ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Придурка бойся!

 

Придурка бойся!

9 февраля 2014 - Мирика Родионова
article188279.jpg
О придурках можно говорить нескончаемое количество раз, если говорить больше не о чем. Но такова сегодняшняя карта жизни, что вокруг - одни придурки или их очень много. Порою задумываешься: может, ты сам придурок?
 
Я – водила, самый простой, занимаюсь извозом разным, и грузовым тоже. Непростой хлеб, я вам скажу. Но, как кто-то умный говорил, - хлеб всегда непростой, тяжелый;  это пирожные  - легкие и простые. Как-то, с годами, приработался, знаю, где риски и польза, когда попрет и где тот самый, дорожный, подлый гвоздь. Пытаюсь объезжать.

Семья –Анютка –жена и двое наших близнецов  Семен и Степан, иначе – Симка и Степка,- любимые мои, дорогие. Живу для них, дышу для них, ну, и пашу – на них. А на кого же мне еще пахать? По жаре, и по холоду, по крымским ветрам, с капризными приезжими клиентами, с упертыми  и жадными местными, со всеми, кто покусится на мой , хоть и новый, но Ланос.

 Живем мы в Крыму, в небольшом  городке, в своем доме. Успел построить второй этаж, пока стройматериалы  не подорожали. Сам выгнал стены, подвел под крышу, сам провел отопление,  воду и канализацию. Учился, научился, получилось. 

Крышу ставить приглашал мужиков. Сделали, заплатил. Все – честно. Я, вообще – честный. Кто-то мне сказал, что  денег никогда не заработаю, пока не поумнею. Типа, что у нас по- честному заработать нельзя. 

 Но, живем же, детей растим. Одеты, обуты, дети – учатся,  кормимся хорошо, теплица своя есть, даже иногда продаем с нее кое-что. Курортники летом, опять же, - тоже деньга. Немного,  правда. Тут и вода, и газ, и свет, и мусор – вздорожало все. Налоговая не спит.  Да и уборки за ними – страх, сколько. Только крутись с тряпкой и метлой. Это – во дворе, а в доме?! Есть такие люди… Ладно, потом. На то, что надо, почти всегда хватает. 

Анютка порывалась работать пойти. А я ей сказал: сиди дома, расти сынов, держи дом. 
Мне так спокойней. Знаю, что дома все в порядке и у меня – все получается. Держит меня это, силы дает. Живем.

Затеялся я зимой беседку строить. Думаю, - во дворе, ветров нет, зимой работы мало, -успею. Задумал  сделать  капитальную, из камня, да еще и отделать  белым, морским камнем. Фундамент с друганом заливал. Целый день, от света - дотемна старались, – нельзя прерваться. Бетономешалка старенькая, слава богу, не подвела. Залили. Стены выгнал хитрые, с просветами для вентиляции, со столбами. Крышу мне фирма поставила из металлочерепицы. Красная, красивая вышла. Электрику  сделал. Плафоны затейливые нашел, купил, повесил,  Камнем обложил. Месяц старался. Денег - больно думать!

Закончил. Убрался начерно. Пригласил жену. Раньше, до окончания, не пускал, глаз у нее, лучше не пускать. А то, как скажет что или если кто ей плохо сделает – понос или еще что гадкое. Договорились, что до окончания ходить не будет. Послушалась, не ходила, хоть и любопытная, а терпела. Так получилось, что беседка построилась в дальнем углу участка, от дома - сорок метров, да и за деревьями не сильно видно. 

Пришла, смотрит. Издали - то, видела уже красоту. Походила, посмотрела и говорит:
- Без кухни – носить сюда запилишься. Надо сделать кухоньку, построить что-то вроде барной стойки, а за ней – кухоньку. Площадь позволяет.  Только с  водой и плитой, со столешницей,- как положено.

Сначала – заорать хотел. Даже рот открыл. А потом подумал: вот, что мы, мужики без баб? Хотел сюрприз сделать. А не подумал, как ей потом, носится с подносами по сорок метров – туда, да обратно. Совсем стает, на чем спать потом? Идиот!

Почесался, вздохнул. – Прости меня, дурака, любимая, не хотел  тебе голову забивать, а видно, без тебя – никуда. Сюрприза не вышло.

 Распланировали  теперь уже вместе, как эта стенка встанет, где воду, где плитку, где –короедом сделать красиво, какой цвет… Помечтали. А она мне:
- Знаешь, а мне так нравится, здесь так  уютно  будет. И днем – тень, и вечером –матиолу посажу, петунии, они пахнуть будут.  Стол резной, со скамейками поставим  Я бы тут жила. Ты – такой молодец у меня!

Что тут скажешь. Мужик слезу не пустит, но в душе потенциал появится. Ух!

 Стенку я быстро выложил, воду подвел, канализацию. А тут, видать от потенциала того- заказы посыпались. Один –за другим. Да и весна заканчивается. Сезон настает. Срочно надо заканчивать стройку.

 Сказал Аленке, найди по газете человека, пусть отштукатурит, да закончит. Все посчитали, рассчитали, указания дал.  И уехал на стареньком, грузовом Мэрсе в другую область, по заказу.

 Весна в Крыму- время строек. Каждый хозяин старается, двор в порядок приводит, кто с деньгами – строится, кто просто, полы намывает и калитку красит. По – доходам все. Да, про огород и сад не забудешь. Все руки и денег просит, заботы и души твоей – хозяйство.

Уехал я,  а душа -  не на месте. Звоню, Аленка говорит, что нашла татарина, пришел, работает. - Как работает, спрашиваю. – Работает. Арматуру попросил, маяки поставить.
- Я ж  поставил маяки.
- Сказал, что они кривые. Снял.
- Зачем снял?
 Что спрашивать, разговор слепого с глухим.  
- Ален, ты там держись, я скоро. Денег не давай.
-  Он еще цемент просит.
- Там же  три мешка.
- Ну, что я ему скажу.
- А, ну, дай  его.

Слышу, идет, по дороге говорит:
 - Приезжал бы ты уже скорее. Я с ним разговаривать не могу. Он мне все объясняет своим дурацким «понимаш», вникать заставляет, совсем мозги  затр…ал». Вот, не пойму, ты пришел работать. Материал есть, дождь не капает, деньги платят – работай.  Они, что , все такие дураки?
- Кто, они?
- Татары, строители?
- Это две большие темы. Татары – своя, строители – своя. Обе – дерьмо.
- Так, что мне делать.
- Трубку ему дай. 

«Да» с татарским акцентом не вдохновило, но проняло.
- Я –хозяин.  Сразу тебе говорю, если напартачишь, найду и заставлю все косяки исправить. Лучше делай, как надо, К жене не лезь. Пожалуется – пожалеешь. Зачем тебе еще цемент?
- Э. как зачем, слушай.  Дырки в камень, раствор многа нада, слушай, дай работатать, не звони.

 И это  чмо отключилось.
Я  набрал опять, взяла Аленка, я сказал ей, чтоб не волновалась, если что, соседу звонить, чтоб вышвырнули  урода. Чувствовал, что не мастер это, да еще и низкопробное что-то. Спрашиваю жену, зачем ты его наняла. А она говорит, что весна, все мастера заняты, никого по газете не нашла. Только этот приехал.

От бессилия завыть хотелось. Позвонил соседу, а он у матери, в соседнем городке.  Три часа, но просить, чтоб все бросил и приехал, вроде неудобно. Угрозы жизни нет, - так, бытовое.
 
 Но, что-то подсказывало – дерьмо ситуация. Вот, Аленка, ну, не торопилась бы. А внутренний голос зудел: « Хочешь сделать хорошо, сделай сам! Ты же уехал и задание дал.  У тебя исполнительная, деятельная жена.   Она не виновата, что такие  придурки считают себя мастерами.»

Приехал я через день. Знал, что  татарин - придурок не пришел на следующий день.   Он позвонил  в шесть! утра  жене и сказал, что дома, у себя, проколол вечером ногу гвоздем. Нога опухла. Жена поинтересовалась, из вежливости, - чем он собирается лечить. Тот ответил, что попарил и собирается приложить сырое мясо… « Наверно,  тот гвоздь совсем ржавый был..» О-о-х,   придурок!

Аленка рассказала, что татарин, который «в пупок дышит», решил поухаживать:
 - если б был такой жена, то ноги целовал бы каждый день;
 Через час сказал, что  - муж уехал, ты – одна, приготовь мне место рядом с собой.
На вежливое замечание, что не стоит трогать эти темы, - я же мужчин, а ты- женщин, я- главный.
- Ты здесь работаешь и плохо. Заканчивай, получай деньги и уходи.
- Цемента мало, купить надо.
- Иди, покупай, магазин совсем рядом.
- Муж пусть купит.
-  Тебе нужен цемент, чтобы получить деньги. Иди и купи.
- Ты сходи.
- Шакир, как тебя. Шедевр, блин, Шухер…
- Я – Шавкет.
- Иди и купи, и не выделывайся.
- Денег дай, да?

Надо ли говорить, что это чмо, -  метр пятьдесят по диагонали и в «буденовке!»,  черное, идиотское, придурочное… за целый день только «закидало» одну сторону стены. 
Оно везде накидало окурков.
Оно стребовало денег за незаконченную работу, и Аленка, по- дурости и из порядочной вежливости, дала часть, как аванс.
В летнем душе, куда его пустили помыться, остались его носки. Он еще переживал, что горячая вода  «мало горячий»
Все пришлось переделывать.
После его ухода мы не обнаружили разного мелкого инструмента – отвертки, плоскогубцы, стамеску.
Придурок никогда не поймет, почему он проколол ногу гвоздем и она загноилась. Никто ему плохого не желал. 

Но, почему – то мне хочется, чтобы ему отболело по полной – и за бабки, и за переделку, и за цемент, за поганые, похотливые мысли и язык, и за носки, окурки в траве, и за то, что навонял своим присутствием. За то, что – придурок.

Аленка это рассказывала и я ненавидел себя за то, что заставил ее пережить эти мучения.
Связаться с таким придурком – верный повод для рассказа

© Copyright: Мирика Родионова, 2014

Регистрационный номер №0188279

от 9 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0188279 выдан для произведения:
О придурках можно говорить нескончаемое количество раз, если говорить больше не о чем. Но такова сегодняшняя карта жизни, что вокруг - одни придурки или их очень много. Порою задумываешься: может, ты сам придурок?
 
Я – водила, самый простой, занимаюсь извозом разным, и грузовым тоже. Непростой хлеб, я вам скажу. Но, как кто-то умный говорил, - хлеб всегда непростой, тяжелый;  это пирожные  - легкие и простые. Как-то, с годами, приработался, знаю, где риски и польза, когда попрет и где тот самый, дорожный, подлый гвоздь. Пытаюсь объезжать.

Семья –Анютка –жена и двое наших близнецов  Семен и Степан, иначе – Симка и Степка,- любимые мои, дорогие. Живу для них, дышу для них, ну, и пашу – на них. А на кого же мне еще пахать? По жаре, и по холоду, по крымским ветрам, с капризными приезжими клиентами, с упертыми  и жадными местными, со всеми, кто покусится на мой , хоть и новый, но Ланос.

 Живем мы в Крыму, в небольшом  городке, в своем доме. Успел построить второй этаж, пока стройматериалы  не подорожали. Сам выгнал стены, подвел под крышу, сам провел отопление,  воду и канализацию. Учился, научился, получилось. 

Крышу ставить приглашал мужиков. Сделали, заплатил. Все – честно. Я, вообще – честный. Кто-то мне сказал, что  денег никогда не заработаю, пока не поумнею. Типа, что у нас по- честному заработать нельзя. 

 Но, живем же, детей растим. Одеты, обуты, дети – учатся,  кормимся хорошо, теплица своя есть, даже иногда продаем с нее кое-что. Курортники летом, опять же, - тоже деньга. Немного,  правда. Тут и вода, и газ, и свет, и мусор – вздорожало все. Налоговая не спит.  Да и уборки за ними – страх, сколько. Только крутись с тряпкой и метлой. Это – во дворе, а в доме?! Есть такие люди… Ладно, потом. На то, что надо, почти всегда хватает. 

Анютка порывалась работать пойти. А я ей сказал: сиди дома, расти сынов, держи дом. 
Мне так спокойней. Знаю, что дома все в порядке и у меня – все получается. Держит меня это, силы дает. Живем.

Затеялся я зимой беседку строить. Думаю, - во дворе, ветров нет, зимой работы мало, -успею. Задумал  сделать  капитальную, из камня, да еще и отделать  белым, морским камнем. Фундамент с друганом заливал. Целый день, от света - дотемна старались, – нельзя прерваться. Бетономешалка старенькая, слава богу, не подвела. Залили. Стены выгнал хитрые, с просветами для вентиляции, со столбами. Крышу мне фирма поставила из металлочерепицы. Красная, красивая вышла. Электрику  сделал. Плафоны затейливые нашел, купил, повесил,  Камнем обложил. Месяц старался. Денег - больно думать!

Закончил. Убрался начерно. Пригласил жену. Раньше, до окончания, не пускал, глаз у нее, лучше не пускать. А то, как скажет что или если кто ей плохо сделает – понос или еще что гадкое. Договорились, что до окончания ходить не будет. Послушалась, не ходила, хоть и любопытная, а терпела. Так получилось, что беседка построилась в дальнем углу участка, от дома - сорок метров, да и за деревьями не сильно видно. 

Пришла, смотрит. Издали - то, видела уже красоту. Походила, посмотрела и говорит:
- Без кухни – носить сюда запилишься. Надо сделать кухоньку, построить что-то вроде барной стойки, а за ней – кухоньку. Площадь позволяет.  Только с  водой и плитой, со столешницей,- как положено.

Сначала – заорать хотел. Даже рот открыл. А потом подумал: вот, что мы, мужики без баб? Хотел сюрприз сделать. А не подумал, как ей потом, носится с подносами по сорок метров – туда, да обратно. Совсем стает, на чем спать потом? Идиот!

Почесался, вздохнул. – Прости меня, дурака, любимая, не хотел  тебе голову забивать, а видно, без тебя – никуда. Сюрприза не вышло.

 Распланировали  теперь уже вместе, как эта стенка встанет, где воду, где плитку, где –короедом сделать красиво, какой цвет… Помечтали. А она мне:
- Знаешь, а мне так нравится, здесь так  уютно  будет. И днем – тень, и вечером –матиолу посажу, петунии, они пахнуть будут.  Стол резной, со скамейками поставим  Я бы тут жила. Ты – такой молодец у меня!

Что тут скажешь. Мужик слезу не пустит, но в душе потенциал появится. Ух!

 Стенку я быстро выложил, воду подвел, канализацию. А тут, видать от потенциала того- заказы посыпались. Один –за другим. Да и весна заканчивается. Сезон настает. Срочно надо заканчивать стройку.

 Сказал Аленке, найди по газете человека, пусть отштукатурит, да закончит. Все посчитали, рассчитали, указания дал.  И уехал на стареньком, грузовом Мэрсе в другую область, по заказу.

 Весна в Крыму- время строек. Каждый хозяин старается, двор в порядок приводит, кто с деньгами – строится, кто просто, полы намывает и калитку красит. По – доходам все. Да, про огород и сад не забудешь. Все руки и денег просит, заботы и души твоей – хозяйство.

Уехал я,  а душа -  не на месте. Звоню, Аленка говорит, что нашла татарина, пришел, работает. - Как работает, спрашиваю. – Работает. Арматуру попросил, маяки поставить.
- Я ж  поставил маяки.
- Сказал, что они кривые. Снял.
- Зачем снял?
 Что спрашивать, разговор слепого с глухим.  
- Ален, ты там держись, я скоро. Денег не давай.
-  Он еще цемент просит.
- Там же  три мешка.
- Ну, что я ему скажу.
- А, ну, дай  его.

Слышу, идет, по дороге говорит:
 - Приезжал бы ты уже скорее. Я с ним разговаривать не могу. Он мне все объясняет своим дурацким «понимаш», вникать заставляет, совсем мозги  затр…ал». Вот, не пойму, ты пришел работать. Материал есть, дождь не капает, деньги платят – работай.  Они, что , все такие дураки?
- Кто, они?
- Татары, строители?
- Это две большие темы. Татары – своя, строители – своя. Обе – дерьмо.
- Так, что мне делать.
- Трубку ему дай. 

«Да» с татарским акцентом не вдохновило, но проняло.
- Я –хозяин.  Сразу тебе говорю, если напартачишь, найду и заставлю все косяки исправить. Лучше делай, как надо, К жене не лезь. Пожалуется – пожалеешь. Зачем тебе еще цемент?
- Э. как зачем, слушай.  Дырки в камень, раствор многа нада, слушай, дай работатать, не звони.

 И это  чмо отключилось.
Я  набрал опять, взяла Аленка, я сказал ей, чтоб не волновалась, если что, соседу звонить, чтоб вышвырнули  урода. Чувствовал, что не мастер это, да еще и низкопробное что-то. Спрашиваю жену, зачем ты его наняла. А она говорит, что весна, все мастера заняты, никого по газете не нашла. Только этот приехал.

От бессилия завыть хотелось. Позвонил соседу, а он у матери, в соседнем городке.  Три часа, но просить, чтоб все бросил и приехал, вроде неудобно. Угрозы жизни нет, - так, бытовое.
 
 Но, что-то подсказывало – дерьмо ситуация. Вот, Аленка, ну, не торопилась бы. А внутренний голос зудел: « Хочешь сделать хорошо, сделай сам! Ты же уехал и задание дал.  У тебя исполнительная, деятельная жена.   Она не виновата, что такие  придурки считают себя мастерами.»

Приехал я через день. Знал, что  татарин - придурок не пришел на следующий день.   Он позвонил  в шесть! утра  жене и сказал, что дома, у себя, проколол вечером ногу гвоздем. Нога опухла. Жена поинтересовалась, из вежливости, - чем он собирается лечить. Тот ответил, что попарил и собирается приложить сырое мясо… « Наверно,  тот гвоздь совсем ржавый был..» О-о-х,   придурок!

Аленка рассказала, что татарин, который «в пупок дышит», решил поухаживать:
 - если б был такой жена, то ноги целовал бы каждый день;
 Через час сказал, что  - муж уехал, ты – одна, приготовь мне место рядом с собой.
На вежливое замечание, что не стоит трогать эти темы, - я же мужчин, а ты- женщин, я- главный.
- Ты здесь работаешь и плохо. Заканчивай, получай деньги и уходи.
- Цемента мало, купить надо.
- Иди, покупай, магазин совсем рядом.
- Муж пусть купит.
-  Тебе нужен цемент, чтобы получить деньги. Иди и купи.
- Ты сходи.
- Шакир, как тебя. Шедевр, блин, Шухер…
- Я – Шавкет.
- Иди и купи, и не выделывайся.
- Денег дай, да?

Надо ли говорить, что это чмо, -  метр пятьдесят по диагонали и в «буденовке!»,  черное, идиотское, придурочное… за целый день только «закидало» одну сторону стены. 
Оно везде накидало окурков.
Оно стребовало денег за незаконченную работу, и Аленка, по- дурости и из порядочной вежливости, дала часть, как аванс.
В летнем душе, куда его пустили помыться, остались его носки. Он еще переживал, что горячая вода  «мало горячий»
Все пришлось переделывать.
После его ухода мы не обнаружили разного мелкого инструмента – отвертки, плоскогубцы, стамеску.
Придурок никогда не поймет, почему он проколол ногу гвоздем и она загноилась. Никто ему плохого не желал. 

Но, почему – то мне хочется, чтобы ему отболело по полной – и за бабки, и за переделку, и за цемент, за поганые, похотливые мысли и язык, и за носки, окурки в траве, и за то, что навонял своим присутствием. За то, что – придурок.

Аленка это рассказывала и я ненавидел себя за то, что заставил ее пережить эти мучения.
Связаться с таким придурком – верный повод для рассказа

Рейтинг: +2 186 просмотров
Комментарии (2)
НИКОЛАЙ ГОЛЬБРАЙХ # 9 февраля 2014 в 22:23 0
МИРИКА ОТЛИЧНЫЙ РАССКАЗ!!!
Серов Владимир # 9 февраля 2014 в 23:33 0
Блииин! Как всё знакомо! laugh
Очень жизненно! super