ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Подари себе белую розу…

Подари себе белую розу…

21 февраля 2018 - Альфира Ткаченко
article410311.jpg
предисловие

 Белая роза… Что она означает? Белый цвет – здоровье, любовь и счастье. 
Кого ждет счастье, а кого любовь… 
 Молодые женщины вошли в кабинет и включили свет. Раздался звонок телефона:
- Да… Слушаю. О! Вы так рано? Что случилось? Ну, что вы Борис Михайлович, мы вам всегда рады. Да отправим хлор, как обещали. А, да… А, вы нам отправите икру? – она зажала трубку и повернулась ко мне: «Сколько?»: - Да, да… Ну, девчонки просят по десять банок. А деньги мы сразу вам переведем. Альфира отправит.
   Ирина положила трубку и пошла раздеваться к шкафу. 
- Ну, что, девчонки. Икру мы к празднику дождемся. Ещё бы рыбки… Да, ладно. Кого-нибудь попросим. Ты, Альфира, позвони на Сахалин. Может быть, они нам купят? 
- Да, ладно. Позвоню. 
Вдруг включился селектор, и начальник спокойным голосом проговорил:
-Ирина Николаевна, зайдите ко мне.
- Ир, иди, папик зовет.
   Ирина вышла (Ирина, это руководитель нашей группы два, которая занимается контролем поставок продукции второго завода Химпрома). 
- А зачем он ее позвал? – спрашиваю я у второй женщины, - Что-то случилось что ли?
- Кто его знает. Вчера все было спокойно. Может по хлору? Ведь цистерны стоят уже несколько дней. 
- А куда их девать? Москва опять молчит. Уже всех обзвонили. Саянск не берет. У них все пути заняты. Мож…
  Тут вошла Ирина и сказала:
- Все. Всем конец. Папик сердитый. Его сегодня подняли, видите ли в семь утра. А нам что? В Ванино контейнер загазил. Есть пострадавшие. Что будет? 
- Они же должны были сообщить на производство. А почему нам? Ну, я понимаю, что телеграмма пришла… Ладно, сейчас Петровичу позвоню, скажу, что у них произошло.
  Телефон был занят еще несколько минут, Начальник бесновался, уже несколько раз заглянул в кабинет. Ирина спокойно созванивалась с кладовщиками. 
- О, Сашка. Что у вас опять произошло? Наш начальник сегодня злой. Ему позвонили рано утром, что контейнер газит в Ванино. Есть пострадавшие.
- Да, знаем уже. А вы-то, что так беспокоитесь? Не вам же решать это. У меня баллоны лежат. Когда отгрузка? Сколько мне их держать еще? Ты, Альфира, давай быстрей нам накладные. Вчера отгрузили несколько контейнеров. А почему только трехтонники были? Пятитонников нет, что ли? Чем больше отгрузим, тем быстрее освободим площадку. 
- Ладно, сейчас посмотрю, куда еще надо хлор. Пусть ваш начальник сообщит нашему о решении про Ванино. 
  Я положила трубку и начала рассматривать экран монитора, где у меня была открыта сводка по поставкам хлора. 
- Так… Ну, сейчас ещё накладные дооформлю и отправлю в цех. Лен… - кричу в коридор экспедитору, - Ты подожди, я сейчас тебе дам ещё накладных на визу. 
- Давай быстрее. А что, вчера не могла заготовить? Вы же знаете, как наша грымза следит за всем. Опять мне не приятности будут, что поздно отвезла документы. А мне еще в цех надо. Ирк, ты где такие блузки берешь. Опять новая?
- Да. Нам, молодым и красивым надо быть на высоте. Но увидела. Тамарка каждый день туфли меняет, вы не видите. А я надела новую, сразу видят.
- На. Накладные надо потом в цех, срочно.
- Ну, как у тебя с мужем? Пропал? И приставы молчат?
- Да, так…

 Весеннее настроение


-Ты зачем ко мне пришла? – спросил её начальник отдела. 
                Она пожала плечами и отвернулась. За окном светило солнце. Воробьи чирикали так, что казалось, заглушили своим пением звон трамваев.
- Вы же обещали мне, что, когда я вернусь из командировки, то буду заниматься продажами продукцией другого завода. А вы молчите вот уже две недели. Что мне остаётся делать, как самой подойти к вам и спросить об этом. А что, Людмила Федоровна ещё будет работать у нас? – спросила Лена, ожидая ответа от начальника отдела. Он сидел и рассматривал договор о поставке на каустик. 
- Ты вот просишь себе это место, а сама даже не знаешь, что такое товарная наценка. Как ты себе представляешь работу с этим производством? Ведь это товары широкого потребления. Своя специфика работы. Надо и прайс- лист рассчитывать, и логистику склада, и формировать договор с покупателем. А на производстве снимать остатки. Как ты будешь производить снятие остатков по белизне? – начальник посмотрел на нее.
          Лена стояла и говорила о каких-то товарных накладных, сертификатах качества и ещё о чём-то. Воробей сел на карниз и зачирикал уже почти под самым окном у начальника. Он повернулся и посмотрел на него:
- Смотри ты, чирикает как? Весна! Хорошо ему, никаких договоров не надо. Летай себе, где хочешь, ешь тоже, что хочешь. Никаких проверок с Роспотребнадзора. А тут целый день думай, как запрятать цену по приходу с базы и склада. Вчера опять сырьё поступило по заниженной цене? Что-то Людмила Федоровна не несёт мне отчеты по поставкам белизны. Как мы будем рассчитывать затраты на электроэнергию, производство, реализацию? Совсем перестала всех бояться. Как будто у меня с контролёрами договор подписан на недосмотр накладных на поступление белизны в магазины, - он передёрнул плечами и недовольно посмотрел куда-то поверх экономиста. Его совсем не интересовал её вопрос о переходе на другую группу работы. Но молодая женщина уже все нервы вымотала со своим ведущим специалистом. То она ей неправильно данные в базу вводит, то не так рассчитала договор, цену на поставку персоли и шампуни. Вечно ругань стоит. 
             А тут весна ещё. Цветёт всё вокруг. Деревья листья распускают, несмотря на дождь, который нет, нет да пройдёт, и ветер сорвётся с крыш и понесёт пыль по дорогам города. 
- Ладно, иди. Я подумаю, что делать с вами. Ты ко мне пригласи Людмилу Федоровну.
     Дверь тихонько закрылась, и секретарь Алена еще раз посмотрела на вышедшую и продолжила печатать какие-то приказы. Лена шла по коридору и молчала. Как ей не хотелось идти на свою группу. За дверью второй группы раздался голос Ирины. Она опять начала устраивать своим групникам испытания на долг родине. Икру ты ей достань, а разговаривать она с ними будет свысока. Видите ли, она у них красавица. Гордая и современная молодая женщина. Как будто мы все дурнушки. Ирина, голубоглазая красавица с длинными ногами. Её вздернутый носик и чувствительные губы очень нравились мужчинам, особенно тем, которые занимали хорошие должности. Она была женщина для любви, но с своим характером, никогда не открывать свои мысли другим. Поэтому никто в отделе не знал, что у нее на уме и всегда остерегались ее. Мимо меня прошла Альфира в санитарную комнату и подошла к окну. Ей настроение испортили с самого утра. Хлор девать некуда. Цистерны стоят уже неделю, заполнили весь парк площадки хлорного производства. «А что она может? Кому только не предлагала. Никто не хочет брать его. Вечно один и тот же ответ, у самих полно этого продукта. А тут еще и хлор в баллонах стал плохо сбываться. И что это на нас на всех навалилось?»
Постояв немного у окна, она пошла в кабинет. Только зашла, как вбежала Тамарка.  Ещё одна красавица и, наверное, уже любовница какого-нибудь министра в Москве. Всегда во всем самом модном, при очаровательной прическе и в новых туфлях. А какой аромат её духов, это только можно представить себе. Либо французские, либо еще какие от знаменитых фирм. 
- Ир, а вы уже отправляли телеграммы по предоплатам? Бабкин просит, чтобы мы занялись ими сейчас же. Вышел новое решение на Совете директоров, чтобы мы запросили все предприятия по ведущим продуктам по оплатам. Кто сколько сможет перевести сейчас нам. 
- Думаю. Тебе то, конечно, надо писать, а вот как Ольга — будет это делать. Метилку или трихлорсилан тоже включили что ли в список? Карбид, понятно. Она опять пришла поздно?
- Да. Потом решим, что делать с нею. Конечно, ей тоже надо писать. Бабкин и так нервничает, когда с серым лицом приходит к нему. Уж устала слушать его. Да и Раиска тоже не молчит. Боже мой! Придумывают нам работу, как будто мы сидим и ногти красим. Я уже устала. А Ольгу он пока не будет увольнять. Обойдется замечанием. Кем ее заменять-то?
- Ну, и досталось тебе. У нас еще с хлором проблемы. Цистерны почти всю площадку заняли. Баллоны никто не берет. План за первый квартал выполнили. Альфира, посмотри, сколько договоров мы заключили и сверь еще раз с планом поставок. Может быть, поднять старые связи. Вдруг еще кто-то не заключил с нами договор.  И кто теперь будет его брать? Цена высокая. Денег почти не у кого нет. Что – то будет…
- Ты в Москву звонила, в Союзглавхим? Что тебе Марина говорит. Мне трихлорсилан тоже девать некуда. Все мне надо. Ладно, я пошла к себе.
        Тамарка вышла, и мы опять уткнулись в мониторы. Много говорить нельзя. К чему. Попасть бабам на язык, это такие сплетни разойдутся вплоть до цехов, рад не будешь. Тамарка-то блатная. Её в Министерстве заставят вернуть на старое место. А мы молчим. Ирина повернулась ко мне:
- Ну, нашла в старых папках, кто мог бы еще взять хлор, хоть в цистернах, хоть в баллонах. Ты в Волгоград позвони. Они когда-то брали хлор. 
- Сейчас закажу на десять московского. Ты думаешь, они возьмут? Вера Петровна тоже пока никакого ответа не даёт. Я ей, когда еще телеграмму отправила. Она молчит. Её тоже надо заказать. 
- Ладно. Папику пока ответим то, что есть. Он сегодня какой-то взвинченный. Столько вопросов решать. Графики подготовили?
- Да. Ир, а что Борису Михайловичу звонить? Иль как?
- Завтра закажем. Мне предоплату надо готовить. Кто сколько перечислил, а кто еще и должен. Он ведь завтра с нас будет требовать. Раиса Алексеевна уже заходила, спрашивала. А ты что, где была? Когда она заходила. 
- Так, в финансовый с договором ходила. Я же утром еще договорилась с Балейзолотом, что возьмут три тонны хлора в баллонах. А что, Ленка с ТНП теперь вместо Людмилы Федоровны будет? Мне девчонки из транспортного сказали. И откуда они только знают всё. 
- Да ты что? Мне никто не говорил об этом. И что – то мы все время последние узнаем все новости по отделу. Да, стыдно нам. Девочки, не расслабляться. Вдруг кто шпионов заслал. 
      День заканчивался, и мы все вышли из кабинета, чтобы спокойно уехать домой. Солнце уже пригревало все сильнее. Птицы веселились на ветках деревьев. Машины носились вдоль управления и нашего здания. Кто с работы, а к то и на работу. Ирина прошла вперед и гордо взошла на платформу перед трамваем. Она была всегда элегантна. Высокая, молодая, красивая. Рая и я остановились возле нее и ждали, когда трамвай развернется на конечной остановке и вернется к нам. 
       Вот промелькнули дома второго участка, и мы повернули в сторону двадцать шестого квартала. 
-  А, что тебе приставы ответили? Когда он будет платить алименты? Так и будешь ходить к ним?
- А… Уже думаю, что мне их вовсе и не надо. Плюнула бы на него, да родители требуют наказать его. Его же никто не тянул жениться на мне. Ошибка молодости… а сын – то при чем. Ему жить надо в спокойной обстановке. 
- Ну, ладно. Пока, - и Ирина пошла к себе домой, а я продолжила путь через железную дорогу в сторону частных домов. 
 День следующего утра начался как обычно. Только пришли на работу, сняли с сигнализации кабинет, как начальник вызвал Ирину к себе. Опять все по-старому. Селекторное совещание. Все руководители групп сидят и слушают, что происходит в цехах и на Химпроме. Директор предложил всем работникам предприятия рассмотреть вопрос об предоплатах за продукцию. 
- Все подразделения ждут от нас информации и готовы отгружать. Сейчас все переходят на новую форму оплаты по всей стране. И мы теперь будем вести контроль, каждый по своей продукции, за поступлением денег к нам. Кому какие вопросы не понятны, обращайтесь к Раисе Алексеевне. 
    Только Ирина вошла в кабинет, как зазвонил телефон.
- Да. Слушаю. А, Борис Михайлович. Доброе утро. Как поживаете? Как во Владивостоке? А, Борис Михайлович, нам нужно, чтобы вы запросили у себя через руководство о предоплате за хлор. И сколько вам надо его до конца года.  Ну, что поделаешь. У нас тоже меняются решения. Мы зависим от начальства.  И деньги сейчас всем нужны. 
-  Да, Альфира Федоровна. Отвечу. Что еще хотите? Может быть, вам рыбки прислать?
- Я, думаю, что пока не надо. А… вот девчонки просят икры. Мы вам деньги сразу отправим. Сколько? Сейчас спрошу. Ну, банок пятьдесят. Все хотят. Праздник скоро. Я жду письма о предоплате.
- Ну, что. Пришлет, икры-то?
- Конечно. Только девчонки деньги, как обычно. С пересылкой. Он ведь деньги за нас платить не будет.
- Ох, и день сегодня. Что бы придумать? Скучно что-то. Надо чем-то заняться. Мужика бы. Кого брать будем? 
- Откуда я знаю. Ты же знаешь, какие нынче мужики пошли. Цветы дарить не любят, только бы секс. Познакомишься с ним, а он, и кончить, как следует не сможет. Что будем делать - то?- отвечаю саркаcтически.
- Давай в цехе поищем? Кого?
- Может,  Петровичу позвоним.
- Ну, давай.
- Сашка, привет. Что делаешь?- звоню я.
  Сашка, это начальник отделения, что на хлоре, сидит и в трубку смеётся. 
- Что девчонки, погулять захотелось?
- Ну, ты сразу. Погулять. А ты на что способен? Может быть, мы порядочные.
- Да, я что, не знаю, какие вы. Ладно, приду чай попить к вам.
- Заходи.
  Ирка сидит в журнале номера цистерн записывает. Входит Вероника:
- Девчонки, смотрите, мне журнал принесли "Плейбой". Хотите посмотреть?
- А что там?
- На,  посмотри. 
  Я открыла журнал и начала листать. Ничего себе журнальчик, есть на что посмотреть.
- Может быть, о себе написать туда? - шучу я.
- Ну да. Только сначала бы надо было марафет на лице навести, ногах, ну и там. А то, зачем писать о себе. Ещё опозоришься. А как мы в сексе с ними будем? Ведь мы такие глупые, ничего не знаем. Надо ещё журнал о сексе купить. Тогда можно будет и искать, кого-нибудь. Ты Ирка, вон какая красивая. Ноги длинные, фигурка что надо, - смотрю на неё, - А если мать узнает? Я то, не скажу ей.
- Слушай, может, Сашку не будем звать. А то жена налетит на нас ещё. Драться нам с нею, что ли? У... сколько неприятностей будет... Давай соляночникам еще раз позвоним? Он же работает у них еще.
- Зачем? Что с ним делать будем?
- Тебя предложим. Ты же у нас одинокая. Мне что ли надо? Да, ладно, не будем мы о тебе рассказывать. Сиди, работай.  Помнишь, как за грибами ездили с «соляночником».
- То-то он больше не звонит. И кадрить не хочет. 
- Здравствуйте, мне бы Александра. Вы нам цифры и заявку будете давать? Так, так. Хорошо..., -  Ирка улыбается в трубку, - Да так ничего. Встретиться, а где? 
- Ира, может быть, не надо. Я что-то не хочу. Химпром хоть и большой, но всё же сплетни пойдут. Нам порядочным женщинам ни к чему такой «блеск» в жизни.  
    Опять все взгляды в монитор. Поставки и новые вопросы от начальника.  
- Девки, давайте быстрее свои графики и просматривайте накладные, все ли Маргаритка завизировала. Она сегодня занята была. 
- Сейчас. Посиди. Расскажи что-нибудь. Что в Мальте?
- Да, ничего. Сокращение что ли будет? Они что-то меня спрашивают. А у нас?
- Да, нет пока. Только оплату просят за продукцию. Рабочим платить не чем. Да, еще бартер предлагают. Можно товар, что производят на заводах для магазина и продукты. Альфира и ты Рая, подготовь, кто что производит у себя, по вашим потребителям. Бабкин просит. Ему видите ли надо знать, кто что производит. 
- Ну да, сейчас золото ему предложим по тонне с Лензолота. Круто. Но хлор ведь не стоит столько. Сколько мы можем за двадцатитонник получить? На отдел по кольцу и цепочке к Новому году. Сейчас апрель. План перевозок пришел. Как раз золото нам и повезут. За твои цистерны каустика больше золота будет. Ха-ха-ха.
- А что, рыба во Владивостоке ведь есть. Можно с Борис Михайловичем договориться. Один полувагон с хлором на контейнер консерв. И рабочим и нам будет. Под зарплату. Да,… Что хорошего. Деньги нужны.
- А ты в Комсомольск на Амуре позвони. Ты же грузишь им много каустика. Может у них еще что-нибудь есть. Для снабженцев и заводов. А потом наши начальники поторгуют с кем-нибудь из других регионов. Каждый жить хочет.
- Ну, все. хватит вам болтать. Вы что, шпионите? Бабкин услышит, так будет вам. Уволит в самое тяжелое время. 
     Целый шкаф бумаг, заполненный до верху, мне надоел, словно оскомина. Так и хотелось все бросить и сесть куда-нибудь, и отдохнуть. 
- Ты графики отпусков смотрела? Когда у нас отпуска?
- Нет пока еще. Позже посмотрю. А что? Ты в отпуск собираешься, что ли? Ты на какое время записывалась?
- На июль. Да, думаю, может путевку купить куда-нибудь. Дома сидеть не хочется. 
- А ты сходи в бюро путешествий. Может они предложат что-нибудь. На море сейчас здорово летом.
- Сейчас позвоню. Алло. Это бюро путешествий? Я хочу узнать у вас, что вы можете предложить на июль месяц. Да? Хорошо. Я зайду к вам.
- И куда есть?
- Там посмотрю и скажу. Но путевки есть и есть горящие. Во… смотри, есть еще и такие потребители хлора в баллонах. На Кавказе. Есть Степанакерт. В Минске и других городах. Гляди-ка, даже Грузия есть. Поехали в Тбилиси в командировку, хлор сбывать в контейнерах?
- Ну да. Кто-то тебя и отправил туда. Сиди звони. А что производят на заводах в Ижевске? Не узнавала. Если будут звонить потребители, спрашивайте всех, кто что может сделать для нас и за ту сумму, на которую стоит ваша продукция. А ты Рая дефолиант не давай им, пока не оплатят. У тебя продукция дорогая. И Узбекистану всегда его надо. 
- Ладно. 

Белые розы

    Стук в дверь. Входит мужчина и представляется:
- Добрый день! Я Чайковского. Начальник отдела снабжения. Меня зовут Сергей. Мне нужна Альфира Федоровна.
- Да, это я. Здравствуйте. Что вы хотели?
- Как у вас красиво! Снег кружится. Такие пушистые снежинки! Только и гулять на улице. А что, может быть, и пойдем на улицу?
- Ну да, только сейчас и пойдем, вовремя работы. Что у вас к нам?
- Ну, вот, опять работа. А такие красивые и молодые девчонки. В вас только и влюбляться. А вот возьму и влюблюсь в одну из вас. В кого бы?
- А ты сам и решай. Только Раю и меня не трогай, мы замужем. 
- Хорошо. Вот в тебя и влюблюсь. 
    Сергей смеется, сидит напротив нас и разглядывает Ирину, а потом меня. 
- А я обоих возьму себе. Давайте завтра в ресторан сходим?
- Уж, сразу и в ресторан. Ты вначале, скажи, зачем приехал?
- Ну, вот, опять про работу. А так бы и говорил бы и говорил. Хорошо у вас. Ну, ладно, мне хлор нужен. Один вагон. Совсем плохо у нас. И надо срочно. Как, сможем сделать это?
- Ну, как сказать. Все планы уже сверстаны. А вы к нам уже сверх. Если цех захочет сделать вам хлор сверх плана… не знаю. Надо в цехе спросить. 
- Девчонки, надо… очень надо. Город стоит без хлора. Осталось немного, несколько контейнеров. А вдруг эпидемия. Воду-то надо обеззараживать. Ну, как, сможем сделать нам вагон?
- Хорошо, я позвоню в цех. Вы приходите завтра. Если они согласятся, то сделаем и договор подпишем.
- Хорошо. С вами хорошо, но я пошел. А где у вас гостиница?
- А это сейчас выйдешь от нас и пойдешь к дальней остановке трамвая и поедешь прямо до гостиницы «Усолье». Ну, а там сам разберешься.
- Спасибо вам. Хорошие и симпатичные девчонки. До завтра.
    Дверь закрылась, и мы остались опять одни. Но у нас работа. Опять звонки, телеграммы, споры преддоговорные, претензии и планы поставок. Кому-то надо рассказать, что из себя представляет наша продукция, для каких целей она. Ирина посмотрела на меня:
- Ну, что будем делать? Надо Петровичу звонить. Ведь люди без хлора сидят. Видимо прогулял где-то свой хлор, а теперь к нам пожаловал. Видели какой шустрый. 
- Сейчас позвоню… Саш, а Саш, вы как с планом по хлору в контейнерах, в этом месяце все дадите? 
- Да, а почему ты спрашиваешь? Что-то надо?
- Да. Тут потребитель приехал. Надо хлор в контейнерах, один вагон. Но он сверх плана.
- Да?.. А что за это будет? 
- Что… Премия вам от завода. Вам что плохо в конце года премию получить?
- Да, нет, не плохо. Деньги всегда нужны. Когда ему надо?
- Ему сейчас надо. Я документы подготовлю. Мы отправим ему вагон на этой неделе. Мне надо дорогу еще выбить для него. Я же не планировала в их сторону. Ладно, договорились. Готовьте. Я дам накладную.
- Девчонкам привет. Что делаете? Куда на новый год собираетесь?
- Никуда. Дома будем сидеть. А тебе – то какая забота. Решил о нас позаботиться?
- Ну, сразу обижаться. Я зайду перед новым годом поздравить.
- Приходи.
    Опять снежинки посыпались на дорогу, что пролегала перед нашим зданием, где находился отдел сбыта. Ветерок разгонял их и укладывал на газоны. Они опять веселились и поднимались к нашим окнам. А ветерок подгонял их и уже хотел ворваться вместе с ними к нам на группу. Скоро новый год. А мы сидим и пишем. Договорная компания. Каждый день на счету. И Бабкин рвет и мечет. Какие планы поставок на следующий год по каждой продукции. Как только ни позовет к себе руководителей групп, так и с сердитым лицом опускает на них целый сноп огней.
- Все заключили договора? У кого еще какие вопросы? А что по карбиду, Тамара Александровна? Что у вас с потребителем, ну, этот, что…
- Почти нормально. Ему цена не нравится. Сейчас юридический отдел решает с ним все вопросы. Есть еще не до заключенные договора по эпихлоргидрину и трихлорсилану. Но, думаю, что заключим. Вероника и Ольга сейчас запрашивает покупателей. Ищем и по старым поставкам. Денег нет ни у кого. А что, нам Союзглавхим будет помогать в этом году?
- Нет. Разогнали его. Политика сейчас такая. Сами видите, что делается в стране. Только на самих себя надеется надо. Решайте вопросы по всем направлениям. Идите.
     Ирина вернулась в кабинет с серьезным лицом, но молчит. Мы смотрим на неё и ничего не понимаем.
- Что-то случилось? Как Бабкин? 
- Да, ничего. Опять все тоже, поставки, договора. На Тамарку орал. А она что может сделать, если цены подняли. Папик, он и есть папик. На совете директоров его спрашивают, а он молчит. А что он ответит. Они же знают, какие цены на продукцию на следующий год. Да и предоплату все требуют.
Ты, Альфира, проследи за договорами, что у тебя в юридическом отделе. Надо быстрее их до заключать и составить весь план поставок по хлору, как в баллонах, так и в контейнерах. План они уменьшили. А что делать дальше не говорят. Где деньги будут брать? Да, а Сергей во сколько завтра придет?
- Обещал утром. В цехе сделают ему вагон.
- Ну, что, пойдем в ресторан? Рай, ты пойдешь?
- Нет. Мне то куда еще.
- Ладно. Придется нам с тобой отдуваться. Завтра все решим. Сейчас потребители поедут. И много. 
Раздался звонок.
- Сейчас анкеты принесут. Бабкин говорил, что акционирование Химпрома будет. Нам всем надо решить, будем мы переходить на новую форму работы или нет. 
- И что это значит? Сокращать? 
- Нет. Просто ответим на вопросы анкеты и Химпром станет АО «Химпром».
   Пока писали в анкетах свои мнения, зазвонил телефон.
- Да. Это я. А вам, когда каустик надо? Хорошо. Ну, нормально. А что? Подождите, сейчас двадцать пятое апреля. А вы, когда хотите приехать? Хорошо, я скажу начальству.
   Ирина вышла из кабинета. Мы работаем. Телефон разрывается. Она вошла и с ходу:
- Девчонки, сюда с Комсомольска едут. Давайте готовится. Он со своим замом едет. 
- Я тебе говорила, что этот любовник, во! Тут и шуба, и мебель или деньги. А то сидишь, ждёшь от Вовки тычки. Ладно, поедем, погуляем. Когда будут - то?
- Не знаю. Мне Анатолий Алексеевич сказал, чтобы приготовила им каустик и накладные. 
- Давайте чай пить? - зовёт Райка. 
  Чайник вскипел, и мы сели в своём закуточке завтракать. 
- Сейчас, только досчитаю.
- А когда они будут? - спрашиваю.
- Да, в среду. Надо гостиницу заказать. Они, наверное, дня два или может один день будут. 
  Набрала номер гостиницы на телефоне:
- Мне, пожалуйста, гостиницу на девятнадцатое. Да. Да.
  Вечером домой пошли, двери закрываем. Вышли, идём вдоль управления. Тепло на улице. Снег прекратился. Солнце светит...
Следующий день начался со стука в дверь. Входит Сергей и протягивает розы, белые. 
- Ну, что девчонки, договор подпишем? Я уже все приготовил. Ресторан заказал на вечер. 
- Смотри, какой шустрый. А мы просили тебя об этом. Мы девушки серьезные. Замужние. 
- И я женат. А что? Разве нельзя нам посидеть в ресторане? Кто что скажет?
- Может у вас и не скажут, а у нас все всё узнают в этот же вечер. Шпионов зашлют. Сам увидишь, что вечером они в ресторане будут сидеть где-нибудь. А потом нам отчитываться перед начальством. И так все запретили. А ты с рестораном к нам подъезжаешь. 
- Да мы только посидим немного и поедем, каждый к себе домой. 
- Вот договор. Хлор отгрузим, когда дорогу дадут. Мы же не планировали на вас. А в ресторан может быть и сходим.
 - Ладно. Давай сходим. "Папик" промолчит. Ему нужные связи нужны, а этот, по-моему, наш человек. Может сгодиться когда-нибудь. Ты, Альфира, давай поговори с ним, где и как мы встретимся вечером.  
 - Ладно, - и выхожу за ним, чтобы, дескать, за договором в другое здание. У нас ведь «шпионаж» на предприятии развит, я скажу вам на все пять и десять. Каждому хочется знать, кто с кем куда отбыл и на сколько? Да как уехал. И какие твои покупатели, что берут и чем, сколько дают. 
   Постояли на площадке возле управления и разошлись, договорившись, что он нас встретит возле ДДТ. Ведь девки же "шпионов" зашлют обязательно. Какой он? Посмотреть. 
   Подходим к нему вечером, он здоровается, меня под руку берёт, и мы пошли. Мне неудобно.   В ресторане заказали пельмешки в горшочках на печёночном бульоне, шампанского, водки, салатик. Сергей угощает нас. Веселиться и нас не забывает. Подливает. Северное сияние было как некстати главное в нашем рационе питания. Захмелели сразу. Он, то к Ирке, то ко мне. Но видно мужик уже того, что-то веселиться, но уже с каким-то намёком. Мол, девчонки, кто из вас останется время провести с ним. Так и ёрзает на кресле. Как будто ему "конский возбудитель" подлил кто-то. 
 - Так, говорю. Пора по домам. А то завтра на работу, а мы сегодня нагуляемся, завтра не в рабочем состоянии будем. Пойдём, - говорю Ирке и за рукав тяну.
 - Ладно. Пошли, - отвечает и за мною, боком. Так боком и в раздевалку, за пальто.
   Сергей, как вежливый джентльмен, подаёт пальто вначале мне, потом ей и мы выходим на улицу. Морозец лёгкий охватил наши лица, и мы пошли по тропинке вдоль ресторана в сторону своего квартала.
 - Ирка, давай бежать. Он что-то, по-моему, уже большего запрашивает, шепчу я ей. 
   И точно, в номер зовёт. 
 - Я к нему в номер не пойду, - шепчу я ей, - Мне нельзя. Сама ведь знаешь. Отошли те времена, когда можно было. Не ходи к нему. Вовка хоть и далеко, но лучше не рисковать. Всё равно продадут. Сама ведь знаешь. И чего он разошёлся то. Хватит с него и того, что посидели в ресторане.
   А сама, ик. Уже и так перебор. Насмотрелась "северного сияния".  Мутит уже всю. 
 - Давай дура, бежим быстрее. А то ещё трахнет нас. Побежали... - и бегом по тропинке, покачиваясь.
  Ирка сзади бежит, говорит мне: 
 - Ну, ты что? Ведь неудобно, оставили его одного. А сами, словно дуры бежим. Что он подумает о нас? 
 - Да, бог с ним. Что подумает. Мне что, спать с ним ещё идти, что ли?  Хватит, что в ресторан сходили. Чего захотел? Ещё и постель ему подавай. Ох... Я кажется и так уже всё. Что дома скажут мне? – говорю ей, а сама еле на ногах стою, всё норовлю упасть. Держусь за неё, а она тоже как я. Еле стоит.
 - Ты давай иди домой. Тебе ведь здесь рядом. Я посмотрю.
 - Да, я сама дойду, - отвечает она мне и пошла.
   Ох, как нам продержаться эту договорную компанию. Один за другим едет покупатель за нашей продукцией. Только и знай, принимай их. А тут еще и договора надо утвердить, подписать, все вопросы решить по претензиям. А тут еще из Комсомольска едут. Что ждет. Раю сократили. Зарплату повысили. 
... Ну, вот так мы и живём, - вздыхает Ирка 
- Девчонки, давайте ещё по одной. Ирина наливай. А хотите, я вам анекдот расскажу? - он смеётся и нам весело в закуточке. 
- А что, может быть, есть, где попариться у вас в городе? Давайте в сауну. 
  Поехали в сауну. Сидим, выпиваем. Директор на обслуге:
- Вам ещё что-нибудь? Вот здесь бутербродики. Водочка. Купайтесь. 
  Ирина заходит в бассейн. Классно... Мы с Ленкой сидим, разговариваем. А что ещё делать. Ирка, как всегда всё спонтанно. Купальников не взяли. Не голыми ведь купаться. Может быть, им и хотелось с нами такими голыми развлечься, не знаю. А хер с ними. Это ведь Ирке надо было. Мы так, за компанию. Она всё равно с ним в гостиницу отчалит. Посидели... Хорошо...
Отправили вторых, по каустику. Сидим молчим, только телеграммы шлем. То цена изменилась, то вы подумайте о предоплате и когда переведете. Так и живем. А тут еще акционирование прошло. Все решили пожить самостоятельно, по коллективному договору. Думали легче станет, а нет. Все осталось по-прежнему. Наша работа все та же. Решили, что выданные ваучеры мы отдадим за акции, да еще и одну месячную зарплату, а это тридцать восемь тысяч рублей, у нас заберут за оплату акций. Вот и стали мы хозяева предприятия. Только радости мало. На селекторных совещаниях теперь стало слышно, какая прибыль у нашего предприятия и как мы будем ее делить. Опять все мимо нас, работников Химпрома. Дали один раз дивиденды и забыли. Забыли… На многие годы. Дальше предприятие стало работать все хуже. Снизили поставки почти по всем продуктам. Живем на плаву. Каждый день трясемся, вдруг сократят. Калмыков ездит в Москву, никакого толку. Союзглавхим закрыли и Министерство на стадии закрытия. Кто теперь наш хлор возьмет. Как предприятие будет платить рабочим и как вообще будет работать дальше. В Москве митинги, кровавые драмы почти каждый день. Танки ввели. Все замерли. Что будет дальше? 
А мы вспоминаем белые розы. Сергея и других покупателей. Ирина ездила в Москву, кое-какие вопросы решили, но это было давно. И что же ждет нас, молодых и красивых? Розы, они заострили шипы и колются. И только лепестки сыпятся с них, словно опять снег пошел, крупный, сверкающий и белый-белый. Уходит в прошлое замечательное время, когда Химпром был нужен всем. Со всех концов России ехали к нам, просили, умоляли и скандалили. Получали и были рады нам, красивым и молодым. Уже много раз поменялась структура предприятия. Дочки не справлялись со своими производственными задачами. Нервничали рабочие, скандалили до хрипоты начальники отделов. Город будоражили наши проблемы. 
А лепестки роз сыпались на тротуар, напоминая о прошлом. счастье осталось где-то там, в прошлом. Смех и веселые встречи. Любовь и разлуки. Жизнь всего отдела. Уходили из отдела самые лучшие работники. Кто на пенсию, кого сократили. Мы провожали и плакали. Проработали с ними много времени. 
И только белые розы оставались на столе начальника отдела, подаренные очередному имениннику или пенсионеру. Белые розы… Красивый, крупные. А иногда красные и розовые. Букеты, по одному цветку или… Сирень, полевые и… солнечные.

    А жизнь продолжалась

 
   Опять светит солнце. Прохладный ветерок потянул с балкона. Солнечные лучики бегают по столу, заглядывают в мониторы. Чайник кипит в любимом закуточке. Цветы шевелят лепестками в вазах. Ленка только что привезла документы с Химической.
   - Опять каустика много. И когда я все сделаю. Ты, Альфира, сходи в финансовый, отдай договор по хлору. Ты его дописала?
   - Да. Ты же сказала, что цену утвердили фиксированную. Ну на хлор -то сильно менять не будут. А если цена на электроэнергию измениться? Мы потом будем телеграммы всем слать? Цена изменилась... И что бы сейчас не написать в договоре: цена скользящая. Вечно нам вся работа. Хорошо в цехах, сидят себе и следят за приборами.
   - Ладно тебе, молчи. В цехах тоже сейчас не сладко. Как перевели Химпром на акционирование, так и пошло все на спад. Так и думаешь, а если это шпионство какое? Третий завод отделили, на дочки все пытаются распродать. Что с нами будет дальше?
   _ Ладно, давай, что там у тебя есть. Все оформила для девчонок в финансовом? Остальное может быть, с другими кем-нибудь отправишь?
     Я вышла на улицу, ведь финансовый отдел находится в управлении. Ветерок подувает, солнце светит, лето. Хорошо! А как хочется в отпуск. Вот только разберусь с работой немного, да еще с новыми договорами и поеду куда-нибудь. И чего это решили среди года договора оформлять? Видите ли изменения в структуре. Надо всем переоформить договора и отправить телеграммы. А еще говорят, что мы в управлении без дела сидим. Только и слышно, давай, давай, быстрее телеграммы шли. Предоплату готовь. Как дела с хлором или карбидом. Теперь вся продукция на контроле, как перешли на самоокупаемость. Опять девчонки со снабжения заходили, списки ты им готовь, кто где что производит. На продукцию будем менять. Летний кошмар. И так весь год. То дороги в транспортный заказывать беги, новый потребитель появился, то накладные вези сама на Химическую визировать и срочно при том, то в цех, остатки сними. Весело живем.
     - Ир, они твои договора опять вернули, сказали, надо пересмотреть цену, опять сменилась. По хлору в баллонах подписали. Транспортники дорогу закажут в Иркутске. Транспортный требует списки по предоплате. Сверку надо с ними делать. Все ли пришло. Иди сама. А что, опять структуру менять начали? Опять трясись, слетишь с работы или нет. Да еще Бабкин постоянно говорит, кто не хочет работать, пожалуйста, мест нам хватит, очередь на лестнице большая, кто в этот кошмар хочет. Дуры. 
     - Да, вот так. Слухи про ваучер не прекращаются. Все ругаются. На кой он нам нужен был? Дивиденды-то, когда будут. Никто ничего нормально не говорит. Зайду потом в корпоративный отдел, спрошу у них, что нам ожидать от акций. Там Губина сейчас. Может Бабкин скажет, что на планерке, после селекторной. Какая прибыль или еще какие новости. Третий завод теперь мучается. Продукция дорогая, никто не берет из-за цены. Сырье дорогое. И чего только отделялись. Развалили все. Девчонки со снабжения ругаются, Как им все вопросы решать по поставкам для промплощадки. Всем все надо. Малый совсем задергал их. Как придут на планерку, так и ревут потом. 
    - Ты сегодня в новом платье?
    - Да. Купила. Ну, ладно, я пошла в управление. Потом еще к юристам надо. Ты, Альфира, приготовь тот договор по хлору в контейнерах, с Омском.
    - Ладно. Иди. Чай совсем остыл. Только и бегай с утра по кабинетам. 
    Птицы на улице распевали песни о лете. На клумбах цвели бархатцы и астры. Пробежала Нинка со снабжения к себе. Возле управления много машин. Едут директора и заместили за продукцией Химпрома, на коленях умоляют снизить цену. А нам что делать? На телефонные звонки устали отвечать, что цена возможно измениться. Мы тоже зависим от разных причуд в экономике предприятия и других ведомств. Цена только растет, а для нас никакого толку. В Москве стало все труднее решать какие-то вопросы предприятия. И кто только решил, что такая экономика нужна стране. Никто о людях думать не хочет. Разве можно снижать оплату рабочим в цехах. На селекторной ругань постоянно. Бабкин с Малым ходят злые. Сказали, что теперь нас объединят и теперь Бабкин станет замом у Малого. Теперь наши девчонки стали нервничать, как с ним работать. Мало того, что работы добавили по разным вопросам, да еще решай вопросы по происшествиям. То цистерна где-то в стране сошла с рельс, вдруг отравятся люди. ТО спирт украдут на территории. Вот же дураки люди, пьют всякую гадость. То суды Арбитражные, то еще что-нибудь. Начальник с утра так заведет, на целый день одна нервотрепка. 
    - Все девчонки, аргон продаем. Забирают его у нас. Отдельно жить будут. Не вытягивает Химпром никого, - Ирина пришла с планерки, села в кресло и проговорила нам последние новости. 
   - Но ведь, как говорится, маленькие государства не выживают. Их же каждый сильный партнер разграбит. И еще кого уберут. А нас, сбыт, куда?  
   - К цехам прикрепят. Будем с ними работать, каждый по своей продукции. Ну, мы то пока с Альфирой останемся. Это Лене неизвестно что будет. Соляночники тоже что-то задумали. И так почти ничего не дают. Дефолианта одну-две цистерны в месяц, в бутылях по четыре вагона. Ну, солянка реактивная дорогая по цене. А что толку. Вот они как жить собираются? Кто им будет помогать погашать все расходы. Опять к нам пойдут на поклон. Мол свои, помогите. Так и будут на Совете директоров клянчить всЁ. Бардак какой-то.
    - Да... Помнишь, у нас был такой потребитель. Из Приаргунска. Орал то тогда. Хлор ему в баллонах надо. Ну, правильно. Цех на капитальном ремонте, хлора нет. По одному баллону давали. Так он ведь все инстанции обошел, всех поднял. Могла и эпидемия в его городке быть. Очистные надо ведь обеззараживать. Ох. Что сейчас начнется. Телефон уже кипит от звонков. Хорошо, что сейчас хоть цистерн с хлором нет. Нагрузки снизили. А ведь это плохо. Уж лучше бы он стоял на путях. Вывели бы его на Мальту. Каустик всегда нужен. Как Байкальск будет теперь работать. И Усть-Илимск с Братском? То зеленые, то народ про зарплаты поднимается с профсоюзом. Так ведь в Байкальске тоже не всё хорошо. Опять их за очистные ругали. Байкал загрязняют.  
    Солнце повернуло за здание сбыта и жара спала. А нам надо было идти домой. Завтра опять всё те же вопросы: каустик, хлор, акции, сбыт и снабжение. А как договора, все ли оформили? Что у тебя по предоплате? Уж не рейдерство у нас? Может кто-то в Москве решил прикончить нас?
    
 
08.02.2018 года


PS: События и имена в романе реальные. 1986-1992 годы. В романе взяты событие только не которых моментов из жизни п/о Химпром(АО "Химпрома", ОАО "Усолье Химпрома")


 36651 знак с пробелами

© Copyright: Альфира Ткаченко, 2018

Регистрационный номер №0410311

от 21 февраля 2018

[Скрыть] Регистрационный номер 0410311 выдан для произведения: предисловие

 Белая роза… Что она означает? Белый цвет – здоровье, любовь и счастье. 
Кого ждет счастье, а кого любовь… 
 Молодые женщины вошли в кабинет и включили свет. Раздался звонок телефона:
- Да… Слушаю. О! Вы так рано? Что случилось? Ну, что вы Борис Михайлович, мы вам всегда рады. Да отправим хлор, как обещали. А, да… А, вы нам отправите икру? – она зажала трубку и повернулась ко мне: «Сколько?»: - Да, да… Ну, девчонки просят по десять банок. А деньги мы сразу вам переведем. Альфира отправит.
   Ирина положила трубку и пошла раздеваться к шкафу. 
- Ну, что, девчонки. Икру мы к празднику дождемся. Ещё бы рыбки… Да, ладно. Кого-нибудь попросим. Ты, Альфира, позвони на Сахалин. Может быть, они нам купят? 
- Да, ладно. Позвоню. 
Вдруг включился селектор, и начальник спокойным голосом проговорил:
-Ирина Николаевна, зайдите ко мне.
- Ир, иди, папик зовет.
   Ирина вышла (Ирина, это руководитель нашей группы два, которая занимается контролем поставок продукции второго завода Химпрома). 
- А зачем он ее позвал? – спрашиваю я у второй женщины, - Что-то случилось что ли?
- Кто его знает. Вчера все было спокойно. Может по хлору? Ведь цистерны стоят уже несколько дней. 
- А куда их девать? Москва опять молчит. Уже всех обзвонили. Саянск не берет. У них все пути заняты. Мож…
  Тут вошла Ирина и сказала:
- Все. Всем конец. Папик сердитый. Его сегодня подняли, видите ли в семь утра. А нам что? В Ванино контейнер загазил. Есть пострадавшие. Что будет? 
- Они же должны были сообщить на производство. А почему нам? Ну, я понимаю, что телеграмма пришла… Ладно, сейчас Петровичу позвоню, скажу, что у них произошло.
  Телефон был занят еще несколько минут, Начальник бесновался, уже несколько раз заглянул в кабинет. Ирина спокойно созванивалась с кладовщиками. 
- О, Сашка. Что у вас опять произошло? Наш начальник сегодня злой. Ему позвонили рано утром, что контейнер газит в Ванино. Есть пострадавшие.
- Да, знаем уже. А вы-то, что так беспокоитесь? Не вам же решать это. У меня баллоны лежат. Когда отгрузка? Сколько мне их держать еще? Ты, Альфира, давай быстрей нам накладные. Вчера отгрузили несколько контейнеров. А почему только трехтонники были? Пятитонников нет, что ли? Чем больше отгрузим, тем быстрее освободим площадку. 
- Ладно, сейчас посмотрю, куда еще надо хлор. Пусть ваш начальник сообщит нашему о решении про Ванино. 
  Я положила трубку и начала рассматривать экран монитора, где у меня была открыта сводка по поставкам хлора. 
- Так… Ну, сейчас ещё накладные дооформлю и отправлю в цех. Лен… - кричу в коридор экспедитору, - Ты подожди, я сейчас тебе дам ещё накладных на визу. 
- Давай быстрее. А что, вчера не могла заготовить? Вы же знаете, как наша грымза следит за всем. Опять мне не приятности будут, что поздно отвезла документы. А мне еще в цех надо. Ирк, ты где такие блузки берешь. Опять новая?
- Да. Нам, молодым и красивым надо быть на высоте. Но увидела. Тамарка каждый день туфли меняет, вы не видите. А я надела новую, сразу видят.
- На. Накладные надо потом в цех, срочно.
- Ну, как у тебя с мужем? Пропал? И приставы молчат?
- Да, так…

 Весеннее настроение


-Ты зачем ко мне пришла? – спросил её начальник отдела. 
                Она пожала плечами и отвернулась. За окном светило солнце. Воробьи чирикали так, что казалось, заглушили своим пением звон трамваев.
- Вы же обещали мне, что, когда я вернусь из командировки, то буду заниматься продажами продукцией другого завода. А вы молчите вот уже две недели. Что мне остаётся делать, как самой подойти к вам и спросить об этом. А что, Людмила Федоровна ещё будет работать у нас? – спросила Лена, ожидая ответа от начальника отдела. Он сидел и рассматривал договор о поставке на каустик. 
- Ты вот просишь себе это место, а сама даже не знаешь, что такое товарная наценка. Как ты себе представляешь работу с этим производством? Ведь это товары широкого потребления. Своя специфика работы. Надо и прайс- лист рассчитывать, и логистику склада, и формировать договор с покупателем. А на производстве снимать остатки. Как ты будешь производить снятие остатков по белизне? – начальник посмотрел на нее.
          Лена стояла и говорила о каких-то товарных накладных, сертификатах качества и ещё о чём-то. Воробей сел на карниз и зачирикал уже почти под самым окном у начальника. Он повернулся и посмотрел на него:
- Смотри ты, чирикает как? Весна! Хорошо ему, никаких договоров не надо. Летай себе, где хочешь, ешь тоже, что хочешь. Никаких проверок с Роспотребнадзора. А тут целый день думай, как запрятать цену по приходу с базы и склада. Вчера опять сырьё поступило по заниженной цене? Что-то Людмила Федоровна не несёт мне отчеты по поставкам белизны. Как мы будем рассчитывать затраты на электроэнергию, производство, реализацию? Совсем перестала всех бояться. Как будто у меня с контролёрами договор подписан на недосмотр накладных на поступление белизны в магазины, - он передёрнул плечами и недовольно посмотрел куда-то поверх экономиста. Его совсем не интересовал её вопрос о переходе на другую группу работы. Но молодая женщина уже все нервы вымотала со своим ведущим специалистом. То она ей неправильно данные в базу вводит, то не так рассчитала договор, цену на поставку персоли и шампуни. Вечно ругань стоит. 
             А тут весна ещё. Цветёт всё вокруг. Деревья листья распускают, несмотря на дождь, который нет, нет да пройдёт, и ветер сорвётся с крыш и понесёт пыль по дорогам города. 
- Ладно, иди. Я подумаю, что делать с вами. Ты ко мне пригласи Людмилу Федоровну.
     Дверь тихонько закрылась, и секретарь Алена еще раз посмотрела на вышедшую и продолжила печатать какие-то приказы. Лена шла по коридору и молчала. Как ей не хотелось идти на свою группу. За дверью второй группы раздался голос Ирины. Она опять начала устраивать своим групникам испытания на долг родине. Икру ты ей достань, а разговаривать она с ними будет свысока. Видите ли, она у них красавица. Гордая и современная молодая женщина. Как будто мы все дурнушки. Ирина, голубоглазая красавица с длинными ногами. Её вздернутый носик и чувствительные губы очень нравились мужчинам, особенно тем, которые занимали хорошие должности. Она была женщина для любви, но с своим характером, никогда не открывать свои мысли другим. Поэтому никто в отделе не знал, что у нее на уме и всегда остерегались ее. Мимо меня прошла Альфира в санитарную комнату и подошла к окну. Ей настроение испортили с самого утра. Хлор девать некуда. Цистерны стоят уже неделю, заполнили весь парк площадки хлорного производства. «А что она может? Кому только не предлагала. Никто не хочет брать его. Вечно один и тот же ответ, у самих полно этого продукта. А тут еще и хлор в баллонах стал плохо сбываться. И что это на нас на всех навалилось?»
Постояв немного у окна, она пошла в кабинет. Только зашла, как вбежала Тамарка.  Ещё одна красавица и, наверное, уже любовница какого-нибудь министра в Москве. Всегда во всем самом модном, при очаровательной прическе и в новых туфлях. А какой аромат её духов, это только можно представить себе. Либо французские, либо еще какие от знаменитых фирм. 
- Ир, а вы уже отправляли телеграммы по предоплатам? Бабкин просит, чтобы мы занялись ими сейчас же. Вышел новое решение на Совете директоров, чтобы мы запросили все предприятия по ведущим продуктам по оплатам. Кто сколько сможет перевести сейчас нам. 
- Думаю. Тебе то, конечно, надо писать, а вот как Ольга — будет это делать. Метилку или трихлорсилан тоже включили что ли в список? Карбид, понятно. Она опять пришла поздно?
- Да. Потом решим, что делать с нею. Конечно, ей тоже надо писать. Бабкин и так нервничает, когда с серым лицом приходит к нему. Уж устала слушать его. Да и Раиска тоже не молчит. Боже мой! Придумывают нам работу, как будто мы сидим и ногти красим. Я уже устала. А Ольгу он пока не будет увольнять. Обойдется замечанием. Кем ее заменять-то?
- Ну, и досталось тебе. У нас еще с хлором проблемы. Цистерны почти всю площадку заняли. Баллоны никто не берет. План за первый квартал выполнили. Альфира, посмотри, сколько договоров мы заключили и сверь еще раз с планом поставок. Может быть, поднять старые связи. Вдруг еще кто-то не заключил с нами договор.  И кто теперь будет его брать? Цена высокая. Денег почти не у кого нет. Что – то будет…
- Ты в Москву звонила, в Союзглавхим? Что тебе Марина говорит. Мне трихлорсилан тоже девать некуда. Все мне надо. Ладно, я пошла к себе.
        Тамарка вышла, и мы опять уткнулись в мониторы. Много говорить нельзя. К чему. Попасть бабам на язык, это такие сплетни разойдутся вплоть до цехов, рад не будешь. Тамарка-то блатная. Её в Министерстве заставят вернуть на старое место. А мы молчим. Ирина повернулась ко мне:
- Ну, нашла в старых папках, кто мог бы еще взять хлор, хоть в цистернах, хоть в баллонах. Ты в Волгоград позвони. Они когда-то брали хлор. 
- Сейчас закажу на десять московского. Ты думаешь, они возьмут? Вера Петровна тоже пока никакого ответа не даёт. Я ей, когда еще телеграмму отправила. Она молчит. Её тоже надо заказать. 
- Ладно. Папику пока ответим то, что есть. Он сегодня какой-то взвинченный. Столько вопросов решать. Графики подготовили?
- Да. Ир, а что Борису Михайловичу звонить? Иль как?
- Завтра закажем. Мне предоплату надо готовить. Кто сколько перечислил, а кто еще и должен. Он ведь завтра с нас будет требовать. Раиса Алексеевна уже заходила, спрашивала. А ты что, где была? Когда она заходила. 
- Так, в финансовый с договором ходила. Я же утром еще договорилась с Балейзолотом, что возьмут три тонны хлора в баллонах. А что, Ленка с ТНП теперь вместо Людмилы Федоровны будет? Мне девчонки из транспортного сказали. И откуда они только знают всё. 
- Да ты что? Мне никто не говорил об этом. И что – то мы все время последние узнаем все новости по отделу. Да, стыдно нам. Девочки, не расслабляться. Вдруг кто шпионов заслал. 
      День заканчивался, и мы все вышли из кабинета, чтобы спокойно уехать домой. Солнце уже пригревало все сильнее. Птицы веселились на ветках деревьев. Машины носились вдоль управления и нашего здания. Кто с работы, а к то и на работу. Ирина прошла вперед и гордо взошла на платформу перед трамваем. Она была всегда элегантна. Высокая, молодая, красивая. Рая и я остановились возле нее и ждали, когда трамвай развернется на конечной остановке и вернется к нам. 
       Вот промелькнули дома второго участка, и мы повернули в сторону двадцать шестого квартала. 
-  А, что тебе приставы ответили? Когда он будет платить алименты? Так и будешь ходить к ним?
- А… Уже думаю, что мне их вовсе и не надо. Плюнула бы на него, да родители требуют наказать его. Его же никто не тянул жениться на мне. Ошибка молодости… а сын – то при чем. Ему жить надо в спокойной обстановке. 
- Ну, ладно. Пока, - и Ирина пошла к себе домой, а я продолжила путь через железную дорогу в сторону частных домов. 
 День следующего утра начался как обычно. Только пришли на работу, сняли с сигнализации кабинет, как начальник вызвал Ирину к себе. Опять все по-старому. Селекторное совещание. Все руководители групп сидят и слушают, что происходит в цехах и на Химпроме. Директор предложил всем работникам предприятия рассмотреть вопрос об предоплатах за продукцию. 
- Все подразделения ждут от нас информации и готовы отгружать. Сейчас все переходят на новую форму оплаты по всей стране. И мы теперь будем вести контроль, каждый по своей продукции, за поступлением денег к нам. Кому какие вопросы не понятны, обращайтесь к Раисе Алексеевне. 
    Только Ирина вошла в кабинет, как зазвонил телефон.
- Да. Слушаю. А, Борис Михайлович. Доброе утро. Как поживаете? Как во Владивостоке? А, Борис Михайлович, нам нужно, чтобы вы запросили у себя через руководство о предоплате за хлор. И сколько вам надо его до конца года.  Ну, что поделаешь. У нас тоже меняются решения. Мы зависим от начальства.  И деньги сейчас всем нужны. 
-  Да, Альфира Федоровна. Отвечу. Что еще хотите? Может быть, вам рыбки прислать?
- Я, думаю, что пока не надо. А… вот девчонки просят икры. Мы вам деньги сразу отправим. Сколько? Сейчас спрошу. Ну, банок пятьдесят. Все хотят. Праздник скоро. Я жду письма о предоплате.
- Ну, что. Пришлет, икры-то?
- Конечно. Только девчонки деньги, как обычно. С пересылкой. Он ведь деньги за нас платить не будет.
- Ох, и день сегодня. Что бы придумать? Скучно что-то. Надо чем-то заняться. Мужика бы. Кого брать будем? 
- Откуда я знаю. Ты же знаешь, какие нынче мужики пошли. Цветы дарить не любят, только бы секс. Познакомишься с ним, а он, и кончить, как следует не сможет. Что будем делать - то?- отвечаю саркаcтически.
- Давай в цехе поищем? Кого?
- Может,  Петровичу позвоним.
- Ну, давай.
- Сашка, привет. Что делаешь?- звоню я.
  Сашка, это начальник отделения, что на хлоре, сидит и в трубку смеётся. 
- Что девчонки, погулять захотелось?
- Ну, ты сразу. Погулять. А ты на что способен? Может быть, мы порядочные.
- Да, я что, не знаю, какие вы. Ладно, приду чай попить к вам.
- Заходи.
  Ирка сидит в журнале номера цистерн записывает. Входит Вероника:
- Девчонки, смотрите, мне журнал принесли "Плейбой". Хотите посмотреть?
- А что там?
- На,  посмотри. 
  Я открыла журнал и начала листать. Ничего себе журнальчик, есть на что посмотреть.
- Может быть, о себе написать туда? - шучу я.
- Ну да. Только сначала бы надо было марафет на лице навести, ногах, ну и там. А то, зачем писать о себе. Ещё опозоришься. А как мы в сексе с ними будем? Ведь мы такие глупые, ничего не знаем. Надо ещё журнал о сексе купить. Тогда можно будет и искать, кого-нибудь. Ты Ирка, вон какая красивая. Ноги длинные, фигурка что надо, - смотрю на неё, - А если мать узнает? Я то, не скажу ей.
- Слушай, может, Сашку не будем звать. А то жена налетит на нас ещё. Драться нам с нею, что ли? У... сколько неприятностей будет... Давай соляночникам еще раз позвоним? Он же работает у них еще.
- Зачем? Что с ним делать будем?
- Тебя предложим. Ты же у нас одинокая. Мне что ли надо? Да, ладно, не будем мы о тебе рассказывать. Сиди, работай.  Помнишь, как за грибами ездили с «соляночником».
- То-то он больше не звонит. И кадрить не хочет. 
- Здравствуйте, мне бы Александра. Вы нам цифры и заявку будете давать? Так, так. Хорошо..., -  Ирка улыбается в трубку, - Да так ничего. Встретиться, а где? 
- Ира, может быть, не надо. Я что-то не хочу. Химпром хоть и большой, но всё же сплетни пойдут. Нам порядочным женщинам ни к чему такой «блеск» в жизни.  
    Опять все взгляды в монитор. Поставки и новые вопросы от начальника.  
- Девки, давайте быстрее свои графики и просматривайте накладные, все ли Маргаритка завизировала. Она сегодня занята была. 
- Сейчас. Посиди. Расскажи что-нибудь. Что в Мальте?
- Да, ничего. Сокращение что ли будет? Они что-то меня спрашивают. А у нас?
- Да, нет пока. Только оплату просят за продукцию. Рабочим платить не чем. Да, еще бартер предлагают. Можно товар, что производят на заводах для магазина и продукты. Альфира и ты Рая, подготовь, кто что производит у себя, по вашим потребителям. Бабкин просит. Ему видите ли надо знать, кто что производит. 
- Ну да, сейчас золото ему предложим по тонне с Лензолота. Круто. Но хлор ведь не стоит столько. Сколько мы можем за двадцатитонник получить? На отдел по кольцу и цепочке к Новому году. Сейчас апрель. План перевозок пришел. Как раз золото нам и повезут. За твои цистерны каустика больше золота будет. Ха-ха-ха.
- А что, рыба во Владивостоке ведь есть. Можно с Борис Михайловичем договориться. Один полувагон с хлором на контейнер консерв. И рабочим и нам будет. Под зарплату. Да,… Что хорошего. Деньги нужны.
- А ты в Комсомольск на Амуре позвони. Ты же грузишь им много каустика. Может у них еще что-нибудь есть. Для снабженцев и заводов. А потом наши начальники поторгуют с кем-нибудь из других регионов. Каждый жить хочет.
- Ну, все. хватит вам болтать. Вы что, шпионите? Бабкин услышит, так будет вам. Уволит в самое тяжелое время. 
     Целый шкаф бумаг, заполненный до верху, мне надоел, словно оскомина. Так и хотелось все бросить и сесть куда-нибудь, и отдохнуть. 
- Ты графики отпусков смотрела? Когда у нас отпуска?
- Нет пока еще. Позже посмотрю. А что? Ты в отпуск собираешься, что ли? Ты на какое время записывалась?
- На июль. Да, думаю, может путевку купить куда-нибудь. Дома сидеть не хочется. 
- А ты сходи в бюро путешествий. Может они предложат что-нибудь. На море сейчас здорово летом.
- Сейчас позвоню. Алло. Это бюро путешествий? Я хочу узнать у вас, что вы можете предложить на июль месяц. Да? Хорошо. Я зайду к вам.
- И куда есть?
- Там посмотрю и скажу. Но путевки есть и есть горящие. Во… смотри, есть еще и такие потребители хлора в баллонах. На Кавказе. Есть Степанакерт. В Минске и других городах. Гляди-ка, даже Грузия есть. Поехали в Тбилиси в командировку, хлор сбывать в контейнерах?
- Ну да. Кто-то тебя и отправил туда. Сиди звони. А что производят на заводах в Ижевске? Не узнавала. Если будут звонить потребители, спрашивайте всех, кто что может сделать для нас и за ту сумму, на которую стоит ваша продукция. А ты Рая дефолиант не давай им, пока не оплатят. У тебя продукция дорогая. И Узбекистану всегда его надо. 
- Ладно. 

Белые розы

    Стук в дверь. Входит мужчина и представляется:
- Добрый день! Я Чайковского. Начальник отдела снабжения. Меня зовут Сергей. Мне нужна Альфира Федоровна.
- Да, это я. Здравствуйте. Что вы хотели?
- Как у вас красиво! Снег кружится. Такие пушистые снежинки! Только и гулять на улице. А что, может быть, и пойдем на улицу?
- Ну да, только сейчас и пойдем, вовремя работы. Что у вас к нам?
- Ну, вот, опять работа. А такие красивые и молодые девчонки. В вас только и влюбляться. А вот возьму и влюблюсь в одну из вас. В кого бы?
- А ты сам и решай. Только Раю и меня не трогай, мы замужем. 
- Хорошо. Вот в тебя и влюблюсь. 
    Сергей смеется, сидит напротив нас и разглядывает Ирину, а потом меня. 
- А я обоих возьму себе. Давайте завтра в ресторан сходим?
- Уж, сразу и в ресторан. Ты вначале, скажи, зачем приехал?
- Ну, вот, опять про работу. А так бы и говорил бы и говорил. Хорошо у вас. Ну, ладно, мне хлор нужен. Один вагон. Совсем плохо у нас. И надо срочно. Как, сможем сделать это?
- Ну, как сказать. Все планы уже сверстаны. А вы к нам уже сверх. Если цех захочет сделать вам хлор сверх плана… не знаю. Надо в цехе спросить. 
- Девчонки, надо… очень надо. Город стоит без хлора. Осталось немного, несколько контейнеров. А вдруг эпидемия. Воду-то надо обеззараживать. Ну, как, сможем сделать нам вагон?
- Хорошо, я позвоню в цех. Вы приходите завтра. Если они согласятся, то сделаем и договор подпишем.
- Хорошо. С вами хорошо, но я пошел. А где у вас гостиница?
- А это сейчас выйдешь от нас и пойдешь к дальней остановке трамвая и поедешь прямо до гостиницы «Усолье». Ну, а там сам разберешься.
- Спасибо вам. Хорошие и симпатичные девчонки. До завтра.
    Дверь закрылась, и мы остались опять одни. Но у нас работа. Опять звонки, телеграммы, споры преддоговорные, претензии и планы поставок. Кому-то надо рассказать, что из себя представляет наша продукция, для каких целей она. Ирина посмотрела на меня:
- Ну, что будем делать? Надо Петровичу звонить. Ведь люди без хлора сидят. Видимо прогулял где-то свой хлор, а теперь к нам пожаловал. Видели какой шустрый. 
- Сейчас позвоню… Саш, а Саш, вы как с планом по хлору в контейнерах, в этом месяце все дадите? 
- Да, а почему ты спрашиваешь? Что-то надо?
- Да. Тут потребитель приехал. Надо хлор в контейнерах, один вагон. Но он сверх плана.
- Да?.. А что за это будет? 
- Что… Премия вам от завода. Вам что плохо в конце года премию получить?
- Да, нет, не плохо. Деньги всегда нужны. Когда ему надо?
- Ему сейчас надо. Я документы подготовлю. Мы отправим ему вагон на этой неделе. Мне надо дорогу еще выбить для него. Я же не планировала в их сторону. Ладно, договорились. Готовьте. Я дам накладную.
- Девчонкам привет. Что делаете? Куда на новый год собираетесь?
- Никуда. Дома будем сидеть. А тебе – то какая забота. Решил о нас позаботиться?
- Ну, сразу обижаться. Я зайду перед новым годом поздравить.
- Приходи.
    Опять снежинки посыпались на дорогу, что пролегала перед нашим зданием, где находился отдел сбыта. Ветерок разгонял их и укладывал на газоны. Они опять веселились и поднимались к нашим окнам. А ветерок подгонял их и уже хотел ворваться вместе с ними к нам на группу. Скоро новый год. А мы сидим и пишем. Договорная компания. Каждый день на счету. И Бабкин рвет и мечет. Какие планы поставок на следующий год по каждой продукции. Как только ни позовет к себе руководителей групп, так и с сердитым лицом опускает на них целый сноп огней.
- Все заключили договора? У кого еще какие вопросы? А что по карбиду, Тамара Александровна? Что у вас с потребителем, ну, этот, что…
- Почти нормально. Ему цена не нравится. Сейчас юридический отдел решает с ним все вопросы. Есть еще не до заключенные договора по эпихлоргидрину и трихлорсилану. Но, думаю, что заключим. Вероника и Ольга сейчас запрашивает покупателей. Ищем и по старым поставкам. Денег нет ни у кого. А что, нам Союзглавхим будет помогать в этом году?
- Нет. Разогнали его. Политика сейчас такая. Сами видите, что делается в стране. Только на самих себя надеется надо. Решайте вопросы по всем направлениям. Идите.
     Ирина вернулась в кабинет с серьезным лицом, но молчит. Мы смотрим на неё и ничего не понимаем.
- Что-то случилось? Как Бабкин? 
- Да, ничего. Опять все тоже, поставки, договора. На Тамарку орал. А она что может сделать, если цены подняли. Папик, он и есть папик. На совете директоров его спрашивают, а он молчит. А что он ответит. Они же знают, какие цены на продукцию на следующий год. Да и предоплату все требуют.
Ты, Альфира, проследи за договорами, что у тебя в юридическом отделе. Надо быстрее их до заключать и составить весь план поставок по хлору, как в баллонах, так и в контейнерах. План они уменьшили. А что делать дальше не говорят. Где деньги будут брать? Да, а Сергей во сколько завтра придет?
- Обещал утром. В цехе сделают ему вагон.
- Ну, что, пойдем в ресторан? Рай, ты пойдешь?
- Нет. Мне то куда еще.
- Ладно. Придется нам с тобой отдуваться. Завтра все решим. Сейчас потребители поедут. И много. 
Раздался звонок.
- Сейчас анкеты принесут. Бабкин говорил, что акционирование Химпрома будет. Нам всем надо решить, будем мы переходить на новую форму работы или нет. 
- И что это значит? Сокращать? 
- Нет. Просто ответим на вопросы анкеты и Химпром станет АО «Химпром».
   Пока писали в анкетах свои мнения, зазвонил телефон.
- Да. Это я. А вам, когда каустик надо? Хорошо. Ну, нормально. А что? Подождите, сейчас двадцать пятое апреля. А вы, когда хотите приехать? Хорошо, я скажу начальству.
   Ирина вышла из кабинета. Мы работаем. Телефон разрывается. Она вошла и с ходу:
- Девчонки, сюда с Комсомольска едут. Давайте готовится. Он со своим замом едет. 
- Я тебе говорила, что этот любовник, во! Тут и шуба, и мебель или деньги. А то сидишь, ждёшь от Вовки тычки. Ладно, поедем, погуляем. Когда будут - то?
- Не знаю. Мне Анатолий Алексеевич сказал, чтобы приготовила им каустик и накладные. 
- Давайте чай пить? - зовёт Райка. 
  Чайник вскипел, и мы сели в своём закуточке завтракать. 
- Сейчас, только досчитаю.
- А когда они будут? - спрашиваю.
- Да, в среду. Надо гостиницу заказать. Они, наверное, дня два или может один день будут. 
  Набрала номер гостиницы на телефоне:
- Мне, пожалуйста, гостиницу на девятнадцатое. Да. Да.
  Вечером домой пошли, двери закрываем. Вышли, идём вдоль управления. Тепло на улице. Снег прекратился. Солнце светит...
Следующий день начался со стука в дверь. Входит Сергей и протягивает розы, белые. 
- Ну, что девчонки, договор подпишем? Я уже все приготовил. Ресторан заказал на вечер. 
- Смотри, какой шустрый. А мы просили тебя об этом. Мы девушки серьезные. Замужние. 
- И я женат. А что? Разве нельзя нам посидеть в ресторане? Кто что скажет?
- Может у вас и не скажут, а у нас все всё узнают в этот же вечер. Шпионов зашлют. Сам увидишь, что вечером они в ресторане будут сидеть где-нибудь. А потом нам отчитываться перед начальством. И так все запретили. А ты с рестораном к нам подъезжаешь. 
- Да мы только посидим немного и поедем, каждый к себе домой. 
- Вот договор. Хлор отгрузим, когда дорогу дадут. Мы же не планировали на вас. А в ресторан может быть и сходим.
 - Ладно. Давай сходим. "Папик" промолчит. Ему нужные связи нужны, а этот, по-моему, наш человек. Может сгодиться когда-нибудь. Ты, Альфира, давай поговори с ним, где и как мы встретимся вечером.  
 - Ладно, - и выхожу за ним, чтобы, дескать, за договором в другое здание. У нас ведь «шпионаж» на предприятии развит, я скажу вам на все пять и десять. Каждому хочется знать, кто с кем куда отбыл и на сколько? Да как уехал. И какие твои покупатели, что берут и чем, сколько дают. 
   Постояли на площадке возле управления и разошлись, договорившись, что он нас встретит возле ДДТ. Ведь девки же "шпионов" зашлют обязательно. Какой он? Посмотреть. 
   Подходим к нему вечером, он здоровается, меня под руку берёт, и мы пошли. Мне неудобно.   В ресторане заказали пельмешки в горшочках на печёночном бульоне, шампанского, водки, салатик. Сергей угощает нас. Веселиться и нас не забывает. Подливает. Северное сияние было как некстати главное в нашем рационе питания. Захмелели сразу. Он, то к Ирке, то ко мне. Но видно мужик уже того, что-то веселиться, но уже с каким-то намёком. Мол, девчонки, кто из вас останется время провести с ним. Так и ёрзает на кресле. Как будто ему "конский возбудитель" подлил кто-то. 
 - Так, говорю. Пора по домам. А то завтра на работу, а мы сегодня нагуляемся, завтра не в рабочем состоянии будем. Пойдём, - говорю Ирке и за рукав тяну.
 - Ладно. Пошли, - отвечает и за мною, боком. Так боком и в раздевалку, за пальто.
   Сергей, как вежливый джентльмен, подаёт пальто вначале мне, потом ей и мы выходим на улицу. Морозец лёгкий охватил наши лица, и мы пошли по тропинке вдоль ресторана в сторону своего квартала.
 - Ирка, давай бежать. Он что-то, по-моему, уже большего запрашивает, шепчу я ей. 
   И точно, в номер зовёт. 
 - Я к нему в номер не пойду, - шепчу я ей, - Мне нельзя. Сама ведь знаешь. Отошли те времена, когда можно было. Не ходи к нему. Вовка хоть и далеко, но лучше не рисковать. Всё равно продадут. Сама ведь знаешь. И чего он разошёлся то. Хватит с него и того, что посидели в ресторане.
   А сама, ик. Уже и так перебор. Насмотрелась "северного сияния".  Мутит уже всю. 
 - Давай дура, бежим быстрее. А то ещё трахнет нас. Побежали... - и бегом по тропинке, покачиваясь.
  Ирка сзади бежит, говорит мне: 
 - Ну, ты что? Ведь неудобно, оставили его одного. А сами, словно дуры бежим. Что он подумает о нас? 
 - Да, бог с ним. Что подумает. Мне что, спать с ним ещё идти, что ли?  Хватит, что в ресторан сходили. Чего захотел? Ещё и постель ему подавай. Ох... Я кажется и так уже всё. Что дома скажут мне? – говорю ей, а сама еле на ногах стою, всё норовлю упасть. Держусь за неё, а она тоже как я. Еле стоит.
 - Ты давай иди домой. Тебе ведь здесь рядом. Я посмотрю.
 - Да, я сама дойду, - отвечает она мне и пошла.
   Ох, как нам продержаться эту договорную компанию. Один за другим едет покупатель за нашей продукцией. Только и знай, принимай их. А тут еще и договора надо утвердить, подписать, все вопросы решить по претензиям. А тут еще из Комсомольска едут. Что ждет. Раю сократили. Зарплату повысили. 
... Ну, вот так мы и живём, - вздыхает Ирка 
- Девчонки, давайте ещё по одной. Ирина наливай. А хотите, я вам анекдот расскажу? - он смеётся и нам весело в закуточке. 
- А что, может быть, есть, где попариться у вас в городе? Давайте в сауну. 
  Поехали в сауну. Сидим, выпиваем. Директор на обслуге:
- Вам ещё что-нибудь? Вот здесь бутербродики. Водочка. Купайтесь. 
  Ирина заходит в бассейн. Классно... Мы с Ленкой сидим, разговариваем. А что ещё делать. Ирка, как всегда всё спонтанно. Купальников не взяли. Не голыми ведь купаться. Может быть, им и хотелось с нами такими голыми развлечься, не знаю. А хер с ними. Это ведь Ирке надо было. Мы так, за компанию. Она всё равно с ним в гостиницу отчалит. Посидели... Хорошо...
Отправили вторых, по каустику. Сидим молчим, только телеграммы шлем. То цена изменилась, то вы подумайте о предоплате и когда переведете. Так и живем. А тут еще акционирование прошло. Все решили пожить самостоятельно, по коллективному договору. Думали легче станет, а нет. Все осталось по-прежнему. Наша работа все та же. Решили, что выданные ваучеры мы отдадим за акции, да еще и одну месячную зарплату, а это тридцать восемь тысяч рублей, у нас заберут за оплату акций. Вот и стали мы хозяева предприятия. Только радости мало. На селекторных совещаниях теперь стало слышно, какая прибыль у нашего предприятия и как мы будем ее делить. Опять все мимо нас, работников Химпрома. Дали один раз дивиденды и забыли. Забыли… На многие годы. Дальше предприятие стало работать все хуже. Снизили поставки почти по всем продуктам. Живем на плаву. Каждый день трясемся, вдруг сократят. Калмыков ездит в Москву, никакого толку. Союзглавхим закрыли и Министерство на стадии закрытия. Кто теперь наш хлор возьмет. Как предприятие будет платить рабочим и как вообще будет работать дальше. В Москве митинги, кровавые драмы почти каждый день. Танки ввели. Все замерли. Что будет дальше? 
А мы вспоминаем белые розы. Сергея и других покупателей. Ирина ездила в Москву, кое-какие вопросы решили, но это было давно. И что же ждет нас, молодых и красивых? Розы, они заострили шипы и колются. И только лепестки сыпятся с них, словно опять снег пошел, крупный, сверкающий и белый-белый. Уходит в прошлое замечательное время, когда Химпром был нужен всем. Со всех концов России ехали к нам, просили, умоляли и скандалили. Получали и были рады нам, красивым и молодым. Уже много раз поменялась структура предприятия. Дочки не справлялись со своими производственными задачами. Нервничали рабочие, скандалили до хрипоты начальники отделов. Город будоражили наши проблемы. 
А лепестки роз сыпались на тротуар, напоминая о прошлом. счастье осталось где-то там, в прошлом. Смех и веселые встречи. Любовь и разлуки. Жизнь всего отдела. Уходили из отдела самые лучшие работники. Кто на пенсию, кого сократили. Мы провожали и плакали. Проработали с ними много времени. 
И только белые розы оставались на столе начальника отдела, подаренные очередному имениннику или пенсионеру. Белые розы… Красивый, крупные. А иногда красные и розовые. Букеты, по одному цветку или… Сирень, полевые и… солнечные.

    А жизнь продолжалась

 
   Опять светит солнце. Прохладный ветерок потянул с балкона. Солнечные лучики бегают по столу, заглядывают в мониторы. Чайник кипит в любимом закуточке. Цветы шевелят лепестками в вазах. Ленка только что привезла документы с Химической.
   - Опять каустика много. И когда я все сделаю. Ты, Альфира, сходи в финансовый, отдай договор по хлору. Ты его дописала?
   - Да. Ты же сказала, что цену утвердили фиксированную. Ну на хлор -то сильно менять не будут. А если цена на электроэнергию измениться? Мы потом будем телеграммы всем слать? Цена изменилась... И что бы сейчас не написать в договоре: цена скользящая. Вечно нам вся работа. Хорошо в цехах, сидят себе и следят за приборами.
   - Ладно тебе, молчи. В цехах тоже сейчас не сладко. Как перевели Химпром на акционирование, так и пошло все на спад. Так и думаешь, а если это шпионство какое? Третий завод отделили, на дочки все пытаются распродать. Что с нами будет дальше?
   _ Ладно, давай, что там у тебя есть. Все оформила для девчонок в финансовом? Остальное может быть, с другими кем-нибудь отправишь?
     Я вышла на улицу, ведь финансовый отдел находится в управлении. Ветерок подувает, солнце светит, лето. Хорошо! А как хочется в отпуск. Вот только разберусь с работой немного, да еще с новыми договорами и поеду куда-нибудь. И чего это решили среди года договора оформлять? Видите ли изменения в структуре. Надо всем переоформить договора и отправить телеграммы. А еще говорят, что мы в управлении без дела сидим. Только и слышно, давай, давай, быстрее телеграммы шли. Предоплату готовь. Как дела с хлором или карбидом. Теперь вся продукция на контроле, как перешли на самоокупаемость. Опять девчонки со снабжения заходили, списки ты им готовь, кто где что производит. На продукцию будем менять. Летний кошмар. И так весь год. То дороги в транспортный заказывать беги, новый потребитель появился, то накладные вези сама на Химическую визировать и срочно при том, то в цех, остатки сними. Весело живем.
     - Ир, они твои договора опять вернули, сказали, надо пересмотреть цену, опять сменилась. По хлору в баллонах подписали. Транспортники дорогу закажут в Иркутске. Транспортный требует списки по предоплате. Сверку надо с ними делать. Все ли пришло. Иди сама. А что, опять структуру менять начали? Опять трясись, слетишь с работы или нет. Да еще Бабкин постоянно говорит, кто не хочет работать, пожалуйста, мест нам хватит, очередь на лестнице большая, кто в этот кошмар хочет. Дуры. 
     - Да, вот так. Слухи про ваучер не прекращаются. Все ругаются. На кой он нам нужен был? Дивиденды-то, когда будут. Никто ничего нормально не говорит. Зайду потом в корпоративный отдел, спрошу у них, что нам ожидать от акций. Там Губина сейчас. Может Бабкин скажет, что на планерке, после селекторной. Какая прибыль или еще какие новости. Третий завод теперь мучается. Продукция дорогая, никто не берет из-за цены. Сырье дорогое. И чего только отделялись. Развалили все. Девчонки со снабжения ругаются, Как им все вопросы решать по поставкам для промплощадки. Всем все надо. Малый совсем задергал их. Как придут на планерку, так и ревут потом. 
    - Ты сегодня в новом платье?
    - Да. Купила. Ну, ладно, я пошла в управление. Потом еще к юристам надо. Ты, Альфира, приготовь тот договор по хлору в контейнерах, с Омском.
    - Ладно. Иди. Чай совсем остыл. Только и бегай с утра по кабинетам. 
    Птицы на улице распевали песни о лете. На клумбах цвели бархатцы и астры. Пробежала Нинка со снабжения к себе. Возле управления много машин. Едут директора и заместили за продукцией Химпрома, на коленях умоляют снизить цену. А нам что делать? На телефонные звонки устали отвечать, что цена возможно измениться. Мы тоже зависим от разных причуд в экономике предприятия и других ведомств. Цена только растет, а для нас никакого толку. В Москве стало все труднее решать какие-то вопросы предприятия. И кто только решил, что такая экономика нужна стране. Никто о людях думать не хочет. Разве можно снижать оплату рабочим в цехах. На селекторной ругань постоянно. Бабкин с Малым ходят злые. Сказали, что теперь нас объединят и теперь Бабкин станет замом у Малого. Теперь наши девчонки стали нервничать, как с ним работать. Мало того, что работы добавили по разным вопросам, да еще решай вопросы по происшествиям. То цистерна где-то в стране сошла с рельс, вдруг отравятся люди. ТО спирт украдут на территории. Вот же дураки люди, пьют всякую гадость. То суды Арбитражные, то еще что-нибудь. Начальник с утра так заведет, на целый день одна нервотрепка. 
    - Все девчонки, аргон продаем. Забирают его у нас. Отдельно жить будут. Не вытягивает Химпром никого, - Ирина пришла с планерки, села в кресло и проговорила нам последние новости. 
   - Но ведь, как говорится, маленькие государства не выживают. Их же каждый сильный партнер разграбит. И еще кого уберут. А нас, сбыт, куда?  
   - К цехам прикрепят. Будем с ними работать, каждый по своей продукции. Ну, мы то пока с Альфирой останемся. Это Лене неизвестно что будет. Соляночники тоже что-то задумали. И так почти ничего не дают. Дефолианта одну-две цистерны в месяц, в бутылях по четыре вагона. Ну, солянка реактивная дорогая по цене. А что толку. Вот они как жить собираются? Кто им будет помогать погашать все расходы. Опять к нам пойдут на поклон. Мол свои, помогите. Так и будут на Совете директоров клянчить всЁ. Бардак какой-то.
    - Да... Помнишь, у нас был такой потребитель. Из Приаргунска. Орал то тогда. Хлор ему в баллонах надо. Ну, правильно. Цех на капитальном ремонте, хлора нет. По одному баллону давали. Так он ведь все инстанции обошел, всех поднял. Могла и эпидемия в его городке быть. Очистные надо ведь обеззараживать. Ох. Что сейчас начнется. Телефон уже кипит от звонков. Хорошо, что сейчас хоть цистерн с хлором нет. Нагрузки снизили. А ведь это плохо. Уж лучше бы он стоял на путях. Вывели бы его на Мальту. Каустик всегда нужен. Как Байкальск будет теперь работать. И Усть-Илимск с Братском? То зеленые, то народ про зарплаты поднимается с профсоюзом. Так ведь в Байкальске тоже не всё хорошо. Опять их за очистные ругали. Байкал загрязняют.  
    Солнце повернуло за здание сбыта и жара спала. А нам надо было идти домой. Завтра опять всё те же вопросы: каустик, хлор, акции, сбыт и снабжение. А как договора, все ли оформили? Что у тебя по предоплате? Уж не рейдерство у нас? Может кто-то в Москве решил прикончить нас?
    
 
08.02.2018 года


PS: События и имена в романе реальные. 1986-1992 годы. В романе взяты событие только не которых моментов из жизни п/о Химпром(АО "Химпрома", ОАО "Усолье Химпрома")


 36651 знак с пробелами
Рейтинг: 0 63 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Новости партнеров
Загрузка...

 

Популярная проза за месяц
122
103
86
82
81
80
80
74
69
69
61
61
60
57
57
Юлька... 4 апреля 2018 (Анна Гирик)
53
51
50
47
46
Я ВЫБИРАЮ 4 апреля 2018 (Рената Юрьева)
45
43
43
43
Мотыльки... 28 марта 2018 (Demen Keaper)
43
41
41
40
34
32