Сказочка

17 февраля 2012 - Вера Климова

Последние минуты его «вольного» часа капельками рассветной росы стекали с кончиков крыльев и смешивались, терялись в ласковом прибое. Он стоял в воде. Перед ним лежало море, его любимое море… Волны, нежась, накатывали на берег. Он ничего не замечал. Он просто стоял , смотрел в глаза моря и улыбался, не чувствуя, как тяжелеют намокающие крылья… Он, как всегда тонул в этих глазах,в них он видел все прошлое и все будущее и свое, и тех, за кого он когда-то отвечал и еще будет отвечать. А этот «вольный час» он придумал для себя сам. Это был тот самый пресловутый условный час временной поясной разницы между двумя точками его планеты: той, где он служил Хранителем души и той, что он так любил.
   Город, бывший еще совсем недавно таким далеким и недосягаемым, а сейчас ставший для него центром Вселенной, начинал просыпаться. Час назад, когда он, болтая с попутным Облачком о выборе оттенка наряда для утреннего торжества рассвета, осматривал свои самые любимые его уголки, город еще мирно посапывал во сне. Шаля, Ангел вытащил из кармана и бросил вниз пригоршню счастливых утренних снов. Сразу в нескольких душах поселилась радость - они увидели, почувствовали то, что им так дорого, о чем мечталось…
   Девчушка из первого подъезда большого дома на набережной бежала за пока еще лопоухим, смешным щенком. Старик из скромной хатешки, чудом держащейся на склоне горы, вновь был молодым и вел под венец свою любимую. Глава большой семьи наконец-то подарил своей семье большой новый дом, где для всех найдется место – и для детей и для нерожденных еще внуков и правнуков.
   Облачко рядом хохотало, глядя на проделки щенка и девчушки, растроганно вздыхало, видя умиротворенно-счастливое лицо старика, горделиво приосанивалось вместе с хозяином большой семьи. Оно-то знало точно, что все это будет, хотя спящие лишь радостно улыбались во сне, не веря в его реальность.
   Он держал на ладошке еще несколько снов. Это были совершенно особые сны. Без их исполнения просто не живут, даже если продолжают еще быть на земле, ведь быть – еще не значит жить. Это были очень дорогие ему сны - они сделают счастливыми многих людей. Эти сны были не только для жителей его любимого города, и он волновался – получится ли донести их до тех, кому они принадлежать должны по праву.
   Молодому солдатику-колясочнику, привезенному недавно мамой из госпиталя, он подарил вальс с любимой девушкой на их свадьбе через год. Мальчишка прикрыл собой женщину с ребенком, когда рядом взорвался красивый пакет от сока, начиненный смертью.
   Хрупкой улыбчивой женщине с печальными глазами он для сна приберег тепло настоящей семьи, о котором так мечталось, но которого не случилось…
   А вот к той старушке из старого дома с огромными окнами вернулся наконец-то ее давно пропавший без вести сын.
   А последний сон был совсем особенным - его мог закончить так, как ему хочется тот, кому он предназначен. Этот сон дарил покой и счастье сильному мужчине, именно такое счастье, о котором тот мечтал.
   Когда все сны попали к своим хозяевам, Ангел спустился вниз. К морю. Только раз в год он имел право вот так дарить сны. Особые сны. Ему еще нужно было подумать о той душе, что он хранил - бесприютно ей было на этой земле, холодно. И нужно было все срочно исправлять, потому что могла она просто превратиться в снежинку и растаять, а этого он допустить никак не мог.
   У него осталось всего несколько секунд. , солнышко уже бросило рассветную дорожку к его ногам. Ему было пора уходить до следующего «вольного» часа. Ангел еще раз оглянулся на любимый город, улыбнулся ему, укутанному в сверкающий росный плащ, отражающий в себе ласковое рассветное летнее солнышко. Ангел знал, что он сюда вернется , вернется совсем скоро - он это обещал, а обещания Ангелы выполнять обязаны. Он шагнул на солнечную дорожку, взмахнул крыльями и оказался в небе. Ему нужно было очень спешить – именно он должен первым встречать первую улыбку хозяйки той души, что ему поручена. Такая у него забота.
   А в городе происходило что-то странное. Хозяев той квартиры, где жила кроха с рыжими кудрями разбудил веселый лай щенка, и у них не поднялась рука его выгнать на улицу; он остался жить в этой отныне счастливой навсегда квартире. Старик – морячок, что когда-то был ранен и спасен в этом городе своей любимой, получил раннюю телеграмму от дочери, что страшный диагноз его старухе поставили ошибочно, и что послезавтра она будет уже дома. Через час были подписаны городским начальством документы о помощи в строительстве дома для большой семьи. Мальчишка – инвалид впервые за последний год встал на ноги самостоятельно. Одинокую старушку разбудил долгий неожиданный звонок в дверь, она уже очень давно никого не ждала…Хотя и очень надеялась, верила, что когда-нибудь…
   А Ангел уже был там, где должен быть всегда и оберегать порученную ему душу от бед, горестей , да порой и от себя самой. Хозяйка души сидела на ступеньках у своего старенького скромного дома. Растерянная, с теплым светом во вчера еще печальных глазах и светлой улыбкой на лице…Сегодня у нее было то, о чем мечталось всю жизнь: была большая теплая семья…Пусть это было во сне…Но сон был таким реальным…Слишком явью он был.И она теперь просто не знала, где сон, а где явь. Она поверила, что ее где-то ждут те, кого она только что так явно видела. Она даже достала из шкафа свои когда-то огромные и красивые крылья. Она их спрятала уже давно…когда потеряла последнюю надежду. Тепрь они лежали у ее ног – изломанные, помятые, серые …Они не смогут больше поднять ее в небо – так думалось ей, не смогут унести к тем, кто ее ждет…
   Ангел тихонько опустился на ступеньку рядом с ней и провел рукой по ее волосам, в которых серебристые дорожки пролегли уже навсегда. Она улыбнулась. Ей показалось, что это утренний ветерок ласкает ее кудри. Потом она все поняла.
   - Это ты? Здравствуй. Я тебя очень долго ждала. Думала, что ты уже забыл обо мне. Видишь крылья достала. Поломаны…наверное не взлечу…Да и на душе…А знаешь сегодня на душе – радость , меня ждут… Я теперь это знаю. Мне надо лететь. Мне надо долететь. Меня ждут.
   - Знаю, мы долетим . Вот посмотришь. А с тобой я всегда. Ты просто не видела меня. Обид нелепых забытье, мох страхов и сомнений, затмивший свет в душе, слов ненужных какафония держат тебя в плену небытия, нежизни…Отбрось неверие , сомнения – ты сможешь. Ведь под всеми масками ты чистая и светлая. Доверься мне..отпусти всех …С обидами их и неправдами. И полетели! Крылья твои просторны и крепки… Летим?
   - Прости мне мою слабость. Я ведь просто человек. Вот даже крылья не сберегла и совсем разучилась летать.
   - Знаешь, а я ведь тоже просто твой ангел. Люди и Ангелы…кто знает, что за грань между нами…И, быть может, ты – это я в настоящности моей правоты, мудрости и слабости, а я – это ты в своей прошлой или будущей ипостаси…
   А крылья? Знаешь, люди перестают летать, когда перестают верить, что могут быть как ангелы. Дети верят, а взрослые –нет, вот и не берегут крыл - ни своих, ни чужих...а потом просто выбрасывают их за ненадобностью.


   Ангел провел рукой по ее изломанным, исковерканным, испачканным крыльям…Под его рукой они становились такими, как были когда-то – сильными, просторными, ярко-чистыми. Потом он провел рукой по ее волосам. Странно, но после этого в ее пышной прическе уже не осталось серебряных ручейков печали.
   Мамы, ведущие детей в детские сады ее городка не могли понять почему их дети отказывались идти , а стояли, восхищенно глядя в небо. Что они видели там такого, чего не видели мамы, и что вызывало такой детский восторг? Только два легких почти прозрачных серебристых облачка стремительно спешили куда-то.

© Copyright: Вера Климова, 2012

Регистрационный номер №0027657

от 17 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0027657 выдан для произведения:

Последние минуты его «вольного» часа капельками рассветной росы стекали с кончиков крыльев и смешивались, терялись в ласковом прибое. Он стоял в воде. Перед ним лежало море, его любимое море… Волны, нежась, накатывали на берег. Он ничего не замечал. Он просто стоял , смотрел в глаза моря и улыбался, не чувствуя, как тяжелеют намокающие крылья… Он, как всегда тонул в этих глазах,в них он видел все прошлое и все будущее и свое, и тех, за кого он когда-то отвечал и еще будет отвечать. А этот «вольный час» он придумал для себя сам. Это был тот самый пресловутый условный час временной поясной разницы между двумя точками его планеты: той, где он служил Хранителем души и той, что он так любил.
   Город, бывший еще совсем недавно таким далеким и недосягаемым, а сейчас ставший для него центром Вселенной, начинал просыпаться. Час назад, когда он, болтая с попутным Облачком о выборе оттенка наряда для утреннего торжества рассвета, осматривал свои самые любимые его уголки, город еще мирно посапывал во сне. Шаля, Ангел вытащил из кармана и бросил вниз пригоршню счастливых утренних снов. Сразу в нескольких душах поселилась радость - они увидели, почувствовали то, что им так дорого, о чем мечталось…
   Девчушка из первого подъезда большого дома на набережной бежала за пока еще лопоухим, смешным щенком. Старик из скромной хатешки, чудом держащейся на склоне горы, вновь был молодым и вел под венец свою любимую. Глава большой семьи наконец-то подарил своей семье большой новый дом, где для всех найдется место – и для детей и для нерожденных еще внуков и правнуков.
   Облачко рядом хохотало, глядя на проделки щенка и девчушки, растроганно вздыхало, видя умиротворенно-счастливое лицо старика, горделиво приосанивалось вместе с хозяином большой семьи. Оно-то знало точно, что все это будет, хотя спящие лишь радостно улыбались во сне, не веря в его реальность.
   Он держал на ладошке еще несколько снов. Это были совершенно особые сны. Без их исполнения просто не живут, даже если продолжают еще быть на земле, ведь быть – еще не значит жить. Это были очень дорогие ему сны - они сделают счастливыми многих людей. Эти сны были не только для жителей его любимого города, и он волновался – получится ли донести их до тех, кому они принадлежать должны по праву.
   Молодому солдатику-колясочнику, привезенному недавно мамой из госпиталя, он подарил вальс с любимой девушкой на их свадьбе через год. Мальчишка прикрыл собой женщину с ребенком, когда рядом взорвался красивый пакет от сока, начиненный смертью.
   Хрупкой улыбчивой женщине с печальными глазами он для сна приберег тепло настоящей семьи, о котором так мечталось, но которого не случилось…
   А вот к той старушке из старого дома с огромными окнами вернулся наконец-то ее давно пропавший без вести сын.
   А последний сон был совсем особенным - его мог закончить так, как ему хочется тот, кому он предназначен. Этот сон дарил покой и счастье сильному мужчине, именно такое счастье, о котором тот мечтал.
   Когда все сны попали к своим хозяевам, Ангел спустился вниз. К морю. Только раз в год он имел право вот так дарить сны. Особые сны. Ему еще нужно было подумать о той душе, что он хранил - бесприютно ей было на этой земле, холодно. И нужно было все срочно исправлять, потому что могла она просто превратиться в снежинку и растаять, а этого он допустить никак не мог.
   У него осталось всего несколько секунд. , солнышко уже бросило рассветную дорожку к его ногам. Ему было пора уходить до следующего «вольного» часа. Ангел еще раз оглянулся на любимый город, улыбнулся ему, укутанному в сверкающий росный плащ, отражающий в себе ласковое рассветное летнее солнышко. Ангел знал, что он сюда вернется , вернется совсем скоро - он это обещал, а обещания Ангелы выполнять обязаны. Он шагнул на солнечную дорожку, взмахнул крыльями и оказался в небе. Ему нужно было очень спешить – именно он должен первым встречать первую улыбку хозяйки той души, что ему поручена. Такая у него забота.
   А в городе происходило что-то странное. Хозяев той квартиры, где жила кроха с рыжими кудрями разбудил веселый лай щенка, и у них не поднялась рука его выгнать на улицу; он остался жить в этой отныне счастливой навсегда квартире. Старик – морячок, что когда-то был ранен и спасен в этом городе своей любимой, получил раннюю телеграмму от дочери, что страшный диагноз его старухе поставили ошибочно, и что послезавтра она будет уже дома. Через час были подписаны городским начальством документы о помощи в строительстве дома для большой семьи. Мальчишка – инвалид впервые за последний год встал на ноги самостоятельно. Одинокую старушку разбудил долгий неожиданный звонок в дверь, она уже очень давно никого не ждала…Хотя и очень надеялась, верила, что когда-нибудь…
   А Ангел уже был там, где должен быть всегда и оберегать порученную ему душу от бед, горестей , да порой и от себя самой. Хозяйка души сидела на ступеньках у своего старенького скромного дома. Растерянная, с теплым светом во вчера еще печальных глазах и светлой улыбкой на лице…Сегодня у нее было то, о чем мечталось всю жизнь: была большая теплая семья…Пусть это было во сне…Но сон был таким реальным…Слишком явью он был.И она теперь просто не знала, где сон, а где явь. Она поверила, что ее где-то ждут те, кого она только что так явно видела. Она даже достала из шкафа свои когда-то огромные и красивые крылья. Она их спрятала уже давно…когда потеряла последнюю надежду. Тепрь они лежали у ее ног – изломанные, помятые, серые …Они не смогут больше поднять ее в небо – так думалось ей, не смогут унести к тем, кто ее ждет…
   Ангел тихонько опустился на ступеньку рядом с ней и провел рукой по ее волосам, в которых серебристые дорожки пролегли уже навсегда. Она улыбнулась. Ей показалось, что это утренний ветерок ласкает ее кудри. Потом она все поняла.
   - Это ты? Здравствуй. Я тебя очень долго ждала. Думала, что ты уже забыл обо мне. Видишь крылья достала. Поломаны…наверное не взлечу…Да и на душе…А знаешь сегодня на душе – радость , меня ждут… Я теперь это знаю. Мне надо лететь. Мне надо долететь. Меня ждут.
   - Знаю, мы долетим . Вот посмотришь. А с тобой я всегда. Ты просто не видела меня. Обид нелепых забытье, мох страхов и сомнений, затмивший свет в душе, слов ненужных какафония держат тебя в плену небытия, нежизни…Отбрось неверие , сомнения – ты сможешь. Ведь под всеми масками ты чистая и светлая. Доверься мне..отпусти всех …С обидами их и неправдами. И полетели! Крылья твои просторны и крепки… Летим?
   - Прости мне мою слабость. Я ведь просто человек. Вот даже крылья не сберегла и совсем разучилась летать.
   - Знаешь, а я ведь тоже просто твой ангел. Люди и Ангелы…кто знает, что за грань между нами…И, быть может, ты – это я в настоящности моей правоты, мудрости и слабости, а я – это ты в своей прошлой или будущей ипостаси…
   А крылья? Знаешь, люди перестают летать, когда перестают верить, что могут быть как ангелы. Дети верят, а взрослые –нет, вот и не берегут крыл - ни своих, ни чужих...а потом просто выбрасывают их за ненадобностью.


   Ангел провел рукой по ее изломанным, исковерканным, испачканным крыльям…Под его рукой они становились такими, как были когда-то – сильными, просторными, ярко-чистыми. Потом он провел рукой по ее волосам. Странно, но после этого в ее пышной прическе уже не осталось серебряных ручейков печали.
   Мамы, ведущие детей в детские сады ее городка не могли понять почему их дети отказывались идти , а стояли, восхищенно глядя в небо. Что они видели там такого, чего не видели мамы, и что вызывало такой детский восторг? Только два легких почти прозрачных серебристых облачка стремительно спешили куда-то.

Рейтинг: +1 157 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!