: +1 192 просмотра
Комментарии (1)
Наталия Казакова # 12 октября 2012 в 19:59 0
Необыкновенно изящно и изысканно! Ах, этот извечный спор с самой собой...