ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Не подвергай чудеса сомнению

 

Не подвергай чудеса сомнению

20 января 2013 - Анатолий Киргинцев
article110870.jpg

 

«Свезло, так свезло. Ну конечно переломы ног, рука в двух местах, дырка в черепе и трещина позвоночника, не добавляли радости, но главное, что я был жив. С гипсом дефицита не было, и меня утрамбовали в белый саркофаг почти целиком. Свободными остались только правая рука, уши, лицо и еще пара технологических отверстий. Через неделю уговоры Светланы, сдобренные зелеными бумажками, возымели действие, и меня перевезли домой.

Мы никогда не поймем японцев.  Cидеть и рассматривать несколько булыжников на песке, в парке, и при этом входить в состояния покоя и умиротворения. Я за сутки изучил свой потолок досконально, до малейшей трещинки и полосочки. Начал узнавать в лицо тройку мух, которые залетели с балкона и бегали по потолку. Появилась только злость, от неподвижности. Не помогло даже звуковое оформление зомбоящика. Но пришла с работы Светка, насильно, с ложечки, покормила меня и убежала на «пару минут» к маме. Я знал, что это пару часов и незаметно задремал. Светкины минуты, конечно, затянулись, и когда я проснулся, в комнате было уже темно. Разбудил меня тихий звук, который доносился со стороны подоконника. Легкий перезвон маленьких колокольчиков то затихал, то начинался вновь. С трудом опустив взгляд вниз, насколько позволил гипс, я увидел, что Малыш светится и издает серебристый звон.

Малыш — это маленький кустик, который я подобрал на улице. Старушка с первого этажа умерла, и ее дети продали квартиру. Новые жильцы вынесли все бабушкины цветы на улицу и поставили их около подъезда, чтобы могли разобрать все желающие. Была поздняя осень и ночью ударил мороз. Все цветы пожухли, потеряли листья и бутоны. И только маленький кустик из последних сил тянулся к холодному солнцу. Его листья так трепетали, что казалось, это маленький человечек дрожит на морозе. Я его пожалел и принес домой. Светка долго пыталась найти в инете хоть что-то похожее, но всемирная паутина не помогла. Решили подождать, когда начнут появляться, какие-нибудь цветы, тогда и выясним, что за гость у нас поселился. Мы прозвали его Малышом. И сейчас он светился тоненькими лучиками, трепетал листочками и звенел маленькими колокольчиками. Я попытался немного приподнять голову, и вдруг гипс поддался, и мне удалось поднять голову на несколько сантиметров. Быстренько пошарив рукой возле себя, я нащупал шахматную доску и сунул ее под затылок. Теперь я видел Малыша целиком, во весь рост. Он так трепетал, светился и заливался колокольчиками, что я испугался, как бы он не упал с подоконника. Хлопнула входная дверь, в комнату влетела Светка и Малыш замолчал. Лучики потухли, листочки замерли.

С этого дня я каждый вечер отправлял Светку к маме или подругам, и мы с Малышом занимались тренировками. Он отказывался светиться в присутствии Светки. Она ревновала, допрашивала, пыталась подсматривать, но мое постепенное улучшение ее убедили и она успокоилась. Через неделю я уже мог разогнуть руку, гипс временно становился резиновым. Он растягивался и не мешал двигаться, но как только загорался свет твердел, не оставляя трещин. И я решился. Два дня уговаривал Светлану снять гипс с руки. Наконец она согласилась, но в присутствии врача. На следующий день вечером приехал врач. Постучал пальцем по гипсу, зачем-то посчитал пульс и заявил, что за такой короткий срок, такие переломы не срастаются. Я психанул, с помощью Светки сдернул гипс с руки и помахал ладонью перед лицом доктора. Дальше было веселее. Он чуть ли не на зуб попробовал руку. Исписал полблокнота и наконец, договорился приходить через день и ничего не сообщать в больнице, если лечиться я буду только у него. На том и договорились. Про Малыша ему никто ничего не сказал, и я продолжил тренировки. У меня прошли головные боли, появился аппетит, Светка мечтала о Кипре.

Прошел месяц. Мне уже удавалось понемногу сидеть. Малыш выбросил пару бутончиков, которые стыдливо прятал между листьев и только доктор тихо сходил с ума. Он притащил переносной рентгеновский аппарат, через день брал у меня кровь на анализ, исписал не одну сотню листов и наговорил на диктофон уйму времени. Попытка рассказать ему про Малыша, окончилась ничем. Доктор посмотрел на кустик и сказал, что такой же есть у его матери и, несмотря на это, она болеет уже почти десять лет и жива только благодаря дорогим импортным лекарствам, которые доктор достает по своим каналам. Больше мы к этому разговору не возвращались. А потом доктор пропал. Появился он недели через две, взъерошенный и, кажется слегка выпивший. Пришел поздно вечером, с большим пакетом в руках. Твердил, что он убийца, что теперь его маме уже никто не сможет помочь. Рюмка коньяка привела его в чувство, и он смог, наконец, рассказать что случилось. Он долго колебался, но решился и прекратил давать матери дорогостоящие импортные лекарства. Вечером, как только темнело, уходил гулять в парк. Через несколько дней заметил, состояние матери не только не ухудшилось, но и стабилизировалось. Она засыпала без снотворного, перестала жаловаться на боли в спине. На вопросы, что происходит дома, пока он гуляет, отказывалась отвечать наотрез. Тогда он забрал растение на работу и попытался провести кое-какие тесты. На второй день куст завял. Маме стало хуже и он не знает что делать. Неожиданно Малыш зашелестел листочками. Я схватил пакет доктора, достал его куст и поставил на окно. Мы затаили дыхание. Пару минут ничего не происходило. Малыш исполнял какой-то, только ему понятный танец, его собрат стоял поникший и неподвижный. И вдруг по стволу гостя пробежала маленькая искорка, потом еще одна, листы начали подниматься и наконец, раздался, чуть слышный, звон колокольчиков. Доктор схватил горшок и быстро ушел. Малыш еще немного пошелестел листами и затих.

Мы сидели на берегу и любовались синевой убегающей к горизонту. Светка меня все-таки уговорила, и как только я начал ходить без тросточки, мы уехали отдыхать к морю».

— Я все думаю, откуда они пришли и куда ушли, — она повернулась ко мне. — А ты что думаешь? Как только ты выздоровел, Малыш исчез, рассыпался в пыль за одну ночь. И у доктора то же самое произошло. Недавно видела его маму в парке под ручку с интеллигентным старичком. И почему они выбрали вас? Я даже его не сфотографировала, — вздохнула Светка.

—« Никогда не подвергай чудеса сомнению, когда они происходят», — вспомнил я фразу Рея Брэдбери. — Говорят, что любому человеку по-настоящему везет один раз в жизни. Главное не упустить этот момент. Чтобы было, если я не подобрал тогда Малыша у подъезда?

© Copyright: Анатолий Киргинцев, 2013

Регистрационный номер №0110870

от 20 января 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0110870 выдан для произведения:

 

«Свезло, так свезло. Ну конечно переломы ног, рука в двух местах, дырка в черепе и трещина позвоночника, не добавляла радости, но главное, что я был жив. С гипсом дефицита не было, и меня утрамбовали в белый саркофаг почти целиком. Свободными остались только правая рука, уши, лицо и еще пару технологических отверстий. Через неделю уговоры Светланы, сдобренные зелеными бумажками, возымели действие, и меня перевезли домой.

Мы никогда не поймем японцев.  Cидеть и рассматривать несколько булыжников на песке, в парке, и при этом входить в состояния покоя и умиротворения. Я за сутки изучил свой потолок досконально, до малейшей трещинки и полосочки. Начал узнавать в лицо тройку мух, которые залетели с балкона и бегали по потолку. Появилась только злость, от неподвижности. Не помогло даже звуковое оформление зомбоящика. Но пришла с работы Светка, насильно, с ложечки, покормила меня и убежала на «пару минут» к маме. Я знал, что это пару часов и незаметно задремал. Светкины минуты, конечно, затянулись, и когда я проснулся, в комнате было уже темно. Разбудил меня тихий звук, который доносился со стороны подоконника. Легкий перезвон маленьких колокольчиков то затихал, то начинался вновь. С трудом опустив взгляд вниз, насколько позволил гипс, я увидел, что Малыш светится и издает серебристый звон.

Малыш — это маленький кустик, который я подобрал на улице. Старушка с первого этажа умерла, и ее дети продали квартиру. Новые жильцы вынесли все бабушкины цветы на улицу и поставили их около подъезда, чтобы могли разобрать все желающие. Была поздняя осень и ночью ударил мороз. Все цветы пожухли, потеряли листья и бутоны. И только маленький кустик из последних сил тянулся к холодному солнцу. Его листья так трепетали, что казалось, это маленький человечек дрожит на морозе. Я его пожалел и принес домой. Светка долго пыталась найти в инете хоть что-то похожее, но всемирная паутина не помогла. Решили подождать, когда начнут появляться, какие-нибудь цветы, тогда и выясним, что за гость у нас поселился. Мы прозвали его Малышом. И сейчас он светился тоненькими лучиками, трепетал листочками и звенел маленькими колокольчиками. Я попытался немного приподнять голову, и вдруг гипс поддался, и мне удалось поднять голову на несколько сантиметров. Быстренько пошарив рукой возле себя, я нащупал шахматную доску и сунул ее под затылок. Теперь я видел Малыша целиком, во весь рост. Он так трепетал, светился и заливался колокольчиками, что я испугался, как бы он не упал с подоконника. Хлопнула входная дверь, в комнату влетела Светка и Малыш замолчал. Лучики потухли, листочки замерли.

С этого дня я каждый вечер отправлял Светку к маме или подругам, и мы с Малышом занимались тренировками. Он отказывался светиться в присутствии Светки. Она ревновала, допрашивала, пыталась подсматривать, но мое постепенное улучшение ее убедили и она успокоилась. Через неделю я уже мог разогнуть руку, гипс временно становился резиновым. Он растягивался и не мешал двигаться, но как только загорался свет твердел, не оставляя трещин. И я решился. Два дня уговаривал Светлану снять гипс с руки. Наконец она согласилась, но в присутствии врача. На следующий день вечером приехал врач. Постучал пальцем по гипсу, зачем-то посчитал пульс и заявил, что за такой короткий срок, такие переломы не срастаются. Я психанул, с помощью Светки сдернул гипс с руки и помахал ладонью перед лицом доктора. Дальше было веселее. Он чуть ли не на зуб попробовал руку. Исписал полблокнота и наконец, договорился приходить через день и ничего не сообщать в больнице, если лечиться я буду только у него. На том и договорились. Про Малыша ему никто ничего не сказал, и я продолжил тренировки. У меня прошли головные боли, появился аппетит, Светка мечтала о Кипре.

Прошел месяц. Мне уже удавалось понемногу сидеть. Малыш выбросил пару бутончиков, которые стыдливо прятал между листьев и только доктор тихо сходил с ума. Он притащил переносной рентгеновский аппарат, через день брал у меня кровь на анализ, исписал не одну сотню листов и наговорил на диктофон уйму времени. Попытка рассказать ему про Малыша, окончилась ничем. Доктор посмотрел на кустик и сказал, что такой же есть у его матери и, несмотря на это, она болеет уже почти десять лет и жива только благодаря дорогим импортным лекарствам, которые доктор достает по своим каналам. Больше мы к этому разговору не возвращались. А потом доктор пропал. Появился он недели через две, взъерошенный и, кажется слегка выпивший. Пришел поздно вечером, с большим пакетом в руках. Твердил, что он убийца, что теперь его маме уже никто не сможет помочь. Рюмка коньяка привела его в чувство, и он смог, наконец, рассказать что случилось. Он долго колебался, но решился и прекратил давать матери дорогостоящие импортные лекарства. Вечером, как только темнело, уходил гулять в парк. Через несколько дней заметил, состояние матери не только не ухудшилось, но и стабилизировалось. Она засыпала без снотворного, перестала жаловаться на боли в спине. На вопросы, что происходит дома, пока он гуляет, отказывалась отвечать наотрез. Тогда он забрал растение на работу и попытался провести кое-какие тесты. На второй день куст завял. Маме стало хуже и он не знает что делать. Неожиданно Малыш зашелестел листочками. Я схватил пакет доктора, достал его куст и поставил на окно. Мы затаили дыхание. Пару минут ничего не происходило. Малыш исполнял какой-то, только ему понятный танец, его собрат стоял поникший и неподвижный. И вдруг по стволу гостя пробежала маленькая искорка, потом еще одна, листы начали подниматься и наконец, раздался, чуть слышный, звон колокольчиков. Доктор схватил горшок и быстро ушел. Малыш еще немного пошелестел листами и затих.

Мы сидели на берегу и любовались синевой убегающей к горизонту. Светка меня все-таки уговорила, и как только я начал ходить без тросточки, мы уехали отдыхать к морю».

— Я все думаю, откуда они пришли и куда ушли, — она повернулась ко мне. — А ты что думаешь? Как только ты выздоровел, Малыш исчез, рассыпался в пыль за одну ночь. И у доктора то же самое произошло. Недавно видела его маму в парке под ручку с интеллигентным старичком. И почему они выбрали вас? Я даже его не сфотографировала, — вздохнула Светка.

—« Никогда не подвергай чудеса сомнению, когда они происходят», — вспомнил я фразу Рея Брэдбери. — Говорят, что любому человеку по-настоящему везет один раз в жизни. Главное не упустить этот момент. Чтобы было, если я не подобрал тогда Малыша у подъезда?

Рейтинг: +12 345 просмотров
Комментарии (11)
Татьяна Гурова # 20 января 2013 в 08:09 +2
Читала уже этот рассказ, перечитала с удовольствием. Чудеса случаются. 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
Татьяна Белая # 20 января 2013 в 08:21 +2
Я тоже с радостью и удовольствием прочла ещё раз. Где бы такой цветочек отыскать? 625530bdc4096c98467b2e0537a7c9cd rose
Юрий Ишутин ( Нитуши) # 20 января 2013 в 09:13 +2
super
Лариса Тарасова # 20 января 2013 в 11:24 +1
Чудесный рассказ из конкурса о Р.Бредбери. Помню, перечитала с удовольствием.
Этот не похож?
Ирина Елизарова # 20 января 2013 в 13:48 +1
Ангелы -хранители. Они всякими могут быть.
Юрий Алексеенко # 4 февраля 2013 в 05:44 0
Анатолий, диалоги бы сюда и было бы отлично ! Удачи !
Елена Бородина # 14 февраля 2013 в 16:01 0
Хорошо получилось!
Чувствуется Ваша особая любовь к врачам)))
А насчет чудес... Наверное, не надо в них верить или не верить. Надо просто знать, что они есть!)
Анатолий Киргинцев # 15 февраля 2013 в 08:30 0
Молодость прошла бурно. Любви с врачами не было. Но некоторых сестричек(мед), до сих пор вспоминаю.
Согласитесь, что человек который говорит:"Нужно ломать, опять неправильно сраслось" и человек который
говорит:"Ну потерпи немного, я через сутки опять дежурю"...
Вывод Ваш!
Елена Бородина # 15 февраля 2013 в 16:20 +1
А я всегда неправильные выводы делаю. Вернее, не очевидные.
В Вашем случае первый человек мне более симпатичен - говорит как есть, не юлит. Немного настораживает слово "опять", правда...
Анатолий Киргинцев # 15 февраля 2013 в 17:10 +1
Второй человек тоже не юлил. А "опять", это тогда не было аппаратов Елизарова и 12 переломов на ноге нужно было как-то сложить. В конце-концов пришпандорили 4 металлических пластины и теперь я "фигура" в каждом аэропорту. Молодость, лето, жара. Вы на мотоцикле, сзади чудо, которое прижимается к вашей спине двумя упругими бугорками, особенно на резких поворотах, и головной мозг отключается, работает только спинной. В итоге похвала хирурга:"Ну ты и .... парень!" и бонус, рука, нога и что-то там с основанием черепа.
Елена Бородина # 15 февраля 2013 в 18:25 0
Повезло Вам, Анатолий! Хотя, могу привести более печальный исход Вашей истории - 13 переломов, к примеру. Всегда можно найти плюсы даже в самых плачевных ситуациях)
Надеюсь, с бугорками все благополучно обошлось? В смысле, которые у чуда за Вашей спиной?)))