ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → В десяти шагах от ада

В десяти шагах от ада

26 июля 2012 - Юрий Першин

 

В десяти шагах от ада

                      Шахтёрские байки   
                                             
    Тёплым летом возле наших домов всегда любили посидеть на лавочке в тени раскидистых клёнов наши – пенсионеры, в основном это были бывшие шахтёры. Каждый из них отработал на шахтах по 30 - 40 лет и поэтому знал множество забавных историй, происшедших как с ним, так и с его товарищами по работе. Их рассказы были настолько занимательными и актуальными, что только диву даёшься: как всё это могло произойти в жизни. Я приведу сейчас один из таких рассказов.  
В один из  жарких дней июля месяца я сидел на лавочке, под тенью деревьев, наслаждаясь прохладой.  Увидев меня, ко мне подошёл мой знакомый товарищ и присел рядом со мной на этой  лавочке. Его звали Виктором - это был бывший шахтёр с тридцатилетним подземным стажем. Я знал, что он, однажды, находясь на смене, в шахте, попал под      горный удар, который характеризуется неожиданным быстропротекающим разрушением напряженной части горного массива породы, прилегающей к подземной горной выработке. Этот внезапный горный удар может вызвать большие разрушения, и даже  человеческие жертвы. 
           Мы с Виктором разговорились, и он мне рассказал историю своей жизни. 
  
                 В десяти шагах от ада
          
    Виктор родился в рабочем поселке Карчит Усть-Кабырзинского   сельсовета,  Таштагольского района в  семье лесозаготовителя - точковщика  лесоматериалов.
      Посёлок  Карчит   был  расположен в  верховьях реки Мрассу.  Многие  жители  этого посёлка  работали там, на  лесоповале и потом сплавляли  срубленный лес  по  реке в посёлок  Абагур – Лесной, расположенный в  городе Новокузнецке.      
     После того, как лес на делянках был вырублен, отца Виктора перевели в посёлок  Чёрная речка, где его  сын окончил четыре класса  начальной школы.  После  чего он   поехал  в  рабочий  посёлок  Усть-Кабырза,  где  его зачислили в  школу – интернат,  которую    успешно окончил в 1955 году.   
        Получив свидетельство о семилетнем образовании, Виктор уехал в г.  Киселёвск  и  поступал  там, в  горнопромышленную школу.   Недалеко  от  неё  находилась  шахта   №4-6   куда   их  часто  водили   на  экскурсию.  Производственную же практику они проходили на машиностроительном заводе им. «Черныхх». На  этом заводе выпускались  шахтовые вагонетки, конвейера и др. оборудование.  Окончив  это училище,  Виктор  поступил  по направление  на  работу в  СМУ - 2  города  Прокопьевска.  Это  управление  вело монтаж  копров  на  ш.  Карагалинская, где  и стал  работать  Виктор.  Трудиться   ему  приходилось на  высоте,  зимой  в  лютый  мороз, и  сильный  ветер. Так  как   посёлка там  ещё  пока не  было, то  местом обогрева монтажников  служили брезентовые палатки, а вокруг их  была только одна  голая  степь.  С  работы их возили отдыхать  на автомашинах  в общежитие  г.  Киселёвска.  Но эта трудная и опасная  работа  только  закаляла  волю   молодого  монтажника,  и   воспитывала  у   него  твёрдый характер,  не  боявшегося  различных жизненных  трудностей   и   непредвиденных  обстоятельств. И все эти  качества потом очень пригодились ему в жизни.             
      В  1959 году   Виктору  пришла  повестка  из   военкомата,  с   сообщением  о  том,  что   он  призывается  на  службу  в  ряды Советской Армии.  Но  его  мама  написала  заявление о  том,  что  её сын  является  единственным  кормильцем  её большой  семьи и поэтому  она убедительно просит командование  дать  ему  временную  отсрочку  от  воинской  службы. Эта просьба была  удовлетворена,  и  Виктору   выдали,  как  тогда  говорили, 
белый билет. После этого он уехал в посёлок к матери и, пожив  там некоторое время, Виктор  перевез  её в город Осинники. И они  стали жить  на  квартире  у  своих   родственников.  В 1961г.    Виктор оформился на работу, на ш. «Малиновская» подземным  доставщиком – такелажником  на участок  ТМУ.  Задачей  этого участка было  извлечение  из  отработанных  лав  оборудования:  цепей, скребковых рештаков от конвейера, пускателей, а также кабелей,  инвентарной  крепи.  Потом  их  грузили  в вагонетки и  доставляли в механический цех на ремонт. Проработав на этой работе  два  года,  в  1963 году Виктора призвали служить в ряды Советской Армии. Курс молодого бойца он проходил  в городе Бийске   Алтайского края. «После принятия воинской  присяги , - вспоминал потом Виктор, -  нас  около  1500 человек построили
 в общую колонну  и  под  звуки  марша военного  оркестра  мы прошли   до  самого  вокзала,  где  у  платформы  на  путях  нас  ожидал  уже  воинский эшелон». По  команде мы погрузились в  пассажирские   вагоны  и  в  течение десяти  дней нас везли до    города  Бреста. Там нас высадили из пассажирских вагонов, и после прохождения таможни нас пропустили через пограничный  пост.  Затем  мы  погрузились  в   вагоны  с   узкой  колеёй  и нас повезли  в  Польшу. В  г. Леднице,  нас  встретили представители  наших  воинских  частей,  которые  были дислоцированы  в  этом  государстве   по   Варшавскому  договору.  Они  набирали здесь  по спискам себе в части команды из  новобранцев.  Я  же попал  в танковые войска  и  меня  оттуда  послали учиться в г.  Страхоф в школу на  командиров танков. Проучившись   десять  месяцев, меня  потом  направили  служить  в  полк  тяжёлых  танков  ИС.  В  этом  полку  я  стал   командиром  одного  из  этих   танков,  пока  на смену им не пришли новые -  прямо с  завода  танки  Т-62.  Я хочу сказать, что  эти танки  были просто  красавцами.  К  нам  в    полк   частенько  приезжало  командование стран Варшавского договора,  чтобы  посмотреть  на этих красавцев. Я  на танке Т-62   служил  наводчиком  орудия,  на  котором уже   был установлен стабилизатор прицела  и поэтому  мы  стреляли  по целям почти   без промаха. И  когда   на стрельбище  прибыл  командующий, генерал Жигунов, я отстрелялся на своём танке Т-62 из орудия на отлично, и он дал мне  за  это  краткосрочный  отпуск домой на 10 суток. А в 1965 году за отличную службу командование  меня  наградило юбилейной медалью «Двадцать лет победы в  Великой  Отечественной  войне  1941 - 1945г.г.».     
      Самое  же  яркое  впечатление о службе  в  танковых войсках
у  меня  сохранилось  о том, как мы на танках Т-62 преодолевали  по дну реку Одер  с одного берега на  другой. При  подготовке  к  этому  переходу  мы  закрывали  сверху трансмиссию танка Т-62 чехлом,  и  закрепляли его болтами, чтобы вода ни в коем случае не попала в боевое отделение машины,  где  находился  экипаж. Потом  сверху танка  приворачивали  трубу  длиною  пять метров для  подачи  воздуха. Танкисты  также  брали с собой  противогаз ГИП-46, чтобы не задохнуться, на случай  если бы вода бы попала внутрь машины.      
      Первый  раз   при таком  переходе  танка  по  дну  реки  было немножко страшновато, а потом мы к  этому   привыкли, и  я  за  три   года срочной  службы  вместе  с  экипажем сделал  шесть таких переходов по дну Одера. 
      В 1966 г. я демобилизовался  из  Советской  Армии и обратно вернулся  в Малиновку к своей семье, где меня  ждали  жена  и  маленькая  дочь  Людмила. Я  устроился  работать  обратно  на  ш. «Малиновская» на участок ТМУ доставщиком- такелажником. До армии я учился на третьем курсе монтажного техникума в  г. Новосибирске.  В связи с уходом в армию я, взяв академический отпуск в этом техникуме.  А  когда вернулся со службы, то сразу перевёлся  в  Осиниковский  горный техникум -  на  третий курс  заочного  отделения.   Ровно через два года  благополучно  там защитился  и  получил диплом  горного техника.  После  этого я  поработал  некоторое  время  в лаве горнорабочим очистного забоя, а затем  перевелся  горным  мастером на участок ВТБ.  
       Когда  я  спросил у  Виктора,  как  он  попал под горный удар, происшедшего  в  Путевом  уклоне  пласта 3/1 на нашей шахте, он ответил мне так:
    -  В тот  злосчастный  для меня день я, пришел на  свой участок  и,  заполнив   наряд – путёвку  спустился   в  шахту. И  как  обычно  пошёл  по  закреплённому  маршруту.  По  канатно-кресельной дороге на  Людском уклоне пласта 3/1  я   благополучно  доехал до  сбойки  и по ней вышел  на  Путевой  уклон  пласта  3/1 и стал спускаться  по  нему пешком  вниз,  чтобы  попасть  на  горизонт  плюс – минус 0 метров. В этом  уклоне тогда работала  бригада проходчиков   А.  Ляхновича.  Они  усиливали  крепление  в  этой  выработки,  возводя  дополнительные промежуточные круга через каждые 0,5  метра. Пройдя  перекрепленную  часть выработки, я пошёл далее по уклону, но меня внезапно остановил   страшный грохот.  Ударной  волной  сразу же сорвало с моей головы каску   со светильником  и стало совсем темно. И  из-за очень большого количества  угольной  пыли, которая  находилась  во  взвешенном  состоянии, мне  стало  трудно  дышать. Эта  пыль  забивала   рот, нос  и  дыхательные  пути, и  я  её  тогда  наелся  на  всю жизнь.  В  сплошной  темноте  было очень  хорошо  видно, как из  железных  рештаков,  лежащих  возле  борта  выработки,  летели искры. «Не хватало мне здесь  ещё того, чтобы из - за  этих искр  взорвалась угольная пыль»,- пронеслось  у меня в голове. Но на моё счастье взрыва  пыли тогда  не  последовало.  Я  одел сорванную  с  моей   головы  воздушной  волной  каску  со светильником  и посмотрел вперёд, но  ничего там  не увидел из-за  угольной  пыли». «Может, там  образовался  завал  из - за обрушения породы  и  упавшего  крепления », - подумал  я тогда.   И,  повернувшись, пошёл назад   по  этому  уклону.  Почва выработки  после горного  удара была рыхлая, и я пошёл по ней, как  по рыхлому песку. Из-за  угольной пыли ничего не было видно впереди, и я медленно передвигался, держась  за  распоры  крепления, чтобы сообщить по телефону
об  этом  горном  ударе  руководству  шахты.  И  только  сейчас  до меня дошло, что  если бы  я спустился  вниз  по  этому  уклону от того места  где стоял, ещё на десять шагов ниже, то наверняка  бы  тогда  простился с белым светом. Таким  образом,  судьба  проверила ещё раз меня на прочность,  как проверяла раньше, когда  я  работал  монтажником  на  высоте  или же  на танке  по  дну  преодолевал реку Одер.    
     Когда я подошёл к телефону, то там уже стоял горный мастер с ближней лавы и сообщал главному инженеру    о  том,  что  на  путевом  уклоне  пласта  1/3  произошёл горный удар, и лаву при этом очень  сильно  встряхнуло. Но  увидев, меня  он  со словами, что   горный  мастер  ВТБ  был на месте  аварии  и  хорошо знает  там  обстановку, и с этими словами он мне отдал телефонную трубку.     
         - Как  твоё  самочувствие  и не  рехнулся ли ты там, во время   горного удара? - спросил у меня  главный инженер.  
      - Нет со мной всё в порядке», - ответил я, и сказал ему в ответ, что   находился  в  десяти  шагах  от  места  горного удара  и  по всей  вероятности   путевой уклон  пласта 3/1сейчас перевален обрушившейся  с  кровли  породой и упавшим креплением. Но, там,  в  сплошной  темноте, из-за наличия   большого скопления угольной пыли  во  взвешенном   состоянии,  определить сейчас  состояние этой выработки невозможно. 
       Слух о том, что  я,  находясь смене,  побывал в зоне горного  удара,  быстро  разнеслась   среди  сменного надзора шахты,  и в технической мойке одни из них стали спрашивать меня, как
я перенёс этот удар. А  другие со смешком стали подначивать  меня,  о  том,  что,   не  случилась ли  со   мной  там   от  страха  медвежья  болезнь.  Но в  ответ я  им  только улыбался, понимая, что они своими незлобными шутками хотят снять с меня стресс, как  с  человека,  который только  недавно  находился  в  десяти  шагах  от  ада,  и  остался   живым.  Сейчас   Виктор  находится
на заслуженном отдыхе.  Он  награждён серебряной медалью «Ветеран труда угольной компании  «ЮжКузбассуголь» и также  является ветераном шахты «Алардинская».  У него имеются  две дочери, сын, две  внучки, и правнук с правнучкой. А  этот горный  удар на  шахте он запомнил на  всю свою жизнь.   
                         Автор:  Юрий Першин.
       
                           24.07.12г.                    

 

© Copyright: Юрий Першин, 2012

Регистрационный номер №0065455

от 26 июля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0065455 выдан для произведения:

 

В десяти шагах от ада

                      Шахтёрские байки   
                                             
    Тёплым летом возле наших домов всегда любили посидеть на лавочке в тени раскидистых клёнов наши – пенсионеры, в основном это были бывшие шахтёры. Каждый из них отработал на шахтах по 30 - 40 лет и поэтому знал множество забавных историй, происшедших как с ним, так и с его товарищами по работе. Их рассказы были настолько занимательными и актуальными, что только диву даёшься: как всё это могло произойти в жизни. Я приведу сейчас один из таких рассказов.  
В один из  жарких дней июля месяца я сидел на лавочке, под тенью деревьев, наслаждаясь прохладой.  Увидев меня, ко мне подошёл мой знакомый товарищ и присел рядом со мной на этой  лавочке. Его звали Виктором - это был бывший шахтёр с тридцатилетним подземным стажем. Я знал, что он, однажды, находясь на смене, в шахте, попал под      горный удар, который характеризуется неожиданным быстропротекающим разрушением напряженной части горного массива породы, прилегающей к подземной горной выработке. Этот внезапный горный удар может вызвать большие разрушения, и даже  человеческие жертвы. 
           Мы с Виктором разговорились, и он мне рассказал историю своей жизни. 
  
                 В десяти шагах от ада
          
    Виктор родился в рабочем поселке Карчит Усть-Кабырзинского   сельсовета,  Таштагольского района в  семье лесозаготовителя - точковщика  лесоматериалов.
      Посёлок  Карчит   был  расположен в  верховьях реки Мрассу.  Многие  жители  этого посёлка  работали там, на  лесоповале и потом сплавляли  срубленный лес  по  реке в посёлок  Абагур – Лесной, расположенный в  городе Новокузнецке.      
     После того, как лес на делянках был вырублен, отца Виктора перевели в посёлок  Чёрная речка, где его  сын окончил четыре класса  начальной школы.  После  чего он   поехал  в  рабочий  посёлок  Усть-Кабырза,  где  его зачислили в  школу – интернат,  которую    успешно окончил в 1955 году.   
        Получив свидетельство о семилетнем образовании, Виктор уехал в г.  Киселёвск  и  поступал  там, в  горнопромышленную школу.   Недалеко  от  неё  находилась  шахта   №4-6   куда   их  часто  водили   на  экскурсию.  Производственную же практику они проходили на машиностроительном заводе им. «Черныхх». На  этом заводе выпускались  шахтовые вагонетки, конвейера и др. оборудование.  Окончив  это училище,  Виктор  поступил  по направление  на  работу в  СМУ - 2  города  Прокопьевска.  Это  управление  вело монтаж  копров  на  ш.  Карагалинская, где  и стал  работать  Виктор.  Трудиться   ему  приходилось на  высоте,  зимой  в  лютый  мороз, и  сильный  ветер. Так  как   посёлка там  ещё  пока не  было, то  местом обогрева монтажников  служили брезентовые палатки, а вокруг их  была только одна  голая  степь.  С  работы их возили отдыхать  на автомашинах  в общежитие  г.  Киселёвска.  Но эта трудная и опасная  работа  только  закаляла  волю   молодого  монтажника,  и   воспитывала  у   него  твёрдый характер,  не  боявшегося  различных жизненных  трудностей   и   непредвиденных  обстоятельств. И все эти  качества потом очень пригодились ему в жизни.             
      В  1959 году   Виктору  пришла  повестка  из   военкомата,  с   сообщением  о  том,  что   он  призывается  на  службу  в  ряды Советской Армии.  Но  его  мама  написала  заявление о  том,  что  её сын  является  единственным  кормильцем  её большой  семьи и поэтому  она убедительно просит командование  дать  ему  временную  отсрочку  от  воинской  службы. Эта просьба была  удовлетворена,  и  Виктору   выдали,  как  тогда  говорили, 
белый билет. После этого он уехал в посёлок к матери и, пожив  там некоторое время, Виктор  перевез  её в город Осинники. И они  стали жить  на  квартире  у  своих   родственников.  В 1961г.    Виктор оформился на работу, на ш. «Малиновская» подземным  доставщиком – такелажником  на участок  ТМУ.  Задачей  этого участка было  извлечение  из  отработанных  лав  оборудования:  цепей, скребковых рештаков от конвейера, пускателей, а также кабелей,  инвентарной  крепи.  Потом  их  грузили  в вагонетки и  доставляли в механический цех на ремонт. Проработав на этой работе  два  года,  в  1963 году Виктора призвали служить в ряды Советской Армии. Курс молодого бойца он проходил  в городе Бийске   Алтайского края. «После принятия воинской  присяги , - вспоминал потом Виктор, -  нас  около  1500 человек построили
 в общую колонну  и  под  звуки  марша военного  оркестра  мы прошли   до  самого  вокзала,  где  у  платформы  на  путях  нас  ожидал  уже  воинский эшелон». По  команде мы погрузились в  пассажирские   вагоны  и  в  течение десяти  дней нас везли до    города  Бреста. Там нас высадили из пассажирских вагонов, и после прохождения таможни нас пропустили через пограничный  пост.  Затем  мы  погрузились  в   вагоны  с   узкой  колеёй  и нас повезли  в  Польшу. В  г. Леднице,  нас  встретили представители  наших  воинских  частей,  которые  были дислоцированы  в  этом  государстве   по   Варшавскому  договору.  Они  набирали здесь  по спискам себе в части команды из  новобранцев.  Я  же попал  в танковые войска  и  меня  оттуда  послали учиться в г.  Страхоф в школу на  командиров танков. Проучившись   десять  месяцев, меня  потом  направили  служить  в  полк  тяжёлых  танков  ИС.  В  этом  полку  я  стал   командиром  одного  из  этих   танков,  пока  на смену им не пришли новые -  прямо с  завода  танки  Т-62.  Я хочу сказать, что  эти танки  были просто  красавцами.  К  нам  в    полк   частенько  приезжало  командование стран Варшавского договора,  чтобы  посмотреть  на этих красавцев. Я  на танке Т-62   служил  наводчиком  орудия,  на  котором уже   был установлен стабилизатор прицела  и поэтому  мы  стреляли  по целям почти   без промаха. И  когда   на стрельбище  прибыл  командующий, генерал Жигунов, я отстрелялся на своём танке Т-62 из орудия на отлично, и он дал мне  за  это  краткосрочный  отпуск домой на 10 суток. А в 1965 году за отличную службу командование  меня  наградило юбилейной медалью «Двадцать лет победы в  Великой  Отечественной  войне  1941 - 1945г.г.».     
      Самое  же  яркое  впечатление о службе  в  танковых войсках
у  меня  сохранилось  о том, как мы на танках Т-62 преодолевали  по дну реку Одер  с одного берега на  другой. При  подготовке  к  этому  переходу  мы  закрывали  сверху трансмиссию танка Т-62 чехлом,  и  закрепляли его болтами, чтобы вода ни в коем случае не попала в боевое отделение машины,  где  находился  экипаж. Потом  сверху танка  приворачивали  трубу  длиною  пять метров для  подачи  воздуха. Танкисты  также  брали с собой  противогаз ГИП-46, чтобы не задохнуться, на случай  если бы вода бы попала внутрь машины.      
      Первый  раз   при таком  переходе  танка  по  дну  реки  было немножко страшновато, а потом мы к  этому   привыкли, и  я  за  три   года срочной  службы  вместе  с  экипажем сделал  шесть таких переходов по дну Одера. 
      В 1966 г. я демобилизовался  из  Советской  Армии и обратно вернулся  в Малиновку к своей семье, где меня  ждали  жена  и  маленькая  дочь  Людмила. Я  устроился  работать  обратно  на  ш. «Малиновская» на участок ТМУ доставщиком- такелажником. До армии я учился на третьем курсе монтажного техникума в  г. Новосибирске.  В связи с уходом в армию я, взяв академический отпуск в этом техникуме.  А  когда вернулся со службы, то сразу перевёлся  в  Осиниковский  горный техникум -  на  третий курс  заочного  отделения.   Ровно через два года  благополучно  там защитился  и  получил диплом  горного техника.  После  этого я  поработал  некоторое  время  в лаве горнорабочим очистного забоя, а затем  перевелся  горным  мастером на участок ВТБ.  
       Когда  я  спросил у  Виктора,  как  он  попал под горный удар, происшедшего  в  Путевом  уклоне  пласта 3/1 на нашей шахте, он ответил мне так:
    -  В тот  злосчастный  для меня день я, пришел на  свой участок  и,  заполнив   наряд – путёвку  спустился   в  шахту. И  как  обычно  пошёл  по  закреплённому  маршруту.  По  канатно-кресельной дороге на  Людском уклоне пласта 3/1  я   благополучно  доехал до  сбойки  и по ней вышел  на  Путевой  уклон  пласта  3/1 и стал спускаться  по  нему пешком  вниз,  чтобы  попасть  на  горизонт  плюс – минус 0 метров. В этом  уклоне тогда работала  бригада проходчиков   А.  Ляхновича.  Они  усиливали  крепление  в  этой  выработки,  возводя  дополнительные промежуточные круга через каждые 0,5  метра. Пройдя  перекрепленную  часть выработки, я пошёл далее по уклону, но меня внезапно остановил   страшный грохот.  Ударной  волной  сразу же сорвало с моей головы каску   со светильником  и стало совсем темно. И  из-за очень большого количества  угольной  пыли, которая  находилась  во  взвешенном  состоянии, мне  стало  трудно  дышать. Эта  пыль  забивала   рот, нос  и  дыхательные  пути, и  я  её  тогда  наелся  на  всю жизнь.  В  сплошной  темноте  было очень  хорошо  видно, как из  железных  рештаков,  лежащих  возле  борта  выработки,  летели искры. «Не хватало мне здесь  ещё того, чтобы из - за  этих искр  взорвалась угольная пыль»,- пронеслось  у меня в голове. Но на моё счастье взрыва  пыли тогда  не  последовало.  Я  одел сорванную  с  моей   головы  воздушной  волной  каску  со светильником  и посмотрел вперёд, но  ничего там  не увидел из-за  угольной  пыли». «Может, там  образовался  завал  из - за обрушения породы  и  упавшего  крепления », - подумал  я тогда.   И,  повернувшись, пошёл назад   по  этому  уклону.  Почва выработки  после горного  удара была рыхлая, и я пошёл по ней, как  по рыхлому песку. Из-за  угольной пыли ничего не было видно впереди, и я медленно передвигался, держась  за  распоры  крепления, чтобы сообщить по телефону
об  этом  горном  ударе  руководству  шахты.  И  только  сейчас  до меня дошло, что  если бы  я спустился  вниз  по  этому  уклону от того места  где стоял, ещё на десять шагов ниже, то наверняка  бы  тогда  простился с белым светом. Таким  образом,  судьба  проверила ещё раз меня на прочность,  как проверяла раньше, когда  я  работал  монтажником  на  высоте  или же  на танке  по  дну  преодолевал реку Одер.    
     Когда я подошёл к телефону, то там уже стоял горный мастер с ближней лавы и сообщал главному инженеру    о  том,  что  на  путевом  уклоне  пласта  1/3  произошёл горный удар, и лаву при этом очень  сильно  встряхнуло. Но  увидев, меня  он  со словами, что   горный  мастер  ВТБ  был на месте  аварии  и  хорошо знает  там  обстановку, и с этими словами он мне отдал телефонную трубку.     
         - Как  твоё  самочувствие  и не  рехнулся ли ты там, во время   горного удара? - спросил у меня  главный инженер.  
      - Нет со мной всё в порядке», - ответил я, и сказал ему в ответ, что   находился  в  десяти  шагах  от  места  горного удара  и  по всей  вероятности   путевой уклон  пласта 3/1сейчас перевален обрушившейся  с  кровли  породой и упавшим креплением. Но, там,  в  сплошной  темноте, из-за наличия   большого скопления угольной пыли  во  взвешенном   состоянии,  определить сейчас  состояние этой выработки невозможно. 
       Слух о том, что  я,  находясь смене,  побывал в зоне горного  удара,  быстро  разнеслась   среди  сменного надзора шахты,  и в технической мойке одни из них стали спрашивать меня, как
я перенёс этот удар. А  другие со смешком стали подначивать  меня,  о  том,  что,   не  случилась ли  со   мной  там   от  страха  медвежья  болезнь.  Но в  ответ я  им  только улыбался, понимая, что они своими незлобными шутками хотят снять с меня стресс, как  с  человека,  который только  недавно  находился  в  десяти  шагах  от  ада,  и  остался   живым.  Сейчас   Виктор  находится
на заслуженном отдыхе.  Он  награждён серебряной медалью «Ветеран труда угольной компании  «ЮжКузбассуголь» и также  является ветераном шахты «Алардинская».  У него имеются  две дочери, сын, две  внучки, и правнук с правнучкой. А  этот горный  удар на  шахте он запомнил на  всю свою жизнь.   
                         Автор:  Юрий Першин.
       
                           24.07.12г.                    

 

Рейтинг: +2 510 просмотров
Комментарии (2)
Бен-Иойлик # 6 августа 2012 в 10:17 0
v
Юрий Першин # 15 августа 2012 в 16:35 0
Спасибо Бен - Иолик!
 

 

Популярная проза за месяц
130
122
94
85
76
74
68
67
64
​Я И ТЫ 7 декабря 2017 (Эльвира Ищенко)
64
64
63
63
62
Перчатка 19 ноября 2017 (Виктор Лидин)
58
58
57
54
54
53
53
53
52
51
50
46
44
43
Синички 20 ноября 2017 (Тая Кузмина)
41
40