ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Мальдивская история

 

Мальдивская история

25 мая 2012 - Игорь Коркин

- Слоник, ну, почему ты выбрал именно Мальдивы? Давай, начнём хотя бы с турков, или, на худой конец, Египта.
- Лунтик, ты разве не знаешь, что сейчас творится в арабском мире?
- А, что там творится?
- Воюют, бастуют, митингуют…
- Зачем?
- Хорошей жизни хотят, наверное.
- Чего им, дуракам, не живётся? Солнце, море, бананы, апельсины круглый год.
- Хотят европейского уровня.

Мы возлежали на кровати, которая пока была единственным мебельным представителем в моей новой «однушке». Я щёлкал кнопками ноута, пытаясь найти более подробную инфу о Мальдивской республике.
- Ну, вот, смотри, Лунтик, Мальдивы это ряд островов в Индийском океане. Дайвинг – сафари, прогулка на яхтах, раскидистые пальмы, бирюзовые лагуны и великолепные коралловые рифы.
Лунтик сглотнула слюну.
- А, что мы там будем кушать?
- Кушать? А вот – обжареные рыбные палочки, нежнейший рыбный пирог, кокосовые палочки.
- А что, у кокоса есть палочки? Я видела в супермаркетах – это такая фиговина, похожая на крупную сосновую шишку.
- Ты ела когда-нибудь его?
- Нет.
- Ну, вот внутри него и есть эти самые палочки.
Я погладил Лунтика по маленькой белой головке, опустился к хрупкой шейке, проехался по позвоночнику, достиг копчика и медленно запустил половину ладони под тоненькие трусики.
- Ну, Слоник, давай серьёзно определимся с местом отдыха, это же не пиццу из магазина заказать.
Я включил слайд-шоу видов Мальдив, перекатился на спину и уставился в новый натяжной потолок.
- Ладно, ты смотри, а я подумаю хорошенько.

Лунтик – это моя, пока ещё незаконная жена. Познакомился я с ней в кинотеатре. Деловой партнёр назначил мне встречу, но в последний момент сообщил, что попал в пробку, попросил перенести встречу на два часа позже и не отключать мой сотовый телефон. Чтобы как-то скоротать время, я купил билет на ближайший сеанс.
- Молодой человек, вы, действительно хотите посмотреть «Лунтик»? Это детский мультфильм, - предупредила меня девушка-кассир.
- Железно хочу, - ответил я, мечтая быстрей заснуть в мягком бархатном кресле.
Я быстро нашёл «синий» зал и протянул билет миниатюрной девушке-билетёру.
- О, круто, у вас вип-место, седьмое, первое от края в центральном проходе, - улыбнулась курносая красавица, откинув назад красивые светлые волосы.
«Какая куколка, неужели эта работа нравится ей?»
Передо мной расположились мамаша с двумя стокилограмммовыми мальчиками – близнецами. Свет ещё не погасили, так, что я прекрасно созерцал два килограммовых стакана с попкорном в их худеньких ручках. Два маленьких подсвинка даже не слышали наставлений своей мамаши-свинки перед предстоящим сеансом - они со зверским аппетитом уплетали кукурузный суррогат, запивая его пепси. Судя по объёму стаканов и форме детских голов, это аудио-видео мне предстояло терпеть в течение ближайших полутора часов. Я огляделся в поисках свободных мест, но, увы, зал неумолимо заполнялся такими же головками, пепси и попкорнами, и я надеялся только на свою усталость и крепкий сон.
После короткого журнала добавили звук в двух десятках колонок, висящих на стенах. Но это, как оказалось, было только полбеды – постоянные хождения взад-вперёд, поиски своего места, смех, разговоры – вот, где настоящий ад современного кинотеатра. Близнецы громко хлопали в ладоши, топали ногами, их чавканье, щёлканье и попукивание даже не смог заглушить звук этого фильма, а сплошное чиханье, харканье и кашель в зале можно было запросто перепутать с коридором у двери врача-терапевта.
- Вау! Жесть! Уууу! Круто! – то и дело восклицала малолетняя публика.
«Поспал» - заключил я.
Закрыв уши, я уже подумывал о передислокации на один из диванов, стоящих в холле, как вдруг почувствовал тонкий, почти неуловимый запах женских духов. Я повернул голову, и, к своему удивлению, увидел билетёршу, которая стояла в проходе и наблюдала за трапезой сидящего с края близнеца. Фильм, который она успела посмотреть много раз, не интересовал её – девушка была голодна, и я сразу заметил это. Сорвавшись со своего места, я слетал в буфет и принёс большой стакан заморской кукурузы с бутылкой пепси.
- Это вам, - радостно сказал я, протягивая угощения.
- Мне? С какой стати? – ответила малышка, пытаясь вручить мне назад купленное.
- Ну, тогда, я это выкину.
- Как, выкину?! – возмутилась она.
- Как вас зовут?
- Света.
- А меня Вадим. Давайте, тогда, я буду называть вас Лунтиком.
- Это почему же?
- А потому что мы познакомились на «Лунтике».
- Прекрасно, Слоник, - ответила Светлана, принимая угощения.


Окончив институт иностранных языков, я прошёл хорошую практику и скоро устроился в довольно солидную иностранную фирму, торгующей металлом. Родителей своих я любил, но чтобы устроить свою жизнь со Светланой, решил взять кредит и приобрести квартиру. Я всегда мечтал о путешествиях, но летать по миру мог только во снах. А сейчас, когда молодость, деньги, любовь и счастье объединились в одном флаконе, решил материализовать свои давние фантазии. Я знал, что свадьба с Лунтиком не за горами, потом дети, куча проблем, забот, и наша поездка к берегам тёплого моря будет откладываться на неопределённый срок. А потом..неизвестно, как дальше сложится моя карьера. Это сегодня у меня есть возможность профинансировать тур, а завтра? Я боялся, что мои планы не сбудутся, поэтому, как можно быстрее начал форсировать события.

- Ну, вот, смотри, тур на двоих - стоит шесть тысяч баксов, и на мелкие расходы пару штук, виза по прибытии. В течение десяти дней мы не увидим этих вечных холодных проливных дождей.
Мой оптимизм, казалось, не затрагивал Светлану, она смотрела на дисплей, ковыряясь пальцем во рту.
- Луня, - взмолился я, наконец, что происходит? Вот, смотри, турфирма Зевс-Трэвел, вот адрес, мы завтра едем и всё оформляем.
- Слоник, - тихо прошептала Света, заглядывая мне в глаза, - скажи, что не откажешь мне.
- Луня, вечно ты со своими загадками, сейчас не время решать бытовые проблемы.
- Нет, Слоник, это, как раз, в тему.
- Ладно, не откажу, я же люблю тебя.
- Давай возьмём с собой Катю и Васю.

Катя, по кличке Фунтик, была старой подругой Светланы, как говориться – не разлей вода. Это постоянные переписки по «контакту», длинные телефонные разговоры, тайны, нюни-слюни и, конечно же, самое сокровенное, женское. Фунтик работала няней в детском саду, встречалась с электриком Васей, которого я видел несколько раз. Екатерина была такого же росточка, как и Света, плюс добавка такой же длины в ширину с грудью четвёртого размера. Фунтик очень любила поесть и, когда мы ещё жили с родителями, при каждом своём визите, «ныряла» в чужой холодильник, абсолютно никого не стесняясь.
- Светик, ты чем меня сегодня покормишь? – спрашивала она обычно, вынимая из закромов мясные и рыбные деликатесы.
А потом, после обильной дозы съестного, Фунтик растягивалась на диване, разбрасывая руки и сиськи в стороны.
- Хорошо у тебя, Светка. Вот, будешь жить отдельно от родителей, перееду к вам с Вадимом жить.
Светка соглашалась, подмигивая мне и соглашаясь с подругой, но что-то скрывала от меня.

- Как, возьмём Катю и Васю, это что, домашние животные?
- Нет, это моя самая лучшая подруга с кавалером.
- Ну, хорошо, пусть твоя подруга готовит восемь штук баксов, и завтра я поеду бронировать билеты.
- Слоник, ну, откуда у них такие деньги?
Я чуть не потерял дар речи, вылупив на неё глаза.
- Ты, что, хочешь, чтобы они полетели на Мальдивы за наш счёт?
- Почему за наш? Они потом обязательно отдадут эти деньги.
Я вглядывался в лицо Светланы, желая заметить шутку в её глазах.
- Отдадут? Потом? Восемь тысяч баксов? Ты хоть поняла, что сказала? Приедешь, расскажешь ей всё о Мальдивах, мы снимем наш отдых на камеру и сделаем фотки.
- Нет, так не пойдёт, она должна сама там побывать, чтобы потом не завидовать нам.
После получасовой беседы я понял, что Лунтик не шутит.
- Слоник, ну, у тебя же есть такие деньги. Давай съездим вчетвером, потом будем вспоминать всю жизнь.
Да, моя маленькая принцесса ещё находилась в сказке, и, как я не пытался открыть ей глаза на реальный окружающий мир, всё было напрасно. Многие мужья утаивали реальную зарплату от своих жён, откладывая на чёрный день, а Светлана желала спустить накопленное за несколько месяцев в течение короткого времени. Где-то в глубине души я пожалел, что доверял ей свои финансовые тайны. Видя мою нерешительность, маленькая фея окончательно добила меня, пустив слезу.
- Ладно, пусть завтра приезжают к нам, все вместе поедем, - сдался я.
- Нет, у них завтра последний рабочий день перед отпуском.
- Перед отпуском? Ты, что, знала, что я соглашусь взять их на нашу шею?
Личико Светланы озарилось, словно она провела год в подземелье:
- Конечно, Слоник, знала, ты же добрый.
- Ладно, пусть, на всякий случай продиктуют мне данные своих паспортов, и тогда мы с тобой поедем в турфирму, загранпаспорта-то у них есть? – спросил я, надеясь на отрицательный ответ.
- Конечно же, есть, они два года подряд ездят в Турцию.
Ответ Лунтика чуть не убил меня.
- А на какие шиши они ездят в Турцию?
- Копили, не доедали, не допивали, не досыпали, терпели неудобства, сдавая в аренду одну из комнат своей квартиры.
- А у нас всё удобно? – спросил я, показывая на пустую квартиру.
- Слоник, не злись, ты же ещё заработаешь. Кстати, я тоже, завтра, с тобой не поеду. Ты забыл о приезде моей мамы.

Вот так я и попал в вагон метро с двенадцатью тысячами долларов в кармане. Было одиннадцать дня. Людская пробка рассосалась, оставив место болтающимся без дела людям.
Любопытно наблюдать, как народ заполняют метро. С момента открытия и до девяти идёт рабочий люд. Строгие, уставшие, полупьяные мужчины с сумками наперевес и молчаливые, тянущие лямку жизни женщины. В основном, они говорят о своих вчерашних проблемах, громко смеясь и никого не стесняясь. С девяти часов в московской подземке начинается час-пик – это идёт интеллигенция – врачи, мелкие чиновники, полисмены, некоторые учителя вузов, студенты, щипачи. В вагонах давка, нехватка места, но ссору или драку не увидишь – все стараются до конца быть интеллигентами и терпят друг друга, сверкая своими очками. Модно одетые женщины, в основном, молчат, или с умным видом читают любовные романы, а мужчины в галстуках тихо беседуют со знакомыми. Ну, а с одиннадцати часов полупустые вагоны метро заполняет праздношатающийся люд - гости столицы, бесхозный молодняк, беременные женщины, сбытчики ширпотреба, курьеры, попрошайки и, конечно же, пенсионеры.
Вот, в такой вагон загрузился и я. Строгий синий костюм с красным галстуком и бежевый плащ, по моей теории, выдавали меня за опоздавшего на работу интеллигента. Три места были свободны, я с радостью расположился в центре и сразу закрыл глаза, потому что всё, что я мог позволить себе в этот момент – это удалить для себя картинку начинки вагона. Одну остановку я проехал тихо, но на следующей, вместе с открывающейся дверью, тишину в вагоне нарушили два непонятных голоса. Аудио источники упали на два свободных места и сразу начали звуковую атаку на мои бедные уши. Две пары наушников несли американский рэп со своим «факами» и «шитами». Как, иногда, хорошо не знать иностранных языков!
- Слыш, а я такая, говорю ему – отвали, а он лыка не вяжет, наверное, торчок.
- Да, мы тоже неплохо потусили вчера. Мне этот слизняк весь вечер лил слёзы, говорил, что на Дашку запал.
- Так, у вас что, ничего не было вчера?
- Нет, мы проиграли всю ночь на компьютере.
- Ты гонишь..
- Не, железно говорю.
- Ну, ты хоть сиську дала ему понюхать?
- Он и не просил, а я, такая, говорю, что шарю в играх.
При слове «железно» я встрепенулся, захотелось включить видео и взглянуть краем глаза на моих соседей. Эх, любопытство, любопытство, сколько невинных душ ты погубило, сколько разбило сердец! Я открыл глаза и повернул голову вправо, чтобы посмотреть на того, кто не дал сиську понюхать. Это была девушка, возраст которой даже навскидку определить было довольно трудно, а от внешнего вида моей соседки меня чуть не переклинило – её лицо представляло собой сплошное железо. Пирсинг пронизывал её веки не меньше, чем в пяти местах, два кольца в носу, несколько у висков, щеках, нос и подбородок представлял собой сплошную металлическую стену. Не обращая внимания на моё каменное лицо, железная леди продолжала:
- А я, такая, не обращала внимания на этого сосунка, его выпендрёжь мне был по барабану, я корчила ему гримасы, вот так.
И здесь девушка показала гримасу, которую она корчила, вытянув на всю длину сплошь пирсингованный язык.
При виде такой картины я совсем потерял возможность говорить и уже с нескрываемым удивлением смотрел на железную девушку.
- Прикинь, я сегодня ещё ставлю два кольца, хочу, как у тебя.
И тут я повернул голову направо.
Вид, который открылся мне, ещё больше шокировал меня – лицо хозяйки скрывалось за сплошной стеной жёлтого и белого металлов, она вытягивала железный язык, произнося какие-то невнятные звуки. Кроме жесткого пирсинга на девушках было по килограмму навесного оборудования, включая наушники, провода, цепи, кольца, браслеты и, конечно, же, сумочки, инкрустированные железными побрикушками. Цветные головы железных дев представляли собой не менее ужасное зрелище, чем их лица. В народе представители такого «направления» молодёжной моды получили прозвище «кислотники». Словарный лексикон кислотниц внезапно закончился, уступив место наглой демонстрации языков. Они наклонились так близко друг к другу, что я мог наблюдать их одновременно, даже не поворачивая головы. Зазвонил мой телефон, на дисплее появился номер Стаса, моего начальника.
- Привет, Стас, как дела?
- Вадим, ты сейчас где?
- В метро.
- Мне сегодня везёт. Вадик, мне бабка квартиру оставила после смерти, и я решил сделать там полный ремонт.
- Стас, я же не строитель-ремонтник.
- Нет, вот, что, хлам весь оттуда вынесли и погрузили в машину, но диван не вместился.
- Стас, мне не нужен старый диван.
- А я тебе его не предлагаю.
- Что ты тогда предлагаешь?
- Я предлагаю вдвоём вынести его из квартиры на улицу.
Надо сказать, что в течение всего моего разговора кислотницы продолжали мукать, ыкать, бякать и визжать, подражая разным животным, и я сильно пожалел, что не взял с собой наушников.
- Ну, хорошо, давай вынесем, только я в костюме.
- Вадик, через час приедет бригада отделочников, а я обещал им убрать этот диван. Короче, ты, где сейчас?
- Еду на восток по Калининской.
- Прекрасно, дом рядом с Новоевреево, Зелёный проспект дом десять квартира пятнадцать. Запомнишь?
- Да, ты когда подъедешь? Мне отсюда пятнадцать минут ходу.
- Полчаса, не больше.
- Мне возле подъезда подождать?
- Подъезд не закрывается, а квартира открыта – плотник вчера снял старый, неисправный замок, так что ты меня на диванчике подожди.
- Квартира не заперта?
- Там, кроме этого дивана и голых стен ничего нет.
- Ладно, до встречи.
Я положил трубку и победно посмотрел на кислотницу справа.
- Чел, ты чё вылупился, нормальных девчонок не видел? – промямлила она.
«Значит, я – чел, а она – нормальная девчонка».
- Признаться честно, таких – никогда не видел.
- И не увидишь, мы единственные в этом забытом Богом городке.
«Кто бы сомневался».
Честно говоря, Стас любил посмеяться, и я, вдруг, захотел удивить его.
- Девчонки, можно я сфотаю вас? Напамять.
- Нравимся?
- Да, оригинально…
- Но у нас железо не только на лице.
- Где же ещё?
- Кислотница справа опустила глаза.
- Но мне хотя бы лицо..
- Видеть всего лишь наши лица, это всё равно, что не дочитать концовку любовного романа.
- И где её можно дочитать?
- Кого, её?
- Концовку.
- Вы читатель, вам и карты в руки.
Вместе с охватившим меня любопытством возникла идея о короткой фотосессии в квартире Стаса.
- Сколько вам лет, юные романистки?
- Скоро по двадцатнику стукнет.
- Ну, тогда, я ваш читатель и хотел бы узнать, чем закончится любовный роман. У меня поблизости есть читальный зал, вы не против, если мы запишемся туда?

Я, как заводила и проводник, старался быстро найти нужный дом, а девчонки продолжали ворковать, пугая прохожих своим внешним видом.
- Мы же ещё не познакомились, - сказал я, заходя в подъезд панельной высотки.
- Нюша и Ксюша, - одновременно ответили юные фотомодели. – А тебя?
- Бруклин…
- Крутое имя! Это русское?
- Да, старорусское. У князя Олега были три верных друга: Бруклин, Бронкс и Манхэттен.
- Жесть! Как хорошо, что мы не жили в то время.
- А я, наоборот, жалею, что не жила тогда – меня прикалывают бои на копьях, с мечами, когда люди надевают железные доспехи.
- Девчонки, как вас отличить, вы так похожи друг на друга.
- Элементарно, Бруклин. Нюша – с синим гребнем на голове, а Ксюша – с розовым.
Ветхая, деревянная дверь с перевернутым на гвозде номером квартиры, действительно, оказалась не запертой, а одинокий зелёный диван, как корабль-призрак, терпеливо ждал своей отставки в просторном коридоре рядом с входной дверью.
- Что это за клоповник? – подозрительно спросила Ксюша, брезгливо переступая островки битума на содранном полу.
- А мне нравится, - прошептала подружка. – Как в западных ужастиках – семья приезжает в ветхий заброшенный дом, где разворачивается душераздирающая драма.
- Бруклин, кстати, как насчёт гонорара?
- Какого? Ксюша, я не знаю, что это такое.
- Не прикидывайся лохом, Бруклин, моделям, обычно, платят деньги за съёмку.
- Ладно, сто баксов дам, - нервно сказал я, боясь отказа.
Пока я шнырял по квартире в поисках заменителя замка, железные красотки разделись, небрежно сложив всю одежду на один край дивана.
- Скажите, а пирсинг, это больно? – спросил я, рассматривая небольшие остроносые груди девчонок.
Подружки взахлёб бросились рассказывать мне историю пирсинга, а я вытаращил глаза на кучи бусинок, колец и крестиков, покрывающие добрую половину девичьей кожи.
- На сколько пикселей твоя камера?
Я вспомнил, зачем пришёл сюда и достал телефон.
- Ксюш, не знаю, наверное «двойка».

Без лишних вступлений и предисловий я начал снимать довольных кислотниц. Конечно, надо было, хотя бы изредка, менять позы, интерьер, свет, но я нервно давил на спуск, делая снимок за снимком, поочерёдно наводя видоискатель камеры на девичьи интимные места. Скоро я выдохся.
- Ну, наверное, всё.
- Нет, не всё, - неожиданно произнесла Ксюша, подтянув ступни ног к ягодицам и разводя колени в стороны. – Тут ещё не снимали.
Я поднёс телефон к её промежности, разглядывая всевозможные прибамбасы на ляжках, лобке и половых губах.
- Жесть! Как же ваши бойфренды блудят по этому металлолому?
- Бойфренды? – засмеялась Нюша, принимая позу подруги.
Она открыла вход в своё царство, демонстрируя вполне натуральный гимен.
- Как видишь, бойфрендов у нас нет. Разве, тебя это удивило?
- Признаться, да, ведь молодёжь нынче такая…
- Какая?
- Ну, я бы сказал, раскрепощённая.
- Так и есть, - улыбнулась Ксюша. – Видишь, в какой позе мы находимся? Мы совсем не стесняемся тебя.

Неожиданно для всех нас открылась входная дверь, об отсутствии запора на которой я совсем забыл. На пороге стоял Стас. Офисный строгий костюм с синим галстуком делали его волевое лицо ещё более деловым и серьёзным. Я ожидал немедленного разгона фотостудии и даже приготовил прощальные слова для моделей, но Стас впал в ступор, делая напрасные попытки что-то произнести.
- Стас, не переживай, я сейчас сделаю ещё несколько снимков, они уйдут, а потом, как и договаривались, мы решим твой вопрос.
Он подошёл к дивану и присел на корточки рядом со мной.
- Доставай свой телефон и снимай, если тебя это заводит, - тихо сказал я своему начальнику.
- З-зачем? – немного заикаясь, буркнул он.
- Ты когда-нибудь видел такое чудо?
- Н-нет, не видел.
- И не увидишь, снимай, пока дают.
- Разве они дают?
- Что дают? А, я ещё не говорил с ними на эту тему.
Стас сделал несколько пробных снимков, приблизив свой телефон почти вплотную к промежности Ксюши. Вообще-то мой начальник был серьёзным человеком, поэтому с минуты на минуту ожидал разгона эротической тусовки, но вопреки моему мнению, он подтянул Ксюшу к себе, положил её на спину и принялся шлифовать языком пирсингованный вход девственницы. Её не испугал неожиданный поворот событий, Ксюша обняла голову незнакомого ей мужчины, поглаживая её руками. Оргию я видел только в фильмах, сам никогда не участвовал в коллективном сексе, поэтому, открыв рот, следил за сценой кунилингуса, а Стас, совсем не стесняясь присутствия посторонних людей в комнате, продолжал своё дело. Он ввёл в Ксюшу половину указательного пальца и, продолжая ласкать языком довольно крупный бутон девушки, сделал несколько вращательных движений. Конечно, стакан водки снял бы моё напряжение и помог настроиться на такую необычную тусовку, но сейчас я просто тупо смотрел на процесс самоудовлетворения Нюши. Она пыталась завести меня, раскрывая и смыкая свой вход пальцами обеих рук, но, увы, мой резиновый шланг упорно не хотел превращаться в твёрдую, металлическую трубу. Всего лишь одной её усмешки хватило бы, чтобы нейтрализовать меня, как мужчину на долгое время, но глаза Нюши молили о страсти, а бёдра, имитируя фрикции, просили о немедленном контакте.
Стас, тем временем, всё глубже и глубже погружался в омут любви. Продолжая орудовать пальцем и языком, он приспустил штаны, выставив на всеобщее обозрение свой зад. Я отвёл глаза, не желая видеть начальника в таком виде, но он, словно актёр порнофильма, вёл себя уверенно и, даже можно сказать, профессионально. Мужчина встал, что-то тихо сказал Ксюше, потом, после её короткого «да» положил девушку вдоль дивана. Она легла на подлокотник дивана, вытянув ноги, её небольшая девственная грудь даже не изменила формы, словно была выполнена из тонкого пластика. Стас даже не смотрел на своих молчаливых зрителей, он быстро разделся, небрежно скинув всю свою одежду на грязный пыльный пол. Всего несколько секунд хватило ему для смены позы – Стас уселся на диван, расположив своё хозяйство над лицом Ксюши.
- Ты видела раньше это?
- Только в кино.
- Хочешь потрогать его?
- Да.
Девушка коснулась пальцем покачивающегося над ней красавца.
- Смелее, тут все свои.
Ксюша захватила рукой ствол Стаса.
- Как он тебе?
- Тёплый…
Мужчина переместил кожу к основанию, демонстрируя девушке сине-розовую запчасть мужского достоинства.
- Ой, что это? Как оно появилось?
- Это голова, так называемая, крайняя плоть. Здесь находится мочеиспускательный канал, а ещё, возбуждая эту штуку, можно добиться семяизвержения.
Казалось, Стас был преподавателем и мастерски проводил практические занятия с усидчивой студенткой, кропотливо рассказывая ей о строении мужского тела. Ксюша, тем временем, набросила кожаный капюшон на головку.
- Нравится?
- Клёво.
- Хочешь поцеловать его?
- Да.
Учитель вернул капюшон в первоначальное положение и поднёс своё орудие к губам студентки. Улыбнувшись, она быстро чмокнула его.
- Как ощущение?
Девушка опять улыбнулась.
- Ты видела в кино, что ещё делают с ним?
- Да.
- Что же?
- Сосут.
- Хочешь попробовать?
- Я не умею…
Ты просто открой рот, а я сделаю всё сам.
Ксюша выполнила просьбу мужчину, приняв позу «стоматолога», а Стас аккуратно протолкнул треть своей бормашины между зубами пациентки. Сделав десяток фрикций, он вывел свой зубной прибор на поверхность.
- Понравилось?
- Очень.
- Ксюша, ты видела, что ещё делают с этой штукой?
- Да.
- Ты хочешь сейчас этого?
- Хочу, но боюсь.
- Чего?
- Он такой большой, не поместится там…
- Не стоит волноваться, все девушки проходят через это. Мир секса прекрасен!
Речь учителя текла спокойно и плавно, правильно распределяя части речи в предложениях и выдерживая необходимые паузы . Слова мужчины гипнотизировали жертву, а безмолвный инструмент его, тем временем, плавно переместился к промежности девушки.
- Не волнуйся, всё пройдёт хорошо и безболезненно, просто расслабься и доверься мне. Стас поочерёдно ввёл два пальца в девственный грот, медленно вращая их по часовой стрелке. Ксюша сжала губы и прищурила глаза.
- Больно?
- Немного.
- Как же ты тогда собираешься принять его?
- Не знаю.
- Может, тогда оставим эту затею?
- Нет, давай ещё попытаемся…
Стас медленно вывел пальцы и сразу заполнил освободившееся место, уперев в него рвущегося в бой парня. Поднятые ноги Ксюши помешали мне увидеть картину первого поцелуя, но два покачивающихся шара указывали, что процесс пошёл. Мужчина приподнялся, сделав бёдрами резкое движение. Резкий, пронзительный крик нарушил покой молчаливых серых стен комнаты. Подгоняемый любопытством, я занял место в первом ряду. Реальная картина удивила меня – боец не смог проникнуть в расположение противника, его голова так и оставалась на поверхности, скользя по пирсингованным губам. Как раз в этот момент боец ещё раз попытался установить свои права в доме, и опять его резкий толчок совпал с пронзительным девичьим криком. На этот раз часть головы поезда проникла в депо, а Стас, пытаясь добиться явного превосходства, приподнялся для заключительного выстрела, но, в последний момент девушка мёртвой хваткой зажала жилистого парня рукой, препятствуя прохождению состава.
- Ксюша, убери руку, ты мешаешь мне.
- Мне больно…
Внезапно, я почувствовал прилив сил, горячая волна прошла по всему телу, заставляя моего смущённого воина подняться с колен. Нюшу тоже возбудила эта борьба, она молчаливо приглашала меня посетить её закрома, но, к сожалению, я ещё не был готов.
- Хорошо, Ксюш, давай немного отдохнём…
- Окей, - ответила она, убирая руку.
И в этот момент, Стас, неожиданно и резко повторил неудавшуюся попытку, заставив девушку отчаянно закричать. Она сопротивлялась, стараясь облегчить боль, но мужчина, совсем не жалея Ксению, продвигался глубже, интенсивно работая бёдрами. Я окончательно пришёл в себя, готовый наброситься на свободную девушку. Я знал, что она ждёт меня, но неуверенность в победе останавливала меня, не давала мне возможности перейти к активным действиям. Ксюша, между тем, продолжая пронзительно пищать, впилась острыми ногтями в грудь Стаса, пытаясь оттолкнуть его от себя.
- Не надо, Ксюша, - спокойно сказал мужчина. – Не напрягайся, а то будет ещё больней.
Теперь голова локомотива была в депо, природа требовала своего, заставляя партнёров завершить начатое дело. Девушка вздохнула, чтобы крикнуть на выдохе, но Стас опустил на неё тяжесть всего своего тела и закрыл своим ртом губы Ксюши. Крик перешёл в мычание.
Я быстро разделся, увеличив высоту кучи, лежащей на полу. Компас, окончательно окрепший, указал верное направление – к Нюшиной промежности. И тут я понял, почему до сих пор не набросился на свою жертву. У меня никогда не было девственниц, а повторить всё, что сделал Стас, мне было не по плечу. Я боялся осечки.
В это время Стас встал в «партер», выводя своего окровавленного труженика из многострадального, теперь уже женского, тела.
- Поздравляю тебя, теперь ты женщина.
Я почемуто думал, что Стас, закончив с Ксенией, перебазируется на Нюшу, а я, как корабль за ледоколом, войду в свободный порт свежеиспечённой женщины.
- Крови больше не будет? – испуганно спросила Ксюша, рассматривая место недавней борьбы.
- Нет, такое, обычно, бывает только раз в жизни. Кстати, как ощущение?
- Не из приятных.
- Хотела бы ещё попробовать?
- Если это нужно…
Стас наполовину ввёл окровавленного бойца в Ксюшин лазарет, постепенно продвигая его глубже, активно работая бёдрами и увеличивая скорость фрикций. Ксюша вскрикнула два раза и замолчала. Теперь, когда скважину пробили, хозяин месторождения приступил к бесперебойной добыче нефти. Глубина и скорость бурения постоянно менялась, а Ксюша тихо и протяжно выла под своим первым мужчиной.
Картина настолько возбудила меня, что извержение моего вулкана могло произойти в любую секунду. Оценив место предстоящего боя, я понял, что многострадальный диван не сможет разместить сразу четырёх партнёров, а Стас, по всему виду, не собирался финишировать и подтвердил мою догадку – партнёры поменяли позицию. Стас пристроился сбоку, открывая вид на измазанные кровью ляшки побеждённой им женщины и своё дымящееся хозяйство.
Я поднял Нюшу с дивана и, как ребёнка, положил на кучу одежды. Девушка, зная, что ей предстоит, развела ноги, согнув их в коленях. Первый удар моего звенящего колокола и резкий девичий крик прозвучали одновременно. Можно сказать, что Нюше повезло – мой инструмент, в отличие от Стасова, не был гигантом, поэтому ворвался в девственный грот почти наполовину, а после второго толчка – почти целиком. Нюша не просила о пощаде, она стойко переносила все неудобства первого соития, стараясь помочь нам. Я поднял ноги девушки почти вертикально и прошёл последний сантиметр нового забоя. Боец моментально отблагодарил меня, выпустив в тыл неприятеля довольно весомый запас боевой мощи. Моя артиллерия оставила занятую позицию, вытащив на поле боя тягучую, перемешанную с кровью, жидкость.
- Поздравляю тебя, Нюша, теперь ты женщина, - сказал я на выдохе, глядя в глаза своей партнёрше.

Скрип и плач старого дивана не замолкал ни на секунду. Пока я дефлорировал Нюшу, Стас со своей партнёршей заняли позу наездника, повернувшись лицом к нам. Миниатюрная Ксюша, сверкая своим «единичками», оседлала своего коня, а он, помня о неопытности наездницы, обхватил её костлявые бёдра руками, поднимая игрушечный таз партнёрши и с характерным похлопыванием насаживая его на свой кожаный шампур.
Картина настолько захватила и возбудила моего бойца, что он без моего командирского приказа ринулся на ранее занятые позиции.
Теперь уже две пары молодых скакунов, обгоняя друг друга, неслись к своему заветному финишу, а стук их копыт был слышен на весь панельный ипподром. Ход времени замедлился, уступив место животной страсти. …

Бдительные соседи, будучи всегда начеку, сообщили о подозрительных криках в соседней квартире в местное отделение полиции. Наряд под руководством крепкого сержанта прибыл по адресу и без стука ворвался в квартиру. Даже, когда холодные наручники сковали мои руки на спине, я не осознал, что на самом деле произошло. Боец продолжал нести свою вахту, упершись в холодный грязный пол.
- Это незаконно! – крикнул Стас.
Я повернул голову в сторону источника звука – мой начальник лежал поодаль, сверкая голым задом.
- Гражданочки, одеваемся и готовим документы.
Послышался звук открывающейся молнии на женской сумочке.
- Неверова Ксения Михайловна.
- Антон, так фотография этой Неверовой у нас в отделении уже две недели висит, она в розыске.
«Запела» рация.
- Дежурный, я обнаружил разыскиваемых девушек.
- Диктуйте адрес.
- Зелёный проспект, дом десять, квартира пятнадцать.
- Сейчас выезжает следователь с опергруппой.
Звук молнии второй сумочки заставил моё сердце биться сильнее и чаще, а боец решил передохнуть, приняв команду «вольно».
- Орехова Нелля Павловна. Что же вас заставило сбежать из дома? Вы знаете, что ваши родители не спят уже две недели?
- Мы уже совершеннолетние и имеем право самостоятельно распоряжаться своей судьбой, - громко и гордо произнесла Нюша.
- Красивые слова. Как вы думаете, с какого возраста, по нашей Конституции, человек считается совершеннолетним?
- С четырнадцати, как у нас, и наши паспорта прекрасно подтверждают это.
- Понятно. Бекетов, сажай их в машину и вези на экспертизу, а с вами, господа педофилы, будут разговаривать другие люди.
Топот десятка ног сменился на звук тяжёлых шагов. Едкий табачный дым наполнил комнату.
- Ну, что, бравые наездники, доскакались?
- Они сказали, что им по двадцать лет, - начал я было заранее приготовленную речь.
- Сначала я хотел бы познакомиться с вами. Где ваши документы?
- В пиджаках, на полу.
Через минуту голос опять «ожил».
- Мындриков Вадим Юрьевич.
- Я.
- Откуда у вас такая сумма денег?
- Сегодня я собирался купить тур на Мальдивы.
- А перед поездкой решили позабавиться с девочками?
- Ладно, что нужно, чтобы замять дело? - спросил молчавший до этого момента Стас.
- Замять? Интересно сказано, даже просто. У меня такое ощущение, что вы до сих пор не поняли, во что вляпались. Вы, что, фотографировали малолеток на эти телефоны?
- Они сами захотели и подтвердят это, - вставил я.
- Подтвердят? Откуда такая уверенность?
- Ладно, начальник, не трать время, говори конкретно, что от нас требуется, - повторил свой вопрос Стас.
- Люблю деловых людей, - ответил голос. – Кому принадлежит эта квартира?
- Мне.
- Вы собственник?
- Да, унаследовал её по завещанию бабушки.
- Вот и прекрасненько…

Сборы и загрузка в полицейское такси заняли десять минут. Машина выехала на загруженную транспортом улицу и попала в пробку. Будучи уверен, что мы откупимся, я успокоился и заснул. Мне приснились голубые лагуны Мальдивских остров, раскидистые пальмы, горячий песок и чистое безоблачное небо. Резкий толчок в плечо прервал мой сон.
- Приехали, - коротко сказал следователь.
- Куда?
- На Мальдивы.

 
 

 

© Copyright: Игорь Коркин, 2012

Регистрационный номер №0050512

от 25 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0050512 выдан для произведения:

- Слоник, ну, почему ты выбрал именно Мальдивы? Давай, начнём хотя бы с турков, или, на худой конец, Египта.
- Лунтик, ты разве не знаешь, что сейчас творится в арабском мире?
- А, что там творится?
- Воюют, бастуют, митингуют…
- Зачем?
- Хорошей жизни хотят, наверное.
- Чего им, дуракам, не живётся? Солнце, море, бананы, апельсины круглый год.
- Хотят европейского уровня.

Мы возлежали на кровати, которая пока была единственным мебельным представителем в моей новой «однушке». Я щёлкал кнопками ноута, пытаясь найти более подробную инфу о Мальдивской республике.
- Ну, вот, смотри, Лунтик, Мальдивы это ряд островов в Индийском океане. Дайвинг – сафари, прогулка на яхтах, раскидистые пальмы, бирюзовые лагуны и великолепные коралловые рифы.
Лунтик сглотнула слюну.
- А, что мы там будем кушать?
- Кушать? А вот – обжареные рыбные палочки, нежнейший рыбный пирог, кокосовые палочки.
- А что, у кокоса есть палочки? Я видела в супермаркетах – это такая фиговина, похожая на крупную сосновую шишку.
- Ты ела когда-нибудь его?
- Нет.
- Ну, вот внутри него и есть эти самые палочки.
Я погладил Лунтика по маленькой белой головке, опустился к хрупкой шейке, проехался по позвоночнику, достиг копчика и медленно запустил половину ладони под тоненькие трусики.
- Ну, Слоник, давай серьёзно определимся с местом отдыха, это же не пиццу из магазина заказать.
Я включил слайд-шоу видов Мальдив, перекатился на спину и уставился в новый натяжной потолок.
- Ладно, ты смотри, а я подумаю хорошенько.

Лунтик – это моя, пока ещё незаконная жена. Познакомился я с ней в кинотеатре. Деловой партнёр назначил мне встречу, но в последний момент сообщил, что попал в пробку, попросил перенести встречу на два часа позже и не отключать мой сотовый телефон. Чтобы как-то скоротать время, я купил билет на ближайший сеанс.
- Молодой человек, вы, действительно хотите посмотреть «Лунтик»? Это детский мультфильм, - предупредила меня девушка-кассир.
- Железно хочу, - ответил я, мечтая быстрей заснуть в мягком бархатном кресле.
Я быстро нашёл «синий» зал и протянул билет миниатюрной девушке-билетёру.
- О, круто, у вас вип-место, седьмое, первое от края в центральном проходе, - улыбнулась курносая красавица, откинув назад красивые светлые волосы.
«Какая куколка, неужели эта работа нравится ей?»
Передо мной расположились мамаша с двумя стокилограмммовыми мальчиками – близнецами. Свет ещё не погасили, так, что я прекрасно созерцал два килограммовых стакана с попкорном в их худеньких ручках. Два маленьких подсвинка даже не слышали наставлений своей мамаши-свинки перед предстоящим сеансом - они со зверским аппетитом уплетали кукурузный суррогат, запивая его пепси. Судя по объёму стаканов и форме детских голов, это аудио-видео мне предстояло терпеть в течение ближайших полутора часов. Я огляделся в поисках свободных мест, но, увы, зал неумолимо заполнялся такими же головками, пепси и попкорнами, и я надеялся только на свою усталость и крепкий сон.
После короткого журнала добавили звук в двух десятках колонок, висящих на стенах. Но это, как оказалось, было только полбеды – постоянные хождения взад-вперёд, поиски своего места, смех, разговоры – вот, где настоящий ад современного кинотеатра. Близнецы громко хлопали в ладоши, топали ногами, их чавканье, щёлканье и попукивание даже не смог заглушить звук этого фильма, а сплошное чиханье, харканье и кашель в зале можно было запросто перепутать с коридором у двери врача-терапевта.
- Вау! Жесть! Уууу! Круто! – то и дело восклицала малолетняя публика.
«Поспал» - заключил я.
Закрыв уши, я уже подумывал о передислокации на один из диванов, стоящих в холле, как вдруг почувствовал тонкий, почти неуловимый запах женских духов. Я повернул голову, и, к своему удивлению, увидел билетёршу, которая стояла в проходе и наблюдала за трапезой сидящего с края близнеца. Фильм, который она успела посмотреть много раз, не интересовал её – девушка была голодна, и я сразу заметил это. Сорвавшись со своего места, я слетал в буфет и принёс большой стакан заморской кукурузы с бутылкой пепси.
- Это вам, - радостно сказал я, протягивая угощения.
- Мне? С какой стати? – ответила малышка, пытаясь вручить мне назад купленное.
- Ну, тогда, я это выкину.
- Как, выкину?! – возмутилась она.
- Как вас зовут?
- Света.
- А меня Вадим. Давайте, тогда, я буду называть вас Лунтиком.
- Это почему же?
- А потому что мы познакомились на «Лунтике».
- Прекрасно, Слоник, - ответила Светлана, принимая угощения.


Окончив институт иностранных языков, я прошёл хорошую практику и скоро устроился в довольно солидную иностранную фирму, торгующей металлом. Родителей своих я любил, но чтобы устроить свою жизнь со Светланой, решил взять кредит и приобрести квартиру. Я всегда мечтал о путешествиях, но летать по миру мог только во снах. А сейчас, когда молодость, деньги, любовь и счастье объединились в одном флаконе, решил материализовать свои давние фантазии. Я знал, что свадьба с Лунтиком не за горами, потом дети, куча проблем, забот, и наша поездка к берегам тёплого моря будет откладываться на неопределённый срок. А потом..неизвестно, как дальше сложится моя карьера. Это сегодня у меня есть возможность профинансировать тур, а завтра? Я боялся, что мои планы не сбудутся, поэтому, как можно быстрее начал форсировать события.

- Ну, вот, смотри, тур на двоих - стоит шесть тысяч баксов, и на мелкие расходы пару штук, виза по прибытии. В течение десяти дней мы не увидим этих вечных холодных проливных дождей.
Мой оптимизм, казалось, не затрагивал Светлану, она смотрела на дисплей, ковыряясь пальцем во рту.
- Луня, - взмолился я, наконец, что происходит? Вот, смотри, турфирма Зевс-Трэвел, вот адрес, мы завтра едем и всё оформляем.
- Слоник, - тихо прошептала Света, заглядывая мне в глаза, - скажи, что не откажешь мне.
- Луня, вечно ты со своими загадками, сейчас не время решать бытовые проблемы.
- Нет, Слоник, это, как раз, в тему.
- Ладно, не откажу, я же люблю тебя.
- Давай возьмём с собой Катю и Васю.

Катя, по кличке Фунтик, была старой подругой Светланы, как говориться – не разлей вода. Это постоянные переписки по «контакту», длинные телефонные разговоры, тайны, нюни-слюни и, конечно же, самое сокровенное, женское. Фунтик работала няней в детском саду, встречалась с электриком Васей, которого я видел несколько раз. Екатерина была такого же росточка, как и Света, плюс добавка такой же длины в ширину с грудью четвёртого размера. Фунтик очень любила поесть и, когда мы ещё жили с родителями, при каждом своём визите, «ныряла» в чужой холодильник, абсолютно никого не стесняясь.
- Светик, ты чем меня сегодня покормишь? – спрашивала она обычно, вынимая из закромов мясные и рыбные деликатесы.
А потом, после обильной дозы съестного, Фунтик растягивалась на диване, разбрасывая руки и сиськи в стороны.
- Хорошо у тебя, Светка. Вот, будешь жить отдельно от родителей, перееду к вам с Вадимом жить.
Светка соглашалась, подмигивая мне и соглашаясь с подругой, но что-то скрывала от меня.

- Как, возьмём Катю и Васю, это что, домашние животные?
- Нет, это моя самая лучшая подруга с кавалером.
- Ну, хорошо, пусть твоя подруга готовит восемь штук баксов, и завтра я поеду бронировать билеты.
- Слоник, ну, откуда у них такие деньги?
Я чуть не потерял дар речи, вылупив на неё глаза.
- Ты, что, хочешь, чтобы они полетели на Мальдивы за наш счёт?
- Почему за наш? Они потом обязательно отдадут эти деньги.
Я вглядывался в лицо Светланы, желая заметить шутку в её глазах.
- Отдадут? Потом? Восемь тысяч баксов? Ты хоть поняла, что сказала? Приедешь, расскажешь ей всё о Мальдивах, мы снимем наш отдых на камеру и сделаем фотки.
- Нет, так не пойдёт, она должна сама там побывать, чтобы потом не завидовать нам.
После получасовой беседы я понял, что Лунтик не шутит.
- Слоник, ну, у тебя же есть такие деньги. Давай съездим вчетвером, потом будем вспоминать всю жизнь.
Да, моя маленькая принцесса ещё находилась в сказке, и, как я не пытался открыть ей глаза на реальный окружающий мир, всё было напрасно. Многие мужья утаивали реальную зарплату от своих жён, откладывая на чёрный день, а Светлана желала спустить накопленное за несколько месяцев в течение короткого времени. Где-то в глубине души я пожалел, что доверял ей свои финансовые тайны. Видя мою нерешительность, маленькая фея окончательно добила меня, пустив слезу.
- Ладно, пусть завтра приезжают к нам, все вместе поедем, - сдался я.
- Нет, у них завтра последний рабочий день перед отпуском.
- Перед отпуском? Ты, что, знала, что я соглашусь взять их на нашу шею?
Личико Светланы озарилось, словно она провела год в подземелье:
- Конечно, Слоник, знала, ты же добрый.
- Ладно, пусть, на всякий случай продиктуют мне данные своих паспортов, и тогда мы с тобой поедем в турфирму, загранпаспорта-то у них есть? – спросил я, надеясь на отрицательный ответ.
- Конечно же, есть, они два года подряд ездят в Турцию.
Ответ Лунтика чуть не убил меня.
- А на какие шиши они ездят в Турцию?
- Копили, не доедали, не допивали, не досыпали, терпели неудобства, сдавая в аренду одну из комнат своей квартиры.
- А у нас всё удобно? – спросил я, показывая на пустую квартиру.
- Слоник, не злись, ты же ещё заработаешь. Кстати, я тоже, завтра, с тобой не поеду. Ты забыл о приезде моей мамы.

Вот так я и попал в вагон метро с двенадцатью тысячами долларов в кармане. Было одиннадцать дня. Людская пробка рассосалась, оставив место болтающимся без дела людям.
Любопытно наблюдать, как народ заполняют метро. С момента открытия и до девяти идёт рабочий люд. Строгие, уставшие, полупьяные мужчины с сумками наперевес и молчаливые, тянущие лямку жизни женщины. В основном, они говорят о своих вчерашних проблемах, громко смеясь и никого не стесняясь. С девяти часов в московской подземке начинается час-пик – это идёт интеллигенция – врачи, мелкие чиновники, полисмены, некоторые учителя вузов, студенты, щипачи. В вагонах давка, нехватка места, но ссору или драку не увидишь – все стараются до конца быть интеллигентами и терпят друг друга, сверкая своими очками. Модно одетые женщины, в основном, молчат, или с умным видом читают любовные романы, а мужчины в галстуках тихо беседуют со знакомыми. Ну, а с одиннадцати часов полупустые вагоны метро заполняет праздношатающийся люд - гости столицы, бесхозный молодняк, беременные женщины, сбытчики ширпотреба, курьеры, попрошайки и, конечно же, пенсионеры.
Вот, в такой вагон загрузился и я. Строгий синий костюм с красным галстуком и бежевый плащ, по моей теории, выдавали меня за опоздавшего на работу интеллигента. Три места были свободны, я с радостью расположился в центре и сразу закрыл глаза, потому что всё, что я мог позволить себе в этот момент – это удалить для себя картинку начинки вагона. Одну остановку я проехал тихо, но на следующей, вместе с открывающейся дверью, тишину в вагоне нарушили два непонятных голоса. Аудио источники упали на два свободных места и сразу начали звуковую атаку на мои бедные уши. Две пары наушников несли американский рэп со своим «факами» и «шитами». Как, иногда, хорошо не знать иностранных языков!
- Слыш, а я такая, говорю ему – отвали, а он лыка не вяжет, наверное, торчок.
- Да, мы тоже неплохо потусили вчера. Мне этот слизняк весь вечер лил слёзы, говорил, что на Дашку запал.
- Так, у вас что, ничего не было вчера?
- Нет, мы проиграли всю ночь на компьютере.
- Ты гонишь..
- Не, железно говорю.
- Ну, ты хоть сиську дала ему понюхать?
- Он и не просил, а я, такая, говорю, что шарю в играх.
При слове «железно» я встрепенулся, захотелось включить видео и взглянуть краем глаза на моих соседей. Эх, любопытство, любопытство, сколько невинных душ ты погубило, сколько разбило сердец! Я открыл глаза и повернул голову вправо, чтобы посмотреть на того, кто не дал сиську понюхать. Это была девушка, возраст которой даже навскидку определить было довольно трудно, а от внешнего вида моей соседки меня чуть не переклинило – её лицо представляло собой сплошное железо. Пирсинг пронизывал её веки не меньше, чем в пяти местах, два кольца в носу, несколько у висков, щеках, нос и подбородок представлял собой сплошную металлическую стену. Не обращая внимания на моё каменное лицо, железная леди продолжала:
- А я, такая, не обращала внимания на этого сосунка, его выпендрёжь мне был по барабану, я корчила ему гримасы, вот так.
И здесь девушка показала гримасу, которую она корчила, вытянув на всю длину сплошь пирсингованный язык.
При виде такой картины я совсем потерял возможность говорить и уже с нескрываемым удивлением смотрел на железную девушку.
- Прикинь, я сегодня ещё ставлю два кольца, хочу, как у тебя.
И тут я повернул голову направо.
Вид, который открылся мне, ещё больше шокировал меня – лицо хозяйки скрывалось за сплошной стеной жёлтого и белого металлов, она вытягивала железный язык, произнося какие-то невнятные звуки. Кроме жесткого пирсинга на девушках было по килограмму навесного оборудования, включая наушники, провода, цепи, кольца, браслеты и, конечно, же, сумочки, инкрустированные железными побрикушками. Цветные головы железных дев представляли собой не менее ужасное зрелище, чем их лица. В народе представители такого «направления» молодёжной моды получили прозвище «кислотники». Словарный лексикон кислотниц внезапно закончился, уступив место наглой демонстрации языков. Они наклонились так близко друг к другу, что я мог наблюдать их одновременно, даже не поворачивая головы. Зазвонил мой телефон, на дисплее появился номер Стаса, моего начальника.
- Привет, Стас, как дела?
- Вадим, ты сейчас где?
- В метро.
- Мне сегодня везёт. Вадик, мне бабка квартиру оставила после смерти, и я решил сделать там полный ремонт.
- Стас, я же не строитель-ремонтник.
- Нет, вот, что, хлам весь оттуда вынесли и погрузили в машину, но диван не вместился.
- Стас, мне не нужен старый диван.
- А я тебе его не предлагаю.
- Что ты тогда предлагаешь?
- Я предлагаю вдвоём вынести его из квартиры на улицу.
Надо сказать, что в течение всего моего разговора кислотницы продолжали мукать, ыкать, бякать и визжать, подражая разным животным, и я сильно пожалел, что не взял с собой наушников.
- Ну, хорошо, давай вынесем, только я в костюме.
- Вадик, через час приедет бригада отделочников, а я обещал им убрать этот диван. Короче, ты, где сейчас?
- Еду на восток по Калининской.
- Прекрасно, дом рядом с Новоевреево, Зелёный проспект дом десять квартира пятнадцать. Запомнишь?
- Да, ты когда подъедешь? Мне отсюда пятнадцать минут ходу.
- Полчаса, не больше.
- Мне возле подъезда подождать?
- Подъезд не закрывается, а квартира открыта – плотник вчера снял старый, неисправный замок, так что ты меня на диванчике подожди.
- Квартира не заперта?
- Там, кроме этого дивана и голых стен ничего нет.
- Ладно, до встречи.
Я положил трубку и победно посмотрел на кислотницу справа.
- Чел, ты чё вылупился, нормальных девчонок не видел? – промямлила она.
«Значит, я – чел, а она – нормальная девчонка».
- Признаться честно, таких – никогда не видел.
- И не увидишь, мы единственные в этом забытом Богом городке.
«Кто бы сомневался».
Честно говоря, Стас любил посмеяться, и я, вдруг, захотел удивить его.
- Девчонки, можно я сфотаю вас? Напамять.
- Нравимся?
- Да, оригинально…
- Но у нас железо не только на лице.
- Где же ещё?
- Кислотница справа опустила глаза.
- Но мне хотя бы лицо..
- Видеть всего лишь наши лица, это всё равно, что не дочитать концовку любовного романа.
- И где её можно дочитать?
- Кого, её?
- Концовку.
- Вы читатель, вам и карты в руки.
Вместе с охватившим меня любопытством возникла идея о короткой фотосессии в квартире Стаса.
- Сколько вам лет, юные романистки?
- Скоро по двадцатнику стукнет.
- Ну, тогда, я ваш читатель и хотел бы узнать, чем закончится любовный роман. У меня поблизости есть читальный зал, вы не против, если мы запишемся туда?

Я, как заводила и проводник, старался быстро найти нужный дом, а девчонки продолжали ворковать, пугая прохожих своим внешним видом.
- Мы же ещё не познакомились, - сказал я, заходя в подъезд панельной высотки.
- Нюша и Ксюша, - одновременно ответили юные фотомодели. – А тебя?
- Бруклин…
- Крутое имя! Это русское?
- Да, старорусское. У князя Олега были три верных друга: Бруклин, Бронкс и Манхэттен.
- Жесть! Как хорошо, что мы не жили в то время.
- А я, наоборот, жалею, что не жила тогда – меня прикалывают бои на копьях, с мечами, когда люди надевают железные доспехи.
- Девчонки, как вас отличить, вы так похожи друг на друга.
- Элементарно, Бруклин. Нюша – с синим гребнем на голове, а Ксюша – с розовым.
Ветхая, деревянная дверь с перевернутым на гвозде номером квартиры, действительно, оказалась не запертой, а одинокий зелёный диван, как корабль-призрак, терпеливо ждал своей отставки в просторном коридоре рядом с входной дверью.
- Что это за клоповник? – подозрительно спросила Ксюша, брезгливо переступая островки битума на содранном полу.
- А мне нравится, - прошептала подружка. – Как в западных ужастиках – семья приезжает в ветхий заброшенный дом, где разворачивается душераздирающая драма.
- Бруклин, кстати, как насчёт гонорара?
- Какого? Ксюша, я не знаю, что это такое.
- Не прикидывайся лохом, Бруклин, моделям, обычно, платят деньги за съёмку.
- Ладно, сто баксов дам, - нервно сказал я, боясь отказа.
Пока я шнырял по квартире в поисках заменителя замка, железные красотки разделись, небрежно сложив всю одежду на один край дивана.
- Скажите, а пирсинг, это больно? – спросил я, рассматривая небольшие остроносые груди девчонок.
Подружки взахлёб бросились рассказывать мне историю пирсинга, а я вытаращил глаза на кучи бусинок, колец и крестиков, покрывающие добрую половину девичьей кожи.
- На сколько пикселей твоя камера?
Я вспомнил, зачем пришёл сюда и достал телефон.
- Ксюш, не знаю, наверное «двойка».

Без лишних вступлений и предисловий я начал снимать довольных кислотниц. Конечно, надо было, хотя бы изредка, менять позы, интерьер, свет, но я нервно давил на спуск, делая снимок за снимком, поочерёдно наводя видоискатель камеры на девичьи интимные места. Скоро я выдохся.
- Ну, наверное, всё.
- Нет, не всё, - неожиданно произнесла Ксюша, подтянув ступни ног к ягодицам и разводя колени в стороны. – Тут ещё не снимали.
Я поднёс телефон к её промежности, разглядывая всевозможные прибамбасы на ляжках, лобке и половых губах.
- Жесть! Как же ваши бойфренды блудят по этому металлолому?
- Бойфренды? – засмеялась Нюша, принимая позу подруги.
Она открыла вход в своё царство, демонстрируя вполне натуральный гимен.
- Как видишь, бойфрендов у нас нет. Разве, тебя это удивило?
- Признаться, да, ведь молодёжь нынче такая…
- Какая?
- Ну, я бы сказал, раскрепощённая.
- Так и есть, - улыбнулась Ксюша. – Видишь, в какой позе мы находимся? Мы совсем не стесняемся тебя.

Неожиданно для всех нас открылась входная дверь, об отсутствии запора на которой я совсем забыл. На пороге стоял Стас. Офисный строгий костюм с синим галстуком делали его волевое лицо ещё более деловым и серьёзным. Я ожидал немедленного разгона фотостудии и даже приготовил прощальные слова для моделей, но Стас впал в ступор, делая напрасные попытки что-то произнести.
- Стас, не переживай, я сейчас сделаю ещё несколько снимков, они уйдут, а потом, как и договаривались, мы решим твой вопрос.
Он подошёл к дивану и присел на корточки рядом со мной.
- Доставай свой телефон и снимай, если тебя это заводит, - тихо сказал я своему начальнику.
- З-зачем? – немного заикаясь, буркнул он.
- Ты когда-нибудь видел такое чудо?
- Н-нет, не видел.
- И не увидишь, снимай, пока дают.
- Разве они дают?
- Что дают? А, я ещё не говорил с ними на эту тему.
Стас сделал несколько пробных снимков, приблизив свой телефон почти вплотную к промежности Ксюши. Вообще-то мой начальник был серьёзным человеком, поэтому с минуты на минуту ожидал разгона эротической тусовки, но вопреки моему мнению, он подтянул Ксюшу к себе, положил её на спину и принялся шлифовать языком пирсингованный вход девственницы. Её не испугал неожиданный поворот событий, Ксюша обняла голову незнакомого ей мужчины, поглаживая её руками. Оргию я видел только в фильмах, сам никогда не участвовал в коллективном сексе, поэтому, открыв рот, следил за сценой кунилингуса, а Стас, совсем не стесняясь присутствия посторонних людей в комнате, продолжал своё дело. Он ввёл в Ксюшу половину указательного пальца и, продолжая ласкать языком довольно крупный бутон девушки, сделал несколько вращательных движений. Конечно, стакан водки снял бы моё напряжение и помог настроиться на такую необычную тусовку, но сейчас я просто тупо смотрел на процесс самоудовлетворения Нюши. Она пыталась завести меня, раскрывая и смыкая свой вход пальцами обеих рук, но, увы, мой резиновый шланг упорно не хотел превращаться в твёрдую, металлическую трубу. Всего лишь одной её усмешки хватило бы, чтобы нейтрализовать меня, как мужчину на долгое время, но глаза Нюши молили о страсти, а бёдра, имитируя фрикции, просили о немедленном контакте.
Стас, тем временем, всё глубже и глубже погружался в омут любви. Продолжая орудовать пальцем и языком, он приспустил штаны, выставив на всеобщее обозрение свой зад. Я отвёл глаза, не желая видеть начальника в таком виде, но он, словно актёр порнофильма, вёл себя уверенно и, даже можно сказать, профессионально. Мужчина встал, что-то тихо сказал Ксюше, потом, после её короткого «да» положил девушку вдоль дивана. Она легла на подлокотник дивана, вытянув ноги, её небольшая девственная грудь даже не изменила формы, словно была выполнена из тонкого пластика. Стас даже не смотрел на своих молчаливых зрителей, он быстро разделся, небрежно скинув всю свою одежду на грязный пыльный пол. Всего несколько секунд хватило ему для смены позы – Стас уселся на диван, расположив своё хозяйство над лицом Ксюши.
- Ты видела раньше это?
- Только в кино.
- Хочешь потрогать его?
- Да.
Девушка коснулась пальцем покачивающегося над ней красавца.
- Смелее, тут все свои.
Ксюша захватила рукой ствол Стаса.
- Как он тебе?
- Тёплый…
Мужчина переместил кожу к основанию, демонстрируя девушке сине-розовую запчасть мужского достоинства.
- Ой, что это? Как оно появилось?
- Это голова, так называемая, крайняя плоть. Здесь находится мочеиспускательный канал, а ещё, возбуждая эту штуку, можно добиться семяизвержения.
Казалось, Стас был преподавателем и мастерски проводил практические занятия с усидчивой студенткой, кропотливо рассказывая ей о строении мужского тела. Ксюша, тем временем, набросила кожаный капюшон на головку.
- Нравится?
- Клёво.
- Хочешь поцеловать его?
- Да.
Учитель вернул капюшон в первоначальное положение и поднёс своё орудие к губам студентки. Улыбнувшись, она быстро чмокнула его.
- Как ощущение?
Девушка опять улыбнулась.
- Ты видела в кино, что ещё делают с ним?
- Да.
- Что же?
- Сосут.
- Хочешь попробовать?
- Я не умею…
Ты просто открой рот, а я сделаю всё сам.
Ксюша выполнила просьбу мужчину, приняв позу «стоматолога», а Стас аккуратно протолкнул треть своей бормашины между зубами пациентки. Сделав десяток фрикций, он вывел свой зубной прибор на поверхность.
- Понравилось?
- Очень.
- Ксюша, ты видела, что ещё делают с этой штукой?
- Да.
- Ты хочешь сейчас этого?
- Хочу, но боюсь.
- Чего?
- Он такой большой, не поместится там…
- Не стоит волноваться, все девушки проходят через это. Мир секса прекрасен!
Речь учителя текла спокойно и плавно, правильно распределяя части речи в предложениях и выдерживая необходимые паузы . Слова мужчины гипнотизировали жертву, а безмолвный инструмент его, тем временем, плавно переместился к промежности девушки.
- Не волнуйся, всё пройдёт хорошо и безболезненно, просто расслабься и доверься мне. Стас поочерёдно ввёл два пальца в девственный грот, медленно вращая их по часовой стрелке. Ксюша сжала губы и прищурила глаза.
- Больно?
- Немного.
- Как же ты тогда собираешься принять его?
- Не знаю.
- Может, тогда оставим эту затею?
- Нет, давай ещё попытаемся…
Стас медленно вывел пальцы и сразу заполнил освободившееся место, уперев в него рвущегося в бой парня. Поднятые ноги Ксюши помешали мне увидеть картину первого поцелуя, но два покачивающихся шара указывали, что процесс пошёл. Мужчина приподнялся, сделав бёдрами резкое движение. Резкий, пронзительный крик нарушил покой молчаливых серых стен комнаты. Подгоняемый любопытством, я занял место в первом ряду. Реальная картина удивила меня – боец не смог проникнуть в расположение противника, его голова так и оставалась на поверхности, скользя по пирсингованным губам. Как раз в этот момент боец ещё раз попытался установить свои права в доме, и опять его резкий толчок совпал с пронзительным девичьим криком. На этот раз часть головы поезда проникла в депо, а Стас, пытаясь добиться явного превосходства, приподнялся для заключительного выстрела, но, в последний момент девушка мёртвой хваткой зажала жилистого парня рукой, препятствуя прохождению состава.
- Ксюша, убери руку, ты мешаешь мне.
- Мне больно…
Внезапно, я почувствовал прилив сил, горячая волна прошла по всему телу, заставляя моего смущённого воина подняться с колен. Нюшу тоже возбудила эта борьба, она молчаливо приглашала меня посетить её закрома, но, к сожалению, я ещё не был готов.
- Хорошо, Ксюш, давай немного отдохнём…
- Окей, - ответила она, убирая руку.
И в этот момент, Стас, неожиданно и резко повторил неудавшуюся попытку, заставив девушку отчаянно закричать. Она сопротивлялась, стараясь облегчить боль, но мужчина, совсем не жалея Ксению, продвигался глубже, интенсивно работая бёдрами. Я окончательно пришёл в себя, готовый наброситься на свободную девушку. Я знал, что она ждёт меня, но неуверенность в победе останавливала меня, не давала мне возможности перейти к активным действиям. Ксюша, между тем, продолжая пронзительно пищать, впилась острыми ногтями в грудь Стаса, пытаясь оттолкнуть его от себя.
- Не надо, Ксюша, - спокойно сказал мужчина. – Не напрягайся, а то будет ещё больней.
Теперь голова локомотива была в депо, природа требовала своего, заставляя партнёров завершить начатое дело. Девушка вздохнула, чтобы крикнуть на выдохе, но Стас опустил на неё тяжесть всего своего тела и закрыл своим ртом губы Ксюши. Крик перешёл в мычание.
Я быстро разделся, увеличив высоту кучи, лежащей на полу. Компас, окончательно окрепший, указал верное направление – к Нюшиной промежности. И тут я понял, почему до сих пор не набросился на свою жертву. У меня никогда не было девственниц, а повторить всё, что сделал Стас, мне было не по плечу. Я боялся осечки.
В это время Стас встал в «партер», выводя своего окровавленного труженика из многострадального, теперь уже женского, тела.
- Поздравляю тебя, теперь ты женщина.
Я почемуто думал, что Стас, закончив с Ксенией, перебазируется на Нюшу, а я, как корабль за ледоколом, войду в свободный порт свежеиспечённой женщины.
- Крови больше не будет? – испуганно спросила Ксюша, рассматривая место недавней борьбы.
- Нет, такое, обычно, бывает только раз в жизни. Кстати, как ощущение?
- Не из приятных.
- Хотела бы ещё попробовать?
- Если это нужно…
Стас наполовину ввёл окровавленного бойца в Ксюшин лазарет, постепенно продвигая его глубже, активно работая бёдрами и увеличивая скорость фрикций. Ксюша вскрикнула два раза и замолчала. Теперь, когда скважину пробили, хозяин месторождения приступил к бесперебойной добыче нефти. Глубина и скорость бурения постоянно менялась, а Ксюша тихо и протяжно выла под своим первым мужчиной.
Картина настолько возбудила меня, что извержение моего вулкана могло произойти в любую секунду. Оценив место предстоящего боя, я понял, что многострадальный диван не сможет разместить сразу четырёх партнёров, а Стас, по всему виду, не собирался финишировать и подтвердил мою догадку – партнёры поменяли позицию. Стас пристроился сбоку, открывая вид на измазанные кровью ляшки побеждённой им женщины и своё дымящееся хозяйство.
Я поднял Нюшу с дивана и, как ребёнка, положил на кучу одежды. Девушка, зная, что ей предстоит, развела ноги, согнув их в коленях. Первый удар моего звенящего колокола и резкий девичий крик прозвучали одновременно. Можно сказать, что Нюше повезло – мой инструмент, в отличие от Стасова, не был гигантом, поэтому ворвался в девственный грот почти наполовину, а после второго толчка – почти целиком. Нюша не просила о пощаде, она стойко переносила все неудобства первого соития, стараясь помочь нам. Я поднял ноги девушки почти вертикально и прошёл последний сантиметр нового забоя. Боец моментально отблагодарил меня, выпустив в тыл неприятеля довольно весомый запас боевой мощи. Моя артиллерия оставила занятую позицию, вытащив на поле боя тягучую, перемешанную с кровью, жидкость.
- Поздравляю тебя, Нюша, теперь ты женщина, - сказал я на выдохе, глядя в глаза своей партнёрше.

Скрип и плач старого дивана не замолкал ни на секунду. Пока я дефлорировал Нюшу, Стас со своей партнёршей заняли позу наездника, повернувшись лицом к нам. Миниатюрная Ксюша, сверкая своим «единичками», оседлала своего коня, а он, помня о неопытности наездницы, обхватил её костлявые бёдра руками, поднимая игрушечный таз партнёрши и с характерным похлопыванием насаживая его на свой кожаный шампур.
Картина настолько захватила и возбудила моего бойца, что он без моего командирского приказа ринулся на ранее занятые позиции.
Теперь уже две пары молодых скакунов, обгоняя друг друга, неслись к своему заветному финишу, а стук их копыт был слышен на весь панельный ипподром. Ход времени замедлился, уступив место животной страсти. …

Бдительные соседи, будучи всегда начеку, сообщили о подозрительных криках в соседней квартире в местное отделение полиции. Наряд под руководством крепкого сержанта прибыл по адресу и без стука ворвался в квартиру. Даже, когда холодные наручники сковали мои руки на спине, я не осознал, что на самом деле произошло. Боец продолжал нести свою вахту, упершись в холодный грязный пол.
- Это незаконно! – крикнул Стас.
Я повернул голову в сторону источника звука – мой начальник лежал поодаль, сверкая голым задом.
- Гражданочки, одеваемся и готовим документы.
Послышался звук открывающейся молнии на женской сумочке.
- Неверова Ксения Михайловна.
- Антон, так фотография этой Неверовой у нас в отделении уже две недели висит, она в розыске.
«Запела» рация.
- Дежурный, я обнаружил разыскиваемых девушек.
- Диктуйте адрес.
- Зелёный проспект, дом десять, квартира пятнадцать.
- Сейчас выезжает следователь с опергруппой.
Звук молнии второй сумочки заставил моё сердце биться сильнее и чаще, а боец решил передохнуть, приняв команду «вольно».
- Орехова Нелля Павловна. Что же вас заставило сбежать из дома? Вы знаете, что ваши родители не спят уже две недели?
- Мы уже совершеннолетние и имеем право самостоятельно распоряжаться своей судьбой, - громко и гордо произнесла Нюша.
- Красивые слова. Как вы думаете, с какого возраста, по нашей Конституции, человек считается совершеннолетним?
- С четырнадцати, как у нас, и наши паспорта прекрасно подтверждают это.
- Понятно. Бекетов, сажай их в машину и вези на экспертизу, а с вами, господа педофилы, будут разговаривать другие люди.
Топот десятка ног сменился на звук тяжёлых шагов. Едкий табачный дым наполнил комнату.
- Ну, что, бравые наездники, доскакались?
- Они сказали, что им по двадцать лет, - начал я было заранее приготовленную речь.
- Сначала я хотел бы познакомиться с вами. Где ваши документы?
- В пиджаках, на полу.
Через минуту голос опять «ожил».
- Мындриков Вадим Юрьевич.
- Я.
- Откуда у вас такая сумма денег?
- Сегодня я собирался купить тур на Мальдивы.
- А перед поездкой решили позабавиться с девочками?
- Ладно, что нужно, чтобы замять дело? - спросил молчавший до этого момента Стас.
- Замять? Интересно сказано, даже просто. У меня такое ощущение, что вы до сих пор не поняли, во что вляпались. Вы, что, фотографировали малолеток на эти телефоны?
- Они сами захотели и подтвердят это, - вставил я.
- Подтвердят? Откуда такая уверенность?
- Ладно, начальник, не трать время, говори конкретно, что от нас требуется, - повторил свой вопрос Стас.
- Люблю деловых людей, - ответил голос. – Кому принадлежит эта квартира?
- Мне.
- Вы собственник?
- Да, унаследовал её по завещанию бабушки.
- Вот и прекрасненько…

Сборы и загрузка в полицейское такси заняли десять минут. Машина выехала на загруженную транспортом улицу и попала в пробку. Будучи уверен, что мы откупимся, я успокоился и заснул. Мне приснились голубые лагуны Мальдивских остров, раскидистые пальмы, горячий песок и чистое безоблачное небо. Резкий толчок в плечо прервал мой сон.
- Приехали, - коротко сказал следователь.
- Куда?
- На Мальдивы.

 
 

 

Рейтинг: 0 198 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!