ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Придурка бойся!

Придурка бойся!

9 февраля 2014 - Мирика Родионова
article188279.jpg
О придурках можно говорить нескончаемое количество раз, если говорить больше не о чем. Но такова сегодняшняя карта жизни, что вокруг - одни придурки или их очень много. Порою задумываешься: может, ты сам придурок?
 
Я – водила, самый простой, занимаюсь извозом разным, и грузовым тоже. Непростой хлеб, я вам скажу. Но, как кто-то умный говорил, - хлеб всегда непростой, тяжелый;  это пирожные  - легкие и простые. Как-то, с годами, приработался, знаю, где риски и польза, когда попрет и где тот самый, дорожный, подлый гвоздь. Пытаюсь объезжать.

Семья –Анютка –жена и двое наших близнецов  Семен и Степан, иначе – Симка и Степка,- любимые мои, дорогие. Живу для них, дышу для них, ну, и пашу – на них. А на кого же мне еще пахать? По жаре, и по холоду, по крымским ветрам, с капризными приезжими клиентами, с упертыми  и жадными местными, со всеми, кто покусится на мой , хоть и новый, но Ланос.

 Живем мы в Крыму, в небольшом  городке, в своем доме. Успел построить второй этаж, пока стройматериалы  не подорожали. Сам выгнал стены, подвел под крышу, сам провел отопление,  воду и канализацию. Учился, научился, получилось. 

Крышу ставить приглашал мужиков. Сделали, заплатил. Все – честно. Я, вообще – честный. Кто-то мне сказал, что  денег никогда не заработаю, пока не поумнею. Типа, что у нас по- честному заработать нельзя. 

 Но, живем же, детей растим. Одеты, обуты, дети – учатся,  кормимся хорошо, теплица своя есть, даже иногда продаем с нее кое-что. Курортники летом, опять же, - тоже деньга. Немного,  правда. Тут и вода, и газ, и свет, и мусор – вздорожало все. Налоговая не спит.  Да и уборки за ними – страх, сколько. Только крутись с тряпкой и метлой. Это – во дворе, а в доме?! Есть такие люди… Ладно, потом. На то, что надо, почти всегда хватает. 

Анютка порывалась работать пойти. А я ей сказал: сиди дома, расти сынов, держи дом. 
Мне так спокойней. Знаю, что дома все в порядке и у меня – все получается. Держит меня это, силы дает. Живем.

Затеялся я зимой беседку строить. Думаю, - во дворе, ветров нет, зимой работы мало, -успею. Задумал  сделать  капитальную, из камня, да еще и отделать  белым, морским камнем. Фундамент с друганом заливал. Целый день, от света - дотемна старались, – нельзя прерваться. Бетономешалка старенькая, слава богу, не подвела. Залили. Стены выгнал хитрые, с просветами для вентиляции, со столбами. Крышу мне фирма поставила из металлочерепицы. Красная, красивая вышла. Электрику  сделал. Плафоны затейливые нашел, купил, повесил,  Камнем обложил. Месяц старался. Денег - больно думать!

Закончил. Убрался начерно. Пригласил жену. Раньше, до окончания, не пускал, глаз у нее, лучше не пускать. А то, как скажет что или если кто ей плохо сделает – понос или еще что гадкое. Договорились, что до окончания ходить не будет. Послушалась, не ходила, хоть и любопытная, а терпела. Так получилось, что беседка построилась в дальнем углу участка, от дома - сорок метров, да и за деревьями не сильно видно. 

Пришла, смотрит. Издали - то, видела уже красоту. Походила, посмотрела и говорит:
- Без кухни – носить сюда запилишься. Надо сделать кухоньку, построить что-то вроде барной стойки, а за ней – кухоньку. Площадь позволяет.  Только с  водой и плитой, со столешницей,- как положено.

Сначала – заорать хотел. Даже рот открыл. А потом подумал: вот, что мы, мужики без баб? Хотел сюрприз сделать. А не подумал, как ей потом, носится с подносами по сорок метров – туда, да обратно. Совсем стает, на чем спать потом? Идиот!

Почесался, вздохнул. – Прости меня, дурака, любимая, не хотел  тебе голову забивать, а видно, без тебя – никуда. Сюрприза не вышло.

 Распланировали  теперь уже вместе, как эта стенка встанет, где воду, где плитку, где –короедом сделать красиво, какой цвет… Помечтали. А она мне:
- Знаешь, а мне так нравится, здесь так  уютно  будет. И днем – тень, и вечером –матиолу посажу, петунии, они пахнуть будут.  Стол резной, со скамейками поставим  Я бы тут жила. Ты – такой молодец у меня!

Что тут скажешь. Мужик слезу не пустит, но в душе потенциал появится. Ух!

 Стенку я быстро выложил, воду подвел, канализацию. А тут, видать от потенциала того- заказы посыпались. Один –за другим. Да и весна заканчивается. Сезон настает. Срочно надо заканчивать стройку.

 Сказал Аленке, найди по газете человека, пусть отштукатурит, да закончит. Все посчитали, рассчитали, указания дал.  И уехал на стареньком, грузовом Мэрсе в другую область, по заказу.

 Весна в Крыму- время строек. Каждый хозяин старается, двор в порядок приводит, кто с деньгами – строится, кто просто, полы намывает и калитку красит. По – доходам все. Да, про огород и сад не забудешь. Все руки и денег просит, заботы и души твоей – хозяйство.

Уехал я,  а душа -  не на месте. Звоню, Аленка говорит, что нашла татарина, пришел, работает. - Как работает, спрашиваю. – Работает. Арматуру попросил, маяки поставить.
- Я ж  поставил маяки.
- Сказал, что они кривые. Снял.
- Зачем снял?
 Что спрашивать, разговор слепого с глухим.  
- Ален, ты там держись, я скоро. Денег не давай.
-  Он еще цемент просит.
- Там же  три мешка.
- Ну, что я ему скажу.
- А, ну, дай  его.

Слышу, идет, по дороге говорит:
 - Приезжал бы ты уже скорее. Я с ним разговаривать не могу. Он мне все объясняет своим дурацким «понимаш», вникать заставляет, совсем мозги  затр…ал». Вот, не пойму, ты пришел работать. Материал есть, дождь не капает, деньги платят – работай.  Они, что , все такие дураки?
- Кто, они?
- Татары, строители?
- Это две большие темы. Татары – своя, строители – своя. Обе – дерьмо.
- Так, что мне делать.
- Трубку ему дай. 

«Да» с татарским акцентом не вдохновило, но проняло.
- Я –хозяин.  Сразу тебе говорю, если напартачишь, найду и заставлю все косяки исправить. Лучше делай, как надо, К жене не лезь. Пожалуется – пожалеешь. Зачем тебе еще цемент?
- Э. как зачем, слушай.  Дырки в камень, раствор многа нада, слушай, дай работатать, не звони.

 И это  чмо отключилось.
Я  набрал опять, взяла Аленка, я сказал ей, чтоб не волновалась, если что, соседу звонить, чтоб вышвырнули  урода. Чувствовал, что не мастер это, да еще и низкопробное что-то. Спрашиваю жену, зачем ты его наняла. А она говорит, что весна, все мастера заняты, никого по газете не нашла. Только этот приехал.

От бессилия завыть хотелось. Позвонил соседу, а он у матери, в соседнем городке.  Три часа, но просить, чтоб все бросил и приехал, вроде неудобно. Угрозы жизни нет, - так, бытовое.
 
 Но, что-то подсказывало – дерьмо ситуация. Вот, Аленка, ну, не торопилась бы. А внутренний голос зудел: « Хочешь сделать хорошо, сделай сам! Ты же уехал и задание дал.  У тебя исполнительная, деятельная жена.   Она не виновата, что такие  придурки считают себя мастерами.»

Приехал я через день. Знал, что  татарин - придурок не пришел на следующий день.   Он позвонил  в шесть! утра  жене и сказал, что дома, у себя, проколол вечером ногу гвоздем. Нога опухла. Жена поинтересовалась, из вежливости, - чем он собирается лечить. Тот ответил, что попарил и собирается приложить сырое мясо… « Наверно,  тот гвоздь совсем ржавый был..» О-о-х,   придурок!

Аленка рассказала, что татарин, который «в пупок дышит», решил поухаживать:
 - если б был такой жена, то ноги целовал бы каждый день;
 Через час сказал, что  - муж уехал, ты – одна, приготовь мне место рядом с собой.
На вежливое замечание, что не стоит трогать эти темы, - я же мужчин, а ты- женщин, я- главный.
- Ты здесь работаешь и плохо. Заканчивай, получай деньги и уходи.
- Цемента мало, купить надо.
- Иди, покупай, магазин совсем рядом.
- Муж пусть купит.
-  Тебе нужен цемент, чтобы получить деньги. Иди и купи.
- Ты сходи.
- Шакир, как тебя. Шедевр, блин, Шухер…
- Я – Шавкет.
- Иди и купи, и не выделывайся.
- Денег дай, да?

Надо ли говорить, что это чмо, -  метр пятьдесят по диагонали и в «буденовке!»,  черное, идиотское, придурочное… за целый день только «закидало» одну сторону стены. 
Оно везде накидало окурков.
Оно стребовало денег за незаконченную работу, и Аленка, по- дурости и из порядочной вежливости, дала часть, как аванс.
В летнем душе, куда его пустили помыться, остались его носки. Он еще переживал, что горячая вода  «мало горячий»
Все пришлось переделывать.
После его ухода мы не обнаружили разного мелкого инструмента – отвертки, плоскогубцы, стамеску.
Придурок никогда не поймет, почему он проколол ногу гвоздем и она загноилась. Никто ему плохого не желал. 

Но, почему – то мне хочется, чтобы ему отболело по полной – и за бабки, и за переделку, и за цемент, за поганые, похотливые мысли и язык, и за носки, окурки в траве, и за то, что навонял своим присутствием. За то, что – придурок.

Аленка это рассказывала и я ненавидел себя за то, что заставил ее пережить эти мучения.
Связаться с таким придурком – верный повод для рассказа

© Copyright: Мирика Родионова, 2014

Регистрационный номер №0188279

от 9 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0188279 выдан для произведения:
О придурках можно говорить нескончаемое количество раз, если говорить больше не о чем. Но такова сегодняшняя карта жизни, что вокруг - одни придурки или их очень много. Порою задумываешься: может, ты сам придурок?
 
Я – водила, самый простой, занимаюсь извозом разным, и грузовым тоже. Непростой хлеб, я вам скажу. Но, как кто-то умный говорил, - хлеб всегда непростой, тяжелый;  это пирожные  - легкие и простые. Как-то, с годами, приработался, знаю, где риски и польза, когда попрет и где тот самый, дорожный, подлый гвоздь. Пытаюсь объезжать.

Семья –Анютка –жена и двое наших близнецов  Семен и Степан, иначе – Симка и Степка,- любимые мои, дорогие. Живу для них, дышу для них, ну, и пашу – на них. А на кого же мне еще пахать? По жаре, и по холоду, по крымским ветрам, с капризными приезжими клиентами, с упертыми  и жадными местными, со всеми, кто покусится на мой , хоть и новый, но Ланос.

 Живем мы в Крыму, в небольшом  городке, в своем доме. Успел построить второй этаж, пока стройматериалы  не подорожали. Сам выгнал стены, подвел под крышу, сам провел отопление,  воду и канализацию. Учился, научился, получилось. 

Крышу ставить приглашал мужиков. Сделали, заплатил. Все – честно. Я, вообще – честный. Кто-то мне сказал, что  денег никогда не заработаю, пока не поумнею. Типа, что у нас по- честному заработать нельзя. 

 Но, живем же, детей растим. Одеты, обуты, дети – учатся,  кормимся хорошо, теплица своя есть, даже иногда продаем с нее кое-что. Курортники летом, опять же, - тоже деньга. Немного,  правда. Тут и вода, и газ, и свет, и мусор – вздорожало все. Налоговая не спит.  Да и уборки за ними – страх, сколько. Только крутись с тряпкой и метлой. Это – во дворе, а в доме?! Есть такие люди… Ладно, потом. На то, что надо, почти всегда хватает. 

Анютка порывалась работать пойти. А я ей сказал: сиди дома, расти сынов, держи дом. 
Мне так спокойней. Знаю, что дома все в порядке и у меня – все получается. Держит меня это, силы дает. Живем.

Затеялся я зимой беседку строить. Думаю, - во дворе, ветров нет, зимой работы мало, -успею. Задумал  сделать  капитальную, из камня, да еще и отделать  белым, морским камнем. Фундамент с друганом заливал. Целый день, от света - дотемна старались, – нельзя прерваться. Бетономешалка старенькая, слава богу, не подвела. Залили. Стены выгнал хитрые, с просветами для вентиляции, со столбами. Крышу мне фирма поставила из металлочерепицы. Красная, красивая вышла. Электрику  сделал. Плафоны затейливые нашел, купил, повесил,  Камнем обложил. Месяц старался. Денег - больно думать!

Закончил. Убрался начерно. Пригласил жену. Раньше, до окончания, не пускал, глаз у нее, лучше не пускать. А то, как скажет что или если кто ей плохо сделает – понос или еще что гадкое. Договорились, что до окончания ходить не будет. Послушалась, не ходила, хоть и любопытная, а терпела. Так получилось, что беседка построилась в дальнем углу участка, от дома - сорок метров, да и за деревьями не сильно видно. 

Пришла, смотрит. Издали - то, видела уже красоту. Походила, посмотрела и говорит:
- Без кухни – носить сюда запилишься. Надо сделать кухоньку, построить что-то вроде барной стойки, а за ней – кухоньку. Площадь позволяет.  Только с  водой и плитой, со столешницей,- как положено.

Сначала – заорать хотел. Даже рот открыл. А потом подумал: вот, что мы, мужики без баб? Хотел сюрприз сделать. А не подумал, как ей потом, носится с подносами по сорок метров – туда, да обратно. Совсем стает, на чем спать потом? Идиот!

Почесался, вздохнул. – Прости меня, дурака, любимая, не хотел  тебе голову забивать, а видно, без тебя – никуда. Сюрприза не вышло.

 Распланировали  теперь уже вместе, как эта стенка встанет, где воду, где плитку, где –короедом сделать красиво, какой цвет… Помечтали. А она мне:
- Знаешь, а мне так нравится, здесь так  уютно  будет. И днем – тень, и вечером –матиолу посажу, петунии, они пахнуть будут.  Стол резной, со скамейками поставим  Я бы тут жила. Ты – такой молодец у меня!

Что тут скажешь. Мужик слезу не пустит, но в душе потенциал появится. Ух!

 Стенку я быстро выложил, воду подвел, канализацию. А тут, видать от потенциала того- заказы посыпались. Один –за другим. Да и весна заканчивается. Сезон настает. Срочно надо заканчивать стройку.

 Сказал Аленке, найди по газете человека, пусть отштукатурит, да закончит. Все посчитали, рассчитали, указания дал.  И уехал на стареньком, грузовом Мэрсе в другую область, по заказу.

 Весна в Крыму- время строек. Каждый хозяин старается, двор в порядок приводит, кто с деньгами – строится, кто просто, полы намывает и калитку красит. По – доходам все. Да, про огород и сад не забудешь. Все руки и денег просит, заботы и души твоей – хозяйство.

Уехал я,  а душа -  не на месте. Звоню, Аленка говорит, что нашла татарина, пришел, работает. - Как работает, спрашиваю. – Работает. Арматуру попросил, маяки поставить.
- Я ж  поставил маяки.
- Сказал, что они кривые. Снял.
- Зачем снял?
 Что спрашивать, разговор слепого с глухим.  
- Ален, ты там держись, я скоро. Денег не давай.
-  Он еще цемент просит.
- Там же  три мешка.
- Ну, что я ему скажу.
- А, ну, дай  его.

Слышу, идет, по дороге говорит:
 - Приезжал бы ты уже скорее. Я с ним разговаривать не могу. Он мне все объясняет своим дурацким «понимаш», вникать заставляет, совсем мозги  затр…ал». Вот, не пойму, ты пришел работать. Материал есть, дождь не капает, деньги платят – работай.  Они, что , все такие дураки?
- Кто, они?
- Татары, строители?
- Это две большие темы. Татары – своя, строители – своя. Обе – дерьмо.
- Так, что мне делать.
- Трубку ему дай. 

«Да» с татарским акцентом не вдохновило, но проняло.
- Я –хозяин.  Сразу тебе говорю, если напартачишь, найду и заставлю все косяки исправить. Лучше делай, как надо, К жене не лезь. Пожалуется – пожалеешь. Зачем тебе еще цемент?
- Э. как зачем, слушай.  Дырки в камень, раствор многа нада, слушай, дай работатать, не звони.

 И это  чмо отключилось.
Я  набрал опять, взяла Аленка, я сказал ей, чтоб не волновалась, если что, соседу звонить, чтоб вышвырнули  урода. Чувствовал, что не мастер это, да еще и низкопробное что-то. Спрашиваю жену, зачем ты его наняла. А она говорит, что весна, все мастера заняты, никого по газете не нашла. Только этот приехал.

От бессилия завыть хотелось. Позвонил соседу, а он у матери, в соседнем городке.  Три часа, но просить, чтоб все бросил и приехал, вроде неудобно. Угрозы жизни нет, - так, бытовое.
 
 Но, что-то подсказывало – дерьмо ситуация. Вот, Аленка, ну, не торопилась бы. А внутренний голос зудел: « Хочешь сделать хорошо, сделай сам! Ты же уехал и задание дал.  У тебя исполнительная, деятельная жена.   Она не виновата, что такие  придурки считают себя мастерами.»

Приехал я через день. Знал, что  татарин - придурок не пришел на следующий день.   Он позвонил  в шесть! утра  жене и сказал, что дома, у себя, проколол вечером ногу гвоздем. Нога опухла. Жена поинтересовалась, из вежливости, - чем он собирается лечить. Тот ответил, что попарил и собирается приложить сырое мясо… « Наверно,  тот гвоздь совсем ржавый был..» О-о-х,   придурок!

Аленка рассказала, что татарин, который «в пупок дышит», решил поухаживать:
 - если б был такой жена, то ноги целовал бы каждый день;
 Через час сказал, что  - муж уехал, ты – одна, приготовь мне место рядом с собой.
На вежливое замечание, что не стоит трогать эти темы, - я же мужчин, а ты- женщин, я- главный.
- Ты здесь работаешь и плохо. Заканчивай, получай деньги и уходи.
- Цемента мало, купить надо.
- Иди, покупай, магазин совсем рядом.
- Муж пусть купит.
-  Тебе нужен цемент, чтобы получить деньги. Иди и купи.
- Ты сходи.
- Шакир, как тебя. Шедевр, блин, Шухер…
- Я – Шавкет.
- Иди и купи, и не выделывайся.
- Денег дай, да?

Надо ли говорить, что это чмо, -  метр пятьдесят по диагонали и в «буденовке!»,  черное, идиотское, придурочное… за целый день только «закидало» одну сторону стены. 
Оно везде накидало окурков.
Оно стребовало денег за незаконченную работу, и Аленка, по- дурости и из порядочной вежливости, дала часть, как аванс.
В летнем душе, куда его пустили помыться, остались его носки. Он еще переживал, что горячая вода  «мало горячий»
Все пришлось переделывать.
После его ухода мы не обнаружили разного мелкого инструмента – отвертки, плоскогубцы, стамеску.
Придурок никогда не поймет, почему он проколол ногу гвоздем и она загноилась. Никто ему плохого не желал. 

Но, почему – то мне хочется, чтобы ему отболело по полной – и за бабки, и за переделку, и за цемент, за поганые, похотливые мысли и язык, и за носки, окурки в траве, и за то, что навонял своим присутствием. За то, что – придурок.

Аленка это рассказывала и я ненавидел себя за то, что заставил ее пережить эти мучения.
Связаться с таким придурком – верный повод для рассказа

Рейтинг: +2 225 просмотров
Комментарии (2)
НИКОЛАЙ ГОЛЬБРАЙХ # 9 февраля 2014 в 22:23 0
МИРИКА ОТЛИЧНЫЙ РАССКАЗ!!!
Серов Владимир # 9 февраля 2014 в 23:33 0
Блииин! Как всё знакомо! laugh
Очень жизненно! super

 

Популярная проза за месяц
166
139
133
129
111
106
Ловец жемчуга 28 августа 2017 (Тая Кузмина)
104
102
99
Только Ты! 17 сентября 2017 (Анна Гирик)
91
91
86
78
78
78
77
76
76
76
75
73
73
ПРИНЦ 29 августа 2017 (Елена Бурханова)
71
71
Песочный замок 6 сентября 2017 (Аида Бекеш)
69
68
67
67
65
64