Tertius, excessus

29 ноября 2012 - Максим Василенко

 «Самое страшное не в том, что всё так и будет, как мы хотим, а в том, что мы в это верим!»

Эжен Кёршу,

Командор Второго орбитального флота

«Одиночество индивидуума я воспринимаю, как одиночество всего общества в целом. Выход, конечно, есть… Вообще то, безвыходных ситуаций не бывает. Просто не всегда то, что мы подразумеваем под выходом, на самом деле – выход»

Мехмед Сужакалп,

Полный доктор философии, действительный член Всемирной академии наук

«Не стоит будить в человеке то из его начал, к которому нет надобности взывать»

Акакиос Зостикардия,

Доктор медицины, Главный врач международной лечебницы им.И.К.Рейля

 

Фортуна всегда мне улыбалась! Сколько себя помню. Фортуна, по имени Каролина Бриленци…

Я встретился с ней на какой то писательской вечеринке, посвященной летию какого то зануды, возомнившего себя гением пера и бумаги. На самом деле, единственным гением был я, а потому чувствовал себя свадебным генералом.

Нет! Я не преувеличиваю! Я – молод и моден. И ещё: я пишу потрясные вещи. А всё, она, Фортуна!..

 

- Да Вы садитесь, господин Столяров. Садитесь! Разговор у нас предстоит долгий, обстоятельный. Если хотите – курите. Здесь это можно… Меня зовут Серж Бриё. Я – сержант полиции. Но Вы можете называть просто – господин Бриё. А я Вас – господин Столяров.

- Хорошо, - кивнул я. – Только я не курю.

- А-а, не беда! – средних лет человек, сидящий передо мной, широко улыбнулся, и заговорщицки добавил. – Я тоже.

- Скажу прямо! – продолжил он после паузы. - Дела Ваши не так уж и плохи, как Вы могли бы подумать. Скорее всего, Вам инкриминируют превышение самообороны. Ведь так?

Он откинулся на спинку кресла. Возникла пауза. Когда меня уводили из того блока, то мой агент строго настрого запретил мне что либо говорить.

- Ну, по крайней мере, так показывает электронный инспектор. А это уже – половина приговора. С электроникой не поспоришь. Ваш адвокат, разумеется, сделает всё, что бы срок был условным. Да так и будет… Ну, пару лет проторчите в этом модуле, - он вновь улыбнулся. - А потом – гуляй!

Я тоже улыбнулся, вернее, попытался.

- Он, правда… убит?

- Да-а!!! Труп, настоящий!!! - кивнул Бриё. - Я уж не знаю, как это получилось!.. Вернее, знаю. Но отчего-то не верится, что это действительно возможно. Но Вам это удалось!

- Но он набросился на меня… - не выдержал я.

- О-о, не оправдывайтесь, господин Столяров, не надо! Нам всё известно! Всё!!!..

- Ещё бы им не было известно! - в следственную комнату вошёл невысокий подтянутый средних лет мужчина с небольшим планшетом в руке. - Добрый день, сержант.

- А-а, господин Сармузин! Добрый день! - Бриё поднялся и тепло поприветствовал вошедшего.

- Добрый день, господин Столяров! - человек повернулся ко мне. - Я Ваш адвокат, Баграт Сармузин. Я из известной Вам конторы «Лидерман и партнёры».

- А-а… - только и сказал я. Если честно, никогда не слышал о такой конторе. Но вполне может быть, что с ними вёл дела мой агент. Адвокат протянул мне руку для пожатия, затем сел на третье, выплывшее из стены силиконовое кресло.

- А что-нибудь повеселее нельзя включить… И трек не помешал бы, - продолжил меж тем мой адвокат. - Я бы не прочь оказаться в каком-нибудь средневековом замке. Ну, или во дворце Людвига II. Знаешь, всегда хотел побывать в Нойшванштайне.

- Мы только что вошли, Баграт! Да и потом, я не намерен долго здесь находится. Формальностей немного, - Бриё развёл руки. - В общем-то, мне тут даже и делать то особо нечего…

- Ага! И ты просто решил воспользоваться своим служебным положением и поглазеть на настоящего убийцу, - усмехнулся адвокат, сделав акцент на слове «настоящего». - Браслет?

- Разумеется, - широко улыбнулся Бриё. - Да, старина, ты прав! Это исполнители хоть чем-то заняты, а что делать нам, следокам?

- Ага, ты вспомни ещё старые добрые времена…

Они оба рассмеялись. Если честно, я почувствовал себя лишним на этом празднике дознания.

- Дело ясное! - сказал Бриё, отсмеявшись. - Передел допустимой самообороны. Но ты можешь списать на неожиданность. И тогда вообще можно переквалифицировать, как несчастный случай. Ведь он же не знал, что под рукой окажется подсвечник…

- Ты что, Серж, решил сделать за меня работу?

- Типа того…

- Спасибо, дружище! Я всегда знал, что в тебе умер великий адвокат!

Они снова засмеялись. Раньше в Китае, была такая пытка – преступнику щекотали пятки перьями так долго, что у него сдавали нервы. Мои нервы уже были на пределе. Видимо, они этого и ждали.

- Так что тебе поставить, дружище? – вновь отсмеявшись, спросил Бриё.

- Ну-у, я же сказал, какую-нибудь комнату в Нойшванштайне.

- Ага! Так, это – Пиньероль, это – Майерлинг… Это, вообще – Ипатьевский дом. О-о, Шато-Рояль… Крак-де-Шевалье.

- Ты издеваешься? Ты ещё Тауэр покажи. Комнату принцев…

- Баграт! Ты – зануда. Ты это знаешь?

- Да, Серж, я зануда. Но мне нравится Нойшванштайн.

- Дался тебе этот Нойш… - фыркнул Бриё, по-прежнему перелистывая обои с видами замковых покоев. - Ты как моя жена! Ей лишь тропические пляжи подавай. Нежит своё обрюзгшее тело в солярии на фоне каких-нибудь Бермуд, а сама ворчит, что ей скучно со мной жить.

- И потому ты щиплешь за попки молоденьких сотрудниц, - съехидничал Сармузин. - А у тебя что, дома есть солярий?

- Весь мой блок – сплошной солярий! Д и брак – тоже, - они снова засмеялись. Я кашлянул, но это их не остановило. Лишь дознавательская меняла очертания. То она превращалась в охотничий домик в Ропше, то в помещение бункера с нацистской символикой, то вообще, в какой-то Шпандау…

- Вот и остаётся, что щипать, - отсмеявшись, заметил Бриё. – Так что тебе там?

Наконец, программа заставки объявила, что мы в Нойшванштайне. Сармузин удовлетворённо осклабился.

- Ну, вот, то, что доктор прописал!.. Кстати, как твоя нога то?

- А-а, не говори! В четвёртый раз ухлопал кучу денег на восстановительную капсулу. А она – ноет и ноет, проклятая…

- На восстановительную капсулу? Это что – твоя новая отмазка для Берты?

- Ага! - усмехнулся Бриё. - И, оцени! До сих пор работает!

Они перемигнулись, и… опять рассмеялись…

- Фигня какая-то! - щупловатый человек, до этого представившийся доктором Вармхартом, пролистывал на визоре историю моей болезни. - Фигня!.. Нет, ну я понимаю… Мужа Вы убили, самообороняясь. Между нами, я бы поступил точно так же. В этом нет ничего непонятного… Кстати, эта Каролина Бриленци, ещё та… штучка. Я её видел пару месяцев назад на какой-то вечеринке… Так что, то обстоятельство, что её укокошил собственный муж… Правда, не без Вашего участия…

Он хмыкнул, затем потянулся за стаканом сиропа.

- Я понимаю логику Ваших действий, когда Вы укокошили этого придурошного адвоката. Мерзкий тип. Тут я согласен! Зачем он вообще захотел повесить обои этого чёртового Нойшванштайна? Знаете ли, я не хотел бы оказаться в комнате, где лежал труп самоубийцы, пусть и короля. Я понимаю, что Вы защищались, когда рассвирепевший инспектор замахнулся на вас своим протезом… Вообще, не понимаю, смысл ношения в наше время протезов, когда в любой мало-мальски приличной клинике ему бы просто восстановили ногу. Идиот!

Он снова сделал паузу…

- Но Вы то, Вы то – нормальный человек! Не понимаю!

- А что со мной будет, доктор?

- Да, ничего. Подлечим мы Вам нервы и отпустим. Кому Вы нафиг нужны? Здесь уж точно – никому! - он повертелся в кресле и мечтательно уставился в потолок, на котором пролетала стая гусей. Обои показывали раннюю осень, и беседку близ старого деревянного особняка, на которой мы сидели. Два дюжих санитара сидели поодаль на небольшом пирсе, устремлённо играя в рыбалку. Медсестра загорала, закрыв глаза и возлежа в громадном плетёном кресле. Из одежды на ней темнели пара почти параллельных лиловых тряпочек. Доктор вышел из беседки.

- Хильда! Определите нашего друга-писателя на восстановительные процедуры. Последние два дня он явно перенервничал. Начать, пожалуй, можно с купаний, - он повернулся в мою сторону и улыбнулся. - Пойдёмте, искупаемся.

Доктор указал на озеро.

- Вода в бассейне – бодрящая, всего шесть градусов. Вам понравится.

- Спасибо! А что Вы не понимаете, доктор? - спросил я.

Он рассмеялся.

- Я не понимаю, как Вам всё так легко удалось! - наконец, ответил он. - Что ли, Фортуна?!

© Copyright: Максим Василенко, 2012

Регистрационный номер №0097475

от 29 ноября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0097475 выдан для произведения:

 «Самое страшное не в том, что всё так и будет, как мы хотим, а в том, что мы в это верим!»

Эжен Кёршу,

Командор Второго орбитального флота

«Одиночество индивидуума я воспринимаю, как одиночество всего общества в целом. Выход, конечно, есть… Вообще то, безвыходных ситуаций не бывает. Просто не всегда то, что мы подразумеваем под выходом, на самом деле – выход»

Мехмед Сужакалп,

Полный доктор философии, действительный член Всемирной академии наук

«Не стоит будить в человеке то из его начал, к которому нет надобности взывать»

Акакиос Зостикардия,

Доктор медицины, Главный врач международной лечебницы им.И.К.Рейля

 

Фортуна всегда мне улыбалась! Сколько себя помню. Фортуна, по имени Каролина Бриленци…

Я встретился с ней на какой то писательской вечеринке, посвященной летию какого то зануды, возомнившего себя гением пера и бумаги. На самом деле, единственным гением был я, а потому чувствовал себя свадебным генералом.

Нет! Я не преувеличиваю! Я – молод и моден. И ещё: я пишу потрясные вещи. А всё, она, Фортуна!..

 

- Да Вы садитесь, господин Столяров. Садитесь! Разговор у нас предстоит долгий, обстоятельный. Если хотите – курите. Здесь это можно… Меня зовут Серж Бриё. Я – сержант полиции. Но Вы можете называть просто – господин Бриё. А я Вас – господин Столяров.

- Хорошо, - кивнул я. – Только я не курю.

- А-а, не беда! – средних лет человек, сидящий передо мной, широко улыбнулся, и заговорщицки добавил. – Я тоже.

- Скажу прямо! – продолжил он после паузы. - Дела Ваши не так уж и плохи, как Вы могли бы подумать. Скорее всего, Вам инкриминируют превышение самообороны. Ведь так?

Он откинулся на спинку кресла. Возникла пауза. Когда меня уводили из того блока, то мой агент строго настрого запретил мне что либо говорить.

- Ну, по крайней мере, так показывает электронный инспектор. А это уже – половина приговора. С электроникой не поспоришь. Ваш адвокат, разумеется, сделает всё, что бы срок был условным. Да так и будет… Ну, пару лет проторчите в этом модуле, - он вновь улыбнулся. - А потом – гуляй!

Я тоже улыбнулся, вернее, попытался.

- Он, правда… убит?

- Да-а!!! Труп, настоящий!!! - кивнул Бриё. - Я уж не знаю, как это получилось!.. Вернее, знаю. Но отчего-то не верится, что это действительно возможно. Но Вам это удалось!

- Но он набросился на меня… - не выдержал я.

- О-о, не оправдывайтесь, господин Столяров, не надо! Нам всё известно! Всё!!!..

- Ещё бы им не было известно! - в следственную комнату вошёл невысокий подтянутый средних лет мужчина с небольшим планшетом в руке. - Добрый день, сержант.

- А-а, господин Сармузин! Добрый день! - Бриё поднялся и тепло поприветствовал вошедшего.

- Добрый день, господин Столяров! - человек повернулся ко мне. - Я Ваш адвокат, Баграт Сармузин. Я из известной Вам конторы «Лидерман и партнёры».

- А-а… - только и сказал я. Если честно, никогда не слышал о такой конторе. Но вполне может быть, что с ними вёл дела мой агент. Адвокат протянул мне руку для пожатия, затем сел на третье, выплывшее из стены силиконовое кресло.

- А что-нибудь повеселее нельзя включить… И трек не помешал бы, - продолжил меж тем мой адвокат. - Я бы не прочь оказаться в каком-нибудь средневековом замке. Ну, или во дворце Людвига II. Знаешь, всегда хотел побывать в Нойшванштайне.

- Мы только что вошли, Баграт! Да и потом, я не намерен долго здесь находится. Формальностей немного, - Бриё развёл руки. - В общем-то, мне тут даже и делать то особо нечего…

- Ага! И ты просто решил воспользоваться своим служебным положением и поглазеть на настоящего убийцу, - усмехнулся адвокат, сделав акцент на слове «настоящего». - Браслет?

- Разумеется, - широко улыбнулся Бриё. - Да, старина, ты прав! Это исполнители хоть чем-то заняты, а что делать нам, следокам?

- Ага, ты вспомни ещё старые добрые времена…

Они оба рассмеялись. Если честно, я почувствовал себя лишним на этом празднике дознания.

- Дело ясное! - сказал Бриё, отсмеявшись. - Передел допустимой самообороны. Но ты можешь списать на неожиданность. И тогда вообще можно переквалифицировать, как несчастный случай. Ведь он же не знал, что под рукой окажется подсвечник…

- Ты что, Серж, решил сделать за меня работу?

- Типа того…

- Спасибо, дружище! Я всегда знал, что в тебе умер великий адвокат!

Они снова засмеялись. Раньше в Китае, была такая пытка – преступнику щекотали пятки перьями так долго, что у него сдавали нервы. Мои нервы уже были на пределе. Видимо, они этого и ждали.

- Так что тебе поставить, дружище? – вновь отсмеявшись, спросил Бриё.

- Ну-у, я же сказал, какую-нибудь комнату в Нойшванштайне.

- Ага! Так, это – Пиньероль, это – Майерлинг… Это, вообще – Ипатьевский дом. О-о, Шато-Рояль… Крак-де-Шевалье.

- Ты издеваешься? Ты ещё Тауэр покажи. Комнату принцев…

- Баграт! Ты – зануда. Ты это знаешь?

- Да, Серж, я зануда. Но мне нравится Нойшванштайн.

- Дался тебе этот Нойш… - фыркнул Бриё, по-прежнему перелистывая обои с видами замковых покоев. - Ты как моя жена! Ей лишь тропические пляжи подавай. Нежит своё обрюзгшее тело в солярии на фоне каких-нибудь Бермуд, а сама ворчит, что ей скучно со мной жить.

- И потому ты щиплешь за попки молоденьких сотрудниц, - съехидничал Сармузин. - А у тебя что, дома есть солярий?

- Весь мой блок – сплошной солярий! Д и брак – тоже, - они снова засмеялись. Я кашлянул, но это их не остановило. Лишь дознавательская меняла очертания. То она превращалась в охотничий домик в Ропше, то в помещение бункера с нацистской символикой, то вообще, в какой-то Шпандау…

- Вот и остаётся, что щипать, - отсмеявшись, заметил Бриё. – Так что тебе там?

Наконец, программа заставки объявила, что мы в Нойшванштайне. Сармузин удовлетворённо осклабился.

- Ну, вот, то, что доктор прописал!.. Кстати, как твоя нога то?

- А-а, не говори! В четвёртый раз ухлопал кучу денег на восстановительную капсулу. А она – ноет и ноет, проклятая…

- На восстановительную капсулу? Это что – твоя новая отмазка для Берты?

- Ага! - усмехнулся Бриё. - И, оцени! До сих пор работает!

Они перемигнулись, и… опять рассмеялись…

- Фигня какая-то! - щупловатый человек, до этого представившийся доктором Вармхартом, пролистывал на визоре историю моей болезни. - Фигня!.. Нет, ну я понимаю… Мужа Вы убили, самообороняясь. Между нами, я бы поступил точно так же. В этом нет ничего непонятного… Кстати, эта Каролина Бриленци, ещё та… штучка. Я её видел пару месяцев назад на какой-то вечеринке… Так что, то обстоятельство, что её укокошил собственный муж… Правда, не без Вашего участия…

Он хмыкнул, затем потянулся за стаканом сиропа.

- Я понимаю логику Ваших действий, когда Вы укокошили этого придурошного адвоката. Мерзкий тип. Тут я согласен! Зачем он вообще захотел повесить обои этого чёртового Нойшванштайна? Знаете ли, я не хотел бы оказаться в комнате, где лежал труп самоубийцы, пусть и короля. Я понимаю, что Вы защищались, когда рассвирепевший инспектор замахнулся на вас своим протезом… Вообще, не понимаю, смысл ношения в наше время протезов, когда в любой мало-мальски приличной клинике ему бы просто восстановили ногу. Идиот!

Он снова сделал паузу…

- Но Вы то, Вы то – нормальный человек! Не понимаю!

- А что со мной будет, доктор?

- Да, ничего. Подлечим мы Вам нервы и отпустим. Кому Вы нафиг нужны? Здесь уж точно – никому! - он повертелся в кресле и мечтательно уставился в потолок, на котором пролетала стая гусей. Обои показывали раннюю осень, и беседку близ старого деревянного особняка, на которой мы сидели. Два дюжих санитара сидели поодаль на небольшом пирсе, устремлённо играя в рыбалку. Медсестра загорала, закрыв глаза и возлежа в громадном плетёном кресле. Из одежды на ней темнели пара почти параллельных лиловых тряпочек. Доктор вышел из беседки.

- Хильда! Определите нашего друга-писателя на восстановительные процедуры. Последние два дня он явно перенервничал. Начать, пожалуй, можно с купаний, - он повернулся в мою сторону и улыбнулся. - Пойдёмте, искупаемся.

Доктор указал на озеро.

- Вода в бассейне – бодрящая, всего шесть градусов. Вам понравится.

- Спасибо! А что Вы не понимаете, доктор? - спросил я.

Он рассмеялся.

- Я не понимаю, как Вам всё так легко удалось! - наконец, ответил он. - Что ли, Фортуна?!

Рейтинг: 0 140 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!