Жмот

article51864.jpg

       – Как жаль, что вы не любите зелёный чай! – сказал мне пятидесятивосьмилетний электромонтёр Олег Полозов и с какой-то особой нежностью стал наполнять дымящимся кипятком фаянсовую кружку. Он всегда пил только зелёный чай и ко всем независимо от возраста и должности обращался на вы. Даже кошке, иногда забредавшей то ли по ошибке, то ли по любознательности своей к нам в мастерскую, говорил: «Вы, кажется, ошиблись дверью» и выпроваживал ту прочь – на кошек у Полозова была аллергия.

       Утром перед началом рабочего дня, мы, работники электроцеха, усаживались за столом и, прихлёбывая чай, вели незатейливые беседы на всевозможные темы. На этот раз речь зашла о службе в армии. Полозов, внимательно выслушав несколько историй, задумчиво погонял ложечкой в кружке чайный пакетик и неторопливо начал свой рассказ:

        «А я в армию уходил поздно, переростком, после того, как отучился пять лет в Лесотехническом институте. Все мои сверстники давно уже отслужили, вернулись домой, кое-кто даже умудрился обзавестись семейством, а мне лишь на днях принесли повестку из военкомата. И стал я тогда собираться в дорогу.

       К тому времени отца моего уже не было в живых, и мы с матерью жили вдвоём в собственном домике на окраине Воронежа. Проводов, как таковых – с выпивкой, танцами, гуляньем до утра – не устраивали. Друзей школьных я уже успел растерять, институтские же, большей частью, поразъехались, а уличной шпаны я сторонился. Мать зазвала на посиделки несколько своих старых подруг да соседей. Женщины, как полагается в таких случаях, поохали, повздыхали да попричитали – мол, как же ты, Петровна, теперь одна-то будешь? – выпили по несколько чашек чая, дали мне стандартные для такого случая напутствия и разошлись по домам.

        Спать лёг я пораньше, не засиживаясь до полуночи – не хотелось завтра на сборном пункте клевать носом, да и голова от бессонной ночи могла разболеться. Но несмотря на то, что особо я не переживал в связи с предстоящими переменами в моей жизни, ночью всё же спал неспокойно – то и дело просыпался, глядел на часы, переворачивался с бока на бок. Мельком я успевал заметить, что мать так и не ложилась спать до самого утра, всё сидела на кухоньке, низко склонившись над столом, и при свете настольной лампы что-то писала, утирая слёзы.

       На следующий день, когда ворота сборного пункта распахнулись, и нас, новобранцев, в сопровождении нескольких офицеров и сержантов нестройной колонной повели на железнодорожный вокзал, мать подбежала ко мне и сунула что-то в рюкзак.

        – Вот головасадовая! Чуть не забыла – это конверты тебе. Адрес я уже надписала, только и остаётся, что черкнуть пару строк, мол, жив и здоров. Не забывай, раз в неделю обязательно пиши! Я буду ждать, сынок!

      Через сутки с небольшим мы прибыли в часть. Первые три дня прошли в заботах и хлопотах: обустраивались на новом месте, приспосабливались к незнакомой и пока ещё непривычной для нас армейской среде…

       Сесть за письмо я нашёл время лишь на четвёртый день. Обстоятельно описал дорогу, новых друзей, поделился первыми армейскими впечатлениями. Несколько раз перечитал написанное и остался, в целом, доволен. Полез в тумбочку за конвертом, вытащил один и ахнул: через весь конверт по диагонали пролегла грязно-фиолетовая надпись «ЖМОТ!» с жирным, немного сбитым на бок восклицательным знаком! Достал другой – та же картина! Пролистал всю пачку – так и есть, какой-то поддонок не оставил мне ни одного неиспорченного конверта…

      Чистый конверт попросил у одного из своих новых товарищей, письмо отправил, но несколько дней кряду мне не давала покоя мысль о том, кто и, главное, почему это сделал?

      Лишь через некоторое время выяснилось, как это произошло: один из старослужащих, будучи дневальным, воспользовавшись отсутствием роты в казарме, рыскал по тумбочкам в поисках конверта. Перерыл с десяток тумбочек – пусто! И вдруг – о, счастье! – целая пачка! Но, к великому его разочарованию, все они оказались подписанными. И тогда из-за досады этот подлец не поленился (благо, ночью свободного времени хватало) вырезать из резины штамп со словом «ЖМОТ!» и на следующий день проштемпелевать все пятьдесят штук моих конвертов. Подумал, чудак, что конверты подписали нарочно для того, чтобы ни с кем не делиться.

       А я после этого случая, долгое время ещё, лёжа на койке после отбоя, не мог уснуть, с щемящей болью в сердце вспоминая свою мать, которая, сидя на кухоньке за столом, старательно выводила на конвертах адрес, то и дело вытирая передником упрямо набегающие на глаза слёзы…

       Умерла она через месяц после моего возвращения домой».

       Полозов замолчал.

        Я взглянул на него: в увлажнившихся глазах его, отражалось окно, за ним голубая небесная высь со стайкой безмятежно плывущих куда-то белоснежных облаков.

       Он глубоко вздохнул и добавил, обращаясь ко мне:

       А всё же напрасно вы не любите зелёный чай…

 

© Copyright: Александр Шатеев, 2012

Регистрационный номер №0051864

от 30 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0051864 выдан для произведения:

                   Как жаль, что Вы не любите зелёный чай! – сказал мне пятидесятивосьмилетний электромонтёр Олег Полозов и с какой-то особой нежностью стал наливать дымящийся кипяток в фаянсовую кружку. Он всегда пил только зелёный чай и ко всем независимо от возраста и должности обращался на Вы. Даже кошке, иногда забредавшей то ли по ошибке, то ли из-за любопытства к нам в мастерскую, говорил: «Вы, кажется, ошиблись дверью» и выпроваживал ту прочь – на кошек у Полозова была аллергия.

Утром перед началом рабочего дня, сидя за столом,  мы, работники электроцеха, жевали бутерброды, пили чай и вели незатейливые разговоры на всевозможные темы. На этот раз речь зашла о службе в  армии. Полозов, внимательно выслушав мою историю, задумчиво погонял ложечкой в кружке чайный пакетик и неторопливо начал свой рассказ:

         «В армию я уходил поздно, переростком, после того, как отучился пять лет в Политехническом институте. Все мои сверстники давно уже отслужили, вернулись домой, кое-кто даже умудрился обзавестись семейством, а мне лишь на днях принесли повестку из военкомата. И стал я собираться в дорогу.

К тому времени отца моего уже не было в живых, и мы с матерью жили вдвоём в собственном домике на окраине большого города. Проводов, как таковых –  с выпивкой, танцами, гуляньем до утра – не устраивали. Друзей школьных я уже успел растерять, институтские же, большей частью, поразъехались, а  уличной шпаны я сторонился. Мать зазвала на посиделки несколько своих старых подруг да соседку. Женщины, как полагается в таких случаях, поохали, повздыхали, попричитали – мол, как же ты, Петровна, теперь одна-то будешь? – выпили по несколько чашек чая, дали мне стандартные напутствия и разошлись по домам.

Спать лёг пораньше, не засиживаясь до полуночи – не хотелось завтра на сборном пункте клевать носом, да и голова от бессонной ночи могла разболеться. Не смотря на то, что особо я и не переживал в связи с предстоящими переменами в моей жизни, ночью всё же спал неспокойно – то и дело просыпался, глядел на часы, переворачивался с бока на бок. Мельком успевал заметить, что мать так и не ложилась спать до самого утра, всё сидела на кухоньке, низко склонившись над столом, и при свете настольной лампы что-то писала, утирая передником набегающие на глаза слёзы.

 

На следующий день, когда ворота сборного пункта распахнулись, и нас, новобранцев, в сопровождении нескольких офицеров и сержантов, нестройной колонной повели на железнодорожный вокзал для посадки в вагоны, мать подбежала ко мне и сунула что-то в рюкзак.

               Чуть не забыла, вот голова дырявая! Это конверты тебе. Адрес я уже написала, только и остаётся, что черкнуть пару строк, мол, жив и здоров. Не забывай, каждую неделю пиши, я буду ждать, сынок!

 

Через сутки с небольшим прибыли в часть. Первые три дня прошли в заботах и хлопотах: обустраивались на новом месте, приспосабливались к новой, пока ещё непривычной для нас, армейской среде…

Сесть за письмо нашёл время лишь на четвёртый день. Обстоятельно описал дорогу, новых друзей, поделился первыми армейскими впечатлениями. Несколько раз перечитал написанное и остался, в целом, доволен. Полез в тумбочку за конвертом, вытащил один и ахнул: через весь конверт по диагонали пролегла грязно-фиолетовая надпись «ЖМОТ!» с жирным, немного сбитым на бок восклицательным знаком! Достал другой – та же картина! Пролистал пачку – так и есть, какой-то поддонок не оставил мне ни одного неиспорченного конверта…

Чистый конверт попросил у одного из своих новых товарищей, письмо отправил, но несколько дней кряду мне не давала покоя мысль о том, кто и, главное, зачем это сделал?

Лишь через некоторое время выяснилось, как это произошло: один из старослужащих, будучи дневальным, воспользовавшись отсутствием роты в казарме, рыскал по тумбочкам в поисках конверта. Перерыл с десяток тумбочек – пусто! И вдруг – о, счастье! – целая пачка! Но, к великому его разочарованию, все они оказались подписанными. И тогда из-за досады этот подлец не поленился (благо, ночью свободного времени хватало) вырезать из резины штамп со словом «ЖМОТ!» и на следующий день проштемпелевать всю полусотню моих конвертов. Подумал, чудак, что конверты подписали специально для того, чтобы ни с кем ими не делиться.

А я после этого случая, долгое время ещё, лёжа на койке после отбоя, не мог уснуть, с щемящей болью в сердце вспоминая свою мать, которая, сидя на маленькой кухоньке за столом, старательно выводила на конвертах адрес, то и дело вытирая упрямо набегающие на глаза слёзы… 

Она умерла через месяц после моего возвращения домой.» 

Полозов замолчал.

Я взглянул на него: в увлажнившихся глазах его отражалось окно, за ним голубая небесная высь со стайкой белоснежных облаков, безмятежноплывущих куда-то...
Он глубоко вздохнул и добавил:

               А всё же напрасно вы не любите зелёный чай…

 

Рейтинг: +13 1045 просмотров
Комментарии (7)
Владимир Яремчук # 30 мая 2012 в 16:58 +2
Сильный рассказ. Вроде и смешно про выводы дневального, а в основном - грустно.
Дмитрий Криушов # 30 мая 2012 в 17:07 +2
Извините за дурацкий вопрос, Александр, но: неужто в Политехническом военной кафедры не было?! Признаться, в нашем городке я не припомню ни одного института, где военки не было... mmm
Юрий Табашников # 30 мая 2012 в 19:34 +2
Очень хороший рассказ
Альфия Умарова # 7 июня 2012 в 18:49 +1
Какой сильный рассказ, Александр!
Последняя фраза - такая обыденная, вроде
и не к месту - просто убийственна.
Очень понравился!
Капиталина Максимова # 30 апреля 2013 в 13:09 +1
Саша! Мне очень нравится неожиданный разворот сюжета и композиции. Кажется, как будто очерк... Наверное, можно причислить к рассказу и к очерку. Я сама люблю такие выводы делать в своих опусах неожиданно. Вот только больше бы метафор и сравнений для красоты и пожирающего чтения, например нагибинско-шмелёвские произведения. И Вы сразу поймёте, чем брать читателя. Удачи! С уважением. big_smiles_138 ura tort3
Ивушка # 9 июня 2016 в 18:37 0
интересный рассказ,мне понравился.
Neihardt # 12 июля 2016 в 08:39 0
Рассказ хорош. А на провокации насытить его искусственными "красивостями" - не поддавайтесь. Творческих удач.
Популярная проза за месяц
117
116
112
111
107
98
95
92
91
88
87
85
81
80
79
76
73
71
70
69
66
66
64
64
63
61
57
57
56
54