ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → КОТ, ПЁС И ДРУГИЕ

КОТ, ПЁС И ДРУГИЕ

2 августа 2014 - Елена Русич
article230241.jpg

В одной деревне в большом доме жили-были кот и пёс. Пес сторожил дом, как и положено жил в конуре, и был на цепи. Правда, цепь была длинная, и он мог бегать по всему двору. Звали пса Шариком. Да, да, не смейтесь, Хотя был он ну очень большим, с длинной черной шерстью, с крупными сильными лапами и пушистым хвостом. А голова была такая большая, с висящими ушами по бокам. А пасть!

Как откроет и язык вывалит — страшно становится: клыки белые и здоровенные. А чёрные глаза — такие красивые, ласковые. И сам пёс был очень добрым и ласковым, зря ни на кого не лаял и никого не пугал. Со всеми ребятами- и со своими, и с соседскими дружил. А Шариком назвали его так, потому что принесли его в дом круглым толстеньким комочком, ну точно как шарик. Конечно, теперь он был больше похож на чёрную глыбу, но прозвище так и осталось.

И том же доме жил кот — тоже чёрный, с зелёными глазами, очень пушистый, и очень огромный даже по кошачьим меркам. Звали его Мурзик, и не зря, поскольку был разбойником и заводилой, гроза и руководитель всего кошачьего племени на деревне. Кто посмеет возразить- получит такую трёпку, что надолго запомнит. И если в деревне что особенное приключалось, искать виновника не надо — всегда виновен Мурзик. Но и каким хитрецом слыл этот котяра. Утречком хозяина разбудит, на работу проводит, с работы встретит — и мурлыкает громко как трактор. А уж за хозяюшкой хвостом ходит, ласкается, чуть ли не из шкуры не вылезает — только бы полакомиться дали. Но вот ребятню не жаловал: помнил, как маленького тискали да спать укладывали, а он кот вольный.

Так они и жили. Пока маленькие были — дружили, друг дружку согревали, а подросли — ссорится не ссорились, но и друг от друга держались в стороне, ибо Мурзик не раз обижал добродушного пса, лучшие кусочки из миски воровал, но и сам сильной лапой за баловство получал.

И вот одним летом повадилась в деревню шастать лиса — уж больно хорошие курочки и цыплятки в курятниках у людей. И такая озорница: не столько украдёт, сколько всех птиц переполошит — напугает — куры и яйца перестают нести. Уж как её только собаки деревенские не гоняли — а она как ночь, тут как тут. И во двор к Шарику как-то забралась, но еле ноги унесла. Так напугалась, что долго не прибегала. Но потом сообразила: пёс на цепи, по двору бегает, но со двора ни ногой. И стала хитрая пса дразнить.

Залезет через дырку в заборе и давай перед Шариком хвостом крутить, прямо перед носом, чуть ли не в пасть. Но ловка и быстра, Шарик только и успевает воздух хапнуть. А ещё возьмёт и перед псом по земле катается, выкручивается, лапками машет, а сама смехом заливается.

« Что, чурбан здоровый! На цепи сидишь, дом да хозяйство сторожишь, а побегать на воле тебе и не позволено. А как в лесу погулять приятно да весело. Ну где тебе, вислоухому, понять! Ты и меня поймать не можешь. Только бесишься да лаешь, слюни пускаешь. А не достать! А курей и в других дворах много, твои мне без надобности.»

И изводила она так пса почти что каждую ночь, он потом день без сил отсыпался, даже есть перестал.

Но когда на следующую ночь Патрикеевна заявилась незваной гостью к своему врагу, и снова стала перед ним

крутиться да насмешничать — вдруг что-то огромное, чёрное, мохнатое сверху на спину свалилось, в морду острыми когтями вцепилось — от ужаса и боли лиса чуть в обморок не упала, еле высвободилась — через забор и наутёк, а за ней уж свора собак... Добежала до леса и без сил упала, вся в крови да в клочьях шерсти. Лежит , раны зализывает.

« Что с тобой приключилось, сестрица? « - волк из зарослей выглянул. - «неужто собаки догнали да потрепали тебя- самую быструю и ловкую?»

« Ой, братец! Беда! И что такое — и не поняла. Забежала я сегодня к этому здоровенному поиграть- пошутить да подразнить. Он же до меня достать и не может. Но неведомо откуда налетело на меня чудище мохнатое, в шубу мою вцепилось, мордочку острыми кинжалами порезало, да ещё страшным голосом вопило. Чуть сердце от страха не выпрыгнуло. Как сумела убежать — не помню. Давай с тобой вместе сходим в тот двор, да проучим эту псину хорошенько, а чудище неведомое порвём в клочья!»

Под утречко подобрались тихонечко к дому. Волк заглянул сквозь дырку в заборе и... ахнул. Шарик из конуры вылез, потянулся, шкуру отряхнул, пасть открыл, язык вывалил да клыки показал. Такая громадина! Волчий хвост сам по себе поджался, волчара боком-боком и в кусты.

«Да, рыжая, страшного врага ты себе нажила! С таким справиться трудно!»

«Да не боись, серый! Он же на цепи. Никуда не денется. А вот где чудище?»

«Ладно, сегодня ночью наведаемся в гости. Пойдём, отоспимся да силы наберёмся!»

И вот как стемнело парочка отправилась на промысел, не ведая, что там ждёт. Только хозяин в ту ночь освободил Шарика от цепи — пусть побегает вольно. А Мурзик по ночам не спит — самая пора для охоты и приключений.

Волк и лиса тихохонько пролезли во двор и огляделись. Вдруг из темноты на волка налетела чёрная туча, смяла, повалила, кусала и рычала. Серый и понять не успел что да как, только пытался вырваться. А на рыжую разбойницу запрыгнул Мурзик и вцепился в загривок. Кубарем покатились по двору с диким воплем. На шум выскочил хозяин и пальнул из ружья. Такой грохот прокатился, что все деревенские псы дружно залаяли и завыли. Волк с лисой вывернулись и бросились бежать, аж забор свалили.

А за ними свора собак, впереди Шарик и Мурзик, а за ним все коты — с завыванием и мявом! А эти разбойники не помня себя, не чуя под собой лап, добежали до леса и, дрожа, залезли в кусты отдышаться.

«Ну нет, Патрикеевна! С тобой дружбу водить накладно. Чуть без шкуры не остался! Ты как хошь, но я в ту деревню и носа не суну. Лес большой, на прокорм хватит. И тебе не советую. Там такие собаки до ещё и полчище котов!!! Коты, пожалуй, пострашнее псов — когти у них поострее!»

Что могла ответить лиса — сама пострадала. Кот ей шкуру потрепал, да чуть и без хвоста не оставил. Не разбойничай!

Так и разошлись волк и лиса в разные стороны.

А в деревне наступил покой. Никто по ночам не лазит, кур не ворует, собак не беспокоит. Шарик с Мурзиком с тех пор снова сдружились. Друг без друга никуда. Хозяин стал почаще отпускать Шарика на волю, побегать, порезвиться, лапы размять. А уж Мирзика и приглашать не надо - всегда готов к подвигам.




© Copyright: Елена Русич, 2014

Регистрационный номер №0230241

от 2 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0230241 выдан для произведения:

В одной деревне в большом доме жили-были кот и пёс. Пес сторожил дом, как и положено жил в конуре, и был на цепи. Правда, цепь была длинная, и он мог бегать по всему двору. Звали пса Шариком. Да, да, не смейтесь, Хотя был он ну очень большим, с длинной черной шерстью, с крупными сильными лапами и пушистым хвостом. А голова была такая большая, с висящими ушами по бокам. А пасть!

Как откроет и язык вывалит — страшно становится: клыки белые и здоровенные. А чёрные глаза — такие красивые, ласковые. И сам пёс был очень добрым и ласковым, зря ни на кого не лаял и никого не пугал. Со всеми ребятами- и со своими, и с соседскими дружил. А Шариком назвали его так, потому что принесли его в дом круглым толстеньким комочком, ну точно как шарик. Конечно, теперь он был больше похож на чёрную глыбу, но прозвище так и осталось.

И том же доме жил кот — тоже чёрный, с зелёными глазами, очень пушистый, и очень огромный даже по кошачьим меркам. Звали его Мурзик, и не зря, поскольку был разбойником и заводилой, гроза и руководитель всего кошачьего племени на деревне. Кто посмеет возразить- получит такую трёпку, что надолго запомнит. И если в деревне что особенное приключалось, искать виновника не надо — всегда виновен Мурзик. Но и каким хитрецом слыл этот котяра. Утречком хозяина разбудит, на работу проводит, с работы встретит — и мурлыкает громко как трактор. А уж за хозяюшкой хвостом ходит, ласкается, чуть ли не из шкуры не вылезает — только бы полакомиться дали. Но вот ребятню не жаловал: помнил, как маленького тискали да спать укладывали, а он кот вольный.

Так они и жили. Пока маленькие были — дружили, друг дружку согревали, а подросли — ссорится не ссорились, но и друг от друга держались в стороне, ибо Мурзик не раз обижал добродушного пса, лучшие кусочки из миски воровал, но и сам сильной лапой за баловство получал.

И вот одним летом повадилась в деревню шастать лиса — уж больно хорошие курочки и цыплятки в курятниках у людей. И такая озорница: не столько украдёт, сколько всех птиц переполошит — напугает — куры и яйца перестают нести. Уж как её только собаки деревенские не гоняли — а она как ночь, тут как тут. И во двор к Шарику как-то забралась, но еле ноги унесла. Так напугалась, что долго не прибегала. Но потом сообразила: пёс на цепи, по двору бегает, но со двора ни ногой. И стала хитрая пса дразнить.

Залезет через дырку в заборе и давай перед Шариком хвостом крутить, прямо перед носом, чуть ли не в пасть. Но ловка и быстра, Шарик только и успевает воздух хапнуть. А ещё возьмёт и перед псом по земле катается, выкручивается, лапками машет, а сама смехом заливается.

« Что, чурбан здоровый! На цепи сидишь, дом да хозяйство сторожишь, а побегать на воле тебе и не позволено. А как в лесу погулять приятно да весело. Ну где тебе, вислоухому, понять! Ты и меня поймать не можешь. Только бесишься да лаешь, слюни пускаешь. А не достать! А курей и в других дворах много, твои мне без надобности.»

И изводила она так пса почти что каждую ночь, он потом день без сил отсыпался, даже есть перестал.

Но когда на следующую ночь Патрикеевна заявилась незваной гостью к своему врагу, и снова стала перед ним

крутиться да насмешничать — вдруг что-то огромное, чёрное, мохнатое сверху на спину свалилось, в морду острыми когтями вцепилось — от ужаса и боли лиса чуть в обморок не упала, еле высвободилась — через забор и наутёк, а за ней уж свора собак... Добежала до леса и без сил упала, вся в крови да в клочьях шерсти. Лежит , раны зализывает.

« Что с тобой приключилось, сестрица? « - волк из зарослей выглянул. - «неужто собаки догнали да потрепали тебя- самую быструю и ловкую?»

« Ой, братец! Беда! И что такое — и не поняла. Забежала я сегодня к этому здоровенному поиграть- пошутить да подразнить. Он же до меня достать и не может. Но неведомо откуда налетело на меня чудище мохнатое, в шубу мою вцепилось, мордочку острыми кинжалами порезало, да ещё страшным голосом вопило. Чуть сердце от страха не выпрыгнуло. Как сумела убежать — не помню. Давай с тобой вместе сходим в тот двор, да проучим эту псину хорошенько, а чудище неведомое порвём в клочья!»

Под утречко подобрались тихонечко к дому. Волк заглянул сквозь дырку в заборе и... ахнул. Шарик из конуры вылез, потянулся, шкуру отряхнул, пасть открыл, язык вывалил да клыки показал. Такая громадина! Волчий хвост сам по себе поджался, волчара боком-боком и в кусты.

«Да, рыжая, страшного врага ты себе нажила! С таким справиться трудно!»

«Да не боись, серый! Он же на цепи. Никуда не денется. А вот где чудище?»

«Ладно, сегодня ночью наведаемся в гости. Пойдём, отоспимся да силы наберёмся!»

И вот как стемнело парочка отправилась на промысел, не ведая, что там ждёт. Только хозяин в ту ночь освободил Шарика от цепи — пусть побегает вольно. А Мурзик по ночам не спит — самая пора для охоты и приключений.

Волк и лиса тихохонько пролезли во двор и огляделись. Вдруг из темноты на волка налетела чёрная туча, смяла, повалила, кусала и рычала. Серый и понять не успел что да как, только пытался вырваться. А на рыжую разбойницу запрыгнул Мурзик и вцепился в загривок. Кубарем покатились по двору с диким воплем. На шум выскочил хозяин и пальнул из ружья. Такой грохот прокатился, что все деревенские псы дружно залаяли и завыли. Волк с лисой вывернулись и бросились бежать, аж забор свалили.

А за ними свора собак, впереди Шарик и Мурзик, а за ним все коты — с завыванием и мявом! А эти разбойники не помня себя, не чуя под собой лап, добежали до леса и, дрожа, залезли в кусты отдышаться.

«Ну нет, Патрикеевна! С тобой дружбу водить накладно. Чуть без шкуры не остался! Ты как хошь, но я в ту деревню и носа не суну. Лес большой, на прокорм хватит. И тебе не советую. Там такие собаки до ещё и полчище котов!!! Коты, пожалуй, пострашнее псов — когти у них поострее!»

Что могла ответить лиса — сама пострадала. Кот ей шкуру потрепал, да чуть и без хвоста не оставил. Не разбойничай!

Так и разошлись волк и лиса в разные стороны.

А в деревне наступил покой. Никто по ночам не лазит, кур не ворует, собак не беспокоит. Шарик с Мурзиком с тех пор снова сдружились. Друг без друга никуда. Хозяин стал почаще отпускать Шарика на волю, побегать, порезвиться, лапы размять. А уж Мирзика и приглашать не надо - всегда готов к подвигам.




Рейтинг: +1 216 просмотров
Комментарии (2)
Влад Устимов # 25 августа 2014 в 10:58 0
Замечательная сказка, мастерски сделана. Понравилось. Ну, а то, что звери лесные побеждены домашними - на то она и небылица. Благополучия Вам, Елена и успехов в Вашем чудесном творчестве.
Елена Русич # 25 августа 2014 в 13:16 0
Спасибо за прочтение и замечательные слова! Буду стараться! girlkiss
 

 

Популярная проза за месяц
158
125
120
106
98
95
93
93
Повар Света 22 октября 2017 (Тая Кузмина)
92
91
89
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
88
86
84
81
79
76
75
74
74
70
70
69
69
69
Тёщин сон 3 ноября 2017 (Тая Кузмина)
67
63
60
60
56