ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Веневитиновское привидение

Веневитиновское привидение

6 августа 2012 - Николай Зубец
article68231.jpg


Никаких привидений, конечно, не бывает. Разговоры одни идут. Кто-то, вроде, видел, а люди всё слушают. Я, например, тоже видел. Наверно.

 

Дело было на турбазе университета, на знаменитом веневитиновском кордоне, где отдыхал я с сыном – тогда ещё школьником. Дни мы вместе проводили, а по вечерам появлялись его друзья, и он меня оставлял. Я пробовал какие-нибудь известия по турбазовскому телевизору смотреть, но там обычно включали дамские сериалы. А на соседней базе было два казённых телевизора, и я приспособился ходить туда. Возвращался обычно в начале одиннадцатого, а вскоре и сын появлялся.

 

Та турбаза за речкой, и ещё немного тропинкой пройти по душистому лугу. На нём всегда палатки и туристы. Назад идёшь под песни, слышишь смех у костров, а за рекой, на высоком бугре спокойно горит фонарь над воротами нашей турбазы. C узкого моста уже и наш фанерный домик виден. Мостик шаткий очень, а из чёрной глубины поблескивают звёзды. Напрямую к домику не пройти в тот год – высокая вода всё заболотила. Надо по тропинке прилично пройти сначала в другую сторону и подняться по крутым дощатым ступенькам. Освещения, конечно, никакого, но я уже знал все кочки и привычно ходил каждый вечер.

 

Было воскресенье, и моя телепрограмма начиналась на час позже. Когда ещё шёл с нашей базы, заметил клочки тумана над рекой и по низинкам луга. К вечеру воскресенья туристов обычно немного, а в этот раз – вовсе их нет. В небе плавают тучи, и начало рано смеркаться. Передачу посмотрел, поболтал с друзьями, а когда домой идти, даже растерялся – над лугом такой стоял плотный туман, что тропинки совсем не видать. И ни звёзд, ни луны, ни каких-нибудь там огоньков. Моя знакомая, прямая тропка вдруг превратилась в настоящий лабиринт. Каждый шаг надо было прощупывать. Да, нагибался и шарил рукой. Но всё равно – то на кусты какие-то наткнёшься, то, вдруг найдя тропинку, не понимаешь, в какую сторону идти.

 

Когда вот так добрался, наконец, до речки и считал себя почти что дома, время близилось к полночи. Сын уже мог беспокоиться. Мостик в тумане чуть виден, но мне показалось, что кто-то стоит на нём посредине. Белая куртка маячит в тумане. Нередко там парочки млели. Мост в этот год не доходил до берега немного, и какое-то время я примерялся к прыжку, а уже ощутив его шаткость, удивился тому, что он пуст. Зато что-то белеет на том берегу. Вроде, дерево с высохшим, голым стволом. Раньше его я как будто не видел. А этот белый силуэт, вроде, медленно плывёт к мосту наперерез мне. Теперь я разглядел, что это человек, худой, весь в чём-то белом, и лишь глаза чернеют… Верней, глазницы… Конечно же, конечно, розыгрыш! Студенты на турбазе, пионерлагерь – потенциальных шутников хватает. Но как себя вести, чтобы не стать посмешищем? А белая фигурка, выбрав самый эффектный момент, развела руки в стороны и подалась прямо ко мне… Как только мог спокойно говорю:

 

–  Сейчас скину в речку – будешь рыб пугать!

 

Фигурка опустила руки и неожиданно тоненьким девичьим голоском с некоторой обидой ответила:

 

  Вот блин! Ну, почему же вы не пугаетесь?

 

Современность лексики и нежный голосок почти рассеяли мои подспудные, худшие опасения.

 

–  Да разве так пугают, – уже совсем спокойным голосом продолжил я. – Тебя же видно издали. Надо выскакивать неожиданно.

–  Ладно. Спасибо. Теперь буду неожиданно.

–  Но можно и переборщить! Может у кого сердце слабое.

–  Попробую, – тоном послушной ученицы ответила фигурка и как-то очень-очень плавно отплыла назад в туман, позволяя мне сойти с моста. А со стороны болота, из-за её спины, раздался очень неприятный приглушённый смешок. Может, и послышалось. Не оглядываясь, быстро я миновал тропинку, взбежал по лестнице, и вот уже ворота с фонарём.

 

 

Сын с другом скучают в беседке у входа. Когда со смехом рассказал всё это, глаза пацанов загорелись. Я осознал свою ошибку, когда они уже бегом рванули к лестнице. Мне ведь казалось, что там, у моста, потешалась целая группа – моих ребят, не в меру любопытных, могли вполне и излупить. Догнал их только у самого моста. Там полное безлюдье, туман и тишина…        

 

 

Я поражён, а пацаны полны энтузиазма и стали шарить под всеми кустами, жечь спички, но только вымазались все болотной, пахучей грязью. Я звал ребят домой, прекрасно понимая, что шутники, конечно, где-то затаились, а стычки я, понятно, не хотел. Возможно, они  подальше на болоте, им деться некуда – выход с лестницы на дорогу хорошо освещён, там не уйдёшь незаметно. С другого берега пришли? В такой туман? Да и на той турбазе совсем нет молодёжи. Но ребята осмотрели и тот берег. Один густой туман везде. А мне опять послышался какой-то гадкий смех с болота, и я решительно заторопил ребят. Когда уже укладывались спать, сын всё-таки спросил, не пошутил ли я над ними.

 

Потом, загорая на пляже, я не раз рассказывал знакомым об этой встрече с привидением. Удивляло, что все относились к рассказу серьёзно, хотя яркое солнце и такой характерный пляжный гомон детей никак не способствуют мистике. Женщинам нужны были подробности зачем-то, а все мои догадки о шутках молодёжи они не принимали во вниманье. Как оказалось, есть целый мощный пласт неведомого раньше мне турбазного фольклора, где героиней выступает некая веневитиновская бабка. Что очень удивило, о ней слыхали все и даже на соседних базах. Мой маленький рассказик вливался очень органично в общую картину. Все прекрасно знали, что последний раз бабку видел шофёр грузовика, который её ночью подвозил. Он в темноте не очень пассажирку рассмотрел, но когда ровно в полночь в самой лесной глухомани она вдруг попросила высадить, он с ужасом увидел и очень странную белесую одежду, и её голый череп. Поблагодарила и сразу растворилась в темноте чащобы.

 

Были две версии её происхождения. По первой – это молодая графиня Веневитинова, которая после революции не успела убежать и которую большевики зачем-то расстреляли прямо у известного мостика. Надо заметить, что здесь были владения не графов и даже не дворян, а купцов Веневитиновых, но у легенд свои законы. По второй версии у этого моста утонула не так давно молодая красавица, дух которой и сделался ни с того ни с сего веневитиновской бабкой. Мои слушательницы серьёзно воспринимали факт её появления именно у моста как неоспоримое доказательство сразу обеих версий.

 

Узнав про все такие страсти, я продолжал ходить моим маршрутом. Смех-смехом, но всё же я невольно напрягался, подходя к мосту, и бдительнее вглядывался в ночь. Ещё дважды в то лето я вроде бы встречался со знакомой белой фигуркой в том же самом месте, но уже совсем по-другому. Один раз, уже пройдя мостик и испытав понятный комплекс ощущений, я, уже расслабившись, шёл к лестнице по узкой тропке. Слева плотный кустарник, справа – речной затон, заросший камышами. И прямо на тропинке белая фигура, но – ужас! – без головы и неподвижная. Я по инерции ещё иду как робот. Не избежать контакта! И только подойдя совсем вплотную, понял: это просто парочка влюблённых, застывшая в оцепененье – девица в белой кофте стоит ко мне спиной, совсем заслонив паренька, и голову склонить так умудрилась, что не видать. Я кашлянул – они слегка посторонились и дали прошмыгнуть.

 

Другой подобный казус случился в день отъезда, когда уже совсем заканчивалось лето. Рано утром по крыше, вроде, дождь застучал. Я вышел на веранду, с которой открывался неповторимый вид на речку с мостиком  и на луга. Река вся в ряби дождевой, на ней никого. Срывается прощальное купанье. А на том берегу у моста непонятно откуда появляется вдруг небольшая фигурка, вся в белом. Одиноко стоит на обрывчике без движения возле кустов, с головой в этот раз, но не видно глазниц. Вот так номер! Дыханье само затаилось, протираю глаза ото сна – фигурка всё там же. Надо сына скорее позвать – показать, что тогда не шутил! Только тут из кустов появилась обычная женщина и по матерински ловко стала тискать фигурку, вытирать напугавшей меня белой простынёй, из-под края которой показалась девчушка. Набросив куртку на неё и зонтиком прикрыв, мать с дочкой заспешила через мостик. Купались просто. Я перевёл дыхание.

 

Зимой уже, в какое-то застолье на работе, для поддержания беседы я было начал говорить о летней полуночной встрече с приведением. Но оказалось, что многим эта фабула известна; их удивляло, что я всё это приписал себе. Я чувствую, что мне не верят, причём не факту, а моей причастности к нему. Обидно даже стало. И на другое лето мы снова там же отдыхали. Моя история – поведал сын – уже постоянно присутствует на костровых посиделках молодёжи в одном ряду с классическим повествованием о шофёре грузовика. Только так выходит, что этот шофёр всё же опять последним её видел. Начало байки про меня звучит значительно: «Один мужик шёл в полночь по мосту…»

 

 

 

 Конечно же, никаких привидений, наверно, не бывает. Разговоры одни идут.

 

 

Рисунок Анатолия Яковлевича Шаталова

 

 

© Copyright: Николай Зубец, 2012

Регистрационный номер №0068231

от 6 августа 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0068231 выдан для произведения:


Никаких привидений, конечно, не бывает. Разговоры одни идут. Кто-то, вроде, видел, а люди всё слушают. Я, например, тоже видел. Наверно.

 

Дело было на турбазе университета, на знаменитом веневитиновском кордоне, где отдыхал я с сыном – тогда ещё школьником. Дни мы вместе проводили, а по вечерам появлялись его друзья, и он меня оставлял. Я пробовал какие-нибудь известия по турбазовскому телевизору смотреть, но там обычно включали дамские сериалы. А на соседней базе было два казённых телевизора, и я приспособился ходить туда. Возвращался обычно в начале одиннадцатого, а вскоре и сын появлялся.

 

Та турбаза за речкой, и ещё немного тропинкой пройти по душистому лугу. На нём всегда палатки и туристы. Назад идёшь под песни, слышишь смех у костров, а за рекой, на высоком бугре спокойно горит фонарь над воротами нашей турбазы. C узкого моста уже и наш фанерный домик виден. Мостик шаткий очень, а из чёрной глубины поблескивают звёзды. Напрямую к домику не пройти в тот год – высокая вода всё заболотила. Надо по тропинке прилично пройти сначала в другую сторону и подняться по крутым дощатым ступенькам. Освещения, конечно, никакого, но я уже знал все кочки и привычно ходил каждый вечер.

 

Было воскресенье, и моя телепрограмма начиналась на час позже. Когда ещё шёл с нашей базы, заметил клочки тумана над рекой и по низинкам луга. К вечеру воскресенья туристов обычно немного, а в этот раз – вовсе их нет. В небе плавают тучи, и начало рано смеркаться. Передачу посмотрел, поболтал с друзьями, а когда домой идти, даже растерялся – над лугом такой стоял плотный туман, что тропинки совсем не видать. И ни звёзд, ни луны, ни каких-нибудь там огоньков. Моя знакомая, прямая тропка вдруг превратилась в настоящий лабиринт. Каждый шаг надо было прощупывать. Да, нагибался и шарил рукой. Но всё равно – то на кусты какие-то наткнёшься, то, вдруг найдя тропинку, не понимаешь, в какую сторону идти.

 

Когда вот так добрался, наконец, до речки и считал себя почти что дома, время близилось к полночи. Сын уже мог беспокоиться. Мостик в тумане чуть виден, но мне показалось, что кто-то стоит на нём посредине. Белая куртка маячит в тумане. Нередко там парочки млели. Мост в этот год не доходил до берега немного, и какое-то время я примерялся к прыжку, а уже ощутив его шаткость, удивился тому, что он пуст. Зато что-то белеет на том берегу. Вроде, дерево с высохшим, голым стволом. Раньше его я как будто не видел. А этот белый силуэт, вроде, медленно плывёт к мосту наперерез мне. Теперь я разглядел, что это человек, худой, весь в чём-то белом, и лишь глаза чернеют… Верней, глазницы… Конечно же, конечно, розыгрыш! Студенты на турбазе, пионерлагерь – потенциальных шутников хватает. Но как себя вести, чтобы не стать посмешищем? А белая фигурка, выбрав самый эффектный момент, развела руки в стороны и подалась прямо ко мне… Как только мог спокойно говорю:

 

–  Сейчас скину в речку – будешь рыб пугать!

 

Фигурка опустила руки и неожиданно тоненьким девичьим голоском с некоторой обидой ответила:

 

  Вот блин! Ну, почему же вы не пугаетесь?

 

Современность лексики и нежный голосок почти рассеяли мои подспудные, худшие опасения.

 

–  Да разве так пугают, – уже совсем спокойным голосом продолжил я. – Тебя же видно издали. Надо выскакивать неожиданно.

–  Ладно. Спасибо. Теперь буду неожиданно.

–  Но можно и переборщить! Может у кого сердце слабое.

–  Попробую, – тоном послушной ученицы ответила фигурка и как-то очень-очень плавно отплыла назад в туман, позволяя мне сойти с моста. А со стороны болота, из-за её спины, раздался очень неприятный приглушённый смешок. Может, и послышалось. Не оглядываясь, быстро я миновал тропинку, взбежал по лестнице, и вот уже ворота с фонарём.

 

 

Сын с другом скучают в беседке у входа. Когда со смехом рассказал всё это, глаза пацанов загорелись. Я осознал свою ошибку, когда они уже бегом рванули к лестнице. Мне ведь казалось, что там, у моста, потешалась целая группа – моих ребят, не в меру любопытных, могли вполне и излупить. Догнал их только у самого моста. Там полное безлюдье, туман и тишина…        

 

Я поражён, а пацаны полны энтузиазма и стали шарить под всеми кустами, жечь спички, но только вымазались все болотной, пахучей грязью. Я звал ребят домой, прекрасно понимая, что шутники, конечно, где-то затаились, а стычки я, понятно, не хотел. Возможно, они  подальше на болоте, им деться некуда – выход с лестницы на дорогу хорошо освещён, там не уйдёшь незаметно. С другого берега пришли? В такой туман? Да и на той турбазе совсем нет молодёжи. Но ребята осмотрели и тот берег. Один густой туман везде. А мне опять послышался какой-то гадкий смех с болота, и я решительно заторопил ребят. Когда уже укладывались спать, сын всё-таки спросил, не пошутил ли я над ними.

 

Потом, загорая на пляже, я не раз рассказывал знакомым об этой встрече с привидением. Удивляло, что все относились к рассказу серьёзно, хотя яркое солнце и такой характерный пляжный гомон детей никак не способствуют мистике. Женщинам нужны были подробности зачем-то, а все мои догадки о шутках молодёжи они не принимали во вниманье. Как оказалось, есть целый мощный пласт неведомого раньше мне турбазного фольклора, где героиней выступает некая веневитиновская бабка. Что очень удивило, о ней слыхали все и даже на соседних базах. Мой маленький рассказик вливался очень органично в общую картину. Все прекрасно знали, что последний раз бабку видел шофёр грузовика, который её ночью подвозил. Он в темноте не очень пассажирку рассмотрел, но когда ровно в полночь в самой лесной глухомани она вдруг попросила высадить, он с ужасом увидел и очень странную белесую одежду, и её голый череп. Поблагодарила и сразу растворилась в темноте чащобы.

 

Были две версии её происхождения. По первой – это молодая графиня Веневитинова, которая после революции не успела убежать и которую большевики зачем-то расстреляли прямо у известного мостика. Надо заметить, что здесь были владения не графов и даже не дворян, а купцов Веневитиновых, но у легенд свои законы. По второй версии у этого моста утонула не так давно молодая красавица, дух которой и сделался ни с того ни с сего веневитиновской бабкой. Мои слушательницы серьёзно воспринимали факт её появления именно у моста как неоспоримое доказательство сразу обеих версий.

 

Узнав про все такие страсти, я продолжал ходить моим маршрутом. Смех-смехом, но всё же я невольно напрягался, подходя к мосту, и бдительнее вглядывался в ночь. Ещё дважды в то лето я вроде бы встречался со знакомой белой фигуркой в том же самом месте, но уже совсем по-другому. Один раз, уже пройдя мостик и испытав понятный комплекс ощущений, я, уже расслабившись, шёл к лестнице по узкой тропке. Слева плотный кустарник, справа – речной затон, заросший камышами. И прямо на тропинке белая фигура, но – ужас! – без головы и неподвижная. Я по инерции ещё иду как робот. Не избежать контакта! И только подойдя совсем вплотную, понял: это просто парочка влюблённых, застывшая в оцепененье – девица в белой кофте стоит ко мне спиной, совсем заслонив паренька, и голову склонить так умудрилась, что не видать. Я кашлянул – они слегка посторонились и дали прошмыгнуть.

 

Другой подобный казус случился в день отъезда, когда уже совсем заканчивалось лето. Рано утром по крыше, вроде, дождь застучал. Я вышел на веранду, с которой открывался неповторимый вид на речку с мостиком  и на луга. Река вся в ряби дождевой, на ней никого. Срывается прощальное купанье. А на том берегу у моста непонятно откуда появляется вдруг небольшая фигурка, вся в белом. Одиноко стоит на обрывчике без движения возле кустов, с головой в этот раз, но не видно глазниц. Вот так номер! Дыханье само затаилось, протираю глаза ото сна – фигурка всё там же. Надо сына скорее позвать – показать, что тогда не шутил! Только тут из кустов появилась обычная женщина и по матерински ловко стала тискать фигурку, вытирать напугавшей меня белой простынёй, из-под края которой показалась девчушка. Набросив куртку на неё и зонтиком прикрыв, мать с дочкой заспешила через мостик. Купались просто. Я перевёл дыхание.

 

Зимой уже, в какое-то застолье на работе, для поддержания беседы я было начал говорить о летней полуночной встрече с приведением. Но оказалось, что многим эта фабула известна; их удивляло, что я всё это приписал себе. Я чувствую, что мне не верят, причём не факту, а моей причастности к нему. Обидно даже стало. И на другое лето мы снова там же отдыхали. Моя история – поведал сын – уже постоянно присутствует на костровых посиделках молодёжи в одном ряду с классическим повествованием о шофёре грузовика. Только так выходит, что этот шофёр всё же опять последним её видел. Начало байки про меня звучит значительно: «Один мужик шёл в полночь по мосту…»

 

 

 Конечно же, никаких привидений, наверно, не бывает. Разговоры одни идут.

 

 

Рисунок Анатолия Яковлевича Шаталова

 

 

Рейтинг: +3 397 просмотров
Комментарии (2)
Галина Карташова # 2 октября 2012 в 09:50 0
Вот мы такие, верим - не верим, но подобные истории вызывают замирание сердца.

big_smiles_138
0 # 2 апреля 2013 в 23:48 0
Интересный рассказ. Вот знаем же, что чудес не бывает, но верить хочется. 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
Популярная проза за месяц
91
80
75
70
64
63
59
58
57
56
54
54
52
52
52
51
49
49
48
48
47
47
45
45
45
40
40
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
34
30