ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Ты ведь хочешь... История третья

Ты ведь хочешь... История третья

7 ноября 2020 - Тамара Габриель
article483181.jpg
Белые кучевые облака зависли над советской многоэтажкой. Панельный дом, который смотрелся, как многоэтажный сарай, гордо носил название «стоквартирника», который побил какие-то там рекорды в советские времена, а теперь он бьёт только один рекорд – по количеству трещин в стенах. «Стоквартирник» давно не ремонтировался и с каждым годом всё больше напоминал дом после бомбардировки. В подвале появилась трещина, прямо в самом фундаменте. Но Управляющая компания не заглядывала в подвал уже несколько лет. Мышей травили, бросая у входа в подвал отравленную еду. Никто не делал обходы и не осматривал состояние фундамента, а меж тем трещина увеличилась. Глядя на эту разруху, можно было подумать, что все наши беды от людского безразличия, и в большинстве случаев всё так и есть, но не сейчас. В сумраке подвала сгустилась тень, чёрный комок появился, из ниоткуда и стал расти. Он словно стягивал реальность вокруг себя и вскоре бесшумно взорвался, оставив вместо себя новую реальность – тёмную фигуру с длинными волосами. Фигура сначала не двигалась, а её лицо невозможно было рассмотреть в сумраке. Лишь, когда силуэт резко воздел руку вперёд, произошло какая-то короткая вспышка красного огня, которая успела осветить красивые черты рыжего молодого человека, глаза которого горели красным огнём ненависти. От его движения или от вспышки непонятного назначения, но трещина в фундаменте многоэтажного здания вдруг стремительно стала расти и разрушать несущую стену. Трещина всё росла и росла, и стала похожа на гигантское дерево, которое вдруг пустило свои курни и на соседние стены. Через 10 минут, трещинами был объят весь фундамент и многоквартирный дом странно зазвучал. Люди, находившиеся новогодним утром дома, почувствовали странную лёгкость и волны, как при землетрясении, а затем им послышался звук, который не был похож ни на что, из того что они слышали в своей жизни. Илья Лисин только проснулся. Он пил молоко прямо из тетрапака, не закрыв дверку холодильника. Вдруг его ноги потеряли точку опоры, а пол кухни заходил ходуном, словно доска для сёрфинга на волнах. Он не удержался и покатился прямо в дверной проём кухни, и ударился о стену коридора...

Некоторое время назад произошли ряд событий, которые и привели к этой ужасной катастрофе, но участники событий даже не догадываются о том, что всё могло бы быть иначе, если бы не стало так, как есть. 

Каира быстро забыла про существование Тани Кобылкиной. В классе к девочке стали относится намного дружелюбнее и перестали хамить и насмехаться над её образом жизни. Она, по-прежнему, жила у подруги по имени Лайза, и казалось, что за это время они стали ещё ближе. Каира встречалась с рыжеволосым красавчиком, продолжала работать у него, хорошо училась и вообще чувствовала себя счастливым человеком. Лайза тоже влюбилась, но скрывала, от подруги кто именно ей нравится, потому что очень стеснялась и не хотела, чтобы Каира её подталкивала к тому, к чему она может быть ещё не готова. 

После тех памятных событий, после которых исчезла Танька Кобылкина, прошло уже почти 3 месяца. На улице стоял конец декабря, и все готовились к Новому году. С Велиалом Каира встречалась каждый день. Раньше они встречались на улице, в парке, но зимой это было бы просто невозможным. Велиал пригласил Каиру к себе, оказывается у него была вполне своя квартира на Скальной улице. Как и другие 90% домов Мурманска, Дом Велиала был построен в далёкие советские времена, и может быть тогда они были красивыми многоэтажками, однако сейчас это была жуткая серая постройка с кривыми балконами из пластика и сайдинга самых жутких и неприглядных цветов. Даже белый пластик смотрелся как хлам с чёрными точками и неровными краями. Велиал жил на 8-м этаже в однокомнатной квартире, очень часто лифт не работал, а когда всё же он открывал свои двери, в него было страшно заходить. Он скрипел при каждом движении и тормозил на этажах рывками и неохотно. 

Когда Каира впервые попала к нему в квартиру, она подумала, что жильё не очень ему подходит. В единственной комнате с миниатюрным балконом (его даже балконом только с натяжкой можно назвать), совсем не было штор. Велиал объяснил, что любит больше света, а шторы забирают половину себе. В квартире был явный перебор с белым цветом. Белый потолок с лепниной выглядел слишком вычурно, белая хрустальная люстра была слишком дорогой для этого места. От балкона стены были нежно голубыми, но затем они заканчивались декоративными античными колоннами, и дальше шли обои мраморно-белого цвета. Вся мебель была белой: книжная полка, длинная тумба, полка над письменным столом, крутящийся стул, кресло, диван, палас, и только телевизор смотрелся странным чёрным пятном на стене.

На стене слева висели белые шторы, которые закрывали какую-то доску. Велиал сказал, что работает над творческим проектом и пока не завершит не покажет. Он также взял честное слово с Каиры, что она ни под каким предлогом не посмотрит туда. Каира дала слово и честно его держала. Обычно девушка делала свои уроки в его рабочей зоне, а он молча наблюдал за ней. Когда нужно было прочесть книгу к уроку литературы, Каира садилась на диван рядом с Влиалом, клала ему на колени подушку и читала, лёжа на ней. Велиал всегда в такие моменты молчал, иногда он играл с её волосами, иногда наизусть зачитывал огромные отрывки из романов. Когда Каира приступила к изучению «Мастера и Маргариты» он легко на память рассказывал по 2-3 страницы произведения. Видно было, что он мог и больше, но сдерживал себя и обрывал на полуслове, смутившись проявлению своих чувств. Иногда они говорили и о чём-то более приземлённом, но и тогда Велиал умудрялся рассказать какой-нибудь малоизвестный факт или преподать эти истории, как детектив или авантюрное приключение. 

Так они и жили. Каира хотела чего-то большего, но Велиал находил способ отвлечь её или мягко отстранял. Каира не очень понимала, но не оставляла попыток сблизиться с ним больше, чем сейчас. Девочка лежала на его коленях и читала с упоением книгу Булгакова. Пожалуй, это всего лишь второй раз в жизни, когда в школьной программе ей попалась книга с захватывающим сюжетом. Велиал посмотрел в книгу, увидел место, которое она читает и вдруг наизусть процитировал: «Надо сказать, что квартира эта – N 50 – давно уже пользовалась если не плохой, то, во всяком случае, странной репутацией. Еще два года тому назад владелицей ее была вдова ювелира де Фужере. Анна Францевна де Фужере, пятидесятилетняя почтенная и очень деловая дама, три комнаты из пяти сдавала жильцам: одному, фамилия которого была, кажется, Беломут, и другому – с утраченной фамилией.»

- Ты знаешь этот роман наизусть? – воскликнула с улыбкой Каира.

-Ну… да, я знаю некоторые места наизусть. Нравится он мне. Скажем так, тема мне очень близка, - засмеялся Велиал.

- Не думала, что ты религиозен.

- Ну, не то, чтобы… но, что-то есть, - уклончиво ответил рыжий парень.

- Да и на любителя мистики ты не похож, - уверенно заявила Каира.

- Что ты говоришь! – притворно воскликнул Велиал. – Правда не похож?

- Совсем.

- А много ты встречала тех, кто увлекается мистикой или магией?

Каиру вопрос поставил в тупик. Она пыталась в уме перебрать своих знакомых, но никто не увлекался мистикой, разве только ужасы любят смотреть, да в магические РПГ-эшки резаться. И девочка была вынуждена признать, что таких знакомых у неё нет.

- Кажется, я таких людей не встречала.

- Тогда откуда знаешь, как они выглядят?

-М-м-м-м… - игриво прикрыла глаза Каира, глядя на Велиала. – Так ты мистик? Религиозный мистик? Веришь в ангелов и демонов?

Велиал посмотрел на Каиру, которая сидела напротив него на диване и смотрела на него. Слегка прищурив взгляд. Её голубе глаза сверкали словно бриллианты, а каштановые волосы напоминали шёлк, при свете энергосберегающих ламп. Ему казалось, что в этом взгляде появилась скрыта настороженность и любопытство. А может она о чём-то догадалась, потому такие вопросы? 

- А ты разве не веришь в них? – ответил он вопросом на вопрос.

- Нет никаких свидетельств реального существования ангелов и демонов.

- А может ты просто не видела этих свидетельств? Или не захотела видеть? – вдруг спросил Велиал и его взгляд был серьёзным и даже цепким.

- Разве можно не заметить существование таких существ?

- О… - только и сказал Велиал. – Существ, да?.. Существ, это в смысле не людей, ты имеешь ввиду, да?

- Ну… да, - ответила Каира. – Судя по тому, что о них говорят и пишут, они явно не люди, а какие-то существа.

- То есть ты думаешь, что люди Земли – это венец природы, а все остальные … существа? Или даже животные? – угрожающе нахмурил брови Велиал. В его лице появилось глубокое презрение к людям. К Каире…

- Нет, конечно, - ответила Каира. – Я не это имела ввиду…

Но Велиал её уже перебил:

- Люди живут и ничего вокруг не замечают, кроме самих себя. Вечно натворят зла, а потом ждут прощения. И самое обидное, что их и правда прощают.

- Велиал, ты меня не верно понял. Я хотела сказать…

- А знаешь, не важно, - снова перебил Велиал. – Я принимал желаемое за действительное. Нам не стоит больше встречаться.

- Что? – не поверила своим ушам Каира.

- Ты слышала. Я не хочу продолжать встречаться с тобой. Дружба с тобой – это глупо и опрометчиво с моей стороны. И ты слишком юна, чтобы работать, как взрослая с кассой и деньгами. Я найду нового работника на эту должность.

- Велиал, - возмутилась Каира. - ты обиделся из-за гипотетического разговора о религии? Моё мнение о мифических существах может отличаться от твоего и это нормально!

- Мифических существах? – переспросил Велиал и невесело засмеялся. – Я… Какой-же я дурак! Как я мог повестить на дружбу с малолеткой? Иди, Каира. Иди и больше не приходи сюда. 

- Ты делаешь из мухи слона, - покачала головой Каира. Собрала свои учебники, бросила в чёрный рюкзак, тяжело вздохнула и ушла в морозный день. Велиал облокотился рукой на косяк двери и закрыл глаза. Он чувствовал что-то очень нехорошее в сердце. Словно игла пронзила его и не даёт ему биться в полную силу. Мир как-то померк и вновь навались на него хандра и безразличие. 

Каира вернулась к Лайзе и ничего ей не сказала. Почему-то она не верила, что они поссорились с Велиалом на долго. Ей казалось, что он вот-вот позвонит и скажет, что пошутил, или попросит её вернутся. Но прошёл день, прошёл второй, прошла неделя, а Велиал так и не позвонил. Каира притворялась, что ходит на работу и встречается с Велиалом и начала проводить время в торговых центрах, бесцельно слоняясь среди магазинчиков. Итак, она случайно нашла другую работу. Стала продавать гелевые шары после школы и в выходные. Зарплата была не большая, но зато для Каиры очень даже хорошая. Официально её никто не оформлял, так что и не имело значения, сколько ей лет. С момента, когда Каира нашла новую работу, ей стало намного легче. Снова появились деньги, и она могла вести достойную жизнь не за счёт подруги или бывшего парня. 

В классе обстановка стала намного лучше, после происшествия с Кобылкиной. Одноклассники стали относится к Каире более благосклонно и дружелюбно. Девочки уже приветливо улыбались. Мальчишки все здоровались, услужливо придерживали дверь, просили дать списать и общались с ней, как давней подругой. Ромка Рюмкин тайно дарил Каире маленькие подарочки: то яблоко девочка обнаружит в рюкзаке, то милый блокнотик, то магнитик. Ромка думал, что Каира не догадывается, кто автор анонимных подарков, но это было не так. Каира сразу определила, что это он, когда получила милый блокнотик и улыбнулась подарку, но при этом Каира заметила реакцию Ромки в отражении оконного стекла. Но раз он не набрался смелости признаться, то и она молчала. А вот Илья Лисин был другого склада, он бросал на Каиру таинственные взгляды, иногда улыбался ей, вежливо здоровался, остроумно шутил, когда Каира была рядом, старался её защитить от всего. Он вроде бы открыто и не заявлял, что девочка ему нравится, но с другой стороны всем было и так это понятно. Никто не смеялся над чувствами Ильи, никто не подтрунивал на Каирой. 

Пока девушка встречалась Велиалом, она не замечала этих знаков внимания, но, когда рыжего парня не стало, Каира стала замечать и других мальчиков, тем более Илья был немного похож на него. Он был тоже рыжим, но только стрижка у него была коротка и волосы озорно стояли, словно он был ёжиком или одуванчиком. Глаза у Ильи были ярко-синими, немного милых веснушек, тонкие губы. Характер у Ильи лёгкий, он любил шутки, но при этом был ответственным. Уже несколько дней подряд он умудрялся остаться с Каирой после уроков и проводить её и Лайзу до дома, при этом он галантно нёс рюкзаки обеих девочек. Лайзе это очень нравилось, и она просила Каиру не проявлять свой вредный характер и потерпеть немного Илью. Каира перестала морщить свой носик и вскоре заметила, что Илья очень даже приятный собеседник. Им обоим понравился роман Булгакова, и они даже иногда его обсуждали, сидя в школьном кафе. 

Поскольку в классе всё пришло в норму, Каира оплатила экскурсию в художественный музей, которую организовал историк Акакий Баянович, которого все ученики за глаза называли просто Баянович. В Мурманском художественном музее открылась выставка «Купеческие портреты», туда и повёз учеников историк, чтобы школьники воочию увидели быт купцов в России. А школьники очень любили экскурсии, потому что из-за них отменялась какая-то часть уроков, что всегда приносило радость. 

Каира впервые приехала с классом на экскурсию и ей было очень интересно слушать экскурсовода, Илья не отставал от неё ни на шаг, хотя казалось, что он тоже увлечён рассказом женщины-гида. Каира внимательно разглядывала портеры людей, которые уже давно умерли. Бородатые дядьки и тётеньки в длинных платьях. Каира смотрела картину, где была нарисована богатая комната с резным столом и множеством мягких диванчиков. Люди сидели в разных частях комнаты: дети стояли, мужчины сидели на креслах, женщины стояли у стола, старушка вязали у окошка, а почти в пороге стоял молодой человек. У Каиры ёкнуло сердце: рыжий молодой человек, чьи длинные волосы были собраны в хвост. Художник передал точные черты лица, даже янтарные глаза и холодную насмешку. Рыжий парень был одет в форму гимназиста тех времён. Каира просто взгляда не могла оторвать от фигурки с рыжими волосами, которая небрежно облокотилась на комод у входа в комнату. Девочка опустила глаза и прочла надпись под картиной: «Картина Неизвестного художника. Портрет семьи Вадбальских.XIX век».

- О, Каира, ты остановилась у довольно интересной картины, - заметив интерес девочки, сказала экскурсовод. – Это портрет старинной семьи Вадбальских, которые в родстве с русскими князьями. Это портрет очень долго находился в имении Вадбальских, и только в наши дни потомки передали картину музею. К тому же родственники помогли опознать каждого из изображённых на картине.

- Правда? – заинтересовалась Каира. – А где можно узнать их имена и кем они друг другу приходятся?

- У нас есть брошюра, посвящённая этому семейному портеру. Там есть репродукция картины и список имён людей, которые изображены на семейном портрете, - ответила гид. – Брошюра стоит 50 рублей. Но, если вам стало сильно любопытно, то вот этот старичок и эта прелестная молодая женщина в синем платье — это супруги Вадбальские: Тимофей и Валентина. Рядом с купчихой Вадбальской стоит её родная сестра Евгения, которая была замужем за полковником Далматовым и осталась вдовой. Её муж наделал много долгов. Потому Евгения и её сын Олег, который изображён сразу за матерью, остались на улице и вынуждены были просить помощи у сестры. К моменту написания этой картины Евгения прожила с ними уже 5 лет. Рядом с отцом, купцом Вадбальским сидят два его любимых сына: старший гимназист Евлампий и младшенький Иаков. У окна сидит мать Евгении и Валентины – купчиха Сабина Елестратовна Табашникова, а у входа стоит рыженький гимназист, воспитанник купца Вадбальского Велимир Етеръ, которого он взял на попечение.

- И что с ними стало?

- С семьёй Вадбальских?

- Ну да, с теми, кто на картине? – Каиру, конечно, не интересовали все члены семьи, только Велимир, но она не хотела привлекать внимание к нему.

- Ну, купец Тимофей Вадбальский застрелился, его жена Валентина окончила свои дни в психлечебнице. Евгения Далматова, попала в тюрьму за кражу царских драгоценностей на балу, её сын пошёл в армию и был случайно затоптан лошадью. Купчиха Табашникова умерла через 2 дня после завершения этой картины – поперхнулась за завтраком. Иаков, младший сын, купца умер от чахотки. А вот Евлампий прожил долгую жизнь, был трижды женат, у него родилось около 20 детей от трёх жён. После его смерти они начали войну за наследство, которая идёт до сих пор уже третье поколение. 

- А воспитанник купца? – не удержала Каира.

- Ну, о Велимире мы мало, что смогли узнать. Он будто исчез. Парень жил с Вадбальсикими. Учился с Евлампием, а потом ничего о нём не известно. Мы искали сведения о нём, но не нашли ни записей о его рождении, ни записей о его смерти. Вероятно, это был какой-то сирота из другого региона, который после учёбы в гимназии уехал жить в другой город или даже другую страну. Никаких документальных свидетельств его существования, кроме этой картины, найдено не было. Даже в документах купца Вадбальского о нём ничего не сказано, кроме одного единственного письма. Письмо купца Тимофея Вадбальского своему другу, директору Учительского института в Санкт-Петербурге Карлу Карловичу Сент-Илеру. Он написал своему другу о то, то взял себе воспитанника того-же возраста, что и старший сын. Он просил Карла Карловича помочь определится с будущим юноши. Однако ответного письма найдено не было, а в списках учеников института никогда не мелькало имя Велимира Етеръ. Потому, судьба этого юноши не известна.

Каира очень долго находилась под впечатлением от картины. Она понимала, что это конечно-же не Велиал, но вероятно его родственник. И только сейчас у неё мелькнула мысль, что она даже фамилии Велиала не знает. Может его фамилия Етеръ? Может это его предок на картине? Он был очень похож на Велиала. Каира купила на выходе брошюрку с этой картиной и вдруг решилась сходить к Велиалу в гости. Может быть, если она покажет ему его точную копию на картине, они помирятся и всё забудется. Прямо из музея Каира поехала к Вилиалу, она с замиранием сердца поднялась на 8-й этаж и позвонила в заветную дверь.

Дверь открыла ей незнакомая полуголая девушка.

- Вам кого? – спросила она.

А Каира, увидев её просто не могла ни слова произнести, вдруг кто-то подошёл к двери и сильнее её распахнул, чтобы увидеть посетителя. Это был Велиал, и таким Каира ещё никогда его не видела. Она словно замёрзла и забыла, как дышать. Велиал выглядел, как с глубокого похмелья, его рыжие волосы были небрежно растрёпаны, на губах играла усмешка, белая рубашка просто накинута на голое тело и не застёгнута. Каира отрицательно качнула головой и пробормотала, что-то типа «Простите, кажется я ошиблась адресом». Девушка развернулась и ушла.

Велиал не ожидал увидеть Каиру. Он действительно уже несколько дней подряд кутил, но, когда он открыл дверь и увидел её, его сердце словно пару раз споткнулось. Оно стало биться не так, как всегда. Безусловно Каира влияла на него и это влияние начало пугать Велиала. Возможно, он правильно сделал, что расстался с ней, но глубоко в сердце у него появилось желание увидеть её ещё раз. Он чувствовал ноющую боль, будто болел зуб. Желание развлекаться с девицей сразу пропало, и он отправил её восвояси, а сам подошёл к окну и смотрел в след Каире.

Каира сжала кулаки и твёрдо шла к остановке. Она твердила про себя, как заклинание только одни слова: «Я не буду плакать. Я не буду плакать. Я не буду плакать».

После этого дня Каира стала опять молчаливой и склонной к одиночеству. В её глазах появилась грусть, но в этот раз ей не удалось поставить стену между собой и одноклассниками. Таисия Обарина постоянно с ней разговаривала, и даже на уроках кидала ей записки, а Аврора Набиева вообще пересела к ней за парту. Девочки постоянно её тормошили, водили её в столовую, шушукались с ней на перемене, Каира просто не смогла оттолкнуть их. Они били настолько искренними, что Каира сама, не замечая этого, потянулась к ним. Тут же на горизонте всегда маячил Илья Лисин, симпатичный рыженький одноклассник. Он, заметив, что Каира, вдруг загрустила, стал чаще шутить, и откалывать весёлые шутки. Каира просто не могла удержаться, чтобы не улыбнуться. 

Постепенно жизнь стала приходить в норму, Каира научилась жить без Велиала, подружилась с одноклассницами и чувствовала душевное тепло при общении с Ильёй. Она не то, чтобы его любила, но ей было приятно с ним общаться. Но чем больше улучшались её отношения с одноклассниками, тем больше ухудшались её отношения с Лайзой. Её лучшая подруга почему-то злилась на неё без причины. Они уже не разговаривали, как раньше. Возможно поэтому Каира сильнее потянулась к своим одноклассницам, которые оказались вполне приятными девчонками. По молчаливому согласию никто из никогда не упоминал Таню Кобылкину, и то, что было, когда она училась с ними. 

Велиал вошёл в дом своей подопечной – матери Каиры, которая лежала на прежнем диване, она сейчас прибывала в постоянном сне. Её огромный живот неустанно шевелился, что приносило страшную боль. Демон ввёл её в дрёму, потому что боль не позволит ей доносить дьявольское семя. Неожиданно Велиал почувствовал чьё-то присутствие, он резко обернулся и увидел лысого мужчину в костюме из змеиной кожи.

-Змеиная кожа вышла из моды, - насмешливо сказал Велиал.

- Тебя ждёт хозяин.

- Андромалиус, так-то твой хозяин, а ней мой.

- А я слышал другое. Будто Отец наш так осерчал на тебя, что лишил всех привилегий и чином теперь ты ниже самого последнего беса, - насмешливо сказал лысый мужик, неопределённого возраста.

Велиал усмехнулся, а Андромалиус воздел руку с перстнем Хозяина своего и Велиала скрутило, лишив возможности двигаться. Его выдернули из людской реальности, и он упал на роскошный ковёр 15 века, где ударился о стену из драгоценных рубинов, хрустальная люстра и золотые побрякушки звякнули от его удара. Велиал с трудом поднялся и сверкнул глазами на Жирного мужика, увешанного золотыми украшениями и побрякушками, как ёлка.

- О, Велиал! Я рад, что вы откликнулись на мою просьбу. Слышал я, что вы отрабатываете совой прокол столетней давности, - сказал толстяк с любезной улыбкой.

- Зачем я тебе понадобился, Маммона? – спросил с презрением Велиал. Он всегда терпеть не мог этого толстопузого демона, слишком он был жаден и хитёр, а его вкус в одежде и украшениях оставлял желать лучшего. – Зачем отправил за мной свою собачку?

Андромалиус обижено зашипел и из его рта высунулся змеиный язык, но Маммона поднял руку, успокаивая слугу и предложи Велиалу присесть.

- Видишь ли Велиал, я хочу от тебя услугу.

- От меня? – вскинул брови Велиал.

- От тебя, как низшего демона, - уточнил Маммона. – Это значит, что отказать ты не можешь.

Взгляд Велиала потемнел, но он не смог возразить. Слухи были верны. Велиал любимец Сатаны, был низвергнут со своего чина Правой руки и Третьего князя Тьмы. Чувствуется рука завистника. Может Пифон постарался, или Вельзевул испугался, что Велиал займёт его место, а может и Бельфегор отомстил, как обещал. Теперь это не имело никакого значения. Велиал был страшно наказан и лишён большей части силы демона, прошёл страшные истязания в Ильмегетоне – тюрьме демонов. Сейчас он брошен, как бес на Землю и обязан подчинятся всем демонам. Если он провалится и с новым заданием от Отца, его лишат всех сил и забудут в мире людей, где он немедленно станет смертным. А смертность для демона – страшное наказание. Потому, помимо основного задания, Велиал обязан был подчиняться всем высшим демонам и служить им, как низший демон… как раб…

- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – спросил Велиал.

- Ну, мне поручено было устроить небольшое разрушение. Так сказать, новогодний подарок для Него, однако человек, которого соблазняли это сделать, дело до конца не довёл, украл кое-что у меня и сбежал.

- Полагаю, твой слуга уже вернул украденное? – насмешливо спросил Велиал.

- Вернул, но человек больше не способен продолжать порученное ему дело. Вербовать другого человека – нет времени. Потому я поручаю тебе произвести нужные мне разрушения. Жилой дом должен обрушиться в течении суток и желательно побольше жертв. 

- Ясно, - коротко ответил Велиал.

- Вот адрес, - Маммона протянул листок шёлковой бумаги Велиалу. – Здесь наш человек планировал разрушения, но дело до конца не довёл. Реши вопрос, и я защитою мою просьбу исполненной, что приблизит тебя к возращению Чина. 

Велиал был возращён назад, у него не было желания прислуживать адскому Толстопузу, но ничего другого не оставалась.

 Перед самым Новым годом, 31 декабря, Илья набрался смелости и пригласил Каиру в кафе, в воскресенье. В школе у них уже начались каникулы, Лайза дулась на неё и Каира согласилась, лишь бы ненадолго убежать из дома подруги. В торговом центре она работала с обеда, потому они с Ильёй выбрали тёплое, уютное кафе рядом с ТЦ «Ройял Плаза», где Каира работала. Милое кафе «Радужный кролик» было украшено к новогоднему празднику, в воздухе витали ароматы корицы и апельсина. В кафе были постелены на круглых столиках разноцветные однотонные скатерти и развешаны гирлянды, мишура и дождик. Каира и Илья сели за столик у большого панорамного окна. Каира заказала шоколадное пирожное с меренгой «Габия» и кофе бичерин. Илья предпочёл кусочек бисквитного торта «Чудо» и чашечку горячего шоколада. 

За окном шёл снег и было холодно, а в кафе было тепло,и над столиками витали запахи корицы, апельсина и хвои. Илья рассказывал смешную историю о том, как он впервые с родителями поехал в деревню к бабушке, и что он там натворил. Каира его слушала и временами её лицо озаряла счастливая улыбка. За окном была шумная дорога, по которой сновали автомобили. На красный свет притормозил чёрный мерседес. Длинноволосый рыжий парень со скучающим видом повернул голову и увидел Каиру и её спутника. Он замер. Он не мог отвести взгляда от них. Его сердце совершало странные кувырки и пульс участился. Цвет светофора уже сменился на зелёный, но Велиал не видел этого. Он не мог отвести взгляда от окна. Ему начали сигналить, и тогда Велиалу пришлось начать движение, но только для того, чтобы припарковаться за углом кафе.

Велиал словно выцвел и пошёл к Каире. Она и её новый ухажёр выходили из кафе. Они смеялись, Илья помог ей завязать шарф, чтобы её не продуло. На перекрёстке они попрощались, и Илья вдруг поцеловал Каиру в щёку, а затем со счастливым смехом побежал домой. Каира улыбалась, покачала головой, но в глазах заплясали искорки. Она усмехнулась и тихо сказала вслед Илье:

- Прям детский сад какой-то, - но ей без сомнения понравилось и этот факт просто вывел из себя Велиала. Он даже снова возник на пустом месте, потому что не мог совладать со своими эмоциями. Каира давно ушла, и не могла увидеть его, но сам Велиал словно горел огнём изнутри. Он не мог злится на Каиру, ведь он сам её отверг, но увидев её улыбку, его сердце снова откликнулось. А когда он наблюдал, что она счастлива с другим, с обычным человеком, он вдруг почувствовал ненависть. Ненависть к Илье. Как он мог делать счастливой Его Каиру? Она должно рыдать без него, но нет, Каира вполне счастлива. И в этом виноват этот щенок! Ревность зелёным ядом разливалась по его венам. Его глаза горели уже не адским пламенем. Его заразила Ревность. Он не мог представить, что Каире может понравится кто-то кроме него. А от картины, где Илья прикасается к Каире, ему стало плохо. 

Он вдруг решился и побежал за Каирой, он буквально вырос перед ней из-под земли и перегородил путь.

- Привет, - сказал он.

- Привет, - сказала она.

- Как дела? – спросил он.

- Хорошо, - ответила она.

- Я… Просто хотел узнать, как ты.

- Понятно.

- Тебе… - Велиал пытался найти тему для разговора, потому что Каира даже не попыталась с ним говорить. Она просто отвечала на вопросы, но в глазах не было прежнего тепла. Того тепла, которое когда-то затронуло его сердце и от этого во рту появилась горечь, а в сердце ноющая боль. – Тебе ещё нужна работа? Я могу…

- Нет, работа не нужна, - перебила его Каира. – Знаешь, мне пора.

Каира обошла его, но он окликнул её в отчаянии:

- Каира, а зачем ты тогда приходила?

Каира остановилась. Слегка повернула голову и сказал:

- Это уже не важно, - и девушка натянула шарф повыше, спрятала руки в карманы и быстрым шагом стала удалятся от Велиала. От взгляда Велиала не укрылось, что она плотнее укуталась в шарф, который повязал ей это нахальный сосунок. И снова в нём возникла жгучая ревность, она стала достигать ужасающей силы, и Велиал едва сдерживался. 

Он бы ещё попытался наладить отношения с Каирой, но он обязан был выполнить работу для Адского Толстопуза, как за глаза называли Маммону другие демоны. В взвинченном состоянии он приехал по адресу, который указал Маммона и смотрел на дом, который должен был обрушить, вдруг краем глаза он заметил рыжего пацана. Велиал резко обернулся и увидел ненавистного Илью Лисина. Его злость и ревность не успели улечься, а тут он увидел причину совей злости. Велиал выцвел, словно моль и направился к мальчику. 

Илья шёл со свидания с Каирой окрылённым. Он был так счастлив, что ничего не замечал вокруг, вдруг перед ним возникла девочка, в которой Илья узнал лучшую подругу Каиры. «Как же её звали? – подумал Илья. – Кажется Лиза…»

- Привет, - поздоровался он вслух. – Ты подруга Каиры? Я тебя помню. Лиза, правильно?

- Лайза, - поправила брюнетка. – Илья, я очень давно хотела с тобой поговорить. Только никак не решалась. А тут… новы год на носу…, и я подумала… я решила, что может быть… Тыпойдёшьсомнойнасвиадние.

Последнее предложение Лайза буквально выпалила, да так, что все слова слились одно и ничего не было понятно

- Что? – переспросил Илья.

- Я… хочу пригласить тебя… ну, знаешь… на свидание – робко повторила Лайза.

Илья глубоко вздохнул и сжал губы, потому что почувствовал себя виноватым. Он посмотрел в глаза девочке и покачал головой.

- Извини, Лайза, но мне нравится другая девочка. 

- У Каиры есть парень! – выпалила Лайза.

- Думаю, что уже нет, - примирительно ответил Илья. – Каира чуть больше 2-х недель назад пришла в школу сильно расстроенной и очень долго ходила грустной. Только сегодня мне удалось её развеселить и даже сходить с ней на свидание. Мне нравится твоя подруга. Прости, Лайза.

Илья смущённо помахал ей рукой и пошёл домой. Глаза Лайзы наполнялись слезами, она надула губы и в мыслях появилась обида на лучшую подругу. «Как она могла так со мной поступить? Живёт в моём доме, ест мою еду, носит мои вещи, да ещё и парня, который мне нравится, решила себе взять! Даже не сказала о ссоре со своим…» И вместе с обидой появилась злость, она, как змея закралась в душу девочки, и наполнила её ядом. Лайза пошла домой, с уже готовым планом действий. Велиал усмехнулся и проследил за Ильёй. В его голове уже возник план. Он исполнит просьбу Маммоны, но слегка изменит её себе на пользу. 

Ранним утром, 1 января, он появился в тёмном подвале дома №8 по Рыбному проезду. Он увидел трещину в фундаменте, которая пока не представляла опасности, но послав на неё импульс своей демонической силы, трещина углубилась и стала сквозной. Велиал глубоко вздохнул, представил ярость Маммоны, который приказал разрушить такой же дом, только напротив, по адресу Проспект Ленина, 64. Этот дом был своеобразным символом, объектом культурного наследия и его обрушение вызвало бы нужный резонанс. Но Велиал не видел большой разницы между ними, этот дом плотно прилегал двум другим домам и составлял единую архитектурную композицию. Какая разница какой из 4-х домов обрушится? Везде живут люди, везде будут жертвы. Вдруг перед Велиалом возник образ Ильи Лисина, который целует Каиру в щёчку и Велиала накрыл гнев. Мощь его ненависти была столь высока, что он закричал и выплеснул энергию на несущую конструкцию фундамента, разрушив её на мелкие кусочки. Потеряв несущую опору, дом застонал, заскрипел, зашуршал, завыл, закачался…

Илья только проснулся, он одел домашнее трико и футболку и прошлёпал босыми ногами на кухню. Его родители уснули минут 30 назад, на столе всё ещё стояли новогодние блюда: остатки канапе с колбасой и сыром, традиционная «шуба» и новинки салатов: «Ёжик», «Королевский» и «Мужская мечта». Сырно-чесночные «рафаэлки» не были оценены гостями и блюдо стояло почти не тронутым. А вот рулетик из лаваша с курицей и сыром понравился всем, потому остались лишь его кусочки в чужих тарелках. На горячее была толчёная картошка с домашними котлетками из свинины. Картофельное пюре пропало, потому что его не убрали на холод, а котлетки всё ещё были ничего, и лежали аппетитной горкой в сковородке. Всюду стояли стаканы с остатками молочного коктейля, рюмки с водкой и фужеры с выдохшимся шампанским. Гости спали в основном в спальне родителей и в зале. Илья осмотрел лениво остатки новогоднего пиршества, но есть ему не захотелось. Он осмотрел всех спящих и с усмешкой пошёл к холодильнику, выпить холодного молока. До него доносились какие-то странные звуки, но мальчик подумал, что кто-то просто включил игру на всю громкость сабвуфера. 

Илья сделал большой глоток холодного молока прямо из тетрапака и даже не потрудился закрыть дверь холодильника. Вдруг пол накренился, мальчик, не ожидавший этого, упал, выронил молоко и заскользил по наклонной. Он упёрся в стену коридора и не мог понять, что происходит. Дом словно складывался во внутрь, как конструктор и бетонные плиты накрывали друг друга. Отовсюду раздались крики и детский плач. Илья пытался добраться до двери, но рухнул в свою спальню под сильным наклоном пола стен. Он ударился о стену и на него сверху упал шкаф, который лишил его сознания. Потому мальчик не почувствовал, когда на него упала бетонная плита стены, придавив его насмерть. Его и всех, кто находился в то утро в «стоквартирном» доме №8. Велиал стоял в стороне невидимым наблюдателем и смотрел, как рушатся стены и перекрытия. Всюду стояли крики, редкие прохожие раннего новогоднего утра опешили, от того, что происходило прямо на их глазах. Стоял страшный скрежет, грохот. Осколки стен, стекла и пластинки металлочерепицы падали всюду. Огромное стекло вдруг упало с пятого этажа и отрезало старушке, стоявшей с открытым ртом, голову. Брызнул фонтан крови, голова старушки с удивлёнными глазами и открытым ртом, откатилась к дверям магазина головные уборы «У Насти». Велиал подумал. Что Маммоне, пожалуй, понравится такое небольшое дополнение к заказу. С угла дома откололся большой кусок бетона и упал на бегущую, беременную женщину, раздавив её вместе с неврождённым малышом. Велиал вздрогнул, когда почувствовал злобу умирающего существа в утробе, потому как не был он человеком. И понял Велиал, что проблемы всё же будут. Один из посевов погиб, не зачтёт Маммона его работу выполненной. Да и чёрт с ним!

Велиал слышал сирены спасательного расчёта и полиции, а «Скорая» стояла уже во дворе. Обрушение почти закончилось. Уцелели лишь стены подъезда до 3-го этажа. Всё остальное лежало по всему периметру закрытого двора. Какие-то части дома, разбив стёкла соседним домам, попали внутрь случайных квартир. Другая часть полностью засыпала тротуар и половину проезжей части. Всюду валялись кровавые вещи: пододеяльники, рваные подушки, кроватки, столы, размазанная еда по остаткам стен. Всюду были части тел: оторванные руки, раздавленные ступни, треснувшие черепа, расплющенные головы, тела, с торчащими железными арматурами.  Велиал убедился, что Илья мёртв, его голова и тело были расплющены и не понятно, человек ли  это вообще? Демон посмотрел на мальчика, развернулся и ушёл лёгкой походкой. Он больше ни о чём не беспокоился и был уверен, что теперь он помирится с Каирой… как только она узнает о трагедии.

© Copyright: Тамара Габриель, 2020

Регистрационный номер №0483181

от 7 ноября 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0483181 выдан для произведения: Белые кучевые облака зависли над советской многоэтажкой. Панельный дом, который смотрелся, как многоэтажный сарай, гордо носил название «стоквартирника», который побил какие-то там рекорды в советские времена, а теперь он бьёт только один рекорд – по количеству трещин в стенах. «Стоквартирник» давно не ремонтировался и с каждым годом всё больше напоминал дом после бомбардировки. В подвале появилась трещина, прямо в самом фундаменте. Но Управляющая компания не заглядывала в подвал уже несколько лет. Мышей травили, бросая у входа в подвал отравленную еду. Никто не делал обходы и не осматривал состояние фундамента, а меж тем трещина увеличилась. Глядя на эту разруху, можно было подумать, что все наши беды от людского безразличия, и в большинстве случаев всё так и есть, но не сейчас. В сумраке подвала сгустилась тень, чёрный комок появился, из ниоткуда и стал расти. Он словно стягивал реальность вокруг себя и вскоре бесшумно взорвался, оставив вместо себя новую реальность – тёмную фигуру с длинными волосами. Фигура сначала не двигалась, а её лицо невозможно было рассмотреть в сумраке. Лишь, когда силуэт резко воздел руку вперёд, произошло какая-то короткая вспышка красного огня, которая успела осветить красивые черты рыжего молодого человека, глаза которого горели красным огнём ненависти. От его движения или от вспышки непонятного назначения, но трещина в фундаменте многоэтажного здания вдруг стремительно стала расти и разрушать несущую стену. Трещина всё росла и росла, и стала похожа на гигантское дерево, которое вдруг пустило свои курни и на соседние стены. Через 10 минут, трещинами был объят весь фундамент и многоквартирный дом странно зазвучал. Люди, находившиеся новогодним утром дома, почувствовали странную лёгкость и волны, как при землетрясении, а затем им послышался звук, который не был похож ни на что, из того что они слышали в своей жизни. Илья Лисин только проснулся. Он пил молоко прямо из тетрапака, не закрыв дверку холодильника. Вдруг его ноги потеряли точку опоры, а пол кухни заходил ходуном, словно доска для сёрфинга на волнах. Он не удержался и покатился прямо в дверной проём кухни, и ударился о стену коридора...

Некоторое время назад произошли ряд событий, которые и привели к этой ужасной катастрофе, но участники событий даже не догадываются о том, что всё могло бы быть иначе, если бы не стало так, как есть. 

Каира быстро забыла про существование Тани Кобылкиной. В классе к девочке стали относится намного дружелюбнее и перестали хамить и насмехаться над её образом жизни. Она, по-прежнему, жила у подруги по имени Лайза, и казалось, что за это время они стали ещё ближе. Каира встречалась с рыжеволосым красавчиком, продолжала работать у него, хорошо училась и вообще чувствовала себя счастливым человеком. Лайза тоже влюбилась, но скрывала, от подруги кто именно ей нравится, потому что очень стеснялась и не хотела, чтобы Каира её подталкивала к тому, к чему она может быть ещё не готова. 

После тех памятных событий, после которых исчезла Танька Кобылкина, прошло уже почти 3 месяца. На улице стоял конец декабря, и все готовились к Новому году. С Велиалом Каира встречалась каждый день. Раньше они встречались на улице, в парке, но зимой это было бы просто невозможным. Велиал пригласил Каиру к себе, оказывается у него была вполне своя квартира на Скальной улице. Как и другие 90% домов Мурманска, Дом Велиала был построен в далёкие советские времена, и может быть тогда они были красивыми многоэтажками, однако сейчас это была жуткая серая постройка с кривыми балконами из пластика и сайдинга самых жутких и неприглядных цветов. Даже белый пластик смотрелся как хлам с чёрными точками и неровными краями. Велиал жил на 8-м этаже в однокомнатной квартире, очень часто лифт не работал, а когда всё же он открывал свои двери, в него было страшно заходить. Он скрипел при каждом движении и тормозил на этажах рывками и неохотно. 

Когда Каира впервые попала к нему в квартиру, она подумала, что жильё не очень ему подходит. В единственной комнате с миниатюрным балконом (его даже балконом только с натяжкой можно назвать), совсем не было штор. Велиал объяснил, что любит больше света, а шторы забирают половину себе. В квартире был явный перебор с белым цветом. Белый потолок с лепниной выглядел слишком вычурно, белая хрустальная люстра была слишком дорогой для этого места. От балкона стены были нежно голубыми, но затем они заканчивались декоративными античными колоннами, и дальше шли обои мраморно-белого цвета. Вся мебель была белой: книжная полка, длинная тумба, полка над письменным столом, крутящийся стул, кресло, диван, палас, и только телевизор смотрелся странным чёрным пятном на стене.

На стене слева висели белые шторы, которые закрывали какую-то доску. Велиал сказал, что работает над творческим проектом и пока не завершит не покажет. Он также взял честное слово с Каиры, что она ни под каким предлогом не посмотрит туда. Каира дала слово и честно его держала. Обычно девушка делала свои уроки в его рабочей зоне, а он молча наблюдал за ней. Когда нужно было прочесть книгу к уроку литературы, Каира садилась на диван рядом с Влиалом, клала ему на колени подушку и читала, лёжа на ней. Велиал всегда в такие моменты молчал, иногда он играл с её волосами, иногда наизусть зачитывал огромные отрывки из романов. Когда Каира приступила к изучению «Мастера и Маргариты» он легко на память рассказывал по 2-3 страницы произведения. Видно было, что он мог и больше, но сдерживал себя и обрывал на полуслове, смутившись проявлению своих чувств. Иногда они говорили и о чём-то более приземлённом, но и тогда Велиал умудрялся рассказать какой-нибудь малоизвестный факт или преподать эти истории, как детектив или авантюрное приключение. 

Так они и жили. Каира хотела чего-то большего, но Велиал находил способ отвлечь её или мягко отстранял. Каира не очень понимала, но не оставляла попыток сблизиться с ним больше, чем сейчас. Девочка лежала на его коленях и читала с упоением книгу Булгакова. Пожалуй, это всего лишь второй раз в жизни, когда в школьной программе ей попалась книга с захватывающим сюжетом. Велиал посмотрел в книгу, увидел место, которое она читает и вдруг наизусть процитировал: «Надо сказать, что квартира эта – N 50 – давно уже пользовалась если не плохой, то, во всяком случае, странной репутацией. Еще два года тому назад владелицей ее была вдова ювелира де Фужере. Анна Францевна де Фужере, пятидесятилетняя почтенная и очень деловая дама, три комнаты из пяти сдавала жильцам: одному, фамилия которого была, кажется, Беломут, и другому – с утраченной фамилией.»

- Ты знаешь этот роман наизусть? – воскликнула с улыбкой Каира.

-Ну… да, я знаю некоторые места наизусть. Нравится он мне. Скажем так, тема мне очень близка, - засмеялся Велиал.

- Не думала, что ты религиозен.

- Ну, не то, чтобы… но, что-то есть, - уклончиво ответил рыжий парень.

- Да и на любителя мистики ты не похож, - уверенно заявила Каира.

- Что ты говоришь! – притворно воскликнул Велиал. – Правда не похож?

- Совсем.

- А много ты встречала тех, кто увлекается мистикой или магией?

Каиру вопрос поставил в тупик. Она пыталась в уме перебрать своих знакомых, но никто не увлекался мистикой, разве только ужасы любят смотреть, да в магические РПГ-эшки резаться. И девочка была вынуждена признать, что таких знакомых у неё нет.

- Кажется, я таких людей не встречала.

- Тогда откуда знаешь, как они выглядят?

-М-м-м-м… - игриво прикрыла глаза Каира, глядя на Велиала. – Так ты мистик? Религиозный мистик? Веришь в ангелов и демонов?

Велиал посмотрел на Каиру, которая сидела напротив него на диване и смотрела на него. Слегка прищурив взгляд. Её голубе глаза сверкали словно бриллианты, а каштановые волосы напоминали шёлк, при свете энергосберегающих ламп. Ему казалось, что в этом взгляде появилась скрыта настороженность и любопытство. А может она о чём-то догадалась, потому такие вопросы? 

- А ты разве не веришь в них? – ответил он вопросом на вопрос.

- Нет никаких свидетельств реального существования ангелов и демонов.

- А может ты просто не видела этих свидетельств? Или не захотела видеть? – вдруг спросил Велиал и его взгляд был серьёзным и даже цепким.

- Разве можно не заметить существование таких существ?

- О… - только и сказал Велиал. – Существ, да?.. Существ, это в смысле не людей, ты имеешь ввиду, да?

- Ну… да, - ответила Каира. – Судя по тому, что о них говорят и пишут, они явно не люди, а какие-то существа.

- То есть ты думаешь, что люди Земли – это венец природы, а все остальные … существа? Или даже животные? – угрожающе нахмурил брови Велиал. В его лице появилось глубокое презрение к людям. К Каире…

- Нет, конечно, - ответила Каира. – Я не это имела ввиду…

Но Велиал её уже перебил:

- Люди живут и ничего вокруг не замечают, кроме самих себя. Вечно натворят зла, а потом ждут прощения. И самое обидное, что их и правда прощают.

- Велиал, ты меня не верно понял. Я хотела сказать…

- А знаешь, не важно, - снова перебил Велиал. – Я принимал желаемое за действительное. Нам не стоит больше встречаться.

- Что? – не поверила своим ушам Каира.

- Ты слышала. Я не хочу продолжать встречаться с тобой. Дружба с тобой – это глупо и опрометчиво с моей стороны. И ты слишком юна, чтобы работать, как взрослая с кассой и деньгами. Я найду нового работника на эту должность.

- Велиал, - возмутилась Каира. - ты обиделся из-за гипотетического разговора о религии? Моё мнение о мифических существах может отличаться от твоего и это нормально!

- Мифических существах? – переспросил Велиал и невесело засмеялся. – Я… Какой-же я дурак! Как я мог повестить на дружбу с малолеткой? Иди, Каира. Иди и больше не приходи сюда. 

- Ты делаешь из мухи слона, - покачала головой Каира. Собрала свои учебники, бросила в чёрный рюкзак, тяжело вздохнула и ушла в морозный день. Велиал облокотился рукой на косяк двери и закрыл глаза. Он чувствовал что-то очень нехорошее в сердце. Словно игла пронзила его и не даёт ему биться в полную силу. Мир как-то померк и вновь навались на него хандра и безразличие. 

Каира вернулась к Лайзе и ничего ей не сказала. Почему-то она не верила, что они поссорились с Велиалом на долго. Ей казалось, что он вот-вот позвонит и скажет, что пошутил, или попросит её вернутся. Но прошёл день, прошёл второй, прошла неделя, а Велиал так и не позвонил. Каира притворялась, что ходит на работу и встречается с Велиалом и начала проводить время в торговых центрах, бесцельно слоняясь среди магазинчиков. Итак, она случайно нашла другую работу. Стала продавать гелевые шары после школы и в выходные. Зарплата была не большая, но зато для Каиры очень даже хорошая. Официально её никто не оформлял, так что и не имело значения, сколько ей лет. С момента, когда Каира нашла новую работу, ей стало намного легче. Снова появились деньги, и она могла вести достойную жизнь не за счёт подруги или бывшего парня. 

В классе обстановка стала намного лучше, после происшествия с Кобылкиной. Одноклассники стали относится к Каире более благосклонно и дружелюбно. Девочки уже приветливо улыбались. Мальчишки все здоровались, услужливо придерживали дверь, просили дать списать и общались с ней, как давней подругой. Ромка Рюмкин тайно дарил Каире маленькие подарочки: то яблоко девочка обнаружит в рюкзаке, то милый блокнотик, то магнитик. Ромка думал, что Каира не догадывается, кто автор анонимных подарков, но это было не так. Каира сразу определила, что это он, когда получила милый блокнотик и улыбнулась подарку, но при этом Каира заметила реакцию Ромки в отражении оконного стекла. Но раз он не набрался смелости признаться, то и она молчала. А вот Илья Лисин был другого склада, он бросал на Каиру таинственные взгляды, иногда улыбался ей, вежливо здоровался, остроумно шутил, когда Каира была рядом, старался её защитить от всего. Он вроде бы открыто и не заявлял, что девочка ему нравится, но с другой стороны всем было и так это понятно. Никто не смеялся над чувствами Ильи, никто не подтрунивал на Каирой. 

Пока девушка встречалась Велиалом, она не замечала этих знаков внимания, но, когда рыжего парня не стало, Каира стала замечать и других мальчиков, тем более Илья был немного похож на него. Он был тоже рыжим, но только стрижка у него была коротка и волосы озорно стояли, словно он был ёжиком или одуванчиком. Глаза у Ильи были ярко-синими, немного милых веснушек, тонкие губы. Характер у Ильи лёгкий, он любил шутки, но при этом был ответственным. Уже несколько дней подряд он умудрялся остаться с Каирой после уроков и проводить её и Лайзу до дома, при этом он галантно нёс рюкзаки обеих девочек. Лайзе это очень нравилось, и она просила Каиру не проявлять свой вредный характер и потерпеть немного Илью. Каира перестала морщить свой носик и вскоре заметила, что Илья очень даже приятный собеседник. Им обоим понравился роман Булгакова, и они даже иногда его обсуждали, сидя в школьном кафе. 

Поскольку в классе всё пришло в норму, Каира оплатила экскурсию в художественный музей, которую организовал историк Акакий Баянович, которого все ученики за глаза называли просто Баянович. В Мурманском художественном музее открылась выставка «Купеческие портреты», туда и повёз учеников историк, чтобы школьники воочию увидели быт купцов в России. А школьники очень любили экскурсии, потому что из-за них отменялась какая-то часть уроков, что всегда приносило радость. 

Каира впервые приехала с классом на экскурсию и ей было очень интересно слушать экскурсовода, Илья не отставал от неё ни на шаг, хотя казалось, что он тоже увлечён рассказом женщины-гида. Каира внимательно разглядывала портеры людей, которые уже давно умерли. Бородатые дядьки и тётеньки в длинных платьях. Каира смотрела картину, где была нарисована богатая комната с резным столом и множеством мягких диванчиков. Люди сидели в разных частях комнаты: дети стояли, мужчины сидели на креслах, женщины стояли у стола, старушка вязали у окошка, а почти в пороге стоял молодой человек. У Каиры ёкнуло сердце: рыжий молодой человек, чьи длинные волосы были собраны в хвост. Художник передал точные черты лица, даже янтарные глаза и холодную насмешку. Рыжий парень был одет в форму гимназиста тех времён. Каира просто взгляда не могла оторвать от фигурки с рыжими волосами, которая небрежно облокотилась на комод у входа в комнату. Девочка опустила глаза и прочла надпись под картиной: «Картина Неизвестного художника. Портрет семьи Вадбальских.XIX век».

- О, Каира, ты остановилась у довольно интересной картины, - заметив интерес девочки, сказала экскурсовод. – Это портрет старинной семьи Вадбальских, которые в родстве с русскими князьями. Это портрет очень долго находился в имении Вадбальских, и только в наши дни потомки передали картину музею. К тому же родственники помогли опознать каждого из изображённых на картине.

- Правда? – заинтересовалась Каира. – А где можно узнать их имена и кем они друг другу приходятся?

- У нас есть брошюра, посвящённая этому семейному портеру. Там есть репродукция картины и список имён людей, которые изображены на семейном портрете, - ответила гид. – Брошюра стоит 50 рублей. Но, если вам стало сильно любопытно, то вот этот старичок и эта прелестная молодая женщина в синем платье — это супруги Вадбальские: Тимофей и Валентина. Рядом с купчихой Вадбальской стоит её родная сестра Евгения, которая была замужем за полковником Далматовым и осталась вдовой. Её муж наделал много долгов. Потому Евгения и её сын Олег, который изображён сразу за матерью, остались на улице и вынуждены были просить помощи у сестры. К моменту написания этой картины Евгения прожила с ними уже 5 лет. Рядом с отцом, купцом Вадбальским сидят два его любимых сына: старший гимназист Евлампий и младшенький Иаков. У окна сидит мать Евгении и Валентины – купчиха Сабина Елестратовна Табашникова, а у входа стоит рыженький гимназист, воспитанник купца Вадбальского Велимир Етеръ, которого он взял на попечение.

- И что с ними стало?

- С семьёй Вадбальских?

- Ну да, с теми, кто на картине? – Каиру, конечно, не интересовали все члены семьи, только Велимир, но она не хотела привлекать внимание к нему.

- Ну, купец Тимофей Вадбальский застрелился, его жена Валентина окончила свои дни в психлечебнице. Евгения Далматова, попала в тюрьму за кражу царских драгоценностей на балу, её сын пошёл в армию и был случайно затоптан лошадью. Купчиха Табашникова умерла через 2 дня после завершения этой картины – поперхнулась за завтраком. Иаков, младший сын, купца умер от чахотки. А вот Евлампий прожил долгую жизнь, был трижды женат, у него родилось около 20 детей от трёх жён. После его смерти они начали войну за наследство, которая идёт до сих пор уже третье поколение. 

- А воспитанник купца? – не удержала Каира.

- Ну, о Велимире мы мало, что смогли узнать. Он будто исчез. Парень жил с Вадбальсикими. Учился с Евлампием, а потом ничего о нём не известно. Мы искали сведения о нём, но не нашли ни записей о его рождении, ни записей о его смерти. Вероятно, это был какой-то сирота из другого региона, который после учёбы в гимназии уехал жить в другой город или даже другую страну. Никаких документальных свидетельств его существования, кроме этой картины, найдено не было. Даже в документах купца Вадбальского о нём ничего не сказано, кроме одного единственного письма. Письмо купца Тимофея Вадбальского своему другу, директору Учительского института в Санкт-Петербурге Карлу Карловичу Сент-Илеру. Он написал своему другу о то, то взял себе воспитанника того-же возраста, что и старший сын. Он просил Карла Карловича помочь определится с будущим юноши. Однако ответного письма найдено не было, а в списках учеников института никогда не мелькало имя Велимира Етеръ. Потому, судьба этого юноши не известна.

Каира очень долго находилась под впечатлением от картины. Она понимала, что это конечно-же не Велиал, но вероятно его родственник. И только сейчас у неё мелькнула мысль, что она даже фамилии Велиала не знает. Может его фамилия Етеръ? Может это его предок на картине? Он был очень похож на Велиала. Каира купила на выходе брошюрку с этой картиной и вдруг решилась сходить к Велиалу в гости. Может быть, если она покажет ему его точную копию на картине, они помирятся и всё забудется. Прямо из музея Каира поехала к Вилиалу, она с замиранием сердца поднялась на 8-й этаж и позвонила в заветную дверь.

Дверь открыла ей незнакомая полуголая девушка.

- Вам кого? – спросила она.

А Каира, увидев её просто не могла ни слова произнести, вдруг кто-то подошёл к двери и сильнее её распахнул, чтобы увидеть посетителя. Это был Велиал, и таким Каира ещё никогда его не видела. Она словно замёрзла и забыла, как дышать. Велиал выглядел, как с глубокого похмелья, его рыжие волосы были небрежно растрёпаны, на губах играла усмешка, белая рубашка просто накинута на голое тело и не застёгнута. Каира отрицательно качнула головой и пробормотала, что-то типа «Простите, кажется я ошиблась адресом». Девушка развернулась и ушла.

Велиал не ожидал увидеть Каиру. Он действительно уже несколько дней подряд кутил, но, когда он открыл дверь и увидел её, его сердце словно пару раз споткнулось. Оно стало биться не так, как всегда. Безусловно Каира влияла на него и это влияние начало пугать Велиала. Возможно, он правильно сделал, что расстался с ней, но глубоко в сердце у него появилось желание увидеть её ещё раз. Он чувствовал ноющую боль, будто болел зуб. Желание развлекаться с девицей сразу пропало, и он отправил её восвояси, а сам подошёл к окну и смотрел в след Каире.

Каира сжала кулаки и твёрдо шла к остановке. Она твердила про себя, как заклинание только одни слова: «Я не буду плакать. Я не буду плакать. Я не буду плакать».

После этого дня Каира стала опять молчаливой и склонной к одиночеству. В её глазах появилась грусть, но в этот раз ей не удалось поставить стену между собой и одноклассниками. Таисия Обарина постоянно с ней разговаривала, и даже на уроках кидала ей записки, а Аврора Набиева вообще пересела к ней за парту. Девочки постоянно её тормошили, водили её в столовую, шушукались с ней на перемене, Каира просто не смогла оттолкнуть их. Они били настолько искренними, что Каира сама, не замечая этого, потянулась к ним. Тут же на горизонте всегда маячил Илья Лисин, симпатичный рыженький одноклассник. Он, заметив, что Каира, вдруг загрустила, стал чаще шутить, и откалывать весёлые шутки. Каира просто не могла удержаться, чтобы не улыбнуться. 

Постепенно жизнь стала приходить в норму, Каира научилась жить без Велиала, подружилась с одноклассницами и чувствовала душевное тепло при общении с Ильёй. Она не то, чтобы его любила, но ей было приятно с ним общаться. Но чем больше улучшались её отношения с одноклассниками, тем больше ухудшались её отношения с Лайзой. Её лучшая подруга почему-то злилась на неё без причины. Они уже не разговаривали, как раньше. Возможно поэтому Каира сильнее потянулась к своим одноклассницам, которые оказались вполне приятными девчонками. По молчаливому согласию никто из никогда не упоминал Таню Кобылкину, и то, что было, когда она училась с ними. 

Велиал вошёл в дом своей подопечной – матери Каиры, которая лежала на прежнем диване, она сейчас прибывала в постоянном сне. Её огромный живот неустанно шевелился, что приносило страшную боль. Демон ввёл её в дрёму, потому что боль не позволит ей доносить дьявольское семя. Неожиданно Велиал почувствовал чьё-то присутствие, он резко обернулся и увидел лысого мужчину в костюме из змеиной кожи.

-Змеиная кожа вышла из моды, - насмешливо сказал Велиал.

- Тебя ждёт хозяин.

- Андромалиус, так-то твой хозяин, а ней мой.

- А я слышал другое. Будто Отец наш так осерчал на тебя, что лишил всех привилегий и чином теперь ты ниже самого последнего беса, - насмешливо сказал лысый мужик, неопределённого возраста.

Велиал усмехнулся, а Андромалиус воздел руку с перстнем Хозяина своего и Велиала скрутило, лишив возможности двигаться. Его выдернули из людской реальности, и он упал на роскошный ковёр 15 века, где ударился о стену из драгоценных рубинов, хрустальная люстра и золотые побрякушки звякнули от его удара. Велиал с трудом поднялся и сверкнул глазами на Жирного мужика, увешанного золотыми украшениями и побрякушками, как ёлка.

- О, Велиал! Я рад, что вы откликнулись на мою просьбу. Слышал я, что вы отрабатываете совой прокол столетней давности, - сказал толстяк с любезной улыбкой.

- Зачем я тебе понадобился, Маммона? – спросил с презрением Велиал. Он всегда терпеть не мог этого толстопузого демона, слишком он был жаден и хитёр, а его вкус в одежде и украшениях оставлял желать лучшего. – Зачем отправил за мной свою собачку?

Андромалиус обижено зашипел и из его рта высунулся змеиный язык, но Маммона поднял руку, успокаивая слугу и предложи Велиалу присесть.

- Видишь ли Велиал, я хочу от тебя услугу.

- От меня? – вскинул брови Велиал.

- От тебя, как низшего демона, - уточнил Маммона. – Это значит, что отказать ты не можешь.

Взгляд Велиала потемнел, но он не смог возразить. Слухи были верны. Велиал любимец Сатаны, был низвергнут со своего чина Правой руки и Третьего князя Тьмы. Чувствуется рука завистника. Может Пифон постарался, или Вельзевул испугался, что Велиал займёт его место, а может и Бельфегор отомстил, как обещал. Теперь это не имело никакого значения. Велиал был страшно наказан и лишён большей части силы демона, прошёл страшные истязания в Ильмегетоне – тюрьме демонов. Сейчас он брошен, как бес на Землю и обязан подчинятся всем демонам. Если он провалится и с новым заданием от Отца, его лишат всех сил и забудут в мире людей, где он немедленно станет смертным. А смертность для демона – страшное наказание. Потому, помимо основного задания, Велиал обязан был подчиняться всем высшим демонам и служить им, как низший демон… как раб…

- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – спросил Велиал.

- Ну, мне поручено было устроить небольшое разрушение. Так сказать, новогодний подарок для Него, однако человек, которого соблазняли это сделать, дело до конца не довёл, украл кое-что у меня и сбежал.

- Полагаю, твой слуга уже вернул украденное? – насмешливо спросил Велиал.

- Вернул, но человек больше не способен продолжать порученное ему дело. Вербовать другого человека – нет времени. Потому я поручаю тебе произвести нужные мне разрушения. Жилой дом должен обрушиться в течении суток и желательно побольше жертв. 

- Ясно, - коротко ответил Велиал.

- Вот адрес, - Маммона протянул листок шёлковой бумаги Велиалу. – Здесь наш человек планировал разрушения, но дело до конца не довёл. Реши вопрос, и я защитою мою просьбу исполненной, что приблизит тебя к возращению Чина. 

Велиал был возращён назад, у него не было желания прислуживать адскому Толстопузу, но ничего другого не оставалась.

 Перед самым Новым годом, 31 декабря, Илья набрался смелости и пригласил Каиру в кафе, в воскресенье. В школе у них уже начались каникулы, Лайза дулась на неё и Каира согласилась, лишь бы ненадолго убежать из дома подруги. В торговом центре она работала с обеда, потому они с Ильёй выбрали тёплое, уютное кафе рядом с ТЦ «Ройял Плаза», где Каира работала. Милое кафе «Радужный кролик» было украшено к новогоднему празднику, в воздухе витали ароматы корицы и апельсина. В кафе были постелены на круглых столиках разноцветные однотонные скатерти и развешаны гирлянды, мишура и дождик. Каира и Илья сели за столик у большого панорамного окна. Каира заказала шоколадное пирожное с меренгой «Габия» и кофе бичерин. Илья предпочёл кусочек бисквитного торта «Чудо» и чашечку горячего шоколада. 

За окном шёл снег и было холодно, а в кафе было тепло,и над столиками витали запахи корицы, апельсина и хвои. Илья рассказывал смешную историю о том, как он впервые с родителями поехал в деревню к бабушке, и что он там натворил. Каира его слушала и временами её лицо озаряла счастливая улыбка. За окном была шумная дорога, по которой сновали автомобили. На красный свет притормозил чёрный мерседес. Длинноволосый рыжий парень со скучающим видом повернул голову и увидел Каиру и её спутника. Он замер. Он не мог отвести взгляда от них. Его сердце совершало странные кувырки и пульс участился. Цвет светофора уже сменился на зелёный, но Велиал не видел этого. Он не мог отвести взгляда от окна. Ему начали сигналить, и тогда Велиалу пришлось начать движение, но только для того, чтобы припарковаться за углом кафе.

Велиал словно выцвел и пошёл к Каире. Она и её новый ухажёр выходили из кафе. Они смеялись, Илья помог ей завязать шарф, чтобы её не продуло. На перекрёстке они попрощались, и Илья вдруг поцеловал Каиру в щёку, а затем со счастливым смехом побежал домой. Каира улыбалась, покачала головой, но в глазах заплясали искорки. Она усмехнулась и тихо сказала вслед Илье:

- Прям детский сад какой-то, - но ей без сомнения понравилось и этот факт просто вывел из себя Велиала. Он даже снова возник на пустом месте, потому что не мог совладать со своими эмоциями. Каира давно ушла, и не могла увидеть его, но сам Велиал словно горел огнём изнутри. Он не мог злится на Каиру, ведь он сам её отверг, но увидев её улыбку, его сердце снова откликнулось. А когда он наблюдал, что она счастлива с другим, с обычным человеком, он вдруг почувствовал ненависть. Ненависть к Илье. Как он мог делать счастливой Его Каиру? Она должно рыдать без него, но нет, Каира вполне счастлива. И в этом виноват этот щенок! Ревность зелёным ядом разливалась по его венам. Его глаза горели уже не адским пламенем. Его заразила Ревность. Он не мог представить, что Каире может понравится кто-то кроме него. А от картины, где Илья прикасается к Каире, ему стало плохо. 

Он вдруг решился и побежал за Каирой, он буквально вырос перед ней из-под земли и перегородил путь.

- Привет, - сказал он.

- Привет, - сказала она.

- Как дела? – спросил он.

- Хорошо, - ответила она.

- Я… Просто хотел узнать, как ты.

- Понятно.

- Тебе… - Велиал пытался найти тему для разговора, потому что Каира даже не попыталась с ним говорить. Она просто отвечала на вопросы, но в глазах не было прежнего тепла. Того тепла, которое когда-то затронуло его сердце и от этого во рту появилась горечь, а в сердце ноющая боль. – Тебе ещё нужна работа? Я могу…

- Нет, работа не нужна, - перебила его Каира. – Знаешь, мне пора.

Каира обошла его, но он окликнул её в отчаянии:

- Каира, а зачем ты тогда приходила?

Каира остановилась. Слегка повернула голову и сказал:

- Это уже не важно, - и девушка натянула шарф повыше, спрятала руки в карманы и быстрым шагом стала удалятся от Велиала. От взгляда Велиала не укрылось, что она плотнее укуталась в шарф, который повязал ей это нахальный сосунок. И снова в нём возникла жгучая ревность, она стала достигать ужасающей силы, и Велиал едва сдерживался. 

Он бы ещё попытался наладить отношения с Каирой, но он обязан был выполнить работу для Адского Толстопуза, как за глаза называли Маммону другие демоны. В взвинченном состоянии он приехал по адресу, который указал Маммона и смотрел на дом, который должен был обрушить, вдруг краем глаза он заметил рыжего пацана. Велиал резко обернулся и увидел ненавистного Илью Лисина. Его злость и ревность не успели улечься, а тут он увидел причину совей злости. Велиал выцвел, словно моль и направился к мальчику. 

Илья шёл со свидания с Каирой окрылённым. Он был так счастлив, что ничего не замечал вокруг, вдруг перед ним возникла девочка, в которой Илья узнал лучшую подругу Каиры. «Как же её звали? – подумал Илья. – Кажется Лиза…»

- Привет, - поздоровался он вслух. – Ты подруга Каиры? Я тебя помню. Лиза, правильно?

- Лайза, - поправила брюнетка. – Илья, я очень давно хотела с тобой поговорить. Только никак не решалась. А тут… новы год на носу…, и я подумала… я решила, что может быть… Тыпойдёшьсомнойнасвиадние.

Последнее предложение Лайза буквально выпалила, да так, что все слова слились одно и ничего не было понятно

- Что? – переспросил Илья.

- Я… хочу пригласить тебя… ну, знаешь… на свидание – робко повторила Лайза.

Илья глубоко вздохнул и сжал губы, потому что почувствовал себя виноватым. Он посмотрел в глаза девочке и покачал головой.

- Извини, Лайза, но мне нравится другая девочка. 

- У Каиры есть парень! – выпалила Лайза.

- Думаю, что уже нет, - примирительно ответил Илья. – Каира чуть больше 2-х недель назад пришла в школу сильно расстроенной и очень долго ходила грустной. Только сегодня мне удалось её развеселить и даже сходить с ней на свидание. Мне нравится твоя подруга. Прости, Лайза.

Илья смущённо помахал ей рукой и пошёл домой. Глаза Лайзы наполнялись слезами, она надула губы и в мыслях появилась обида на лучшую подругу. «Как она могла так со мной поступить? Живёт в моём доме, ест мою еду, носит мои вещи, да ещё и парня, который мне нравится, решила себе взять! Даже не сказала о ссоре со своим…» И вместе с обидой появилась злость, она, как змея закралась в душу девочки, и наполнила её ядом. Лайза пошла домой, с уже готовым планом действий. Велиал усмехнулся и проследил за Ильёй. В его голове уже возник план. Он исполнит просьбу Маммоны, но слегка изменит её себе на пользу. 

Ранним утром, 1 января, он появился в тёмном подвале дома №8 по Рыбному проезду. Он увидел трещину в фундаменте, которая пока не представляла опасности, но послав на неё импульс своей демонической силы, трещина углубилась и стала сквозной. Велиал глубоко вздохнул, представил ярость Маммоны, который приказал разрушить такой же дом, только напротив, по адресу Проспект Ленина, 64. Этот дом был своеобразным символом, объектом культурного наследия и его обрушение вызвало бы нужный резонанс. Но Велиал не видел большой разницы между ними, этот дом плотно прилегал двум другим домам и составлял единую архитектурную композицию. Какая разница какой из 4-х домов обрушится? Везде живут люди, везде будут жертвы. Вдруг перед Велиалом возник образ Ильи Лисина, который целует Каиру в щёчку и Велиала накрыл гнев. Мощь его ненависти была столь высока, что он закричал и выплеснул энергию на несущую конструкцию фундамента, разрушив её на мелкие кусочки. Потеряв несущую опору, дом застонал, заскрипел, зашуршал, завыл, закачался…

Илья только проснулся, он одел домашнее трико и футболку и прошлёпал босыми ногами на кухню. Его родители уснули минут 30 назад, на столе всё ещё стояли новогодние блюда: остатки канапе с колбасой и сыром, традиционная «шуба» и новинки салатов: «Ёжик», «Королевский» и «Мужская мечта». Сырно-чесночные «рафаэлки» не были оценены гостями и блюдо стояло почти не тронутым. А вот рулетик из лаваша с курицей и сыром понравился всем, потому остались лишь его кусочки в чужих тарелках. На горячее была толчёная картошка с домашними котлетками из свинины. Картофельное пюре пропало, потому что его не убрали на холод, а котлетки всё ещё были ничего, и лежали аппетитной горкой в сковородке. Всюду стояли стаканы с остатками молочного коктейля, рюмки с водкой и фужеры с выдохшимся шампанским. Гости спали в основном в спальне родителей и в зале. Илья осмотрел лениво остатки новогоднего пиршества, но есть ему не захотелось. Он осмотрел всех спящих и с усмешкой пошёл к холодильнику, выпить холодного молока. До него доносились какие-то странные звуки, но мальчик подумал, что кто-то просто включил игру на всю громкость сабвуфера. 

Илья сделал большой глоток холодного молока прямо из тетрапака и даже не потрудился закрыть дверь холодильника. Вдруг пол накренился, мальчик, не ожидавший этого, упал, выронил молоко и заскользил по наклонной. Он упёрся в стену коридора и не мог понять, что происходит. Дом словно складывался во внутрь, как конструктор и бетонные плиты накрывали друг друга. Отовсюду раздались крики и детский плач. Илья пытался добраться до двери, но рухнул в свою спальню под сильным наклоном пола стен. Он ударился о стену и на него сверху упал шкаф, который лишил его сознания. Потому мальчик не почувствовал, когда на него упала бетонная плита стены, придавив его насмерть. Его и всех, кто находился в то утро в «стоквартирном» доме №8. Велиал стоял в стороне невидимым наблюдателем и смотрел, как рушатся стены и перекрытия. Всюду стояли крики, редкие прохожие раннего новогоднего утра опешили, от того, что происходило прямо на их глазах. Стоял страшный скрежет, грохот. Осколки стен, стекла и пластинки металлочерепицы падали всюду. Огромное стекло вдруг упало с пятого этажа и отрезало старушке, стоявшей с открытым ртом, голову. Брызнул фонтан крови, голова старушки с удивлёнными глазами и открытым ртом, откатилась к дверям магазина головные уборы «У Насти». Велиал подумал. Что Маммоне, пожалуй, понравится такое небольшое дополнение к заказу. С угла дома откололся большой кусок бетона и упал на бегущую, беременную женщину, раздавив её вместе с неврождённым малышом. Велиал вздрогнул, когда почувствовал злобу умирающего существа в утробе, потому как не был он человеком. И понял Велиал, что проблемы всё же будут. Один из посевов погиб, не зачтёт Маммона его работу выполненной. Да и чёрт с ним!

Велиал слышал сирены спасательного расчёта и полиции, а «Скорая» стояла уже во дворе. Обрушение почти закончилось. Уцелели лишь стены подъезда до 3-го этажа. Всё остальное лежало по всему периметру закрытого двора. Какие-то части дома, разбив стёкла соседним домам, попали внутрь случайных квартир. Другая часть полностью засыпала тротуар и половину проезжей части. Всюду валялись кровавые вещи: пододеяльники, рваные подушки, кроватки, столы, размазанная еда по остаткам стен. Всюду были части тел: оторванные руки, раздавленные ступни, треснувшие черепа, расплющенные головы, тела, с торчащими железными арматурами.  Велиал убедился, что Илья мёртв, его голова и тело были расплющены и не понятно, человек ли  это вообще? Демон посмотрел на мальчика, развернулся и ушёл лёгкой походкой. Он больше ни о чём не беспокоился и был уверен, что теперь он помирится с Каирой… как только она узнает о трагедии.
 
Рейтинг: +1 40 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!