ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Магазин игрушек

Магазин игрушек

17 февраля 2012 - Вера Климова

  Август. Четвертый рабочий день после отпуска, сжавшегося в этом году, словно шагреневая кожа, всего лишь до двух недель вместо обещанно-положенного месяца. Она и этот, бесконечно-резиновый в своей одинаковости, день провела у компьютера: просто сидела, создавая видимость бурной деятельности, безразлично просматривая чьи-то страницы, какие-то сайты. Вот захлопнулась дверь за последней сотрудницей, с радостным восклицанием: «Ты же еще здесь будешь?» покинувшей эти почти родные пенаты, приносящие скромные крохи на почти сносное существование. Да это было и не особо важно, хватало на жизнь и ладно, за деньгами Она никогда не гналась.
   Домой идти не хотелось, дома никто ее не ждал. Ну, разве только любимый собакен, черно-рыжий красавец-немец Семка. И ее сотовый, так неожиданно ставший почти последней надеждой, молчал уже трое суток Да и подумать надо было в тишине. Оказывается, это такое блаженство посидеть в тишине, когда не трезвонит рабочий телефон, не бормочет над ухом осточертевший телевизор.
   Надо было вспомнить. Сегодня к ней вернулся старый, уже почти забытый сон. Он начал снится в то время, когда Она в почти юношеском азарте-полете-вдохновении, получив с легкостью еще и диплом психолога, писала кандидатскую, вела несколько терапевтических групп, детских и взрослых. Сейчас Она с улыбкой вспоминала то время. Транзактный анализ, гештальт-терапия, нейро-лингвистическое программирование, арт-терапия…Как это уже все далеко…Она перестала практиковать после одного случая: пришла молодая мама, потерявшая ребенка. Переносы, возникшие в процессе работы были слишком тяжелы. Девочку она вывела из состояния ужаса и нежелания жить, та смогла научиться снова улыбаться, радоваться солнышку и жизни, а сама сломалась - не смогла больше работать ни с кем. Закончила тогда работу и с группами – не имела права переносить на других свое, а это невольно происходило. Вот тогда-то и начал снится этот сон.
   Она и сама затруднялась определить, что это было – сон или вновь и вновь переживаемая явь. У нее было любимое упражнение, которое она отрабатывала со своими группами - «Магазин игрушек». У каждого был свой магазин, свои игрушки, свои продавцы… В этот магазин был вхож только его хозяин, только он мог решить, что там продавать. Иногда приходилось возвращаться в эти магазины, чтобы их хозяева могли забрать оттуда или что-то забытое, или что-то очень важное, очень дорогое, чего им не хватало сейчас для счастливой, спокойной жизни. Кто-то там находил потерянного в детстве зайца, кто-то – куклу, которую так и не смогла купить мама, а кто-то уносился в мечту… Люди как-то светлели после возвращения из этого магазина, успокаивались. Она всегда была рядом с ними - одних их туда нельзя было отпускать, в эти магазины игрушек, - там можно было заблудиться…
   Её магазин впервые приснился в ту ночь, когда она закончила работу с молодой мамой. Это был странный магазин - почти хайтэковский снаружи и очень разный внутри: сверкающие витрины вдруг обращались в древние полки с необычными игрушками. Она была там всегда одна. Она и продавец – какой-то Старик, со все понимающим взглядом, грустной улыбкой и удивительно спокойный, как будто он знал про нее и про жизнь что-то такое, что давало ему право распоряжаться в этом странном магазине, переставлять игрушки на полках, меняя, возможно, тем самым судьбу Вселенной. В тот раз он протянул ей Рыжего - клоуна в дурацком каком-то наряде с разными глазами, с размазанным гримом, скрывающим печальную улыбку. Подумалось: «Неужели я так похожа на этого Рыжего? Господи, ну чем?». Сейчас Она уже могла ответить на это вопрос, а тогда… Продавец только улыбнулся, как будто подслушал ее мысли. А ей так хотелось взять в руки огромную собаку – почти настоящую, почти живую, как ей казалось, этот пес даже хвостом ей вилял. Но они прошли мимо, старик вел ее куда-то вглубь магазина.
   На полках, помимо игрушек, теснились какие-то колбочки, пузыречки, коробочки, заполненные одни - каким-то мусором, другие – лепестками роз, лентами, даже воздушными шарами, и было удивительно: как эти шарики помещаются в таких маленьких коробочках. Они заполнялись сами по себе. И это было странно. Она заметила, что когда вдруг вспомнилась радуга в капельке росы на цветке, то почти совсем наполнился какой-то флакончик, одарив их ароматом рассвета. Когда подумалось о чем-то черном, то с грохотом в какой-то из коробок стали появляться камни.
   - Что это? Неужели мои мысли способны на это? Заполнить все эти коробочки, колбочки, пузыречки?
   - Не мысли – ты. Ты наполняешь ими все это. Ты создаешь эти мысли.
   Мимо одной из полок старик поспешил пройти, хотя там красовались самые заманчивые, завлекательные игрушки и пузыречки. Он даже потянул её за руку, чтобы Она не вздумала остановиться:
   - Это не твоя полка, это из другого магазина. Тебе туда не стоит ходить.
   Теперь-то Она знала, что это была за полка и что за магазин. Она поняла это позже. А в тот раз Старик выпроводил ее из магазина игрушек с Рыжим в руках. Надо было отжить и это: эту осень в сердце с улыбкой на размалеванном лице.
   Потом Она еще несколько раз виделась со Стариком. С разными игрушками отпускал он ее, но так и не отдал ей ту самую собаку, - всё говорил, что не время. А так хотелось надежности, смелости и верности того пса. Он так рвался уйти вместе ней. Но старик не отпускал пса и находил для нее все новые и новые игрушки. И всякий раз Она чуть позже понимала, почему именно это он ей вручил: пеструю юлу, футбольный мяч ( а она терпеть не могла футбол, просто не понимала сути этой игры), какие-то смешные счеты, детский докторский набор. Много было разных игрушек… Как-то раз Она заметила на полке куклу. Она остолбенела – кукла была как две капли воды похожа на нее, как будто в зеркало посмотрела, только платье было другим. Старик улыбнулся, кивнул головой, подтверждая ее догадку.
   А сегодня Старик привел ее к той самой полке с заманчивыми разностями, полке на которой было выставлено одиночество. Понять бы, почему именно сегодня? Ведь Она с ним не встречалась уже больше года.
   Как сказал Старик, это самый ходовой товар, из всех, что существовал когда-либо на этой планете. Он помогает поддерживать равновесие между добром и злом. Человечество не может жить без одиночества: впуская в душу отчаянье, равнодушие, зависть, люди растят там безразличие. А избавиться от одиночества потом уже невозможно, как бы ни прятался, как бы ни старался убежать от него. Можно найти сто друзей, мужа, жену, занятие, что-то еще придумать, но одиночество будет есть изнутри, даже если очень глубоко его спрячешь, оно, вырываясь из этой кладовой, будет будить ночами, присылая плату за себя в виде ночных кошмаров, тайных слез и прыжков с крыши…
   -Ты же знаешь, поняла еще тогда - в первый раз, что сама наполняешь многие пузыречки, коробочки, сама не замечая того. Как? Одно слово, сказанное в отчаянии, в рисовке, так просто - слова ради, одно, случайно оброненное слово, способное убить надежду, толкнуть на необдуманный шаг, напугать до озноба или заставить на миг замереть, отключившись от окружающего мира, наполняет эти пузыречки. А иногда даже не слово, а его малая частица, буква способна разрушить мир…Вы не думаете об этом, забываете, бросаетесь словами, чтобы что-то доказать. Вот только кому? И что доказываете?
   Старик замолчал, задумался, перевел взгляд на полку напротив. Там колбочек, пузыречков было намного меньше.
   -А их должно быть поровну. Тогда все будет хорошо…
   - А что это за полка? Ее раньше ты не показывал. Почему?
   - Не время было. А сегодня ты пришла в последний раз. Это полка любви. Только почему-то в последнее время как-то почти не добавляются сюда, не заполняются пузыречки. Вот как-то так. Хотя и говорю, кричу об этом. Не слышат. Может, не то говорю? Скажи, почему вы слышите быстрее что-то горькое, злое и не хотите слышать доброго? Неужели вам это больше нравится? Какое такое нервное "перенапряжение", жизненное "переживание" сделало так, что человек "перестал" мечтать? Почему товар с полки одиночество расходится такими небывалыми партиями? Человек щедро раздает его всем вокруг, и не может понять, что для того, чтобы научиться любить, и заполнять уже другие пузыречки нежностью, заботой, робкими поцелуями, надо просто перестать требовать доказательств этой любви…
   А сегодня он отпустил с ней того самого пса… Когда они выходили из магазина, Она вдруг заметила, что игрушки подошли к витрине и улыбаясь, машут им вслед. Старик стоял, обнимая игрушки, и успокоено улыбался…
   А с полки исчезла та самая кукла, так похожая на нее…
   Как и утром из сна, из мыслей ее выдернул трезвон «сотика». Пришла смс-ка. Крошечный желтый конвертик зазывно мигал, а она все не решалась нажать на кнопку: надоедливый прогноз погоды или...

© Copyright: Вера Климова, 2012

Регистрационный номер №0027670

от 17 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0027670 выдан для произведения:

  Август. Четвертый рабочий день после отпуска, сжавшегося в этом году, словно шагреневая кожа, всего лишь до двух недель вместо обещанно-положенного месяца. Она и этот, бесконечно-резиновый в своей одинаковости, день провела у компьютера: просто сидела, создавая видимость бурной деятельности, безразлично просматривая чьи-то страницы, какие-то сайты. Вот захлопнулась дверь за последней сотрудницей, с радостным восклицанием: «Ты же еще здесь будешь?» покинувшей эти почти родные пенаты, приносящие скромные крохи на почти сносное существование. Да это было и не особо важно, хватало на жизнь и ладно, за деньгами Она никогда не гналась.
   Домой идти не хотелось, дома никто ее не ждал. Ну, разве только любимый собакен, черно-рыжий красавец-немец Семка. И ее сотовый, так неожиданно ставший почти последней надеждой, молчал уже трое суток Да и подумать надо было в тишине. Оказывается, это такое блаженство посидеть в тишине, когда не трезвонит рабочий телефон, не бормочет над ухом осточертевший телевизор.
   Надо было вспомнить. Сегодня к ней вернулся старый, уже почти забытый сон. Он начал снится в то время, когда Она в почти юношеском азарте-полете-вдохновении, получив с легкостью еще и диплом психолога, писала кандидатскую, вела несколько терапевтических групп, детских и взрослых. Сейчас Она с улыбкой вспоминала то время. Транзактный анализ, гештальт-терапия, нейро-лингвистическое программирование, арт-терапия…Как это уже все далеко…Она перестала практиковать после одного случая: пришла молодая мама, потерявшая ребенка. Переносы, возникшие в процессе работы были слишком тяжелы. Девочку она вывела из состояния ужаса и нежелания жить, та смогла научиться снова улыбаться, радоваться солнышку и жизни, а сама сломалась - не смогла больше работать ни с кем. Закончила тогда работу и с группами – не имела права переносить на других свое, а это невольно происходило. Вот тогда-то и начал снится этот сон.
   Она и сама затруднялась определить, что это было – сон или вновь и вновь переживаемая явь. У нее было любимое упражнение, которое она отрабатывала со своими группами - «Магазин игрушек». У каждого был свой магазин, свои игрушки, свои продавцы… В этот магазин был вхож только его хозяин, только он мог решить, что там продавать. Иногда приходилось возвращаться в эти магазины, чтобы их хозяева могли забрать оттуда или что-то забытое, или что-то очень важное, очень дорогое, чего им не хватало сейчас для счастливой, спокойной жизни. Кто-то там находил потерянного в детстве зайца, кто-то – куклу, которую так и не смогла купить мама, а кто-то уносился в мечту… Люди как-то светлели после возвращения из этого магазина, успокаивались. Она всегда была рядом с ними - одних их туда нельзя было отпускать, в эти магазины игрушек, - там можно было заблудиться…
   Её магазин впервые приснился в ту ночь, когда она закончила работу с молодой мамой. Это был странный магазин - почти хайтэковский снаружи и очень разный внутри: сверкающие витрины вдруг обращались в древние полки с необычными игрушками. Она была там всегда одна. Она и продавец – какой-то Старик, со все понимающим взглядом, грустной улыбкой и удивительно спокойный, как будто он знал про нее и про жизнь что-то такое, что давало ему право распоряжаться в этом странном магазине, переставлять игрушки на полках, меняя, возможно, тем самым судьбу Вселенной. В тот раз он протянул ей Рыжего - клоуна в дурацком каком-то наряде с разными глазами, с размазанным гримом, скрывающим печальную улыбку. Подумалось: «Неужели я так похожа на этого Рыжего? Господи, ну чем?». Сейчас Она уже могла ответить на это вопрос, а тогда… Продавец только улыбнулся, как будто подслушал ее мысли. А ей так хотелось взять в руки огромную собаку – почти настоящую, почти живую, как ей казалось, этот пес даже хвостом ей вилял. Но они прошли мимо, старик вел ее куда-то вглубь магазина.
   На полках, помимо игрушек, теснились какие-то колбочки, пузыречки, коробочки, заполненные одни - каким-то мусором, другие – лепестками роз, лентами, даже воздушными шарами, и было удивительно: как эти шарики помещаются в таких маленьких коробочках. Они заполнялись сами по себе. И это было странно. Она заметила, что когда вдруг вспомнилась радуга в капельке росы на цветке, то почти совсем наполнился какой-то флакончик, одарив их ароматом рассвета. Когда подумалось о чем-то черном, то с грохотом в какой-то из коробок стали появляться камни.
   - Что это? Неужели мои мысли способны на это? Заполнить все эти коробочки, колбочки, пузыречки?
   - Не мысли – ты. Ты наполняешь ими все это. Ты создаешь эти мысли.
   Мимо одной из полок старик поспешил пройти, хотя там красовались самые заманчивые, завлекательные игрушки и пузыречки. Он даже потянул её за руку, чтобы Она не вздумала остановиться:
   - Это не твоя полка, это из другого магазина. Тебе туда не стоит ходить.
   Теперь-то Она знала, что это была за полка и что за магазин. Она поняла это позже. А в тот раз Старик выпроводил ее из магазина игрушек с Рыжим в руках. Надо было отжить и это: эту осень в сердце с улыбкой на размалеванном лице.
   Потом Она еще несколько раз виделась со Стариком. С разными игрушками отпускал он ее, но так и не отдал ей ту самую собаку, - всё говорил, что не время. А так хотелось надежности, смелости и верности того пса. Он так рвался уйти вместе ней. Но старик не отпускал пса и находил для нее все новые и новые игрушки. И всякий раз Она чуть позже понимала, почему именно это он ей вручил: пеструю юлу, футбольный мяч ( а она терпеть не могла футбол, просто не понимала сути этой игры), какие-то смешные счеты, детский докторский набор. Много было разных игрушек… Как-то раз Она заметила на полке куклу. Она остолбенела – кукла была как две капли воды похожа на нее, как будто в зеркало посмотрела, только платье было другим. Старик улыбнулся, кивнул головой, подтверждая ее догадку.
   А сегодня Старик привел ее к той самой полке с заманчивыми разностями, полке на которой было выставлено одиночество. Понять бы, почему именно сегодня? Ведь Она с ним не встречалась уже больше года.
   Как сказал Старик, это самый ходовой товар, из всех, что существовал когда-либо на этой планете. Он помогает поддерживать равновесие между добром и злом. Человечество не может жить без одиночества: впуская в душу отчаянье, равнодушие, зависть, люди растят там безразличие. А избавиться от одиночества потом уже невозможно, как бы ни прятался, как бы ни старался убежать от него. Можно найти сто друзей, мужа, жену, занятие, что-то еще придумать, но одиночество будет есть изнутри, даже если очень глубоко его спрячешь, оно, вырываясь из этой кладовой, будет будить ночами, присылая плату за себя в виде ночных кошмаров, тайных слез и прыжков с крыши…
   -Ты же знаешь, поняла еще тогда - в первый раз, что сама наполняешь многие пузыречки, коробочки, сама не замечая того. Как? Одно слово, сказанное в отчаянии, в рисовке, так просто - слова ради, одно, случайно оброненное слово, способное убить надежду, толкнуть на необдуманный шаг, напугать до озноба или заставить на миг замереть, отключившись от окружающего мира, наполняет эти пузыречки. А иногда даже не слово, а его малая частица, буква способна разрушить мир…Вы не думаете об этом, забываете, бросаетесь словами, чтобы что-то доказать. Вот только кому? И что доказываете?
   Старик замолчал, задумался, перевел взгляд на полку напротив. Там колбочек, пузыречков было намного меньше.
   -А их должно быть поровну. Тогда все будет хорошо…
   - А что это за полка? Ее раньше ты не показывал. Почему?
   - Не время было. А сегодня ты пришла в последний раз. Это полка любви. Только почему-то в последнее время как-то почти не добавляются сюда, не заполняются пузыречки. Вот как-то так. Хотя и говорю, кричу об этом. Не слышат. Может, не то говорю? Скажи, почему вы слышите быстрее что-то горькое, злое и не хотите слышать доброго? Неужели вам это больше нравится? Какое такое нервное "перенапряжение", жизненное "переживание" сделало так, что человек "перестал" мечтать? Почему товар с полки одиночество расходится такими небывалыми партиями? Человек щедро раздает его всем вокруг, и не может понять, что для того, чтобы научиться любить, и заполнять уже другие пузыречки нежностью, заботой, робкими поцелуями, надо просто перестать требовать доказательств этой любви…
   А сегодня он отпустил с ней того самого пса… Когда они выходили из магазина, Она вдруг заметила, что игрушки подошли к витрине и улыбаясь, машут им вслед. Старик стоял, обнимая игрушки, и успокоено улыбался…
   А с полки исчезла та самая кукла, так похожая на нее…
   Как и утром из сна, из мыслей ее выдернул трезвон «сотика». Пришла смс-ка. Крошечный желтый конвертик зазывно мигал, а она все не решалась нажать на кнопку: надоедливый прогноз погоды или...

Рейтинг: +1 282 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
91
80
75
73
70
64
61
58
57
57
56
54
54
52
52
51
49
49
48
48
47
47
45
45
44
40
40
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
35
30