Вера

16 февраля 2014 - Валерий Рыбалкин
article191809.jpg
   1.
   Человеку свойственно верить. Вы только подумайте, сколько на нашей древней планете было и осталось по сей день всевозможных культов и религий, скольким богам поклонялись люди, чтобы оправдать высшим промыслом свои, не всегда благовидные, дела и поступки. Везде, даже на каких-нибудь Богом забытых тропических островах разрисованные аборигены молятся под звуки тамтама обожествлённому страшному обгорелому пню. Поверяют ему самые сокровенные тайны, черпая из своих молитв надежду на будущее и уверенность в завтрашнем дне.
 
   Люди верят. Даже самые закоренелые атеисты свято верят в то, что Бога нет. Но, несмотря на это, они устраивают демонстрации, до боли напоминающие крестный ход, помещают своих усопших вождей в мавзолеи, поют песни и гимны вместо молитв. И верят в светлое будущее, прилагая минимум усилий для его достижения.
 
   Мои бабка с дедом родились в дореволюционной России. Они хорошо помнили те времена, когда в церковь ходили открыто, не опасаясь, что об этом узнают соседи и партийное руководство. Но, несмотря ни на что, бабушка всегда отмечала православные праздники - примерно так же, как Штирлиц праздновал день Советской Армии: чтобы никто не узнал и не догадался. И крашеное яичко на Христов день нам, пацанам, перепадало.
 
   Я не помню, откуда в моей голове появились тексты молитв, но когда в девяностые годы взрослым сформировавшимся человеком я впервые открыто переступил ворота храма, то «Отче наш» я знал и был несказанно этому удивлён. Видимо, тайком ото всех моя дорогая бабушка крестила меня, а затем вместо песен напевала над колыбелью священные тексты, которые невольно запали в детскую душу - как некая тайна, откровение, о котором нельзя было говорить вслух. Мы вели себя так, будто находились на территории, временно оккупированной врагом, где было опасно не только свободно общаться, но даже думать о запретном. Странно, но иногда мне кажется, что глубоко законспирированный Штирлиц – это собирательный образ ушедшего в подполье нашего непобедимого народа.
 
   Отец мой вступил в Партию на фронте, гордился этим и воспитывал нас с братом в духе атеизма. Но когда он однажды обнаружил на моей шее маленького смешного человечка, сплетённого из ниток и чем-то напоминавшего распятие, то его тревоге и возмущению не было предела. Как не было предела гневу гоголевского Тараса Бульбы, узнавшего, что  сын Андрий предал свою Православную веру и переметнулся к католикам.
 
   Я, десятилетний пацан, конечно, ни о чём таком не думал и вовсе не хотел огорчать самого близкого мне человека, который с омерзением сорвал с моей шеи и выбросил подобие креста. Я совершенно искренне уверял его, что не верю в Бога, что никто никогда не обращал меня в свою веру и что… безбожие – самая истинная вера на Земле. Конечно, до последнего утверждения я тогда ещё умом не дорос…
 
   Дед, некогда отмотавший срок в лагерях и исключённый из Партии, не вмешиваясь, молча смотрел на наши разборки. Он прекрасно понимал, что за крест на моей шее отца по головке не погладят - объявят взыскание по партийной линии и сообщат в школу. А уж там постараются, чтобы я вырос правильным человеком – без перегибов и отклонений. Ведь говорилось с высоких трибун, что нынешнее поколение советских людей будет жить при Коммунизме. А верующим там, понятно, делать нечего.
 
   2.
   По завершении вышеописанных событий у меня вдруг прорезался повышенный интерес к вопросам религии, которые были окутаны ореолом таинственности и запрета в нашей сугубо неверующей стране. Но бабушка к тому времени умерла, и поговорить на эту тему было не с кем. На глаза мне попалась книга Емельяна Ярославского «Библия для верующих и неверующих», на обложке которой крупными буквами было написано крамольное слово БИБЛИЯ.
 
   Именно из этой книги, случайно завалявшейся в отцовской библиотеке, мне довелось узнать о существовании ветхозаветных святых и пророков. Опуская ненужную довольно язвительную критику, я упивался описанием их жизни, деяний и пророчеств. Библейская картина сотворения мира затмила для меня, подростка, сомнительное учение Дарвина. А красота и образность описаний древних авторов поразила моё разыгравшееся воображение широтой и откровенной эротичностью, начиная с родословных библейских героев, в которых прямо говорилось, кто кого родил. Сейчас это кажется невероятным, но мы в то далёкое время были лишены всякого понятия не только о сексе, но и об эротике, как таковой…
 
   3.
   Прошло время. Я стал учащимся технического ВУЗа в небольшом южном городке. Месяцы воздержаний и зубрёжки сменялись для нас, студентов, вечерами пьянства и откровенного разгула. Однако мы выросли именно такими, какими нас хотели видеть наши вожди: патриотами, атеистами и верными ленинцами. Весенние воскресники, приуроченные ко дню рождения Ленина, довольно часто приходились на Пасху. Народ возмущался, и по «голосовой почте» расходились стихи:
 
Спасибо Партии родной
За всё добро и ласку, 
Что отобрала выходной
И обкорнала Пасху.
 
   Дело было субботним вечером в институтской общаге накануне вышеуказанного запретного праздника, который, так или иначе, отмечался всеми. Только вместо молитв и песнопений в тот вечер мы купили дешёвого плодово-ягодного (прозванного почему-то плодово-выгодным) вина, врубили музыку и наслаждались жизнью. Вдруг совершенно неожиданно на пороге набитой до отказа комнаты появился зам. декана факультета, от которого зависели самые главные блага студентов – общежитие и стипендия. Щелчок, запретная джазовая музыка выключилась, и мы, напуганные до смерти, тощими тараканами прыснули в дверь, стараясь не зацепить, не дотронуться до освободившего нам проход надсмотрщика, бывшего сотрудника МВД, занимавшего второе место на факультете и отвечавшего за дисциплину.
 
   Выпитое вино, досада на то, что попался, что теперь придётся искать съёмную квартиру, - всё это вытолкало меня на тёмные улицы спящего города и погнало по ним - куда глаза глядят. Я долго шёл, не разбирая дороги, и вдруг увидел… настоящую сказку. На фоне начинавшего алеть утреннего неба где-то в глубине открытых ворот единственного на весь город православного храма горели свечи. Тихое стройное пение доносилось из помещения церкви, и довольно большая очередь спокойно-одушевлённых людей медленно двигалась туда, к средоточию красоты и гармонии.
 
   Впечатление было убийственным. Контраст этого прекрасного сосредоточенно-созерцательного мира с моей неустроенной, зависящей от нелепых случайностей жизнью, был потрясающим. Чувство невольного благоговения овладело душой забитого презренного студента…  
   За ушами привычно заныло. Хотелось курить, но пачка в кармане была пуста. Я подошёл к каким-то ребятам, стоявшим в сторонке, намереваясь стрельнуть сигарету.
 
   - А сколько тебе лет? – задал неуместный вопрос худощавый парень, глядя на меня с некоторым превосходством и даже презрением.
   Мой ответ не убедил его, и он спросил документы. Пришлось отдать ему в руки студенческий билет. И вдруг я понял, до меня дошло, что это, похоже, рейд, проверка, новая западня. Вторая за ночь!
 
   - Так… Студент, значит. И, наверняка, комсомолец, - подслеповато щурясь на мой документ, с видимым удовольствием констатировал парень.
   - Попался! Вот дурак! Теперь, чего доброго, из института выгонят! – мелькнуло в моём почуявшем опасность воспалённом мозгу. – Ведь это, наверняка, проверяющие от ВЛКСМ, от горкома. Ловят несознательную молодёжь!
   У страха глаза велики. Ловким движением я вырвал из рук комсомольского лидера свой студенческий и бросился к выходу, в темноту проходных дворов. Погоня была, но мне удалось скрыться. На этот раз повезло…
 
   4.
   Я рассказал о себе, о том, как нас воспитывали, отлучив от привычной для нашей страны христианской среды. Сменилось несколько поколений советских людей, но вера наших отцов, будто сорная трава сквозь асфальт, пробивалась к солнцу и давала новые и новые всходы в душах атеистов, безбожников во втором и в третьем поколениях. Потому что за многие столетия учение Христа, его мораль прочно вошли в наш быт и разговорную речь.
 
   Мы не задумываясь говорим друг другу СПАСИБО, что означает - СПАСИ БОГ. Наш год разбит на даты христианского календаря – посты и праздники. И каждое ВОСКРЕСЕНЬЕ напоминает нам о том, что именно в этот день ВОСКРЕС наш Спаситель, пожелавший принести в мир всеобщую любовь и гармонию, к которой мы должны стремиться…
 
   Вот уже двадцать с лишним лет прошло с тех пор, как пало первое в своём роде государство, запрещавшее людям верить во что бы то ни было кроме коммунистического светлого будущего. Сотни лет густо замешенный раствор Православия скреплял Россию, её славянскую часть, в единое целое. В СССР этот клей заменили другим, замешенным на крови, атеизме и интернационализме. Но он высох, не выдержав испытания временем. И построенное с его помощью государство благополучно рассыпалось на национальные составляющие, бывшие союзные республики.
 
   Невозможно склеить разбитую чашу. Какой раствор сможет удержать от окончательного распада на мельчайшие осколки многочисленных народностей и краёв нашу многострадальную урезанную Россию? Попытки возврата к древней дохристианской вере обречены на провал: не так много осталось в нас языческого. Десятки всевозможных сект христианского и прочего толка пытаются обескровить Православие, увести к себе его исконную паству.
 
   Государство освободило РПЦ от налогов в надежде на возрождение ВЕРЫ в народе. Но верхушка церкви вместо того, чтобы показать пример стойкости и аскетизма, теряет авторитет, наслаждаясь властью и богатством.
   Нет единства, некому сварить клей, который мог бы на века скрепить рассохшееся от безверия тело России. Мы медленно плывём на нашем утлом судёнышке, вычерпывая бьющую из всех щелей воду. И совсем не думаем о том, что рано или поздно нынешний штиль сменится бурей. И тогда…
 
   Люди! Пока не поздно, пока ещё есть такая возможность, мы должны найти идею, способную нас объединить! Или вернуть Православие, утраченное без малого сто лет назад. Иначе – окончательный распад и порабощение. Иначе – пойдём ко дну!   

© Copyright: Валерий Рыбалкин, 2014

Регистрационный номер №0191809

от 16 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0191809 выдан для произведения:
   1.
   Человеку свойственно верить. Вы только подумайте, сколько на нашей древней планете было и осталось по сей день всевозможных культов и религий, скольким богам поклонялись люди, чтобы оправдать высшим промыслом свои, не всегда благовидные, дела и поступки. Везде, даже на каких-нибудь Богом забытых тропических островах разрисованные аборигены молятся под звуки тамтама обожествлённому страшному обгорелому пню. Поверяют ему самые сокровенные тайны, черпая из своих молитв надежду на будущее и уверенность в завтрашнем дне.

   Люди верят. Даже самые закоренелые атеисты свято верят в то, что Бога нет. Но, несмотря на это, они устраивают демонстрации, до боли напоминающие крестный ход, помещают своих усопших вождей в мавзолеи, поют песни и гимны вместо молитв. И верят в светлое будущее, прилагая минимум усилий для его достижения.

   Мои бабка с дедом родились в дореволюционной России. Они хорошо помнили те времена, когда в церковь ходили открыто, не опасаясь, что об этом узнают соседи и партийное руководство. Но, несмотря ни на что, бабушка всегда отмечала православные праздники - примерно так же, как Штирлиц праздновал день Советской Армии: чтобы никто не узнал и не догадался. И крашеное яичко на Христов день нам, пацанам, перепадало.

   Я не помню, откуда в моей голове появились тексты молитв, но когда в девяностые годы взрослым сформировавшимся человеком я впервые открыто переступил ворота храма, то «Отче наш» я знал и был несказанно этому удивлён. Видимо, тайком ото всех моя дорогая бабушка крестила меня, а затем вместо песен напевала над колыбелью священные тексты, которые невольно запали в детскую душу - как некая тайна, откровение, о котором нельзя было говорить вслух. Мы вели себя так, будто находились на территории, временно оккупированной врагом, где было опасно не только свободно общаться, но даже думать о запретном. Странно, но иногда мне кажется, что глубоко законспирированный Штирлиц – это собирательный образ ушедшего в подполье нашего непобедимого народа.

   Отец мой вступил в Партию на фронте, гордился этим и воспитывал нас с братом в духе атеизма. Но когда он однажды обнаружил на моей шее маленького смешного человечка, сплетённого из ниток и чем-то напоминавшего распятие, то его тревоге и возмущению не было предела. Как не было предела гневу гоголевского Тараса Бульбы, узнавшего, что  сын Андрий предал свою Православную веру и переметнулся к католикам.

   Я, десятилетний пацан, конечно, ни о чём таком не думал и вовсе не хотел огорчать самого близкого мне человека, который с омерзением сорвал с моей шеи и выбросил подобие креста. Я совершенно искренне уверял его, что не верю в Бога, что никто никогда не обращал меня в свою веру и что… безбожие – самая истинная вера на Земле. Конечно, до последнего утверждения я тогда ещё умом не дорос…

   Дед, некогда отмотавший срок в лагерях и исключённый из Партии, не вмешиваясь, молча смотрел на наши разборки. Он прекрасно понимал, что за крест на моей шее отца по головке не погладят - объявят взыскание по партийной линии и сообщат в школу. А уж там постараются, чтобы я вырос правильным человеком – без перегибов и отклонений. Ведь говорилось с высоких трибун, что нынешнее поколение советских людей будет жить при Коммунизме. А верующим там, понятно, делать нечего.

   2.
   По завершении вышеописанных событий у меня вдруг прорезался повышенный интерес к вопросам религии, которые были окутаны ореолом таинственности и запрета в нашей сугубо неверующей стране. Но бабушка к тому времени умерла, и поговорить на эту тему было не с кем. На глаза мне попалась книга Емельяна Ярославского «Библия для верующих и неверующих», на обложке которой крупными буквами было написано крамольное слово БИБЛИЯ.

   Именно из этой книги, случайно завалявшейся в отцовской библиотеке, мне довелось узнать о существовании ветхозаветных святых и пророков. Опуская ненужную довольно язвительную критику, я упивался описанием их жизни, деяний и пророчеств. Библейская картина сотворения мира затмила для меня, подростка, сомнительное учение Дарвина. А красота и образность описаний древних авторов поразила моё разыгравшееся воображение широтой и откровенной эротичностью, начиная с родословных библейских героев, в которых прямо говорилось, кто кого родил. Сейчас это кажется невероятным, но мы в то далёкое время были лишены всякого понятия не только о сексе, но и об эротике, как таковой…

   3.
   Прошло время. Я стал учащимся технического ВУЗа в небольшом южном городке. Месяцы воздержаний и зубрёжки сменялись для нас, студентов, вечерами пьянства и откровенного разгула. Однако мы выросли именно такими, какими нас хотели видеть наши вожди: патриотами, атеистами и верными ленинцами. Весенние воскресники, приуроченные ко дню рождения Ленина, довольно часто приходились на Пасху. Народ возмущался, и по «голосовой почте» расходились стихи:

Спасибо Партии родной
За всё добро и ласку, 
Что отобрала выходной
И обкорнала Пасху.

   Дело было субботним вечером в институтской общаге накануне вышеуказанного запретного праздника, который, так или иначе, отмечался всеми. Только вместо молитв и песнопений в тот вечер мы купили дешёвого плодово-ягодного (прозванного почему-то плодово-выгодным) вина, врубили музыку и наслаждались жизнью. Вдруг совершенно неожиданно на пороге набитой до отказа комнаты появился зам. декана факультета, от которого зависели самые главные блага студентов – общежитие и стипендия. Щелчок, запретная джазовая музыка выключилась, и мы, напуганные до смерти, тощими тараканами прыснули в дверь, стараясь не зацепить, не дотронуться до освободившего нам проход надсмотрщика, бывшего сотрудника МВД, занимавшего второе место на факультете и отвечавшего за дисциплину.

   Выпитое вино, досада на то, что попался, что теперь придётся искать съёмную квартиру, - всё это вытолкало меня на тёмные улицы спящего города и погнало по ним - куда глаза глядят. Я долго шёл, не разбирая дороги, и вдруг увидел… настоящую сказку. На фоне начинавшего алеть утреннего неба где-то в глубине открытых ворот единственного на весь город православного храма горели свечи. Тихое стройное пение доносилось из помещения церкви, и довольно большая очередь спокойно-одушевлённых людей медленно двигалась туда, к средоточию красоты и гармонии.

   Впечатление было убийственным. Контраст этого прекрасного сосредоточенно-созерцательного мира с моей неустроенной, зависящей от нелепых случайностей жизнью, был потрясающим. Чувство невольного благоговения овладело душой забитого презренного студента…  
   За ушами привычно заныло. Хотелось курить, но пачка в кармане была пуста. Я подошёл к каким-то ребятам, стоявшим в сторонке, намереваясь стрельнуть сигарету.

   - А сколько тебе лет? – задал неуместный вопрос худощавый парень, глядя на меня с некоторым превосходством и даже презрением.
   Мой ответ не убедил его, и он спросил документы. Пришлось отдать ему в руки студенческий билет. И вдруг я понял, до меня дошло, что это, похоже, рейд, проверка, новая западня. Вторая за ночь!

   - Так… Студент, значит. И, наверняка, комсомолец, - подслеповато щурясь на мой документ, с видимым удовольствием констатировал парень.
   - Попался! Вот дурак! Теперь, чего доброго, из института выгонят! – мелькнуло в моём почуявшем опасность воспалённом мозгу. – Ведь это, наверняка, проверяющие от ВЛКСМ, от горкома. Ловят несознательную молодёжь!
   У страха глаза велики. Ловким движением я вырвал из рук комсомольского лидера свой студенческий и бросился к выходу, в темноту проходных дворов. Погоня была, но мне удалось скрыться. На этот раз повезло…

   4.
   Я рассказал о себе, о том, как нас воспитывали, отлучив от привычной для нашей страны христианской среды. Сменилось несколько поколений советских людей, но вера наших отцов, будто сорная трава сквозь асфальт, пробивалась к солнцу и давала новые и новые всходы в душах атеистов, безбожников во втором и в третьем поколениях. Потому что за многие столетия учение Христа, его мораль прочно вошли в наш быт и разговорную речь.

   Мы не задумываясь говорим друг другу СПАСИБО, что означает - СПАСИ БОГ. Наш год разбит на даты христианского календаря – посты и праздники. И каждое ВОСКРЕСЕНЬЕ напоминает нам о том, что именно в этот день ВОСКРЕС наш Спаситель, пожелавший принести в мир всеобщую любовь и гармонию, к которой мы должны стремиться…

   Вот уже двадцать с лишним лет прошло с тех пор, как пало первое в своём роде государство, запрещавшее людям верить во что бы то ни было кроме коммунистического светлого будущего. Сотни лет густо замешенный раствор Православия скреплял Россию, её славянскую часть, в единое целое. В СССР этот клей заменили другим, замешенным на крови, атеизме и интернационализме. Но он высох, не выдержав испытания временем. И построенное с его помощью государство благополучно рассыпалось на национальные составляющие, бывшие союзные республики.

   Невозможно склеить разбитую чашу. Какой раствор сможет удержать от окончательного распада на мельчайшие осколки многочисленных народностей и краёв нашу многострадальную урезанную Россию? Попытки возврата к древней дохристианской вере обречены на провал: не так много осталось в нас языческого. Десятки всевозможных сект христианского и прочего толка пытаются обескровить Православие, увести к себе его исконную паству.

   Государство освободило РПЦ от налогов в надежде на возрождение ВЕРЫ в народе. Но верхушка церкви вместо того, чтобы показать пример стойкости и аскетизма, теряет авторитет, наслаждаясь властью и богатством.
   Нет единства, некому сварить клей, который мог бы на века скрепить рассохшееся от безверия тело России. Мы медленно плывём на нашем утлом судёнышке, вычерпывая бьющую из всех щелей воду. И совсем не думаем о том, что рано или поздно нынешний штиль сменится бурей. И тогда…

   Люди! Пока не поздно, пока ещё есть такая возможность, мы должны найти идею, способную нас объединить! Или вернуть Православие, утраченное без малого сто лет назад. Иначе – окончательный распад и порабощение. Иначе – пойдём ко дну!   
Рейтинг: +3 173 просмотра
Комментарии (10)
Нина Лащ # 17 февраля 2014 в 19:11 +1
Валерий, ваша «Вера» даже не рассказ, а аналитическая статья своего рода. Глубокие мысли и размышления здесь вижу, с которыми согласна… почти согласна во всем. Кроме, пожалуй, этого: «Или вернуть Православие, утраченное без малого сто лет назад». Может, вы и правы в этом – вернуть православие. Но православие, сейчас именно, никто не отменяет, кажется. Каждый верит сейчас без боязни в то, во что хочет верить. «По вере и воздастся…», впрочем. Человеческие ценности пересмотрены, пересматриваются, менялись и меняются в социуме, но главное – ценности должны быть и оставаться человеческими, это всем понятно, но мы, люди, такие несовершенные… Вы о нашей стране говорите в рассказе, это понятно, но затрагиваете масштабные проблемы. Об этом можно говорить очень долго. Но основная ваша мысль о проблемах нашей страны верная. Спасибо вам, Валерий, за неравнодушие.
Валерий Рыбалкин # 18 февраля 2014 в 07:29 +1
Спасибо Вам, Нина, за развёрнутый комментарий, за неравнодушие. Да, последствия нашего почти что векового отлучения от церкви сказываются сейчас и могут привести к дальнейшему распаду нашей страны. Умные люди говорят, что мы проиграли третью мировую войну, ИНФОРМАЦИОННУЮ. И продолжаем её проигрывать.
Свято место пусто не бывает. Людям, безбожникам в третьем поколении, надо во что-то верить. И наши враги, вольные или невольные, пытаются подсунуть нам обманки. Активизировались секты протестантского толка - свидетели Иеговы, адвентисты седьмого дня, баптисты и многие другие. Они активно вербуют своих адептов из лучших наших людей, которые могли бы принести пользу Православию и обществу в целом. Что сектанты верят, живут по заповедям - это хорошо. Но то, что ослабляют Православие - это очень плохо. Штаб-квартиры у них на западе, в Америке. Это говорит о многом.
Родноверы - люди, которые осуждают кровавое насаждение христианства в киевской Руси и призывают принимать язычество, бороться с неславянами. Принимают древние имена, осуждают Православие... Но ведь они националисты, причём воинствующие. Тут и до фашизма - один шаг. А национализм в любой многонациональной стране - это окончательный распад и порабощение. Кто их финансирует? Кому это выгодно?
Мусульмане, буддисты - Ну, это наши традиционные религии.
Многие пришли поживиться на трупе павшего гиганта, СССР. Охаивается всё Православное, болтают гадости о верховных иерархах, в которых и так не очень много святости. Идёт информационная война, цель которой - окончательно раздробить и поработить Россию. Стоит она поперёк горла западу.
Был у нас один умный,болеющий за церковь и страну человек - протоиерей Александр Мень. Я зачитывался его книгами. Одна "История религии" чего стоит! Нет, погиб в девяностых. Случайно. А может быть не случайно? Кто знает... Вот если бы он возглавил церковь... Но пришли совсем другие люди. Скажем так, не мудрые, не смотрящие в корень и не знающие, как привлечь, вернуть людей в лоно церкви.
И всё равно, Православие - мощнейший объединяющий стержень, который может уберечь страну от развала... Других идей, пока что, нет...
Нина Лащ # 19 февраля 2014 в 00:30 +1
Здравствуйте, Валерий! Благодарю за ответ. Рада, что наши мысли опять же совпадают, но опять же скажу – почти совпадают. Я не сильна в истории религий – школьное воспитание в духе марксизма-ленинизма, а также атеизма, наложило свой отпечаток. Сейчас, конечно, многое пересмотрела, далеко не атеистка, верю в высшие силы по-своему, верю физикам и философам, которые утверждают, что параллельные миры существуют. Да, большевики наломали дров в свое время, страшное дело! Процитирую вас: «…последствия нашего почти что векового отлучения от церкви сказываются сейчас и могут привести…» - это так! Различные ветви христианства, православие, католицизм… языческие боги и т.д. – для меня темный лес по большому счету, надо вникать… и уважать, думаю, как любую веру, как социальный институт. Но свидетели Иеговы /их в дверь, а они – в окно/, сайентологи от церкви /пришлось в свое время для публикации о них узнать побольше/ и некоторые другие – у меня тоже под большим подозрением. Полностью согласна с вами, Валерий, что все эти спонсируемые организации – большое зло… Кстати, об Александре Мене. Не сомневаюсь в «неслучайности» его гибели… Да, Валерий, заставили вы задуматься. Спасибо вам за это. А вот как вернуть в лоно церкви меня, таких, как я, которым с детства вдалбливали в головы, что религия – зло? Таких, как я – «полуверующих». Это очень трудно. Да и не нужно, может, нас уже возвращать, наше поколение.
Валерий Рыбалкин # 21 февраля 2014 в 06:40 +1
Нужно ли нам, полуверующим, Православие, вера - это каждый решает сам для себя. Если интересно, вот ссылка на "Историю религии" Александра Меня: http://www.alexandrmen.ru/pan.html
Там есть и другие его книги, и многое о нём. Разобраться можно. Но нелегко, потому что история религии тесно переплетается с реальной историей двухтысячелетней давности, которую мы не знаем. Нас попросту отлучили от главной книги мира, Библии, именем которой называются все БИБЛИОтеки мира.
И даже основная масса православных священников не советует углубляться в дебри прошлого, а просто верить. Повторяю, всё это каждый решает сам для себя.
Валерий Рыбалкин # 21 февраля 2014 в 06:41 +1
Что-то не получилась прямая ссылка. Там слева вверху нажмите "Книги" и найдите двухтомник "История религии".
Нина Лащ # 22 февраля 2014 в 21:22 +1
Спасибо, Валерий, за ссылку, мне это очень интересно. И еще немного о вере. - "И даже основная масса православных священников не советует углубляться в дебри прошлого, а просто верить". Вот этот совет - просто верить - удивлял и удивляет. А можно, я подумаю немножко, прежде чем поверю? - всегда хочется сказать.
Валерий Рыбалкин # 23 февраля 2014 в 10:15 +1
И то, что Александр Мень решил, наконец, воззвать к разуму, а не только к чувствам паствы, мне кажется, знаковое явление. Ведь религиозных чувств так мало осталось у наших людей. Жалко его, жалко нас всех, не узнавших многого после его смерти.
Нина Лащ # 22 февраля 2014 в 21:24 +1
Открылась прямая ссылка. Спасибо.
Галина Амосова # 21 февраля 2014 в 17:13 +1
Изумительное произведение, в котором всё правда. Спасибо! С огромным удовольствием прочитала. Масса воспоминаний и переживаний из прошлого. На экзамены в институте ходила с маленькой иконкой в кармашке и не зря. Но сейчас, даже молодёжь и подростки посещают церковь и стоят там с благоговение.
Валерий Рыбалкин # 21 февраля 2014 в 17:58 +1
Спасибо за комментарий, Галина. Это очень хорошо, что возрождается наша древняя Вера.