нЕкто

29 декабря 2013 - Ольга Цвето
article178064.jpg
Гриша вот уже восьмой год учился в самой обычной школе. Особенного рвения в учёбе не проявлял, но и  возмутителем спокойствия не был. До восьмого класса ходил в школу регулярно, практически без пропусков, разве что  только по болезни. А  в восьмом он со своим закадычным другом  Гошей частенько  начал  уходить с последних уроков, вроде бы  ни  в каких историях не замечен, однако это не повод не обращать внимания на отсутствие.
С Гошей было просто, отец его  работал недалеко от школы   и  мог регулярно заглядывать   до или после смены. С родителями Гриши было сложнее. Не то чтобы  Гриша был не домашним и  неухоженным, тут было всё более чем благополучно. Но мама часто в межсезонье пребывала в деревне у своих  родителей с младшей дочкой, а отец посменно на работе. Так Гриша  осознал возможность свободного прожигания жизни, уходя то с одного урока, то с двух последних, а после, случалось, вообще не приходил в школу.
Классный руководитель стала замечать единичные «энки» в журнале, регулярно заполняя сводную таблицу посещаемости. Все вопросы по поводу отсутствия,   обращенные к Грише и сотоварищу, оставались без внятного ответа. Так руководительница стала выносить дни и уроки отсутствия в дневник, требуя подписи родителей  на каждой странице, где выписан  пропуск. Дальше оставалось только отследить, чтобы с выписанными данными родители ознакомились. Само собой, Гриша стал чаще  забывать дневник, то почему-то терял, а после  удивительным образом к урокам находил, что тоже не плохо. Становилось ясно одно, что дневник родители не видят. Передавала записки с просьбой подойти к учителю, тоже ни ответа, ни привета.
С Гошей было проще. Скажешь, чтобы папа завтра зашёл - и папа приходил. Как быть с Гришей? Что ж, похоже, придётся пройтись самой.
Так руководительница класса   пару-тройку раз ходила к  Грише, причём  именно в те дни, когда он уходил с уроков. Никого не застав дома, оставляла в двери записку, которая явно до адресата не доходила. В последний раз ей определенно повезло, так как дверь открыл сам Гриша.

- Гриша? Не ожидала тебя увидеть.

Гриша только кивнул.

- Ну что, есть кто из старших дома?

Гриша помотал головой, что означало "нет, я один, совсем один".

Собравшись    уйти, учительница таки решила оставить записку, но с собой заготовки у неё не было, а писать в подъезде, когда хозяин дома, как-то не по-людски.

- У тебя будет для меня бумага? И  где я могу написать записку родителям? – спросила учительница, помня последнюю версию потери дневника.

В ответ Гриша только кивнул и распахнул дверь широко, что означало приглашение войти в его квартиру. Учительница вошла в  комнату, села за  стол и Гриша стал искать тетради, чтобы вырвать оттуда для неё лист. На столе лежал развернутый лист  большого формата, на котором вполне можно было нарисовать плакат  и повесить на самое видное место.

- Я могу написать записку тут?

Гриша кивнул в знак согласия. Учительница стала писать, как полагалось, выводя обращение к родителям. В этот момент она  услышала в коридоре движение, оглянувшись, успела увидеть мужчину, который прошёл в сторону кухни. Хочется отметить, что Гриша явно с отцом не похож, так как отец был  ярко выраженный брюнет, коренастый мужчина. Гриша же был светло-русым еще с детской припухлостью на щеках, но  фамильные черты угадывались, когда сын и отец оказывались вместе. Так некто прошёл на кухню, и учительница,  немного растерявшись,  спросила у Гриши:

- Гриша,  а кто это прошёл?

Гриша явно был растерян, так как не ожидал такой развязки. Всё что он смог   сказать или изобразить в ответ -  пожать плечами и выдавить из себя  шёпотом: «Не знаю…»

Учительница дождалась, когда некто будет возвращаться  и, видя, что на неё никто не обращает внимания, произнесла:

- Извините, вас можно побеспокоить?

Некто явно не ожидал никого увидеть или считал, что Гриша общается с кем-то из друзей, поэтому, в силу своей природной тактичности, предпочитал проходить, не заглядывая в комнату к сыну.

- Да, -  так  же растерянно, как и сын произнес некто.

- Я - учительница Гриши. А вы кто?

Некто  вопросительно посмотрел на   любопытствующую особу, сидящую у стола и явно что-то писавшую перед разговором. Учительница, поглядывая на Гришу, продолжала задавать вопросы:

- Вы  тоже тут живёте? Гриша сказал, что он не знает кто вы.

- Я?

- Да, вы. Вы  тут живёте? Постоянно или временно?

Зависла пауза. Плечи Гриши поднимались всё выше, а голова уходила, казалось, всё ниже и ниже плеч. Отец Гриши то смотрел на учительницу, то на сына и, похоже, начинал вникать в суть происходящего. Учительница еле сдерживала улыбку, так как видеть лицо Гриши и сохранять серьёзность – было сложно. Ситуация явно  требовала разрешения,  пауза затягивалась…

© Copyright: Ольга Цвето, 2013

Регистрационный номер №0178064

от 29 декабря 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0178064 выдан для произведения: Гриша вот уже восьмой год учился в самой обычной школе. Особенного рвения в учёбе не проявлял, но и  возмутителем спокойствия не был. До восьмого класса ходил в школу регулярно, практически без пропусков, разве что  только по болезни. А  в восьмом он со своим закадычным другом  Гошей частенько  начал  уходить с последних уроков, вроде бы  ни  в каких историях не замечен, однако это не повод не обращать внимания на отсутствие.
С Гошей было просто, отец его  работал недалеко от школы   и  мог регулярно заглядывать   до или после смены. С родителями Гриши было сложнее. Не то чтобы  Гриша был не домашним и  неухоженным, тут было всё более чем благополучно. Но мама часто в межсезонье пребывала в деревне у своих  родителей с младшей дочкой, а отец посменно на работе. Так Гриша  осознал возможность свободного прожигания жизни, уходя то с одного урока, то с двух последних, а после, случалось, вообще не приходил в школу.
Классный руководитель стала замечать единичные «энки» в журнале, регулярно заполняя сводную таблицу посещаемости. Все вопросы по поводу отсутствия,   обращенные к Грише и сотоварищу, оставались без внятного ответа. Так руководительница стала выносить дни и уроки отсутствия в дневник, требуя подписи родителей  на каждой странице, где выписан  пропуск. Дальше оставалось только отследить, чтобы с выписанными данными родители ознакомились. Само собой, Гриша стал чаще  забывать дневник, то почему-то терял, а после  удивительным образом к урокам находил, что тоже не плохо. Становилось ясно одно, что дневник родители не видят. Передавала записки с просьбой подойти к учителю, тоже ни ответа, ни привета.
С Гошей было проще. Скажешь, чтобы папа завтра зашёл - и папа приходил. Как быть с Гришей? Что ж, похоже, придётся пройтись самой.
Так руководительница класса   пару-тройку раз ходила к  Грише, причём  именно в те дни, когда он уходил с уроков. Никого не застав дома, оставляла в двери записку, которая явно до адресата не доходила. В последний раз ей определенно повезло, так как дверь открыл сам Гриша.

- Гриша? Не ожидала тебя увидеть.

Гриша только кивнул.

- Ну что, есть кто из старших дома?

Гриша помотал головой, что означало "нет, я один, совсем один".

Собравшись    уйти, учительница таки решила оставить записку, но с собой заготовки у неё не было, а писать в подъезде, когда хозяин дома, как-то не по-людски.

- У тебя будет для меня бумага? И  где я могу написать записку родителям? – спросила учительница, помня последнюю версию потери дневника.

В ответ Гриша только кивнул и распахнул дверь широко, что означало приглашение войти в его квартиру. Учительница вошла в  комнату, села за  стол и Гриша стал искать тетради, чтобы вырвать оттуда для неё лист. На столе лежал развернутый лист  большого формата, на котором вполне можно было нарисовать плакат  и повесить на самое видное место.

- Я могу написать записку тут?

Гриша кивнул в знак согласия. Учительница стала писать, как полагалось, выводя обращение к родителям. В этот момент она  услышала в коридоре движение, оглянувшись, успела увидеть мужчину, который прошёл в сторону кухни. Хочется отметить, что Гриша явно с отцом не похож, так как отец был  ярко выраженный брюнет, коренастый мужчина. Гриша же был светло-русым еще с детской припухлостью на щеках, но  фамильные черты угадывались, когда сын и отец оказывались вместе. Так некто прошёл на кухню, и учительница,  немного растерявшись,  спросила у Гриши:

- Гриша,  а кто это прошёл?

Гриша явно был растерян, так как не ожидал такой развязки. Всё что он смог   сказать или изобразить в ответ -  пожать плечами и выдавить из себя  шёпотом: «Не знаю…»

Учительница дождалась, когда некто будет возвращаться  и, видя, что на неё никто не обращает внимания, произнесла:

- Извините, вас можно побеспокоить?

Некто явно не ожидал никого увидеть или считал, что Гриша общается с кем-то из друзей, поэтому, в силу своей природной тактичности, предпочитал проходить, не заглядывая в комнату к сыну.

- Да, -  так  же растерянно, как и сын произнес некто.

- Я - учительница Гриши. А вы кто?

Некто  вопросительно посмотрел на   любопытствующую особу, сидящую у стола и явно что-то писавшую перед разговором. Учительница, поглядывая на Гришу, продолжала задавать вопросы:

- Вы  тоже тут живёте? Гриша сказал, что он не знает кто вы.

- Я?

- Да, вы. Вы  тут живёте? Постоянно или временно?

Зависла пауза. Плечи Гриши поднимались всё выше, а голова уходила, казалось, всё ниже и ниже плеч. Отец Гриши то смотрел на учительницу, то на сына и, похоже, начинал вникать в суть происходящего. Учительница еле сдерживала улыбку, так как видеть лицо Гриши и сохранять серьёзность – было сложно. Ситуация явно  требовала разрешения,  пауза затягивалась…
Рейтинг: 0 221 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!