Сказочка

17 февраля 2012 - Вера Климова

Последние минуты его «вольного» часа капельками рассветной росы стекали с кончиков крыльев и смешивались, терялись в ласковом прибое. Он стоял в воде. Перед ним лежало море, его любимое море… Волны, нежась, накатывали на берег. Он ничего не замечал. Он просто стоял , смотрел в глаза моря и улыбался, не чувствуя, как тяжелеют намокающие крылья… Он, как всегда тонул в этих глазах,в них он видел все прошлое и все будущее и свое, и тех, за кого он когда-то отвечал и еще будет отвечать. А этот «вольный час» он придумал для себя сам. Это был тот самый пресловутый условный час временной поясной разницы между двумя точками его планеты: той, где он служил Хранителем души и той, что он так любил.
   Город, бывший еще совсем недавно таким далеким и недосягаемым, а сейчас ставший для него центром Вселенной, начинал просыпаться. Час назад, когда он, болтая с попутным Облачком о выборе оттенка наряда для утреннего торжества рассвета, осматривал свои самые любимые его уголки, город еще мирно посапывал во сне. Шаля, Ангел вытащил из кармана и бросил вниз пригоршню счастливых утренних снов. Сразу в нескольких душах поселилась радость - они увидели, почувствовали то, что им так дорого, о чем мечталось…
   Девчушка из первого подъезда большого дома на набережной бежала за пока еще лопоухим, смешным щенком. Старик из скромной хатешки, чудом держащейся на склоне горы, вновь был молодым и вел под венец свою любимую. Глава большой семьи наконец-то подарил своей семье большой новый дом, где для всех найдется место – и для детей и для нерожденных еще внуков и правнуков.
   Облачко рядом хохотало, глядя на проделки щенка и девчушки, растроганно вздыхало, видя умиротворенно-счастливое лицо старика, горделиво приосанивалось вместе с хозяином большой семьи. Оно-то знало точно, что все это будет, хотя спящие лишь радостно улыбались во сне, не веря в его реальность.
   Он держал на ладошке еще несколько снов. Это были совершенно особые сны. Без их исполнения просто не живут, даже если продолжают еще быть на земле, ведь быть – еще не значит жить. Это были очень дорогие ему сны - они сделают счастливыми многих людей. Эти сны были не только для жителей его любимого города, и он волновался – получится ли донести их до тех, кому они принадлежать должны по праву.
   Молодому солдатику-колясочнику, привезенному недавно мамой из госпиталя, он подарил вальс с любимой девушкой на их свадьбе через год. Мальчишка прикрыл собой женщину с ребенком, когда рядом взорвался красивый пакет от сока, начиненный смертью.
   Хрупкой улыбчивой женщине с печальными глазами он для сна приберег тепло настоящей семьи, о котором так мечталось, но которого не случилось…
   А вот к той старушке из старого дома с огромными окнами вернулся наконец-то ее давно пропавший без вести сын.
   А последний сон был совсем особенным - его мог закончить так, как ему хочется тот, кому он предназначен. Этот сон дарил покой и счастье сильному мужчине, именно такое счастье, о котором тот мечтал.
   Когда все сны попали к своим хозяевам, Ангел спустился вниз. К морю. Только раз в год он имел право вот так дарить сны. Особые сны. Ему еще нужно было подумать о той душе, что он хранил - бесприютно ей было на этой земле, холодно. И нужно было все срочно исправлять, потому что могла она просто превратиться в снежинку и растаять, а этого он допустить никак не мог.
   У него осталось всего несколько секунд. , солнышко уже бросило рассветную дорожку к его ногам. Ему было пора уходить до следующего «вольного» часа. Ангел еще раз оглянулся на любимый город, улыбнулся ему, укутанному в сверкающий росный плащ, отражающий в себе ласковое рассветное летнее солнышко. Ангел знал, что он сюда вернется , вернется совсем скоро - он это обещал, а обещания Ангелы выполнять обязаны. Он шагнул на солнечную дорожку, взмахнул крыльями и оказался в небе. Ему нужно было очень спешить – именно он должен первым встречать первую улыбку хозяйки той души, что ему поручена. Такая у него забота.
   А в городе происходило что-то странное. Хозяев той квартиры, где жила кроха с рыжими кудрями разбудил веселый лай щенка, и у них не поднялась рука его выгнать на улицу; он остался жить в этой отныне счастливой навсегда квартире. Старик – морячок, что когда-то был ранен и спасен в этом городе своей любимой, получил раннюю телеграмму от дочери, что страшный диагноз его старухе поставили ошибочно, и что послезавтра она будет уже дома. Через час были подписаны городским начальством документы о помощи в строительстве дома для большой семьи. Мальчишка – инвалид впервые за последний год встал на ноги самостоятельно. Одинокую старушку разбудил долгий неожиданный звонок в дверь, она уже очень давно никого не ждала…Хотя и очень надеялась, верила, что когда-нибудь…
   А Ангел уже был там, где должен быть всегда и оберегать порученную ему душу от бед, горестей , да порой и от себя самой. Хозяйка души сидела на ступеньках у своего старенького скромного дома. Растерянная, с теплым светом во вчера еще печальных глазах и светлой улыбкой на лице…Сегодня у нее было то, о чем мечталось всю жизнь: была большая теплая семья…Пусть это было во сне…Но сон был таким реальным…Слишком явью он был.И она теперь просто не знала, где сон, а где явь. Она поверила, что ее где-то ждут те, кого она только что так явно видела. Она даже достала из шкафа свои когда-то огромные и красивые крылья. Она их спрятала уже давно…когда потеряла последнюю надежду. Тепрь они лежали у ее ног – изломанные, помятые, серые …Они не смогут больше поднять ее в небо – так думалось ей, не смогут унести к тем, кто ее ждет…
   Ангел тихонько опустился на ступеньку рядом с ней и провел рукой по ее волосам, в которых серебристые дорожки пролегли уже навсегда. Она улыбнулась. Ей показалось, что это утренний ветерок ласкает ее кудри. Потом она все поняла.
   - Это ты? Здравствуй. Я тебя очень долго ждала. Думала, что ты уже забыл обо мне. Видишь крылья достала. Поломаны…наверное не взлечу…Да и на душе…А знаешь сегодня на душе – радость , меня ждут… Я теперь это знаю. Мне надо лететь. Мне надо долететь. Меня ждут.
   - Знаю, мы долетим . Вот посмотришь. А с тобой я всегда. Ты просто не видела меня. Обид нелепых забытье, мох страхов и сомнений, затмивший свет в душе, слов ненужных какафония держат тебя в плену небытия, нежизни…Отбрось неверие , сомнения – ты сможешь. Ведь под всеми масками ты чистая и светлая. Доверься мне..отпусти всех …С обидами их и неправдами. И полетели! Крылья твои просторны и крепки… Летим?
   - Прости мне мою слабость. Я ведь просто человек. Вот даже крылья не сберегла и совсем разучилась летать.
   - Знаешь, а я ведь тоже просто твой ангел. Люди и Ангелы…кто знает, что за грань между нами…И, быть может, ты – это я в настоящности моей правоты, мудрости и слабости, а я – это ты в своей прошлой или будущей ипостаси…
   А крылья? Знаешь, люди перестают летать, когда перестают верить, что могут быть как ангелы. Дети верят, а взрослые –нет, вот и не берегут крыл - ни своих, ни чужих...а потом просто выбрасывают их за ненадобностью.


   Ангел провел рукой по ее изломанным, исковерканным, испачканным крыльям…Под его рукой они становились такими, как были когда-то – сильными, просторными, ярко-чистыми. Потом он провел рукой по ее волосам. Странно, но после этого в ее пышной прическе уже не осталось серебряных ручейков печали.
   Мамы, ведущие детей в детские сады ее городка не могли понять почему их дети отказывались идти , а стояли, восхищенно глядя в небо. Что они видели там такого, чего не видели мамы, и что вызывало такой детский восторг? Только два легких почти прозрачных серебристых облачка стремительно спешили куда-то.

© Copyright: Вера Климова, 2012

Регистрационный номер №0027657

от 17 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0027657 выдан для произведения:

Последние минуты его «вольного» часа капельками рассветной росы стекали с кончиков крыльев и смешивались, терялись в ласковом прибое. Он стоял в воде. Перед ним лежало море, его любимое море… Волны, нежась, накатывали на берег. Он ничего не замечал. Он просто стоял , смотрел в глаза моря и улыбался, не чувствуя, как тяжелеют намокающие крылья… Он, как всегда тонул в этих глазах,в них он видел все прошлое и все будущее и свое, и тех, за кого он когда-то отвечал и еще будет отвечать. А этот «вольный час» он придумал для себя сам. Это был тот самый пресловутый условный час временной поясной разницы между двумя точками его планеты: той, где он служил Хранителем души и той, что он так любил.
   Город, бывший еще совсем недавно таким далеким и недосягаемым, а сейчас ставший для него центром Вселенной, начинал просыпаться. Час назад, когда он, болтая с попутным Облачком о выборе оттенка наряда для утреннего торжества рассвета, осматривал свои самые любимые его уголки, город еще мирно посапывал во сне. Шаля, Ангел вытащил из кармана и бросил вниз пригоршню счастливых утренних снов. Сразу в нескольких душах поселилась радость - они увидели, почувствовали то, что им так дорого, о чем мечталось…
   Девчушка из первого подъезда большого дома на набережной бежала за пока еще лопоухим, смешным щенком. Старик из скромной хатешки, чудом держащейся на склоне горы, вновь был молодым и вел под венец свою любимую. Глава большой семьи наконец-то подарил своей семье большой новый дом, где для всех найдется место – и для детей и для нерожденных еще внуков и правнуков.
   Облачко рядом хохотало, глядя на проделки щенка и девчушки, растроганно вздыхало, видя умиротворенно-счастливое лицо старика, горделиво приосанивалось вместе с хозяином большой семьи. Оно-то знало точно, что все это будет, хотя спящие лишь радостно улыбались во сне, не веря в его реальность.
   Он держал на ладошке еще несколько снов. Это были совершенно особые сны. Без их исполнения просто не живут, даже если продолжают еще быть на земле, ведь быть – еще не значит жить. Это были очень дорогие ему сны - они сделают счастливыми многих людей. Эти сны были не только для жителей его любимого города, и он волновался – получится ли донести их до тех, кому они принадлежать должны по праву.
   Молодому солдатику-колясочнику, привезенному недавно мамой из госпиталя, он подарил вальс с любимой девушкой на их свадьбе через год. Мальчишка прикрыл собой женщину с ребенком, когда рядом взорвался красивый пакет от сока, начиненный смертью.
   Хрупкой улыбчивой женщине с печальными глазами он для сна приберег тепло настоящей семьи, о котором так мечталось, но которого не случилось…
   А вот к той старушке из старого дома с огромными окнами вернулся наконец-то ее давно пропавший без вести сын.
   А последний сон был совсем особенным - его мог закончить так, как ему хочется тот, кому он предназначен. Этот сон дарил покой и счастье сильному мужчине, именно такое счастье, о котором тот мечтал.
   Когда все сны попали к своим хозяевам, Ангел спустился вниз. К морю. Только раз в год он имел право вот так дарить сны. Особые сны. Ему еще нужно было подумать о той душе, что он хранил - бесприютно ей было на этой земле, холодно. И нужно было все срочно исправлять, потому что могла она просто превратиться в снежинку и растаять, а этого он допустить никак не мог.
   У него осталось всего несколько секунд. , солнышко уже бросило рассветную дорожку к его ногам. Ему было пора уходить до следующего «вольного» часа. Ангел еще раз оглянулся на любимый город, улыбнулся ему, укутанному в сверкающий росный плащ, отражающий в себе ласковое рассветное летнее солнышко. Ангел знал, что он сюда вернется , вернется совсем скоро - он это обещал, а обещания Ангелы выполнять обязаны. Он шагнул на солнечную дорожку, взмахнул крыльями и оказался в небе. Ему нужно было очень спешить – именно он должен первым встречать первую улыбку хозяйки той души, что ему поручена. Такая у него забота.
   А в городе происходило что-то странное. Хозяев той квартиры, где жила кроха с рыжими кудрями разбудил веселый лай щенка, и у них не поднялась рука его выгнать на улицу; он остался жить в этой отныне счастливой навсегда квартире. Старик – морячок, что когда-то был ранен и спасен в этом городе своей любимой, получил раннюю телеграмму от дочери, что страшный диагноз его старухе поставили ошибочно, и что послезавтра она будет уже дома. Через час были подписаны городским начальством документы о помощи в строительстве дома для большой семьи. Мальчишка – инвалид впервые за последний год встал на ноги самостоятельно. Одинокую старушку разбудил долгий неожиданный звонок в дверь, она уже очень давно никого не ждала…Хотя и очень надеялась, верила, что когда-нибудь…
   А Ангел уже был там, где должен быть всегда и оберегать порученную ему душу от бед, горестей , да порой и от себя самой. Хозяйка души сидела на ступеньках у своего старенького скромного дома. Растерянная, с теплым светом во вчера еще печальных глазах и светлой улыбкой на лице…Сегодня у нее было то, о чем мечталось всю жизнь: была большая теплая семья…Пусть это было во сне…Но сон был таким реальным…Слишком явью он был.И она теперь просто не знала, где сон, а где явь. Она поверила, что ее где-то ждут те, кого она только что так явно видела. Она даже достала из шкафа свои когда-то огромные и красивые крылья. Она их спрятала уже давно…когда потеряла последнюю надежду. Тепрь они лежали у ее ног – изломанные, помятые, серые …Они не смогут больше поднять ее в небо – так думалось ей, не смогут унести к тем, кто ее ждет…
   Ангел тихонько опустился на ступеньку рядом с ней и провел рукой по ее волосам, в которых серебристые дорожки пролегли уже навсегда. Она улыбнулась. Ей показалось, что это утренний ветерок ласкает ее кудри. Потом она все поняла.
   - Это ты? Здравствуй. Я тебя очень долго ждала. Думала, что ты уже забыл обо мне. Видишь крылья достала. Поломаны…наверное не взлечу…Да и на душе…А знаешь сегодня на душе – радость , меня ждут… Я теперь это знаю. Мне надо лететь. Мне надо долететь. Меня ждут.
   - Знаю, мы долетим . Вот посмотришь. А с тобой я всегда. Ты просто не видела меня. Обид нелепых забытье, мох страхов и сомнений, затмивший свет в душе, слов ненужных какафония держат тебя в плену небытия, нежизни…Отбрось неверие , сомнения – ты сможешь. Ведь под всеми масками ты чистая и светлая. Доверься мне..отпусти всех …С обидами их и неправдами. И полетели! Крылья твои просторны и крепки… Летим?
   - Прости мне мою слабость. Я ведь просто человек. Вот даже крылья не сберегла и совсем разучилась летать.
   - Знаешь, а я ведь тоже просто твой ангел. Люди и Ангелы…кто знает, что за грань между нами…И, быть может, ты – это я в настоящности моей правоты, мудрости и слабости, а я – это ты в своей прошлой или будущей ипостаси…
   А крылья? Знаешь, люди перестают летать, когда перестают верить, что могут быть как ангелы. Дети верят, а взрослые –нет, вот и не берегут крыл - ни своих, ни чужих...а потом просто выбрасывают их за ненадобностью.


   Ангел провел рукой по ее изломанным, исковерканным, испачканным крыльям…Под его рукой они становились такими, как были когда-то – сильными, просторными, ярко-чистыми. Потом он провел рукой по ее волосам. Странно, но после этого в ее пышной прическе уже не осталось серебряных ручейков печали.
   Мамы, ведущие детей в детские сады ее городка не могли понять почему их дети отказывались идти , а стояли, восхищенно глядя в небо. Что они видели там такого, чего не видели мамы, и что вызывало такой детский восторг? Только два легких почти прозрачных серебристых облачка стремительно спешили куда-то.

Рейтинг: +1 171 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
141
127
126
115
100
96
96
95
94
91
91
90
88
87
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
82
81
80
80
80
77
75
75
75
74
74
72
71
68
46