ВСТРЕЧА

17 августа 2014 - Илья Анацкий
   Семён Андреевич Берг, по обыкновению своему, встал рано. Перед пробуждением ему снился дом у моря, красивая молодая жена, дети. Но, протерев глаза, он понял, что находится в той же старой квартире с видом из окна на обветшалый двухэтажный деревянный дом. Он окинул взглядом свою серую от времени постель. Посмотрел на старую мебель 20-тилетней давности, купленную в те времена, когда ещё хоть как-то можно было выкроить деньги на её приобретение.
   Семён Андреевич в детстве был бесхарактерным человеком. И этим, разумеется, пользовались его однокашники и «друзья» (друзья в кавычках потому, что настоящих друзей у него никогда не было, разве что соседка бабушка и пёс Снежок). Бывало, скажет одноклассник Серёга, ныне преуспевающий предприниматель Сергей Павлович Воронов: »Сень, давай сыграем в карты на деньги». Семён отвечал: « у меня нет денег».»Да ладно, потом отдашь, или угостишь в столовой пирожным»,-- настаивал Сергей.» Ну, что ж, давай»,-- соглашался, не в силах настоять на своём, Семён.
   В школе он учился через пень-колоду. Больше всего терпеть он не мог математику. Ему было непонятно, например, почему нельзя извлекать квадратный корень из отрицательного числа, делить на ноль и другое. Любимым же его предметом были труды. И, именно поэтому, в восьмом классе он уже твёрдо решил для себя поступать в ПТУ на «обработку металлов».
   Окончив ПТУ, он так и не смог устроиться на работу по специальности, а стал сапожником. Но, как ни странно, сам всегда ходил в изношенных, натирающих ноги ботинках, потому что не успевал починить себе обувь даже в нерабочее время, так как «друзья» просили его починить в это время их обувь.
   За время моего краткого повествования о жизни Семёна Андреевича он уже успел умыться, позавтракать и шёл на работу. Проходя, он видел уже знакомые ему картины зданий новых магазинов с аудио- и видеоаппаратурой из Китая, Тайваня и других  азиатских стран.
    «Как они разрослись,--  подумал наш герой,-- прямо  как грибы после дождя. Никогда бы не подумал, что это такое может статься… Тут есть нечего, а они… Да ну его,»--завершил он полёт мысли, нисходящей к эпохе социализма.
   На дороге Семёну Андреевичу встретился мальчик, который сказал: «Дяденька, дайте на хлебушек». Из правого кармана серых потёртых брюк Семён Андреевич достал рубль и сказал: «Держи, больше у меня нет». Чуть позже, проходя мимо храма, к нему подошла старушка и попросила подать «ради Христа». « Расплодилось тут вас, дармоедов», -- буркнул себе под нос Берг и, ускоряя шаг, направился к уже виднеющейся мастерской, где он и работал.
   Зайдя в свою как бы полинялую от каждодневного созерцания мастерскую, Семён Андреевич воспринял её как всегда рутинно и  уныло. Полки со старой обувью были для его глаз как метла для дворника. Весь день Берг чинил обувь, неохотно отвечая или спрашивая что-то у клиентов или напарника, напевая свой любимый « Вечерний звон».
   Работа всегда проходила в какой-то душной, как для души, так и для тела    атмосфере. Мысли Семена Андреевича бегали от желания лишний раз устроить перекур, до полного нежелания продолжать работу. Но не только это занимало его ум во время работы. Он также мечтал о красивой жизни картинками, вроде тех, что ему снились накануне.
   Но вот, рабочий день был закончен, и, слегка усталый, Семён Андреевич пошёл домой.
   Погода была хмурая. То дождь, то ветер усиливались и щекотали нервы пешеходам. Гром, ударив по ушам людей и крышам домов, прятался так же быстро, как обрушивался.
   На пути домой к Семёну Андреевичу подошёл какой-то странного вида человек. На вид ему было лет 60-65. Одет он был в чёрную одежду с крестообразной формы островерхой шапочкой поверх длинных волос. Седая борода осветляла его и без того светлое лицо с небольшим прямым носом и ясными голубыми глазами, выражающими какой-то необыкновенный восторг и, вместе с тем, печаль. «Ну что вы сговорились, что ли, сегодня  у меня деньги клянчить»--подумал Берг и тут же услышал спокойный, тихий голос незнакомца: « Не деньги от тебя мне нужны, Семён. Ты лучше вспомни, как, будучи 25-тилетним  парнем, избил мальчика из «Зари». Ну, ничего, ещё приедешь ко мне»,-- быстро добавил  встретившийся человек, который стал поспешно удаляться и вскоре совсем исчез из виду.
   Ужас и недоумение охватили Берга, и он ещё минут пять стоял, не понимая, что произошло.
   Так постояв, Семён Андреевич тихо побрёл домой. Встречающиеся на пути люди, здания, его мыслей уже не касались; теперь его ум занимало совсем другое: вопросы о том, как этот человек узнал его имя, мысли и, самое главное, про случай в лагере « Заря», который произошёл 20 с лишним лет назад.
   А случилось тогда вот что. Семён, в свои 25, гулял на свадьбе у сестры. Свадьба отмечалась в столовой детского лагеря отдыха «Заря». Когда празднование было в самом разгаре, и все уже были изрядно подвыпившими, один из отдыхающих в лагере ребят достал рогатку и большим камнем разбил фонарь, освещавший танцплощадку. На Семёна это оказало прямо- таки возбешающее действие. Он догнал мальчишку и, держа его левой рукой, кулаком правой бил по голове. И, Бог знает, как бы всё это кончилось, если бы не подоспели люди и не вырвали из рук Семёна мальчика. Как потом узнали ребята, с которыми в одном отряде жил этот мальчик, он получил серьёзную травму, долго лежал в больнице и, по истечении двух недель, был выписан.
   У Семёна двоюродный брат был лейтенантом милиции, и его быстро «отмазали» от уголовной ответственности. Об этом случае он вскоре забыл и продолжал жить своей молодой, весёлой жизнью.
   Но вернёмся к неспешно идущему Семёну Андреевичу, который как бы не проходил, а проплывал всё то, что видел на пути к дому.
   Придя домой, он совершенно случайно увидел книгу, которая будто бы для этого момента и лежала, с названием «Монашество на Руси». Берг  не мог вспомнить, откуда она у него взялась, ведь был он  человеком неверующим. Возможно, ему кто-то подарил её. Он взял эту новую, ещё пахнущую типографической краской, в твёрдом переплёте книжку и открыл её  на первой попавшейся странице. И тут же увидел того незнакомца. Под фотографией значилось: «игумен Иларион». Семён Андреевич обомлел. Голубые глаза смотрели на него так же ясно и живо, как при недавней встрече. « Вот оно как, а ведь что-то, в самом деле, есть»,-- подумал он и начал читать о том, где он мог бы встретиться и поговорить с этим дивным человеком. Оказалось, что отец игумен живёт в монастыре в городе Н-ск. Берг твёрдо решил, забыв про работу, на первой же электричке поехать в Н-ск.
 
                                               Перо писателя несмело
                                               Выводит золотую нить.
                                               И как порой оно умело
                                               Героя заставляет жить.
Прочёл перед сном Семён Андреевич одно из стихотворений в журнале «С-ик» и провалился в глубокий сон.
   Ночью за окном лилось спокойное течение суетной городской жизни: молодежь гуляла, попивая горячительные напитки; собаки лаяли на прохожих, бледный диск луны тускло освещал улицы.
   Семён Андреевич проснулся раньше, чем зазвонил будильник. В одно мгновение он вспомнил всё, что было вчера. Портрет отца Илариона в открытой книге, лежащей на столе, зовуще смотрел на Берга, напоминая ему, зачем он проснулся в такую рань.        
   Усталый город спал. Тишина его утомлённых улиц настраивала на безмятежные размышления.  
   Берг вышел из дому и пошёл по дороге к ж/д вокзалу. На пути он не встретил ни души. И даже если бы кто-то и проходил мимо, его устремлённого вглубь себя мысленного взора это не смогло бы поколебать. А в душе у Семёна Андреевича творилось что-то необыкновенное, не знакомое ему прежде: он чувствовал тяжесть  содеянного в молодости и доселе неизвестное ему желание как-то исправить свою жизнь.
   Он сел на электричку. После приевшегося «Осторожно, двери закрываются», мерно застучали колёса, убаюкивающие и успокаивающие Берга. Под стук колёс он заснул.
   Проснулся наш герой уже на конечной станции. Потягиваясь и разминая спину, он встал с места и уверенной походкой направился к автовокзалу. Он сел на автобус, конечная остановка которого находилась недалеко от монастыря.
   Сойдя с автобуса, Семён Андреевич пошёл по незнакомой, но будто уже где-то виденной им аллее. Деревья смешанного леса возносили свои вершины к небу, птички пели песню весны; воздух был пронизан влажностью недалеко протекающей речки, -- всё это так умиротворяюще действовало на душу, что хотелось…помолиться. Берг стал читать по памяти «Отче наш…», молитву, которой ещё очень давно его научила бабушка.
   Направляясь к одному из самых  святых мест Н-ской земли, Семён Андреевич, уже успев ощутить усталость, увидел вдали купола храмов. Покрытые золотом они сияли на фоне голубого неба, притягивая к себе утомившегося  путника.
   Семён Андреевич дошёл до монастыря и присел на лавочку отдохнуть. «Какая здесь красота и даже как-то спокойно; легко дышать» -- подумал он. Увидев женщину в чёрном одеянии, Берг спросил у неё: «Где я могу видеть отца Илариона?». «Старец сейчас на трапезе», -- ответила монахиня и быстро скрылась из виду. «Вот как. Ну ладно, подожду,», -- решил Семён Андреевич. От усталости он даже умудрился заснуть, сидя на лавочке без спинки.
   «Здравствуй, Семён, -- услышал Берг разбудивший его голос, уже однажды слышимый им,-- рад тебя видеть». На Берга смотрели всё те же голубые глаза, как бы видевшие насквозь всё существо его. Они смотрели ласково и утешительно. «Благодари Господа за то, что Он привёл тебя к Себе через грешного игумена Илариона молитвами твоих праведных предков. Пойдём ко мне в келью»,-- завершил старец. И они пошли к домикам-кельям, минуя монастырский двор, древние храмы, простоту небольших построек. «Как же здесь хорошо! Благодатно!»-- подумал Берг.
   Когда они пришли в келью, старец, первым делом, напоил Семёна Андреевича чаем, спросил его как тот доехал. И когда путник всё рассказал, старец пошёл к аналойчику, где лежала епитрахиль. «Хочешь, чтобы Господь отпустил тебе грехи через недостойного игумена Илариона?» -- спросил старец. «Так что же, не может что ли Бог отпустить мне грехи без Вашей помощи?»-- удивился Берг. «Может, может -- ответил старец,-- только необходимо, чтобы я, недостойный, слышал твою исповедь и прочитал разрешительную молитву. Тебе ещё многое предстоит узнать » -- произнёс старец и начал читать молитвы к исповеди. После продолжительной исповеди и беседы со старцем, Семён Андреевич вышел из кельи умиротворённым, радуясь внутренне и смотря на мир другими, более чистыми глазами. Солнце казалось ему ярче, небо прозрачнее, а лица людей светлее. «Слава Тебе, Господи, за всё»--выдохнул Семён Андреевич и пошёл по длинной узкой тропинке, ведущей к храму Рождества Пресвятой Богородицы.
                                        
                                 Эпилог.
   Инок Василий колол дрова, нёс их под навес, где аккуратно складывал. Трудился в поте лица. Всё в его жизни переменилось с тех пор, как он впервые встретил старца Илариона. В нём трудно было узнать прежнего Семёна Андреевича. В миру он всегда был чем-то недоволен, порой даже жаловался самому себе на погоду. Теперь он был рад всему: и голоду и холоду, и тому, что у него не было ничего своего. Лицо приобрело приятный отпечаток смирения, а душа облеклась во-всеоружие молитвы. Всем для него теперь стал Господь: и пропитанием, и покровом и защитником и самой ЖИЗНЬЮ.
  
 
 
 
   

© Copyright: Илья Анацкий, 2014

Регистрационный номер №0233573

от 17 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0233573 выдан для произведения:    Семён Андреевич Берг, по обыкновению своему, встал рано. Перед пробуждением ему снился дом у моря, красивая молодая жена, дети. Но, протерев глаза, он понял, что находится в той же старой квартире с видом из окна на обветшалый двухэтажный деревянный дом. Он окинул взглядом свою серую от времени постель. Посмотрел на старую мебель 20-тилетней давности, купленную в те времена, когда ещё хоть как-то можно было выкроить деньги на её приобретение.
   Семён Андреевич в детстве был бесхарактерным человеком. И этим, разумеется, пользовались его однокашники и «друзья» (друзья в кавычках потому, что настоящих друзей у него никогда не было, разве что соседка бабушка и пёс Снежок). Бывало, скажет одноклассник Серёга, ныне преуспевающий предприниматель Сергей Павлович Воронов: »Сень, давай сыграем в карты на деньги». Семён отвечал: « у меня нет денег».»Да ладно, потом отдашь, или угостишь в столовой пирожным»,-- настаивал Сергей.» Ну, что ж, давай»,-- соглашался, не в силах настоять на своём, Семён.
   В школе он учился через пень-колоду. Больше всего терпеть он не мог математику. Ему было непонятно, например, почему нельзя извлекать квадратный корень из отрицательного числа, делить на ноль и другое. Любимым же его предметом были труды. И, именно поэтому, в восьмом классе он уже твёрдо решил для себя поступать в ПТУ на «обработку металлов».
   Окончив ПТУ, он так и не смог устроиться на работу по специальности, а стал сапожником. Но, как ни странно, сам всегда ходил в изношенных, натирающих ноги ботинках, потому что не успевал починить себе обувь даже в нерабочее время, так как «друзья» просили его починить в это время их обувь.
   За время моего краткого повествования о жизни Семёна Андреевича он уже успел умыться, позавтракать и шёл на работу. Проходя, он видел уже знакомые ему картины зданий новых магазинов с аудио- и видеоаппаратурой из Китая, Тайваня и других  азиатских стран.
    «Как они разрослись,--  подумал наш герой,-- прямо  как грибы после дождя. Никогда бы не подумал, что это такое может статься… Тут есть нечего, а они… Да ну его,»--завершил он полёт мысли, нисходящей к эпохе социализма.
   На дороге Семёну Андреевичу встретился мальчик, который сказал: «Дяденька, дайте на хлебушек». Из правого кармана серых потёртых брюк Семён Андреевич достал рубль и сказал: «Держи, больше у меня нет». Чуть позже, проходя мимо храма, к нему подошла старушка и попросила подать «ради Христа». « Расплодилось тут вас, дармоедов», -- буркнул себе под нос Берг и, ускоряя шаг, направился к уже виднеющейся мастерской, где он и работал.
   Зайдя в свою как бы полинялую от каждодневного созерцания мастерскую, Семён Андреевич воспринял её как всегда рутинно и  уныло. Полки со старой обувью были для его глаз как метла для дворника. Весь день Берг чинил обувь, неохотно отвечая или спрашивая что-то у клиентов или напарника, напевая свой любимый « Вечерний звон».
   Работа всегда проходила в какой-то душной, как для души, так и для тела    атмосфере. Мысли Семена Андреевича бегали от желания лишний раз устроить перекур, до полного нежелания продолжать работу. Но не только это занимало его ум во время работы. Он также мечтал о красивой жизни картинками, вроде тех, что ему снились накануне.
   Но вот, рабочий день был закончен, и, слегка усталый, Семён Андреевич пошёл домой.
   Погода была хмурая. То дождь, то ветер усиливались и щекотали нервы пешеходам. Гром, ударив по ушам людей и крышам домов, прятался так же быстро, как обрушивался.
   На пути домой к Семёну Андреевичу подошёл какой-то странного вида человек. На вид ему было лет 60-65. Одет он был в чёрную одежду с крестообразной формы островерхой шапочкой поверх длинных волос. Седая борода осветляла его и без того светлое лицо с небольшим прямым носом и ясными голубыми глазами, выражающими какой-то необыкновенный восторг и, вместе с тем, печаль. «Ну что вы сговорились, что ли, сегодня  у меня деньги клянчить»--подумал Берг и тут же услышал спокойный, тихий голос незнакомца: « Не деньги от тебя мне нужны, Семён. Ты лучше вспомни, как, будучи 25-тилетним  парнем, избил мальчика из «Зари». Ну, ничего, ещё приедешь ко мне»,-- быстро добавил  встретившийся человек, который стал поспешно удаляться и вскоре совсем исчез из виду.
   Ужас и недоумение охватили Берга, и он ещё минут пять стоял, не понимая, что произошло.
   Так постояв, Семён Андреевич тихо побрёл домой. Встречающиеся на пути люди, здания, его мыслей уже не касались; теперь его ум занимало совсем другое: вопросы о том, как этот человек узнал его имя, мысли и, самое главное, про случай в лагере « Заря», который произошёл 20 с лишним лет назад.
   А случилось тогда вот что. Семён, в свои 25, гулял на свадьбе у сестры. Свадьба отмечалась в столовой детского лагеря отдыха «Заря». Когда празднование было в самом разгаре, и все уже были изрядно подвыпившими, один из отдыхающих в лагере ребят достал рогатку и большим камнем разбил фонарь, освещавший танцплощадку. На Семёна это оказало прямо- таки возбешающее действие. Он догнал мальчишку и, держа его левой рукой, кулаком правой бил по голове. И, Бог знает, как бы всё это кончилось, если бы не подоспели люди и не вырвали из рук Семёна мальчика. Как потом узнали ребята, с которыми в одном отряде жил этот мальчик, он получил серьёзную травму, долго лежал в больнице и, по истечении двух недель, был выписан.
   У Семёна двоюродный брат был лейтенантом милиции, и его быстро «отмазали» от уголовной ответственности. Об этом случае он вскоре забыл и продолжал жить своей молодой, весёлой жизнью.
   Но вернёмся к неспешно идущему Семёну Андреевичу, который как бы не проходил, а проплывал всё то, что видел на пути к дому.
   Придя домой, он совершенно случайно увидел книгу, которая будто бы для этого момента и лежала, с названием «Монашество на Руси». Берг  не мог вспомнить, откуда она у него взялась, ведь был он  человеком неверующим. Возможно, ему кто-то подарил её. Он взял эту новую, ещё пахнущую типографической краской, в твёрдом переплёте книжку и открыл её  на первой попавшейся странице. И тут же увидел того незнакомца. Под фотографией значилось: «игумен Иларион». Семён Андреевич обомлел. Голубые глаза смотрели на него так же ясно и живо, как при недавней встрече. « Вот оно как, а ведь что-то, в самом деле, есть»,-- подумал он и начал читать о том, где он мог бы встретиться и поговорить с этим дивным человеком. Оказалось, что отец игумен живёт в монастыре в городе Н-ск. Берг твёрдо решил, забыв про работу, на первой же электричке поехать в Н-ск.
 
                                               Перо писателя несмело
                                               Выводит золотую нить.
                                               И как порой оно умело
                                               Героя заставляет жить.
Прочёл перед сном Семён Андреевич одно из стихотворений в журнале «С-ик» и провалился в глубокий сон.
   Ночью за окном лилось спокойное течение суетной городской жизни: молодежь гуляла, попивая горячительные напитки; собаки лаяли на прохожих, бледный диск луны тускло освещал улицы.
   Семён Андреевич проснулся раньше, чем зазвонил будильник. В одно мгновение он вспомнил всё, что было вчера. Портрет отца Илариона в открытой книге, лежащей на столе, зовуще смотрел на Берга, напоминая ему, зачем он проснулся в такую рань.        
   Усталый город спал. Тишина его утомлённых улиц настраивала на безмятежные размышления.  
   Берг вышел из дому и пошёл по дороге к ж/д вокзалу. На пути он не встретил ни души. И даже если бы кто-то и проходил мимо, его устремлённого вглубь себя мысленного взора это не смогло бы поколебать. А в душе у Семёна Андреевича творилось что-то необыкновенное, не знакомое ему прежде: он чувствовал тяжесть  содеянного в молодости и доселе неизвестное ему желание как-то исправить свою жизнь.
   Он сел на электричку. После приевшегося «Осторожно, двери закрываются», мерно застучали колёса, убаюкивающие и успокаивающие Берга. Под стук колёс он заснул.
   Проснулся наш герой уже на конечной станции. Потягиваясь и разминая спину, он встал с места и уверенной походкой направился к автовокзалу. Он сел на автобус, конечная остановка которого находилась недалеко от монастыря.
   Сойдя с автобуса, Семён Андреевич пошёл по незнакомой, но будто уже где-то виденной им аллее. Деревья смешанного леса возносили свои вершины к небу, птички пели песню весны; воздух был пронизан влажностью недалеко протекающей речки, -- всё это так умиротворяюще действовало на душу, что хотелось…помолиться. Берг стал читать по памяти «Отче наш…», молитву, которой ещё очень давно его научила бабушка.
   Направляясь к одному из самых  святых мест Н-ской земли, Семён Андреевич, уже успев ощутить усталость, увидел вдали купола храмов. Покрытые золотом они сияли на фоне голубого неба, притягивая к себе утомившегося  путника.
   Семён Андреевич дошёл до монастыря и присел на лавочку отдохнуть. «Какая здесь красота и даже как-то спокойно; легко дышать» -- подумал он. Увидев женщину в чёрном одеянии, Берг спросил у неё: «Где я могу видеть отца Илариона?». «Старец сейчас на трапезе», -- ответила монахиня и быстро скрылась из виду. «Вот как. Ну ладно, подожду,», -- решил Семён Андреевич. От усталости он даже умудрился заснуть, сидя на лавочке без спинки.
   «Здравствуй, Семён, -- услышал Берг разбудивший его голос, уже однажды слышимый им,-- рад тебя видеть». На Берга смотрели всё те же голубые глаза, как бы видевшие насквозь всё существо его. Они смотрели ласково и утешительно. «Благодари Господа за то, что Он привёл тебя к Себе через грешного игумена Илариона молитвами твоих праведных предков. Пойдём ко мне в келью»,-- завершил старец. И они пошли к домикам-кельям, минуя монастырский двор, древние храмы, простоту небольших построек. «Как же здесь хорошо! Благодатно!»-- подумал Берг.
   Когда они пришли в келью, старец, первым делом, напоил Семёна Андреевича чаем, спросил его как тот доехал. И когда путник всё рассказал, старец пошёл к аналойчику, где лежала епитрахиль. «Хочешь, чтобы Господь отпустил тебе грехи через недостойного игумена Илариона?» -- спросил старец. «Так что же, не может что ли Бог отпустить мне грехи без Вашей помощи?»-- удивился Берг. «Может, может -- ответил старец,-- только необходимо, чтобы я, недостойный, слышал твою исповедь и прочитал разрешительную молитву. Тебе ещё многое предстоит узнать » -- произнёс старец и начал читать молитвы к исповеди. После продолжительной исповеди и беседы со старцем, Семён Андреевич вышел из кельи умиротворённым, радуясь внутренне и смотря на мир другими, более чистыми глазами. Солнце казалось ему ярче, небо прозрачнее, а лица людей светлее. «Слава Тебе, Господи, за всё»--выдохнул Семён Андреевич и пошёл по длинной узкой тропинке, ведущей к храму Рождества Пресвятой Богородицы.
                                        
                                 Эпилог.
   Инок Василий колол дрова, нёс их под навес, где аккуратно складывал. Трудился в поте лица. Всё в его жизни переменилось с тех пор, как он впервые встретил старца Илариона. В нём трудно было узнать прежнего Семёна Андреевича. В миру он всегда был чем-то недоволен, порой даже жаловался самому себе на погоду. Теперь он был рад всему: и голоду и холоду, и тому, что у него не было ничего своего. Лицо приобрело приятный отпечаток смирения, а душа облеклась во-всеоружие молитвы. Всем для него теперь стал Господь: и пропитанием, и покровом и защитником и самой ЖИЗНЬЮ.
  
 
 
 
   
Рейтинг: +3 154 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!