Подлец...

7 января 2014 - Раев Анатолий
   Не знаю почему, но он мне понравился. Да и Марья Ефимовна (наша заправщица) тётя всегда хмурая в силу своего несчастья, имевшая одну дочь и вот уже третьего непутёвого зятя, как-то в припадке очередной злобы на кого-то, в отношении его выразилась: "Были бы все, как вон тот паренёк". 
   А я действительно не знал, чем он мне понравился. Может по случаю, когда мы вернувшись с рейса выпивали теснясь втроём в кабине 51-го газика. Он тогда мимо проходил. Кому-то из нас взбрело в голову подозвать его и предложить стакан "Агдама". Мы, открыв дверцу, с насмешкой выжидали, как поступит этот пацан, недавно вернувшийся с армии и поступивший к нам работать водителем. А он... Он куражиться не стал - взял стакан, поблагодарив нас, и предупредил: "Ребята, я вообще-то не пью. Если вы от чистого сердца, то осилю". Мы предложили второй. Увы, выпить пришлось мне. 
   Начальник колонны нашей выделил его сразу. Я понял потому, что машину ему дал не от забора, как многим новеньким. И видно было блат здесь отсутствовал, иначе мы бы почувствовали. А механик после нескольких проверок на воротах при выезде более под капот не заглядывал - брал путёвку и строго произнеся: "Смотри у меня", - подписывал, что немало нас обижало. Но мы на паренька не сердились - причём тут он. 
   Был блатной у нас такой - Колька Нечаев. Для того в буйстве людей не существовало. Падла - для него были тогда все люди. И надо сказать, его побаивались и основательно. Привычка у него была: завидев нового молодого товарища, он непременно начинал выпендриваться. 
   - Эй, ты, - обычно кричал, - поди сюда.
   Молодой человек никого не знавший, естественно шёл.
   - Ты чё подошёл? - вытаращив глаза и тряся перед собою ладонью, начинал издеваться Колька. - Тебе что надо? Тебя кто просил?
   Луп, луп глазами, - обычно отвечали ему.
   - Ещё раз оторвёшь меня от дел, я тебя, падла, задавлю. Понял? Дёргай отсюда, - цыкал Колька.
   И противно же было на него смотреть, но мы его боялись. Ну, а если боишься - хихикай в угоду ему. И мы хихикали.
   Такой же "эксперимент" он проделал и над этим парнем. Я вас не удивлю, если сообщу, что вёл он себя, как и все, то есть: луп, луп глазами. Колька отчего-то его невзлюбил. Он на второй день, вопреки своим принципам, проделал тоже. Новичок опять к нему подошёл. И на третий день точно также его подозвал, а парень снова подошёл. А на четвёртый раз Кольку взбесило.
   - Ты чё, дурак?
   - Но ты ведь зовёшь, - спокойно ответил недавний солдат.
   - Вот я тебя и спрашиваю - дурак ты, что ли?
   - А что, - невозмутимо проявил интерес паренёк, - ты привык только с дураками общаться? С ними легче, да?
   Ох и смешно было наблюдать эту сцену. Смех разрывал рот, хотя мы старались его не выпустить. Всё же - это Нечаев. А ему пришлось стыдливо поглядеть в одну другую сторону и процедить: "Иди ближе". "Ну, врежет сейчас",  - решили мы. Но Нечаев на самое ухо его наклонившись тоскливо попросил.  
   - Не подходи больше.
   - И если будешь звать? - уточнил новичок.
   Колька повернулся и пошёл прочь.
   - Не подходи, - бросил он через плечо. Метра через три обернулся и попросил ещё. - Не подходи. Звать я тебя больше не буду.
   И ведь не только его не стал подзывать. Несколько человек уже были устроены к нам в автобазу, как мы обнаружили - Колькин "каприз" отсутствовал, а сам он старался пораньше смыться на объект. И закономерность за ним обнаружилась: смывался он лишь вначале, как появлялся какой-нибудь новенький. Именно эти первые дни, как мною упоминалось, Нечаев часто использовал для унижений.
   Впрочем, как-то, я помню, обозлился на паренька. Мы привезли с ним в паре в один магазин какой-то товар. Там была хорошенькая продавщица, которая мне очень нравилась. Мы стояли с ней - он стоял в стороне. И вот на горе мне, словесно заигрывая со мною, она почему-то обратила на него внимание. "А что это у вас за паренёк такой появился?" - спросила с довольно-таки серьёзной ноткой в голосе она у меня. Вы можете представить моё состояние в это время? Я долго потом мысленно сравнивал себя с ним, конечно же находя все плюсы только у себя. Но тогда почему, чтоб ей со мной заговорить, мне пришлось всеми правдами и неправдами наезжать в этот магазин целых полгода из которых верных три месяца она и не смотрела в мою сторону. Он же был впервые здесь.
   А как же я мучился, когда однажды он мне заявил: "Ты прости меня, но я на ней женюсь". Я тогда ещё хорохорился: "Я почему тебя должен простить - она для меня безразлична". "Вот по этому я у тебя и прошу прощения", - дипломатично ответил он. И странное дело: вместо того, чтобы на него обидеться, я, в конце концов, с благодарностью к нему понял - под неё-то совсем не подхожу. Вот жизнь!
   Ещё мне запомнился такой случай - рассказывал его дядя Витя.
   Был жестокий мороз. И вот на межгороде у дяди Вити застучал двигатель. До дома далеко. Проходившие редкие машины на буксир не брали, правда, предлагали шофера дяди Вити бросив машину ехать с ними в город. Но дядя Витя на это не соглашался: технику наверняка растащат.
   - Тут я смотрю, подходит наша машина 48-32, а замёрз я основательно, двигатель-то не запустишь. Выходит этот паренёк, - дядя Витя обычно вспоминал такое завидев этого паренька, с непременной демонстрацией пальцем в его сторону. - Ну что? Туда, сюда. Взял он меня на буксир. Руки мои - руль отказываются крутить. Проехали километров пять, вдруг стоп. Что такое? Он подходит, открывает дверцу и говорит: "Я не знаю, как вас звать...". "Дядя Витя", - мёрзлыми губами еле проговаривая слова, отвечаю я ему. "Ну хорошо, дядя Витя, идите на моё место, а я на вашем порулю. Вы ведь замёрзли". "Да что ты, сынок, я вовсе и не замёрз", - стыдно бывалому шофёру было признаться в этом.
   Он стал меня уговаривать - я на отрез отказывался. И вот тогда он, стервец, - слово "стервец" в устах дяди Вити звучало всегда нежно, - я подозреваю обманул меня. Он говорит: "Дядя Витя, опыта у меня маловато шоферского, мне лучше будет, если вы меня потащите, а не я вас". Я, старый дурак, и поверил. В автобазе его после целый час диспетчера горячим чаем отпаивали. Заиндевел в доску...
   Он у нас недолго поработал: всего лишь перезимовал. Даже жениться не успел.
   Я ещё на линии узнал, что одна из наших машин столкнулась со встречной. Сказали: есть жертва. Кто-то из шоферов погиб, но вот кто - или тот, или наш, я узнать не смог. Сильно подогреваемый любопытством, я все же с линии отлучиться не решился. А когда прибыл в автобазу и задал вопрос механику, то получил скорбное известие: "Разбился парень, насмерть".
   - Виноват?
   - Нет. Вина того.
   В углу северной стороны территории толпился народ, я поспешил туда. Машина была сильно повреждена - перед её был разбит полностью.
   - Что случилось? Как? - не терпелось мне узнать, но ответ мне не давали: кто жал плечами, кто молча отворачивался, а Марья Ефимовна беззвучно плакала - к ней подходить с этим вопросом было нельзя.
   Вдруг по толпе прошёл какой-то напряжённый ропот. Я вслушался, у многих на устах появилось слово "директор". И правда, шёл он, Николай Степанович. Он был роста высокого, одевался элегантно, выглядел ухоженно, был уважаем, трудно угадываемый в настроении.
   Обойдя машину раза три, он остановился рядом с Марьей Ефимовной. С минуту ещё смотрел, затем над притихшей публикой раздалось.
   - Подлец! Машину угробил...      

© Copyright: Раев Анатолий, 2014

Регистрационный номер №0179649

от 7 января 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0179649 выдан для произведения:
   Не знаю почему, но он мне понравился. Да и Марья Ефимовна (наша заправщица) тётя всегда хмурая в силу своего несчастья, имевшая одну дочь и вот уже третьего непутёвого зятя, как-то в припадке очередной злобы на кого-то, в отношении его выразилась: "Были бы все, как вон тот паренёк". 
   Ну, для Петра Григорьевича, для этого и молодой, и старый, и я, и этот паренёк - все были хорошими. 
   А я действительно не знал, чем он мне понравился. Может по случаю, когда мы вернувшись с рейса выпивали теснясь втроём в кабине 51-го газика. Он тогда мимо проходил. Кому-то из нас взбрело в голову подозвать его и предложить стакан "Агдама". Мы, открыв дверцу, с насмешкой выжидали, как поступит этот пацан, недавно вернувшийся с армии и поступивший к нам работать водителем. А он... Он куражиться не стал - взял стакан, поблагодарив нас, и предупредил: "Ребята, я вообще-то не пью. Если вы от чистого сердца, то осилю". Мы предложили второй. Увы, выпить пришлось мне. 
   Начальник колонны нашей выделил его сразу. Я понял потому, что машину ему дал не от забора, как многим новеньким. И видно было блат здесь отсутствовал, иначе мы бы почувствовали. А механик после нескольких проверок на воротах при выезде более под капот не заглядывал - брал путёвку и строго произнеся: "Смотри у меня", - подписывал, что немало нас обижало. Но мы на паренька не сердились - причём тут он. 
   Был блатной у нас такой - Колька Нечаев. Для того в буйстве людей не существовало. Падла - для него были тогда все люди. И надо сказать, его побаивались и основательно. Привычка у него была: завидев нового молодого товарища, он непременно начинал выпендриваться. 
   - Эй, ты, - обычно кричал, - поди сюда. 
Рейтинг: 0 186 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
147
126
123
102
99
98
97
94
93
91
91
90
90
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
82
81
81
80
80
77
77
76
75
75
74
73
70
58
46