ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Поездка в детство

 

Поездка в детство

23 августа 2013 - Зинаида Маркина
Поездка в детство

Златопольский мучился с похмелья, вчера перебрал на банкете. Злой и обиженный на весь мир. Он уже достиг многого, о чем мечтал. В свои 42 Владимир Леонидович занимал пост заместителя губернатора области, имел деньги и возможность их тратить, власть его была неограниченной. Губернатор, немолодой и слабохарактерный человек, полностью полагался на Златопольского. Сегодня первый день отпуска, а он даже не решил, где будет отдыхать. Он терпеть не мог пляжный неподвижный отдых. Может, поехать в круиз на теплоходе? А, может, взять палатку, ружье, удочки, и махнуть к егерю дяде Леше в тайгу? Вот обрадуется старичок! Голова соображала плохо, думать ни о чем не хотелось. 
- Настя! – окликнул он свою домоправительницу и по совместительству любовницу, - Принеси мне бутылочку темного пива. 
- Хорошо, Владимир Леонидович. Вам пора обедать. Сегодня я приготовила ваши любимые голубцы и острый суп- харчо. 
- Ладно, голубцы неси, а суп пока не хочу. Сама тоже поешь обязательно, - сказал он, любуясь молодой женщиной. 
- С удовольствием, я голодная. Можно я капельку тортика отрежу?- совсем по-детски спросила Настя. 
- Настя…Разве я тебе чего-нибудь не разрешаю? Ешь, сколько хочешь, но не толстей, ты и так пухленькая, красавица моя. 
Настя улыбнулась, обнажив красивые белые зубы. Она никогда не перечила Златопольскому. Спокойная и веселая, она всегда относилась к нему с почтением, даже в постели, никакого панибратства себе не позволяла. Она была единственным человеком из его окружения, с кем ему было легко и просто, с кем он отдыхал. Интеллектом девчонка, увы, не блистала, но от нее исходило такое спокойствие и такая надежность, как в детстве от мамы. 
- Настюша, - спросил Златопольский, - Что ты хочешь от жизни, скажи мне. 
- Не знаю… Впрочем, я не прочь выйти замуж и нарожать детей. Троих. 
- Почему такое количество? 
- Чтобы играли друг с другом, и им было не скучно, - ответила девушка. 
- Может, жениться на ней? – подумал Златопольский, - Она в моем вкусе: пышечка, зеленоглазая…Боже, где провести отдых, просто голова разрывается от этой мысли. 
- Вы куда поедете отдыхать? – спросила Настя, словно угадав его мысли. 
- А ты хочешь поехать со мной? 
- Как скажете, я обожаю путешествия, - сказала Настя. 
- Я подумаю, - улыбнулся Златопольский. 
Пиво и голубцы облегчили его состояние. 
- Может, съездить в Синегорск? Давно там не был,- рассуждал Владимир, - Только у кого остановиться? Лучше в гостинице, никого не стесню. 
Он прикрыл глаза. Это теперь у него шикарный коттедж с зимним садом и фонтанчиками, а тогда… 
Синегорск – город его детства. Небольшой райцентр, школа номер 1 имени Вали Котика. Их компания из пяти таких разных ребят: он, Валька Ромашкин, Борька Нудельман, Олежка Неркин и единственная девчонка Анжелка Стасовская. Володя был влюблен в нее, а она предпочитала Борьку, оба в самодеятельном театре артистами были. Олег и Валька в хоккей играли, а Владимир на баяне шпарил, на гитаре, бодибилдингом занимался. Разные интересы были у ребят их компании, но они дружили, и друг без друга жить не могли. 
- Настенька, - крикнул Златопольский, - собирай чемоданы, мы едем на мою родину в Синегорск, как? 
- А где это? 
- На Урале, крошка моя, райцентр такой. Охранникам ни слова, вообще никому, поняла? 
- Я сама поеду за билетами. 
- Возьми в шкатулке деньги. Еще раз предупреждаю: ротик на замочек. А после Синегорска слетаем в Париж. Довольна? 
- Здорово! Отпад! Едем, Владимир Леонидович. 
Синегорск встретил их мелким моросящим дождиком. В небольшой гостинице « Родной Урал» особого комфорта не было. Обедать в гостиничном ресторане Владимир побрезговал, отправился в ресторан «Синие горы», которые во времена его детства и юности считался лучшим. Ресторан заметно улучшил свой интерьер, но народу было мало: отпугивали высокие цены. 
К ним подошел красивый высокий официант, подал меню. Взглянув на него, Златопольский уловил знакомые черты. 
- Игорь Никитский? Ты? 
- Я, Златопольский, не ожидал тебя увидеть в родных пенатах. 
Перед ним стоял его одноклассник Игорешка по прозвищу Ник собственной персоной. 
- Какими судьбами, Вовчик? Говорят, ты большим человеком стал. 
- Не маленьким, но есть гораздо больше, Игорек. 
- С приездом, дружище! Зачем приехал? Жена твоя? 
- Подружка. Ее зовут Настя, Анастасия, приехал я сам к себе. К детству своему, Игорек. 
- Странная причина. Где все твои, живы? 
- Мамы давно нет: инфаркт, а отец живет с семьей сестренки в Москве. Брат Витька в Лондоне, читает лекции, женат, трое детей. 
- А у тебя? 
- Пока не женат и детей нет, а ты? 
- Все о-кей. Моя жена – Люся Ромашкина, у нас две доченьки. 
- Эта курносая озорница Люська, которая бегала за Валькой, твоя жена? Не верится. 
- Все меняется, Вовка, или как тебя сейчас? 
- Как и тогда. Вовка, и никак больше. Где Валентин Ромашкин? 
- Сложно сказать… Спился Валька, совсем спился. Где он теперь, не знает даже теща. Тесть с горя помер в прошлом году. Валька педагогический окончил, детишек тренировал, а потом спортклуб какие-то козлы выкупили, и все. Работу Валька потерял, связался на базаре с ханыгами, запил. Пытались сладить с ним, не получилось. 
- Лечился? 
- Да. Но снова уходил в запой. Бомжует где-то, болезный. Так я думаю, не хочется верить, что случилось что-то плохое. 
- Да, Игорь, дела невеселые, если найдется , звякни мне, попробую полечить по моим каналам. 
- Ты – занятый человек, Вовка. Тебе не до нашего брата, забудешь, своих забот по горло. 
- Выпей со мной, Никитский. 
- Мне нельзя, я на работе, и держусь за место. Устроиться так не смогу. 
- Где Борька, Анжела, Олег? 
- Борька с Анжелкой в Америку хотели поехать, а оказались в Израиле. У них хорошая семья: четверо пацанов растут, а вот с девочками прокол вышел. Толстые стали, солидные. Мы с Люськой ездили к ним, ели у них хумус и тхину, еда у них такая, на хлеб мажется. 
- Знаю. Много раз там бывал. В каком городе они? 
- В Тель-Авиве живут, зайдешь ко мне домой, я дам адрес. Вечерком жду тебя у нас, поболтаем, теща обрадуется. 
- Зайду, когда дома будешь? 
- Жду в 8, я теперь живу в квартире Ромашкиных, помнишь адрес? 
- Еще бы, а как Олежка? 
- Тут хреново совсем. Помирает Олег: рак у него. Дома один лежит, без денег в больницу не берут, он на Катьке Радченко женат, помнишь эту стерву? Трое детей настрогали. 
Катька по мужикам скачет, не смотрит за больным. Она и раньше примерной женой не была. За детьми Олег смотрел, а теперь… Мать у Олега умерла год назад, отец с другой живет, заходит к нему иногда, продукты покупает. Да он и сам на пенсию еле тянет. 
- Скажи его адрес. 
- Чапаева 3, квартира 7. 
- Игорь, подай скорей пельмени, коньячок, мы покушаем и двинем к Неркину. А это тебе моя визитка. 
- Ого! Такие люди и ходят без охраны. Жуть! 
- Надоела мне охрана, все надоело, Игорешка. Богатые тоже плачут, только слезы у них другие. Как бы я хотел снова стать тем Вовкой, молодым и жизнерадостным. Прости, Игореха, расслабился я, да и с кем еще я могу так откровенно лопотать? 
- Вовчик, какой у тебя дом? Ты на «Мерсе» рассекаешь? 
- Не угадал, на джипе «Чарокки» Дом у меня…как у царя. Везде я был, все видел, но не хватает мне, но чего? И ничем меня не удивишь. Печально. 
- Меняй работу, если не удовлетворен. 
- Чудик, я же искусствовед, теперь эта специальность не престижна и не нужна никому. Ладно, буду дальше нести свой крест, Игореха. Настя, а ты как считаешь? 
- Кто же хорошую жизнь на плохую меняет, - ответила девушка. 
Олег Неркин, худой и неухоженный, абсолютно не был похож на прежнего пухленького голубоглазого живчика. В свои 42 выглядел стариком. Владимира узнал сразу, но никаких чувств не выразил. В квартире было не убрано, на столе стояла сковородка с недоеденной жареной картошкой. Пахло сыростью и затхлостью. 
- Ушла жена…к подруге. У детей свои дела, я целый день тут один кукарекаю. Не жилец я, Вовка. Прости, угостить у меня даже нечем, - вдруг Олег отвернул голову и заплакал, как ребенок, - Катька – сука кобелей меняет, не до меня ей. Я тихо умираю, Вовчик, вот и все. 
- Я устрою тебя в больницу, Олег. 
- У меня нет денег, а то давно бы положили. 
- Я оплачу твое лечение, крепись, Олежа, я не хочу тебя терять, слышишь? 
- Спасибо, Вовка, но законы природы человек отменить не может. 
- Надейся, дружище, ты должен жить! 
Владимир оплатил место в лучшей больнице. Сразу Олега поместили в одноместную палату с телефоном и телевизором. 
- Я буду тебе часто звонить, понял? Не волнуйся, все оплачено далеко вперед. 
- Недолго тебе придется делать это, выходит мой срок, Вовка. 
- А вот такого я слышать не желаю. Ты выздоровеешь, и попробуй только не сделать этого. Убью! 
Олег улыбнулся впервые за все время. Володя поцеловал его и сказал: 
- Пойду в гости к Никитскому, что передать? 
- Передай им, что я еще хочу немного пожить, ладно, Вовка? 
- Ладно. 
Вечер Володя и Настя провели в семье Игоря Никитского. 
- Игорь, - сказал Златопольский, - У меня к тебе большая просьба: завтра я уеду, теперь я буду звонить вам часто, и мы не потеряемся, и будем общаться. Возьми деньги, будешь носить Олежке фрукты, не жалей, я вышлю еще. 
Перед отъездом зашел в больницу к Олегу: 
- Жди моих звонков, Олег, и верь. 
- Буду ждать, Вовка. Спасибо. 
- Об оплате не думай, повторяю, я оплатил все вперед, лечись и слушайся докторов. 
Утром Златопольский и Настя уехали, их ждал Париж. Гуляя по Елисейским полям, Володя думал о друзьях, об их судьбах. И, несмотря на свое высокое положение, он ничем не может помочь ни Вальке, ни Олегу. 
- Говорят, что за деньги можно купить все, чушь, - думал он, - Ничего подобного, здоровье не купишь, друзей тоже и любовь… 
- Настенька, ты выйдешь за меня? 
- Конечно. 
- Ты любишь меня или просто так? 
- Не знаю, но думаю, что да. Я не представляю себе жизни без вас. А вы, Владимир Леонидович? 
- Я привык к тебе. 
- Значит, не любите. 
-Настенька, мне 42, я уже не в возрасте Ромео, но мне очень хорошо с тобой, я не представляю рядом с собой другую женщину. Я не знаю, что такое любовь. 
- Хоть не обманываете. 
- Нет, я не лгу тебе, Настенька. 
Он поцеловал ее, а потом повел в магазин и купил французское, голубое свадебное платье и фату, а себе – василькового цвета костюм. 
Вечером позвонил Нудельманам, трубку взял Боря. 
- Привет, Боря, это Златопольский Вовка. Я решил жениться в Иерусалиме, приглашаю тебя и Анжелу на мое бракосочетание. 
- Когда? – буднично спросил Борька, словно они вчера расстались. 
- Сообщу дополнительно. Позови Анжелу. 
- Привет, это я – Златопольский, скоро я женюсь, и мы увидимся. До скорого, - и повесил трубку. 
- Иди ко мне, моя девочка, - сказал он Насте. 
- Иду, Владимир Леонидович. 
- Двоечница! Я – Володя, Вова, Вовчик…как тебе нравится, теперь так. 
Он притянул ее к себе и посадил на колени. Настя прижалась к нему, как ребенок к отцу. Они сидели так долго и молчали, очень хорошо понимая друг друга. И это не удивительно, они недавно стали женихом и невестой.

© Copyright: Зинаида Маркина, 2013

Регистрационный номер №0154243

от 23 августа 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0154243 выдан для произведения: Поездка в детство

Златопольский мучился с похмелья, вчера перебрал на банкете. Злой и обиженный на весь мир. Он уже достиг многого, о чем мечтал. В свои 42 Владимир Леонидович занимал пост заместителя губернатора области, имел деньги и возможность их тратить, власть его была неограниченной. Губернатор, немолодой и слабохарактерный человек, полностью полагался на Златопольского. Сегодня первый день отпуска, а он даже не решил, где будет отдыхать. Он терпеть не мог пляжный неподвижный отдых. Может, поехать в круиз на теплоходе? А, может, взять палатку, ружье, удочки, и махнуть к егерю дяде Леше в тайгу? Вот обрадуется старичок! Голова соображала плохо, думать ни о чем не хотелось. 
- Настя! – окликнул он свою домоправительницу и по совместительству любовницу, - Принеси мне бутылочку темного пива. 
- Хорошо, Владимир Леонидович. Вам пора обедать. Сегодня я приготовила ваши любимые голубцы и острый суп- харчо. 
- Ладно, голубцы неси, а суп пока не хочу. Сама тоже поешь обязательно, - сказал он, любуясь молодой женщиной. 
- С удовольствием, я голодная. Можно я капельку тортика отрежу?- совсем по-детски спросила Настя. 
- Настя…Разве я тебе чего-нибудь не разрешаю? Ешь, сколько хочешь, но не толстей, ты и так пухленькая, красавица моя. 
Настя улыбнулась, обнажив красивые белые зубы. Она никогда не перечила Златопольскому. Спокойная и веселая, она всегда относилась к нему с почтением, даже в постели, никакого панибратства себе не позволяла. Она была единственным человеком из его окружения, с кем ему было легко и просто, с кем он отдыхал. Интеллектом девчонка, увы, не блистала, но от нее исходило такое спокойствие и такая надежность, как в детстве от мамы. 
- Настюша, - спросил Златопольский, - Что ты хочешь от жизни, скажи мне. 
- Не знаю… Впрочем, я не прочь выйти замуж и нарожать детей. Троих. 
- Почему такое количество? 
- Чтобы играли друг с другом, и им было не скучно, - ответила девушка. 
- Может, жениться на ней? – подумал Златопольский, - Она в моем вкусе: пышечка, зеленоглазая…Боже, где провести отдых, просто голова разрывается от этой мысли. 
- Вы куда поедете отдыхать? – спросила Настя, словно угадав его мысли. 
- А ты хочешь поехать со мной? 
- Как скажете, я обожаю путешествия, - сказала Настя. 
- Я подумаю, - улыбнулся Златопольский. 
Пиво и голубцы облегчили его состояние. 
- Может, съездить в Синегорск? Давно там не был,- рассуждал Владимир, - Только у кого остановиться? Лучше в гостинице, никого не стесню. 
Он прикрыл глаза. Это теперь у него шикарный коттедж с зимним садом и фонтанчиками, а тогда… 
Синегорск – город его детства. Небольшой райцентр, школа номер 1 имени Вали Котика. Их компания из пяти таких разных ребят: он, Валька Ромашкин, Борька Нудельман, Олежка Неркин и единственная девчонка Анжелка Стасовская. Володя был влюблен в нее, а она предпочитала Борьку, оба в самодеятельном театре артистами были. Олег и Валька в хоккей играли, а Владимир на баяне шпарил, на гитаре, бодибилдингом занимался. Разные интересы были у ребят их компании, но они дружили, и друг без друга жить не могли. 
- Настенька, - крикнул Златопольский, - собирай чемоданы, мы едем на мою родину в Синегорск, как? 
- А где это? 
- На Урале, крошка моя, райцентр такой. Охранникам ни слова, вообще никому, поняла? 
- Я сама поеду за билетами. 
- Возьми в шкатулке деньги. Еще раз предупреждаю: ротик на замочек. А после Синегорска слетаем в Париж. Довольна? 
- Здорово! Отпад! Едем, Владимир Леонидович. 
Синегорск встретил их мелким моросящим дождиком. В небольшой гостинице « Родной Урал» особого комфорта не было. Обедать в гостиничном ресторане Владимир побрезговал, отправился в ресторан «Синие горы», которые во времена его детства и юности считался лучшим. Ресторан заметно улучшил свой интерьер, но народу было мало: отпугивали высокие цены. 
К ним подошел красивый высокий официант, подал меню. Взглянув на него, Златопольский уловил знакомые черты. 
- Игорь Никитский? Ты? 
- Я, Златопольский, не ожидал тебя увидеть в родных пенатах. 
Перед ним стоял его одноклассник Игорешка по прозвищу Ник собственной персоной. 
- Какими судьбами, Вовчик? Говорят, ты большим человеком стал. 
- Не маленьким, но есть гораздо больше, Игорек. 
- С приездом, дружище! Зачем приехал? Жена твоя? 
- Подружка. Ее зовут Настя, Анастасия, приехал я сам к себе. К детству своему, Игорек. 
- Странная причина. Где все твои, живы? 
- Мамы давно нет: инфаркт, а отец живет с семьей сестренки в Москве. Брат Витька в Лондоне, читает лекции, женат, трое детей. 
- А у тебя? 
- Пока не женат и детей нет, а ты? 
- Все о-кей. Моя жена – Люся Ромашкина, у нас две доченьки. 
- Эта курносая озорница Люська, которая бегала за Валькой, твоя жена? Не верится. 
- Все меняется, Вовка, или как тебя сейчас? 
- Как и тогда. Вовка, и никак больше. Где Валентин Ромашкин? 
- Сложно сказать… Спился Валька, совсем спился. Где он теперь, не знает даже теща. Тесть с горя помер в прошлом году. Валька педагогический окончил, детишек тренировал, а потом спортклуб какие-то козлы выкупили, и все. Работу Валька потерял, связался на базаре с ханыгами, запил. Пытались сладить с ним, не получилось. 
- Лечился? 
- Да. Но снова уходил в запой. Бомжует где-то, болезный. Так я думаю, не хочется верить, что случилось что-то плохое. 
- Да, Игорь, дела невеселые, если найдется , звякни мне, попробую полечить по моим каналам. 
- Ты – занятый человек, Вовка. Тебе не до нашего брата, забудешь, своих забот по горло. 
- Выпей со мной, Никитский. 
- Мне нельзя, я на работе, и держусь за место. Устроиться так не смогу. 
- Где Борька, Анжела, Олег? 
- Борька с Анжелкой в Америку хотели поехать, а оказались в Израиле. У них хорошая семья: четверо пацанов растут, а вот с девочками прокол вышел. Толстые стали, солидные. Мы с Люськой ездили к ним, ели у них хумус и тхину, еда у них такая, на хлеб мажется. 
- Знаю. Много раз там бывал. В каком городе они? 
- В Тель-Авиве живут, зайдешь ко мне домой, я дам адрес. Вечерком жду тебя у нас, поболтаем, теща обрадуется. 
- Зайду, когда дома будешь? 
- Жду в 8, я теперь живу в квартире Ромашкиных, помнишь адрес? 
- Еще бы, а как Олежка? 
- Тут хреново совсем. Помирает Олег: рак у него. Дома один лежит, без денег в больницу не берут, он на Катьке Радченко женат, помнишь эту стерву? Трое детей настрогали. 
Катька по мужикам скачет, не смотрит за больным. Она и раньше примерной женой не была. За детьми Олег смотрел, а теперь… Мать у Олега умерла год назад, отец с другой живет, заходит к нему иногда, продукты покупает. Да он и сам на пенсию еле тянет. 
- Скажи его адрес. 
- Чапаева 3, квартира 7. 
- Игорь, подай скорей пельмени, коньячок, мы покушаем и двинем к Неркину. А это тебе моя визитка. 
- Ого! Такие люди и ходят без охраны. Жуть! 
- Надоела мне охрана, все надоело, Игорешка. Богатые тоже плачут, только слезы у них другие. Как бы я хотел снова стать тем Вовкой, молодым и жизнерадостным. Прости, Игореха, расслабился я, да и с кем еще я могу так откровенно лопотать? 
- Вовчик, какой у тебя дом? Ты на «Мерсе» рассекаешь? 
- Не угадал, на джипе «Чарокки» Дом у меня…как у царя. Везде я был, все видел, но не хватает мне, но чего? И ничем меня не удивишь. Печально. 
- Меняй работу, если не удовлетворен. 
- Чудик, я же искусствовед, теперь эта специальность не престижна и не нужна никому. Ладно, буду дальше нести свой крест, Игореха. Настя, а ты как считаешь? 
- Кто же хорошую жизнь на плохую меняет, - ответила девушка. 
Олег Неркин, худой и неухоженный, абсолютно не был похож на прежнего пухленького голубоглазого живчика. В свои 42 выглядел стариком. Владимира узнал сразу, но никаких чувств не выразил. В квартире было не убрано, на столе стояла сковородка с недоеденной жареной картошкой. Пахло сыростью и затхлостью. 
- Ушла жена…к подруге. У детей свои дела, я целый день тут один кукарекаю. Не жилец я, Вовка. Прости, угостить у меня даже нечем, - вдруг Олег отвернул голову и заплакал, как ребенок, - Катька – сука кобелей меняет, не до меня ей. Я тихо умираю, Вовчик, вот и все. 
- Я устрою тебя в больницу, Олег. 
- У меня нет денег, а то давно бы положили. 
- Я оплачу твое лечение, крепись, Олежа, я не хочу тебя терять, слышишь? 
- Спасибо, Вовка, но законы природы человек отменить не может. 
- Надейся, дружище, ты должен жить! 
Владимир оплатил место в лучшей больнице. Сразу Олега поместили в одноместную палату с телефоном и телевизором. 
- Я буду тебе часто звонить, понял? Не волнуйся, все оплачено далеко вперед. 
- Недолго тебе придется делать это, выходит мой срок, Вовка. 
- А вот такого я слышать не желаю. Ты выздоровеешь, и попробуй только не сделать этого. Убью! 
Олег улыбнулся впервые за все время. Володя поцеловал его и сказал: 
- Пойду в гости к Никитскому, что передать? 
- Передай им, что я еще хочу немного пожить, ладно, Вовка? 
- Ладно. 
Вечер Володя и Настя провели в семье Игоря Никитского. 
- Игорь, - сказал Златопольский, - У меня к тебе большая просьба: завтра я уеду, теперь я буду звонить вам часто, и мы не потеряемся, и будем общаться. Возьми деньги, будешь носить Олежке фрукты, не жалей, я вышлю еще. 
Перед отъездом зашел в больницу к Олегу: 
- Жди моих звонков, Олег, и верь. 
- Буду ждать, Вовка. Спасибо. 
- Об оплате не думай, повторяю, я оплатил все вперед, лечись и слушайся докторов. 
Утром Златопольский и Настя уехали, их ждал Париж. Гуляя по Елисейским полям, Володя думал о друзьях, об их судьбах. И, несмотря на свое высокое положение, он ничем не может помочь ни Вальке, ни Олегу. 
- Говорят, что за деньги можно купить все, чушь, - думал он, - Ничего подобного, здоровье не купишь, друзей тоже и любовь… 
- Настенька, ты выйдешь за меня? 
- Конечно. 
- Ты любишь меня или просто так? 
- Не знаю, но думаю, что да. Я не представляю себе жизни без вас. А вы, Владимир Леонидович? 
- Я привык к тебе. 
- Значит, не любите. 
-Настенька, мне 42, я уже не в возрасте Ромео, но мне очень хорошо с тобой, я не представляю рядом с собой другую женщину. Я не знаю, что такое любовь. 
- Хоть не обманываете. 
- Нет, я не лгу тебе, Настенька. 
Он поцеловал ее, а потом повел в магазин и купил французское, голубое свадебное платье и фату, а себе – василькового цвета костюм. 
Вечером позвонил Нудельманам, трубку взял Боря. 
- Привет, Боря, это Златопольский Вовка. Я решил жениться в Иерусалиме, приглашаю тебя и Анжелу на мое бракосочетание. 
- Когда? – буднично спросил Борька, словно они вчера расстались. 
- Сообщу дополнительно. Позови Анжелу. 
- Привет, это я – Златопольский, скоро я женюсь, и мы увидимся. До скорого, - и повесил трубку. 
- Иди ко мне, моя девочка, - сказал он Насте. 
- Иду, Владимир Леонидович. 
- Двоечница! Я – Володя, Вова, Вовчик…как тебе нравится, теперь так. 
Он притянул ее к себе и посадил на колени. Настя прижалась к нему, как ребенок к отцу. Они сидели так долго и молчали, очень хорошо понимая друг друга. И это не удивительно, они недавно стали женихом и невестой.

Рейтинг: 0 210 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!