ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Служивый. Залёт №1.

Служивый. Залёт №1.

2 апреля 2013 - Имир

 

                            Миру – Мир + Солдату – ДМБль!!!

Прочитал, подумал, вспомнилось. Как говорится: «Гражданку» вспоминаешь два года, а службу в армии – всю жизнь! Теперь я представляю, что чувствуют родители призывников и уже солдат. Пока те (кушают от пуза и спят днём, как в детском саду). Надеюсь хоть потом – то правду рассказывают?. Конечно рассказывают! В первую очередь своим друзьям, ведь друзья должны знать, как их товарищ проходил срочную службу. Там весело, потому и хохочут дембеля.

 Так расшифровывается слово «СЛУЖБА»….

С амым

Л учшим

У роком

Ж изни

Б ыла

А рмия

А ещё говорят: «Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся!»

Помню свои долгожданные проводы в 1988 году, в ночь на 1 – е декабря. Народу было человек 30. Попили, поели, повеселились от души! Один приятель (звали его Зарик) пошёл провожать девушку до дома и нарвался на такие же проводы. Девушка та была невестой нашего друга Али, который уже полгода служил, она его дождалась и они поженились. Подрались, а вернее побили кореша во дворе этой невесты, но девушку он проводил. Вернулся с фингалом на весь анфас. Сказал, что сам разберётся, дабы не омрачать мои проводы. Его «раненного» положили спать. Сами продолжили веселиться. Компания у нас была очень дружная и без меры хулиганская. Тот приятель, который с фингалом,  был дважды судим по малолетке и через год после проводов получил срок 11 лет «строгого», за убийство. Я вспомнил именно этот случай потому, что соседи провожали Серёгу Пугача. С ним мы позже подружились в войсках. А вернее сказать в «учебке», в Грузии, куда приехали 8 декабря 1988 года. У меня есть песня, называется «Служивый». В ней я коснулся этой темы. Призывной пункт Алатауского района города Алма – Ата встретил нас распростёртыми руками. Надежды похмелиться уже не было никакой и дух патриотического марша «Прощание Славянки», застилал глаза слезами наших матерей. Друзья с подругами на кураже допивали спиртное. Обстановка располагала к длительному расставанию с бесшабашной, молодецкой житухой.  Ведь больше года, после окончания «десятилетки» я работал на близлежащем заводе, зарабатывал, получал и не в чём себе не отказывал. В армию уходил, как на очередной праздник жизни!

В рупор прозвучала первая команда: «Призывники заходят, предъявляя повестки!»  В калитку Военкомата просочилось человек 70 - 90. Потому как вывозили нашу команду на двух Икарусах. Предварительно посчитав и «прошмонав» призывников. Привезли на другой конец города в Октябрьский райвоенкомат, который являлся центральным распределительным пунктом призывников, тогда ещё (миллионного города и всей области) Столицы Каз ССР города Алма – Ата. И вот уже вторые ворота с красными звёздами открылись перед ватагой пацанов с нашего района. Двор там побольше, забор повыше.  Здание похожее на общежитие АХБК (Алма – Атинский  Хлопчато - Бумажный Комбинат), ну или «ЦПХа», как мы его называли.

Сегодня 1 апреля 2013  года. Сквозь призму лет ещё раз взгляну на свою наглую физиономию и вспомню те счастливые дни. Дни, месяцы и годы моего пребывания в рядах вооружённых сил СА. Попробую дописать в стиле "солдатской байки". Нет, не в коем случае не приукрашая, а наоборот сглаживая острые  углы. Одно могу сказать сейчас - не жалею! Хоть и поседел и много чего повидал за время службы в «КЗакВО». Замечу, что для меня проза – это как для нумизмата филателИя, как для гитариста – гармонИя. Но день сегодня располагает….. итак.

 

Залёт №1

Расположившись под навесом на улице, я и ещё человек 150 ждали команду на построение. Дабы вписали наши славные имена, фамилии и «поганялова» в ряды воинов СА. День с утра был погожим,  обыкновенным 1 – м декабря 1988 года. Было тепло и ни что не предвещало глобальных катаклизмов. Громкими окриками вызывались группы новобранцев на плац. Строились, как учили в школе, услышав свою фамилию говорили:  «Я», расходились  и снова располагались под навесом. Но уже не все, кого – то забирали «покупатели» разных родов войск. Наша команда №111 облюбовавшая крайние лавочки под навесом безмятежно ждала своего построения. По ходу пьесы, народишко присматривался друг к другу и думал, о чём – то, о своём. Неподалёку, где – то слышался смех и до боли знакомая история про скорую помощь. Ещё на приписной комиссии, бродя «голожопыми» по коридорам военкомата я слышал эту трогательную историю из уст одного призывника. Поворачиваюсь – он бедолага! Почему бедолага?! – потом расскажу. Из знакомых один Юрка и то  «посаламкались» по дороге в «октябрьский». Но рыбак рыбака, как говорится…. Пошли с ним прогуляться по территории, заодно и отлить. Туалет стоял в дальнем углу, как и положено сортиру на улице. Закурив ещё по сигарете после облегчения мы стояли не подалёку от высокого бетонного забора и о чём – то говорили с Юркой. Как вдруг услышали глухой (как упавший со второго этажа мешок картошки) звук и «звяк»!!! Оглянувшись на звук увидели лежащее тело вниз лицом, а «звяком» оказалась одна из разбитых бутылок водки, горлышко которой в руке держал будущий воин. Повернув его на спину я не сразу узнал соседа и почти одноклассника, того самого Серёгу Пугача! Из – за забора послышалось: «Серёга, ты живой?!». Серёга от удара оземь, чуть потерялся, но быстро стал приходить в себя.  Поднимая его мы поняли, что Пугач бухой в доску. Не теряя самообладания он ответил: «Да живой я, живой!.. Только один флакон разбился… с.шука!».  Вскоре мы услышали ещё один глухой звук, но потише. Это приземлился баул Пугача.  Вид у Пугача был не очень, да и состояние оставляло желать лучшего. Лучшее не заставило себя долго ждать. Во мне он признал знакомого и протянул бутылку водки со словами: «Держи братуха!». Вскоре мы ввели его в курс дела, где он и зачем здесь приземлился. Пузырь водки тоже не долго грелся в моих руках, вскоре мы его приговорили, вдвоём с Юркой. Пугача, как раненного командира дотащили до лавочки под навесом и уложили на баулы поспать. А тут и построение объявили для нашей команды. Растолкав «раненного командира», мы всё – таки влились в строй, где – то с краю. Перекличка по фамильно: -(  «Пугачёв!, Пугачёв……!». Юрка выкрикнул: «Здесь!». Пугач в это время зависал между мной и Юркой, подхваченный с обоих сторон. Офицер посмотрел в нашу сторону  и прокричал: - «Пугачёв! Надо отвечать – Я!». Пугач ответил, через слюнявую губу: «Головка ты от х..я».  Сказал не громко, но рядом стоящие услышали и «заржали». Нас, что говорится выкупили. Как написано на монументе наших земляков «Пафиловцев» :………..отступать некуда, позади Москва!».  Офицер взял нас «на карандаш», приказав двум солдатикам, пристроить нас в «наряд по кухне» после ужина. Много было нами услышано разных изречений, далеко нам пока не понятных. Но видимо по армейски складных. И ещё сказал, что команда наша, завтра спозаранку  отправляется на вокзал, а ночевать мы будем в здании похожем на ЦПХа. До ужина время пролетело быстро. Опять построили, посчитали и завели в здание. Там мы сняли свои фуфайки и повесив их на вешалки пошли ужинать. Поужинав (после мамкиных пирожков, не очень – то и хотелось) вернулись к вешалкам, чтобы забрать свои «фуфаны» и баулы с провиантом. Юрка замешкался у вешалки. Оказалось, что фуфан его угнали. И пришлось ему надеть старенькую, выцветшую телогрейку, да ещё с пуговицами на левую сторону. Благо мы не последние пришли на ужин. Юрка так – же «обменял» старую телогрейку  и пришёл в новом фуфане.  Пугач к тому времени уже уснул на безразмерно – длинном топчане, оббитом дермантином.  Проспал до утра, пропустив много интересного, случившегося в эту ночь. В тусклом свете лампочек «Ильича» многие ещё не спали, валялись, как тюлени на длинном, двухэтажном топчане. Где – то на втором ярусе лился рассказ водителя скорой помощи  о том, как его любили медсёстры. О любовных подвигах водителя – профессионала и гонках по «встречке» на собственной «шохе» от ментов. Рассказик тот я знал наизусть и слушать его уже было невмоготу. Мы с Юркой тоже потихоньку болтали, об общих знакомых с района и общих увлечениях. Юра с досадой поведал мне, что в его «фуфане» был зашит план.  Я и не сомневался в его порядочности, потому как с собой план не стал брать, но трёх литровую банку с отборной махоркой прикопал в подвале дома, на районе. Тогда мы втроём прикопали по такой банке. Зарик, Мишаня и я. Дури было, что в нас, что у нас - хоть отбавляй. К ней мы ещё вернёмся, куда ж без неё пацанам. Чуть позже в проходе, перед топчаном появились двое солдатиков, тех, что собирались нас пристроить в наряд по кухне.  Чувствуя себя очень уверенно они выкрикивая наши фамилии прошли по коридору.  Мы не спали и естественно откликнулись. Не откликнулся спящий Пугач. Солдатики в не очень вежливой форме речи предложили нам пройти с ними. Выглядело это примерно так: «Подъём духи! Э…буди третьего! Ща мы вас научим родину любить и дедушек уважать».  Пугача будить не стали, сославшись на его усталость. В кубрике стояла гробовая тишина. Про «дедушек» я был наслышан от приятелей, которые уже отслужили и травили байки на районе. Зная их и их подвиги в нашем «Махаля», мне стало страшновато. Те бы точно разбираться не стали, сначала в «торец» за неправильный «базар», а потом уж как получится. Я к тому, что так у нас не разговаривают, ну если только с «чертями». В  коридоре, при ясном свете было хорошо видно фигуры впереди идущих солдатиков. Пухленькие и тостожопенькие солдатики  провели нас на кухню. Обернулись и в своих речах про ратную службу, стали нагонять на нас жути, или как сейчас говорят «кошмарить». В итоге высказав речь и поставив задачу ушли, обещая вернуться. Мы с Юркой не смотрели друг на друга, смотрели по сторонам, а вокруг на столах лежали немытые тарелки. Горы немытых тарелок! В обеденном зале «шуршали» несколько человек, кто – то мыл полы, а кто – то протирал столы.  Я повернулся к Юрке и в его глазах прочёл, то о чём хотел ему сказать. Конопатое  лицо моего кореша было пропитано угрожающей гримасой. В его глаза я посмотрел, как в зеркало. Мы поняли друг друга и пошли в кубрик.  Лежали молча, и никто не хотел говорить. Через несколько минут вошли солдатики.  Опять подняли «гнилой базар», всё это на публике слушалось и воспринималось молча. Молча мы встали с топчана уже обутые. Юра был не разговорчив, он сходу начал бить одного «дедушку». Я взялся за другого, автоматически свалив того с ног. Свалить в партер, а тем более такого рыхлого, для меня не составляло труда.  Но опасение за его кости были. В такие минуты уже ничего не страшно, уже многое за чертой обороны и инстинкта самосохранения. Как обычно всё происходит в считанные минуты, нас разняли. Потрёпанные солдатики ещё пытались угрожать, но я их уже не слышал. Я посмотрел на Юрку - он в норме. Рядом стояли уже примелькавшиеся лица с соседних лавочек. Время было позднее и мы все расползлись по местам. И только один звук слышался в кубрике – это храпел Пугач.

Разбудили нас рано, было около пяти часов утра.  Ни свет, ни заря построили на плацу, как всегда лицом к зданию похожем на ЦПХа. А с неба падал первый снег, крупными хлопьями он застилал всё вокруг.  Перед нами стоял мичман и вёл перекличку.  Потом он торжественно крикнул: «Команда штоодиннадцАТАЯ! – направо!! На вокзалллл, шагоммм АРШ!!».  В тот момент я вспоминал всё, что мог вспомнить из своей не длинной, бесшабашной жизни. С полумрака небес валил, как сдуревший снег и я отчётливо понимал, что вернусь я сюда не скоро. Даже дату назначил. Почему – то выбрал длинный срок, аж десять лет. Да, да так и загадал, правда с большим вопросом: «Где, с кем и что я буду делать ровно через десять лет???». До ж/д вокзала «Алма – Ата - 1» мы дошли меньше чем  за час. По дороге кто – то спросил мичмана, на счёт того, где нам предстоит проходить службу. И бравый мичман в бескозырке «Тихоокеанский флот»,  зашёлся сагой об атомных подводных лодках. И о том, что он специально приехал за нами с севера. И что ждёт нас трёхлетняя служба в рядах ВМФ на Дальнем Востоке. Вспомнил я тогда свой родной завод по изготовлению пластмассовых изделий и Витьку из соседнего цеха. Он там появился в одно время со мной, только я из школы, а он из ВМФ пришёл и устроился на работу.  Я в цеху на прессмашинах устанавливал нужные для производства прессформы, менял их, отвозил на ремонт к бригадиру, в общем слесарил по первому разряду. Но это в начале, потом повысил разряд и познакомился со всеми работниками нашего цеха. В цеху всегда было жарко и Витька работал в тельняшке, на плече у него была красивая наколка – всплывающая подводная лодка на фоне стяга ВФМ и цифры (годы службы). Вспомнил и рассказ о пожаре в аккомуляторном отсеке, где их задраили. Витька мне рассказывал всё до мелочей, я уж и не помню подробности. Главное всё обошлось и он вернулся домой. Потом вспомнил другого приятеля по работе, он тоже носил тельник под робой. Олег был не разговорчив и с ним я мало общался, да и станок его выпускал только полиэтиленовые пакеты. Там мне менять было нечего.  Он всегда сидел на рабочем месте и я не сразу заметил, что у него нет одной ноги. Потом бригадир рассказал мне, что Олег служил в Афгане. Так мы и дошли до перрона, где снова пофамильная поверка (тогда я ещё думал ПРОВЕРКА) и погрузка в плацкартный вагон. В середине вагона мы втроём: я, Пугач и Юрка бросили якоря на нижних полках.  Кому не хватило места внизу, лезли на третью полку, вагон был забит под завязку. Опять, те - же лица с лавочек из под навеса, ставшие уже родными, но до сих пор не знакомые. В вагоне появился «старлей», которому нашу команду по описи передал мичман. Старлей пробежался по вагону, что – то нам рассказывал о правилах поведения в пути следования до воинской части. Поезд тронулся и как обычно на столик стали вытаскивать продукты, чтобы перекусить и поближе познакомиться. Один не торопился доставать свой «сидор», его звали Мухит, а потом  его окрестили Муха. Как выяснилось у него угнали баул с провиантом, под тем самым навесом, пока он мух ловил. Но оставлять товарища голодным и без курева, никто не собирался. Муха подтянулся к столику и угостился, как все. Собирались не долго, все девять человек «посаламкались», представились и преступили к трапезе. Рядом такая же картина, по девять человек знакомятся и принимают пищу. Еды навалом, аппетиты хорошие, аж за ушами трещит. И тут Пугач промолвил: «Как бы сейчас тот флакон пригодился…». Тяжело вздохнув он сказал спасибо за угощения и в глазах его появилась грусть. Похоже только сейчас он стал приходить в себя и осознавать, что с побитой физиономией (которая болит) едет далеко от дома. Напротив него сидел Серёга, в последствии мы все станем друзьями, как говорится: - не разлей вода. Серёга крепкий  пацан, уже с усами, всегда в бодром расположении духа. Это я заметил ещё в районном – первом военкомате. Он  там и здесь общался с Бурликом. Тот тоже Сергей, но чтобы их не путать, буду называть его «погонялово», тем более, что мы так его и звали. И тут кульминационный момент. Серёга говорит Пугачу: «А хочешь браток похмелиться?». В ответ: «А есть чо???».  Серёга достаёт из под свитера грелку, а в ней самогонка! Как потом оказалось первач. Первые сто грамм Пугач выпил, посинел (хотя его лицо и так было синим)  и «закатился» в безвоздушном пространстве. Я сидел рядом и стал его хлопать по спине ладошкой. Он выкатив глаза промычал: « БООльНООО!».  Но придя в себя, по рекомендации Бурлика, чем то закусил и успокоился. Отобедавшие стали рассасываться по полкам. За столиком остались: Муха, Бурлик, Серёга, Юрка, Пугач и Валоха – тобиш я. Накатив по сто грамм первача за знакомство, мы пошли в тамбур покурить. Там уже топор можно было вешать, от дыма. И дым – то был не простой, хороший был, знатный дым. В тамбуре стояли трое из соседского купе. Я их  сфотографировал ещё ночью, когда они в драку за нас вмешались. Пацанов видно сразу, мы поприветствовали друг друга и скурили ещё оду, предложенную  ими трубку мира. Рома, Игорь и Кайрат были с одного района и видимо успели познакомиться, а может и знались раньше. Как Бурлик  с Серёгой, те учились вместе в ГПТУ. Бурлик уже был женат и ждал второго ребёнка. Надеялся, что в скором будущем его отправят домой. Была раньше такая тема: с двумя детьми в армию не брали. Но не знал Бурлик, что если взяли, то уже не выпускали до дембеля. Но это и другое по ходу пьесы. А сейчас мы пригласили новых друзей за наш скромный дастархан. И самогоночка уже наливается по кружечкам. Всем весело и интересно путешествуется, только куда? Этот вопрос не заставил себя долго ждать. На горизонте появился старлей. Приглашённый за стол он присел с нами, видимо из вежливости, а скорее всего он сразу понял нашу «волну», старлей не стал запираться. Он решил поиграть с нами в партизанов. На вопрос: куда мы едем? -  он стал уклончиво уворачиваться и задавать встречные вопросы.  Сразу стало понятно, что он тоже заквашенный. Но разговорился в своей манере. Мол, видите я в фуражке и кителе….. а на улице зима………значит я с югов приехал.  Покупатель с югов и едем мы на юг……на петлицах танки……… неужели «Отар»???  Там у меня друг служит в танкистах.  Летом Хохол приезжал в отпуск на пару дней. Так мы уржались над ним. Сидим, курим  в тени дерева на районе, спиной к подъезду Хохла. Ни сном, ни духом про его приезд. И вспоминаем про него, мол вот Хохол уже пол года служит в Отаре, танкист….   Вспоминаем его проводы, как насинячились, как проводили его. И тут мимо нас, строевым шагом в сапогах, х\б и панаме … нас не замечая. Двигается Хохол! Мы его сразу тоже не узнали. Встреча была незабываемой. Оказалось. Что он вырулил себе командировку в родные края. Затарился подарками для командиров и уехал через пару дней. А наш старлей тем временем узнал, что Юрка механизатор. Он действительно учился на бульдозериста и рассказал об этом нашему покупателю.  И тут же друг Юрий был «зачислен» в Гвардейскую, танковую бригаду – механиком – водителем. Наливать старлею мы больше не стали, потому как, нас он не брал в танкисты, он вскоре покинул наш кубрик и надолго. Близился к вечеру первый день нашего турне по просторам необъятной Родины. Многие из нашего вагона, никогда так далеко и так надолго, не покидали свой дом без родителей.  За окном расстилалась казахстанская степь с её величественными просторами.

 

© Copyright: Имир, 2013

Регистрационный номер №0127695

от 2 апреля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0127695 выдан для произведения:

 

                            Миру – Мир + Солдату – ДМБль!!!

Прочитал, подумал, вспомнилось. Как говорится: «Гражданку» вспоминаешь два года, а службу в армии – всю жизнь! Теперь я представляю, что чувствуют родители призывников и уже солдат. Пока те (кушают от пуза и спят днём, как в детском саду). Надеюсь хоть потом – то правду рассказывают?. Конечно рассказывают! В первую очередь своим друзьям, ведь друзья должны знать, как их товарищ проходил срочную службу. Там весело, потому и хохочут дембеля.

 Так расшифровывается слово «СЛУЖБА»….

С амым

Л учшим

У роком

Ж изни

Б ыла

А рмия

А ещё говорят: «Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся!»

Помню свои долгожданные проводы в 1988 году, в ночь на 1 – е декабря. Народу было человек 30. Попили, поели, повеселились от души! Один приятель (звали его Зарик) пошёл провожать девушку до дома и нарвался на такие же проводы. Девушка та была невестой нашего друга Али, который уже полгода служил, она его дождалась и они поженились. Подрались, а вернее побили кореша во дворе этой невесты, но девушку он проводил. Вернулся с фингалом на весь анфас. Сказал, что сам разберётся, дабы не омрачать мои проводы. Его «раненного» положили спать. Сами продолжили веселиться. Компания у нас была очень дружная и без меры хулиганская. Тот приятель, который с фингалом,  был дважды судим по малолетке и через год после проводов получил срок 11 лет «строгого», за убийство. Я вспомнил именно этот случай потому, что соседи провожали Серёгу Пугача. С ним мы позже подружились в войсках. А вернее сказать в «учебке», в Грузии, куда приехали 8 декабря 1988 года. У меня есть песня, называется «Служивый». В ней я коснулся этой темы. Призывной пункт Алатауского района города Алма – Ата встретил нас распростёртыми руками. Надежды похмелиться уже не было никакой и дух патриотического марша «Прощание Славянки», застилал глаза слезами наших матерей. Друзья с подругами на кураже допивали спиртное. Обстановка располагала к длительному расставанию с бесшабашной, молодецкой житухой.  Ведь больше года, после окончания «десятилетки» я работал на близлежащем заводе, зарабатывал, получал и не в чём себе не отказывал. В армию уходил, как на очередной праздник жизни!

В рупор прозвучала первая команда: «Призывники заходят, предъявляя повестки!»  В калитку Военкомата просочилось человек 70 - 90. Потому как вывозили нашу команду на двух Икарусах. Предварительно посчитав и «прошмонав» призывников. Привезли на другой конец города в Октябрьский райвоенкомат, который являлся центральным распределительным пунктом призывников, тогда ещё (миллионного города и всей области) Столицы Каз ССР города Алма – Ата. И вот уже вторые ворота с красными звёздами открылись перед ватагой пацанов с нашего района. Двор там побольше, забор повыше.  Здание похожее на общежитие АХБК (Алма – Атинский  Хлопчато - Бумажный Комбинат), ну или «ЦПХа», как мы его называли.

Сегодня 1 апреля 2013  года. Сквозь призму лет ещё раз взгляну на свою наглую физиономию и вспомню те счастливые дни. Дни, месяцы и годы моего пребывания в рядах вооружённых сил СА. Попробую дописать в стиле "солдатской байки". Нет, не в коем случае не приукрашая, а наоборот сглаживая острые  углы. Одно могу сказать сейчас - не жалею! Хоть и поседел и много чего повидал за время службы в «КЗакВО». Замечу, что для меня проза – это как для нумизмата филателИя, как для гитариста – гармонИя. Но день сегодня располагает….. итак.

 

Залёт №1

Расположившись под навесом на улице, я и ещё человек 150 ждали команду на построение. Дабы вписали наши славные имена, фамилии и «поганялова» в ряды воинов СА. День с утра был погожим,  обыкновенным 1 – м декабря 1988 года. Было тепло и ни что не предвещало глобальных катаклизмов. Громкими окриками вызывались группы новобранцев на плац. Строились, как учили в школе, услышав свою фамилию говорили:  «Я», расходились  и снова располагались под навесом. Но уже не все, кого – то забирали «покупатели» разных родов войск. Наша команда №111 облюбовавшая крайние лавочки под навесом безмятежно ждала своего построения. По ходу пьесы, народишко присматривался друг к другу и думал, о чём – то, о своём. Неподалёку, где – то слышался смех и до боли знакомая история про скорую помощь. Ещё на приписной комиссии, бродя «голожопыми» по коридорам военкомата я слышал эту трогательную историю из уст одного призывника. Поворачиваюсь – он бедолага! Почему бедолага?! – потом расскажу. Из знакомых один Юрка и то  «посаламкались» по дороге в «октябрьский». Но рыбак рыбака, как говорится…. Пошли с ним прогуляться по территории, заодно и отлить. Туалет стоял в дальнем углу, как и положено сортиру на улице. Закурив ещё по сигарете после облегчения мы стояли не подалёку от высокого бетонного забора и о чём – то говорили с Юркой. Как вдруг услышали глухой (как упавший со второго этажа мешок картошки) звук и «звяк»!!! Оглянувшись на звук увидели лежащее тело вниз лицом, а «звяком» оказалась одна из разбитых бутылок водки, горлышко которой в руке держал будущий воин. Повернув его на спину я не сразу узнал соседа и почти одноклассника, того самого Серёгу Пугача! Из – за забора послышалось: «Серёга, ты живой?!». Серёга от удара оземь, чуть потерялся, но быстро стал приходить в себя.  Поднимая его мы поняли, что Пугач бухой в доску. Не теряя самообладания он ответил: «Да живой я, живой!.. Только один флакон разбился… с.шука!».  Вскоре мы услышали ещё один глухой звук, но потише. Это приземлился баул Пугача.  Вид у Пугача был не очень, да и состояние оставляло желать лучшего. Лучшее не заставило себя долго ждать. Во мне он признал знакомого и протянул бутылку водки со словами: «Держи братуха!». Вскоре мы ввели его в курс дела, где он и зачем здесь приземлился. Пузырь водки тоже не долго грелся в моих руках, вскоре мы его приговорили, вдвоём с Юркой. Пугача, как раненного командира дотащили до лавочки под навесом и уложили на баулы поспать. А тут и построение объявили для нашей команды. Растолкав «раненного командира», мы всё – таки влились в строй, где – то с краю. Перекличка по фамильно: -(  «Пугачёв!, Пугачёв……!». Юрка выкрикнул: «Здесь!». Пугач в это время зависал между мной и Юркой, подхваченный с обоих сторон. Офицер посмотрел в нашу сторону  и прокричал: - «Пугачёв! Надо отвечать – Я!». Пугач ответил, через слюнявую губу: «Головка ты от х..я».  Сказал не громко, но рядом стоящие услышали и «заржали». Нас, что говорится выкупили. Как написано на монументе наших земляков «Пафиловцев» :………..отступать некуда, позади Москва!».  Офицер взял нас «на карандаш», приказав двум солдатикам, пристроить нас в «наряд по кухне» после ужина. Много было нами услышано разных изречений, далеко нам пока не понятных. Но видимо по армейски складных. И ещё сказал, что команда наша, завтра спозаранку  отправляется на вокзал, а ночевать мы будем в здании похожем на ЦПХа. До ужина время пролетело быстро. Опять построили, посчитали и завели в здание. Там мы сняли свои фуфайки и повесив их на вешалки пошли ужинать. Поужинав (после мамкиных пирожков, не очень – то и хотелось) вернулись к вешалкам, чтобы забрать свои «фуфаны» и баулы с провиантом. Юрка замешкался у вешалки. Оказалось, что фуфан его угнали. И пришлось ему надеть старенькую, выцветшую телогрейку, да ещё с пуговицами на левую сторону. Благо мы не последние пришли на ужин. Юрка так – же «обменял» старую телогрейку  и пришёл в новом фуфане.  Пугач к тому времени уже уснул на безразмерно – длинном топчане, оббитом дермантином.  Проспал до утра, пропустив много интересного, случившегося в эту ночь. В тусклом свете лампочек «Ильича» многие ещё не спали, валялись, как тюлени на длинном, двухэтажном топчане. Где – то на втором ярусе лился рассказ водителя скорой помощи  о том, как его любили медсёстры. О любовных подвигах водителя – профессионала и гонках по «встречке» на собственной «шохе» от ментов. Рассказик тот я знал наизусть и слушать его уже было невмоготу. Мы с Юркой тоже потихоньку болтали, об общих знакомых с района и общих увлечениях. Юра с досадой поведал мне, что в его «фуфане» был зашит план.  Я и не сомневался в его порядочности, потому как с собой план не стал брать, но трёх литровую банку с отборной махоркой прикопал в подвале дома, на районе. Тогда мы втроём прикопали по такой банке. Зарик, Мишаня и я. Дури было, что в нас, что у нас - хоть отбавляй. К ней мы ещё вернёмся, куда ж без неё пацанам. Чуть позже в проходе, перед топчаном появились двое солдатиков, тех, что собирались нас пристроить в наряд по кухне.  Чувствуя себя очень уверенно они выкрикивая наши фамилии прошли по коридору.  Мы не спали и естественно откликнулись. Не откликнулся спящий Пугач. Солдатики в не очень вежливой форме речи предложили нам пройти с ними. Выглядело это примерно так: «Подъём духи! Э…буди третьего! Ща мы вас научим родину любить и дедушек уважать».  Пугача будить не стали, сославшись на его усталость. В кубрике стояла гробовая тишина. Про «дедушек» я был наслышан от приятелей, которые уже отслужили и травили байки на районе. Зная их и их подвиги в нашем «Махаля», мне стало страшновато. Те бы точно разбираться не стали, сначала в «торец» за неправильный «базар», а потом уж как получится. Я к тому, что так у нас не разговаривают, ну если только с «чертями». В  коридоре, при ясном свете было хорошо видно фигуры впереди идущих солдатиков. Пухленькие и тостожопенькие солдатики  провели нас на кухню. Обернулись и в своих речах про ратную службу, стали нагонять на нас жути, или как сейчас говорят «кошмарить». В итоге высказав речь и поставив задачу ушли, обещая вернуться. Мы с Юркой не смотрели друг на друга, смотрели по сторонам, а вокруг на столах лежали немытые тарелки. Горы немытых тарелок! В обеденном зале «шуршали» несколько человек, кто – то мыл полы, а кто – то протирал столы.  Я повернулся к Юрке и в его глазах прочёл, то о чём хотел ему сказать. Конопатое  лицо моего кореша было пропитано угрожающей гримасой. В его глаза я посмотрел, как в зеркало. Мы поняли друг друга и пошли в кубрик.  Лежали молча, и никто не хотел говорить. Через несколько минут вошли солдатики.  Опять подняли «гнилой базар», всё это на публике слушалось и воспринималось молча. Молча мы встали с топчана уже обутые. Юра был не разговорчив, он сходу начал бить одного «дедушку». Я взялся за другого, автоматически свалив того с ног. Свалить в партер, а тем более такого рыхлого, для меня не составляло труда.  Но опасение за его кости были. В такие минуты уже ничего не страшно, уже многое за чертой обороны и инстинкта самосохранения. Как обычно всё происходит в считанные минуты, нас разняли. Потрёпанные солдатики ещё пытались угрожать, но я их уже не слышал. Я посмотрел на Юрку - он в норме. Рядом стояли уже примелькавшиеся лица с соседних лавочек. Время было позднее и мы все расползлись по местам. И только один звук слышался в кубрике – это храпел Пугач.

Разбудили нас рано, было около пяти часов утра.  Ни свет, ни заря построили на плацу, как всегда лицом к зданию похожем на ЦПХа. А с неба падал первый снег, крупными хлопьями он застилал всё вокруг.  Перед нами стоял мичман и вёл перекличку.  Потом он торжественно крикнул: «Команда штоодиннадцАТАЯ! – направо!! На вокзалллл, шагоммм АРШ!!».  В тот момент я вспоминал всё, что мог вспомнить из своей не длинной, бесшабашной жизни. С полумрака небес валил, как сдуревший снег и я отчётливо понимал, что вернусь я сюда не скоро. Даже дату назначил. Почему – то выбрал длинный срок, аж десять лет. Да, да так и загадал, правда с большим вопросом: «Где, с кем и что я буду делать ровно через десять лет???». До ж/д вокзала «Алма – Ата - 1» мы дошли меньше чем  за час. По дороге кто – то спросил мичмана, на счёт того, где нам предстоит проходить службу. И бравый мичман в бескозырке «Тихоокеанский флот»,  зашёлся сагой об атомных подводных лодках. И о том, что он специально приехал за нами с севера. И что ждёт нас трёхлетняя служба в рядах ВМФ на Дальнем Востоке. Вспомнил я тогда свой родной завод по изготовлению пластмассовых изделий и Витьку из соседнего цеха. Он там появился в одно время со мной, только я из школы, а он из ВМФ пришёл и устроился на работу.  Я в цеху на прессмашинах устанавливал нужные для производства прессформы, менял их, отвозил на ремонт к бригадиру, в общем слесарил по первому разряду. Но это в начале, потом повысил разряд и познакомился со всеми работниками нашего цеха. В цеху всегда было жарко и Витька работал в тельняшке, на плече у него была красивая наколка – всплывающая подводная лодка на фоне стяга ВФМ и цифры (годы службы). Вспомнил и рассказ о пожаре в аккомуляторном отсеке, где их задраили. Витька мне рассказывал всё до мелочей, я уж и не помню подробности. Главное всё обошлось и он вернулся домой. Потом вспомнил другого приятеля по работе, он тоже носил тельник под робой. Олег был не разговорчив и с ним я мало общался, да и станок его выпускал только полиэтиленовые пакеты. Там мне менять было нечего.  Он всегда сидел на рабочем месте и я не сразу заметил, что у него нет одной ноги. Потом бригадир рассказал мне, что Олег служил в Афгане. Так мы и дошли до перрона, где снова пофамильная поверка (тогда я ещё думал ПРОВЕРКА) и погрузка в плацкартный вагон. В середине вагона мы втроём: я, Пугач и Юрка бросили якоря на нижних полках.  Кому не хватило места внизу, лезли на третью полку, вагон был забит под завязку. Опять, те - же лица с лавочек из под навеса, ставшие уже родными, но до сих пор не знакомые. В вагоне появился «старлей», которому нашу команду по описи передал мичман. Старлей пробежался по вагону, что – то нам рассказывал о правилах поведения в пути следования до воинской части. Поезд тронулся и как обычно на столик стали вытаскивать продукты, чтобы перекусить и поближе познакомиться. Один не торопился доставать свой «сидор», его звали Мухит, а потом  его окрестили Муха. Как выяснилось у него угнали баул с провиантом, под тем самым навесом, пока он мух ловил. Но оставлять товарища голодным и без курева, никто не собирался. Муха подтянулся к столику и угостился, как все. Собирались не долго, все девять человек «посаламкались», представились и преступили к трапезе. Рядом такая же картина, по девять человек знакомятся и принимают пищу. Еды навалом, аппетиты хорошие, аж за ушами трещит. И тут Пугач промолвил: «Как бы сейчас тот флакон пригодился…». Тяжело вздохнув он сказал спасибо за угощения и в глазах его появилась грусть. Похоже только сейчас он стал приходить в себя и осознавать, что с побитой физиономией (которая болит) едет далеко от дома. Напротив него сидел Серёга, в последствии мы все станем друзьями, как говорится: - не разлей вода. Серёга крепкий  пацан, уже с усами, всегда в бодром расположении духа. Это я заметил ещё в районном – первом военкомате. Он  там и здесь общался с Бурликом. Тот тоже Сергей, но чтобы их не путать, буду называть его «погонялово», тем более, что мы так его и звали. И тут кульминационный момент. Серёга говорит Пугачу: «А хочешь браток похмелиться?». В ответ: «А есть чо???».  Серёга достаёт из под свитера грелку, а в ней самогонка! Как потом оказалось первач. Первые сто грамм Пугач выпил, посинел (хотя его лицо и так было синим)  и «закатился» в безвоздушном пространстве. Я сидел рядом и стал его хлопать по спине ладошкой. Он выкатив глаза промычал: « БООльНООО!».  Но придя в себя, по рекомендации Бурлика, чем то закусил и успокоился. Отобедавшие стали рассасываться по полкам. За столиком остались: Муха, Бурлик, Серёга, Юрка, Пугач и Валоха – тобиш я. Накатив по сто грамм первача за знакомство, мы пошли в тамбур покурить. Там уже топор можно было вешать, от дыма. И дым – то был не простой, хороший был, знатный дым. В тамбуре стояли трое из соседского купе. Я их  сфотографировал ещё ночью, когда они в драку за нас вмешались. Пацанов видно сразу, мы поприветствовали друг друга и скурили ещё оду, предложенную  ими трубку мира. Рома, Игорь и Кайрат были с одного района и видимо успели познакомиться, а может и знались раньше. Как Бурлик  с Серёгой, те учились вместе в ГПТУ. Бурлик уже был женат и ждал второго ребёнка. Надеялся, что в скором будущем его отправят домой. Была раньше такая тема: с двумя детьми в армию не брали. Но не знал Бурлик, что если взяли, то уже не выпускали до дембеля. Но это и другое по ходу пьесы. А сейчас мы пригласили новых друзей за наш скромный дастархан. И самогоночка уже наливается по кружечкам. Всем весело и интересно путешествуется, только куда? Этот вопрос не заставил себя долго ждать. На горизонте появился старлей. Приглашённый за стол он присел с нами, видимо из вежливости, а скорее всего он сразу понял нашу «волну», старлей не стал запираться. Он решил поиграть с нами в партизанов. На вопрос: куда мы едем? -  он стал уклончиво уворачиваться и задавать встречные вопросы.  Сразу стало понятно, что он тоже заквашенный. Но разговорился в своей манере. Мол, видите я в фуражке и кителе….. а на улице зима………значит я с югов приехал.  Покупатель с югов и едем мы на юг……на петлицах танки……… неужели «Отар»???  Там у меня друг служит в танкистах.  Летом Хохол приезжал в отпуск на пару дней. Так мы уржались над ним. Сидим, курим  в тени дерева на районе, спиной к подъезду Хохла. Ни сном, ни духом про его приезд. И вспоминаем про него, мол вот Хохол уже пол года служит в Отаре, танкист….   Вспоминаем его проводы, как насинячились, как проводили его. И тут мимо нас, строевым шагом в сапогах, х\б и панаме … нас не замечая. Двигается Хохол! Мы его сразу тоже не узнали. Встреча была незабываемой. Оказалось. Что он вырулил себе командировку в родные края. Затарился подарками для командиров и уехал через пару дней. А наш старлей тем временем узнал, что Юрка механизатор. Он действительно учился на бульдозериста и рассказал об этом нашему покупателю.  И тут же друг Юрий был «зачислен» в Гвардейскую, танковую бригаду – механиком – водителем. Наливать старлею мы больше не стали, потому как, нас он не брал в танкисты, он вскоре покинул наш кубрик и надолго. Близился к вечеру первый день нашего турне по просторам необъятной Родины. Многие из нашего вагона, никогда так далеко и так надолго, не покидали свой дом без родителей.  За окном расстилалась казахстанская степь с её величественными просторами.

 

Рейтинг: +5 318 просмотров
Комментарии (7)
Игорь Кичапов # 3 апреля 2013 в 00:46 +1
С удовольствием читаю.
Да братишка мы хоть СЛУЖИЛИ!
Есть что вспомнить..респект!
Имир # 3 апреля 2013 в 00:55 +1
Спасибо Брат! А я с удовольствием вспоминаю и пишу! Правда сам ещё не врубаюсь, но думаю пригодится. Второй рассказец повеселее будет. Пиши Игорь, а то я тут ка на необитаемом острове.
Игорь Кичапов # 3 апреля 2013 в 01:12 +1
не вопрос..)))))))))))))
Анна Шухарева # 3 апреля 2013 в 11:32 +2
Интересный рассказ. snegur
Имир # 3 апреля 2013 в 11:35 +1
Спасибо Анна! 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
Борис Бельский # 14 апреля 2013 в 22:00 +1
super
Имир # 14 апреля 2013 в 22:04 0
c0137 Благодарю за внимание Борис!
Популярная проза за месяц
143
126
117
100
97
96
96
94
93
91
90
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
88
85
84
82
81
80
80
77
77
75
75
74
74
74
71
68
64
46