Манюня

11 февраля 2014 - Елена Супликова

Манюня


Манюню в дом принесла сноха Нина. Вечером, после работы, когда я  пришла домой, то увидела  чудо лежащее рядом с  мамой. Беленький, весьма упитанный щенок, доверчиво смотрел на меня своими карими глазками. Нос у щенка был розовым, а ушки слегка свисали. Что за порода нам была не ведома, да и заморачиваться по этому поводу никто не хотел. В доме тогда еще жил Чук. Нина рассказала следующее: когда она пошла в магазин, то заметила женщину, которая предлагала взять прохожим щенка. По возвращении из магазина, Нина увидела щенка в нашем подъезде, видимо отчаявшись пристроить собаку, женщина подбросила его в первый попавшийся подъезд. Нина, пожалев бедняжку, принесла его домой в надежде, потом пристроить в хорошие руки. Моя любовь к этой беляночке была с первого взгляда, и я заявила, что собака будет моей. На что сноха возразила, что у нас уже есть в квартире пес и другую собаку она не потерпит, но слушать я ее не желала. Тогда Нина  выдвинула другой ультиматум,  пока она живет с нами, чтоб собаку эту не видела, куда хочешь туда и девай, хоть на работу с собой бери. Отец не возражал, когда я предложила, что Дина будет все это время находиться со мной на работе, ведь непосредственным начальником был  именно он. Сотрудники тоже не возражали против еще одного  «коллеги». Дина, тогда еще Динка питалась очень хорошо, потому что обедать мы ходили в столовую и кормила я ее  купленными там котлетами и курочкой. Дина было кругленькой упитанной собачкой. Сотрудница рекомендовала мне приучать ее к свисту, чтобы не кричать на всю улицу. Вскоре собака привыкла к определенному свисту и охотно на него отзывалась. Помню один случай, когда Динка задержалась, обнюхивая кусты, а я ушла довольно таки далеко. Посвистев, я остановилась, поджидая свою любимицу. Вдруг впереди шедшая женщина, взвизгнув, отскочила в сторону. Мимо нее пронеслась моя собака. Женщина, прижав сумку к груди, недовольно  выдохнула: «До чего дошли, уже свиньи по городу бегать стали!». Округлая и упитанная Динка, действительно походила на маленького розового поросенка. Большие чуть свисающие уши, розовый нос делали похожими ее на поросенка. Щенок быстро усвоил, что после прогулки нужно мыться и охотно принимала водные процедуры. Как только мы подходили к квартире, она получала команду «Мыться» и уже сама  забегала в ванную комнату. Вскоре она сама уже запрыгивала в ванну и ждала, когда ее помоют. Однажды Нина налила в ванну горячей воды и Динка с размаху прыгнула в ванную, я была уверена, что после этого собака  будет  бояться мыться, но все обошлось. К апрелю отец дал команду переезжать из подвального помещения, где располагался радиоклуб в новое трех этажное здание. Наконец-то   у каждого из нас появился свой кабинет, и мы с Динкой уже никому не мешали. Брату имя Дина никогда не нравилось, и он стал упорно называть мою собаку Манюня, так и стала у нас жить Дина – Манюня. Она безропотно отзывалась, как на имя Дина, так и на Манюню. Вскоре  имя Дина навсегда ушло в прошлое, оставив за собой только кличку Манюня. Так прошел год. Нина с родившейся племянницей переехали на другую квартиру, и мы с Манюней заняли комнату брата.  Манька, настолько была доброй, что я могла свободно вытащить из ее пасти кость. С ее характером я думала, что она никогда не сможет защитить меня от нападения, но случай представился сам собой. В просторном гараже клуба, работал парень, недавно нанятый отцом, мы с Манюней зашли полюбопытничать, что он там делает. Слово за слово и он в шутку замахнулся на меня отверткой. Вдруг  шерсть на загривке у мирно сидящей собаки встала дыбом, и она бросилась на моего обидчика с лаем. Тот только и успел отскочить от разъяренной сучки. Надо сказать, я и раньше замечала, что Манюнька не любит детей и в особенности старух, но чтобы проявлять агрессию на взрослого человека, это произошло впервые.
Я уже рассказывала, что Манюнька очень любила купаться в отличие от Чука, тот просто на дух не принимал воду. Но одно дело дома в ванной, другое на водоеме. Мамина знакомая выделила нам на своем участке место под посадку картофеля, отсадившись, мы пошли помыть руки на речку, Манька была с нами. Увидев водомерок скользивших на поверхности воды, она тут же залезла в воду и стала, ловит их, так мы узнали, что Манюня охотно булькается и в природном водоеме.  После, я часто стала ездить на велосипеде на водную, чтобы  искупать собаку. Манька, охотно залезала в воду, вылавливала брошенную мной палку и, отряхнувшись, снова залезала в водоем, словно непослушный ребенок. Любимой игрой у нас с Манюней были «Прятки». Парк, который вырос на месте бывшего оврага, обзавелся молодыми деревьями и кустарником. Я кидала Манюньке палку и пока та, искала ее,  я успевала спрятаться за каким-нибудь кустом. Собака растерянно озиралась, потеряв меня из вида, но, заслышав призывный свист, мчалась меня разыскивать. Повзрослев, окрас у Манюньки немного изменился, белый цвет сменился на  кремовый, нос из розового, стал коричневым. Нижняя челюсть  имела неправильный прикус, отчего нижние зубы чуть выставлялись вперед, и казалось, что Манюнька  смеется. Однажды в рекреации клуба, я смотрела  телевизор, Манюня лежала рядом в кресле и  дремала. Не помню, как это произошло, но Манюнька вдруг «заговорила». Это не был лай, просто гортанное рычание что-то похожее на « Роу-роу-роу». Это так было забавно услышать, что я тут  же задала ей вопрос:
-Манюня, а как мама ругается? – но собака проигнорировала его, ведь мама кормила ее. На вопрос: - А как ругается папа? – собака  нехотя «ругнулась» один раз. А на вопрос: - Как выступает с речью Леонид Ильич Брежнев? – залилась продолжительной речью. Я хохотала до слез. Этой новостью я тут же решила поделиться с отцом, сообщить ему, что наша Манюня умеет разговаривать. Видя, что мы все улыбаемся и ждем от нее чего-то особенного, собака не заставила себя долго упрашивать и разразилась бурной «речью». Теперь при удобном случае отец тоже просил Маньку произнести речь известного политического деятеля, и та с готовностью смешила его знакомых.
 За два с половиной года мы ни разу не расставались с Манюней, она полностью доверяла мне, а я лечила, мыла и воспитывала ее.  В 1983 году мы впервые расстались с ней на целый месяц. Я поступила учиться в художественное училище и нас отправили в колхоз на уборку картофеля. Отец уже не мог брать собаку на работу, и та стала оставаться дома. Смирившись с этой участью, Манюнька  нашла себе новое развлечение, она усаживалась на подоконник и смотрела в окно. Учеба отдалила меня от собаки, но мы по-прежнему спали в одной постели. Манюня стала ленивой и все больше спала или смотрела в окно. 
Если у меня произошли перемены в жизни, то и у Манюньки они тоже произошли, она стала матерью. Щенков было пятеро. Первого и самого лобастого мы назвали Тишкой, затем черненькую, с белой спиралью вокруг шеи  Мотькой, белый с коричневыми ушками  Бимка,  чисто белого, мягкого, словно плюш  щенка Мишкой и забавную беленькую девочку Симкой. Из пятерых щенков  отдали в руки только троих. Тихон и Симка остались с нами.   Бимку взяла моя знакомая, и в последствии, он затерялся, переходя из рук в руки. Мотьку взяла сотрудница отца, и она стала скитаться по городу. Из гладкошерстной, она превратилась в лохматую, словно вывернутую на изнанку варежку, собаку. Мишке повезло больше всех. Его очень любили и лелеяли.  Вырос он небольшим и оставался до конца своих дней пушистым и мягким, как плюшевый медвежонок. Симка превратилась в лохматую, жестко шерстную длинноногую «красавицу»,  она единственная, переняла манеру разговаривать от своей матери. У нее, как и у Манюньки был неправильный прикус, от чего были видны два белых, словно у зайца зуба. Нрав у нее был легкий, по этому с  ней  всегда  было весело.  Тихон, как и  его сестра, был длинноногим  и жесткошерстным. Спина и бока его были темными, а живот и лапы  песочного   цвета. Был он трусливым и пакостливым. Примечательным у него были только глаза. Большие, говорящие, карие глаза с длинными песочного цвета ресницами. Ни у кого я больше не видела таких длинных ресниц. Мы уже смирились с тем, что у нас будет три собаки, как тут позвонила женщина и спросила,  остались ли у нас еще щенки. Вечером супружеская пара пришла смотреть собак. Неказистая с виду Симка, встретила чету зажигательной речью, навсегда покорив их сердца. Прожила она у них около семи лет, пока не попала под машину.  Тихону исполнился год, а он боялся выйти один  на улицу. В январе в городе стали отлавливать собак, и надо было случиться такому, что именно в этот день Тишка осмелился с матерью пойти погулять. Примерно через час Манюня пришла домой, а Тихона мы больше уже никогда не увидели, видимо попался собачатникам. В этот же день пропал и Мишка. Так братья расстались со своей жизнью.
Потом Манюня еще дважды становилась матерью, последние роды подорвали ее здоровье. Щенки были крупными, и она не могла самостоятельно разродиться.  Мама,  принимавшая у нее роды, помогла собаке, но спасти щенков, так и  не удалось.  После этого Манюня, как-то разом постарела. К тому времени, у меня уже была семья и старшему сыну исполнилось  четыре года. На его лице до сих пор остался шрам от Манюнькиных зубов, напоминание, что нельзя дразнить собаку грызущую кость.
Ее смерть пришлась на День Молодежи, весь день я просидела около собаки. Мы по очереди с мамой, то поднимали, то укладывали собаку, предупреждая все ее желания. В последний раз я вынесла ее  на улицу.  Сил у нее уже не оставалось, шатаясь, она постояла на траве и, посмотрев на меня, попросилась домой. Я с готовностью осталась бы рядом около умирающей собаки, но моего внимания требовали муж и пятилетний сын. С тяжелым сердцем я пошла с ними на праздник. Когда мы пришли домой, Манюня уже умерла. Мы, с мужем взяв лопаты, отправились все в тот же парк и похоронили Манюню под кустом сирени. 
Год у нас не было собаки, но, как-то проговорившись, мама сказала, что если бы она взяла собаку, то она бы походила на нашу  Манюню.  Я уцепилась за эту идею, мне самой не хватало Маньки. И вот, как-то раз на рынке, я увидела мальчика продающего трех щенков. Два темненьких мирно спали в шапке, а беленькая с коричневыми ушками топталась по ним сверху. Ей ни как не хотелось спать, и она норовила вылезти их шапки. Мама в это время гостила с моим сынишкой в гостях у сестры, и я решила им приготовить сюрприз. Муж категорически был против живности, мирясь, что у нас уже живет кот. Пока он отвлекся я, быстро спросила адрес у мальчика в надежде, что муж разрешит все-таки приобрести щенка. Проходя обратно по базару, мы уже не обнаружили того мальчика, видимо отчаявшись продать щенков, он уехал домой. 
Заметив, мое кислое настроение, муж решил пойти на уступки и разрешил взять щенка. Наследующий день, я уже ехала в старую часть города, разыскала нужный мне дом и, отдав больше, чем запросили хозяева, сунула кутенка запазуху и, не дожидаясь автобуса, пошла домой. Сердце мое ликовала, я всю дорогу напевала про маленькую беленькую и умненькую собачку  Соньку, прижимая теплое тельце к себе.
Сонька настолько была забавной, что муж смеялся, глядя, как она жадно поедает суп из миски. Голова щенка казалась тяжелой. Жадно лакая суп, она едва удерживалась на передних лапах, задние лапы то и дело поднимались вверх. С первых же дней Сонька невзлюбила ветер, то и дело, тряся своими большими ушами. Она прижималась к моим ногам и не желала бегать по траве. 
По телефону мы сообщили маме и Славуське, что их дома ожидает сюрприз. Никто тогда не знал, что из этого маленького беззащитного  кутенка вырастет такая…. 
Декабрь 2010г.


 
 

© Copyright: Елена Супликова, 2014

Регистрационный номер №0189583

от 11 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0189583 выдан для произведения:

Манюня


Манюню в дом принесла сноха Нина. Вечером, после работы, когда я  пришла домой, то увидела  чудо лежащее рядом с  мамой. Беленький, весьма упитанный щенок, доверчиво смотрел на меня своими карими глазками. Нос у щенка был розовым, а ушки слегка свисали. Что за порода нам была не ведома, да и заморачиваться по этому поводу никто не хотел. В доме тогда еще жил Чук. Нина рассказала следующее: когда она пошла в магазин, то заметила женщину, которая предлагала взять прохожим щенка. По возвращении из магазина, Нина увидела щенка в нашем подъезде, видимо отчаявшись пристроить собаку, женщина подбросила его в первый попавшийся подъезд. Нина, пожалев бедняжку, принесла его домой в надежде, потом пристроить в хорошие руки. Моя любовь к этой беляночке была с первого взгляда, и я заявила, что собака будет моей. На что сноха возразила, что у нас уже есть в квартире пес и другую собаку она не потерпит, но слушать я ее не желала. Тогда Нина  выдвинула другой ультиматум,  пока она живет с нами, чтоб собаку эту не видела, куда хочешь туда и девай, хоть на работу с собой бери. Отец не возражал, когда я предложила, что Дина будет все это время находиться со мной на работе, ведь непосредственным начальником был  именно он. Сотрудники тоже не возражали против еще одного  «коллеги». Дина, тогда еще Динка питалась очень хорошо, потому что обедать мы ходили в столовую и кормила я ее  купленными там котлетами и курочкой. Дина было кругленькой упитанной собачкой. Сотрудница рекомендовала мне приучать ее к свисту, чтобы не кричать на всю улицу. Вскоре собака привыкла к определенному свисту и охотно на него отзывалась. Помню один случай, когда Динка задержалась, обнюхивая кусты, а я ушла довольно таки далеко. Посвистев, я остановилась, поджидая свою любимицу. Вдруг впереди шедшая женщина, взвизгнув, отскочила в сторону. Мимо нее пронеслась моя собака. Женщина, прижав сумку к груди, недовольно  выдохнула: «До чего дошли, уже свиньи по городу бегать стали!». Округлая и упитанная Динка, действительно походила на маленького розового поросенка. Большие чуть свисающие уши, розовый нос делали похожими ее на поросенка. Щенок быстро усвоил, что после прогулки нужно мыться и охотно принимала водные процедуры. Как только мы подходили к квартире, она получала команду «Мыться» и уже сама  забегала в ванную комнату. Вскоре она сама уже запрыгивала в ванну и ждала, когда ее помоют. Однажды Нина налила в ванну горячей воды и Динка с размаху прыгнула в ванную, я была уверена, что после этого собака  будет  бояться мыться, но все обошлось. К апрелю отец дал команду переезжать из подвального помещения, где располагался радиоклуб в новое трех этажное здание. Наконец-то   у каждого из нас появился свой кабинет, и мы с Динкой уже никому не мешали. Брату имя Дина никогда не нравилось, и он стал упорно называть мою собаку Манюня, так и стала у нас жить Дина – Манюня. Она безропотно отзывалась, как на имя Дина, так и на Манюню. Вскоре  имя Дина навсегда ушло в прошлое, оставив за собой только кличку Манюня. Так прошел год. Нина с родившейся племянницей переехали на другую квартиру, и мы с Манюней заняли комнату брата.  Манька, настолько была доброй, что я могла свободно вытащить из ее пасти кость. С ее характером я думала, что она никогда не сможет защитить меня от нападения, но случай представился сам собой. В просторном гараже клуба, работал парень, недавно нанятый отцом, мы с Манюней зашли полюбопытничать, что он там делает. Слово за слово и он в шутку замахнулся на меня отверткой. Вдруг  шерсть на загривке у мирно сидящей собаки встала дыбом, и она бросилась на моего обидчика с лаем. Тот только и успел отскочить от разъяренной сучки. Надо сказать, я и раньше замечала, что Манюнька не любит детей и в особенности старух, но чтобы проявлять агрессию на взрослого человека, это произошло впервые.
Я уже рассказывала, что Манюнька очень любила купаться в отличие от Чука, тот просто на дух не принимал воду. Но одно дело дома в ванной, другое на водоеме. Мамина знакомая выделила нам на своем участке место под посадку картофеля, отсадившись, мы пошли помыть руки на речку, Манька была с нами. Увидев водомерок скользивших на поверхности воды, она тут же залезла в воду и стала, ловит их, так мы узнали, что Манюня охотно булькается и в природном водоеме.  После, я часто стала ездить на велосипеде на водную, чтобы  искупать собаку. Манька, охотно залезала в воду, вылавливала брошенную мной палку и, отряхнувшись, снова залезала в водоем, словно непослушный ребенок. Любимой игрой у нас с Манюней были «Прятки». Парк, который вырос на месте бывшего оврага, обзавелся молодыми деревьями и кустарником. Я кидала Манюньке палку и пока та, искала ее,  я успевала спрятаться за каким-нибудь кустом. Собака растерянно озиралась, потеряв меня из вида, но, заслышав призывный свист, мчалась меня разыскивать. Повзрослев, окрас у Манюньки немного изменился, белый цвет сменился на  кремовый, нос из розового, стал коричневым. Нижняя челюсть  имела неправильный прикус, отчего нижние зубы чуть выставлялись вперед, и казалось, что Манюнька  смеется. Однажды в рекреации клуба, я смотрела  телевизор, Манюня лежала рядом в кресле и  дремала. Не помню, как это произошло, но Манюнька вдруг «заговорила». Это не был лай, просто гортанное рычание что-то похожее на « Роу-роу-роу». Это так было забавно услышать, что я тут  же задала ей вопрос:
-Манюня, а как мама ругается? – но собака проигнорировала его, ведь мама кормила ее. На вопрос: - А как ругается папа? – собака  нехотя «ругнулась» один раз. А на вопрос: - Как выступает с речью Леонид Ильич Брежнев? – залилась продолжительной речью. Я хохотала до слез. Этой новостью я тут же решила поделиться с отцом, сообщить ему, что наша Манюня умеет разговаривать. Видя, что мы все улыбаемся и ждем от нее чего-то особенного, собака не заставила себя долго упрашивать и разразилась бурной «речью». Теперь при удобном случае отец тоже просил Маньку произнести речь известного политического деятеля, и та с готовностью смешила его знакомых.
 За два с половиной года мы ни разу не расставались с Манюней, она полностью доверяла мне, а я лечила, мыла и воспитывала ее.  В 1983 году мы впервые расстались с ней на целый месяц. Я поступила учиться в художественное училище и нас отправили в колхоз на уборку картофеля. Отец уже не мог брать собаку на работу, и та стала оставаться дома. Смирившись с этой участью, Манюнька  нашла себе новое развлечение, она усаживалась на подоконник и смотрела в окно. Учеба отдалила меня от собаки, но мы по-прежнему спали в одной постели. Манюня стала ленивой и все больше спала или смотрела в окно. 
Если у меня произошли перемены в жизни, то и у Манюньки они тоже произошли, она стала матерью. Щенков было пятеро. Первого и самого лобастого мы назвали Тишкой, затем черненькую, с белой спиралью вокруг шеи  Мотькой, белый с коричневыми ушками  Бимка,  чисто белого, мягкого, словно плюш  щенка Мишкой и забавную беленькую девочку Симкой. Из пятерых щенков  отдали в руки только троих. Тихон и Симка остались с нами.   Бимку взяла моя знакомая, и в последствии, он затерялся, переходя из рук в руки. Мотьку взяла сотрудница отца, и она стала скитаться по городу. Из гладкошерстной, она превратилась в лохматую, словно вывернутую на изнанку варежку, собаку. Мишке повезло больше всех. Его очень любили и лелеяли.  Вырос он небольшим и оставался до конца своих дней пушистым и мягким, как плюшевый медвежонок. Симка превратилась в лохматую, жестко шерстную длинноногую «красавицу»,  она единственная, переняла манеру разговаривать от своей матери. У нее, как и у Манюньки был неправильный прикус, от чего были видны два белых, словно у зайца зуба. Нрав у нее был легкий, по этому с  ней  всегда  было весело.  Тихон, как и  его сестра, был длинноногим  и жесткошерстным. Спина и бока его были темными, а живот и лапы  песочного   цвета. Был он трусливым и пакостливым. Примечательным у него были только глаза. Большие, говорящие, карие глаза с длинными песочного цвета ресницами. Ни у кого я больше не видела таких длинных ресниц. Мы уже смирились с тем, что у нас будет три собаки, как тут позвонила женщина и спросила,  остались ли у нас еще щенки. Вечером супружеская пара пришла смотреть собак. Неказистая с виду Симка, встретила чету зажигательной речью, навсегда покорив их сердца. Прожила она у них около семи лет, пока не попала под машину.  Тихону исполнился год, а он боялся выйти один  на улицу. В январе в городе стали отлавливать собак, и надо было случиться такому, что именно в этот день Тишка осмелился с матерью пойти погулять. Примерно через час Манюня пришла домой, а Тихона мы больше уже никогда не увидели, видимо попался собачатникам. В этот же день пропал и Мишка. Так братья расстались со своей жизнью.
Потом Манюня еще дважды становилась матерью, последние роды подорвали ее здоровье. Щенки были крупными, и она не могла самостоятельно разродиться.  Мама,  принимавшая у нее роды, помогла собаке, но спасти щенков, так и  не удалось.  После этого Манюня, как-то разом постарела. К тому времени, у меня уже была семья и старшему сыну исполнилось  четыре года. На его лице до сих пор остался шрам от Манюнькиных зубов, напоминание, что нельзя дразнить собаку грызущую кость.
Ее смерть пришлась на День Молодежи, весь день я просидела около собаки. Мы по очереди с мамой, то поднимали, то укладывали собаку, предупреждая все ее желания. В последний раз я вынесла ее  на улицу.  Сил у нее уже не оставалось, шатаясь, она постояла на траве и, посмотрев на меня, попросилась домой. Я с готовностью осталась бы рядом около умирающей собаки, но моего внимания требовали муж и пятилетний сын. С тяжелым сердцем я пошла с ними на праздник. Когда мы пришли домой, Манюня уже умерла. Мы, с мужем взяв лопаты, отправились все в тот же парк и похоронили Манюню под кустом сирени. 
Год у нас не было собаки, но, как-то проговорившись, мама сказала, что если бы она взяла собаку, то она бы походила на нашу  Манюню.  Я уцепилась за эту идею, мне самой не хватало Маньки. И вот, как-то раз на рынке, я увидела мальчика продающего трех щенков. Два темненьких мирно спали в шапке, а беленькая с коричневыми ушками топталась по ним сверху. Ей ни как не хотелось спать, и она норовила вылезти их шапки. Мама в это время гостила с моим сынишкой в гостях у сестры, и я решила им приготовить сюрприз. Муж категорически был против живности, мирясь, что у нас уже живет кот. Пока он отвлекся я, быстро спросила адрес у мальчика в надежде, что муж разрешит все-таки приобрести щенка. Проходя обратно по базару, мы уже не обнаружили того мальчика, видимо отчаявшись продать щенков, он уехал домой. 
Заметив, мое кислое настроение, муж решил пойти на уступки и разрешил взять щенка. Наследующий день, я уже ехала в старую часть города, разыскала нужный мне дом и, отдав больше, чем запросили хозяева, сунула кутенка запазуху и, не дожидаясь автобуса, пошла домой. Сердце мое ликовала, я всю дорогу напевала про маленькую беленькую и умненькую собачку  Соньку, прижимая теплое тельце к себе.
Сонька настолько была забавной, что муж смеялся, глядя, как она жадно поедает суп из миски. Голова щенка казалась тяжелой. Жадно лакая суп, она едва удерживалась на передних лапах, задние лапы то и дело поднимались вверх. С первых же дней Сонька невзлюбила ветер, то и дело, тряся своими большими ушами. Она прижималась к моим ногам и не желала бегать по траве. 
По телефону мы сообщили маме и Славуське, что их дома ожидает сюрприз. Никто тогда не знал, что из этого маленького беззащитного  кутенка вырастет такая…. 
Декабрь 2010г.


 
 
Рейтинг: +1 299 просмотров
Комментарии (2)
Серов Владимир # 11 февраля 2014 в 21:19 0
Хорошо пишешь! super
Елена Супликова # 11 февраля 2014 в 21:46 0
спасибо