ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Укол в сердце

Укол в сердце

12 декабря 2011 - Евгений Боровой

  - Не верится, что мы, наконец, одни остались. В голове тарарам от этой свадьбы.
  - Разве тебе, Андрюша, не понравилось?
  - Почему? Весело. Даже слишком.
  - А мне жаль, что всё так быстро закончилось. Особенно венчание. До сих пор чувствую над своей головой венчальную корону.
  - Доживём до серебряной свадьбы...
  - Хорошо быть невестой! На тебя смотрят во все глаза, завидуют. Сердце готово выпорхнуть из груди от счастья.
  - Правда?
  - Да, Андрюша. Кажется, будто идёшь по высоченной стене: аж дух захватывает! Слева - то, что уже прожито: милое-милое, знакомое-знакомое, а справа - тревожно-неизведанное. Идёшь, балансируешь, не знаешь, куда спрыгнешь. Направо - жалко расставаться с прошлым, налево - поздно уже. Идёшь, а голова кружи-и-ится...
  - А мне кажется, что моё счастье ещё не начиналось, хоть оно и рядом... Любишь меня, Оля?
  - Глупенький, разве вышла бы замуж без любви? Это ведь не по-Божески.
  Потянулись друг к другу и слились в поцелуе.
  - Оля, мы с тобой муж и жена...
  - Что-нибудь изменилось?
  - Просто... час поздний.
  - Ты хочешь ложиться?
  - Да-а, я тебя... люблю!
  - Андрюша, родной, погоди... Я ещё не пришла в себя. Понимаешь... я была, и вдруг меня нет... Боязно как-то...
  - У страха глаза велики.
  - Нет, не страх. Ну как тебе объяснить?.. Пока не снимай меня со стены, а? Я сама хочу прыгнуть. Буду идти, идти, потеряю равновесие и - упаду.
  - А стена длинная?
  - Андрюша! Не знаю... Узкая! А ты не боишься?
  - Чего?
  - Ну... этого...
  - Это же чудо, счастье! Как можно бояться счастья? Ведь всё равно это должно произойти. Разве ты не хочешь?
  - Не так, Андрюша... Я тебя люблю. Я... я... хочу остаться ещё немножечко собой. Это будет... Всю жизнь будет. А то, что сейчас, уже не повторится, пройдёт... Понимаешь? Давай завтра! Ты ложись, спи, а я посижу, очнусь. Да мне кажется, будто Боженька на нас взирает с небес...
  - Глупости, Оленька. Разве можно уснуть?
  - Ну, пожалуйста, Андрюша. Почему ты не хочешь понять? Я здесь, я с тобой, я тебя люблю. Но я ещё и там немножко, хочу попрощаться...
  - А почему ты не войдешь в моё положение? Я люблю, жажду тебя, во мне пожарище полыхает, а ты: "Ложись, спи"!
  - Подожди, Андрюша! Ты меня обнимаешь, но я этого не чувствую, у меня только голова на месте, а душа и всё остальное ещё там, вне спальни.
  - Оленька, милая, сейчас всё к тебе вернётся - вот увидишь!
  - Андрю...
   
  2

  - Мамочка, ты такая сегодня красивая! Прелесть!
  - Видно, потому, что день рождения.
  - Не-ет, мама, тут что-то другое... Значит, пойдёшь на переговорный пункт?
  - Конечно. А ты?
  - Мама, с какой стати я?
  - Он всё-таки отец твой.
  - Отец! Я его даже не помню! Ведь мне и трёх лет не было...
  - Но он, наверно, изменился, Алёна, многое понял. Видишь, звонит из тридевятого царства, чтобы поздравить меня с днём рождения. А знаешь, который час там будет? Четыре часа ночи! Представляешь?
  - Ты даже подсчитала. Почему же он пятнадцать лет - как воды в рот набрал?
  - У него семья, заботы.
  - И ты его защищаешь, мама. Зачем? Он тебя позорно бросил, нас бросил. Неужели считаешь, что грубый, чёрствый человек может исправиться?
  - Он не такой уж грубый...
  - Сама ведь говорила.
  - Это от безысходности. Не могла же я рассказывать такие вещи девчонке с косичками.
  - Сейчас расскажи. Из-за чего вы разошлись?
  - У него появилась другая женщина.
  - Ничего не понимаю! Он... он... прелюбодей, изменник!
  - Подожди, Алёна, выслушай меня... Он был грубым только в первую ночь. У меня было единственное ощущение - боль, и не столько физическая, сколько душевная. В ту кошмарную ночь будто злой коршун сидел на груди и терзал моё тело в поисках души. И нашёл-таки, всю выклевал, дочиста.
  - Мама, он же негодяй!
  - Потом... Потом он стал нежным, заботливым. Помогал мне во всём. Одним словом, хороший был муж. А я физическую близость переносила тяжело, с отвращением, и страдала от этого. Прошло время - привыкла, но была холодна как лед. Тогда и появилась эта женщина.
  - Нынешняя жена?
  - А-а, не знаю, Алёна. И он уехал.
  - И с тех пор ты одна?
  - Как же, с тобой.
  - Я не это имела в виду. В твоей жизни не было мужчин?
  - Не было... Мы ведь венчанные...
  - Успокойся, мамочка, не плачь, пожалуйста. Тебе же идти на переговоры. Давай-ка будем праздновать день рождения. Посиди, я сейчас приготовлю кофе, нарежу торт...

  3

  Через час Ольга, стройная, благоухающая, выйдет из дома и пешком, не спеша, отправится на переговорный пункт. Она будет идти и размышлять о том, что скажет Андрею. Нет, сначала выслушает поздравление. Выяснит, как он живёт, счастлив ли. Затем расскажет о себе. Мол, всё хорошо, работаю нормально, получила повышение по службе; теперь - главный экономист.
  Впрочем, зачем о себе? Ольга поведает об Алёне. Об ИХ дочери. Почему она не пришла? Знаешь, Андрюша (нет, Андрей), скажет Ольга, она у меня (нет, у нас) студентка-заочница университета, а на первом курсе трудно, пока не привыкнешь. Вот и сидит дома, занимается. И ещё скажет Ольга, что Алёна послушная, заботливая дочь. Самостоятельная. Серьёзная. С ней легко и на неё можно положиться...
  Нет, скажет она другое. Правду скажет. Какая замечательная ИХ дочь, но как одинокой Ольге с ней трудно! Как не хватает в семье твёрдой мужской руки! О, как она, Ольга, устала!
  Прежде чем войти в новое здание переговорного пункта, женщина постоит несколько минут в нетерпеливой задумчивости возле берёзки, чудом уцелевшей в этом грандиозном для маленького райцентра строительстве. Поздняя осень щедро позолотила её густую ещё крону, и благодарные листочки будут радостно трепетать на ветру. Ой, какая ты кудрявая, скажет Ольга. А когда, войдя, услышит свою фамилию и номер кабины, её истерзанное сердце тоже затрепещет, как берёзовые листочки. Боже мой, дай силы перенести эту радость! Она поднимет трубку и от давным-давно не испытываемого любовного волнения напрочь забудет всё-всё, что хотела сказать.
  - Здравствуй, Ольга.
  - ...Здравствуй...
  - Знаешь, для бухгалтерии нужна справка насчет Лены. Ну... чтобы алименты больше не платить...
  Когда Ольга, держась за грудь, выйдет на улицу, ветер уже стихнет, и берёза будет нема и печальна. Э-э, ты, оказывается, плакучая, подумает Ольга и станет гораздо старше своих тридцати восьми лет...

  Жизнь твоя, как обувь тесная
  На высоком каблуке,
  И мятежная, и пресная,
  И с синицею в руке.
  Чу! Журавль курлычет-мается
  В небе - тусклом серебре;
  Ближе к югу собирается
  Отлететь он в сентябре...
  Не стремись ты к журавлиному
  Счастью-призраку припасть,
  Хоть высокому, но мнимому...
  Больно с высоты упасть.
  А синица - обувь тесная...
  Руку разожми легко...
  Чу! Синица поднебесная -
  Так вспорхнула высоко!

 

© Copyright: Евгений Боровой, 2011

Регистрационный номер №0003510

от 12 декабря 2011

[Скрыть] Регистрационный номер 0003510 выдан для произведения:

  - Не верится, что мы, наконец, одни остались. В голове тарарам от этой свадьбы.
  - Разве тебе, Андрюша, не понравилось?
  - Почему? Весело. Даже слишком.
  - А мне жаль, что всё так быстро закончилось. Особенно венчание. До сих пор чувствую над своей головой венчальную корону.
  - Доживём до серебряной свадьбы...
  - Хорошо быть невестой! На тебя смотрят во все глаза, завидуют. Сердце готово выпорхнуть из груди от счастья.
  - Правда?
  - Да, Андрюша. Кажется, будто идёшь по высоченной стене: аж дух захватывает! Слева - то, что уже прожито: милое-милое, знакомое-знакомое, а справа - тревожно-неизведанное. Идёшь, балансируешь, не знаешь, куда спрыгнешь. Направо - жалко расставаться с прошлым, налево - поздно уже. Идёшь, а голова кружи-и-ится...
  - А мне кажется, что моё счастье ещё не начиналось, хоть оно и рядом... Любишь меня, Оля?
  - Глупенький, разве вышла бы замуж без любви? Это ведь не по-Божески.
  Потянулись друг к другу и слились в поцелуе.
  - Оля, мы с тобой муж и жена...
  - Что-нибудь изменилось?
  - Просто... час поздний.
  - Ты хочешь ложиться?
  - Да-а, я тебя... люблю!
  - Андрюша, родной, погоди... Я ещё не пришла в себя. Понимаешь... я была, и вдруг меня нет... Боязно как-то...
  - У страха глаза велики.
  - Нет, не страх. Ну как тебе объяснить?.. Пока не снимай меня со стены, а? Я сама хочу прыгнуть. Буду идти, идти, потеряю равновесие и - упаду.
  - А стена длинная?
  - Андрюша! Не знаю... Узкая! А ты не боишься?
  - Чего?
  - Ну... этого...
  - Это же чудо, счастье! Как можно бояться счастья? Ведь всё равно это должно произойти. Разве ты не хочешь?
  - Не так, Андрюша... Я тебя люблю. Я... я... хочу остаться ещё немножечко собой. Это будет... Всю жизнь будет. А то, что сейчас, уже не повторится, пройдёт... Понимаешь? Давай завтра! Ты ложись, спи, а я посижу, очнусь. Да мне кажется, будто Боженька на нас взирает с небес...
  - Глупости, Оленька. Разве можно уснуть?
  - Ну, пожалуйста, Андрюша. Почему ты не хочешь понять? Я здесь, я с тобой, я тебя люблю. Но я ещё и там немножко, хочу попрощаться...
  - А почему ты не войдешь в моё положение? Я люблю, жажду тебя, во мне пожарище полыхает, а ты: "Ложись, спи"!
  - Подожди, Андрюша! Ты меня обнимаешь, но я этого не чувствую, у меня только голова на месте, а душа и всё остальное ещё там, вне спальни.
  - Оленька, милая, сейчас всё к тебе вернётся - вот увидишь!
  - Андрю...
   
  2

  - Мамочка, ты такая сегодня красивая! Прелесть!
  - Видно, потому, что день рождения.
  - Не-ет, мама, тут что-то другое... Значит, пойдёшь на переговорный пункт?
  - Конечно. А ты?
  - Мама, с какой стати я?
  - Он всё-таки отец твой.
  - Отец! Я его даже не помню! Ведь мне и трёх лет не было...
  - Но он, наверно, изменился, Алёна, многое понял. Видишь, звонит из тридевятого царства, чтобы поздравить меня с днём рождения. А знаешь, который час там будет? Четыре часа ночи! Представляешь?
  - Ты даже подсчитала. Почему же он пятнадцать лет - как воды в рот набрал?
  - У него семья, заботы.
  - И ты его защищаешь, мама. Зачем? Он тебя позорно бросил, нас бросил. Неужели считаешь, что грубый, чёрствый человек может исправиться?
  - Он не такой уж грубый...
  - Сама ведь говорила.
  - Это от безысходности. Не могла же я рассказывать такие вещи девчонке с косичками.
  - Сейчас расскажи. Из-за чего вы разошлись?
  - У него появилась другая женщина.
  - Ничего не понимаю! Он... он... прелюбодей, изменник!
  - Подожди, Алёна, выслушай меня... Он был грубым только в первую ночь. У меня было единственное ощущение - боль, и не столько физическая, сколько душевная. В ту кошмарную ночь будто злой коршун сидел на груди и терзал моё тело в поисках души. И нашёл-таки, всю выклевал, дочиста.
  - Мама, он же негодяй!
  - Потом... Потом он стал нежным, заботливым. Помогал мне во всём. Одним словом, хороший был муж. А я физическую близость переносила тяжело, с отвращением, и страдала от этого. Прошло время - привыкла, но была холодна как лед. Тогда и появилась эта женщина.
  - Нынешняя жена?
  - А-а, не знаю, Алёна. И он уехал.
  - И с тех пор ты одна?
  - Как же, с тобой.
  - Я не это имела в виду. В твоей жизни не было мужчин?
  - Не было... Мы ведь венчанные...
  - Успокойся, мамочка, не плачь, пожалуйста. Тебе же идти на переговоры. Давай-ка будем праздновать день рождения. Посиди, я сейчас приготовлю кофе, нарежу торт...

  3

  Через час Ольга, стройная, благоухающая, выйдет из дома и пешком, не спеша, отправится на переговорный пункт. Она будет идти и размышлять о том, что скажет Андрею. Нет, сначала выслушает поздравление. Выяснит, как он живёт, счастлив ли. Затем расскажет о себе. Мол, всё хорошо, работаю нормально, получила повышение по службе; теперь - главный экономист.
  Впрочем, зачем о себе? Ольга поведает об Алёне. Об ИХ дочери. Почему она не пришла? Знаешь, Андрюша (нет, Андрей), скажет Ольга, она у меня (нет, у нас) студентка-заочница университета, а на первом курсе трудно, пока не привыкнешь. Вот и сидит дома, занимается. И ещё скажет Ольга, что Алёна послушная, заботливая дочь. Самостоятельная. Серьёзная. С ней легко и на неё можно положиться...
  Нет, скажет она другое. Правду скажет. Какая замечательная ИХ дочь, но как одинокой Ольге с ней трудно! Как не хватает в семье твёрдой мужской руки! О, как она, Ольга, устала!
  Прежде чем войти в новое здание переговорного пункта, женщина постоит несколько минут в нетерпеливой задумчивости возле берёзки, чудом уцелевшей в этом грандиозном для маленького райцентра строительстве. Поздняя осень щедро позолотила её густую ещё крону, и благодарные листочки будут радостно трепетать на ветру. Ой, какая ты кудрявая, скажет Ольга. А когда, войдя, услышит свою фамилию и номер кабины, её истерзанное сердце тоже затрепещет, как берёзовые листочки. Боже мой, дай силы перенести эту радость! Она поднимет трубку и от давным-давно не испытываемого любовного волнения напрочь забудет всё-всё, что хотела сказать.
  - Здравствуй, Ольга.
  - ...Здравствуй...
  - Знаешь, для бухгалтерии нужна справка насчет Лены. Ну... чтобы алименты больше не платить...
  Когда Ольга, держась за грудь, выйдет на улицу, ветер уже стихнет, и берёза будет нема и печальна. Э-э, ты, оказывается, плакучая, подумает Ольга и станет гораздо старше своих тридцати восьми лет...

  Жизнь твоя, как обувь тесная
  На высоком каблуке,
  И мятежная, и пресная,
  И с синицею в руке.
  Чу! Журавль курлычет-мается
  В небе - тусклом серебре;
  Ближе к югу собирается
  Отлететь он в сентябре...
  Не стремись ты к журавлиному
  Счастью-призраку припасть,
  Хоть высокому, но мнимому...
  Больно с высоты упасть.
  А синица - обувь тесная...
  Руку разожми легко...
  Чу! Синица поднебесная -
  Так вспорхнула высоко!

 

Рейтинг: 0 312 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

 

Популярная проза за месяц
129
120
109
104
95
95
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
94
93
92
91
88
81
76
75
72
70
69
Тёщин сон 3 ноября 2017 (Тая Кузмина)
68
68
УЧИТЕЛЬ 24 октября 2017 (Николина ОзернАя)
64
63
63
62
61
60
59
Предзимье 31 октября 2017 (Виктор Лидин)
57
45
41
38