Выкуп

23 октября 2014 - Анастасия Дешукова

 

По голосу Людмилы я поняла,что она дошла до ручки…Одна в деревенском доме с больной девяностопятилетней матерью.

Беспомощны обе: одна полуглухая, другая старая и внезапно переставшая ходить.

Людмила – моя школьная подруга.Тысячу лет назад мы сидели за одной партой,потом так и жили рядом, не упуская надолго друг друга…

На Таганке в однокомнатной квартире очутились Людмила, ее сестра Ирина с двумя взрослыми детьми и бабушка Стеша.

Бабушка высыпается днем,когда все на работе, а ночью у нее бессонница и поднимается страшно давление- до потери речи.

Редко кто так любит капризных старух,как эта семья. Бабушка, ростом под метр восемьдесят, грузная, шумная, командует своими как хочет. Сама порядочная и справедливая, она вырастила хороших людей. При этом все веселые, с ярким чувством юмора. Именно юмор помогает им выжить.
Еще они обалденно любят родину- деревню,из которой еще ребенком взяли в Москву их бабулю.Эти люди, имеющие возможность поехать отдыхать по очереди за границу, при любом удобном случае едут туда ..Это далеко ,и дорога неудобная, но едут…

Людмила стала глохнуть и ушла на пенсию.Теперь она сидит в деревне с матерью. Народ высыпается на Таганке,а она с бабулей тихонько дожидается выходных- свои прибудут обязательно.

В этом году бабушка приехала,походила,поворчала и – слегла. Я понимаю,что Люсе не поднять ее на горшок. И в Москве будет то же самое,только без воздуха и натуральных продуктов…

У меня три собаки и шесть кошек. У Людмилы две престарелых псины- Лелик и Дуся. Лёлика взяли у наследников одной родственницы.Тем досталась квартира и пес, которого тут же хотели усыпить. Людмила и вся семейка пожалели,взяли старика…Дусю подобрали щенком лет пятнадцать назад…

Звери незнакомы,хотя судьбы у них почти одинаковые. Может,не подерутся…Ехать надо!

…Глухая деревня.Шесть жилых домов. Проселок. Магазин за три километра. Зимой здесь остаются два старика…

Изба большая, с пристройками, рубленая из огромных бревен. Это не родительский дом,куплена. От дома предков остались головешки еще с раскулачивания…Я здесь никогда не была..

Дом стоит как бы на отшибе, с краю. Рядом- поля. Вдалеке- речка и лес. Заброшенный старый сад, небольшой огород и клумба- хозяйство сестры Людмилы. Там дивные лилии…

Если смотреть трезво, то это запустение. Крыша течет,туалет на бывшем отсеке для скотины-дворе. Воды в доме нет. Стирают руками. Народу много,денег мало…Еще и машина в кредит.

В воскресенье все уезжают.Мы остались втроем: Люся,баба Стеша и я. Мне отвели громадную горницу.

Ночью я слышу,как Лелик,старенький долматинец-ревматик, начинает выть. Мои собаки поджались,но молчат.

Люся ночью снимает слуховой аппарат и спит сегодня как убитая. Я ее отпустила…

Через мост(коридор посередине избы,куда выходят все двери)- пробегаю босиком…Вдруг что с бабулей. Она ровесница моей покойной мамы, и я к ней отношусь как к родной,хотя видимся редко…

Баба Стеша сидит на кровати. Ясный, осмысленный взгляд. Сообщает,что у соседей сейчас гореть будет,предупредить поздно.Ущерб малый. Коля( брат-покойничек) приходил,сказал,чтоб не тревожились, до нас не дойдет…

Люська дрыхнет.Будить ее нет смысла.У бабули склероз…

Ярким светом озаряется окно,по потолку бегают алые вполохи.Горит через дорогу,наискосок…

Всю ночь мы разговариваем.Старушка истосковалась по общению.Жизнь этого поколения трагична,порой ужасна…О брате-покойничке- ни слова…Потом сама задает вопрос:- Ты мне веришь? Они правда приходят и разговаривают.Я не слабоумная!

Успокаиваю, и говорю честно,что с мамой общаюсь часто- во сне. А вот так- наяву- не знаю…Пока такого не было…

Утром рассказываю Люське. Она смеется- нет ничего и не может быть. За всю жизнь она помнит только три сна…Работала,работала,работала…

Дни проходят тяжело. Обе мы маленькие, а бабуля –тяжеленная гора. И ей не столько на горшок,сколько пообщаться…

Люська,дорвавшись до сна, валяется тряпочкой. Старая и тоже глухая собака Дуся –у нее в ногах.

Лёлик после того как понял,что я хотя бы слышу, ночи проводит в горнице. Даже кошек не трогает. Кошки к ночи собираются вокруг и навязчиво меня окучивают- кто в головах,кто в ногах,кто на животе…Защитники,блин…

Через несколько ночей начинаю понимать Лёлика. В щелях стен появляется свет- как будто дневной.В два ночи-то…Потом на мосту топанье.Свет включается –уже настоящий.Выскакиваем с собаками- никого.В другой комнате все спят…

Баба Стеша захотела коньячку. Люся спит,как укушенная мухой цеце .Я уже начинаю разговор об ЭТОМ. Старушка видит то же. И слышит топанье.Решили покормить домового.

Так меня и застают приехавшие Ирина,сестра Люси, и ее дети- Олег и Катя.Стою на табуретке у шкафа с блюдечком молока…

Время шло. Я буквально завалила дом пижмой. Мух гоняет и пахнет хорошо. Есть у нее и другие свойства,но это разговор другой, тем более,что не помогло…Кстати, дом после покупки освящали…

Люся моя спала днями и ночами. Мы с бабой Стешей разговаривали обо всем,как могут говорить люди,прожившие жизнь и стоящие на пороге. Никто не лгал, не приукрашивал, не хотел казаться лучше. Не скрываю, и коньячок пили ночью.

При мне покойники с бабкой не разговаривали,хотя один раз мобильный позвонил. Она трубку взяла,послушала и сообщила,что брат Коля предвещает,что завтра у дома пожар будет во дворе…

Пожарчик был. Олег,внучик, приехал и бросил окурок на месте,где мотоцикл стоял. Видимо,остатки бензина вспыхнули. Траву пожгло…

Однажды средь бела дня я увидала мужичонку, входившего на полуразвалившийся двор.Это-пристройка для скота.

Лёлик был рядом и рычал по-особому. Мои собаки шлялись в поле. Люся спала.

Я стирала напротив. Мужичонка не вышел. Хотя я и так понимала,что не выйдет…

Когда в воскресенье за обедом я шутя рассказала о мужичке, шуток не было. Олег закашлялся…

Так и проходило лето.Мои звери днем мотались по полям, а вечером в горнице держали оборону.Люся спала, и никого это почему-то не удивляло.Мы с бабулей беседовали под коньячок.Давление ее не мучило, но ноги не ходили…

Приехала в отпуск Ирина. Я засобиралась домой,но она попросила остаться.- Не делай ничего,просто живи!

История продолжалась.Спали уже обе сестры.А мы балдели.Старушка стала уже говорить,что квартира на Таганке большая,и там мы поместимся все. В тесноте,да не в обиде…

Я уехала из Москвы три года назад, устав от безнадеги старости и безденежья и осев в здешнем областном центре в чудесной- для меня -двушке…А у моих друзей- однушка на Таганке в 20 метров….на всех…

Жила я в деревне до конца августа.Вдруг увидела ночью…В комнату прихожу- полна народу чужого.Кривляются- то ли грозят, то ли глумятся. Впереди женщина чернявая. И требует выкуп за дом. Понимаю,что это НЕЧТО. Говорю, заплачу, но не трогайте бабулю…У меня нет родни,так что вроде и платить особо некем- думаю про себя…

Всё исчезло…Утром приехали из Москвы. Рассказала. А Ирина с Олегом в ответ:- Мужичка и мы видели. Боялись,что ты убежишь, и молчали…

…Через день страшно,кроваво, погибла моя собака…Я заплатила выкуп. Мы все плакали.

Я уехала в сентябре.С тяжестью на сердце. С бабой Стешей осталась вся слетевшаяся к тому времени ее семейка…

Прощаясь, она шепнула мне на ухо :-Коля опять приходил…

Умерла она в ноябре. В Москве. От инфаркта. Легкая смерть в девяносто шесть лет.





© Copyright: Анастасия Дешукова, 2014

Регистрационный номер №0247721

от 23 октября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0247721 выдан для произведения:

 

По голосу Людмилы я поняла,что она дошла до ручки…Одна в деревенском доме с больной девяностопятилетней матерью.

Беспомощны обе: одна полуглухая, другая старая и внезапно переставшая ходить.

Людмила – моя школьная подруга.Тысячу лет назад мы сидели за одной партой,потом так и жили рядом, не упуская надолго друг друга…

На Таганке в однокомнатной квартире очутились Людмила, ее сестра Ирина с двумя взрослыми детьми и бабушка Стеша.

Бабушка высыпается днем,когда все на работе, а ночью у нее бессонница и поднимается страшно давление- до потери речи.

Редко кто так любит капризных старух,как эта семья. Бабушка, ростом под метр восемьдесят, грузная, шумная, командует своими как хочет. Сама порядочная и справедливая, она вырастила хороших людей. При этом все веселые, с ярким чувством юмора. Именно юмор помогает им выжить.
Еще они обалденно любят родину- деревню,из которой еще ребенком взяли в Москву их бабулю.Эти люди, имеющие возможность поехать отдыхать по очереди за границу, при любом удобном случае едут туда ..Это далеко ,и дорога неудобная, но едут…

Людмила стала глохнуть и ушла на пенсию.Теперь она сидит в деревне с матерью. Народ высыпается на Таганке,а она с бабулей тихонько дожидается выходных- свои прибудут обязательно.

В этом году бабушка приехала,походила,поворчала и – слегла. Я понимаю,что Люсе не поднять ее на горшок. И в Москве будет то же самое,только без воздуха и натуральных продуктов…

У меня три собаки и шесть кошек. У Людмилы две престарелых псины- Лелик и Дуся. Лёлика взяли у наследников одной родственницы.Тем досталась квартира и пес, которого тут же хотели усыпить. Людмила и вся семейка пожалели,взяли старика…Дусю подобрали щенком лет пятнадцать назад…

Звери незнакомы,хотя судьбы у них почти одинаковые. Может,не подерутся…Ехать надо!

…Глухая деревня.Шесть жилых домов. Проселок. Магазин за три километра. Зимой здесь остаются два старика…

Изба большая, с пристройками, рубленая из огромных бревен. Это не родительский дом,куплена. От дома предков остались головешки еще с раскулачивания…Я здесь никогда не была..

Дом стоит как бы на отшибе, с краю. Рядом- поля. Вдалеке- речка и лес. Заброшенный старый сад, небольшой огород и клумба- хозяйство сестры Людмилы. Там дивные лилии…

Если смотреть трезво, то это запустение. Крыша течет,туалет на бывшем отсеке для скотины-дворе. Воды в доме нет. Стирают руками. Народу много,денег мало…Еще и машина в кредит.

В воскресенье все уезжают.Мы остались втроем: Люся,баба Стеша и я. Мне отвели громадную горницу.

Ночью я слышу,как Лелик,старенький долматинец-ревматик, начинает выть. Мои собаки поджались,но молчат.

Люся ночью снимает слуховой аппарат и спит сегодня как убитая. Я ее отпустила…

Через мост(коридор посередине избы,куда выходят все двери)- пробегаю босиком…Вдруг что с бабулей. Она ровесница моей покойной мамы, и я к ней отношусь как к родной,хотя видимся редко…

Баба Стеша сидит на кровати. Ясный, осмысленный взгляд. Сообщает,что у соседей сейчас гореть будет,предупредить поздно.Ущерб малый. Коля( брат-покойничек) приходил,сказал,чтоб не тревожились, до нас не дойдет…

Люська дрыхнет.Будить ее нет смысла.У бабули склероз…

Ярким светом озаряется окно,по потолку бегают алые вполохи.Горит через дорогу,наискосок…

Всю ночь мы разговариваем.Старушка истосковалась по общению.Жизнь этого поколения трагична,порой ужасна…О брате-покойничке- ни слова…Потом сама задает вопрос:- Ты мне веришь? Они правда приходят и разговаривают.Я не слабоумная!

Успокаиваю, и говорю честно,что с мамой общаюсь часто- во сне. А вот так- наяву- не знаю…Пока такого не было…

Утром рассказываю Люське. Она смеется- нет ничего и не может быть. За всю жизнь она помнит только три сна…Работала,работала,работала…

Дни проходят тяжело. Обе мы маленькие, а бабуля –тяжеленная гора. И ей не столько на горшок,сколько пообщаться…

Люська,дорвавшись до сна, валяется тряпочкой. Старая и тоже глухая собака Дуся –у нее в ногах.

Лёлик после того как понял,что я хотя бы слышу, ночи проводит в горнице. Даже кошек не трогает. Кошки к ночи собираются вокруг и навязчиво меня окучивают- кто в головах,кто в ногах,кто на животе…Защитники,блин…

Через несколько ночей начинаю понимать Лёлика. В щелях стен появляется свет- как будто дневной.В два ночи-то…Потом на мосту топанье.Свет включается –уже настоящий.Выскакиваем с собаками- никого.В другой комнате все спят…

Баба Стеша захотела коньячку. Люся спит,как укушенная мухой цеце .Я уже начинаю разговор об ЭТОМ. Старушка видит то же. И слышит топанье.Решили покормить домового.

Так меня и застают приехавшие Ирина,сестра Люси, и ее дети- Олег и Катя.Стою на табуретке у шкафа с блюдечком молока…

Время шло. Я буквально завалила дом пижмой. Мух гоняет и пахнет хорошо. Есть у нее и другие свойства,но это разговор другой, тем более,что не помогло…Кстати, дом после покупки освящали…

Люся моя спала днями и ночами. Мы с бабой Стешей разговаривали обо всем,как могут говорить люди,прожившие жизнь и стоящие на пороге. Никто не лгал, не приукрашивал, не хотел казаться лучше. Не скрываю, и коньячок пили ночью.

При мне покойники с бабкой не разговаривали,хотя один раз мобильный позвонил. Она трубку взяла,послушала и сообщила,что брат Коля предвещает,что завтра у дома пожар будет во дворе…

Пожарчик был. Олег,внучик, приехал и бросил окурок на месте,где мотоцикл стоял. Видимо,остатки бензина вспыхнули. Траву пожгло…

Однажды средь бела дня я увидала мужичонку, входившего на полуразвалившийся двор.Это-пристройка для скота.

Лёлик был рядом и рычал по-особому. Мои собаки шлялись в поле. Люся спала.

Я стирала напротив. Мужичонка не вышел. Хотя я и так понимала,что не выйдет…

Когда в воскресенье за обедом я шутя рассказала о мужичке, шуток не было. Олег закашлялся…

Так и проходило лето.Мои звери днем мотались по полям, а вечером в горнице держали оборону.Люся спала, и никого это почему-то не удивляло.Мы с бабулей беседовали под коньячок.Давление ее не мучило, но ноги не ходили…

Приехала в отпуск Ирина. Я засобиралась домой,но она попросила остаться.- Не делай ничего,просто живи!

История продолжалась.Спали уже обе сестры.А мы балдели.Старушка стала уже говорить,что квартира на Таганке большая,и там мы поместимся все. В тесноте,да не в обиде…

Я уехала из Москвы три года назад, устав от безнадеги старости и безденежья и осев в здешнем областном центре в чудесной- для меня -двушке…А у моих друзей- однушка на Таганке в 20 метров….на всех…

Жила я в деревне до конца августа.Вдруг увидела ночью…В комнату прихожу- полна народу чужого.Кривляются- то ли грозят, то ли глумятся. Впереди женщина чернявая. И требует выкуп за дом. Понимаю,что это НЕЧТО. Говорю, заплачу, но не трогайте бабулю…У меня нет родни,так что вроде и платить особо некем- думаю про себя…

Всё исчезло…Утром приехали из Москвы. Рассказала. А Ирина с Олегом в ответ:- Мужичка и мы видели. Боялись,что ты убежишь, и молчали…

…Через день страшно,кроваво, погибла моя собака…Я заплатила выкуп. Мы все плакали.

Я уехала в сентябре.С тяжестью на сердце. С бабой Стешей осталась вся слетевшаяся к тому времени ее семейка…

Прощаясь, она шепнула мне на ухо :-Коля опять приходил…

Умерла она в ноябре. В Москве. От инфаркта. Легкая смерть в девяносто шесть лет.





Рейтинг: 0 191 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!