ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Темница рассудка

 

Темница рассудка

4 октября 2012 - Давид Цибенко

      Кирк кинул тело в багажник и дал понять, что все готово Джеймсу, который сидел за рулем. Луна осветила длинные черные волосы Кирка собранные в хвост, вся его одежда была испачкана кровью. Также алая жидкость была на руках, в которых он держал револьвер. 

    Он сел в машину, кинул оружие в бардачок и обратился к Джеймсу: 
--С тобой все в порядке? Я понимаю…
 
--Да. Все хорошо. Не парься, – уверенно ответил Джеймс, затем спросил – Едем?
 
--Да... – немного помолчав, Кирк снова обратился к нему - Сейчас отвезем труп Биллу, а после отвезешь меня отсыпаться домой.
 
   Джеймс кивнул и завел мотор старенького, но довольно резвого “форда”. Машина сдвинулась с места и поехала по шоссе, которое окутывала непроглядная тьма, и лишь свет фар мог прорезать дорогу.
 
   В темноте окружающие дорогу деревья принимали странные, гротескные формы и иногда пугали своей нестандартной формой.
 
   Тишину, которая царила в машине, прервала серена. В зеркале заднего вида Джеймс увидел полицейскую машину, которая ехала в двадцати метрах от них. 
 
   Паническим взглядом Джеймс посмотрел на Кирка, тот в свою очередь задал ему вопрос:
 
--Ты проверял полицейский маршрут на этом шоссе? Ты же говорил, что здесь копы проезжают раз в полдень.
--Да. Так и есть. Я не знаю от куда тут появилась патрульная машина.  – ответил Джеймс у которого тряслись руки из-за нервов.
 
--Черт… Останавливайся, – приказал Кирк.
 
--Нет… - хотел возразить ему Джеймс, но, встретившись взглядом, с Кирком понял, что этого делать не стоит.
 
   Машина сбросила скорость и подъехав на обочину притормозила.  Полицейская машина в свою очередь притормозила на обочине, сохраняя туже дистанцию из двадцати метров.
 
   Из полицейской машины вышел офицер. Он подошел к форду, постучав в закрытое тонированное окно.
 
   Окно отворилось. Яркий свет фонарика залил машину. Джеймс и Кирк сразу же прищурились от резкой перемены темноты и света.
 
--Добрый день. Вы превысили допустимую здесь скорость и ехали более шестидесяти миль в час.
 
--Простите сер, мы очень спешили, а сейчас на дорогах почти никого и мы не могли причинить никакой ущерб, – с  неуверенностью в голосе ответил Джеймс.
 
   Полицейский проигнорировал его и продолжил:
 
--Ваши водительские права, – повысил тон полицейский.
 
   Джеймс уже хотел передать их в руки офицеру, но прозвучал выстрел. На рубашке копа появилось огромное красное пятно, которое с каждой секундой увеличивалось в своем диаметре.  Он упал на землю, ударившись головой о дверь машины и оставив на ней кровавый след.
 
   Джеймс мгновенно обернулся в сторону Кирка. Тот уже прятал свой револьвер.
 
--Зачем так? – спросил ошарашено Джеймс.
 
--А у тебя был на уме другой выход из этой ситуации? Если нет, значит, просто помолчи, – с небольшим раздражением в голосе проговорил Кирк, затем добавил – Давай лучше выходи на улицу. Нужно кое-что проверить.
 
    Кирк вышел из машины, за ним повторил и Джеймс, который все еще ошарашено, смотрел на Кирка. Тогда он выпустил пулю, чуть не задев ухо Джеймса.
 
    Конечно, Джеймс знал на что он идет, но он не представлял насколько все отличалось от того что он себе представлял.
 
   Кирк кинул ему фонарик, а затем включил его у себя и посветил на мертвого офицера. Его кровь разлилась по асфальту, также красные потекшие следы от его рук остались на двери машины. Кирк направился к полицейской машине. Полицейский после себя оставил открытые двери в патрульной машине. 
 
   Подойдя по ближе, Кирк осветил салон машины. Ничего полезного или странного там не заметив, он хотел уже развернуться и сказать Джеймсу, что все в порядке, но…
   Резкая и тупая боль в затылке свалила Кирка вниз. Он ударился об асфальт, и все в глазах потемнело….

    Очнувшись, Кирк смотрел в густую темноту, которая не отступала. В этот момент ему казалось, что он ослеп, и этот страх заставил Кирка понервничать.  Еще один факт, Кирк не знал где он находиться, и он ничего особо не мог вспомнить. Перед его глазами стояли лишь отрывистые воспоминания.
 
    Кирк помнил лишь свое имя, и последние минуты своей жизни: как он ехал с каким-то человеком в машине, кажется, его звали Джеймсом. Кирк смутно припоминал, как он сам убил полицейского. Но он не помнил, что было дальше. После выстрела в копа – все как в тумане. Как он не старался вспомнить свое прошлое, ничего не получалось. Кирк не мог понять, кем он работал, чем он занимался всю жизнь? Была ли у него семья? Почему он убил полицейского? И кто он такой?
 
   Все эти мысли не давали Кирку покоя. В них он словно маленький ребенок потерялся в толпе и не мог найти своих родителей, так и Кирк, не мог ясно мыслить и выдавить из себя еще хоть чуть-чуть воспоминаний.
 
   Ему послышался чей-то стон, а потом кто-то громко сматерился. К этому времени глаза Кирка привыкли к темноте и кое-как могли различать некоторые вещи.
 
   Кирк находился в небольшой комнате. Он мог различать каменные кирпичные блоки на стенах и на полу.
 
   В дальнем углу комнаты скрючившись, сидел  мужчина. Через несколько секунд, хоть из-за темноты это было и сложно сделать, но Кирк понял, что это Джеймс.
 
    Он узнал Джеймса по голосу, последний голос который Кирк вообще помнил.
 
--Какого черта. Что я здесь делаю? – заорал вдруг Джеймс.
 
--Успокойся. Я сам в такой же ситуации. – сказал тихим голосом Кирк.
 
--Что? Это ты, Кирк? – с надеждой в голосе спросил Джеймс.
 
--Да. Наверное, так меня зовут…
--Слава Богу… Где мы?
 
--Не знаю…
 
   Джеймс хотел было пошевелиться, но сильная боль в руке опять скрючила его. Он завопил, а затем опять сматерился.
 
--Что стряслось? – спросив это, Кирк сразу же встал на ноги и хотел подойти к нему, но его ноги затекли и он упал на холодный каменный пол.
 
--Моя рука.… Кажется, она сломана – заговорил опять Джеймс.
 
   Кирк подполз поближе. Он увидел, что из правой руки Джеймса капала жидкость. Кирк пошарил в карманах и нашел зажигалку. Она осветила небольшую комнату, больше смахивающею на тюремную. С потолка сыпалась штукатурка.
 
   Когда Кирк подвел зажигалку к руке Джеймса, его лицо искривилось от неожиданного омерзения и страха.
 
   Из локтя Джеймса торчала сломанная кость. Его рука буквально висела на коже и от того, чтобы она не оторвалась, спасало лишь то, что он придерживал ее.  Вся одежда Джеймса испачкана в крови, а его лицо сильно избито.
 
--Черт… Ну тебя и потрепало… -- выдавил из себя дрожащим голосом Кирк.
 
   Джеймс испугано поглядывал на свою руку, но боли он не чувствовал из-за шока. Единственным сейчас его чувством был испуг. Да еще и комната, в которой они находились, казалась жуткой во тьме. А когда Кирк засветил зажигалку, она стала еще гротескней.
 
   Шоковое состояние от увиденного не давало Джеймсу выдавить из себя и слова. Все мысли как будто убегали от него, и он не мог полностью понять всю ситуацию. Джеймс беспомощно смотрел на свою израненную руку, которая ели соединялась с его телом. 
 
    Он не чувствовал своей руки, он вообще не чувствовал своего тела, не говоря уже о боли. Слова Кирка доносились к нему с большой задержкой и будто через толстое стекло. Он ели смог разобрать последнее предложение, которое сказал Кирк:
--Тебе нужно обездвижить руку.
 
   Сказав это, Кирк поставил зажигалку на пол, снял из себя рубашку, а затем разорвал ее. После лежания на мокром, грязном каменном полу его рубашка уже не казалась эталоном чистоты и стерильности, но у Кирка не было другого выхода, как воспользоваться ею. Каждая минута на счету, ведь если не поторопиться, с рукой Джеймса ситуация очень усугубиться.
 
   Когда Кирк прикоснулся к руке, то Джеймс ничего не почувствовал. Шоковое состояние давало ему отличный шанс не сойти сума от боли. Но он смотрел на это с огромным ужасом. Даже когда Кирк обездвиживал Джеймсу руку, он хотел дернуться из-за этого. Но все-таки остатки не помутившегося рассудка совладали с ним, и Джеймс не стал это делать.
 
    Как только Кирк закончил с этим давящим на психику делом, как стоящая вертикально на полу зажигалка потухла.
 
    В комнату распахнулись двери, что находились в ее дальней части. Кирк почувствовал ледяной, пробирающий тело сквозняк. Затем, он увидел слабый свет, что доносился из-за двери.
   Кирк уже хотел было привстать и пойти посмотреть что там, но странного рода смех остановил его. Этот хохот, более похожий на истерическую радость взбесившегося психопата, жуткий и вызывавший отвращение. Кирк сразу принял полусогнутую позу, в которой он постоянно был в этой комнате.
 
--Что… что это было? – спросил ошарашенный Джеймс.
 
--Не знаю… -- с дрожью в голосе ответил Кирк, добавив – Ты уже приходишь в себя?
 
--Да, и боль в руке уже дает о себе знать…
 
   И правда. Рука Джеймса болела жутко. Ему казалось, что ее постоянно протыкают чем-то острым и бьют тупым предметом одновременно. Но это было к лучшему, ведь значит, что его рука все еще функционирует, и он ее не утратил.  По крайней мере, он хотел в это верить.
--Сможешь идти? – спросил с надеждой Кирк.
 
--Я попробую… -- неуверенно ответил Джеймс.
 
   Кирк помог ему привстать. Затем опершись о Кирка, Джеймс попробовал сделать пару шагов. У него вышло стать на ноги, но держался на них не уверенно, как алкаш со стажем после недельного запоя.
 
  С некой осторожностью и страхом, они подошли к двери, стараясь ступать очень тихо, не создавая никакого шума.
 
  Миновав дверь, они вошли в длинный коридор, освещающийся старыми люминесцентными лампами, которые накопили огромный слой пыли на себе.
 
   Пока они шли, по бокам в стенах они замечали щели от треснутой каменной кладки. Кирк присмотрелся получше, и заметил то, что это замурованные двери. Он увидел такую картину по всему коридору.
 
--Какие доброжелатели могли нас сюда затащить? – с дрожью в голосе спросил Джеймс.
 
--Не знаю, я утратил память… -- ответил Кирк.
 
--Что ты сказал? – остановившись, переспросил Джейс.
 
--Я утратил память – с таким же тоном что и тогда, ответил Кирк.
 
--То есть ты даже не помнишь, кем был раньше? – с еще большим удивлением спросил Джеймс.
 
--Ни черта не помню… В голове всплывает только как мы ехали в машине и нас остановил коп, и я… я убил его?... Кто я такой Джеймс?
 
--Ты…
 
   Джеймса перебило землетрясение, из-за которого из потолка и стен начали сыпаться кирпичи. Но вместо того, чтобы лампочки разбились и потухли при этом, они наоборот стали светиться все ярче и ярче. Пока их тусклый свет не превратился во что-то иное. Что-то не подвластное описанию. Они буквально искрились своим белым, синтетическим светом, который резал, слепил глаза.
 
   Через несколько секунд Кирк уже ничего ни чувствовал. Даже когда он попытался закрыть глаза, этот неестественный белый свет все еще стоял перед ним. Он как будто упал в кратковременную кому.
 
   Открыв глаза, Кирк не мог понять, где он. Его окружала какая-то странная жидкость. Будто Кирк очутился на дне самого жуткого болота. На вкус она показалась ему очень знакомой, у него было чувство, что с этой субстанцией он очень часто стыкался раньше.
 
   Кирк старался плыть со всех сил вверх. Через двадцать секунд он уже выплыл на поверхность. Он вдохнул на полную грудь, а затем его дыхание замерло на двадцать секунд. Его глазам открылась странная, жуткая картина.
 
    Он находился в огромном бассейне, который был размещен посреди большой залы с круглыми стенами, на которых прикреплены факелы. Бассейн окружали маленькие колодцы.
 
    Когда Кирк присмотрелся, в какой жидкости он все время находился в этом бассейне, несколько прядей его волос посидели.  Кирк с огромной скоростью доплыл до каменной суши и лег на землю пытаясь выровнять дыхание от очередного испуга.
 
   В бассейне была кровь. Самая натуральная человеческая кровь. Он очень глубок, и от мысли, сколько в нем литров крови Кирку становилось еще хуже. 
 
    Факелы на стенах не давали нормального освещения, а только резали Кирку глаза, который и так не мог пока сориентироваться в этом странном месте.
 
    Отдышавшись, Кирк переборол себя и встал на ноги. Но новая порция ужаса атаковала его, но это уже не так шокировало его, как прежде. В колодцах, что окружали бассейн, находилась тоже кровь. 
 
   Он пошел в сторону выхода, к небольшим железным дверям. Подойдя поближе, Кирк увидел странную, выкованную надпись на них: “Interfectorem purgari si transire hoc”.
 
--Кажется надпись на латыни… Жаль что я плохо разбираюсь в ней… – сказал себе под нос Кирк.
   Открыв дверь, ему под ноги упал труп человека. Кирк не удивился этому. Наоборот, он ждал чего-то подобного от такого места, хотя сам не знал, откуда у него такое чувство.
 
    Кирк не мог понять, как относиться к тому, что он не пугался мертвеца. Наоборот он перевернул его на спину, так чтобы можно было разглядеть лицо. Кирк сильно пожалел, что сделал это. Ведь лицо мертвеца ему показалось знакомым, мало того… к Кирку начали возвращаться воспоминания. Конечно, не полностью… Только маленький фрагмент… Но все же.
 
   Кирку казалось, что какая-то маленькая его часть сопротивлялась против тех воспоминаний, которые хлынули ему в голову, и она до последнего боролась с ними. Но все-таки, Кирк вспомнил… Он вспомнил, что за человек лежит у его ног трупом.…
 
    Кирк точно не помнил когда это было, но воспоминания мгновенно приходили в его голову. Пусть они были не очень четкими и все в них было как в тумане, но суть, он уловил их суть… И те догадки, которые приходили к нему ужасали Кирка.
 
    Кирк мог только догадывается кто он такой на самом деле, но любая догадка приводила в ужас. То, что творилось в голове Кирка, заставило его упасть на колени. Его мысли, которые как взбесившиеся метались по его мозгу, пугали, и он не мог с этим борются.
 
    Утратившееся воспоминание постепенно открывало Кирку его настоящего, того кто сидел в нем глубоко внутри, что спрятался, и ожидал  своего часа. Удачного времени, когда можно будет появиться, показать кто он на самом деле.
 
      
    Огромные капли дождя падали и разбивались о асфальт, создавая лужи, которые превращались в ручейки, что текли в канализацию.  Где-то вдалеке гремел гром, который с каждой минутой все усиливался.
 
    Темень на узкой улочке пробивали фонари, служившие единственным источником света здесь. И то множество из них плохо работали, часто мигая, или просто были разбиты. 
 
    В телефонной будке находился человек, который нервно нажимал на кнопки аппарата, часто оборачиваясь и осматриваясь. Казалось, что его паранойя была уже болезнью, ведь у этого мужчины при каждом шорохе или дуновении ветра сразу же охватывал панический страх.
 
   В телефонной трубке пошли гудки. Один гудок за другим резал ему слух. Сейчас было важно, чтобы ему ответили, ведь от этого зависит его жизнь.
   Звук курка револьвера прозвучал за спиной человека держащего телефонную трубку. Дальше он услышал пронзительный холодный голос, который нагнетал еще больше паники:
 
--Вы хотите кому-то позвонить? Они вам уже не помогут. Положите трубку.
 
   Трясущимися руками человек положил трубку на место, тем самым проследовав приказу незнакомца.
 
--Теперь вы должны повернуться ко мне лицом, – скомандовал незнакомец  до омерзительности спокойным голосом.
 
   На сей раз мужчина помешкал, но за тем проследовал приказу и показался перед незнакомцем. Дуло револьвера смотрело ему прямо между глаз, с которых уже текли слезы.
 
--Прошу вас… Не убивайте… Я никому не хотел переходить дорогу, причинять вред или неудобства… Я просто хотел достатка своей семье… Я…
 
   Раздался выстрел, который замаскировался под раскат грома. Молния осветила ударяющееся о таксофон тело, падающее на пол, кровь, которая разлетелась по стеклянным стенам телефонной будки.
 
   Незнакомец спрятал оружие и посмотрел на свои часы, на которые упали несколько капель крови. На них было 2:50, так же указывалась дата 17.07.94.
  Протерев часы, убийца пошел к югу от телефонной будки. Он надел на себя капюшон и спокойно шел по лужам, присвистывая какую-то странную мелодию.
 
                                                                                       
 
   Кирк сейчас понял, что залипал в стену где-то с десять минут. Его состояние трудно было описать, как будто он спал, но не засыпал. И вдруг его мысль сфокусировалась на одном… Кто он?
 
   Это было не видение, и не какой-то бред, что он мог увидеть из-за сильного психического перевозбуждения. Это были его самые настоящие воспоминания, которые он утратил. Теперь нечто одновременно и проясняло и затуманивало ему картину.  Хоть Кирк пытался отвергнуть те мысли, которые ему приходили из-за увиденного, но все-таки, ему приходилось через себя понять, кто он.…
 
   Из-за этого в его голове творилось что-то не ладное. Поверить в то, что ты убийца человеку, который потерял память трудно. Но такому как Кирк – нет.
 
   Странная фраза в этот момент всплыла в его голове: «убийство, как велосипед, не забудешь что да как». Часть Кирка уже понимала кто он, но все-таки еще было некоторое сопротивление этому.
 
    Кирк посмотрел на свои часы. На них было 4:05, 16.05.2003. На полу того мертвеца не было. Он куда-то исчез. Видимо Кирк не заметил, пока разбирался с бардаком в своей голове. Но только теперь он понял, что тот труп был точно такой же, как и тот человек, что был в его воспоминаниях. Даже у этого трупа, что недавно лежал возле Кирка, была огромная дырка от пули межу глазами, такое же ранение что и в его воспоминании.
 
   Он уже не хотел задавать себе логические вопросы, каким образом труп тут оказался, как сохранился, или как вообще об этом кто-то узнал, если Кирк не сидит все еще за решеткой? Эти вопросы лишь усугубили бы ситуацию, которая и так не из лучших. У Кирка в уме был сейчас лишь один вопрос: куда делся труп? Он не мог себе ответить на этот вопрос. Ведь те воспоминания, которые внезапно вернулись в его разум, отвлекли его от этого жуткого кошмара и он мог многое не заметить, даже это. Хотя особых шумов Кирк не слышал, но все же… Этот вопрос не давал ему покоя, и если бы он забил себе голову еще несколькими такими вопросами, то вполне возможно что сошел бы сума.
 
    В голову Кирка пришла странная мысль: а что если он здесь находиться именно из-за того что кого-то убил? А что если это месть.… За то, что унес чью-то жизнь…
 
    Шум раздался где-то в конце коридора, что-то похожее на открытие тяжелой двери, а дальше было слышно шаги. Это отвлекло Кирка от его мыслей. Он устремил свой взгляд туда, где был источник звука. Но Кирк ничего не увидел, ведь тусклый свет факелов на стенах не давал нормального освещения, а в том месте, где было слышно звуки, и вовсе не было никакого источника света.
 
   Кирк аккуратно, на полусогнутых ногах, пошел в то место.  Его руки дрожали от страха, а сам он переживал внутри себя что-то необъяснимое. Как будто что-то у него внутри возвращалось, что-то старое и давно уже испытанное, что-то, что показалось Кирку очень знакомым и даже приятным.
     По коридору кто-то повернул на право, открыв при этом старую железную дверь. Кирк прибавил шаг, когда понял, что силуэт человека, который он только что увидел,  удалялся от него в той двери.
 
    Добежав до той огромной и припавшей пылью двери, Кирк не удивился тому, что за ней был еще один коридор, в конце которого он опять увидел силуэт человека. Кирк возобновил свое преследование и приближался к нему.
 
    Еще одна дверь, но теперь налево и теперь Кирк погнался за незнакомцем. Он как бы знал, что так и должно быть, вел себя, как хищник, который выслеживает добычу. Как тот, кто знает свое дело.          Кирк  себя чувствовал так, как будто всегда этим занимался, и некая радость пришла к нему с этим чувством. 
 
     Преследуемый оставлял огромные пятна  крови на кафельном полу. Тупик. Несколько рывков и Кирк у цели. Он сбил незнакомца с ног, тем самым заставив его закричать от жуткой боли. Незнакомец ворочался и держался за свою окровавленную руку.
 
    В полумраке несколько секунд царило молчание. Потом его нарушил сам преследуемый:
 
--Кирк… Ты что ли?...
--Да… -- с несколькими колебаниями ответил Кирк.
 
    Увидев лицо, он узнал в нем Джеймса, только на этот раз оно было более побито, и на левой щеке красовался огромный порез. Рука кровоточила, а сам он был бледным. 
 
--Прости Джеймс… Я…. Я честно не видел, кто ты… Думал что… -- начал оправдываться Кирк, который был ошарашен этим.
 
--Черт… -- сказал Джеймс, затем глотнул слюну и набрал в грудь больше воздуха, чтобы успокоиться – Ты должен знать. Я видел… Я кого-то видел, когда ты потерялся тогда…
 
--Тесть как потерялся? – спросил удивленный Кирк – Было же чертовое землетрясение, и я каким-то образом оказался в какой-то гребанной ванной с кровью…
 
--Моя рука, – завопил Джеймс – затем он становился еще бледнее, даже в тех сумерках которых они находились было видно как он бледнел. Кровь хлестала из его руки. Джеймс потерял сознание.
 
    Его глаза были открыты, и Кирк видел, как в них секунда за секундой угасала жизнь. Он смотрел в них и мысли не могли собраться воедино. Еще секунда и Кирк пришел в себя, измерив пульс, он привстал и закрыл глаза Джеймсу.
 
    Странно, но Кирк чувствовал досаду не от того что умер его друг, нет, он его не очень то уж и помнил, ему было досадно что так и не узнал кем он был на самом деле, да… И самое важное… Что же такое видел Джеймс?
   Тишину прервал звук мобильного телефона, на который, по-видимому, шел вызов. Кирк быстро встал и посмотрел в сторону, где было слышно звук. Он исходил из двери, что была неподалеку от него. Четвертая дверь слева по коридору.
 
   Звук доходил неотчетливо и приглушенно, еще, казалось, что у этого мобильного телефона сломанные динамики, ведь даже с такими преградами было слышно хриплое звучание рингтона.
 
   Кирк осторожно подошел к этой двери. Стоило ему прислониться к ней ухом, как телефонный звонок закончился.  Звука уже не было. Кирк все еще колебался. Почему-то он боялся открыть эти двери. Его руки тряслись от этого, и он сам не мог объяснить, в чем заключается причина его страха. Звонок? Это место? Вряд ли…. Хоть Кирк потерял память, но на подсознательном уровне он знал, что это ему не присуще, так что же его так страшит?
 
   Вдруг странная мысль осенила его голову. “Развязка”. Он не мог понять, что это значит. Развязка чего? И как это могло прийти в его голову именно сейчас? Но это слово застряло в мозгу Кирка и крутилось.
 
   Еще немного поколебавшись, Кирк все-таки открыл эту дверь. Открыл ее осторожно, медленно, так что ее скрип продлился на несколько долгих секунд. Перед ним открылась огромная зала, которая освещалась только светом, что падал от полной луны. 
 
    За столом, что стоял посреди зала, сидел мужчина. Его ровные длинные волосы развевались на сквозняке, который был из-за открытых окон.  Телефон снова зазвонил, и опять плохой динамик искажал звуковые сигналы звонка.
 
    Кирк подошел по ближе. Он посмотрел на труп человека, который крепко сжимал мобильный телефон в своих руках. На его лице было какое-то странное выражение отчаяния и одновременно удивления.
 
    Эта картина показалась Кирку знакомой. Такой знакомой, что все клетки его тела напряглись. Он пытался вспомнить, вспомнить хоть что-то об этом человеке.
 
    Телефон все назойливо звонил, но Кирк не обращал на это внимания, он уже был поглощен тем, что вспомнил. Воспоминание, возвращающее всю его сущность которую он ненадолго забыл и вот…. От того что он сделал нельзя избежать….
 

    Расти сидел у края стола и смотрел на новый кольт. Он пристально всматривался в него, как ювелир осматривает алмаз. Дальше он вытащил магазин и также пристально вглядывался в него. Услышав шаги, Расти вернул на место обойму и нажал на курок.
 
    В комнату зашел Кирк. У себя в руках он держал мешок, испачканный в алую жидкость. Он посмотрел в глаза расти, не скрывая своей ярости. Ненависть так и горела в глазах Кирка, когда у Расти они были спокойны. 
 
--Ну как? Ты принес мне его голову? – спросил Расти, прибавив к этому его странную ухмылку на лице.
 
--Нет… Я принес другую. Получше… – ответил Кирк.
 
   Он перевернул мешок. Из него вылетела голова человека прямо на стол. С лица расти ушла его дурная ухмылка, а он сам почувствовал, как ему не хватает воздуха, как он задыхается. В этот момент Расти показалось, что все настроено против него враждебно, казалось, что вся комната давит на него.
 
--Какого черта? – дрожащим голосом, но с повышенным тоном спросил он.
 
--Твой отец. Виновник того, чего он воспитал, чему он позволил существовать ради собственной выгоды, тот, кто заставляет людей мучиться…
 
-- Ты заплатишь за это!
 
    Расти направил кольт, что он крепко сжал в руке,  в сторону Кирка. Держа его на мушке, он резко крикнул:
 
--Джеймс! Твою мать, Джеймс, тащи свою задницу сюда. – далее помолчав, он хрипло, но отчетливо проговорил слова – Стой на месте, Кирк. И без резких движений. Я пристрелю тебя, если ты хоть шелохнешься.
 
--Да… Я что-то не припомню, чтобы ты хоть раз убивал человека, или хотя бы стрелял в него. Да… не бывало того. Так что же. Ты сможешь это сделать? – спросил с ехидным тоном Кирк.   
  Руки Расти дрожали и он не мог держать ровно прицел. Напряжение росло, и Расти не знал, что ответить Кирку. И правда, он никогда не убивал, а это делали другие люди за него. Он привык убирать всех, кто мешает его пути. Расти ненавидел преграды, они его бесили.
 
--Охрана – нервно, истерично кричал Расти, понимая в какой заднице он оказался.
 
   Кирк улыбнулся. Ему приносило удовольствие испуганное лицо Расти. Этого слизняка, который ничего не смог достигнуть в своей жизни, кроме как бессмысленных убийств ради его власти. Он не делал ничего стоящего за свою жалкую жизнь и то, что это был бос Кирка, удваивало его удовольствие.
 
    Это был тот человек, который заставил его расплатиться со своей бывшей жизнью и стать убийцей, охотником за головами… Тот человек, который сделал его таким. Тот, кто превратил его в чудовище, наделил гневом, который и обернулся против него же.
 
    Наконец Кирк смог убрать эту дурную ухмылку с лица Расти. Теперь он улыбается, а лицо Расти теперь приняло подобающий вид. Напуганный бос, казался Кирку жалким слизнем, который не должен был существовать в этом мире.
 
--Ну что, Расти. Как странно получается. Я на мушке, а ты с пистолетом, но если присмотреться, так все на оборот. Ну как тебе?
 
--Заткнись! – заорал Расти. Его руки еще больше затряслись.
 
   В комнату зашел Джеймс, его рубашка была испачкана брызгами крови. Он весь истекал потом, но в глазах все еще не уходил огонь его ярости.
 
--Что с тобой произошло? Где ты шлялся? – Расти сделал небольшую паузу, чтобы проглотить слюну, и перевести дух, затем он снова возобновил свой крик, который более походил на визг свиньи, которую вот-вот зарежут – Пристрели его.
 
   Раздался выстрел.
 
   Тело Расти упало на пол истекая кровью. Пуля пробила ему шею, и он задыхался, корчась от боли в агониях.
 
   Кирк повертел головой. Затем посмотрел на Джеймса.
 
--Ну вот зачем? А? Мы должны были с ним сначала поиграть, позабавиться, показать, кто он на самом деле, – выдал Кирк.
 
--Хрен с ним. Он меня всегда бесил. Мне хватит и того что я ему всадил пулю в горло. Я этим сейчас сполна насладился. Знаешь, хорошая награда после того, как убил всех его тупых охранников, – искренне ответил Джеймс.
 
--Ну да ладно. Нужно погрузить его тело в мою машину. За него нам дядюшка Билл отвалит кучу бабла. Да, кстати, ты поведешь тачку.…
 
 
   Кирк как будто проснулся после долгого и крепкого сна. Теперь он все вспомнил. Воспоминания полностью вернулись в его голову. Теперь Кирк понимал кто он. Теперь он понял, что лучше бы его воспоминания не возвращались. Кирк вспомнил, кем он был, то, что таилось в его душе снова проявило себя. Та тьма, которая когда-то появилась в нем, снова пробудилась.
 
    Осознание того кто он, мучило и пугало. Перед его глазами стояли все его жертвы, которых он убивал ради денег. Он убивал и наслаждался убийством, смотрел жертве прямо в глаза. Это ему нравилось, и осознать это сложно и невыносимо…
    Телефон все звонил. Назойливый звук бил по ушам Кирка. Он привстал. Все мысли перемешались, и он не мог нормально думать. Но все-таки, ему нужно было что-то делать, а иначе он бы уже давно упал в обморок от стольких потрясений.
 
     Телефон был стиснут холодными руками мертвого Расти, который каким-то образом оказался здесь. Кирк приложил некие усилия, чтобы забрать телефон из рук трупа, который стиснул мобильный мертвой хваткой. Взяв его, он нажал “ответить”.
 
     Пару секунд была тишина. Затем, до боли знакомый голос, обратился к Кирку:
--Ты уже тут? Ха… Круто! Ты теперь знаешь кто ты? Тянуть не было смысла… Я уже и так поиздевался над тобой. А затянутость… Я этого не люблю. Скорее к развязке! Убийство, как велосипед, не забудешь что да как… Помнишь? Ты спросишь: кто я? Я знаю, ты сейчас в шоковом состоянии, но я доведу тебя до эпилепсии, когда ты обернешься…
 
   В телефоне слышался хохот. А затем, у себя за спиной Кирк тоже услышал хохот. По его телу пробежали мурашки. Но он колебался обернуться. Сейчас он испытывал звериный страх. Его руки, ноги тряслись от нервного напряжения.
 
    Смех усиливался. И Кирк все-таки решился. Он обернулся.…
 
    Его самые худшие опасения подтвердились. Теперь он понял, почему голос ему показался таким знакомым.
 
     Перед Кирком стоял он сам, хохочущий истерическим смехом.
 
      Кирк остолбенел от ужаса, а его двойник все продолжал и продолжал хохотать.  Вся комната вдруг начала наполнятся трупами. Они возникали из неоткуда и создавали мертвые кучи холодных тел.
 
     В комнате больше не оставалось места. Трупы оставили лишь маленький коридор для Кирка и его двойника, который в эту же секунду прекратил хохотать. Его холодный взгляд впился в глаза Кирка.
 
    Он только сейчас осознал, все тела окружающие его были убиты им же. Он только сейчас это понял.…
 
   Его глаза наполнялись слезами. Те воспоминания, что так внезапно вернулись к нему, резали его сознание, Кирк не мог с этим смириться…. Психика рушилась.…
   Его тело зашаталось, и он упал на пол. Кирк отказывался верить в происходящее, но как он не старался, он понимал, за что он оказался здесь, и если это и есть его Ад, так почему бы ему и не быть здесь? Он заслужил это.… Эти мысли заставили его истощенное от всего пережитого тело сдаться. Сознание помутилось.  Последнее, что Кирк видел перед  тем как закрыть глаза, это его двойника, который тихим спокойным шагом приближался к нему. После чего, Кирк почувствовал невыносимую боль, как будто его грудь много раз протыкали чем-то острым.…
 

   На третьем этаже больницы сонно ходили медсестры и фельдшеры, которые только недавно заступили на свою смену. Доктор Коул Стивенсон, который тоже только что пришел на свою работу, стоял у автомата и пил кофе.  У него была еще одна бессонная ночь, он попросту не мог уснуть из-за всего того что в последнее время на него нависло. 
 
   Сегодня его последний день перед отпуском. Всего лишь один день нужно было продержаться и не сорваться с катушек.
 
    Стивенсону кто-то сказал “доброе утро”, но он не смог выйти из своих мыслей и не услышал этого. Лишь когда повторили это он смог хоть как-то отреагировать.
 
   Перед ним стоял светловолосый молодой врач, который появился в клинике недавно, где-то четыре месяца, но уже завел неплохие отношения с многими врачами, и Стивенсон был не исключение.
--А, Роб. Привет, – ответил Коул.
 
--Как ваша жена, доктор Стивенсон? – спросил Роб.
 
--Плохо.… Все-таки у нее опухоль. Скоро операция… -- хмуро ответил Коул.
--А как… -- хотел было что-то сказать Роб, но его сразу  перебил Стивенсон.
 
--Нет Роб. Я больше не хочу говорить об этом пока. Ясно? Лучше скажи, кого нам сегодня ночью привезли.  Слышал, над этими новыми пациентами очень долго рвали задницу.
--Да... Уже один пациент. Другой  умер, не миновав и часа, как привезли. Джеймс Боумен.  Многочисленные ранения, открытый перелом правой руки. Сам он был без сознания. Мы остановили кровотечение. Но потом узнали, что у него было заражение. Жировая эмболия…  Мы не успели вовремя ампутировать его руку.… Зараза прошлась по всему телу…
--Так выходит у тебя была еще та ночка...
 
--Дослушайте, это еще не все. Второй пациент: Кирк Томсон. Прибыл к нам без сознания, с небольшими ранениями. Но в чем его странность… Его пульс постоянно колебался, то скакал до припадочного под 120, то опускался до нормального, до 80. И когда пульс повышался, у него часто появлялись ссадины или новые кровоточащие раны. Это было очень странно. Еще до сих пор гадаем, что с ним…
 
--Доктор Морисон осматривал этого пациента?
 
--Да. Я был тогда при нем. Доктор Морисон пол ночи ломал себе голову над этим, потом уехал домой и сказал мне ждать вас.
 
--Умно.
 
--Ах да… забыл упомянуть самое важное… Возле его палаты стоят два копа, следят за ним, расспрашивают врачей как он… Им типа срочно нужно его допросить. Поговаривают, что этот Кирк Томсон и уже мертвый Джеймс  Боумен, грохнули копа, его тело нашли возле них. Еще один коп так и не объявился. Он будто бы куда-то исчез.
 
--Странно… Где они могли получить такие ранения? Авария?
 
--Полицейские молчат как рыбы. И не очень это смахивает на аварию…
 
--Я осмотрю этого пациента прямо сейчас, – сказал уверенно Коул. Ведь это отвлекало его от мыслей о жене…
    Через несколько минут они, Коул и Роб, уже были возле палаты, где находился Кирк. У огромных стеклянных дверей, при входе в палату, стоял полицейский, второй коп был возле автомата и покупал себе содовую.
 
    Коул подошел к плечистому полицейскому и измерял его своим сонным взглядом.
 
--Отойдите от двери. Я осмотрю пациента, – скомандовал Коул.
 
--Вы доктор Стивенсон? – спросил коп.
 
   Не успел Коул и открыть рта, как его заглушило пронзительное монотонное визжание аппарата. Пульс Кирка резко падал и уже достигал до тридцати.
 
--Черт возьми. Только не в мою смену парни, – сказав это Коул, толкнув недоумевающего полицейского и быстро вбежал в палату. За ним последовал и Роб, у которого из-за недосыпа и усталости под глазами были страшные синяки.
 
    Пульс Кирка уже упал до двадцати. Коул заорал так, что к Робу вернулась бодрость:
 
--Дефибриллятор!   
   Но вдруг, он остановил Роба, который уже включил дефибриллятор и готовил его к использованию.
 
--Поздно – пробормотал Коул.
 
--Что?
 
   Коул откинул одеяло, испачканное алым, и указал пальцем на огромное, кровавое пятно на груди Кирка, у которого уже не билось сердце.
 
--Он сдался – сказал Коул, а затем вышел из палаты…

 

© Copyright: Давид Цибенко, 2012

Регистрационный номер №0081605

от 4 октября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0081605 выдан для произведения:

      Кирк кинул тело в багажник и дал понять, что все готово Джеймсу, который сидел за рулем. Луна осветила длинные черные волосы Кирка собранные в хвост, вся его одежда была испачкана кровью. Также алая жидкость была на руках, в которых он держал револьвер. 

    Он сел в машину, кинул оружие в бардачок и обратился к Джеймсу: 
--С тобой все в порядке? Я понимаю…
 
--Да. Все хорошо. Не парься, – уверенно ответил Джеймс, затем спросил – Едем?
 
--Да... – немного помолчав, Кирк снова обратился к нему - Сейчас отвезем труп Биллу, а после отвезешь меня отсыпаться домой.
 
   Джеймс кивнул и завел мотор старенького, но довольно резвого “форда”. Машина сдвинулась с места и поехала по шоссе, которое окутывала непроглядная тьма, и лишь свет фар мог прорезать дорогу.
 
   В темноте окружающие дорогу деревья принимали странные, гротескные формы и иногда пугали своей нестандартной формой.
 
   Тишину, которая царила в машине, прервала серена. В зеркале заднего вида Джеймс увидел полицейскую машину, которая ехала в двадцати метрах от них. 
 
   Паническим взглядом Джеймс посмотрел на Кирка, тот в свою очередь задал ему вопрос:
 
--Ты проверял полицейский маршрут на этом шоссе? Ты же говорил, что здесь копы проезжают раз в полдень.
--Да. Так и есть. Я не знаю от куда тут появилась патрульная машина.  – ответил Джеймс у которого тряслись руки из-за нервов.
 
--Черт… Останавливайся, – приказал Кирк.
 
--Нет… - хотел возразить ему Джеймс, но, встретившись взглядом, с Кирком понял, что этого делать не стоит.
 
   Машина сбросила скорость и подъехав на обочину притормозила.  Полицейская машина в свою очередь притормозила на обочине, сохраняя туже дистанцию из двадцати метров.
 
   Из полицейской машины вышел офицер. Он подошел к форду, постучав в закрытое тонированное окно.
 
   Окно отворилось. Яркий свет фонарика залил машину. Джеймс и Кирк сразу же прищурились от резкой перемены темноты и света.
 
--Добрый день. Вы превысили допустимую здесь скорость и ехали более шестидесяти миль в час.
 
--Простите сер, мы очень спешили, а сейчас на дорогах почти никого и мы не могли причинить никакой ущерб, – с  неуверенностью в голосе ответил Джеймс.
 
   Полицейский проигнорировал его и продолжил:
 
--Ваши водительские права, – повысил тон полицейский.
 
   Джеймс уже хотел передать их в руки офицеру, но прозвучал выстрел. На рубашке копа появилось огромное красное пятно, которое с каждой секундой увеличивалось в своем диаметре.  Он упал на землю, ударившись головой о дверь машины и оставив на ней кровавый след.
 
   Джеймс мгновенно обернулся в сторону Кирка. Тот уже прятал свой револьвер.
 
--Зачем так? – спросил ошарашено Джеймс.
 
--А у тебя был на уме другой выход из этой ситуации? Если нет, значит, просто помолчи, – с небольшим раздражением в голосе проговорил Кирк, затем добавил – Давай лучше выходи на улицу. Нужно кое-что проверить.
 
    Кирк вышел из машины, за ним повторил и Джеймс, который все еще ошарашено, смотрел на Кирка. Тогда он выпустил пулю, чуть не задев ухо Джеймса.
 
    Конечно, Джеймс знал на что он идет, но он не представлял насколько все отличалось от того что он себе представлял.
 
   Кирк кинул ему фонарик, а затем включил его у себя и посветил на мертвого офицера. Его кровь разлилась по асфальту, также красные потекшие следы от его рук остались на двери машины. Кирк направился к полицейской машине. Полицейский после себя оставил открытые двери в патрульной машине. 
 
   Подойдя по ближе, Кирк осветил салон машины. Ничего полезного или странного там не заметив, он хотел уже развернуться и сказать Джеймсу, что все в порядке, но…
   Резкая и тупая боль в затылке свалила Кирка вниз. Он ударился об асфальт, и все в глазах потемнело….

    Очнувшись, Кирк смотрел в густую темноту, которая не отступала. В этот момент ему казалось, что он ослеп, и этот страх заставил Кирка понервничать.  Еще один факт, Кирк не знал где он находиться, и он ничего особо не мог вспомнить. Перед его глазами стояли лишь отрывистые воспоминания.
 
    Кирк помнил лишь свое имя, и последние минуты своей жизни: как он ехал с каким-то человеком в машине, кажется, его звали Джеймсом. Кирк смутно припоминал, как он сам убил полицейского. Но он не помнил, что было дальше. После выстрела в копа – все как в тумане. Как он не старался вспомнить свое прошлое, ничего не получалось. Кирк не мог понять, кем он работал, чем он занимался всю жизнь? Была ли у него семья? Почему он убил полицейского? И кто он такой?
 
   Все эти мысли не давали Кирку покоя. В них он словно маленький ребенок потерялся в толпе и не мог найти своих родителей, так и Кирк, не мог ясно мыслить и выдавить из себя еще хоть чуть-чуть воспоминаний.
 
   Ему послышался чей-то стон, а потом кто-то громко сматерился. К этому времени глаза Кирка привыкли к темноте и кое-как могли различать некоторые вещи.
 
   Кирк находился в небольшой комнате. Он мог различать каменные кирпичные блоки на стенах и на полу.
 
   В дальнем углу комнаты скрючившись, сидел  мужчина. Через несколько секунд, хоть из-за темноты это было и сложно сделать, но Кирк понял, что это Джеймс.
 
    Он узнал Джеймса по голосу, последний голос который Кирк вообще помнил.
 
--Какого черта. Что я здесь делаю? – заорал вдруг Джеймс.
 
--Успокойся. Я сам в такой же ситуации. – сказал тихим голосом Кирк.
 
--Что? Это ты, Кирк? – с надеждой в голосе спросил Джеймс.
 
--Да. Наверное, так меня зовут…
--Слава Богу… Где мы?
 
--Не знаю…
 
   Джеймс хотел было пошевелиться, но сильная боль в руке опять скрючила его. Он завопил, а затем опять сматерился.
 
--Что стряслось? – спросив это, Кирк сразу же встал на ноги и хотел подойти к нему, но его ноги затекли и он упал на холодный каменный пол.
 
--Моя рука.… Кажется, она сломана – заговорил опять Джеймс.
 
   Кирк подполз поближе. Он увидел, что из правой руки Джеймса капала жидкость. Кирк пошарил в карманах и нашел зажигалку. Она осветила небольшую комнату, больше смахивающею на тюремную. С потолка сыпалась штукатурка.
 
   Когда Кирк подвел зажигалку к руке Джеймса, его лицо искривилось от неожиданного омерзения и страха.
 
   Из локтя Джеймса торчала сломанная кость. Его рука буквально висела на коже и от того, чтобы она не оторвалась, спасало лишь то, что он придерживал ее.  Вся одежда Джеймса испачкана в крови, а его лицо сильно избито.
 
--Черт… Ну тебя и потрепало… -- выдавил из себя дрожащим голосом Кирк.
 
   Джеймс испугано поглядывал на свою руку, но боли он не чувствовал из-за шока. Единственным сейчас его чувством был испуг. Да еще и комната, в которой они находились, казалась жуткой во тьме. А когда Кирк засветил зажигалку, она стала еще гротескней.
 
   Шоковое состояние от увиденного не давало Джеймсу выдавить из себя и слова. Все мысли как будто убегали от него, и он не мог полностью понять всю ситуацию. Джеймс беспомощно смотрел на свою израненную руку, которая ели соединялась с его телом. 
 
    Он не чувствовал своей руки, он вообще не чувствовал своего тела, не говоря уже о боли. Слова Кирка доносились к нему с большой задержкой и будто через толстое стекло. Он ели смог разобрать последнее предложение, которое сказал Кирк:
--Тебе нужно обездвижить руку.
 
   Сказав это, Кирк поставил зажигалку на пол, снял из себя рубашку, а затем разорвал ее. После лежания на мокром, грязном каменном полу его рубашка уже не казалась эталоном чистоты и стерильности, но у Кирка не было другого выхода, как воспользоваться ею. Каждая минута на счету, ведь если не поторопиться, с рукой Джеймса ситуация очень усугубиться.
 
   Когда Кирк прикоснулся к руке, то Джеймс ничего не почувствовал. Шоковое состояние давало ему отличный шанс не сойти сума от боли. Но он смотрел на это с огромным ужасом. Даже когда Кирк обездвиживал Джеймсу руку, он хотел дернуться из-за этого. Но все-таки остатки не помутившегося рассудка совладали с ним, и Джеймс не стал это делать.
 
    Как только Кирк закончил с этим давящим на психику делом, как стоящая вертикально на полу зажигалка потухла.
 
    В комнату распахнулись двери, что находились в ее дальней части. Кирк почувствовал ледяной, пробирающий тело сквозняк. Затем, он увидел слабый свет, что доносился из-за двери.
   Кирк уже хотел было привстать и пойти посмотреть что там, но странного рода смех остановил его. Этот хохот, более похожий на истерическую радость взбесившегося психопата, жуткий и вызывавший отвращение. Кирк сразу принял полусогнутую позу, в которой он постоянно был в этой комнате.
 
--Что… что это было? – спросил ошарашенный Джеймс.
 
--Не знаю… -- с дрожью в голосе ответил Кирк, добавив – Ты уже приходишь в себя?
 
--Да, и боль в руке уже дает о себе знать…
 
   И правда. Рука Джеймса болела жутко. Ему казалось, что ее постоянно протыкают чем-то острым и бьют тупым предметом одновременно. Но это было к лучшему, ведь значит, что его рука все еще функционирует, и он ее не утратил.  По крайней мере, он хотел в это верить.
--Сможешь идти? – спросил с надеждой Кирк.
 
--Я попробую… -- неуверенно ответил Джеймс.
 
   Кирк помог ему привстать. Затем опершись о Кирка, Джеймс попробовал сделать пару шагов. У него вышло стать на ноги, но держался на них не уверенно, как алкаш со стажем после недельного запоя.
 
  С некой осторожностью и страхом, они подошли к двери, стараясь ступать очень тихо, не создавая никакого шума.
 
  Миновав дверь, они вошли в длинный коридор, освещающийся старыми люминесцентными лампами, которые накопили огромный слой пыли на себе.
 
   Пока они шли, по бокам в стенах они замечали щели от треснутой каменной кладки. Кирк присмотрелся получше, и заметил то, что это замурованные двери. Он увидел такую картину по всему коридору.
 
--Какие доброжелатели могли нас сюда затащить? – с дрожью в голосе спросил Джеймс.
 
--Не знаю, я утратил память… -- ответил Кирк.
 
--Что ты сказал? – остановившись, переспросил Джейс.
 
--Я утратил память – с таким же тоном что и тогда, ответил Кирк.
 
--То есть ты даже не помнишь, кем был раньше? – с еще большим удивлением спросил Джеймс.
 
--Ни черта не помню… В голове всплывает только как мы ехали в машине и нас остановил коп, и я… я убил его?... Кто я такой Джеймс?
 
--Ты…
 
   Джеймса перебило землетрясение, из-за которого из потолка и стен начали сыпаться кирпичи. Но вместо того, чтобы лампочки разбились и потухли при этом, они наоборот стали светиться все ярче и ярче. Пока их тусклый свет не превратился во что-то иное. Что-то не подвластное описанию. Они буквально искрились своим белым, синтетическим светом, который резал, слепил глаза.
 
   Через несколько секунд Кирк уже ничего ни чувствовал. Даже когда он попытался закрыть глаза, этот неестественный белый свет все еще стоял перед ним. Он как будто упал в кратковременную кому.
 
   Открыв глаза, Кирк не мог понять, где он. Его окружала какая-то странная жидкость. Будто Кирк очутился на дне самого жуткого болота. На вкус она показалась ему очень знакомой, у него было чувство, что с этой субстанцией он очень часто стыкался раньше.
 
   Кирк старался плыть со всех сил вверх. Через двадцать секунд он уже выплыл на поверхность. Он вдохнул на полную грудь, а затем его дыхание замерло на двадцать секунд. Его глазам открылась странная, жуткая картина.
 
    Он находился в огромном бассейне, который был размещен посреди большой залы с круглыми стенами, на которых прикреплены факелы. Бассейн окружали маленькие колодцы.
 
    Когда Кирк присмотрелся, в какой жидкости он все время находился в этом бассейне, несколько прядей его волос посидели.  Кирк с огромной скоростью доплыл до каменной суши и лег на землю пытаясь выровнять дыхание от очередного испуга.
 
   В бассейне была кровь. Самая натуральная человеческая кровь. Он очень глубок, и от мысли, сколько в нем литров крови Кирку становилось еще хуже. 
 
    Факелы на стенах не давали нормального освещения, а только резали Кирку глаза, который и так не мог пока сориентироваться в этом странном месте.
 
    Отдышавшись, Кирк переборол себя и встал на ноги. Но новая порция ужаса атаковала его, но это уже не так шокировало его, как прежде. В колодцах, что окружали бассейн, находилась тоже кровь. 
 
   Он пошел в сторону выхода, к небольшим железным дверям. Подойдя поближе, Кирк увидел странную, выкованную надпись на них: “Interfectorem purgari si transire hoc”.
 
--Кажется надпись на латыни… Жаль что я плохо разбираюсь в ней… – сказал себе под нос Кирк.
   Открыв дверь, ему под ноги упал труп человека. Кирк не удивился этому. Наоборот, он ждал чего-то подобного от такого места, хотя сам не знал, откуда у него такое чувство.
 
    Кирк не мог понять, как относиться к тому, что он не пугался мертвеца. Наоборот он перевернул его на спину, так чтобы можно было разглядеть лицо. Кирк сильно пожалел, что сделал это. Ведь лицо мертвеца ему показалось знакомым, мало того… к Кирку начали возвращаться воспоминания. Конечно, не полностью… Только маленький фрагмент… Но все же.
 
   Кирку казалось, что какая-то маленькая его часть сопротивлялась против тех воспоминаний, которые хлынули ему в голову, и она до последнего боролась с ними. Но все-таки, Кирк вспомнил… Он вспомнил, что за человек лежит у его ног трупом.…
 
    Кирк точно не помнил когда это было, но воспоминания мгновенно приходили в его голову. Пусть они были не очень четкими и все в них было как в тумане, но суть, он уловил их суть… И те догадки, которые приходили к нему ужасали Кирка.
 
    Кирк мог только догадывается кто он такой на самом деле, но любая догадка приводила в ужас. То, что творилось в голове Кирка, заставило его упасть на колени. Его мысли, которые как взбесившиеся метались по его мозгу, пугали, и он не мог с этим борются.
 
    Утратившееся воспоминание постепенно открывало Кирку его настоящего, того кто сидел в нем глубоко внутри, что спрятался, и ожидал  своего часа. Удачного времени, когда можно будет появиться, показать кто он на самом деле.
 
      
    Огромные капли дождя падали и разбивались о асфальт, создавая лужи, которые превращались в ручейки, что текли в канализацию.  Где-то вдалеке гремел гром, который с каждой минутой все усиливался.
 
    Темень на узкой улочке пробивали фонари, служившие единственным источником света здесь. И то множество из них плохо работали, часто мигая, или просто были разбиты. 
 
    В телефонной будке находился человек, который нервно нажимал на кнопки аппарата, часто оборачиваясь и осматриваясь. Казалось, что его паранойя была уже болезнью, ведь у этого мужчины при каждом шорохе или дуновении ветра сразу же охватывал панический страх.
 
   В телефонной трубке пошли гудки. Один гудок за другим резал ему слух. Сейчас было важно, чтобы ему ответили, ведь от этого зависит его жизнь.
   Звук курка револьвера прозвучал за спиной человека держащего телефонную трубку. Дальше он услышал пронзительный холодный голос, который нагнетал еще больше паники:
 
--Вы хотите кому-то позвонить? Они вам уже не помогут. Положите трубку.
 
   Трясущимися руками человек положил трубку на место, тем самым проследовав приказу незнакомца.
 
--Теперь вы должны повернуться ко мне лицом, – скомандовал незнакомец  до омерзительности спокойным голосом.
 
   На сей раз мужчина помешкал, но за тем проследовал приказу и показался перед незнакомцем. Дуло револьвера смотрело ему прямо между глаз, с которых уже текли слезы.
 
--Прошу вас… Не убивайте… Я никому не хотел переходить дорогу, причинять вред или неудобства… Я просто хотел достатка своей семье… Я…
 
   Раздался выстрел, который замаскировался под раскат грома. Молния осветила ударяющееся о таксофон тело, падающее на пол, кровь, которая разлетелась по стеклянным стенам телефонной будки.
 
   Незнакомец спрятал оружие и посмотрел на свои часы, на которые упали несколько капель крови. На них было 2:50, так же указывалась дата 17.07.94.
  Протерев часы, убийца пошел к югу от телефонной будки. Он надел на себя капюшон и спокойно шел по лужам, присвистывая какую-то странную мелодию.
 
                                                                                       
 
   Кирк сейчас понял, что залипал в стену где-то с десять минут. Его состояние трудно было описать, как будто он спал, но не засыпал. И вдруг его мысль сфокусировалась на одном… Кто он?
 
   Это было не видение, и не какой-то бред, что он мог увидеть из-за сильного психического перевозбуждения. Это были его самые настоящие воспоминания, которые он утратил. Теперь нечто одновременно и проясняло и затуманивало ему картину.  Хоть Кирк пытался отвергнуть те мысли, которые ему приходили из-за увиденного, но все-таки, ему приходилось через себя понять, кто он.…
 
   Из-за этого в его голове творилось что-то не ладное. Поверить в то, что ты убийца человеку, который потерял память трудно. Но такому как Кирк – нет.
 
   Странная фраза в этот момент всплыла в его голове: «убийство, как велосипед, не забудешь что да как». Часть Кирка уже понимала кто он, но все-таки еще было некоторое сопротивление этому.
 
    Кирк посмотрел на свои часы. На них было 4:05, 16.05.2003. На полу того мертвеца не было. Он куда-то исчез. Видимо Кирк не заметил, пока разбирался с бардаком в своей голове. Но только теперь он понял, что тот труп был точно такой же, как и тот человек, что был в его воспоминаниях. Даже у этого трупа, что недавно лежал возле Кирка, была огромная дырка от пули межу глазами, такое же ранение что и в его воспоминании.
 
   Он уже не хотел задавать себе логические вопросы, каким образом труп тут оказался, как сохранился, или как вообще об этом кто-то узнал, если Кирк не сидит все еще за решеткой? Эти вопросы лишь усугубили бы ситуацию, которая и так не из лучших. У Кирка в уме был сейчас лишь один вопрос: куда делся труп? Он не мог себе ответить на этот вопрос. Ведь те воспоминания, которые внезапно вернулись в его разум, отвлекли его от этого жуткого кошмара и он мог многое не заметить, даже это. Хотя особых шумов Кирк не слышал, но все же… Этот вопрос не давал ему покоя, и если бы он забил себе голову еще несколькими такими вопросами, то вполне возможно что сошел бы сума.
 
    В голову Кирка пришла странная мысль: а что если он здесь находиться именно из-за того что кого-то убил? А что если это месть.… За то, что унес чью-то жизнь…
 
    Шум раздался где-то в конце коридора, что-то похожее на открытие тяжелой двери, а дальше было слышно шаги. Это отвлекло Кирка от его мыслей. Он устремил свой взгляд туда, где был источник звука. Но Кирк ничего не увидел, ведь тусклый свет факелов на стенах не давал нормального освещения, а в том месте, где было слышно звуки, и вовсе не было никакого источника света.
 
   Кирк аккуратно, на полусогнутых ногах, пошел в то место.  Его руки дрожали от страха, а сам он переживал внутри себя что-то необъяснимое. Как будто что-то у него внутри возвращалось, что-то старое и давно уже испытанное, что-то, что показалось Кирку очень знакомым и даже приятным.
     По коридору кто-то повернул на право, открыв при этом старую железную дверь. Кирк прибавил шаг, когда понял, что силуэт человека, который он только что увидел,  удалялся от него в той двери.
 
    Добежав до той огромной и припавшей пылью двери, Кирк не удивился тому, что за ней был еще один коридор, в конце которого он опять увидел силуэт человека. Кирк возобновил свое преследование и приближался к нему.
 
    Еще одна дверь, но теперь налево и теперь Кирк погнался за незнакомцем. Он как бы знал, что так и должно быть, вел себя, как хищник, который выслеживает добычу. Как тот, кто знает свое дело.          Кирк  себя чувствовал так, как будто всегда этим занимался, и некая радость пришла к нему с этим чувством. 
 
     Преследуемый оставлял огромные пятна  крови на кафельном полу. Тупик. Несколько рывков и Кирк у цели. Он сбил незнакомца с ног, тем самым заставив его закричать от жуткой боли. Незнакомец ворочался и держался за свою окровавленную руку.
 
    В полумраке несколько секунд царило молчание. Потом его нарушил сам преследуемый:
 
--Кирк… Ты что ли?...
--Да… -- с несколькими колебаниями ответил Кирк.
 
    Увидев лицо, он узнал в нем Джеймса, только на этот раз оно было более побито, и на левой щеке красовался огромный порез. Рука кровоточила, а сам он был бледным. 
 
--Прости Джеймс… Я…. Я честно не видел, кто ты… Думал что… -- начал оправдываться Кирк, который был ошарашен этим.
 
--Черт… -- сказал Джеймс, затем глотнул слюну и набрал в грудь больше воздуха, чтобы успокоиться – Ты должен знать. Я видел… Я кого-то видел, когда ты потерялся тогда…
 
--Тесть как потерялся? – спросил удивленный Кирк – Было же чертовое землетрясение, и я каким-то образом оказался в какой-то гребанной ванной с кровью…
 
--Моя рука, – завопил Джеймс – затем он становился еще бледнее, даже в тех сумерках которых они находились было видно как он бледнел. Кровь хлестала из его руки. Джеймс потерял сознание.
 
    Его глаза были открыты, и Кирк видел, как в них секунда за секундой угасала жизнь. Он смотрел в них и мысли не могли собраться воедино. Еще секунда и Кирк пришел в себя, измерив пульс, он привстал и закрыл глаза Джеймсу.
 
    Странно, но Кирк чувствовал досаду не от того что умер его друг, нет, он его не очень то уж и помнил, ему было досадно что так и не узнал кем он был на самом деле, да… И самое важное… Что же такое видел Джеймс?
   Тишину прервал звук мобильного телефона, на который, по-видимому, шел вызов. Кирк быстро встал и посмотрел в сторону, где было слышно звук. Он исходил из двери, что была неподалеку от него. Четвертая дверь слева по коридору.
 
   Звук доходил неотчетливо и приглушенно, еще, казалось, что у этого мобильного телефона сломанные динамики, ведь даже с такими преградами было слышно хриплое звучание рингтона.
 
   Кирк осторожно подошел к этой двери. Стоило ему прислониться к ней ухом, как телефонный звонок закончился.  Звука уже не было. Кирк все еще колебался. Почему-то он боялся открыть эти двери. Его руки тряслись от этого, и он сам не мог объяснить, в чем заключается причина его страха. Звонок? Это место? Вряд ли…. Хоть Кирк потерял память, но на подсознательном уровне он знал, что это ему не присуще, так что же его так страшит?
 
   Вдруг странная мысль осенила его голову. “Развязка”. Он не мог понять, что это значит. Развязка чего? И как это могло прийти в его голову именно сейчас? Но это слово застряло в мозгу Кирка и крутилось.
 
   Еще немного поколебавшись, Кирк все-таки открыл эту дверь. Открыл ее осторожно, медленно, так что ее скрип продлился на несколько долгих секунд. Перед ним открылась огромная зала, которая освещалась только светом, что падал от полной луны. 
 
    За столом, что стоял посреди зала, сидел мужчина. Его ровные длинные волосы развевались на сквозняке, который был из-за открытых окон.  Телефон снова зазвонил, и опять плохой динамик искажал звуковые сигналы звонка.
 
    Кирк подошел по ближе. Он посмотрел на труп человека, который крепко сжимал мобильный телефон в своих руках. На его лице было какое-то странное выражение отчаяния и одновременно удивления.
 
    Эта картина показалась Кирку знакомой. Такой знакомой, что все клетки его тела напряглись. Он пытался вспомнить, вспомнить хоть что-то об этом человеке.
 
    Телефон все назойливо звонил, но Кирк не обращал на это внимания, он уже был поглощен тем, что вспомнил. Воспоминание, возвращающее всю его сущность которую он ненадолго забыл и вот…. От того что он сделал нельзя избежать….
 

    Расти сидел у края стола и смотрел на новый кольт. Он пристально всматривался в него, как ювелир осматривает алмаз. Дальше он вытащил магазин и также пристально вглядывался в него. Услышав шаги, Расти вернул на место обойму и нажал на курок.
 
    В комнату зашел Кирк. У себя в руках он держал мешок, испачканный в алую жидкость. Он посмотрел в глаза расти, не скрывая своей ярости. Ненависть так и горела в глазах Кирка, когда у Расти они были спокойны. 
 
--Ну как? Ты принес мне его голову? – спросил Расти, прибавив к этому его странную ухмылку на лице.
 
--Нет… Я принес другую. Получше… – ответил Кирк.
 
   Он перевернул мешок. Из него вылетела голова человека прямо на стол. С лица расти ушла его дурная ухмылка, а он сам почувствовал, как ему не хватает воздуха, как он задыхается. В этот момент Расти показалось, что все настроено против него враждебно, казалось, что вся комната давит на него.
 
--Какого черта? – дрожащим голосом, но с повышенным тоном спросил он.
 
--Твой отец. Виновник того, чего он воспитал, чему он позволил существовать ради собственной выгоды, тот, кто заставляет людей мучиться…
 
-- Ты заплатишь за это!
 
    Расти направил кольт, что он крепко сжал в руке,  в сторону Кирка. Держа его на мушке, он резко крикнул:
 
--Джеймс! Твою мать, Джеймс, тащи свою задницу сюда. – далее помолчав, он хрипло, но отчетливо проговорил слова – Стой на месте, Кирк. И без резких движений. Я пристрелю тебя, если ты хоть шелохнешься.
 
--Да… Я что-то не припомню, чтобы ты хоть раз убивал человека, или хотя бы стрелял в него. Да… не бывало того. Так что же. Ты сможешь это сделать? – спросил с ехидным тоном Кирк.   
  Руки Расти дрожали и он не мог держать ровно прицел. Напряжение росло, и Расти не знал, что ответить Кирку. И правда, он никогда не убивал, а это делали другие люди за него. Он привык убирать всех, кто мешает его пути. Расти ненавидел преграды, они его бесили.
 
--Охрана – нервно, истерично кричал Расти, понимая в какой заднице он оказался.
 
   Кирк улыбнулся. Ему приносило удовольствие испуганное лицо Расти. Этого слизняка, который ничего не смог достигнуть в своей жизни, кроме как бессмысленных убийств ради его власти. Он не делал ничего стоящего за свою жалкую жизнь и то, что это был бос Кирка, удваивало его удовольствие.
 
    Это был тот человек, который заставил его расплатиться со своей бывшей жизнью и стать убийцей, охотником за головами… Тот человек, который сделал его таким. Тот, кто превратил его в чудовище, наделил гневом, который и обернулся против него же.
 
    Наконец Кирк смог убрать эту дурную ухмылку с лица Расти. Теперь он улыбается, а лицо Расти теперь приняло подобающий вид. Напуганный бос, казался Кирку жалким слизнем, который не должен был существовать в этом мире.
 
--Ну что, Расти. Как странно получается. Я на мушке, а ты с пистолетом, но если присмотреться, так все на оборот. Ну как тебе?
 
--Заткнись! – заорал Расти. Его руки еще больше затряслись.
 
   В комнату зашел Джеймс, его рубашка была испачкана брызгами крови. Он весь истекал потом, но в глазах все еще не уходил огонь его ярости.
 
--Что с тобой произошло? Где ты шлялся? – Расти сделал небольшую паузу, чтобы проглотить слюну, и перевести дух, затем он снова возобновил свой крик, который более походил на визг свиньи, которую вот-вот зарежут – Пристрели его.
 
   Раздался выстрел.
 
   Тело Расти упало на пол истекая кровью. Пуля пробила ему шею, и он задыхался, корчась от боли в агониях.
 
   Кирк повертел головой. Затем посмотрел на Джеймса.
 
--Ну вот зачем? А? Мы должны были с ним сначала поиграть, позабавиться, показать, кто он на самом деле, – выдал Кирк.
 
--Хрен с ним. Он меня всегда бесил. Мне хватит и того что я ему всадил пулю в горло. Я этим сейчас сполна насладился. Знаешь, хорошая награда после того, как убил всех его тупых охранников, – искренне ответил Джеймс.
 
--Ну да ладно. Нужно погрузить его тело в мою машину. За него нам дядюшка Билл отвалит кучу бабла. Да, кстати, ты поведешь тачку.…
 
 
   Кирк как будто проснулся после долгого и крепкого сна. Теперь он все вспомнил. Воспоминания полностью вернулись в его голову. Теперь Кирк понимал кто он. Теперь он понял, что лучше бы его воспоминания не возвращались. Кирк вспомнил, кем он был, то, что таилось в его душе снова проявило себя. Та тьма, которая когда-то появилась в нем, снова пробудилась.
 
    Осознание того кто он, мучило и пугало. Перед его глазами стояли все его жертвы, которых он убивал ради денег. Он убивал и наслаждался убийством, смотрел жертве прямо в глаза. Это ему нравилось, и осознать это сложно и невыносимо…
    Телефон все звонил. Назойливый звук бил по ушам Кирка. Он привстал. Все мысли перемешались, и он не мог нормально думать. Но все-таки, ему нужно было что-то делать, а иначе он бы уже давно упал в обморок от стольких потрясений.
 
     Телефон был стиснут холодными руками мертвого Расти, который каким-то образом оказался здесь. Кирк приложил некие усилия, чтобы забрать телефон из рук трупа, который стиснул мобильный мертвой хваткой. Взяв его, он нажал “ответить”.
 
     Пару секунд была тишина. Затем, до боли знакомый голос, обратился к Кирку:
--Ты уже тут? Ха… Круто! Ты теперь знаешь кто ты? Тянуть не было смысла… Я уже и так поиздевался над тобой. А затянутость… Я этого не люблю. Скорее к развязке! Убийство, как велосипед, не забудешь что да как… Помнишь? Ты спросишь: кто я? Я знаю, ты сейчас в шоковом состоянии, но я доведу тебя до эпилепсии, когда ты обернешься…
 
   В телефоне слышался хохот. А затем, у себя за спиной Кирк тоже услышал хохот. По его телу пробежали мурашки. Но он колебался обернуться. Сейчас он испытывал звериный страх. Его руки, ноги тряслись от нервного напряжения.
 
    Смех усиливался. И Кирк все-таки решился. Он обернулся.…
 
    Его самые худшие опасения подтвердились. Теперь он понял, почему голос ему показался таким знакомым.
 
     Перед Кирком стоял он сам, хохочущий истерическим смехом.
 
      Кирк остолбенел от ужаса, а его двойник все продолжал и продолжал хохотать.  Вся комната вдруг начала наполнятся трупами. Они возникали из неоткуда и создавали мертвые кучи холодных тел.
 
     В комнате больше не оставалось места. Трупы оставили лишь маленький коридор для Кирка и его двойника, который в эту же секунду прекратил хохотать. Его холодный взгляд впился в глаза Кирка.
 
    Он только сейчас осознал, все тела окружающие его были убиты им же. Он только сейчас это понял.…
 
   Его глаза наполнялись слезами. Те воспоминания, что так внезапно вернулись к нему, резали его сознание, Кирк не мог с этим смириться…. Психика рушилась.…
   Его тело зашаталось, и он упал на пол. Кирк отказывался верить в происходящее, но как он не старался, он понимал, за что он оказался здесь, и если это и есть его Ад, так почему бы ему и не быть здесь? Он заслужил это.… Эти мысли заставили его истощенное от всего пережитого тело сдаться. Сознание помутилось.  Последнее, что Кирк видел перед  тем как закрыть глаза, это его двойника, который тихим спокойным шагом приближался к нему. После чего, Кирк почувствовал невыносимую боль, как будто его грудь много раз протыкали чем-то острым.…
 

   На третьем этаже больницы сонно ходили медсестры и фельдшеры, которые только недавно заступили на свою смену. Доктор Коул Стивенсон, который тоже только что пришел на свою работу, стоял у автомата и пил кофе.  У него была еще одна бессонная ночь, он попросту не мог уснуть из-за всего того что в последнее время на него нависло. 
 
   Сегодня его последний день перед отпуском. Всего лишь один день нужно было продержаться и не сорваться с катушек.
 
    Стивенсону кто-то сказал “доброе утро”, но он не смог выйти из своих мыслей и не услышал этого. Лишь когда повторили это он смог хоть как-то отреагировать.
 
   Перед ним стоял светловолосый молодой врач, который появился в клинике недавно, где-то четыре месяца, но уже завел неплохие отношения с многими врачами, и Стивенсон был не исключение.
--А, Роб. Привет, – ответил Коул.
 
--Как ваша жена, доктор Стивенсон? – спросил Роб.
 
--Плохо.… Все-таки у нее опухоль. Скоро операция… -- хмуро ответил Коул.
--А как… -- хотел было что-то сказать Роб, но его сразу  перебил Стивенсон.
 
--Нет Роб. Я больше не хочу говорить об этом пока. Ясно? Лучше скажи, кого нам сегодня ночью привезли.  Слышал, над этими новыми пациентами очень долго рвали задницу.
--Да... Уже один пациент. Другой  умер, не миновав и часа, как привезли. Джеймс Боумен.  Многочисленные ранения, открытый перелом правой руки. Сам он был без сознания. Мы остановили кровотечение. Но потом узнали, что у него было заражение. Жировая эмболия…  Мы не успели вовремя ампутировать его руку.… Зараза прошлась по всему телу…
--Так выходит у тебя была еще та ночка...
 
--Дослушайте, это еще не все. Второй пациент: Кирк Томсон. Прибыл к нам без сознания, с небольшими ранениями. Но в чем его странность… Его пульс постоянно колебался, то скакал до припадочного под 120, то опускался до нормального, до 80. И когда пульс повышался, у него часто появлялись ссадины или новые кровоточащие раны. Это было очень странно. Еще до сих пор гадаем, что с ним…
 
--Доктор Морисон осматривал этого пациента?
 
--Да. Я был тогда при нем. Доктор Морисон пол ночи ломал себе голову над этим, потом уехал домой и сказал мне ждать вас.
 
--Умно.
 
--Ах да… забыл упомянуть самое важное… Возле его палаты стоят два копа, следят за ним, расспрашивают врачей как он… Им типа срочно нужно его допросить. Поговаривают, что этот Кирк Томсон и уже мертвый Джеймс  Боумен, грохнули копа, его тело нашли возле них. Еще один коп так и не объявился. Он будто бы куда-то исчез.
 
--Странно… Где они могли получить такие ранения? Авария?
 
--Полицейские молчат как рыбы. И не очень это смахивает на аварию…
 
--Я осмотрю этого пациента прямо сейчас, – сказал уверенно Коул. Ведь это отвлекало его от мыслей о жене…
    Через несколько минут они, Коул и Роб, уже были возле палаты, где находился Кирк. У огромных стеклянных дверей, при входе в палату, стоял полицейский, второй коп был возле автомата и покупал себе содовую.
 
    Коул подошел к плечистому полицейскому и измерял его своим сонным взглядом.
 
--Отойдите от двери. Я осмотрю пациента, – скомандовал Коул.
 
--Вы доктор Стивенсон? – спросил коп.
 
   Не успел Коул и открыть рта, как его заглушило пронзительное монотонное визжание аппарата. Пульс Кирка резко падал и уже достигал до тридцати.
 
--Черт возьми. Только не в мою смену парни, – сказав это Коул, толкнув недоумевающего полицейского и быстро вбежал в палату. За ним последовал и Роб, у которого из-за недосыпа и усталости под глазами были страшные синяки.
 
    Пульс Кирка уже упал до двадцати. Коул заорал так, что к Робу вернулась бодрость:
 
--Дефибриллятор!   
   Но вдруг, он остановил Роба, который уже включил дефибриллятор и готовил его к использованию.
 
--Поздно – пробормотал Коул.
 
--Что?
 
   Коул откинул одеяло, испачканное алым, и указал пальцем на огромное, кровавое пятно на груди Кирка, у которого уже не билось сердце.
 
--Он сдался – сказал Коул, а затем вышел из палаты…

 

Рейтинг: 0 147 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!