Тришка

28 мая 2014 - Елена Долгих
У соседей Корбкиных была кошка. Трёхцветная. С маленьким хвостом, совсем маленьким – в два позвонка. Что за порода? Не знал никто, НО кошка была необычной, а это главное. Когда сотрудница на работе предложила Галине кошку - « Ах, совершенно необычайную!» - именно необычайность и сыграла роль.
Галина принесла кошку домой, муж Андрей глянул:
- Дворовая дрянь, просто отрезали хвост. Эх, бабы!
Сынишка влюбился в кошку с первого взгляда:
- Мааам! Давай оставим! 
Галина засомневалась, но муж решил проблему одним махом:
- На дачу её, пусть мышей ловит.
Кошку увезли на дачу, сын Никита, хорошо знавший английский язык, назвал её Сорри, что означало «извините», инцидент был исчерпан. 

Сорри оправдывала своё имя. Если отец начинал ругаться, что они зазря кормят эту дармоедку, то кошка в течение двух часов ловила и приносила к порогу мышку. Сидя рядом с добычей, она ждала, когда отец Никиты выходил на крыльцо.
- Моури!! – говорила кошка, что означало «Сорри» на её языке и грациозно исчезала за углом дачи. Андрей довольно почёсывал пузцо:
- Вот, сволочь, всё кумекает!
Лето пролетело незаметно. Никите пора было в школу. Коробкины собирались назад, в город, в свою трёхкомнатную квартиру. Сорри крутилась под ногами, родители то и дело шикали на неё. Собравшись, Никита вдруг обнаружил, что кошка пропала. 
- Сорри! Сорри! – он облазил всё вокруг дома. – Мам! Я без кошки не поеду!
- Глупости! – прикрикнула мать. – Мы уже и так опаздываем! Иди в машину!
Сидя на заднем сидении машины и глядя в окно, Никита хлюпал носом и смахивал слёзы.
- Ничего! – Отец подмигнул ему весело. – Нам Крышкины дают щенка ротвейлера, некогда будет скучать. И потом, кошка с собакой не ужились бы.
Никита вздохнул:
- Сорри бы ужилась… 

Егоровна кошек не любила. То есть, это она так думала. Кошка у них жила в сарае, кормили её три раза в день, сытно кормили. Чего ещё надо? Как ещё кошек любят?
Кошка исправно ловила крыс и мышей – свой хлеб не зря ела, и хозяевами была весьма довольна.
В этот день Егоровна, как обычно осенью, раздумывала - пора собирать урожай тыквы или ещё погодить, тепло ещё вроде. Маленькая изящная кошка подбежала к ней и потерлась о ноги:
- Моурри!!
- Ишь ты, - усмехнулась женщина. – Извиняется! Ещё одна осенюшка прибилась.
«Осенюшками» Егоровна называла животных, которых обычно брали на дачу до осени. Осенью люди уезжали, безжалостно бросая питомцев, обычно это были коты и кошки.
« Не, эту кормить не буду, потом не отвяжется», - подумала Егоровна и занялась по хозяйству. Кошка не отставала, всюду следуя за ней и иногда робко мяукая.

Часа через два, плюнув на принципы, Сорри откровенно выпрашивала еду – голод не тётка, а она не ела уже семь дней, с тех пор, как Андрей запер её в подвале дачи. По чистой случайности ей удалось выбраться оттуда – бабушка Никиты приехала за настойкой из травы. Сорри стрелой пролетела мимо опешившей женщины и скрылась в траве. Мария Викторовна так и не поняла, что это было. Опасливо заглянув внутрь подвала, она быстро взяла настойку и закрыла дверь. Дочке она по телефону рассказала о случившемся, но Галина не вникала особо в жалобы матери, ответив равнодушно:
- Чёрт знает что! Надо будет проверить.

Сорри включила свой самый громкий моторчик и ещё сильней стала льнуть к ногам Егоровны, не давая прохода.
- Вот зараза! – не злобно ругнулась женщина, и, вздохнув, сказала:
- Пошли уж, накормлю…

Трёхцветная прижилась у стариков, тем более, что старая кошка - почти без нюха и зрения – попала ночью под машину, водитель не углядел, а кошка не успела понять, что случилось. Имя кошке придумала знакомая Егоровны.
- Три цвета у ней, стало быть, три шкурки – Тришка!
Сначала Тришка ела без перерыва и спала. Потом, понаблюдав за хозяином, поняла, что он очень болен. Кошка начала его лечить по-своему – тёрлась о ноги и руки, спала поближе к его старым костям, но старик этого не понимал и Тришку с кровати гнал. Она смирилась, принимая всё, как есть.

Зима пролетела быстро. На дачи опять потянулись городские. Егоровна возилась на грядках, Тришка крутилась рядом. За соседкой оградой послышался лай.
- Господи, теперь с собакой приехали, - не отрываясь от работы, пробормотала женщина.
Собак Егоровна боялась, они это чуяли и на неё всегда лаяли.
- Елена Егоровна, здравствуйте! – Никитка пришёл в гости к соседям со своим ротвейлером. Собаке было только восемь месяцев, но выглядела она внушительно.
- Здравствуй, Никитушка. Собака твоя?
- Да. Его зовут Сакс.
Мальчик хотел что-то добавить, но в это время Тришка легко взлетела на столбик ограды:
- Моурри?
- Сорри! – Никита закричал так громко, что ворона на столбе перестала каркать.
Егоровна удивлённо смотрела на мальчика:
-Что с тобой? Чего ты кричишь?
Глянув на кошку, она добавила:
-Это Тришка. Осенюшка. Кто-то выбросил за ненадобностью осенью, она к нам и прибилась.
Кошка пристально смотрела на мальчика зеленющими глазами некоторое время, а потом безмолвно спрыгнула на тропинку и села возле ног Егоровны. Никита приник к забору:
- Сорри! Сорри, это я! Я везде искал тебя. Куда ты делась?
-Моурри!– кошка глянула на мальчика, потом на Егоровну и пошла по дорожке к старику.
Егоровна повернулась к Никите, но того и след простыл. Удивлённая женщина вновь принялась за работу, раздумывая о произошедшем случае.

Вечером на дачную улицу приехала «Скорая Помощь», Егоровна ничего не слышала, крепко спала на чердаке в обнимку с Тришкой. Утром соседка рассказала ей:
- Слышь, Егоровна, кошка- то Коробкиных! Папаня-то в подвале её запер, думал за зиму она окочурится, а она как-то выбралась. Совсем озверел банкир! А мальчонка их всё выведал, кричал на отца-то! Андрей сына толкнул сильно, а тот собаке «Фас!» крикнул, та и фаскнула банкира за руку. Чё творится –то! Никита бегом из дома с собакой, к морю, а на пирсе сорвался в воду. Если б не собака, потонул бы. К утру, температура у сына за 39 –воспаление легких, а папане 4 шва наложили. Вот!

Тришка пропала. Егоровна обошла всю дачу, звала кошку, но она так и не пришла…

Никита метался на подушке, температура не спадала. Галина плакала:
- Андрей, сделай что-нибудь!
- Что я могу? Лучшие врачи здесь! Господи, проклятая кошка всё испортила.
Ни он, ни жена не заметили, как в палату проскользнула маленькая чёрно-бело-рыжая кошка. Уверенно просеменив к кровати, Тришка вспрыгнула на неё и, пройдя по телу мальчика, улеглась ему на грудь. Никита открыл глаза:
- Сорри! – прошептал он. – Ты всё-таки пришла.
- Моурри? (А как же?), ответила кошка и вытянулась во всю длину, стараясь закрыть собой всю грудную клетку мальчика.
Никита вскоре уснул, Тришка-Сорри тоже…

Егоровне снился сон – трёхцветная кошка обнимала мальчика и говорила человеческим голосом: «Вылечу Никиту и вернусь, не волнуйтесь за меня…»

Утром Галина зашла в палату к сыну. Тот крепко спал, очевидно, жар прошёл. Она поцеловала Никиту в лоб и услышала, как тот прошептал:
- Сорри!
- Ничего, сынок, папа не сердится, - шёпотом сказала она и добавила:
- Всё обойдется… 



© Copyright: Елена Долгих, 2014

Регистрационный номер №0217475

от 28 мая 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0217475 выдан для произведения: У соседей Корбкиных была кошка. Трёхцветная. С маленьким хвостом, совсем маленьким – в два позвонка. Что за порода? Не знал никто, НО кошка была необычной, а это главное. Когда сотрудница на работе предложила Галине кошку - « Ах, совершенно необычайную!» - именно необычайность и сыграла роль.
Галина принесла кошку домой, муж Андрей глянул:
- Дворовая дрянь, просто отрезали хвост. Эх, бабы!
Сынишка влюбился в кошку с первого взгляда:
- Мааам! Давай оставим! 
Галина засомневалась, но муж решил проблему одним махом:
- На дачу её, пусть мышей ловит.
Кошку увезли на дачу, сын Никита, хорошо знавший английский язык, назвал её Сорри, что означало «извините», инцидент был исчерпан. 

Сорри оправдывала своё имя. Если отец начинал ругаться, что они зазря кормят эту дармоедку, то кошка в течение двух часов ловила и приносила к порогу мышку. Сидя рядом с добычей, она ждала, когда отец Никиты выходил на крыльцо.
- Моури!! – говорила кошка, что означало «Сорри» на её языке и грациозно исчезала за углом дачи. Андрей довольно почёсывал пузцо:
- Вот, сволочь, всё кумекает!
Лето пролетело незаметно. Никите пора было в школу. Коробкины собирались назад, в город, в свою трёхкомнатную квартиру. Сорри крутилась под ногами, родители то и дело шикали на неё. Собравшись, Никита вдруг обнаружил, что кошка пропала. 
- Сорри! Сорри! – он облазил всё вокруг дома. – Мам! Я без кошки не поеду!
- Глупости! – прикрикнула мать. – Мы уже и так опаздываем! Иди в машину!
Сидя на заднем сидении машины и глядя в окно, Никита хлюпал носом и смахивал слёзы.
- Ничего! – Отец подмигнул ему весело. – Нам Крышкины дают щенка ротвейлера, некогда будет скучать. И потом, кошка с собакой не ужились бы.
Никита вздохнул:
- Сорри бы ужилась… 

Егоровна кошек не любила. То есть, это она так думала. Кошка у них жила в сарае, кормили её три раза в день, сытно кормили. Чего ещё надо? Как ещё кошек любят?
Кошка исправно ловила крыс и мышей – свой хлеб не зря ела, и хозяевами была весьма довольна.
В этот день Егоровна, как обычно осенью, раздумывала - пора собирать урожай тыквы или ещё погодить, тепло ещё вроде. Маленькая изящная кошка подбежала к ней и потерлась о ноги:
- Моурри!!
- Ишь ты, - усмехнулась женщина. – Извиняется! Ещё одна осенюшка прибилась.
«Осенюшками» Егоровна называла животных, которых обычно брали на дачу до осени. Осенью люди уезжали, безжалостно бросая питомцев, обычно это были коты и кошки.
« Не, эту кормить не буду, потом не отвяжется», - подумала Егоровна и занялась по хозяйству. Кошка не отставала, всюду следуя за ней и иногда робко мяукая.

Часа через два, плюнув на принципы, Сорри откровенно выпрашивала еду – голод не тётка, а она не ела уже семь дней, с тех пор, как Андрей запер её в подвале дачи. По чистой случайности ей удалось выбраться оттуда – бабушка Никиты приехала за настойкой из травы. Сорри стрелой пролетела мимо опешившей женщины и скрылась в траве. Мария Викторовна так и не поняла, что это было. Опасливо заглянув внутрь подвала, она быстро взяла настойку и закрыла дверь. Дочке она по телефону рассказала о случившемся, но Галина не вникала особо в жалобы матери, ответив равнодушно:
- Чёрт знает что! Надо будет проверить.

Сорри включила свой самый громкий моторчик и ещё сильней стала льнуть к ногам Егоровны, не давая прохода.
- Вот зараза! – не злобно ругнулась женщина, и, вздохнув, сказала:
- Пошли уж, накормлю…

Трёхцветная прижилась у стариков, тем более, что старая кошка - почти без нюха и зрения – попала ночью под машину, водитель не углядел, а кошка не успела понять, что случилось. Имя кошке придумала знакомая Егоровны.
- Три цвета у ней, стало быть, три шкурки – Тришка!
Сначала Тришка ела без перерыва и спала. Потом, понаблюдав за хозяином, поняла, что он очень болен. Кошка начала его лечить по-своему – тёрлась о ноги и руки, спала поближе к его старым костям, но старик этого не понимал и Тришку с кровати гнал. Она смирилась, принимая всё, как есть.

Зима пролетела быстро. На дачи опять потянулись городские. Егоровна возилась на грядках, Тришка крутилась рядом. За соседкой оградой послышался лай.
- Господи, теперь с собакой приехали, - не отрываясь от работы, пробормотала женщина.
Собак Егоровна боялась, они это чуяли и на неё всегда лаяли.
- Елена Егоровна, здравствуйте! – Никитка пришёл в гости к соседям со своим ротвейлером. Собаке было только восемь месяцев, но выглядела она внушительно.
- Здравствуй, Никитушка. Собака твоя?
- Да. Его зовут Сакс.
Мальчик хотел что-то добавить, но в это время Тришка легко взлетела на столбик ограды:
- Моурри?
- Сорри! – Никита закричал так громко, что ворона на столбе перестала каркать.
Егоровна удивлённо смотрела на мальчика:
-Что с тобой? Чего ты кричишь?
Глянув на кошку, она добавила:
-Это Тришка. Осенюшка. Кто-то выбросил за ненадобностью осенью, она к нам и прибилась.
Кошка пристально смотрела на мальчика зеленющими глазами некоторое время, а потом безмолвно спрыгнула на тропинку и села возле ног Егоровны. Никита приник к забору:
- Сорри! Сорри, это я! Я везде искал тебя. Куда ты делась?
-Моурри!– кошка глянула на мальчика, потом на Егоровну и пошла по дорожке к старику.
Егоровна повернулась к Никите, но того и след простыл. Удивлённая женщина вновь принялась за работу, раздумывая о произошедшем случае.

Вечером на дачную улицу приехала «Скорая Помощь», Егоровна ничего не слышала, крепко спала на чердаке в обнимку с Тришкой. Утром соседка рассказала ей:
- Слышь, Егоровна, кошка- то Коробкиных! Папаня-то в подвале её запер, думал за зиму она окочурится, а она как-то выбралась. Совсем озверел банкир! А мальчонка их всё выведал, кричал на отца-то! Андрей сына толкнул сильно, а тот собаке «Фас!» крикнул, та и фаскнула банкира за руку. Чё творится –то! Никита бегом из дома с собакой, к морю, а на пирсе сорвался в воду. Если б не собака, потонул бы. К утру, температура у сына за 39 –воспаление легких, а папане 4 шва наложили. Вот!

Тришка пропала. Егоровна обошла всю дачу, звала кошку, но она так и не пришла…

Никита метался на подушке, температура не спадала. Галина плакала:
- Андрей, сделай что-нибудь!
- Что я могу? Лучшие врачи здесь! Господи, проклятая кошка всё испортила.
Ни он, ни жена не заметили, как в палату проскользнула маленькая чёрно-бело-рыжая кошка. Уверенно просеменив к кровати, Тришка вспрыгнула на неё и, пройдя по телу мальчика, улеглась ему на грудь. Никита открыл глаза:
- Сорри! – прошептал он. – Ты всё-таки пришла.
- Моурри? (А как же?), ответила кошка и вытянулась во всю длину, стараясь закрыть собой всю грудную клетку мальчика.
Никита вскоре уснул, Тришка-Сорри тоже…

Егоровне снился сон – трёхцветная кошка обнимала мальчика и говорила человеческим голосом: «Вылечу Никиту и вернусь, не волнуйтесь за меня…»

Утром Галина зашла в палату к сыну. Тот крепко спал, очевидно, жар прошёл. Она поцеловала Никиту в лоб и услышала, как тот прошептал:
- Сорри!
- Ничего, сынок, папа не сердится, - шёпотом сказала она и добавила:
- Всё обойдется… 



Рейтинг: +1 255 просмотров
Комментарии (2)
Серов Владимир # 28 мая 2014 в 22:39 0
Прекрасная история! 5min
Елена Долгих # 29 мая 2014 в 01:51 0
Спасибо!))))