ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Чьи яйца мясистее?, или Воспоминания о будущем

Чьи яйца мясистее?, или Воспоминания о будущем

27 июня 2013 - Алексей Курганов

 (миниатюра из серии «Пошли мы как-то в баню…»)

 

            Сегодня четверг, наш традиционный банный день. Пришли, помылись-попарились и, наконец, выползли в предбанник, где накрыли на стол и уселись вокруг. Как же хорошо! Помирать не надо! Налили, выпили, довольно крякнули (хороша, зараза! Машка только вчера выгнала! На меду!), захрустели огурчиками и капусткой. Пора трендеть.

            - Ну и..? – сказал Мишка, поворачиваясь к Витьке, нашему главному (он же единственный) «интернетчику». Витька сидит в этом виртуальном пространстве день и ночь (понятно, в свободное от работы время), поэтому является для нас главным источником всей российской и мировой информации. Прям Позьнер, етить-его-разъетить, Владимир Батькович! Товарищ Левитан!

- Чего там твой Интернет сообщает?

            - Чего сообщает.., - начал привычно ломаться Витька. – Ничего не сообщает… Вот, например, по данным Всероссийского Центра общественного мнения каждый четвёртый россиянин не задумывается о будущем нашей страны.

            Народ за столом притих, переваривая эти удивительные социологические то ли казус, то ли факт, то ли катастрофическую трагедию национального масштаба.

            - Об чём не задумывается? – спросил Санька почему-то очень жалостливым голосом.

            - О будущем, - сурово поджав губы, повторил Витька и почему-то вздохнул. - Вот ты, например, задумываешься?

            - Накой? -  растерялся Санька. – В смысле, об чём?

            - О будущем!

            - А как же! – вдруг охотно согласился этот прохиндей и даже горделиво расправил свои чисто вымытые плечи. - Прям каждый день думаю. С утра до ночи. Даже похудел от напряжения дум!

            - И чего придумал?

            - Что в будущем нас китайцы захватят, - уверенно мотнул головой Санька - Утром проснёшься – а в постели твоей китаец. Или даже два. Лежат и улыбаются тебе по-китайски.

            - И это правильно! – неожиданно поддержал его Мишка. – Они же плодятся! Им же надо ж куда-нибудь ж деваться!

            - Ничего себе, лихо девки пляшут! – возмутился до этого молчавший Серёнька (он всё это время селёдочный хвост обсасывал. Превкуснейшая, доложу я вам, вещь! Увлекательнейшее занятие! Особенно если под пиво!).

 - Чуть чего – все к нам! А чего к нам-то обязательно?

            - А к кому? – спросил Мишка.

            - Да хоть к кому! Хоть к японцам! Им к им ближе!

            - У японцев земли мало. Они сами на своих островах жо об жо трутся.

            - Всё? – спросил Витька. – Поизгалялись? Проявили своё обезьянье остроумие?

            - Всё, - охотно согласился Мишка. – Китайцы так китайцы. Нам, татарам, одна хрен. «Жила бы страна родная!». Витьк, а ничего не сообщают: бабу-то эту, которая миллиарды наворовала, посадили, наконец и слава Богу?

            - Какую?

            - Такую! Которая наворовала!

            - Где?

            - В п… де! Чего дурака-то валяешь!

            - Я и спрашиваю где: в армии или сельском хозяйстве?

            - А она и в совхозах тоже накоммуниздила? – то ли удивился, то ли восхитился Санька. – Во баба! На ходу подмётки режет!

- Это разные, - поморщился Витька. - Которая  в армии – не посадили. Она как сидела дома, так и сидит. В своей тринадцатикомнатной квартире. Между прочим, стихи пишет на любовные темы.

            - В тринадцати комнатах чего не писать.., - охотно согласился Мишка. – Хоть стихи пиши, хоть романы, хоть доносы на соседей… Столько пространства! А которая в селе?

            - Тоже не сидит. Про неё вообще ничего не слышно. Говорят, она в Париже. У ей там то ли квартира, то ли замок, то ли дети, которых она постоянно рожает, чтобы от отсидки отмазаться. Кто ж её посадит?

            - Ишь ты, плодовитая! – восхитился такой женской изобретательностью Санька - А мужик у ей есть?

            - А от кого ж она рожает-то? От духа святого?

            - Я имею в виду законного. Зарегистрированного, тоись.

            - А чего? – насмешливо прищурился Витька. - Посвататься, что ли, хочешь?

            - За такие деньжищи-то? Запросто! Тем более, только что помыл… своё восхитительное богатство!

            - У неё таких помытых – очередь! Всё прислониться хотят! К такой-то… тёплой печке!

            - А она, значит, никому не даёт.., - задумчиво пожевал губами Мишка. – Принципиальная! Блюдёт себя, девственную! Хотя с такими-то деньжищами запросто себе такого… Аленделонова найдёт – ух! Он каждый день будет её в бане и парить, и жарить!

            - Помню, была у меня одна миллионерша.., - ударился в воспоминания Санька. Воспоминания, похоже, были настолько сладостными, что во время всего удивительного рассказа он периодически вздыхал, томно прикрывал глаза и аппетитно причмокивал.

            - Она в привокзальной рыгаловке буфетчицей работала. Ух какая! Брови – как сабли, плечищи – как у нашего ротного старшины. А грудЯ? Это ж Кавказский хребет, а не грудЯ! Бывало, обнимешь её, лежишь и думаешь: мать честная, и неужели это всё моё?

            - И куда ж она подевалась, твоя миллионщица? – несмешливо спросил Витька. – В Париж от тебя, такого красивого, сбежала?

            - Посадили дурочку, - вздохнул в очередной раз Санька. – Говорил ей: потише водку-то бодяжь! Влетишь ведь по самое по небалуйся! Куда там! А всё жадность! Разбавляла чуть ли не в половину! Ну, это же уже вообще чистейшее нахальство! Это же каждый почует! Вот и  нарвалась с ковшом на бражку…

            - Отсидела?

            - Отсидела. Только там, в Мордовии, и осталась. Вышла замуж за тамошнего прапора. Знакомые рассказывали: живут нормально, лупит её прапор редко и не до смерти. Уже семерых детей нажили.

            - Да, дела… Никого не сажают, все воруют, работать никто не хочет. О будущем никто не задумывается… - подвёл невесёлое резюме Серёнька. – Весёлые дела! Как хочешь, так и живи.

            - Каждый выживает как может, - согласился с ним Санька. - Вот я, например, гусей решил завесть. Они за два месяца по четыре кило веса набирают. И яйца. И это, заметьте, на обычной траве! Представляете?

            - Тогда уж лучше страусов, - хмыкнул Мишка. - Они жирнее и яйца у их мясистее. Их на балконе штуки три уместится. Ладно, потрепались – пора и за дело! Наливай, Серёнька, а то самогонка прокисает!

 

 

           

© Copyright: Алексей Курганов, 2013

Регистрационный номер №0144110

от 27 июня 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0144110 выдан для произведения:

 (миниатюра из серии «Пошли мы как-то в баню…»)

 

            Сегодня четверг, наш традиционный банный день. Пришли, помылись-попарились и, наконец, выползли в предбанник, где накрыли на стол и уселись вокруг. Как же хорошо! Помирать не надо! Налили, выпили, довольно крякнули (хороша, зараза! Машка только вчера выгнала! На меду!), захрустели огурчиками и капусткой. Пора трендеть.

            - Ну и..? – сказал Мишка, поворачиваясь к Витьке, нашему главному (он же единственный) «интернетчику». Витька сидит в этом виртуальном пространстве день и ночь (понятно, в свободное от работы время), поэтому является для нас главным источником всей российской и мировой информации. Прям Позьнер, етить-его-разъетить, Владимир Батькович! Товарищ Левитан!

- Чего там твой Интернет сообщает?

            - Чего сообщает.., - начал привычно ломаться Витька. – Ничего не сообщает… Вот, например, по данным Всероссийского Центра общественного мнения каждый четвёртый россиянин не задумывается о будущем нашей страны.

            Народ за столом притих, переваривая эти удивительные социологические то ли казус, то ли факт, то ли катастрофическую трагедию национального масштаба.

            - Об чём не задумывается? – спросил Санька почему-то очень жалостливым голосом.

            - О будущем, - сурово поджав губы, повторил Витька и почему-то вздохнул. - Вот ты, например, задумываешься?

            - Накой? -  растерялся Санька. – В смысле, об чём?

            - О будущем!

            - А как же! – вдруг охотно согласился этот прохиндей и даже горделиво расправил свои чисто вымытые плечи. - Прям каждый день думаю. С утра до ночи. Даже похудел от напряжения дум!

            - И чего придумал?

            - Что в будущем нас китайцы захватят, - уверенно мотнул головой Санька - Утром проснёшься – а в постели твоей китаец. Или даже два. Лежат и улыбаются тебе по-китайски.

            - И это правильно! – неожиданно поддержал его Мишка. – Они же плодятся! Им же надо ж куда-нибудь ж деваться!

            - Ничего себе, лихо девки пляшут! – возмутился до этого молчавший Серёнька (он всё это время селёдочный хвост обсасывал. Превкуснейшая, доложу я вам, вещь! Увлекательнейшее занятие! Особенно если под пиво!).

 - Чуть чего – все к нам! А чего к нам-то обязательно?

            - А к кому? – спросил Мишка.

            - Да хоть к кому! Хоть к японцам! Им к им ближе!

            - У японцев земли мало. Они сами на своих островах жо об жо трутся.

            - Всё? – спросил Витька. – Поизгалялись? Проявили своё обезьянье остроумие?

            - Всё, - охотно согласился Мишка. – Китайцы так китайцы. Нам, татарам, одна хрен. «Жила бы страна родная!». Витьк, а ничего не сообщают: бабу-то эту, которая миллиарды наворовала, посадили, наконец и слава Богу?

            - Какую?

            - Такую! Которая наворовала!

            - Где?

            - В п… де! Чего дурака-то валяешь!

            - Я и спрашиваю где: в армии или сельском хозяйстве?

            - А она и в совхозах тоже накоммуниздила? – то ли удивился, то ли восхитился Санька. – Во баба! На ходу подмётки режет!

- Это разные, - поморщился Витька. - Которая  в армии – не посадили. Она как сидела дома, так и сидит. В своей тринадцатикомнатной квартире. Между прочим, стихи пишет на любовные темы.

            - В тринадцати комнатах чего не писать.., - охотно согласился Мишка. – Хоть стихи пиши, хоть романы, хоть доносы на соседей… Столько пространства! А которая в селе?

            - Тоже не сидит. Про неё вообще ничего не слышно. Говорят, она в Париже. У ей там то ли квартира, то ли замок, то ли дети, которых она постоянно рожает, чтобы от отсидки отмазаться. Кто ж её посадит?

            - Ишь ты, плодовитая! – восхитился такой женской изобретательностью Санька - А мужик у ей есть?

            - А от кого ж она рожает-то? От духа святого?

            - Я имею в виду законного. Зарегистрированного, тоись.

            - А чего? – насмешливо прищурился Витька. - Посвататься, что ли, хочешь?

            - За такие деньжищи-то? Запросто! Тем более, только что помыл… своё восхитительное богатство!

            - У неё таких помытых – очередь! Всё прислониться хотят! К такой-то… тёплой печке!

            - А она, значит, никому не даёт.., - задумчиво пожевал губами Мишка. – Принципиальная! Блюдёт себя, девственную! Хотя с такими-то деньжищами запросто себе такого… Аленделонова найдёт – ух! Он каждый день будет её в бане и парить, и жарить!

            - Помню, была у меня одна миллионерша.., - ударился в воспоминания Санька. Воспоминания, похоже, были настолько сладостными, что во время всего удивительного рассказа он периодически вздыхал, томно прикрывал глаза и аппетитно причмокивал.

            - Она в привокзальной рыгаловке буфетчицей работала. Ух какая! Брови – как сабли, плечищи – как у нашего ротного старшины. А грудЯ? Это ж Кавказский хребет, а не грудЯ! Бывало, обнимешь её, лежишь и думаешь: мать честная, и неужели это всё моё?

            - И куда ж она подевалась, твоя миллионщица? – несмешливо спросил Витька. – В Париж от тебя, такого красивого, сбежала?

            - Посадили дурочку, - вздохнул в очередной раз Санька. – Говорил ей: потише водку-то бодяжь! Влетишь ведь по самое по небалуйся! Куда там! А всё жадность! Разбавляла чуть ли не в половину! Ну, это же уже вообще чистейшее нахальство! Это же каждый почует! Вот и  нарвалась с ковшом на бражку…

            - Отсидела?

            - Отсидела. Только там, в Мордовии, и осталась. Вышла замуж за тамошнего прапора. Знакомые рассказывали: живут нормально, лупит её прапор редко и не до смерти. Уже семерых детей нажили.

            - Да, дела… Никого не сажают, все воруют, работать никто не хочет. О будущем никто не задумывается… - подвёл невесёлое резюме Серёнька. – Весёлые дела! Как хочешь, так и живи.

            - Каждый выживает как может, - согласился с ним Санька. - Вот я, например, гусей решил завесть. Они за два месяца по четыре кило веса набирают. И яйца. И это, заметьте, на обычной траве! Представляете?

            - Тогда уж лучше страусов, - хмыкнул Мишка. - Они жирнее и яйца у их мясистее. Их на балконе штуки три уместится. Ладно, потрепались – пора и за дело! Наливай, Серёнька, а то самогонка прокисает!

 

 

           

Рейтинг: 0 248 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
147
126
123
102
99
99
99
94
93
91
91
90
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
82
81
81
80
80
79
78
77
77
76
76
75
73
73
72
64