Вера

16 февраля 2014 - Валерий Рыбалкин
article191809.jpg
   1.
   Человеку свойственно верить. Вы только подумайте, сколько на нашей древней планете было и осталось по сей день всевозможных культов и религий, скольким богам поклонялись люди, чтобы оправдать высшим промыслом свои, не всегда благовидные, дела и поступки. Везде, даже на каких-нибудь Богом забытых тропических островах разрисованные аборигены молятся под звуки тамтама обожествлённому страшному обгорелому пню. Поверяют ему самые сокровенные тайны, черпая из своих молитв надежду на будущее и уверенность в завтрашнем дне.
 
   Люди верят. Даже самые закоренелые атеисты свято верят в то, что Бога нет. Но, несмотря на это, они устраивают демонстрации, до боли напоминающие крестный ход, помещают своих усопших вождей в мавзолеи, поют песни и гимны вместо молитв. И верят в светлое будущее, прилагая минимум усилий для его достижения.
 
   Мои бабка с дедом родились в дореволюционной России. Они хорошо помнили те времена, когда в церковь ходили открыто, не опасаясь, что об этом узнают соседи и партийное руководство. Но, несмотря ни на что, бабушка всегда отмечала православные праздники - примерно так же, как Штирлиц праздновал день Советской Армии: чтобы никто не узнал и не догадался. И крашеное яичко на Христов день нам, пацанам, перепадало.
 
   Я не помню, откуда в моей голове появились тексты молитв, но когда в девяностые годы взрослым сформировавшимся человеком я впервые открыто переступил ворота храма, то «Отче наш» я знал и был несказанно этому удивлён. Видимо, тайком ото всех моя дорогая бабушка крестила меня, а затем вместо песен напевала над колыбелью священные тексты, которые невольно запали в детскую душу - как некая тайна, откровение, о котором нельзя было говорить вслух. Мы вели себя так, будто находились на территории, временно оккупированной врагом, где было опасно не только свободно общаться, но даже думать о запретном. Странно, но иногда мне кажется, что глубоко законспирированный Штирлиц – это собирательный образ ушедшего в подполье нашего непобедимого народа.
 
   Отец мой вступил в Партию на фронте, гордился этим и воспитывал нас с братом в духе атеизма. Но когда он однажды обнаружил на моей шее маленького смешного человечка, сплетённого из ниток и чем-то напоминавшего распятие, то его тревоге и возмущению не было предела. Как не было предела гневу гоголевского Тараса Бульбы, узнавшего, что  сын Андрий предал свою Православную веру и переметнулся к католикам.
 
   Я, десятилетний пацан, конечно, ни о чём таком не думал и вовсе не хотел огорчать самого близкого мне человека, который с омерзением сорвал с моей шеи и выбросил подобие креста. Я совершенно искренне уверял его, что не верю в Бога, что никто никогда не обращал меня в свою веру и что… безбожие – самая истинная вера на Земле. Конечно, до последнего утверждения я тогда ещё умом не дорос…
 
   Дед, некогда отмотавший срок в лагерях и исключённый из Партии, не вмешиваясь, молча смотрел на наши разборки. Он прекрасно понимал, что за крест на моей шее отца по головке не погладят - объявят взыскание по партийной линии и сообщат в школу. А уж там постараются, чтобы я вырос правильным человеком – без перегибов и отклонений. Ведь говорилось с высоких трибун, что нынешнее поколение советских людей будет жить при Коммунизме. А верующим там, понятно, делать нечего.
 
   2.
   По завершении вышеописанных событий у меня вдруг прорезался повышенный интерес к вопросам религии, которые были окутаны ореолом таинственности и запрета в нашей сугубо неверующей стране. Но бабушка к тому времени умерла, и поговорить на эту тему было не с кем. На глаза мне попалась книга Емельяна Ярославского «Библия для верующих и неверующих», на обложке которой крупными буквами было написано крамольное слово БИБЛИЯ.
 
   Именно из этой книги, случайно завалявшейся в отцовской библиотеке, мне довелось узнать о существовании ветхозаветных святых и пророков. Опуская ненужную довольно язвительную критику, я упивался описанием их жизни, деяний и пророчеств. Библейская картина сотворения мира затмила для меня, подростка, сомнительное учение Дарвина. А красота и образность описаний древних авторов поразила моё разыгравшееся воображение широтой и откровенной эротичностью, начиная с родословных библейских героев, в которых прямо говорилось, кто кого родил. Сейчас это кажется невероятным, но мы в то далёкое время были лишены всякого понятия не только о сексе, но и об эротике, как таковой…
 
   3.
   Прошло время. Я стал учащимся технического ВУЗа в небольшом южном городке. Месяцы воздержаний и зубрёжки сменялись для нас, студентов, вечерами пьянства и откровенного разгула. Однако мы выросли именно такими, какими нас хотели видеть наши вожди: патриотами, атеистами и верными ленинцами. Весенние воскресники, приуроченные ко дню рождения Ленина, довольно часто приходились на Пасху. Народ возмущался, и по «голосовой почте» расходились стихи:
 
Спасибо Партии родной
За всё добро и ласку, 
Что отобрала выходной
И обкорнала Пасху.
 
   Дело было субботним вечером в институтской общаге накануне вышеуказанного запретного праздника, который, так или иначе, отмечался всеми. Только вместо молитв и песнопений в тот вечер мы купили дешёвого плодово-ягодного (прозванного почему-то плодово-выгодным) вина, врубили музыку и наслаждались жизнью. Вдруг совершенно неожиданно на пороге набитой до отказа комнаты появился зам. декана факультета, от которого зависели самые главные блага студентов – общежитие и стипендия. Щелчок, запретная джазовая музыка выключилась, и мы, напуганные до смерти, тощими тараканами прыснули в дверь, стараясь не зацепить, не дотронуться до освободившего нам проход надсмотрщика, бывшего сотрудника МВД, занимавшего второе место на факультете и отвечавшего за дисциплину.
 
   Выпитое вино, досада на то, что попался, что теперь придётся искать съёмную квартиру, - всё это вытолкало меня на тёмные улицы спящего города и погнало по ним - куда глаза глядят. Я долго шёл, не разбирая дороги, и вдруг увидел… настоящую сказку. На фоне начинавшего алеть утреннего неба где-то в глубине открытых ворот единственного на весь город православного храма горели свечи. Тихое стройное пение доносилось из помещения церкви, и довольно большая очередь спокойно-одушевлённых людей медленно двигалась туда, к средоточию красоты и гармонии.
 
   Впечатление было убийственным. Контраст этого прекрасного сосредоточенно-созерцательного мира с моей неустроенной, зависящей от нелепых случайностей жизнью, был потрясающим. Чувство невольного благоговения овладело душой забитого презренного студента…  
   За ушами привычно заныло. Хотелось курить, но пачка в кармане была пуста. Я подошёл к каким-то ребятам, стоявшим в сторонке, намереваясь стрельнуть сигарету.
 
   - А сколько тебе лет? – задал неуместный вопрос худощавый парень, глядя на меня с некоторым превосходством и даже презрением.
   Мой ответ не убедил его, и он спросил документы. Пришлось отдать ему в руки студенческий билет. И вдруг я понял, до меня дошло, что это, похоже, рейд, проверка, новая западня. Вторая за ночь!
 
   - Так… Студент, значит. И, наверняка, комсомолец, - подслеповато щурясь на мой документ, с видимым удовольствием констатировал парень.
   - Попался! Вот дурак! Теперь, чего доброго, из института выгонят! – мелькнуло в моём почуявшем опасность воспалённом мозгу. – Ведь это, наверняка, проверяющие от ВЛКСМ, от горкома. Ловят несознательную молодёжь!
   У страха глаза велики. Ловким движением я вырвал из рук комсомольского лидера свой студенческий и бросился к выходу, в темноту проходных дворов. Погоня была, но мне удалось скрыться. На этот раз повезло…
 
   4.
   Я рассказал о себе, о том, как нас воспитывали, отлучив от привычной для нашей страны христианской среды. Сменилось несколько поколений советских людей, но вера наших отцов, будто сорная трава сквозь асфальт, пробивалась к солнцу и давала новые и новые всходы в душах атеистов, безбожников во втором и в третьем поколениях. Потому что за многие столетия учение Христа, его мораль прочно вошли в наш быт и разговорную речь.
 
   Мы не задумываясь говорим друг другу СПАСИБО, что означает - СПАСИ БОГ. Наш год разбит на даты христианского календаря – посты и праздники. И каждое ВОСКРЕСЕНЬЕ напоминает нам о том, что именно в этот день ВОСКРЕС наш Спаситель, пожелавший принести в мир всеобщую любовь и гармонию, к которой мы должны стремиться…
 
   Вот уже двадцать с лишним лет прошло с тех пор, как пало первое в своём роде государство, запрещавшее людям верить во что бы то ни было кроме коммунистического светлого будущего. Сотни лет густо замешенный раствор Православия скреплял Россию, её славянскую часть, в единое целое. В СССР этот клей заменили другим, замешенным на крови, атеизме и интернационализме. Но он высох, не выдержав испытания временем. И построенное с его помощью государство благополучно рассыпалось на национальные составляющие, бывшие союзные республики.
 
   Невозможно склеить разбитую чашу. Какой раствор сможет удержать от окончательного распада на мельчайшие осколки многочисленных народностей и краёв нашу многострадальную урезанную Россию? Попытки возврата к древней дохристианской вере обречены на провал: не так много осталось в нас языческого. Десятки всевозможных сект христианского и прочего толка пытаются обескровить Православие, увести к себе его исконную паству.
 
   Государство освободило РПЦ от налогов в надежде на возрождение ВЕРЫ в народе. Но верхушка церкви вместо того, чтобы показать пример стойкости и аскетизма, теряет авторитет, наслаждаясь властью и богатством.
   Нет единства, некому сварить клей, который мог бы на века скрепить рассохшееся от безверия тело России. Мы медленно плывём на нашем утлом судёнышке, вычерпывая бьющую из всех щелей воду. И совсем не думаем о том, что рано или поздно нынешний штиль сменится бурей. И тогда…
 
   Люди! Пока не поздно, пока ещё есть такая возможность, мы должны найти идею, способную нас объединить! Или вернуть Православие, утраченное без малого сто лет назад. Иначе – окончательный распад и порабощение. Иначе – пойдём ко дну!   

© Copyright: Валерий Рыбалкин, 2014

Регистрационный номер №0191809

от 16 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0191809 выдан для произведения:
   1.
   Человеку свойственно верить. Вы только подумайте, сколько на нашей древней планете было и осталось по сей день всевозможных культов и религий, скольким богам поклонялись люди, чтобы оправдать высшим промыслом свои, не всегда благовидные, дела и поступки. Везде, даже на каких-нибудь Богом забытых тропических островах разрисованные аборигены молятся под звуки тамтама обожествлённому страшному обгорелому пню. Поверяют ему самые сокровенные тайны, черпая из своих молитв надежду на будущее и уверенность в завтрашнем дне.

   Люди верят. Даже самые закоренелые атеисты свято верят в то, что Бога нет. Но, несмотря на это, они устраивают демонстрации, до боли напоминающие крестный ход, помещают своих усопших вождей в мавзолеи, поют песни и гимны вместо молитв. И верят в светлое будущее, прилагая минимум усилий для его достижения.

   Мои бабка с дедом родились в дореволюционной России. Они хорошо помнили те времена, когда в церковь ходили открыто, не опасаясь, что об этом узнают соседи и партийное руководство. Но, несмотря ни на что, бабушка всегда отмечала православные праздники - примерно так же, как Штирлиц праздновал день Советской Армии: чтобы никто не узнал и не догадался. И крашеное яичко на Христов день нам, пацанам, перепадало.

   Я не помню, откуда в моей голове появились тексты молитв, но когда в девяностые годы взрослым сформировавшимся человеком я впервые открыто переступил ворота храма, то «Отче наш» я знал и был несказанно этому удивлён. Видимо, тайком ото всех моя дорогая бабушка крестила меня, а затем вместо песен напевала над колыбелью священные тексты, которые невольно запали в детскую душу - как некая тайна, откровение, о котором нельзя было говорить вслух. Мы вели себя так, будто находились на территории, временно оккупированной врагом, где было опасно не только свободно общаться, но даже думать о запретном. Странно, но иногда мне кажется, что глубоко законспирированный Штирлиц – это собирательный образ ушедшего в подполье нашего непобедимого народа.

   Отец мой вступил в Партию на фронте, гордился этим и воспитывал нас с братом в духе атеизма. Но когда он однажды обнаружил на моей шее маленького смешного человечка, сплетённого из ниток и чем-то напоминавшего распятие, то его тревоге и возмущению не было предела. Как не было предела гневу гоголевского Тараса Бульбы, узнавшего, что  сын Андрий предал свою Православную веру и переметнулся к католикам.

   Я, десятилетний пацан, конечно, ни о чём таком не думал и вовсе не хотел огорчать самого близкого мне человека, который с омерзением сорвал с моей шеи и выбросил подобие креста. Я совершенно искренне уверял его, что не верю в Бога, что никто никогда не обращал меня в свою веру и что… безбожие – самая истинная вера на Земле. Конечно, до последнего утверждения я тогда ещё умом не дорос…

   Дед, некогда отмотавший срок в лагерях и исключённый из Партии, не вмешиваясь, молча смотрел на наши разборки. Он прекрасно понимал, что за крест на моей шее отца по головке не погладят - объявят взыскание по партийной линии и сообщат в школу. А уж там постараются, чтобы я вырос правильным человеком – без перегибов и отклонений. Ведь говорилось с высоких трибун, что нынешнее поколение советских людей будет жить при Коммунизме. А верующим там, понятно, делать нечего.

   2.
   По завершении вышеописанных событий у меня вдруг прорезался повышенный интерес к вопросам религии, которые были окутаны ореолом таинственности и запрета в нашей сугубо неверующей стране. Но бабушка к тому времени умерла, и поговорить на эту тему было не с кем. На глаза мне попалась книга Емельяна Ярославского «Библия для верующих и неверующих», на обложке которой крупными буквами было написано крамольное слово БИБЛИЯ.

   Именно из этой книги, случайно завалявшейся в отцовской библиотеке, мне довелось узнать о существовании ветхозаветных святых и пророков. Опуская ненужную довольно язвительную критику, я упивался описанием их жизни, деяний и пророчеств. Библейская картина сотворения мира затмила для меня, подростка, сомнительное учение Дарвина. А красота и образность описаний древних авторов поразила моё разыгравшееся воображение широтой и откровенной эротичностью, начиная с родословных библейских героев, в которых прямо говорилось, кто кого родил. Сейчас это кажется невероятным, но мы в то далёкое время были лишены всякого понятия не только о сексе, но и об эротике, как таковой…

   3.
   Прошло время. Я стал учащимся технического ВУЗа в небольшом южном городке. Месяцы воздержаний и зубрёжки сменялись для нас, студентов, вечерами пьянства и откровенного разгула. Однако мы выросли именно такими, какими нас хотели видеть наши вожди: патриотами, атеистами и верными ленинцами. Весенние воскресники, приуроченные ко дню рождения Ленина, довольно часто приходились на Пасху. Народ возмущался, и по «голосовой почте» расходились стихи:

Спасибо Партии родной
За всё добро и ласку, 
Что отобрала выходной
И обкорнала Пасху.

   Дело было субботним вечером в институтской общаге накануне вышеуказанного запретного праздника, который, так или иначе, отмечался всеми. Только вместо молитв и песнопений в тот вечер мы купили дешёвого плодово-ягодного (прозванного почему-то плодово-выгодным) вина, врубили музыку и наслаждались жизнью. Вдруг совершенно неожиданно на пороге набитой до отказа комнаты появился зам. декана факультета, от которого зависели самые главные блага студентов – общежитие и стипендия. Щелчок, запретная джазовая музыка выключилась, и мы, напуганные до смерти, тощими тараканами прыснули в дверь, стараясь не зацепить, не дотронуться до освободившего нам проход надсмотрщика, бывшего сотрудника МВД, занимавшего второе место на факультете и отвечавшего за дисциплину.

   Выпитое вино, досада на то, что попался, что теперь придётся искать съёмную квартиру, - всё это вытолкало меня на тёмные улицы спящего города и погнало по ним - куда глаза глядят. Я долго шёл, не разбирая дороги, и вдруг увидел… настоящую сказку. На фоне начинавшего алеть утреннего неба где-то в глубине открытых ворот единственного на весь город православного храма горели свечи. Тихое стройное пение доносилось из помещения церкви, и довольно большая очередь спокойно-одушевлённых людей медленно двигалась туда, к средоточию красоты и гармонии.

   Впечатление было убийственным. Контраст этого прекрасного сосредоточенно-созерцательного мира с моей неустроенной, зависящей от нелепых случайностей жизнью, был потрясающим. Чувство невольного благоговения овладело душой забитого презренного студента…  
   За ушами привычно заныло. Хотелось курить, но пачка в кармане была пуста. Я подошёл к каким-то ребятам, стоявшим в сторонке, намереваясь стрельнуть сигарету.

   - А сколько тебе лет? – задал неуместный вопрос худощавый парень, глядя на меня с некоторым превосходством и даже презрением.
   Мой ответ не убедил его, и он спросил документы. Пришлось отдать ему в руки студенческий билет. И вдруг я понял, до меня дошло, что это, похоже, рейд, проверка, новая западня. Вторая за ночь!

   - Так… Студент, значит. И, наверняка, комсомолец, - подслеповато щурясь на мой документ, с видимым удовольствием констатировал парень.
   - Попался! Вот дурак! Теперь, чего доброго, из института выгонят! – мелькнуло в моём почуявшем опасность воспалённом мозгу. – Ведь это, наверняка, проверяющие от ВЛКСМ, от горкома. Ловят несознательную молодёжь!
   У страха глаза велики. Ловким движением я вырвал из рук комсомольского лидера свой студенческий и бросился к выходу, в темноту проходных дворов. Погоня была, но мне удалось скрыться. На этот раз повезло…

   4.
   Я рассказал о себе, о том, как нас воспитывали, отлучив от привычной для нашей страны христианской среды. Сменилось несколько поколений советских людей, но вера наших отцов, будто сорная трава сквозь асфальт, пробивалась к солнцу и давала новые и новые всходы в душах атеистов, безбожников во втором и в третьем поколениях. Потому что за многие столетия учение Христа, его мораль прочно вошли в наш быт и разговорную речь.

   Мы не задумываясь говорим друг другу СПАСИБО, что означает - СПАСИ БОГ. Наш год разбит на даты христианского календаря – посты и праздники. И каждое ВОСКРЕСЕНЬЕ напоминает нам о том, что именно в этот день ВОСКРЕС наш Спаситель, пожелавший принести в мир всеобщую любовь и гармонию, к которой мы должны стремиться…

   Вот уже двадцать с лишним лет прошло с тех пор, как пало первое в своём роде государство, запрещавшее людям верить во что бы то ни было кроме коммунистического светлого будущего. Сотни лет густо замешенный раствор Православия скреплял Россию, её славянскую часть, в единое целое. В СССР этот клей заменили другим, замешенным на крови, атеизме и интернационализме. Но он высох, не выдержав испытания временем. И построенное с его помощью государство благополучно рассыпалось на национальные составляющие, бывшие союзные республики.

   Невозможно склеить разбитую чашу. Какой раствор сможет удержать от окончательного распада на мельчайшие осколки многочисленных народностей и краёв нашу многострадальную урезанную Россию? Попытки возврата к древней дохристианской вере обречены на провал: не так много осталось в нас языческого. Десятки всевозможных сект христианского и прочего толка пытаются обескровить Православие, увести к себе его исконную паству.

   Государство освободило РПЦ от налогов в надежде на возрождение ВЕРЫ в народе. Но верхушка церкви вместо того, чтобы показать пример стойкости и аскетизма, теряет авторитет, наслаждаясь властью и богатством.
   Нет единства, некому сварить клей, который мог бы на века скрепить рассохшееся от безверия тело России. Мы медленно плывём на нашем утлом судёнышке, вычерпывая бьющую из всех щелей воду. И совсем не думаем о том, что рано или поздно нынешний штиль сменится бурей. И тогда…

   Люди! Пока не поздно, пока ещё есть такая возможность, мы должны найти идею, способную нас объединить! Или вернуть Православие, утраченное без малого сто лет назад. Иначе – окончательный распад и порабощение. Иначе – пойдём ко дну!   
Рейтинг: +3 203 просмотра
Комментарии (10)
Нина Лащ # 17 февраля 2014 в 19:11 +1
Валерий, ваша «Вера» даже не рассказ, а аналитическая статья своего рода. Глубокие мысли и размышления здесь вижу, с которыми согласна… почти согласна во всем. Кроме, пожалуй, этого: «Или вернуть Православие, утраченное без малого сто лет назад». Может, вы и правы в этом – вернуть православие. Но православие, сейчас именно, никто не отменяет, кажется. Каждый верит сейчас без боязни в то, во что хочет верить. «По вере и воздастся…», впрочем. Человеческие ценности пересмотрены, пересматриваются, менялись и меняются в социуме, но главное – ценности должны быть и оставаться человеческими, это всем понятно, но мы, люди, такие несовершенные… Вы о нашей стране говорите в рассказе, это понятно, но затрагиваете масштабные проблемы. Об этом можно говорить очень долго. Но основная ваша мысль о проблемах нашей страны верная. Спасибо вам, Валерий, за неравнодушие.
Валерий Рыбалкин # 18 февраля 2014 в 07:29 +1
Спасибо Вам, Нина, за развёрнутый комментарий, за неравнодушие. Да, последствия нашего почти что векового отлучения от церкви сказываются сейчас и могут привести к дальнейшему распаду нашей страны. Умные люди говорят, что мы проиграли третью мировую войну, ИНФОРМАЦИОННУЮ. И продолжаем её проигрывать.
Свято место пусто не бывает. Людям, безбожникам в третьем поколении, надо во что-то верить. И наши враги, вольные или невольные, пытаются подсунуть нам обманки. Активизировались секты протестантского толка - свидетели Иеговы, адвентисты седьмого дня, баптисты и многие другие. Они активно вербуют своих адептов из лучших наших людей, которые могли бы принести пользу Православию и обществу в целом. Что сектанты верят, живут по заповедям - это хорошо. Но то, что ослабляют Православие - это очень плохо. Штаб-квартиры у них на западе, в Америке. Это говорит о многом.
Родноверы - люди, которые осуждают кровавое насаждение христианства в киевской Руси и призывают принимать язычество, бороться с неславянами. Принимают древние имена, осуждают Православие... Но ведь они националисты, причём воинствующие. Тут и до фашизма - один шаг. А национализм в любой многонациональной стране - это окончательный распад и порабощение. Кто их финансирует? Кому это выгодно?
Мусульмане, буддисты - Ну, это наши традиционные религии.
Многие пришли поживиться на трупе павшего гиганта, СССР. Охаивается всё Православное, болтают гадости о верховных иерархах, в которых и так не очень много святости. Идёт информационная война, цель которой - окончательно раздробить и поработить Россию. Стоит она поперёк горла западу.
Был у нас один умный,болеющий за церковь и страну человек - протоиерей Александр Мень. Я зачитывался его книгами. Одна "История религии" чего стоит! Нет, погиб в девяностых. Случайно. А может быть не случайно? Кто знает... Вот если бы он возглавил церковь... Но пришли совсем другие люди. Скажем так, не мудрые, не смотрящие в корень и не знающие, как привлечь, вернуть людей в лоно церкви.
И всё равно, Православие - мощнейший объединяющий стержень, который может уберечь страну от развала... Других идей, пока что, нет...
Нина Лащ # 19 февраля 2014 в 00:30 +1
Здравствуйте, Валерий! Благодарю за ответ. Рада, что наши мысли опять же совпадают, но опять же скажу – почти совпадают. Я не сильна в истории религий – школьное воспитание в духе марксизма-ленинизма, а также атеизма, наложило свой отпечаток. Сейчас, конечно, многое пересмотрела, далеко не атеистка, верю в высшие силы по-своему, верю физикам и философам, которые утверждают, что параллельные миры существуют. Да, большевики наломали дров в свое время, страшное дело! Процитирую вас: «…последствия нашего почти что векового отлучения от церкви сказываются сейчас и могут привести…» - это так! Различные ветви христианства, православие, католицизм… языческие боги и т.д. – для меня темный лес по большому счету, надо вникать… и уважать, думаю, как любую веру, как социальный институт. Но свидетели Иеговы /их в дверь, а они – в окно/, сайентологи от церкви /пришлось в свое время для публикации о них узнать побольше/ и некоторые другие – у меня тоже под большим подозрением. Полностью согласна с вами, Валерий, что все эти спонсируемые организации – большое зло… Кстати, об Александре Мене. Не сомневаюсь в «неслучайности» его гибели… Да, Валерий, заставили вы задуматься. Спасибо вам за это. А вот как вернуть в лоно церкви меня, таких, как я, которым с детства вдалбливали в головы, что религия – зло? Таких, как я – «полуверующих». Это очень трудно. Да и не нужно, может, нас уже возвращать, наше поколение.
Валерий Рыбалкин # 21 февраля 2014 в 06:40 +1
Нужно ли нам, полуверующим, Православие, вера - это каждый решает сам для себя. Если интересно, вот ссылка на "Историю религии" Александра Меня: http://www.alexandrmen.ru/pan.html
Там есть и другие его книги, и многое о нём. Разобраться можно. Но нелегко, потому что история религии тесно переплетается с реальной историей двухтысячелетней давности, которую мы не знаем. Нас попросту отлучили от главной книги мира, Библии, именем которой называются все БИБЛИОтеки мира.
И даже основная масса православных священников не советует углубляться в дебри прошлого, а просто верить. Повторяю, всё это каждый решает сам для себя.
Валерий Рыбалкин # 21 февраля 2014 в 06:41 +1
Что-то не получилась прямая ссылка. Там слева вверху нажмите "Книги" и найдите двухтомник "История религии".
Нина Лащ # 22 февраля 2014 в 21:22 +1
Спасибо, Валерий, за ссылку, мне это очень интересно. И еще немного о вере. - "И даже основная масса православных священников не советует углубляться в дебри прошлого, а просто верить". Вот этот совет - просто верить - удивлял и удивляет. А можно, я подумаю немножко, прежде чем поверю? - всегда хочется сказать.
Валерий Рыбалкин # 23 февраля 2014 в 10:15 +1
И то, что Александр Мень решил, наконец, воззвать к разуму, а не только к чувствам паствы, мне кажется, знаковое явление. Ведь религиозных чувств так мало осталось у наших людей. Жалко его, жалко нас всех, не узнавших многого после его смерти.
Нина Лащ # 22 февраля 2014 в 21:24 +1
Открылась прямая ссылка. Спасибо.
Галина Амосова # 21 февраля 2014 в 17:13 +1
Изумительное произведение, в котором всё правда. Спасибо! С огромным удовольствием прочитала. Масса воспоминаний и переживаний из прошлого. На экзамены в институте ходила с маленькой иконкой в кармашке и не зря. Но сейчас, даже молодёжь и подростки посещают церковь и стоят там с благоговение.
Валерий Рыбалкин # 21 февраля 2014 в 17:58 +1
Спасибо за комментарий, Галина. Это очень хорошо, что возрождается наша древняя Вера.
Популярная проза за месяц
91
80
75
70
65
64
59
58
57
56
54
54
52
52
52
51
49
49
48
48
47
47
45
45
45
40
40
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
34
30